Глава 2
Тишина опустилась на гарем. Даже наложницы и служанки дворца притихли. Невольницы стояли, новость поразила их словно молния. Никто из девушек даже не пошевелился. Каждая в своих мыслях снова и снова воспроизводила образ этой красивой девушки и пыталась понять. Вот только что? Как она смогла так высоко забраться? Понять, кто она вообще такая? Никто не верил. Это было невозможно. Такая молодая рабыня стала султаншей. Некоторые ждут долгие годы, десятилетия, а она будто бы и не спешила.
- Это была жена султана? - недоверчивым тоном спросила девушка со светлыми кудрявыми волосами.
- А ты что не веришь? - лицо евнуха в миг стало злым.
- Нет.
- Да как ты смеешь, - он уже замахнулся, но когда заметил, что девушка вся сжалась, не двинулся дальше, а мягко опустил руку. Затем он постоял ещё минуты две, а потом начал медленным шагом проходить мимо девушек и некоторых из них грубо вытаскивал из колонны, ухватив за локоть. - Хельма-калфа, это новые наложницы сделай всё, что требуется.
- Хорошо-ага, - проговорила женщина, а затем повела несколько девушек дальше по коридору.
Девушки шли по длинным и широким коридорам османского дворца. Это место внушало и спокойствие и страх одновременно. Столько огромное и могучее здание приковывало взгляд и заставляло дрожать человеческое сердце. Могущество, сила, власть и безопасность. Это место является центром вселенной и центром всего что только может и могло быть на земле. От высоких каменных стен, сложенных из огромных камней, веяло холодом. И кто бы не проводил по этим стенам пальцами своих рук, у каждого волосы вставали дыбом. Каждый чувствовал это. Сила, исходившая отовсюду, от стен, пола, потолка, всё это чувствовалось и заставляло человека дрожать от страха при одном только взгляде на сие творение рук человека. Топкапы дом султана, сердце для всего живого и самое безопасное место во всей Османской империи. Почти возле каждой двери по два стражника, а по самому дворцу ходят евнухи, готовые пролить за династию свою кровь. Каждый из них, помимо своих внешних обязанностей и правил поведения присущих только евнухам, изучал некоторые виды боевых искусств.
Дворец был самым безопасным местом, никто не мог даже лишнего движения сделать в сторону Топкапы, и не то что уж напасть на него. Но вместе с этим внутри дворца разворачивалась настоящая бойня между борьбой за власть. Сотни людей воевали и строили козни между собой лишь бы взобраться как можно выше. Каждый день тут разворачивалась целая игра, которая не редко приводила к плачевному окончанию, но никого это не волновало. Ведь если выиграть в этой игре то можно было стать даже падишахом, или же стать главным казначеем гареме, это не меньшая власть, но среди женщин война шла самая ожесточённая, самая безжалостная. Даже евнухи не лезли к ним, понимая насколько всё опасно и как может закрутиться этот водоворот сотен судеб. Каждая боролась за свою жизнь и за место под солнцем. Женщина могла стать первой калфой и это приравнивало её к главному евнуху и она была в праве решать кто сможет пойти по золотому пути. И к именно такой женщине большинство подбивало свои клинья, ведь все хотят наилучшей жизни.
Пухлая женщина вела девушек по длинному, казалось, нескончаемому коридору. Руки она свои держала в замке напротив своего вываливающегося живота. Но никто и не смел её упрекать за фигуру. Во дворце действительно хорошо кормили, вкус был изумительным. Даже сам запах от готовящейся еды разносился от самой кухни по всему дворцу. Евнухи и калфы могли есть всё, что только пожелают, и столько, сколько душе будет угодно. А вот рабыни и наложницы не имели таких привилегий, ведь каждая из них должна быть красивой, ведь падишах может заметить её. После того самого случая, когда шехзаде влюбился в служанку, казалось бы отребье дворца, он возвысил её до самого края небес и не было женщины счастливее её. Именно поэтому каждая молодая и красивая по своему девушка тешила себя красивыми мечтами и надеждами о столь же красивой жизни.
Наконец небольшая колонна из невольниц остановилась. Они стояли возле высокой и широкой двери. Она была сделана из тёмного дерева. А при одном лишь взгляде на неё становилось ясно, что толщина у неё такая, находясь запертой в этом месте никто тебя и не услышит, ну если только будет находится на минимальном расстоянии от двери. Девушки в лохмотьях стояли возле неё и рассматривали всё вокруг. Всё было красивым и изящным. Даже казалось, что огонь в небольших факелах, расположенных по стенам во всём дворце, танцует или же играет с собственной тенью. Пухлая женщина резко развернулась лицом к рабыням и проговорила:
- Девушки, это баня! - после её слов дверь тут же распахнулась и на невольниц ринулось облако приятного и тёплого пара. - Здесь вы сможете помыться, а затем вас осмотрят. Давайте, живее! - калфа взмахнула рукой и несколько опрятных и ухоженных девушек, в нарядах из лёгкой, но однотонной ткани, быстро подошли к грязным невольницам и начали быстро набирать воду пока те раздевались.
Это комната была просто огромной и очень теплой. Баня вся состояла из мрамора, цвета топлёного молока. Приятный запах окутывал это место. Пол, стены и конечно вода, всё это было изумительно чистым и приятно тёплым. Через некоторое время девушек уже чистых и укутанных в длинные полотенца повели обратно. Теперь им было холодно, ведь они были мокрые, а по их уже чистым волосам стекали капли воды и оставляли на полу мокрые следы до самого гарема.
Наконец невольницы дошли до места. Калфа резко остановилась перед двумя высокими дверьми, за которыми были слышны и смех и разговоры. Затем она легко постучала и они распахнулись. Перед рабынями тут же предстало большое и красивое, но странное место. Оно было очень похоже на огромную комнату с очень высокими потолками. Здесь было всего три этажа. Пол состоял из плоских серых камней, однако в широком проходе находился узор из белой гальки, которая, как казалось была просто втоптана в пол. По краям первого этажа стояло несколько тонких деревянных балок, через которые проходили белые полупрозрачные шторы. Сейчас они были собраны возле каждой балки. Дальше шли места для сна. Одно место было шириной около метра, а длиной около трёх метров. На них также находились белая маленькая подушка и такое же белое покрывало. Затем шли второй и третий этажи.
- Девушки, - как только калфа вошла множество красивых наложниц вышли и выстроились около прохода. - Это место, - она сделала рукой полукруг. - Гарем. Теперь это ваш дом. - Кто-то заохал, кто-то застонал. Наложницы же, которые выбежали к калфе стояли с недовольными лицами. Пришли их соперницы, которым им хотелось бы прям на месте придушить, но этого делать нельзя. Теперь им пришлось улыбаться. - Нур, займись ими.
- Да, - из строя вышла высокая девушка с рыжими волосами. Она слегка приклонилась и калфа ушла.
Как только пухлая женщина вышла из гарема и скрылась за углом одно из многочисленных коридоров всё тут же переменилось. Улыбка с лица девушек пропала, но появилась наглая и язвительная усмешка.
- Какие страшненькие, - проговорила светловолосая девушка, которая жадно ела ярко-красное яблоко. Она с призрением смотрела на невольниц некоторое время, а затем развернулась и ушла. Жительницы гарема начали шептаться и переговариваться между собой. Каждая обсуждала вновь прибывших девушек для султана.
- Ваши места там с краю, - Нур небрежно указала рукой на стену. Это был самый край огромной комнаты, сразу за ней идёт не широкая деревянная лестница, по которой можно поднялся на второй и третий этажи. - Там, - наложница показала на небольшой деревянный шкафчик. - Можете взять одежду, - после этих слов девушка уселась на небольшую подушку, которая лежала на первом этаже и принялась очищать апельсин от кожуры.
Девушки, одна за другой начали разбредаться по своему новому дому. Они рассматривали это место и казалось что они запоминают каждую щель каждый уголок.
- А что это за место, - проговорила она из новоприбывших рабынь.
- Ты что не слышала? Нам же только что говорили... - шёпотом затараторила брюнетка, но неожиданно её перебили.
- Это султанский гарем, а все вы его собственность и останетесь здесь навсегда! - прозвучал звонкий голос одной из наложниц. - Больше не думайте о своей прошлой жизни, вы к ней больше не вернётесь. Теперь вы здесь и вы не более, чем личное имущество для нашего великого падишаха.
Девушка продолжала говорить, она произносила слова так едко, но вместе с тем и гордо. Она уже давно смирилась со своим положением и стремилась как можно быстрее лишить надежды остальных. Ведь не так то и просто тут выжить, а если будешь тешить себя надеждами на райскую жизнь, то так и до смерти не далеко. Надо всегда быть наготове, обзавестись нужными друзьями и добросовестно выполнять свою работу и тогда, возможно, но не наверняка, тебе улыбнётся удача.
Новенькие рабыни слушали её с раскрытым ртом, а внутри у них всё сжималось от неизвестности. Они лишь вещи. Все они. Никто. Ничтожные рабыни, их даже за людей не считают и никогда не будут считать. Прислуга, возможно наложница, но никак не человек, не любимая женщина, так им казалось. Но одна из девушек, которая была умнее всех остальных, она уже давно поняла где находится и как нужно себя вести. Поняла ещё при первой встрече с главным евнухом и теперь её волновала лишь жизнь здесь. Нет. Она не хотела ни с кем воевать, ей лишь было интересно как тут всё происходит, ей нравилось наблюдать и слушать, а выжить она и так сможет.
- А Хасеки тоже вещь? - неожиданно спросила она у той, что читала лекции рабыням.
- Что ты?! - неожиданно вскрикнула она и ненадолго замолчала. Все они сейчас сидели рядом друг с другом вслушивались в разговоры.
- Наша Хасеки свободная, - с какой-то нежной добротой в голосе уже произнесла Нур.
- Как это? Разве может быть так? Нам говорили, что свободных сюда не привозят.
- Правильно говорили, но её привезли. Она уже вошла в этот дворец госпожой. Мы тут все недавно, - Нур оглядела всех девушек. - Как только наш султан взошёл на престол так всех предыдущих наложниц и рабынь убрали, а нас привезли сюда. Некоторые прибыли из санджака.
Всё это слушала стоящая в далеке девушка. Она стояла незаметной, но при этом её внешность была яркой. Девушка была довольно красивая, её лицо имело аристократические черты и держалась она очень гордо и возвышенно. Лицо её казалось добрым, но на деле она была злобной гадюкой. Глаза её пылали ненавистью и завистью, её не уважали так как уважали Хасеки и это задевало её больше всего. Эта девушка была намного выше Гюль по происхождению и стояла почти на равне в гареме. Ведь она невеста шехзаде, а значит должна быть почитаема, её должны уважать и должны любить. Они все должны.
- Как вы до сих пор можете так о ней говорить? - не выдержала она и все девушки тут же обернулись.
- Принцесса, - все тут же встали со своих мест и ненадолго приклонили свои головы.
- Вы все её так уважаете и любите, но за что? - она усмехнулась. - Она что обещала каждой из вас райскую жизнь в этом месте или она дарит вам свои платья?
Асудэ пыталась принизить и Хасеки и наложниц. С каждом её словом становилось лишь противные, а в сердце каждой невольницы всё больше колола боль. Ведь они все тоже женщины и тоже в праве завидовать. Но неожиданно в гарем забежал тот самый молодой евнух и встал возле двери.
- Дорогу! Хасеки Султан Хазрет Лири! - вот теперь уж точно все поднялись со своих мест. Через минуту в гарем вошла тонкая девушка. Нежная, словно цветок, изящная, она прошла чуть дальше и остановилась возле нескольких наложниц.
- Приятного аппетита, - произнесла она, будто прощебетала. Сейчас был вечер и все обитательницы гарема ужинали.
- Спасибо, госпожа, - произнесла пара девушек. - Не хотите ли поесть с нами?
Только Хасеки хотела ответить, как её перебили.
- Вы так к ней почтительны, самим не противно? Она пришла во дворец грязной и оборванной рабыней, похуже всех вас. Она до сих пор как была рабыней, так ею и осталась, как вы можете перед ней склонять свои головы, - албанская принцесса подошла близко к Хасеки султан и гордо смотрела на неё сверху вниз, ведь она не только была выше по происхождению, но и ростом тоже превосходила её. А Гюль лишь стояла опустив глаза в пол...