Part 27
Резко обернувшись, я увидел Кая. Тот медленно подошел к кровати, присаживаясь. Я мигом стер слезы.
– Кай? Что ты здесь?..
– Что-то произошло между тобой и Ринтаро, верно? – спросил омега, перебивая меня.
Я вздрогнул.
Воспоминания накатили волной. Удушье!
Меня охватил страх.
– Н-нет, с чего ты...
– Не пытайся врать мне! – резко выговорил Кай, хватаясь за мои плечи, – Я хорошо тебя знаю. Ты говоришь, что ничего не случилось, тогда почему ты не скачешь от радости, как раньше, только услышав его имя? Почему ревешь в подушку, когда должен улыбаться?!
– Я-я... – голос дрогнул.
Он всегда видел меня насквозь. Всегда знает...
– О-Он... Ринтаро-кун...прогнал меня, – прошептал я, опуская голову, давая волю вновь накатившим слезам.
– Что? – опешил Кай, отпуская меня.
* * *
[Тем временем в Японии]
Pov Ринтаро
Больше я Джуна не видел. С того дня прошло два дня.
Я пытался звонить ему, ходил к нему на работу, где мне сказали, что он уволился, да я даже домой к нему ходил, а там то же самое! Оплатил аренду и сдал квартиру! Это как вообще?
«Ринтаро-кун, я люблю тебя! Люблю!»
Эти слова...давят на меня. Не могу забыть его! Ни взгляд, ни запах, ни прикосновения, ни улыбку — такую яркую, невинную, честную! Не могу забыть его глаза, в которых плескалась нежность, губы, что так страстно отзывались мне, биение сердца — частое и громкое, — смущенное лицо, мягкие щечки, нежную кожу...
И, черт возьми, сердце болит! Я желаю его видеть! Я просто желаю ЕГО!
Но все напрасно. Не могу найти.
Как всегда, вернувшись домой, я — раздраженный очередной неудачей, — хлопнул дверью, входя в гостиную. Родители пили чай, ведя беседу.
– Что случилось, сын? – задал вопрос отец.
– Ничего, – холодно ответил я, намереваясь уходить.
Внезапно на стене я заметил картину: мои родители, я и...Джун.
– Эта картина...? – проговорил я, засматриваясь на этого котенка. На моего маленького ангела.
– Ах это! Такой же экземпляр, только с родителями Джуна, твой отец нарисовал семье Ватанабэ. Джун такой миленький, правда? –ответил папа, улыбаясь, делая глоток чая с жасмином. Его любимый чай.
– Да, он очень мил, – прошептал я, как-то грустно усмехнувшись.
– Ты собрал свои вещи?
– Нет еще, – ответил я, переводя взгляд на родителей.
– Тебе стоит поторопиться, – сказал папа.
– К чему такая спешка? Разве мы не в пятницу собирались улететь на нашем самолете?
– Верно. Но Джун уже вернулся в Англию. Мне бы хотелось побыстрее увидеть его, – сказали отцы одновременно.
*То есть как, в Англии? Почему он не сказал мне?!* - злился я, а изо рта вырвалось: «Когда он прилетел?»
– Да вот, буквально сегодня утром. Уже в своем имении. Так что насчет вещей? – спросил хитро папа.
– Я пойду их соберу. Вызовете самолет, – сказал, быстро поднимаясь по лестнице.
*Погоди, Котенок. Я накажу тебя за то, что осмелился улететь, не сказав мне об этом! Отымею!*