[BL] А я поцеловал его брата!

Было что-то в Рике, чего я не понимал, и это меня жутко раздражало. Он явно что-то скрывал, что было связано с тем, почему он был таким придурком. С одной стороны я так сильно хотел это знать, но с другой — ненавидел себя за это. Я имею в виду, это ведь было не мое дело, верно? Очевидно же, что по прошествии двух недель мы больше никогда не увидимся.

Сколько бы раз я не пытался напоминать себе об этом, ничего не помогало. Я все равно хотел узнать, вот только заставить Рика быть серьезным и поговорить со мной об этом было все равно, что пытаться научить дохлого хомяка говорить по-английски. Практически невозможно. Меня это раздражало, но я не показывала ему.

И это хорошо, что я был раздражен. Мне было легко показать ему, что я злюсь, когда он попытался найти предлог и уйти из гитарного магазина.

— О, перестань вести себя так, как будто ты у дантиста. Найди в себе силы и поищи ту, которая тебе понравится, — рявкнул я, вызывающе глядя на Рика, который уже довольно долго хмуро смотрел на стойку с черными бас-гитарами.

П/п: у автора используется сленговый оборот «grow the pair» - дословно отрасти себе пару, но в бытовой речи это грубое выражение, которое чаще используется по отношению к мужчинам и означает: наберись мужества, будь храбрым. Особенно в ситуации, в которой до сих пор это не удавалось.

Он сразу же отошел, сложил руки на груди и раздраженно взглянул на меня, прежде чем сказать в свое оправдание:

— Я же говорил тебе, что не хочу этого.

Я практически мог видеть слово «ложь», написанное на его лице, когда он произносил это, поэтому просто проигнорировал его выпад и прошел мимо, чтобы просмотреть несколько книг для начинающих.

Я услышал, как он раздраженно выдохнул, прежде чем последовал звук его шаркающей походки. Не удержавшись, я глянул краем глаза, и заметил, что он шел по проходу, вообще не обращая внимания на большое количество выставленных там гитар. И тогда я понял, что он уже присмотрел себе одну в самом конце. Я тут же отложил книгу и, подойдя, встал рядом с ним.

Гладкая черно-белая электрогитара практически светилась под флуоресцентными лампами в стеклянной витрине вместе с новым блестящим усилителем. Судя по описанию, это была 6-струнная электрогитара Les Paul 100 Ebony.

Без сомнения, это было красиво, но её цена грозила вытащить из моих карманов все наличные, которые у меня были. Я сказал Рику, что у меня только сто баксов, но на самом деле в моих карманах было сто шестьдесят. Все мои кровно заработанные деньги, которые ждали, когда я наконец смогу их потратить на новую баскетбольную форму. И я просто не мог его сейчас подвести. Рик смотрел на нее так, будто это был Иисус Христос, упавший с Небес, и я снова увидел тот блеск в его глазах, который у него появился, когда он играл на гитаре у себя дома. Это был настоящий интерес к чему-то, что принесло бы ему пользу, к чему-то, чего он действительно хотел.

— Тебе нравится эта? — спросил я очевидное.

Рик немного помолчал, потом явно начал кивать, но тут его взгляд упал на цену, и он отрицательно покачал головой. Я закатил глаза.

— Ерунда, — возразил я и взглянул на продавца, стоящего за прилавком. — Эй! Можем ли мы посмотреть на эту, пожалуйста?

Лицо продавца просветлело, и он бросился к нам. Рик уставился на меня, но я лишь ухмыльнулся и высунул язык, дразня его, когда менеджер подошел и открыл витрину.

— Отличный, просто прекрасный выбор, ребята. Это же классика Les Paul. У неё корпус из красного дерева с кленовым верхом, это подарит вам лучший классический уверенно тяжелый тон. Её гриф также выполнен из красного дерева на болтах и накладкой из палисандра. Есть два хамбакера с открытой катушкой и хромированная фурнитура. Вот, попробуйте.

П/п: хамбакер это тип магнитного звукоснимателя для электро- и бас-гитар, состоящий из двух катушек индуктивности в магнитном поле.

Он передал Рику гитару, и тот осторожно взял ее, затем прижал к себе и неуверенно провел кончиками пальцев по струнам, вызывая в них мягкий гул.

Он очевидно был очарован её дизайном, и я клянусь, Рик выглядел так, будто собирался бросить меня и пойти за гитарой.

Как раз в это время продавец уже подключил ее к усилителю и дал Рику сигнал. Сделав небольшую паузу, он решился взять несколько аккордов, и Рик действительно выглядел в этот момент счастливым.

Когда он заиграл, я узнал еще одну песню Nickelback, но вскоре он положил пальцы на струны, чтобы успокоить их.

— Я дам вам немного времени, ребята, чтобы решить, но, честно говоря, я бы сам забрал ее, если бы у меня были деньги. Мало того, что она просто красавица, эта гитара чертовски потрясающая для серьезной музыки, — объяснил продавец, прежде чем подмигнуть нам и вернуться за стойку.

Рик ласкал взглядом ее отделку и гриф, нежно скользил пальцами по струнам, так что они мурлыкали.

— Итак, что ты думаешь? — спросил я.

Рик моргнул, взглянул на меня, потом снова на гитару, и я почувствовал прилив раздражения, когда увидел, что он снова хмуриться.

— Я не хочу этого, — решительно отказался он.

— Почему?

— Не знаю, просто не хочу.

— Ах ты, упрямый осел. Не лги мне. Я видел, как ты смотрел на эту штуку, как на кусок красивой задницы. Если хочешь, давай.

— У нас недостаточно денег.

— Черт возьми. Я солгал, когда сказал, что у меня всего сто. На самом деле у меня есть сто шестьдесят. С твоими пятьюдесятью это будет как раз то, что нужно, — решительно сказал я.

Рик замолчал на некоторое время, казалось, размышляя над этим, затем, немного поморщившись и застонав, он наконец что-то решил.

— Ты не отпустишь меня, пока я не куплю её?

— Нет, черт возьми.

— Угу... Отлично. Как угодно. Договорились.

— Договорились, — я немного поиздевался над ним, произнеся это писклявым голосом, которого у него никогда не было, — Да ты настоящий пацан. Тебе понравилась эта крошка. И мы берем её. Йоу!

Я снова подозвал продавца и указал на неё. Он усмехнулся и побежал за чехлом. Вернувшись он помог нам упаковать все, и я заплатил ему наличными, оставив свой бумажник совершенно пустым. Наконец мы направились к машине и Рик положил все в багажник, прежде чем сесть за руль и поехать домой.

К тому времени, как мы подъехали к перекрестку и встали на светофоре, уже стемнело. Но сейчас было только десять или одиннадцать, и мне совсем не хотелось идти домой. Хотя Рик все время вел себя как придурок, но я все равно предпочитал иметь дело с ним, а не с отцом.

Эта мысль раздражала меня, поэтому я решил заполнить неловкое молчание.

— Итак, я не знал, что тебе нравится Nickelback, — сказал я.

Рик небрежно пожал плечами, посмотрев в окно со скучающим выражением лица.

— Это не плохо, но не совсем моё.

— Ты можешь очень хорошо играть их песни.

— Просто много упражнялся.

— Ты говоришь о группе, которая тебе не нравится?

— Что это? CSI? Что ты хочешь от меня? — Рик фыркнул, закатив глаза.

П/п: CSI — аббревиатура: Crime Scene Investigation — название вымышленной криминалистической лаборатории из одноименного сериала про полицейских «CSI: место преступления Майями» или CSI (Customer Satisfaction Index) — это показатель, с помощью которого измеряют удовлетворенность клиентов товарами, услугами, обслуживанием и компанией в целом. По смыслу подходит и то и то. С одной стороны Девин словно допрашивает его, а с другой явно интересуется насколько ему нравиться то или иное.

Я фыркнул в ответ, откидываясь на сиденье и наблюдая, как он еще некоторое время молча едет. В конце концов тишина показалась ему неудобной, и он включил музыку. По стечению обстоятельств заиграла песня Nickelback «Как ты мне напоминаешь», и это было немного иронично. Почти сразу же Рик сменил станцию, и Metallica заменила Nickelback. Я нахмурился, наклонив голову, чтобы посмотреть на него, и он неловко закашлялся.

— Значит, ты так и не ответишь на мой вопрос, — сменил он тему.

Я нахмурился, сбитый с толку.

— Какой вопрос?— уточнил я.

Злая ухмылка скользнула по лицу Рика, и мой желудок сжался.

— Взбитые сливки или шоколадный сироп? Мне нужно знать, что купить по истечении двух недель, чтобы я мог сделать эту ночь лучшей в твоей жизни, — протянул он.

Я был зол, но еще больше смущен. Как он мог так свободно говорить об этом?! Он должно быть был сумасшедшим! Так говорят только те уродливые психи в кино! Но хуже всего было то, что это реально заводило меня!

— Ни то, ни другое, — раздраженно рявкнул я, — неужели для тебя нет ничего святого?

— Конечно есть. Представь, как взбитые сливки покрывают тебя повсюду, и я красиво, со священным трепетом, медленно слизываю их. О, кстати, это напомнило мне, ты хочешь использовать веревку или шарф? Мне нравиться шарф. Это выглядит более утонченно, но если тебе нравится грубый стиль, меня это тоже устроит, — снова затянул свою песню Рик.

Чем больше он говорил об этом, тем сильнее я возбуждался и тем больше проклинал себя за это. Как я мог завестись из-за этого — этого грязного разговора?! Это было слишком невероятно, черт побери!

Все ещё усугублялось тем, что он говорил это таким соблазнительным, хриплым тоном, понизив голос так, что меня пробирала дрожь. Я не хотел любить его. Я даже не хотел, чтобы он мне нравился.

— Почему ты такой? — спросил я наконец.

Рик пожал плечами.

— Я мужчина, поэтому у меня есть потребности. И мне нужен ты.

— Не это. Мимо. Я говорю о тебе в целом. Почему ты такой придурок? Почему ты как похотливый щенок? Почему ты нацелился на меня? Что ты собираешься делать, когда закончишь, а? Ты собираешься трахнуть меня и вышвырнуть в окно, как какую-нибудь дешевую шлюху? Так вот, я хочу, чтобы ты знал, что я порядочный и достоин большего чем это, свинья, – рявкнул я, чувствуя, как растет мой гнев.

Очевидно же, что именно этого он и добивался. Он просто хотел потрахаться и сбежать. В том смысле, что я не боялся почувствовать себя обиженной девушкой, но, ведь суть остается сутью. Он сделал бы со мной все эти вещи, а после ему было бы наплевать на меня, а мне оставалось бы только гадать, почему он на самом деле меня не любит. Он хотел, чтобы я влюбился в него, чтобы мочь причинить мне боль?!

— Послушай, — заговорил Рик, и я подскочил от звука его голоса, ставшего настолько ледяным, что у меня пошли мурашки по коже от холода, — на самом деле это не твое чертово дело, почему я такой, какой есть. И, кроме этого, что черт возьми заставляет тебя думать, что я собираюсь вышвырнуть тебя? Я так много делаю, чтобы заставить тебя полюбить меня, и, конечно, не собираюсь бросать тебя после этого. Поверь, тебе не так уж и повезло. Потому что я буду держать тебя прикованного цепями на моей чертовой стороне.

Кажется, я потерял дар речи. Я просто не знал, как ответить на это. Я не мог точно сказать, было ли это его понимание романтики, тупое проявление собственничества или чем-то еще. Часть меня чувствовала себя постыдно взволнованной при мысли, что он на самом деле хотел, чтобы я оставался рядом с ним после этого.

И вот тогда я мысленно ударил себя по лицу.

О, пора перестать быть идиотом! Хватит беспокоиться об этом, я все равно не влюблюсь в Рика. Ни капельки. Неа. Он эгоистичный придурок, и хочет меня только для своих эгоистичных нужд, а не потому, что я ему действительно нравлюсь. Он просто пробует еще одну из своих техник, чтобы заставить влюбиться в него. Ну, это не сработает. ...Вот только я все еще очень хочу узнать, что он скрывает, и это просто сводит меня с ума.

Когда мы подъехали к его дому, я помог ему поднять его новую гитару и усилитель наверх. Потом оставив его одного, чтобы дать время настроить инструмент, я спустился вниз и с облегчением обнаружил Блейка одного, сидящего на кухне со стаканом Kool-Aid.

П/п: это американский ароматизированный напиток, продающийся в виде порошка, который разводиться водой перед употреблением.

— Ты. Подробности. О Рике. Сейчас, — приказал я.

Блейк посмотрел на меня, и его выражение лица было бы бесценным, если бы я был в настроении веселиться. Но я хотел ответов. И я хотел их сейчас!

— Мм, я думаю, ты получил достаточно информации о нем, когда вы впервые встретились? — предположил Блейк, приподняв саркастически бровь.

Я закатил глаза и ударил руками по столу.

— Нет, я имею в виду другое. Расскажи мне историю о том, почему Рик такой мудак?

— Ну, если бы я знал это, поверь мне. Я бы сделал все, что в моих силах, чтобы

обратить это вспять, — возразил Блейк.

Я почувствовал себя подавленным, глядя на то, как он делает очередной глоток Kool-Aid. В итоге, я рухнул на табуретку и ударился лбом о стойку, бормоча проклятия от боли, прежде чем поднять голову и прижаться щекой к ладони.

— Угу, отлично. Большое спасибо, – пробормотал я.

Блейк некоторое время смотрел на меня, затем нахмурился и медленно оглядел комнату, прежде чем наклониться ко мне ближе.

— Послушай, я серьезно не знаю всей истории. Когда это случилось, я был еще слишком мал, чтобы понять, что происходит. Все, что я помню, это то, что Рик однажды пришел домой из школы в самом худшем настроении, которое я когда-либо видел. А после этого он уже всегда был таким. Я потом еще несколько раз пытался расспросить об этом нашего дядю Вика, но он мне так ничего и не рассказал. Каждый раз он просто говорил, что у Рика тяжелые времена, и все. Если ты хочешь настоящую историю, то, вероятно, сможешь услышать её только от Рика. Но очевидно, он не захочет, чтобы ты знал, — объяснил он тихим голосом.

Я нахмурился, снова садясь ровно.

— Плохой день в школе?

— Плохой день, из-за которого он стал самым большим придурком на планете? Я думаю, это было что-то более жесткое.

— Что это ещё может быть?

— Марсиане исследуют анал, — саркастически фыркнул Блейк. — Разрази меня гром, если я что-то знаю. Все, что я могу тебе предложить, это подожди пока он будет готов рассказать.

— Если он когда-либо будет, — хмыкнул я.

Блейк улыбнулся, слегка пожав плечами.

— Ну, я могу подсказать тебе одну идею. ...Он болтливый, когда выпьет.

— Ты советуешь мне напоить твоего брата, чтобы услышать историю его жизни?

— Я что, правда сказал это? Хм... Я не могу точно вспомнить. У меня очень плохая память. О, кажется, я слышу, как Дэнни зовет меня, — Блейк быстро поднялся на ноги и подмигнул мне. — Удачи!

С этими словами он ушел, и я остался один, барабаня пальцами по столешнице.

Хм. Значит, плохой день в школе равняется злому Рику?

Я продолжал находиться в полной неизвестности, но, по крайней мере, теперь мне было от чего отталкиваться. Ну, вроде бы как.

К моему большому разочарованию, Блейк вскоре вернулся, чтобы сказать, что мне пора уходить. Я поднялся наверх, чтобы попрощаться с Риком, но решил остановиться у его двери, когда услышал, как он играет на гитаре.

Он играл еще одну песню Nickelback, прежде чем резко остановился, шипя сквозь стиснутые зубы проклятия. А затем раздалось несколько звуков, похожих на удары, и я бы точно разозлился, если он разбил бы новую гитару. Но вместо этого я услышал звук разбитого стекла, и ругань Рика:

— Чертова дурацкая бутылка!

Я уже было собрался засунуть голову в дверной проем, но слава Богу, что не успел сделать этого. Итак пивная бутылка пролетела мимо моей головы и врезалась в стену напротив. Я задохнулся на некоторое время, а затем заглянул в комнату и увидел, как Рик держит руку, по которой течет кровь.

— Святое дерьмо! Что ты сделал? — спросил я.

Рик поднял голову, взглянув на меня, и его ярость почти сразу же улеглась, сменившись раздражающе хладнокровным поведением.

Он поднял бровь и показал окровавленную руку.

— Порезался о разбитую бутылку. Все будет хорошо. Мне просто нужен бинт, — ответил он ровным голосом.

Я вошел в комнат и последовал за ним в его ванную, где он вытащил аптечку, которую, судя по истончившемуся рулону бинта, паре лейкопластырей и последних капель спирта, нужно было срочно пополнить.

— Я же сказал тебе, убери свою чертову комнату, и жить в ней будет гораздо безопаснее, — упрекнул я Рика.

Это заставило его ухмыльнуться и закатить глаза. Затем он повернулся, и, прежде чем я успел осознать что происходит, он наклонился надо мной, прижав меня к стене у двери ванной.

Я замер, когда он, казалось, забыв о своей недобинтованной руке, сфокусировал взгляд зеленых глаз, из-под полуопущенных век, исключительно на мне.

— Как приятно. Это очень мило, что ты сочувствуешь мне. Теперь ты должен поцеловать меня, чтобы мне стало лучше, — пробормотал он, а затем наклонился и глубоко вдохнул запах моих волос, отчего у меня по коже побежали мурашки.

Я прижался к стене, когда он опустил одну руку, положив ее мне на бедро, а другой оперся на стену, нависая надо мной.

— Я жду, — прошептал он, и его губы слегка коснулись моих.

Я втянул воздух, и прежде чем я это осознал, мы уже целовались. Я не мог сказать точно, кто кого поцеловал первым, но что-то подсказывало мне, что это был я. Его теплые губы накрыли мои, а влажный язык лизнул их, приоткрывая мой рот, прежде чем он углубил поцелуй.

Я услышал, как из моего горла вырвался постыдный стон, когда он прижал меня к стене, соприкасаясь всем своим телом с моим и поджигая меня.

Святой Иисус... Я почувствовал какой он твердый. Я ощущал, как напряглись его мускулы сквозь одежду, когда он притянул меня за талию ближе к себе так, что моя спина выгнулась, оторвавшись от стены. Мы были так близко, что я чувствовал, как он пульсирует под джинсами. Это заставило мою голову закружиться от удивительного чувства похоти. Я никогда раньше не чувствовал себя так ни с кем другим.

Я снова застонал, потому что он прикусил мою нижнюю губу, пока она не заболела. Затем его губы скользнули вниз по моему горлу, и он закинул мою голову назад. Его язык прочертил влажную дорожку по моему горлу к ключице, прежде чем он приблизил губы к моему уху. Его зубы царапнули раковину, прежде чем он присосался к мочке. У меня вырвался вздох и я выгнулся прижимаясь еще ближе к нему.

Кто изобрел одежду? Я его ненавижу. И я серьезен!

— Помоги мне, — прошептал Рик мне на ухо, заставив меня растеряться. Его дыхание опалило меня, когда он провел языком по моему уху, — я так сильно тебя люблю... Это просто несправедливо...

Я тяжело сглотнул, когда он обвил меня обеими руками и уткнулся носом мне в шею. Я не знал, что делать. Я мог ощущать, как колотится его сердце, и его горячее дыхание на моей шее.

— Рик, — наконец выдавил я из себя, но он прижал меня ближе, словно боясь, что я вырвусь и убегу.

На долю секунды все внутри меня перевернулось. Это тот грубый и жесткий Рик, который запросто выбьет дерьмо из парня только за то, что тот тусуется со мной, теперь доверчиво прижимается ко мне и... Его голос звучит убитым от горя. Мне стало его так жалко, и не успел я опомниться, как уже обнимал его, а мои руки скользили по его широкой, сильной спине.

Я хотел что-то сказать, но не мог. Мой голос застрял у меня в горле. Я задохнулся, когда почувствовал, как Рик поцеловал меня в шею, а затем совсем немного отстранился, только чтобы прижаться своим лбом к моему, его губы снова коснулись моих, заставляя их покалывать.

— Девин, поторопись! Ты же не хочешь, чтобы твой папа разозлился из-за того, что ты поздно вернулся домой! — позвал снизу голос Блейка.

Это, казалось, вырвало меня из того, что происходило и я несколько раз напряженно моргнул. И я действительно не собирался задыхаться от возмущения или выворачиваться из его рук, пытаясь снова прижаться к стене. Тем не менее, Рик сам охотно отпустил меня, бросив лишь безразличный взгляд, как будто то, что только что произошло, на самом деле никогда не происходило.

— Рик...

— Напиши мне. Я сунул свой номер телефона тебе в задний карман. Позже мы сможем поговорить о завтрашнем свидании.

— Завтрашнее свидание?! — переспросил я в недоумении.

Рик зло ухмыльнулся, и слегка посмеиваясь, уперся руками себе в бедра.

— Да, единственная причина, по которой сегодняшнее свидание прошло здесь, то, что у меня был низкий денежный поток. Но завтра дядя Вик получит деньги, и он бросит мне пару сотен, тогда я отвезу тебя в место получше. Как я уже сказал, поговорим подробнее об этом позже.

— Девин! — меня снова позвали.

— Да иду я, — раздраженно крикнул я Блейку, а затем с любопытством посмотрел на Рика. — Кстати, если ты хочешь, чтобы все эти любовные отношения наладились, в первую очередь ты должен рассказать мне, кто ты, а уже потом приглашать меня снова на свидание.

— Ты знаешь кто я.

— Я знаю только то, кем ты хочешь казаться. Но я хочу знать тебя настоящего.

После этих слов я повернулся и вышел из комнаты. Мое тело все еще было горячим и потным после того, что только что произошло. Мое сердце все еще колотилось, а пах жаждал новых прикосновения, но сейчас я просто не мог вернуться назад. Я втянул воздух сквозь зубы и твердо кивнул сам себе.

Я собираюсь узнать, кто такой Рик на самом деле и что, черт возьми, с ним случилось.

Ну и что, если я был любопытным? Тебе тоже любопытно, не так ли? О, не лги.

Любому было бы любопытно. Но прямо сейчас я должен позволить Блейку отвезти меня домой.

По прибытии я сразу заметил грузовик моего отца на подъездной дорожке и недовольно хмыкнул, прежде чем пойти к дому. Как только я вошел, у меня появилось плохое предчувствие в глубине души, и дело было не только в том, что Дэмиен сидел в гостиной вместе с моими родителями.

— Вот дерьмо, — выругался я, заметив выражения их лиц.

Моя мама вскочила на ноги, когда я уже собирался забежать по лестнице на второй этаж, и тут заговорил мой папа.

— Девин Эйс Картер, остановись прямо сейчас и иди сюда, — его голос был низким и сердитым, отчего у меня по спине побежали разряды страха.

Я уже имел возможность лицезреть лицо Дэнни, когда наши родители узнали о нем и Блейке. Я глубоко вздохнул и приготовился к любым ненавистным словам, которые будут брошены в мой адрес. Я развернулся и, спустившись вниз по лестнице, зашел в гостиную, встав на безопасном расстоянии от всех.

— Дэмиен говорит, что какой-то парень по имени Рик Паттерсон домогается тебя. Это правда? — спросил мой папа.

Его мощные, мускулистые руки были скрещены на груди, а холодные глаза смотрели на меня так словно хотели пронзить насквозь. Но я не позволил ему запугать меня и прямо посмотрел на него в ответ.

— Он не то, чтобы беспокоит меня. Ему просто скучно, и он пытается найти кого-нибудь, с кем можно пообщаться, — возразил я.

— Скажи ему, чтобы он нашел кого-нибудь другого, потому что он, вероятно, ещё хуже, чем его брат, — мой отец чуть не плюнул при упоминании Блейка.

Я нахмурился, но все же сделал шаг назад, когда глаза моего отца снова остановились на мне.

— Я имею право дружить с кем захочу, — отрезал я.

— Нет, если он пристает к тебе, — вмешался вдруг Дэмиен.

Я в недоумении уставился на него, а мои руки беспомощно опустились по бокам. Хорошо, так и есть. Рик действительно как бы приставал ко мне, но нужно ли это называть именно приставанием, если мне это вроде как нравилось?

— Да пошел ты! — крикнул я ему.

— Девин! — возмутилась моя мама.

— Приставал к тебе? Если он имеет в виду то, что я думаю, Девин Картер, ты еще не скоро увидишься с Риком Паттерсоном, — насмехался мой папа.

Я с отвращением рассмеялся.

— Что ты собираешься делать, пап? Выгонишь и меня из дома, потому что я не идеальный маленький мальчик, который подчиняется каждой твоей команде? Тогда сделай это. Ну, смелее, – прорычал я.

Лицо моего отца было покрыто красными пятнами от гнева, и я мог бы поклясться, что увидел блеск ненависти в его ледяных глазах. Мама сглотнула и шагнула вперед.

— Хватит. Ты позволяешь этому выйти из-под контроля, Эйс. Девин просто друг Рику. Я почти уверена, что ничего не нет, но даже если что-то и происходит, он все равно твой сын, несмотря ни на что. То же самое касается и Дэнни.

— Дэнни для меня больше нет, — оборвал ее мой папа.

От этих трех слов у меня перехватило дыхание и я почувствовал, как боль буквально скручивает меня. В этот момент мне захотелось ему врезать. Я хотел бить его и бить, пока он не примет Дэнни и, возможно, меня, такими, какие мы были. Было больно осознавать, что ему наплевать на Дэнни. Было больно осознавать, что через несколько секунд ему будет уже наплевать и на меня.

— Значит, меня тоже не существует, не так ли? — резко спросил я.

Глаза моего отца остановились на мне.

— Нет, ты нормальный...

— Очевидно уже нет, потому, что я солгал, — выплюнул я, — мы с Риком не просто друзья. Я ему нравлюсь, и, знаете что? Вполне возможно, он мне тоже нравится!

Лицо моего отца побледнело, и он безвольно опустил руки.

— Что? — в его голосе звучало больше ужаса, чем гнева.

Я посмотрел на него, сжав кулаки.

— Да, черт возьми. Так что ты собираешься делать с этим? Ты собираешься выгнать меня? Отречься от меня? Возненавидеть меня на всю жизнь? Облить меня святой водой? Направишь на меня всю силу Христа, чтобы разбить меня на кусочки? Папа, брось в меня все, что у тебя есть. Я справлюсь, — кипел я.

Хотя часть меня трепетала, готовясь ко всему: «Я ненавижу тебя, Девин. Ты злой, Девин. Ты испорчен и грязен. Мужчины не любят других мужчин. Ты мне не сын».

— Ты запутался... — начал отец, но я закатил глаза и вскинул руки в останавливающем жесте.

— Нет! Честно говоря, я еще никогда не был так уверен за всю свою жизнь! Я не тупой безмозглый балван! Увидев, как Дэнни счастлив с Блейком, даже после того, как ты надавил на него так сильно, что он переживал депрессию в течение нескольких недель, я на самом деле начал понимать, что здесь что-то не так. И знаете что? Дэнни не испорчен, он не грязный или злой. Ему просто нравится другой парень, так черт возьми, что из этого? Кому он причинил боль?

— Библия говорит...

— В Библии также говорится, что чувак ходил по воде, папа. Ты серьезно в это веришь? Не вкладывай свои слова в уста Бога. Единственная причина твоего отношения к этому в том, что ты просто не хочешь посмотреть правде в глаза и понять, что это совершенно нормально. А впрочем мне все равно, это ведь совершенно не зависит от меня. Если ты готов ненавидеть меня, потому что мне нравится другой парень, дерзай! Тогда я могу ненавидеть тебя за то, что ты ненавидишь собственных сыновей!

Я попятился, начав выходить из гостиной, но напоследок ткнул пальцем в Дэмиена, который смотрел на меня так словно не верил своим глазам.

— О! К твоему сведению, мой такой наблюдательный, папочка. На днях Дэмиен буквально запрыгнул на меня прямо в машине. Так почему бы тебе не спросить его, что он думает о том, когда парням нравятся другие парни?!

Я дико расхохотался и помчался наверх, игнорируя мамины призывы вернуться. Распахнув дверь своей спальни и залетев внутрь, я тут же захлопнул ее и запер за собой.

Я схватил ближайшую к себе вещь и швырнул ее в стену, наблюдая за тем, как пачка с попкорном взорвалась чем-то вроде попкорнового фейерверка. Устало плюхнувшись на кровать, я некоторое время сидел тупо уставившись на шкаф, а потом со стоном упал навзничь. От всех этих криков у меня раскалывалась голова...

Я немного нахмурился, прислушиваясь к звуку папиного голоса, доносящегося снизу и, вероятно, кричащего на Дэмиена, но не собирался расстраиваться из-за этого подонка. Мало того, что он приставал ко мне меня в тот день в машине, и оказался собственническим придурком, но сегодня Дэмиен сдал меня. Он просто ударил меня ножом в спину!

Я стянул с себя одежду, намереваясь просто сидеть и играть в видеоигры, но увидел, как из кармана джинсов выпорхнула бумажка. Это был номер Рика. Я сделал паузу, взглянул на часы, а затем схватил свой сотовый телефон с комода.

[Ты хотел, чтобы я написал тебе пару сообщений?]

Я отправил текст и, сохранив его номер в списке контактов, пошел в ванную, чтобы принять душ перед сном. Я как раз раздраженно швырнул свои боксеры в стену, когда услышал, что мой мобильный телефон включился, и я бросился обратно в комнату. Уставившись на номер Рика на экране, я все же открыл сообщение...

[Ни хрена себе. Что-то случилось? Я не думал, что ты напишешь.]

[Ну, я только-что немного разозлился. Что ты делаешь?]

Я ответил так, хотя у меня сразу возникло какое-то зудящее чувство, что он пришлет мне теперь что-то глупое и саркастическое. Я взял свой телефон с собой в ванную и пошел принимать душ.

Но сегодня я делал все торопливо, чтобы поскорее закончить и вернуться к телефону. Конечно же, когда я вышел из душевой кабинки накинув полотенце на голову, мой экран уже мигал, сигнализируя о новом сообщении. Выйдя в комнату, я направился к окну и задернул шторы, а затем открыл текст.

[Ничего, пишу песню. Как насчет тебя? Сходишь с ума?]

Я замер в шоке, изучая его сообщение. Песня? Вау, на удивление это совсем не было саркастическим или неприемлемым. Ха, иди пойми его.

[Песня о чем? Только что поругался с отцом, ничего важного.]

Я положил свой сотовый телефон на тумбочку у кровати и продолжил вытираться. Затем я натянул трусы и плюхнул на кровать как раз в тот момент, когда мой мобильник снова завибрировал. Я поднял его и улегся на живот, читая сообщение.

[Секрет. Поспорил с отцом? Насчет чего?]

[Я же сказал, что ничего важного. Сюрприз? Расскажи мне.]

[Неа. Тогда это уже не будет сюрпризом.]

[Не неси чушь, просто скажи мне.]

[Сам не неси чушь.]

П/п: вам может показаться, что это странно для мальчиков переписываться такими правильными фразами, и вы правы)) Это просто ваш переводчик шалит! На самом деле этот обмен любезностями выглядит так: [stfu & tell me] – [u stfu]. STFU сокращение от Shut The Fuck Up — заткнись, черт побери. Мне показалось оставь я оригинальный текст, вы бы мало, что поняли)) Поэтому у меня вышло так немного пресно и не интересно.

[Расскажи мнееееееееееее.]

[Не злоупотребляй кнопкой e.]

[Не злоупотребляй моим терпением.]

[Секс.]

[Что?!]

[Пардон, тупой автокорректор.]

[Ты лжешь!]

[Почему это работает только онлайн, но не в реальной жизни?]

Я громко рассмеялся над его сообщением и, перевернувшись на спину, быстро напечатал ответ. Я даже не заметил, как провел два часа, переписываясь с этим придурком, и в итоге заснул с приклеенным к моему лицу экраном с последним сообщением от Рика.

[Я люблю тебя...]