Глава - 3
Что-то новое
— Не так, — опять недовольно критикует меня Ёнджун. — Следи за выражением своего лица и не надо делать его таким.
— Каким? — не поняла я и повторила движение танца, смотря на себя в зеркало.
— Максимально сексуальным. — Серьезно отвечает он и я замираю в танцевальной позе, замахнув руки за голову. Неудобно вышло. — Ты и так очень харизматичная во время танца. Так что на этом можно остановиться.
Я поварачиваюсь к нему лицом и, когда заглядываю ему в глаза чувствую ужасную неловкость и свою зажатость. Раньше мне не приходилось смущаться от его присутствия, но сейчас это необъяснимо. Прошло всего лишь пять дней с наших совместных тренировок, как он начал странно на меня влиять. Моим глазам приходится смотреть куда угодно, но только не на него в прямую.
— А чем мешает моя... — ащ! Не могу выговорить это слово, когда он так серьезно на меня смотрит. — Аура?...
Выходит так словно я спрашиваю не вопрос, а подходит ли моя подборка синонима к слову «сексуально». Ёнджун слегка улыбнулся опустив голову вниз. Чёрт, во мне что-то взрывается. Хочется везжать, как дура, от его улыбки, которую за всё это время я видела весьма редко. Он всегда старается быть очень конкретным и стойким, сдерживая порывы смеха.
— На тебя будут с интересом пялятся парни, — мне кажется или он меня отчитывает?
— Но, — видя то, что я хочу возразить, мой одноклассник хмурится. — Я же теперь танцую в центре. Разве это не входит в мои обязанности?
— Не придумывай, Рюджин, — его голос звучит так строго, что я не хотя, вспоминаю поучения моего отца.
Пока я молча стою по середине зала, как истукан, парень смотрит в сторону выхода, отвернув от меня голову так, словно ему не нравится то, что я ему говорю. Ёнджун такой странный сейчас. Неужели он раздражается от моих ответов? Брюнет собирает свои вещи на скамье и взяв бутылку воды под руку, собирается... уходить? В чём дело?
— Ни в чём, — бросает он у выхода.
Это он читает мои (как мне кажется громкие) мысли или я спросила это вслух? Отлично! Я даже не контролирую свой язык и мысли. Дур дом какой-то.
— Ёджун, — зову его, но не успеваю сказать следующее, как он оставливается держа дверь, и развернув от меня свою широкую спину, слегка обиженно и зло кидает:
— Я Ёнджун, — как всегда выделяет проклятую букву, выставив меня идиоткой, которая до сих пор путает их имена, после выходит, резко закрыв дверь.
Нуу... хотя бы не хлопнул ею.
И что мне делать? Этот мудак сам предложил мне дать пару советов относительно моих движений, но не прошло и десяти минут, как он равнодушно уходит, бросив меня в школе, где все почти что разошлись. Даже не попытался оправдать свой неожиданный уход. Мог же сказать там «Мне надо по делам», «У меня тренировки», «Я забыл о свидании», «Утюг не выклю...»
Свидание?
Нет. Точно не то, у него же нет девушки.
А может есть, откуда мне знать? А если есть какая она? Красивая? Умная? Скорее всего. Он на глупых и не посмотрит, ведь сам весь такой образованный и идеальный. Какой-то неприятный холодок прошелся по спине от таких мыслей. Почему меня это вообще волнует?
Надо хорошенько отрепетировать наш танец. После завтра будет конкурс. Честно, я так переживаю. Обычно меня сложно мотивировать на какой-нибудь исход. Я на столько пофегист, что если у меня не получится — моему счастью не будет придела.
Ну не вышло и пофиг.
Как-то мама попросила меня приготовить ужин, так потом вся моя семья с отравлением желудка лежали и принимали какие-то мерзкие травы от бабушки. С тех пор я вообще не готовлю. По блевала три дня и вуаля! Кухня и я — не совместимые вещи.
Но на этот раз всё не так. Хочется утереть всем нос и вырвать победу из рук других школ, как хищники обычно рвут швею своей жерты. Изначально, ни смотря на мою разъярёную Чэрён, я планировала тупо пратанцевать хореографию в своём стиле: не плохо, не хорошо — средненько, — а после с натянутой улыбкой радоваться со всеми. Неважно чему, победе или же простому участию.
На сегодняшний день всё изменилось. Из четырёх девушек, из нашей школьной команды, центром, без лишних вопросов, выбрали Йеджи. Она была популярна и в других школах — безпроигрышный вариант, скажем так. И вроде все было нормально, как Йеджи заболела.
— Джису, — звала Чэрён кого-то в школьном дворе. — Джису! — подруга поднимает руку и машет, волоча меня читающую в телефоне фанфик, в сторону какой-то Джису.
— Джису? — отвлекаюсь я. — Кто это?
И опять моя подруга смотрит на меня, как на очень, очень, очень тупую блондинку (хотя светлые волосы у неё).
— Это Лиа, — ... наверное мне придется согласится с её взглядом.
— Серьезно!? — ... согласится много, много, много раз, потому что мой голос тоже звучал удивленно тупо. Чэрён вдыхает в себя воздух сквозь сомкнутые зубы, показывая мою неисправимую безнадежность.
— Привет, Чэрён, — подошла к нам поникшая Джису. — Привет, Рюджин. — Обменявшись привествиями, моя подружайка поинтересовалась её состоянием, а я с лицом; мол, я на пару с Чэрён и я тоже беспокоюсь, ждала ответ. — Йеджи сильно заболела, — ещё больше погруснело её личико. — Мы остались без цента. Сегодня надо это решить. Может отпросимся с уроков?
Несколько минут и мы снова сидим в нашем тренировочном зале, оброзовав огромедный круг, дожидаясь, когда придут те, чьи места пустуют. Кстати, ту шутку про «Изгнать демона» я всё-таки опробовала, а потом, под звонки смех Лукаса и его дружков, бежала от Чэрён по всей школе. Затем последовал ужасный хэпи-энд: нас, старшекласниц, отчитал директор, заставив мыть огромный спорт зал. Тогда я ныла подруге, что демона надо было изгонять из него, ибо он настоящий Люцифер.
— Лукас! — послышался злобный голос Ёнджуна, а уж потом на пороге появился довольный Юк со сбитым даханием, но широкой улыбкой. — Ты зае... — грозно заходит Ёнджун, явно, хотевшись сматерится, но теряется увидев всех собравшихся, где были мы, девушки. — ... хал, — договаривает он, а Лукас начинает смеяться.
Эффектное появление, ничего не скажешь.
— У D-friends проблемы, — начинает Лиа.
— Знаем, — подхватывает Субин. — Йеджи заболела, да?
Грусный качек головой со стороны девушки.
— Так заменить же можно, — предлагает Ким Ёджун.
— Тобой? — Издевается Лукас, мол, его, Ёджуна, в команду девушек, потому что этот парень тоже хотел исполнять центровые парти во время припева, но всё же уступил Субину.
— Эй, — вякнул тот, — не забывай, что ты у меня алгебру списываешь, ладно?
Лукас указательным и большим пальцем провел до края губ, и покрутил, а-ля, всё закрыл рот на замок — молчу. И выкинул невидимый ключ в рот Бомгю, который подыгрывая ему, его открыл и проглотил с характерным звуком.
Чэрён мило захихикала, а Бомгю, глянув на неё, улыбнулся. Интересное зрелище, причем настолько, что я отвлеклась от чтения и осмотрела их, вкушая некую химию между ними.
— Какие варианты? — спрашивает у нас Субин. — Кто хочет?
И все не решаются, потому что девочки были любителями, а не профессионалами, в отличии от парней. Но, я не знаю, что насчёт Джису, а вот если надавить на Чэрён и вбить в неё одушевленную речь, она это сделать не хуже Йеджи.
— Рюджин. — только и кидает Ёнджун, всё время сидящий на скамье у стены, свесив руки на коленях и собрав пальцы в замок, смотит в пол.
— М-м-м, — протянул притарносладко Лукас, хитро смотря на друга, через плечо.
— Я только «за»! — поддержала Чэрён.
— И я, — так же весело крикнула Лиа.
— А сама Рюджин? — аккуратно спрашивает Бомгю, всматриваясь в моё каменное лицо.
А я? А что я? Шин Рюджин читает фанфик «Врать — тоже искусство» с безумными глазами, потому что там волнующий момент. Я не обращаю на них внимание, пока Чэрён, (самая лучшая стерва!) не отбирает с моих рук мой мобильник.
Ну нет, она же не серьёзно, да?
— Верни! — обиженно и по привычке опустив уголку губ, выпучиваю нижнюю губу. Так я делаю в самых редких или же экстренных случаях. — Не смешно.
— Так ты согласна? — с, незнаю почему, молящими глазами на меня смотрит Лиа, а оглядевшись, вижу, что они все что-то от меня ждут.
Я что, у них у всех сто тысяч вон в займы брала? Так с чего вдруг такие выжидающие взгляды? Словно кусок говядины во мне увидели, только один Ёнджун спокойно ждал, усмехнувшись с моего удаленного лица. Йая! Чего он опять насмехается надо мной?
— Да, да, — быстро и фиолетово тараторю, выхватив свою вещь из чужих рук. — А на что именно я согласна?
И с тех пор я поняла, сначала задавай и уточняй, а потом отвечай и не мучайся. Вот на таких промахах надо и учится. Шин Рюджин, ты не исправима!