51 глава
- Аааа, Юлия, - восклицает та из них, что любит преувеличить и посплетничать больше всех.
- Здравствуйте, баб Кать, - цежу я, наигранно улыбаясь.
- А это что ж, твой новый ухажер? – продолжает она допрос, ни капли не стесняясь присутствия Дани.
Все остальные сплетницы сразу навостряются.
- Жених, - поправляю я.
- Ба, жених. А что-то колечка-то у тебя на пальце не видать.
- Да, кольца-то нет, - неожиданно подает голос еще одна из соседок.
- Дань, у тебя случайно нет с собой кольца? – шепчу я себе за спину.
Перед моим носом тут же оказывается колечко.
Я быстро натягиваю его на безымянный палец правой руки, и демонстрирую всем бабкам, сунув под нос по очереди каждой, чтобы разглядели получше.
- Вот кольцо, - говорю я.
Соседки вздыхают и переглядываются. Но баба Катя все равно не успокаивается.
- Да, и когда ж это значица у вас свадьба?
Данил тем временем везет коляску дальше. Бабки не нравятся ему точно также, как и мне. Подвозит коляску к нашему крыльцу, наклоняется, и достает Игорька.
- Через месяц, - и глазом не моргнув вру я.
Я точно знаю, что он слышит. На моих последних словах его брови выразительно изгибаются.
- Мы будем жить в роскошном особняке, - продолжаю я. - Фото пришлю маме, она вам покажет. А сейчас извините, нам пора идти.
Ну что, собираем вещи? – спрашивает Даня, когда мы с Игорьком устраиваемся в кресле.
Я кормлю, Данил нетерпеливо расхаживает по комнате.
- Бесят они меня, - заявляю я. – Вечно суют свой нос, куда не просят.
- Главное, что ты надела кольцо.
- Да, спасибо, что напомнил. Надо снять.
Пытаюсь, но у меня ничего не выходит.
- Ладно, как покормлю, не срочно, - говорю я, и прикрываю глаза.
- Весь поселок настроили против меня, и, когда все вроде бы успокоилось, вот, снова приперлись, - продолжаю ворчать. - Наверное, их машина привлекла. Или ты. Кстати, не пора ли тебе свалить домой?
- Ты сказала им, что свадьба через месяц. Как выкручиваться собираешься, если меня прогонишь?
- Уж как-нибудь.
Открываю глаза, вздыхаю.
- Предлагаю собрать вещи, и отчалить отсюда прямо сейчас, - говорит Данил.
- А я предлагаю тебе не решать за меня.
- В конце концов, Юль…не будь дурой.
Он нависает над нами, сунув руки в карманы, раскачивается на носках. Я бы тоже сейчас с удовольствием вскочила и подвигалась.
Но мне необходимо сидеть в кресле и кормить.
- Я дура? Просто отлично, - говорю я.
- Слушай, ну, не хочешь ко мне, полетели хотя бы куда-нибудь на пару недель. Достало уже здесь.
- Ладно, полетели.
- Да?
- Да, да, полетели.
- Няню с собой захватим.
- Захватывай, кого хочешь.
- А куда?
- Мне все равно, Дань. Давай, ты сам решишь.
Решает, причем, очень быстро, будто только этого и ждал.
И вот мы с Валентиной Сергеевной уже стоим у трапа частного самолета, который Данил арендовал.
- Боже, зря я на это подписалась, - ворчу я, прижимая Игорька покрепче к себе.
- Не волнуйся, Юлия, деточка, все будет хорошо, - успокаивает меня Валентина Сергеевна, и то и дело косится на кольцо.
Я…до сих пор его не сняла. Данил доволен.
Более чем доволен абсолютно всем. Пребывает в отличном настроении.
А вот я зла, зла, как никогда. И ничего, даже перспектива провести время в шикарном отеле на берегу моря, не прельщает.
Слишком быстро сдаюсь, а потому роль нервного неадеквата снова перекидывается на меня...
Мне сложно представить, сколько денег отвалил Данил за возможность полететь с таким комфортом.
Очень вежливый персонал, удобства по высшему разряду, все свободно, просторно, насколько это возможно в салоне самолета, и никого из пассажиров, кроме нас.
Больше всего я волнуюсь, как перенесет свой первый полет сын, ведь он еще такой кроха, но против ожидания наш малыш в воздухе совершенно не капризничает.
Мне кажется, Игорек вообще не замечает, что мы с ним куда-то летим.
Вначале сладко спит, потом кушает с огромным аппетитом, а едва я заканчиваю кормление, Даня просит подержать сына на руках.
- Юль, можно мне..., - говорит он, и я таю в то же самое мгновение.
Передаю ему Игорька, а потом с замиранием сердца наблюдаю, как они вдвоем устраивается у иллюминатора и следят за проплывающими внизу облаками.
Не уверена, что малыш осознает и понимает, но сразу же заражается хорошим настроением Даня. Он то и дело улыбается ему, а в какие-то моменты гулит и заливисто смеется.
Дальше так пойдет, и нам никакая няня не понадобится.
Если вначале полета мое тело представляло из себя напряженный комок нервов, то теперь я постепенно расслабляюсь, и даже позволяю себе пару глотков белого сухого вина, которое подносит мне услужливая стюардесса.
- О, у вас такой чудесный муж, - произносит она тихо, тоже обратив внимание на Даню с сыном на руках.
Я согласно киваю и поскорее отсылаю девушку. Но ее слова продолжают крутиться в голове.
Муж, муж, муж…
Вытягиваю руку чуть вперед, и уже в который раз разглядываю причудливо бликующие на свету бриллиантики кольца.
- Выходи, деточка, даже не думай, - журчат в мозгу слова Валентины Сергеевны, сказанные ею не далее, как пару часов назад.
Выходи, и не думай.
Если бы все было так просто и легко.
Вздыхаю.
Данил оборачивается на меня, и мы сталкиваемся с ним взглядами. Замираем.
Он, не знаю, по какой причине, я же от внезапно охватившего все тело примитивного и острого желания.
Низ живота тяжелеет в одно мгновение. Грудь напрягается, во рту пересыхает.
Нафига он так смотрит, когда знает, что сейчас мы все равно не сможем?
Но мне кажется, ему просто нравится дразнить меня и изводить. А я…зря я сделала эти пару глотков алкоголя. С непривычки они производят эффект, будто полноценно выпила не меньше двух бокалов.
Я ерзаю на сиденье, сжимая бедра крепче, а Даня как ни в чем не бывало возвращает внимание на Игорька. Тот в его руках кажется мне непривычно крошечным.
Слишком белокожим и нежным, особенно беззащитным.
Хотя я понимаю, что на самом деле он в полной безопасности. Данил не допустит, чтобы с ним что-то произошло.
Самым сложным было для него признать сына своим, но, когда пройдено, последние сомнения отброшены, все, можно действительно расслабиться. Что его, то его, и он сделает все от него зависящее. А если учесть, что может он многое...
Прикрываю глаза, и решаю немного подремать.
- Скоро посадка начнется, - слышу хрипловатый шепот у самого уха.
Следом за этим сладко-болезненная вспышка, от того, что Даня прикусывает нежную кожу шеи.
Я открываю глаза, и озираюсь по сторонам.
Данил в соседнем кресле, Игорек спит напротив в переносной люльке.
- Черт, - бормочу я, усаживаясь ровнее. – Не заметила даже, как уснула.
- Надеюсь, не мой внешний вид тебя усыпил.
Частично, хмыкаю я про себя, но вслух такое ему, конечно, не скажу.
- Меня усыпило состояние спокойствия и комфорта, - вместо этого говорю я, что, в общем-то и есть самая настоящая правда.
- Я рассчитываю обеспечить вас им, - говорит Даня то, что уже озвучивал, и ухватывает меня за руку. – Все, чего ты была лишена всю беременность и первые месяцы жизни нашего сына…Тебе остается лишь не препятствовать и принимать.
Говорит, и одновременно с этим его пальцы нежно и чувственно поглаживают мои. Это очень приятно, и я, конечно, позволяю.
Не отталкиваю, когда его лицо снова склоняется к моей шее, и он начинает выводить дорожку сладких поцелуев.
Я закрываю глаза, с моих губ срывается еле слышный стон.
- Пиздец, как хочу тебя, Юль, - шепчет Данил, и я непроизвольно улыбаюсь.
- Смешно? - ворчит Даня.
- Нет, просто хорошо.
- Трахну, как только мы доберемся до отеля, - обещает он, возвращаясь губами к моему уху.
- А если я скажу что-то, типа «нет»?
Не планирую, мне просто любопытно.
- Тогда, блядь, изнасилую, - припечатывает он, и я решаю заткнуться.
Но когда мы въезжаем в отель, Игорек начинает капризничать, и Даня как-то сразу забывает про свою угрозу.
Требует, чтобы я померяла сыну температуру.
- Вдруг, она поднялась чисто из-за перелета. Я читал, такое с младенцами бывает.
- Где читал? – укачивая, спрашиваю я.
- В блоге.
- Ты читаешь блоги, посвященные младенцам?!
- Но на всякий случай спросим у врача.
- Да все нормально, просто, как всегда, животик, - говорю я, стараясь успокоить себя и его, но Даня все же настаивает на своем.
И успокаивается только тогда, когда местный врач приходит, осматривает, и подтверждает, что поводов для волнения нет, скорее всего общая усталость и акклиматизация.
- Я могу с ним посидеть, а вы сходите поужинайте, - предлагает нам Валентина Сергеевна после ухода врача, но Даня только отмахивается.
- Не до ужина, - бормочет он, пытаясь отвлечь Игорька погремушкой, а я подхожу, привстаю на цыпочки и целую его в слегка колючую щеку.
Только где-то через час сын, наконец, успокаивается и крепко засыпает. Тогда я беру Даню за руку, и привычно тяну его к кровати.
Здесь она не такая маленькая, как у меня дома. Огромная. Может посоперничать с той, что в спальне у Дани. Застелена красивым шелковым бельем.
Он усмехается, на лету улавливая, к чему я клоню, но вдруг меняет курс и выводит меня на балкон.
Даже не на балкон, а на роскошную террасу с шикарнейшим видом на тропическую зелень, и морскую полосу, уходящую далеко к горизонту.
- Нравится тебе здесь? – спрашивает Даня, и я, конечно же, киваю.
- Не то слово. Просто сказка, а не отель.
- Теперь, Юль, ты просто обязана принять мое предложение. Будь послушной девочкой, и скажи «да».
- Данил, давай не сейчас.
- Я люблю тебя, Заноза. Мне кажется, полюбил с первой секунды, как увидел. Даже тогда, когда я…поступал как полный, дошедший до дна дебил, я…не переставал тебя любить. Отрицал, злился на себя, пытался выдернуть из сердца и забыть. Не получилось. И, абсолютно точно, уже не получится.
- Даня…
- Я, блядь, пиздец, как люблю тебя, Юля.
- Я тоже люблю тебя, Даня. Всегда любила, а сейчас…еще сильнее, чем тогда.
Бросаюсь ему на шею, а он ловит, и крепко обнимает меня за талию.
Мы целуемся, но скоро Даня немного отстраняет меня от себя.
- Выйдешь за меня? – спрашивает он, а я снова тянусь к его губам.
Он останавливает.
- Еще до больницы собирался это сказать. Мне без тебя…без вас, не вариант…Слишком херово...Удавиться проще...
- Я очень люблю тебя, Даня.
Ладонями забираюсь под футболку, поглаживаю гладкие, упругие, напряженные из-за моих касаний мышцы груди.
Тянусь, целую снова, а когда моя рука подныривает под резинку его штанов, он сдавленно стонет в мои губы.
Он очень сильно возбужден, и едва мои пальцы смыкаются на его члене, он будто сходит с ума, и забывает обо всем.
Мы очень быстро оказываемся в спальне, разгоряченные, обнаженные на кровати, и секс между нами настолько жаркий и яростный, будто мы не виделись с ним по меньшей мере сотню лет. И вот, наконец, нашлись, дорвались друг до друга.
- Так ты выйдешь за меня, - не спрашивает, скорее утверждает Даня, ухватывая меня за волосы и разворачивая мое лицо к своему.
И получаса не прошло с тех пор, как я позволяла целовать и ласкать себя между ног, и отдавалась в самых разных позах, полностью расслабившись, и подчинившись его животному натиску. Он должен все еще пребывать в эйфории. А он уже наседает на меня со своими вопросами.
- Даня, я устала, давай до утра, - бормочу я, но он встряхивает меня, натягивая корни волос.
- Отвечай сейчас, Юля, положительно, и уже не трепи мне нервы.
- Мне больно, отпусти.
- Тебе будет еще больнее, если не ответишь.
- Я люблю тебя, Даня, - говорю я, - и…ты можешь усыновить Игорька. Но замуж за тебя я не пойду. Не проси.
Красивое лицо замирает, словно маска. Желваки напрягаются, кадык нервно дергается.
- Нам ведь итак хорошо, к чему формальности, - бормочу я, чем злю Даню еще сильнее.
- Почему? – цедит он сквозь зубы, и гневным взглядом прожигает на мне дыру.
- Просто не хочу замуж, вот и все.
- За меня не хочешь?
- В общем, не хочу, - уточняю я. - Будем вместе жить, если тебе так хочется, воспитывать сына. Но не замуж. Пожалуйста. И…отпусти меня уже, наконец.
Он отпускает, а я сейчас же ловлю его ладонь.
Он выдергивает и отворачивается. Но продолжает лежать рядом, слава богу, не уходит.
Я тянусь к нему и обнимаю за широкие рельефные плечи со спины.
Он такой красивый без одежды, что я не могу на него налюбоваться. Хочется трогать и целовать каждый сантиметр.
- Не обижайся, пожалуйста, Дань, - тихонько прошу я.
- Я не хочу тебя видеть. Отстань.
Вздыхаю.
Веду рукой к его животу, начинаю поглаживать, аккуратно перемещаясь все ниже.
- Отстань, блядь, - рычит Даня.
- Не отстану. Я хочу еще.
- Я…буду заниматься сексом только со своей женой.
- А я и есть жена. Просто не на бумаге. Но в душе…могу поклясться тебе в вечной верности.
Спускаю пальцы ниже, с удовольствием убеждаюсь, что у него от моих действий снова основательный стояк.
Обхватываю, начинаю поглаживать, одновременно с этим покрывая поцелуями его спину.
- Отвали.
Но на этот раз он звучит не настолько решительно.
Я усмехаюсь, облизываю губы в предвкушении, потому что собираюсь свести его с ума, и быстро подныриваю под его руку…
Несмотря на немного нервный вечер, связанный с волнением за сына, ночь и утро проходят превосходно.
Мы с Даней словно настроены на одну волну. Он удовлетворен и много времени уделяет мне и Игорьку.
Кажется, что кроме нас у него нет никаких больше дел, и я с головой заныриваю в это его внимание.
Завтракаем в номере, с комфортом устроившись в удобнейших плетеных шезлонгах. Наш малыш полулежит между нами в специальном детском кресле, а после завтрака мы договорились, что все вместе отправимся к океану плавать.
Плавать, громко сказано. Я думаю, вначале мы осмотримся, попробуем слегка намочить ножки.
Главное, нужно успеть до того, как солнце начнет сильно припекать. Для Игорька это будет первый выход к морю, и я волнуюсь.
Даня идет рядом. Уверенный, загорелый, в солнцезащитных очках, и с умопомрачительной улыбкой на губах.
На него засматриваются женщины всех возрастов. Их даже не смущает то, что впереди у него пристегнут детский рюкзачок, с уютно устроившимся в нем младенцем.
Коляска у нас тоже есть, но она осталась в номере. Даня сказал, что всем будет удобнее, если так. Я не возражаю.
Игорьку нравится абсолютно любое общение с папой. У меня сердце замирает всякий раз, как я смотрю на них, таких любимых, поглощенных изучением друг друга.
Чужое же внимание отвлекает.
Так и хочется подойти к зазевавшимся, и больно щелкнуть каждую из них по носу.
- Может, для начала в бассейне? – спрашиваю я, скашивая взгляд из-под очков на ровную толщу воды в тот момент, когда мы проходим по аккуратному деревянному мосту.
Тут целая сеть водоемов, глаза разбегаются, какой из них лучше выбрать. Наверное, где-то здесь даже есть лягушатник.
Данил отвлекается от сына и прослеживает за моим взглядом.
- Здесь кажется поспокойнее, а на море, наверняка, будут волны, - привожу я главный аргумент, но тут же понимаю, что на самом деле мечтаю поскорее уже свалить с приотельной зоны. Уж слишком много ненужного внимания привлекает наша пара.