Юлия Кузьминых - "Сделка - В плену любви" Часть III

Приподняв левую руку, Марко мельком взглянул на циферблат своих часов и протяжно вздохнул.

Машины давно были готовы. Самолет стоял на специально отведенной ему полосе, ожидая лишь приезда важных пассажиров, но, похоже, никто из них вовсе не собирался сегодня в путь. По крайней мере, в запланированный час.

Лукас Горнели ещё полчаса назад распорядился о том, чтобы все собирались внизу. Однако приехавший в последний момент Джулиано твердо настоял на том, чтобы лично проверить самочувствие своего больного перед дорогой.

В очередной раз скептически покачав головой, Марко посмотрел на все ещё пустующую галерею второго этажа.

Да где же все, черт побери?!

Быстро поднявшись по лестнице, молодой человек за считанные секунды добрался до нужной ему комнаты, как вдруг из-за резко открывшейся двери показалась фигура телохранителя.

- Синьор Сальвьери, - вежливо поприветствовал он раннего гостя, - синьорина Горнели почти готова.

Коротко кивнув в ответ, Марко вдруг принялся важно инструктировать встретившегося на пути охранника:

- Мы с Микелиной и доном Горнели поедем на машине вместе с Филиппом. Вы поедете следом за нами. Один.

Края губ латиноамериканца слегка приподнялись:

- Если такова воля дона Горнели, то я, конечно, так и сделаю.

- Можете не сомневаться, он будет не против.

Закончив наставления, Марко тут же поспешно прошел за порог девичьей спальни.

- Микелина? - оглядываясь по сторонам, негромко позвал он. - Мике, где ты?

Однако вместо ожидаемого отклика в ответ послышались тихие, совершенно нехарактерные звуки из ванной. Словно кого-то очень сильно тошнило.

Сведя брови, младший Сальвьери слегка приоткрыл дверь в смежную комнату.

Увидев согнувшуюся над унитазом девушку в обтягивающем фигуру пепельном платье, он громко кашлянул в кулак, решив оповестить ее о своем присутствии.

Мике тут же выпрямилась.

- Привет, - мягко улыбнулся он, подходя ближе.

- Привет, - быстро прополоскав рот холодной водой, Микелина промокнула губы махровым полотенцем.

Заметив очевидное намерение Марко приветственно поцеловать ее, девушка поспешно увернулась.

- Прости, но меня только что стошнило, - виновато улыбнулась она, первой выходя из ванной.

Сальвьери задумчиво нахмурился.

- Что с тобой? Какая-то слабость? - стараясь не замечать столь открытого пренебрежения к себе, настороженно спросил он.

Мике рассеяно пожала плечами:

- Ничего такого. Просто, должно быть, что-то не то съела за завтраком. Не бери в голову.

Согласно кивнув в ответ, Марко встряхнул головой, стараясь как можно быстрее прогнать из нее довольно неприятные мысли.

- Как скажешь, - подойдя к лежащему на кровати чемодану, он спустил его на пол. – И это все твои вещи? Мы ведь уезжаем на три месяца, а не на три дня.

Нанеся пару капель дорогих духов на свою шею, Мике мельком посмотрела на обсуждаемый предмет.

- Да, - небрежно отозвалась она, повесив на плечо черную сумочку на длинной цепочке. - Все остальное я куплю в Риме. Все равно я давно хотела обновить гардероб.

- Ладно, - выдвинув ручку у чемодана, Сальвьери поспешно направился к двери, - тогда пора в путь. Кстати, рад тебе сообщить, что я избавился от того грубого охранника, который тебе всегда не нравился. По крайней мере в ближайший час он тебя не побеспокоит.

- Ты избавился от Рауля? - вздернув бровь, всерьез удивилась девушка, выходя в коридор. - Это, наверное, было весьма интересно.

- Да не то чтобы очень, - скромно отозвался собеседник, - просто я подумал, что ты, я и твой отец - нам лучше держаться вместе. Одной дружной семьей, так сказать. А чтобы не ютиться в салоне, Рауль поедет следом за нами в полном одиночестве. Ну, что скажешь?

Мике насмешливо хмыкнула. В ее понимании слово «избавиться» означало более грубые меры. Такие, какими обычно пользовался Моретти.

Однако заставив себя радостно улыбнуться, молодая девушка благодарно посмотрела на своего спутника.

- Ты гений, - льстиво похвалила она, после чего осмотрела гостиную первого этажа с балконной галереи. - А где папа? До сих пор с врачом? Я думала, мы опаздываем.

- Так и есть, - подтвердил Марко, - но уверен, что Лукас с минуту на минуту закончит свои дела с Джулиано и выйдет из кабинета.

Ничего не произнеся в ответ, Микелина решила дождаться отца на свежем воздухе.

Выйдя на крыльцо, она увидела два мерседеса, отличающихся между собой лишь разительно контрастирующими друг с другом цветами: черным и белым. Также передав Марко и свою дамскую сумочку, чтобы он загрузил все ее вещи в одну из ожидающих машин, девушка тихо вздохнула.

День выдался ветреным. Кажется, на море будет шторм. Хорошо, что сегодня они покидают Неаполь. Хотя какая ей разница? Все дни с недавних пор стали одинаково серыми, длинными и ужасно меланхоличными.

Внезапно к открытым воротам богатого особняка подъехал спортивный БМВ темно-оранжевого цвета. Узнав владельца красивой «игрушки», Микелина приветливо махнула ему рукой.

- Сильвио! - не став стоять в стороне, она сама пробежала вдоль всей аллеи ярко-красных роз, поспешно направляясь к вышедшему из автомобильного салона другу. - Что ты здесь делаешь? Я же отменила заказ.

- Привет, ягодка, - расцеловав ее в обе щеки, отозвался блондин, - прости, но я не мог не попрощаться. К тому же я хотел удостовериться, что ты способна справиться и без меня.

Игриво провернувшись пару раз перед своим стилистом, Микелина слегка расставила руки в стороны.

- Как видишь, мой вкус до сих пор остался со мной, - шутливым тоном произнесла она, - к тому же сделать легкую укладку феном - это мне по силам, особенно учитывая теперешнюю длину волос.

Сильвио одобрительно кивнул:

- Да, вижу. Но все же жаль, что ты не предупредила меня о своем отъезде ещё вчера. Я бы отложил все свои дела и помог бы тебе в первое время освоиться в столице.

Благодарно улыбнувшись другу, Микелина покачала головой:

- Ох, Сильвио, чего я там не видела? К тому же я ведь вполне откровенно объяснила тебе причину своего отказа. Я больше не могу позволить себе твои услуги.

Взгляд блондина значительно потеплел. Нежно сжав ладонями плечи стоящей перед ним девушки, мужчина задорно подмигнул:

- Не все в нашей жизни измеряется деньгами. Иногда даже я готов поработать бесплатно. Тем более для тебя.

Не веря своим ушам, Мике непроизвольно рассмеялась в ответ.

Неужели один из лучших и успешных стилистов Италии предлагает ей свои услуги, совершенно ничего не прося взамен? В ее мире, мире больших денег и порочной алчности, такого ещё не бывало! Чудеса, да и только!

- Ах, если бы все люди были такими же добрыми и отзывчивыми, как ты, этот мир определенно стал бы лучше, - вновь становясь серьезной, тихо сказала она. - Однако мы такие, какие мы есть. Далеко не каждый может похвастаться своим бескорыстием и прочими положительными качествами. Но, каким бы порочным подчас не оказался человек, его все равно кто-то продолжает любить... даже несмотря на все плохое, что в нем есть.

Нежно прикоснувшись к ее подбородку, Сильвио поймал грустный взгляд светло-зеленых глаз.

- В какой-то момент нам всем приходится делать непростой выбор: кого навсегда поселить в своем сердце, а кого в своей жизни. Увы, зачастую это два совершенно разных пути, - громким шепотом произнес он, нежно убрав за ухо колышущийся на ветру рыжий локон.

Мике печально вздохнула.

К сожалению, особого выбора у нее не было. Рикардо все решил за них обоих.

Внезапно Сильвио вновь весело улыбнулся, разом отгоняя от нее прочь все ненастья:

- Дай мне пару дней закончить дела в Неаполе, после чего я обязательно навещу тебя в Риме. Договорились?

- Но твои клиенты! - тут же нехотя воспротивилась девушка, не желая обременять друга своими заботами.

- Да брось, у меня их и в столице хватает, - небрежно отмахнулся мужчина, заметив, как на крыльцо особняка вышли несколько мужчин во главе с хозяином.

- Мике, дочка, ты там на войну кого-то провожаешь? - послышался за спиной Микелины зовущий голос отца. - Поехали уже. Мы опаздываем.

Микелина смущенно улыбнулась.

- Извини, - глядя на друга, произнесла она, - мне пора.

- До пятницы, ягодка! - вновь вернув себе прежний облик беспечного парня, произнес ей на прощание блондин.

Не сдержавшись, девушка слегка обняла его за плечи, благодарно целуя в левую щеку.

- До пятницы, - отозвалась она, поспешно разворачиваясь к ожидающим в стороне машинам.

Заметив на своем пути отчего-то нахмуренного Марко, Мике взяла его под локоть.

- Если будешь так часто хмуриться, морщинки раньше времени появятся, - вспомнив давнее наставление подруги, пожурила она.

Однако вовсе не отреагировав на ее шутку, Сальвьери продолжал сверлить подошедшую к нему девушку своим испытывающим взглядом.

- Это твой будущий любовник? - напрямую спросил он, пользуясь тем, что они все ещё были далеко от стоящих у крыльца машин.

Микелина опешила.

Не зная, что и сказать, она сняла свою руку с согнутого мужского локтя.

- О чем ты говоришь?

- О том, что позавчера ты заявила мне о свободных отношениях, а сегодня вместо приветственного поцелуя предпочла объятия какого-то там парикмахера. А потом ещё эта утренняя тошнота! Учти, я не настолько слепой болван, который будет терпеть измену, происходящую прямо на его глазах!

Резко сомкнув челюсти, Мике цинично усмехнулась.

- Да кто бы говорил, Сальвьери, - проходя вперед, холодно бросила она.

Неожиданно резко обернувшись, девушка, словно оценивающе, прошлась взглядом по дорогому костюму стоящего рядом с ней жениха:

- А знаешь, я, пожалуй, все же предпочту общество своего охранника. Тот по крайней мере честен в своем отношении ко мне. А ты поезжай с остальными. Кажется, к отцу решил присоединиться и его советник. Смотри-ка, всё, как ты и хотел: будете ехать как одна большая дружная семья. Но без меня. У меня в последнее время что-то обострилась аллергия на подхалимов, окружающих многоуважаемого дона Горнели. Начинает ужасно зудеть язык. Так что увидимся в самолете, любимый.

Подойдя к белому мерседесу, за рулем которого сидел Рауль, Микелина села на заднее сиденье, красноречиво захлопнув за собой дверцу.

Все ещё пребывая в угрюмом настроении, Марко задумчиво посмотрел ей вслед.

- Сальвьери, - опустив окно, проговорил Лукас из соседнего автомобиля, - ты там долго ещё будешь решать, на какой машине поедешь или, может быть, мы уже все-таки тронемся в путь?

Обернувшись к своему будущему тестю, Марко быстро кивнул:

- Я еду с вами, дон Горнели.

Черный мерседес двинулся первым.

Мике с безразличием смотрела в боковое окно, пока везущая ее машина плавно набирала ход. Увидев краем глаза стремительно приближающийся к воротам красный «ягуар», девушка непроизвольно вскрикнула.

Машина Ирис! Неужели ее любимая и, пожалуй, единственная настоящая подруга все-таки вспомнила о ней?!

- Рауль, остановись немедленно, - приказала молодая хозяйка, нетерпеливо дернув ручку своей дверцы.

Но дверь не поддалась. Заперев машину изнутри, водитель как ни в чем не бывало продолжал двигаться дальше.

- Рауль, - намного громче обратилась к нему девушка, - я сказала: останови машину!

- Не могу. Распоряжение вашего отца: следовать без остановок до самого аэропорта, - отозвался сидящий за рулем мужчина.

Увидев, как Ирис вышла из машины, что-то крича ей вслед, Микелина в бессилии стукнула по тонированному стеклу.

- Да чтоб вас всех! - понимая, что ей не выбраться наружу и не поговорить с подругой, гневно выкрикнула она.

Смотря на уезжающую девушку, Ирис многозначительно показала ей небольшой телефон, быстро прикладывая его к своему уху.

Мике с сожалением покачала головой. Ее айфон остался в дамской сумочке, которую Марко убрал в другую машину.

- Останови! - в последний раз попросила она совсем не свойственным ей жалобным тоном. - Хотя бы на пять минут.

Рауль равнодушно покачал головой:

- Простите, но я исполняю приказ вашего отца.

Со злостью сжав кулаки, Микелина откинулась на мягкую спинку кожаного сиденья.

Ну хорошо! Раз все хотят сделать из нее сущую стерву, что ж, она будет такой! Со всеми, без исключения!

Смотря вслед удаляющемуся автомобилю, Ирис расстроенно всплеснула руками.

Черт бы побрал все на свете!

Заметив подошедшего к оранжевому БМВ мужчину, она сразу же двинулась в его сторону.

- Простите, вы ведь, кажется, тот самый Сильвио? Стилист Микелины? - не теряя времени, спросила статная синьора с яркой, сразу же запоминающейся внешностью. - Скажите, куда ее увезли?

Мужчина непроизвольно посмотрел в ту же сторону, куда совсем недавно уехали две машины:

- Насколько я знаю, в аэропорт. Дон Горнели решил на некоторое время перебраться в Рим.

Ирис криво усмехнулась, качая головой.

- Значит, в Рим, Лукас? – словно обращаясь к невидимому собеседнику, тихо спросила она. - Думаешь запереть ее под семью замками? Ну что же ты за человек такой?

Внезапно все вокруг озарилась ярко-голубыми вспышками полицейских маячков.

Не понимая, в чем дело, высокая женщина в элегантном зеленом платье с изумлением смотрела на окружающие ее резко затормозившие машины.

Ее недолгому терпению пришел конец, когда несколько полицейских вышли из машин, держа ее под прицелом своих пистолетов.

- Да вы что, совсем уже обнаглели?! - возмущенно уперев руки в боки, спросила она. - Кто у вас главный?

Не спеша присоединиться к своим людям, полноватый мужчина с густыми усами вышел из салона служебной машины.

- Опустить оружие, - громко приказал он, подходя к кипящей от злости женщине.

- А, Тортора! - гневно сузив глаза, узнала его Ирис. - Давно не виделись. Кажется, со вчерашнего дня, когда меня допрашивали твои дерзкие коллеги в Палермо.

- Идет следствие, Фальконе, - пожав плечами, отозвался глава неаполитанской полиции, - тебя ведь предупреждали не выезжать за пределы города.

- Я приехала домой!

- Ты связалась с преступником, - в очередной напомнил ей давний знакомый. - Так что давай без истерики.

- Я уже сотню раз повторяла полицейским Палермо, что не знала ни о каких планах Жерара Бертрана и его напарника. Я бы никогда не подвергла подругу такому риску! Чего вам ещё от меня нужно?

Старый полицейский усмехнулся:

- Видимо, еще одного допроса.

Ирис злобно оскалилась в ответ:

- Ты, должно быть, шутишь? Я уже просидела пару дней в вашей сырой каморке. Больше я туда не вернусь. Думаешь, я не знаю, откуда ветер дует? Лукас хорошо тебе платит, лишь бы ты только бегал по его указке, Тортора. Это всего лишь очередная мелочная месть за то, что я молчала о местонахождении его дочери. Думаешь, я этого не понимаю?

- Синьор Горнели всего лишь вносит свой скромный финансовый вклад в развитие неаполитанской полиции. Он мне не хозяин. Так что все эти упреки не имеют ко мне никакого отношения.

Прикрыв глаза, женщина устала покачала головой:

- Я больше не собираюсь выслушивать все эти небылицы, Серджио. Отныне будешь общаться только с моим адвокатом.

- Что ж, я не против, - приглашающе открыв для нее заднюю дверцу своей машины, ответил мужчина, - но только в моем участке. Не волнуйся, мои люди позаботятся о твоем ягуаре.

- Ещё бы, - буркнула себе под нос Ирис, - всё, лишь бы только Лукас смог огородить от меня свою дочь.

Кинув ключ зажигания одному из молодых полицейских, Ирис Фальконе вдруг остановилась на половине пути.

- А вы, - посмотрев на онемевшего от таких событий Сильвио, мило улыбнулась она, - случайно, не работаете в местах заключения особо опасных преступников?

- Фальконе, я всего лишь собираюсь допросить тебя в своем офисе, ни о какой тюрьме речь не идет, - тут же послышались возмущенные слова стоящего рядом Тортора.

- Твой офис мало чем от нее отличается, - посмотрев на задерживающего ее полицейского, огрызнулась женщина.

Прервав их взаимную перебранку, Сильвио поспешно взял себя в руки и согласно кивнул головой:

- Конечно, я не против предоставить вам свои услуги и в столь необычном месте, синьора Фальконе.

Блеснув белозубой улыбкой, Ирис слегка прошлась подушечками пальцев по своим ярко-красным волосам.

- Знаете, в свете последних событий я бы хотела что-то изменить в своей жизни и, пожалуй, лучше всего начать с прически. Старая уже совсем приелась. Так не могли бы вы подъехать к офису синьора Тортора, скажем так, через пару часов? А впрочем, можно и позже. Все равно сегодня я уже никуда не тороплюсь.

Поразившись такой стальной выдержке элегантно одетой женщины в сверкающих на солнце бриллиантах, Сильвио покорно кивнул:

- Я к вашим услугам, синьора Фальконе.

- Ты все еще не намерена со мной разговаривать? - выйдя из машины на небольшую аллею возле своего загородного дома, спросил дочь пожилой мужчина. - Мике, до каких пор это будет продолжаться? Это же просто смешно. Я ведь, кажется, ясно изложил причины своего решения. Нас ожидал самолет.

- Твой пилот мог бы подождать ещё пять минут, - нехотя отозвалась рыжеволосая девушка, упрямо вздернув свой точеный подборок. - С него бы не убыло. Лучше признай, что дело совсем не в самолете.

Они приехали около десяти минут назад. На этот раз отец распорядился, чтобы он, она и Марко ехали в одной машине вместе с Филиппом. Рауль и Альфредо уехали первыми с указанием проследить, все ли готово к приезду хозяев.

Наблюдая за тем, как из багажника привезшего их внедорожника Марко достает ее чемодан, Микелина задумчиво вздохнула. В пути он снова показал себя очень чутким и заботливым молодым человеком, таким, каким она его знала весь прошедший год. И возможно, она бы даже поддалась его льстивым речам, но категорическое упорство отца никак не давало ей вернуть прежнее расположение духа.

- Конечно, я ведь неоднократно тебе говорил, что эта женщина очень пагубно на тебя влияет. Ее так называемые званые вечера аморальны и совершенно развратны.

Вновь почувствовав, как в ней поднимается волна возмущения, девушка резко развернулась к говорящему мужчине.

- Папа, я не ребенок! - воинственно произнесла она. - Позволь уж хотя бы друзей мне выбирать самой!

Лукас Горнели смерил дочь одним из своих самых поучительных взглядов:

- Значит, ты взрослая? Тогда наверняка ты и сама прекрасно понимаешь, что эта дружба ни к чему хорошему не приведет. Если о тебе начнут ходить такие же слухи, как и о твоей любимой подруге, то многого в жизни ты не достигнешь и, увы, только посрамишь честь своей семьи.

Не веря, что смеет так долго и открыто противоречить отцу, Мике все же уперто скрестила руки на груди.

- А тебе не кажется, что я и так слишком уж много отдаю за эту самую непорочную честь? - смело посмотрев в глаза стоящего перед ней мужчины, спросила она. - Мне плевать, что говорят об Ирис. Она моя подруга, и я никому не позволю встать на пути нашей с ней дружбы. Даже тебе.

- Ну вот, все вещи, кажется, выгружены из машин, - опрометчиво встав между сверлящими друг друга взглядами отца и дочери, Марко шумно вздохнул. - Осталось только перенести их в дом.

- Не знала, что ты записался в лакеи, - все ещё пребывая в скверном настроении, непроизвольно поддела Мике. - Обычно такими вещами занимается прислуга, ну или на крайний случай те двое верзил в темных очках, которым платят просто баснословные деньги за протирание собственных штанов.

Марко слегка улыбнулся.

- Мне было несложно, - посмотрев на седовласого мужчину, тотчас заверил он. - Синьор Горнели, только скажите, кто какую комнату занимает, и я тут же отнесу чемоданы в указанные места.

Со стороны невесты внезапно послышался громкий смешок.

Не зная, какая муха ее сегодня укусила - возможно, причина крылась в столь редкой перебранке с отцом или же в начавшихся месячных – но, как бы там ни было, молчать сегодня она просто не могла.

- Это не так уж важно, милый, - вновь видя пресмыкание Марко перед своим отцом, не сдержалась девушка, - ведь ты займешь всего лишь одну комнату. Комнату в отеле. Видишь ли, синьор Горнели приверженец очень строгих моральных правил, так что пока мы ещё не муж и жена, то, стало быть, не можем спать под одной крышей до брака. Ведь верно, папа?

- Но... - не ожидая такого поворота, растерянно пробормотал молодой парень, - но где я сейчас найду свободный номер в престижной гостинице? Это ведь Рим. Здесь все бронируется заранее!

- А ты попробуй выбрать отель попроще, - забрав из рук Сальвьери свою дамскую сумочку, дерзко добавила отчего-то взъевшаяся на него невеста. – Уверенна - там проблем не будет.

Ошеломленно замерев на месте, Марко с надеждой посмотрел на своего будущего зятя:

- Синьор Горнели...

- Ты слышал мою дочь, - резко перебив собеседника, строго сказал он. - Как найдешь номер, сразу приезжай сюда. Нужно обсудить кое-какие дела.

- Как скажете, - со вздохом повиновался молодой человек, нехотя доставая из кармана брюк мобильный телефон, чтобы заказать такси.

Поджав губы, Лукас пристально посмотрел на свою взбунтовавшуюся дочь, которая теперь прямиком шла в сторону привезшей их из аэропорта машины.

До сих пор она никогда не перечила ему, всегда была доброй, послушной девочкой, которая чтила и любила своего ненаглядного папочку. Но время быстротечно. Дети меняются. Вырастают. И вот тогда им уже стоит напомнить, кто есть кто. Однако то, что это будет совсем не так просто, понимал даже он – человек, прошедшийся не по одному десятку голов.

- Могу я поинтересоваться, куда ты направляешься, Микелина? - громко окликнув дочь, как можно мягче спросил он.

- В центр, - пожимая плечами, обернулась девушка, - мне нужно развеяться.

- Может быть, это лучше сделать после обеда?

- Я что-нибудь перекушу в городе, - оставаясь при своем мнении, Мике открыла заднюю дверцу машины, за руль которой тут же сел Рауль, - вернусь к вечеру.

Провожая взглядом отъезжающий от дома БМВ, Лукас Горнели протяжно вздохнул.

Да, он мог быть твердым и несгибаемым с любым из своих работников, но все же со своей собственной дочерью дела обстояли намного сложнее.

Услышав гудок такси, резко затормозившего у ворот частного особняка, седовласый бизнесмен кивнул на прощание Марко. Что ж, если тот так сильно хочет вписаться в их семью, ему предстоит смириться с капризами его дочери. По крайней мере, в первое время, пока он не почувствует себя главой семьи.

- Обед готов, - выйдя на крыльцо, провозгласил Альфредо.

Увидев на аллее всего лишь одного Филиппа, мужчина растерянно заморгал:

- Я что-то пропустил? Где все? Куда уезжает Марко? И где Микелина?

Тихо хмыкнув под нос, Лукас обернулся к своему советнику:

- Ничего особенного. Просто в моей дочери внезапно проявился мой собственный характер. Так что пошли в дом, Альфредо. Кажется, обедать будем лишь мы с тобой.

Пройдя в свой загородный особняк, Лукас осмотрелся вокруг. Из-за своего близкого расположения к центру столицы этот дом был очень удобен во время длительных заседаний в «Траст Инкорпорейтид». И хоть он был в два раза меньше неаполитанской виллы, но все же оснащением ему не уступал. Вплоть до индивидуальной вертолетной площадки на заднем дворе.

Пройдя в небольшую столовую, Лукас сел во главе заранее накрытого стола.

Присоединившись к начальнику, Альфредо вдруг услышал звонок собственного мобильного телефона. Достав его из внутреннего кармана пиджака, он тотчас извинился, поспешно выходя из комнаты для неожиданного разговора.

Слегка покачав головой, Лукас Горнели заправил широкую льняную салфетку за край своего воротника, после чего потянулся к тарелке с зеленым салатом.

Что ж, видимо, ему сегодня предстоит обедать в полном одиночестве.

Наблюдая со стороны за отъезжающим такси, светловолосая женщина крепко сжала руль своей красной ауди.

Наконец-то Лукас Горнели появился в ее поле зрения совершенно один. Без своей своенравной дочери и этого услужливого подхалима. Недавно она попробовала пройти к нему в головной офис, но охрана ее не пустила, вышвырнув, словно какую-то оборванку с улицы. Конечно, в случившемся есть доля и ее вины. Ей не стоило так открыто приходить в главное здание «Траст Инкорпорейтид». Поняв свою ошибку, она терпеливо выжидала в стороне все эти несколько дней. Но сегодня ей повезло.

Сегодня она все же поговорит с ним с глазу на глаз.

Быстро покинув салон автомобиля, длинноногая блондинка уверенно прошла через все ещё раскрытые ворота, нагло заявив охраннику, что у нее запланирована встреча с его хозяином.

Все получилось так, как она и хотела.

Следуя за высоким темнокожим громилой, она зашла в дом, совершенно не оценив по достоинству его внутреннего убранства. Ей не привыкать к таким дорогим особнякам. «Volta para mim» был обставлен куда изысканней, но что толку, если он не твой? В конечном итоге тебя все равно оттуда вышвырнут, словно ненужную безделушку. Это лишь дело времени.

Она добросовестно работала на Рикардо. Ночами не спала, планируя каждый его день и подготавливая бесчисленные деловые контракты. А в итоге? Стоило ему только запасть на эту дерзкую девчонку, как он тут же перестал ее ценить. Это несправедливо. Она, именно она должна была занять место в его жизни, работе и, черт возьми, особенно в его постели! Она заслужила все это. Но вместо нее он выбрал другую. Капризного ребенка, которому все сходило с рук. Ну что ж, раз синьор Моретти настолько слеп, чтобы не замечать преданных ему людей, то ему же хуже. Он не единственный влиятельный бизнесмен в стране. Есть и другие. Те, которые по достоинству ценят чужой труд.

Оказавшись на пороге залитой солнечным светом комнаты, нежданная гостья машинально поправила свою белую блузку, расправила невидимые складки на черной узкой юбке и наконец-то уверенно улыбнулась сидящему за столом мужчине:

- Добрый день, синьор Горнели. Рада снова вас видеть.

Оторвав взгляд от так и нетронутого зеленого салата, Лукас Горнели молчаливо поднял голову.

Ему не нужно было смотреть вперед, чтобы сразу же понять, кто именно перед ним находится. Но эту встречу он пропустить не мог. Он ждал ее так же сильно, как и его застывшая на пороге столовой светловолосая посетительница.

Под сверлящим взглядом темно-серых глаз женщина неуверенно перешагнула с ноги на ногу.

Она прекрасно знала этот взгляд. Взгляд людей, возомнившими себя Богами вселенной. И это вполне могло оказаться самой настоящей правдой, так как, владея таким баснословным капиталом, ты мог позволить себе купить целый мир.

- Я Анна Мария Ковач, - решив напомнить седовласому бизнесмену свое имя, она по привычке вытянула вперед правую руку для приветствия.

Лукас Горнели даже не привстал в ответ.

Скрыв неловкость за лучезарной улыбкой, женщина быстро сцепила обе ладони за спиной, начав вновь непроизвольно переминаться с ноги на ногу.

- Все прошло так, как вы и хотели, верно? - нервничая от продолжительного молчания сидящего вдали олигарха, без прежней уверенности в голосе продолжила она. - Ваша дочь разоблачена и теперь находится под вашим пристальным надзором. Так что я выполнила свою часть договора. Очередь за вами.

- И чего вы хотите? - совершенно равнодушным тоном наконец спросил мужчина. - Назовите сумму.

Анна Мария нетерпеливо шагнула вперед.

- Мне не нужны деньги, синьор Горнели, - поспешно проговорила она. - Всё, что я для вас сделала... все это было лишь ради того, чтобы вы увидели во мне преданного вам работника. Как вы знаете, раньше я была личным ассистентом синьора Моретти и отлично справлялась со своими обязанностями. Уверяю вас, я настоящий профессионал своего дела. И теперь я хочу работать на вас в «Траст Инкорпорейтид». Наймите меня. Клянусь, я вас не разочарую.

Внезапно небольшую комнату оглушил громкий смех сидящего за столом бизнесмена.

Сдернув льняную салфетку с воротника, Лукас Горнели окончательно позабыл о еде.

Отклонившись на спинку своего стула, он внимательно посмотрел в недоуменное лицо стоящей перед ним особы.

Все они, молодые, дерзкие и уверенные в себе люди, приходили к нему в надежде поразить его своими исключительными деловыми качествами. Но, пожалуй, эта женщина превзошла всех, вместе взятых.

Ведь именно по ее вине так внезапно пошатнулось его положение в обществе.

- А вы действительно профессионал, - протянул он, скрещивая руки на груди, - вот только по части всякого рода неприятностей. Вы дали мне информацию о моей дочери, обещая наглядные доказательства ее связи с Моретти. И именно вы свели меня с двумя приближенными к Моретти людьми, которые должны были доставить ее ко мне в целости и сохранности. Но на деле же вы только все испортили. Вы опубликовали эти мерзкие снимки в известной газете, подставив под удар мою собственную репутацию! А ваши хваленые помощники оказались всего лишь мелкими преступниками, из-за которых моя дочь подверглась самой настоящей опасности. И что теперь? Вы и впрямь полагаете, что я возьму вас к себе на работу? После всех ваших безумных авантюр? О чем вы только думали, идя на такой шаг?!

Анна Мария поспешно опустила взгляд в пол.

На самом деле в тот момент она думала только о том, чтобы отомстить уволившему ее начальнику. Ревность затмила разум, делая ее абсолютно безрассудной. Так было и в случае, когда она вызвала репортеров в ресторан «Жемчужина», после чего почти сразу же лишилась работы. И вот теперь по этой же самой причине ее, кажется, снова ждала неудача.

- Синьор Горнели, - пытаясь оправдаться, голубоглазая блондинка резко подняла голову, встряхнув своими короткими кудрями, - скорее всего, между нами произошло некоторое недопонимание. Я пообещала предоставить снимки вашей дочери в компании синьора Моретти, но я не говорила, что отдам их вам лично. Я понимаю, что, возможно, с моей стороны было не совсем корректно размещать их в прессе без вашего ведома, но, в конце концов, что такое один небольшой скандал для такого влиятельного человека, как вы? Ведь, честно говоря, это ваш рейтинг. Черный пиар работает не хуже любой другой рекламы.

Твердый кулак вдруг с оглушительной силой стукнул по столу.

- Вы опозорили мою дочь! - сузив глаза, сурово произнес собеседник.

От столь внезапного жеста Анна Мария непроизвольно попятилась, вновь отступая на шаг назад.

- Но я... я подумала, что вашей дочери не помешает преподать наглядный урок...

- Это не вам решать, как мне воспитывать своего ребенка! - строго проронил мужчина. – И не стоит скрывать, что вы всего лишь хотели проучить своего бывшего начальника. Думаете, я этого не понимаю? Обиженная женщина, которая во что бы то ни стало желала напоследок насолить бросившему ее мужчине. Но я не такой, как Моретти. Я вам и близко не дам такого шанса. Убирайтесь прочь из моего дома, и навсегда забудьте о карьере в «Траст Инкорпорейтид». Не думаю, что после вашей проделки вас вообще возьмут в какой-либо офис даже самой небольшой фирмы в этой стране.

Анна Мария опешила. Совсем не на такой исход беседы она рассчитывала, переступая порог этого дома.

- Но вы не можете... - все ещё не веря всему услышанному, сумбурно начала она, - я на многое ради вас пошла. Я верила в вас. Что мне теперь делать?

- Советую забыть о карьере персонального помощника и не попадаться на глаза Моретти, - вновь взяв себя в руки, с циничной ухмылкой ответил мужчина. - Уверен, он бы сейчас обошелся с вами куда хуже, чем я. Так что цените мою доброту, пока она на вас все ещё распространяется. В конце концов, именно вы раскрыли мне глаза на все происходящее.

Оторопев, блондинка совершенно не понимала брошенной в ее сторону колкости.

Какая ещё доброта? Ей нужна работа! Ей, черт возьми, нужна престижная работа!

- Но я не могу уйти отсюда ни с чем! - упорно возразила она. - Я не для того шла на огромный риск, крадя из сейфа те снимки! Моретти сотрет меня в порошок, как только узнает правду.

- Так покиньте эту страну, - устав от женских воплей, безразлично пожал плечами Лукас.

- Вы не понимаете, - чувствуя слезы на своих щеках, отчаянно проронила непрошеная гостья, - мне нужна защита. Могущественная защита, которую предоставите мне именно вы! Иначе ваша дочь...

Взгляд серых глаз буквально насквозь пронзил молодую женщину, напрочь лишая ее дара речи.

Заметив в их глубине нечто зловещее, Анна Мария непроизвольно сглотнула, как никогда желая повернуть время вспять.

- Послушай-ка меня, милочка, - тихо, но оттого ещё более устрашающе, произнес седовласый мужчина, неотрывно смотря на застывшую в дверях блондинку, - если ты только сунешься к моей дочери и раскроешь перед ней свой миленький ротик, то я поступлю с тобой так, как тебе и не снилось. Расправа Моретти покажется тебе сущей мелочью по сравнению с моей собственной. Так что не доводи меня до греха. Тебе все ясно?

Понимая, что стоит на лезвии очень острого ножа, Анна Мария отрывисто кивнула, не в силах вымолвить и слова в ответ.

Лукас слегка улыбнулся:

- Надеюсь, в этот раз мы поняли друг друга предельно ясно, синьорина Ковач. Не стану вас больше задерживать. Мой человек проводит вас до ворот. Прощайте.

Кивнув стоящему в стороне Филиппу, Лукас Горнели протяжно вздохнул. В его жизни случалось многое. Каждый хотел урвать свою долю, пройтись по головам своих конкурентов, быть самым лучшим. Но далеко не всем это удавалось. Он бы не достиг таких высот, если бы хоть раз позволил сантиментам выбраться наружу. В этом деле нужно быть твердым как камень. Это его основная черта. Черта всех Горнели! Увы, в этой миловидной блондинке такого камня больше нет.

Недолго понаблюдав за тем, как его охранник уводит потерявшую дар речи девушку, мужчина вновь окинул взглядом зеленый салат.

В очередной раз потянувшись за широкой салфеткой, он вдруг услышал голос приближающегося к нему финансового советника:

- Лукас, - неестественно тихо проронил вошедший в столовую полнотелый мужчина, - ты не поверишь, кто хочет с тобой срочно увидеться.

Отбросив от тебя тарелку с салатом, тот раздраженно спросил своего помощника:

- Ну что ещё, Альфредо? Дадут мне уже сегодня спокойно пообедать в этом доме или нет?

- Боюсь, что нет, - все ещё находясь под видимым впечатлением от телефонного разговора, произнес его собеседник. - Только что звонил сам Рикардо Моретти. Он хочет встретиться с тобой лично в ресторане «Нептун» ровно через час. Говорит, что на эту встречу непременно стоит прийти, потому что он намерен обсудить дело, которое сулит тебе многомиллиардную прибыль.

Забыв на мгновение обо всем остальном, Лукас Горнели задумчиво свел брови, словно просчитывая всевозможные ходы в затеянной Моретти игре.

Он терпеть не мог этого молодого заносчивого сукина сына, но все же своих конкурентов всегда предпочитал держать как можно ближе к себе. Тем более в свете последних событий, при которых он одной ногой стоял на пороге собственного же разорения.

- Скажи Филиппу, чтобы приготовил машину, - вставая со стула, решительно произнес седовласый хозяин. - Вот уж не думал, с кем в конечном итоге я буду сегодня обедать.

Войдя в просторный зал одного из лучших ресторанов в городе, Лукас Горнели не спеша прошелся взглядом по многочисленным посетителям. С очевидным наслаждением пробуя различные рыбные блюда, которыми так славилось это место, молодые пары, веселые компании друзей и довольно много людей пожилого возраста открыто восхищались умением профессионального шеф-повара. Да, «Нептун» действительно был хорош. Всё в нем: от многочисленных декораций в виде русалок с большими раковинами в руках и подвешенными к потолку рыбами-молотами до ослепительно-белых скатертей, обрамлявших небольшие прямоугольные столики, - всё выглядело на высшем уровне.

Подойдя к стойке небольшого бара, седовласый посетитель жестом подозвал одного из официантов, велев ему помочь снять с себя черный пиджак, чтобы потом аккуратно повесить его на вешалке в специально отведенном для важных клиентов гардеробе. Сегодня выдался довольно жаркий день. Но то ли ещё ждет впереди. Обед в компании главного врага мог прогнозировать настоящее адское пекло. Поэтому сидеть мокрым от пота перед своим конкурентом у него не было ни малейшего желания.

Увидев спешно приближающегося к нему темнокожего мужчину, Лукас слегка улыбнулся.

- Пабло, - вслух поприветствовал он высокого управляющего, - давно не виделись.

- Синьор Горнели, - протянул руку тот, - очень рад вашему визиту. Хотите сегодня пообедать с синьориной Микелиной за вашим любимым столиком в дальнем зале? Я сейчас же все устрою.

- Нет, - ответив на краткое рукопожатие, Лукас начал внимательно всматриваться в лица многочисленных посетителей. - Сегодня я буду обедать не со своей дочерью. Но дальний зал ты все же освободи. Мой гость достаточно важная персона в высших кругах, так что конфиденциальность, как всегда, приветствуется.

- Конечно, синьор, - с готовностью кивнув, отозвался управляющий. - Одну минуту.

Когда вопрос с VIP-залом был наконец полностью улажен, статный бизнесмен в черных брюках и белоснежной сорочке с серым галстуком подошел к гостеприимно распахнутым дверям, открывающим вид на прямоугольную комнату всего лишь с четырьмя столами. Оставив своего верного телохранителя у входа в отведенный для него зал, Лукас присел за самый дальний столик.

- Желаете меню? - вновь обратился к нему Пабло.

- Нет. Я, пожалуй, дождусь своего гостя, - улыбнулся мужчина. - Пожалуйста, как только сюда зайдет некто по имени Рикардо Моретти, сразу же проводите его ко мне.

- Синьор Моретти снова посетит наш ресторан? - зажигая небольшую свечу по центру столика, в поддержание беседы проронил собеседник.

- Снова? - не ожидав такой новости, приподнял брови Лукас.

Заметив заинтригованный взгляд своего прямого начальника, Пабло сконфуженно улыбнулся:

- На прошлой неделе по телефону синьорина Горнели лично просила меня устроить ему деловой обед в «Нептуне». Разве вам об этом ничего не известно?

Тихо усмехнувшись столь необычному распоряжению своей дочери, Лукас все же оставил последний вопрос без ответа.

- Что ж, стало быть, вы знаете, как выглядит синьор Моретти, так что путаницы, я думаю, не произойдет.

До указанного времени оставалось ещё около четверти часа. Засмотревшись на трепещущий язычок пламени небольшой свечи, Лукас Горнели по обыкновению начал обдумывать, какую стратегию применит его хитрый противник.

Интересно, что именно Моретти хочет сказать ему?

Томительное ожидание ответа не продлилось долго. Рикардо появился в его поле видимости даже на пять минут раньше установленного срока.

Однако то, каким он предстал перед его глазами, заставило некогда невозмутимого бизнесмена на несколько секунд лишиться дара речи.

Неторопливо следуя за Пабло, Рикардо Моретти шел в обычных линялых джинсах и светло-голубой футболке, которая облегала его широкую грудь, как вторая кожа. Короткий рукав, словно специально подчеркивающий накачанные мышцы, без стеснения выставлял напоказ черную татуировку в виде оскаленного дракона на левом плече. Трехдневная щетина выглядела несколько нахальной и чересчур уж небрежной. И, несмотря на то что вся одежда приближающегося к столику мужчины была совершенно опрятной, весь его внешний вид будто кричал о вызове миру и лично ему самому в частности.

Лукас сдержанно поджал губы. Да, совершенно не таким он ожидал увидеть одного из самых богатых и влиятельных людей в Европе.

Оставив своего бритоголового телохранителя рядом с человеком Горнели у входа в зал, Рикардо замер на пару мгновений перед ожидающим его соперником, прошелся взглядом по, как и всегда, безупречному виду делового бизнесмена, после чего присел напротив.

- Меню, синьоры, - нарушив затянувшуюся тишину, произнес Пабло, раздав двум мужчинам широкие кожаные папки.

И хоть по виду двух этих важных персон совсем нельзя было сказать, что кто-то из них и впрямь голоден, все же должность управляющего требовала учтивых манер.

- Желаете чего-нибудь выпить? - невозмутимо продолжил он. - Вино или, может быть, чего-нибудь покрепче?

- Минеральную воду, - отведя свой пристальный взгляд от лица конкурента, слабо улыбнулся Моретти. - С газом и несколькими кубиками льда, пожалуйста.

Лукас не сдержал вырвавшийся наружу смешок.

- Минеральную воду? - словно ослышавшись, переспросил он. - Отчего же не пиво? При таком виде этот напиток был бы в самую пору.

Слегка махнув рукой, седовласый мужчина отпустил Пабло от их столика, дав понять, что пока ещё не намерен хоть что-то себе заказать.

- А что не так с моим внешним видом? - пропустив умышленную насмешку мимо ушей, Рикардо, будто бы непонимающе, опустил глаза на свою футболку. - Это я. Такой, какой есть. Без всяких лживых масок и дорогих лощеных костюмов, из которых не вылезал последние лет десять. И должен признаться, что я впервые за очень долгое время наконец-то смог вздохнуть полной грудью.

- Да уж вижу, полный стыд и позор для человека такого ранга, - не без старческого осуждения отозвался собеседник. - Сколько бы Туллио не вложил денег в твое образование, направляя тебя в самые лучшие учебные заведения Европы, ты все равно остался все тем же непутевым мальчишкой, предпочитающим размахивать кулаками вместо умения раскинуть мозгами и решить проблему дипломатическим путем.

- Ну почему же? Годы учебы не прошли даром. Уверяю, я преуспел в обоих этих направлениях. Хотите проверить?

Лукас неодобрительно сузил глаза.

- Запугивать меня вздумал? - гневно прошипел он в ответ.

- Уверен, вам бы этого очень сильно хотелось, - слегка наклонившись поближе к собеседнику, без театрального недопонимания тут же отозвался второй мужчина. - Ещё бы, ведь это очередной повод рассказать ей, какой я паршивый ублюдок.

Даже не став интересоваться именем персоны, о которой шла речь, Лукас Горнели резко встал со стула:

- Ну знаешь, это уже верх всякого хамства! Я достаточно долго терпел недопустимую наглость твоего псевдо-отца, но мириться с замашками какого-то выскочки отнюдь не намерен!

Отбросив коричневую папку меню, седовласый мужчина поднял с пола свой кожаный дипломат.

С него довольно этого спектакля. Ему стоило вспомнить, что и раньше встречи с любым из Моретти ничем хорошим никогда не заканчивались.

Еще раз окинув взглядом сидящего за столом мужчину, Лукас недобро усмехнулся:

- А знаешь, я всегда поражался нереальной удаче Туллио. Все, чего я добивался в этой жизни потом и кровью, ему всегда доставалось играючи. Самые важные контракты, связи - все это словно само шло к нему в руки. И вот, после его ухода от дел, я думал, что наконец-то стал первым бизнесменом этой страны. Ведь это я содержу известных политиков, полицию, больницы и прочие учреждения. Я плачу им всем. Я держу всю эту чертову страну за яйца! А что в итоге? Стоило лишь одному полоумному придурку поддержать тебя, и все разом отвернулись от меня. Разве это справедливо?

Словно выполняя немое распоряжение хозяина, Филипп поспешил закрыть двери широкого прохода, ограждая VIP-гостей от любопытных взглядов сидящих в главном зале посетителей.

- Разве справедливо? - на тон выше переспросил вошедший в раж Горнели, желая раз и навсегда поставить этого надоедливого щенка на свое истинное место. - Это моя страна и здесь абсолютно все подчиняются мне! Поверь, пройдет совсем немного времени, и я найду способ, как тебя уничтожить. Ты поплатишься за все, что сделал с моей дочерью, паршивец. Так же, как в свое время и твой отец поплатился за то, что гулял с моей женой.

Гордо приподняв подбородок, Лукас Горнели развернулся к закрытым дверям. Но не успел он сделать и шага, как за его спиной послышался тихий голос молодого собеседника.

- Сядьте! - в полуприказном тоне обратился к нему Моретти, по-прежнему сохраняя на лице былое хладнокровие. - Вы пришли сюда из-за страха, что я в любой момент нанесу сокрушительный удар по вашей компании, так наберитесь терпения и выслушайте всё до конца.

Ошарашенно оглянувшись назад, Лукас онемел то ли от такой необычайной выдержки сидящего перед ним мужчины, то ли от его невообразимой наглости. Уже много лет никто, ни единая душа не смела обращаться к нему в подобном тоне. Однако как бы там ни было, что-то заставило его и впрямь позабыть о своем намерении немедленно уйти из ресторана.

- В конце концов, мы ведь ещё даже не сделали заказ, - меж тем перехватив на редкость удивленный взгляд конкурента, Рикардо поспешил разбавить свою неподобающую грубость легкой усмешкой на губах: - Да и к тому же вам наверняка очень любопытно, зачем именно я вас сюда позвал. Так что вернитесь на свое место... Пожалуйста.

Последнее слово далось с необычайным трудом.

Уловив это, Лукас глубоко вздохнул и, заметив, как былой гнев начал постепенно остывать, все же вновь отставил дипломат и сел на прежний стул.

- Вы хотите меня уничтожить? - раскрыв карту меню, Моретти со скучающим видом опустил свой взгляд, неторопливо читая названия предлагаемых блюд. - Что ж, я дам вам такой шанс. Но только после того, как вновь попробую эти крабовые котлеты с креветочным соусом. На прошлой неделе они были весьма недурны.

Заинтригованный словами Рикардо, Лукас неторопливо открыл свою папку.

- Советую взять осьминога. Он отлично получается у местного шеф-повара, но крабовые котлеты - тоже совсем неплохой выбор, - заставив себя отбросить разыгравшееся любопытство на задний план, таким же спокойным тоном предложил пожилой человек. - Управляющий сказал, что ты был в ресторане моей дочери на прошлой неделе. Как такое возможно? Обычно здесь все столики зарезервированы на месяц вперед.

Рикардо усмехнулся.

- Поправка, - тихо произнес он, - это ваш ресторан. Микелина лишь делает вид, что владеет им. У нее нет интереса к этому роду бизнеса. На самом же деле все дела здесь ведутся только через вас. Но тем не менее ваша дочь действительно смогла мне помочь, организовав здесь деловую встречу неделю назад.

- Зачем ей это делать?

- Это была ее работа, - услышав новый вопрос, Рикардо, даже не поведя бровью, открыто посмотрел в лицо своего собеседника. - Она некоторое время работала моим ассистентом.

В двери тихо постучали.

Пропустив в небольшой зал главного управляющего, Филипп и Мигель, словно два сторожевых пса, вновь заняли свои места по разные стороны от прохода.

- Итак, выбрали что-нибудь? - наливая в стеклянный фужер Рикардо минеральную воду, спросил управляющий.

- Да, - отозвался пожилой мужчина, - принеси нам с синьором Моретти бутылку «Шато Марго». В самом деле, не воду же нам пить.

- Урожай пятьдесят девятого года вас устроит? - зная утонченный вкус своего хозяина, уточнил Пабло.

Лукас слегка поморщился.

- Пятьдесят седьмого, - поправил он, закрывая свою карту меню. - А также принеси нам на двоих всё то, что ты подавал нашему гостю на прошлой неделе.

- Хорошо, синьор, - забирая у мужчин широкие папки, с готовностью кивнул темнокожий работник.

Дождавшись, пока они вновь остались один на один, Лукас выжидательно посмотрел в ничего не выражающее лицо Моретти.

Черт возьми, а держать свои эмоции под контролем он умел не хуже его самого.

Достойный соперник. Очень достойный.

- Значит, Микелина была твоим личным ассистентом? - стараясь не придавать своему голосу удивленных ноток, Лукас вернулся к последней теме их разговора. – Это весьма необычно.

- Вообще-то она была не только моим личным ассистентом, - пригубив воду, подтвердил Моретти. – Далеко не только личным ассистентом.

Будто ожидая, что Горнели вновь потеряет над собой контроль, Рикардо растянул губы в нахальной ухмылке.

Но Лукас сдержался. Крепко сжав зубы, он внимательно смотрел в глаза сидящего напротив него мужчины.

- Поосторожнее! - вместо хозяина вдруг отозвался стоящий позади телохранитель. - Синьор Горнели не любит подобных намеков.

- Если правда так колет глаза, надо было заранее очки надевать, - не удержался второй из охранников.

Взгляд темнокожего верзилы переместился со спины Моретти на его человека.

- Корсе, - словно попробовав ломтик лимона, Филипп скривил губы, обращаясь к стоящему напротив мужчине, - вижу, ты все та же заноза в заднице, что и двадцать лет назад.

Мигель тихо хмыкнул:

- Рад это слышать от того, кто и сам ничуть не изменился. Разве что теперь на пару седых волос стало больше.

- Зато ты свои быстро сбрил.

- Эй, вы! Успокойтесь уже оба! - не выдержав, Лукас посмотрел на стоящих в стороне охранников. - Мы сами разберемся со своими проблемами.

Наконец дождавшись абсолютной тишины, он вновь обратил внимание на сидящего рядом собеседника:

- Не знаю, Моретти, как ты добился того, что Микелина стала твоей работницей, ведь она никогда не относилась к бизнесу настолько серьезно, да и терпеть не может всю эту бумажную рутину.

Неожиданно в комнате раздался тихий смешок.

Приподняв ладони, Рикардо слегка покачал головой:

- Поверьте, я препятствовал этому, как только мог, но иногда она бывает очень упрямой.

- Не то слово, - со вздохом подтвердил собеседник, неожиданно осознав, что, как никогда, согласен с Моретти. - Да, в этом вся моя дочь. Если что-то вобьет себе в голову, то ее уже не остановить.

- А в данный момент она вбила себе в голову, что не желает меня больше знать, - как ни в чем не бывало продолжил молодой мужчина. - Не без вашей помощи, конечно. Но в этот раз я пришел сюда не затем, чтобы обвинять друг друга в совершенных гадостях и интригах.

Лукас резко поднял голову, пронзая своим острым взглядом карие глаза нахального мальчишки.

- А ты ожидал чего-то другого? - с вызовом спросил он. - Ты хотел настроить против меня мою дочь! Ты посягнул на самое драгоценное, что у меня есть в этой жизни, и ещё думал, что я буду спокойно наблюдать за этим со стороны? Никогда, Моретти. Этому не бывать никогда!

- Я не спорю, что совершил ошибку. Мы оба наделали много ошибок, но Микелина вправе сама выбирать...

- Чего ты хочешь от меня, Моретти? К чему весь этот вежливый тон и почтительное обращение, которого никогда прежде не было? - на тон выше перебил второй мужчина. - Думаешь, я не понимаю, что ты хочешь, чтобы я своими же руками подтолкнул к тебе свою дочь? Нет. Только через мой труп!

- Почему? - впервые проявив в своем голосе явное раздражение, спросил собеседник. - Чем я хуже Сальвьери? Давайте, скажите уже наконец истинную правду. Я перед вами как на ладони, у меня нет никаких записывающих устройств и прочих скрытных намерений. Прошлое осталось в прошлом. Жизнь не стоит на месте. Всё изменилось. Так чем, черт возьми, я вас так не устраиваю?

Ещё раз оглядев довольно простой вид своего противника, Лукас неожиданно расслабленно откинулся на спинку высокого стула и тихо рассмеялся в ответ.

На мгновение прикрыв глаза, он медленно покачал головой. Словно по волшебству, перед ним предстал образ маленькой дочери, заставивший его невольно смягчиться. Ее большие, испуганные зеленые глаза. Он всю жизнь старался защитить свою малышку. Делал так, чтобы ей было лучше и спокойнее.

Внезапно почувствовав себя на свой истинный возраст, седовласый мужчина устало вздохнул.

Борьба. Вражда. Война. Всё это длилось между Моретти и Горнели уже так долго, что он потерял счет времени. Как же он устал от всего этого за эти годы. Как вымотался и постарел.

- Ты выбрал не ту семью, Рикардо, - впервые обратившись к сидящему напротив него мужчине по имени, без прежних насмешливых ноток проронил Лукас. - И увы, это не единственный твой недостаток.

- А разве есть люди без недостатков? Неужели Сальвьери такой идеальный кандидат в мужья для вашей дочери?

- Сальвьери? - вновь уныло растянул губы собеседник. - Ты и впрямь думаешь, что мне нравится Марко Сальвьери? Увы, он просто обычный мальчишка. Ему до тебя ещё расти и расти. Но даже проживи он всю свою жизнь, то все равно вряд ли достигнет того же ума, что имеешь ты.

Моретти недоуменно моргнул.

- Что? - даже опешив от такого заявления, Рикардо на мгновение лишился дара речи. - Вы хвалите меня?!

Протяжно вздохнув, Лукас перевел взгляд на вошедших в зал официантов. Позволив им расставить на столе заказанные блюда, он наконец тихо продолжил:

- Я уже говорил, что Туллио всегда был везунчиком. Ему везло во всем. Даже с тобой. Как бы я ни был зол или предвзят к тебе, но тем не менее даже я не могу не признать, что ты истинный мастер своего дела. Ты прирожденный бизнесмен. Тягаться с таким сильным соперником - это даже некое удовольствие. Как бы я хотел иметь такого сына или чтобы Сальвьери хотя бы немного обладал такими же качествами. Но... это не так. У меня есть только дочь, а Марко слаб, нерешителен и не имеет своего четкого мнения. Увы, такие, как он, всегда остаются лишь расходными пешками на шахматной доске. Ты же... ты черный король, как и я. И именно в этом твой главный недостаток, Рикардо. После всего произошедшего с матерью Микелина заслуживает хоть немного счастья в этой жизни. А с черным королем это счастье попросту невозможно. Ты никогда не отступишься от намеченных целей. Будешь до последнего отстаивать свои права. И это правильно, потому что ты - это я, только более молодая и сильная копия. А учитывая все то, что произошло между мной и Туллио в прошлом, то ты далеко не в выгодном положении, сынок.

Рикардо не сдержал громкого смешка.

- «Сынок», - словно в подтверждение услышанных слов, тихо повторил он, - вот уж точно никогда не метил на это место.

- И не советую. Поверь, это не самая лучшая перспектива.

- Однако, как вы и сами заметили, я был бы не я, если бы так быстро отступал от своих целей, боясь очередных сложностей на своем пути. Поэтому я предлагаю вам своего рода негласное соглашение: после этого обеда я еду с вами в «Траст Инкорпорейтид» и подписываю все необходимые бумаги о передаче «Стар Интернэшнл» в ваши руки, не прося взамен ни одного цента. Как известно, я выплатил Гаспару миллионы за его компанию и заложил все, что имею. Я уязвим. С двумя мощными корпорациями в ваших руках «Глобал Индастриз» разлетится лишь от одного щелчка пальцев. Так что для вас, Лукас - это реальный шанс раз и навсегда победить такого противника, как я.

Невольно задержав дыхание от такой невероятной перспективы, Лукас молчаливо ждал продолжения.

Все ещё ища хоть какой-нибудь подвох в словах конкурента, все ещё пытаясь разгадать ход его мыслей, он до последнего не мог поверить в такую неожиданную удачу.

- И что же в итоге хочешь ты? - так и не дождавшись продолжения, напряженно спросил он. - Чтобы я отказался от своей дочери и отослал ее к тебе? Нет. Так не пойдет. Можешь подавиться своей властью и могуществом, но мою дочь ты не купишь.

- Я и не прошу этого.

Смотря на вилку в своей руке, Рикардо непроизвольно напряг пальцы, прежде чем произнести свои следующие слова:

- Я отдам вам «Стар Интернэшнл» всего лишь взамен на право ухаживать за Микелиной наравне с Сальвьери. Поверьте, я не хочу ее покупать, поэтому и отдаю вам компанию совершенно бесплатно. Я лишь хочу иметь право видеть ее, бороться за нее. Хочу, чтобы она сама выбрала того, с кем захочет в итоге остаться. Конечно же, без всяких подстрекательств с вашей стороны. Взамен я обещаю никогда не требовать от нее отречения от собственной семьи.

- Как благородно! И ты всерьез думал, что я поведусь на всю эту чушь?! - открыто хохотнул Горнели, ни на миг не поверив сидящему рядом с ним человеку. - Никак не пойму, Моретти, какую игру ты ведешь? В чем смысл?

Резко дернув головой, словно тем самым стряхнул с себя чары разыгранного перед ним спектакля, Лукас пригубил темно-бордового вина из фужера.

Вот же старый дурак, а ведь даже он на крохотную секунду поверил...

- Я не играю, Лукас, - подняв взгляд, четким голосом проговорил собеседник. - Все, что я предлагаю - чистая правда.

Ухмылка Горнели медленно сползла с лица.

- Но зачем? - открыто недоумевая, спросил он. - Она ведь одна из Горнели.

Держащие вилку пальцы сжались ещё сильнее, покуда на них не побелели костяшки.

- Она лишь женщина, которую я люблю, и это единственное, что для меня имеет значение.

Тихое признание слетело с губ молодого Моретти, показывая всем и каждому в этом зале открытую брешь в его душе и сердце.

Лукас замер.

- Так это правда? - осипшим от напряжения голосом тихо спросил он. - Ты любишь ее по-настоящему?

Ответа не последовало. Да он и не был нужен. Все было предельно четко написано на лице Рикардо.

Погрузившись в свои мысли, оба мужчины на некоторое время прервали разговор. Каждый из них сосредоточенно думал, принимая для себя довольно непростые решения.

Лукас заговорил первым.

- Что ж, я рад, что ты испытал это чувство, - посмотрев в лицо своего соседа по столику, горько усмехнулся он. - Чувство, когда ты любишь женщину, которая абсолютно не желает тебя знать. Паршиво, правда?

Не став отягощать Горнели своим душевными проблемами, Рикардо распрямил плечи.

- Так что вы скажете?

Все ещё надеясь на продолжение чистосердечного разговора между ними, Моретти напряженно замер. Но Лукас уже изменился, вновь становясь таким, каким был всегда.

Надломив кусочек ароматной котлеты, он с наслаждением положил его в рот.

- Чего ты ждешь от меня? - смакуя приготовленное шеф-поваром блюдо, уже по-деловому спросил седовласый конкурент. - Какого-то письменного заверения или клятвы, которую я должен записать на видео?

- Нет, - не медля с ответом, отозвался молодой мужчина. - Мне будет достаточно и вашего слова.

В небольшом зале тут же раздался недоумевающий смех Лукаса Горнели.

Пожалуй, он поторопился с выводом относительно недюжинного ума сидящего перед ним собеседника. Ещё как поторопился.

- И ты действительно поверишь моему слову? Так просто? Почему ты не думаешь, что я тебе солгу? Почему не считаешь, что я не уничтожу тебя в этот же день? На что ты вообще надеешься?

Будто вспомнив нечто особенное, Рикардо опустил взгляд, разведя губы в легкой улыбке.

- Я надеюсь лишь на чудо, - откровенно признал он, вновь возвращаясь в реальность. - Ещё в самом начале нашей встречи я открыто сказал, что дам вам шанс себя уничтожить, но все же я надеюсь, что этого не произойдет. Раз вам верит ваша дочь, стало быть, должен поверить и я.

Лукас непроизвольно сжал губы в тонкую линию. Ему не особо нравилось упоминание имени дочери в этом разговоре. Воспоминания о ней делали его уязвимым, чересчур мягкотелым, но, видимо, другого выбора у него не было.

- Микелина - хорошая девочка. Да, немного капризная и своевольная, но все же хорошая, - с невольной теплотой в голосе отозвался седовласый конкурент, - но даже она не станет жить с бедным неудачником! С чего ты взял, что после того, как ты потеряешь все, что у тебя было, она все же придет к тебе?

- Это решать лишь ей, а не вам, - бесстрашно отозвался кареглазый брюнет. - Если я чему и научился за проведенное с ней время, так это тому, что ее невозможно заставить что-либо сделать против воли. Такую птицу, как она, не удержать в клетке, какой бы золотой она ни была.

С трудом отбросив мысли о том, что его дочь пробыла с Моретти последние полмесяца, Горнели настороженно сузил глаза. Как хищник, почуявший жертву, он предвкушал огромную сделку. Пожалуй, самую грандиозную сделку в его жизни.

- И ты всерьез отдашь мне компанию Гаспара всего лишь за право побороться за нее наравне с Сальвьери? А если она тебе все-таки откажет?

- Значит, такова судьба. Возможно, я совершаю большую ошибку, но я не стану никого принуждать, а в случае поражения смирюсь с проигрышем, - пожал плечами собеседник. – Мы оба любим одну и ту же женщину, и я больше не собираюсь причинять ей боль. Однако я хочу хотя бы постараться исправить свои прежние ошибки перед ней.

Лукас на минуту задумался.

- Мне нужно несколько дней, чтобы подготовить дочь. В конце концов, она не призовой кубок, который переходит из рук в руки. У нее вполне серьезные планы на жизнь с Марко и я...

- У вас есть два дня, - перебил Моретти. - Я подожду сорок восемь часов, прежде чем начну стучать в дверь вашего дома.

Не став упоминать о том, что Рикардо попросту могут и не допустить к дверям его дома, Лукас медленно кивнул. Чувствуя себя как никогда близким к желанной победе, он через силу отбросил всю свою ненависть к семейству Моретти и как можно доброжелательней улыбнулся в ответ.

- Любовь... Она во многом меняет людей, - тихо проронил седовласый бизнесмен, - но все же я не понимаю, как ты так быстро смог переосмыслить все свои принципы? Ведь ты столько лет мечтал отомстить мне за своего отца.

Рикардо тихо вздохнул.

- Вам и не нужно меня понимать. Я не могу исправить прошлое, но я хочу попытаться наладить будущее, - вполне серьезно отозвался он. - В конце концов, может быть, я просто устал мстить за разрушенные судьбы других людей и решил задуматься о своей собственной? Ненависть разрушает человеческую натуру. Убивает все светлое, что стоит у нее на пути.

Лукас Горнели небрежно хохотнул в ответ:

- И в какой это умной книге ты вычитал столь философское изречение?

Темно-карий взгляд на мгновение приобрел более светлый оттенок. Так было всегда, когда Рикардо пребывал в хорошем настроении. А что может быть лучше и умиротворённей, чем яркое воспоминание о недавней встрече с отцом?

- Это не из книги, - наконец отозвался широкоплечий брюнет за противоположной стороной стола, - это совет от семьи. Жаль, я к нему раньше не прислушался.

- Что ж, очень рад за тебя, - мельком взглянув на свои часы, отстраненно проговорил давний соперник. - Давай, приступай уже к своему обеду и поехали в мой офис. У нас впереди ещё масса бумажной волокиты, Моретти. А я хочу успеть закончить с делами уже до этого вечера.

Сидя под открытым небом одного из многочисленных кафе в центре города, Микелина с безразличием смотрела на толпы бесцельно слоняющихся туристов, приехавших из совершенно разных частей света. Корейцы, китайцы, русские, немцы, французы, англичане - казалось, все иностранные голоса разом смешались и теперь общим гулом заполоняли просторную площадь.

В этом не было ничего удивительного.

Расположившийся от нее по левую сторону величественный фонтан Треви всегда был одним из излюбленных мест всех туристов. Они были абсолютно везде. Без устали опустошали один магазин сувениров за другим. Позировали для уличных художников. Выбирали красочные карточки с видом на главные достопримечательности Италии. И просто сидели на широких бортиках огромного фонтана, созданного в стиле барокко.

Но она словно не замечала никого и ничего вокруг.

Не спеша допив свою чашку кофе, Микелина поставила ее на стеклянную столешницу небольшого столика и, приподняв левую руку, взглянула на часы.

Почти восемь вечера.

Со вздохом подумав, что ей пора возвращаться домой, она перевела взгляд на сидящего рядом с ней охранника в солнцезащитных очках с зеркальным отражением. Собравшись обратиться к Раулю с очередным распоряжением, девушка невольно заметила его вмиг напрягшиеся мышцы, прежде чем обратила внимание на неторопливо приближающегося к их столику уличного художника в коричневом берете на голове.

Открыв принесенный с собой альбом, он показал широкий лист, на котором карандашом был запечатлен ее собственный образ.

- Не желаете ли портрет, синьорина? - улыбнулся незнакомец.

Видимо, он нарисовал ее, пока она сидела здесь и пила кофе. И хоть у этого человека, несомненно, был талант, но все же рисунок получился очень грустным, словно художник рисовал не просто облик, а сумел заглянуть в самую глубину души ничего не подозревающей модели поневоле.

С долю секунды задержав свой взгляд на искусном портрете, рыжеволосая девушка со вздохом отвернула лицо в сторону.

- Нет, не желаю, - бесстрастно произнесла она.

Краем глаза заметив легкое покачивание плеч вновь возвращающегося на свое место художника, Мике потянулась к дамской сумочке, спеша достать из нее широкий кошелек.

- Возьми машину со стоянки и подгони ее сюда, - кратко проинструктировала она все ещё сидящего по другую сторону столика Рауля. - Пора ехать домой.

Ничего не проронив в ответ, мужчина тотчас встал со своего места, намереваясь исполнить приказ молодой хозяйки.

Положив под фарфоровое блюдце указанную в счете сумму, девушка встала на ноги, бесцельно огляделась по сторонам и, заметив того самого художника у фонтанного бордюра, внезапно направилась к нему.

- Держите, - подойдя ближе, она достала из кошелька одну купюру и протянула ее незнакомцу.

Мужчина вновь приветливо улыбнулся:

- О, так вы все-таки передумали?

- Нет, - отозвалась рыжеволосая красавица, - это за то, чтобы вы выбросили мой портрет.

Слегка растерявшись от подобной просьбы, мужчина вдруг отрицательно покачал головой:

- Тогда этот рисунок не продается.

- Что? - даже онемев от такого ответа, Микелина пораженно раскрыла рот. - Возможно, вам мало пятидесяти евро? Хорошо, я заплачу в два раза больше.

Заметив, как молодая особа вновь открыла свой кошелек, пожилой художник в очередной раз протестующе покачал головой.

- Нет. Дело не в деньгах, - уверенно проронил он. - Я не хочу выкидывать свою работу. Пусть лучше этот рисунок стоит с остальными портретами и завлекает ко мне клиентов.

Остолбенев от такого заявления, Мике пораженно хмыкнула:

- Да как вы смеете? Я вам не давала никакого согласия...

- А кто вам сказал, что это именно ваш портрет? Может быть, это просто похожая на вас девушка? – быстро сообразив, к чему она клонит, тут же с хитрой улыбкой перебил мужчина. - Поймите, настоящее искусство нельзя уничтожать. Это грех.

- Не преувеличивайте, этот портрет далек от совершенства, - не без иронии отозвалась недовольная синьорина. - Я на нем ужасно получилась.

Однако незнакомец вовсе не обиделся ее грубому тону.

Все ещё сохраняя приветливое выражение лица, он лишь слегка пожал плечами:

- Возможно, когда-нибудь я вновь нарисую портрет, где вы будете счастливо улыбаться. Но сейчас я нарисовал лишь то, что вижу в вас именно в эту минуту. Вы утратили веру в добро и не видите ничего прекрасного. Оглянитесь вокруг, это же такое красивое место! Но даже оно вас ни капли не затронуло. Надеюсь, пройдет время, и вы вновь начнете ценить то прекрасное, что нас окружает, ну а пока простите, синьорина, но я не выброшу этот портрет и даже не продам его вам для этой цели. Считайте, что этот рисунок бесценен.

Не веря своим ушам, Мике устало покачала головой.

- Бесценен? - всплеснув руками, тихо усмехнулась она. - Что за чушь? Всё в этом мире покупается.

При резком движении руки из ее кошелька внезапно вылетели несколько монет, которые тут же упали в фонтан.

- Вот черт, - негодующе проворчала строптивица, убирая всё лишнее из рук обратно в сумочку.

- Три монетки, - улыбнулся худощавый художник, наблюдая за тем, как выпавшие из кошелька деньги осели на дне огромного фонтана. - Вы знаете поверье?

- Какое? - раздраженно спросила его собеседница. - О том, что если бросить монету в фонтан, то ты обязательно снова вернёшься в Рим? Не смешите меня, я была здесь уже тысячу раз.

Художник неоднозначно пожал плечами:

- Вообще-то есть разные трактования этой традиции. Одна монетка предполагает, что бросивший ее человек и впрямь вернется в этот город. Две монеты сулят ему любовную встречу. Четыре - большое богатство. Пять - скорую разлуку.

Невольно заинтересовавшись, девушка приподняла правую бровь:

- А три монеты? Что пророчат они?

Пожилой человек лукаво подмигнул:

- Скорую свадьбу.

Горько усмехнувшись в ответ, Микелина внезапно перестала злиться и уныло покачала головой.

- Увы, это совсем не новость, - с грустным видом произнесла она, заметив наконец припарковавшегося в стороне Рауля. - А знаете, можете делать с этим портретом, что хотите. Мне все равно.

Развернувшись к ожидающей ее машине, девушка решительно направилась прочь от этого ненормального художника, от бушующего за ее спиной фонтана, который так боготворила толпа туристов, и от всего того, что заставляло ее невольно грустить о своей собственной судьбе.

Рауль предупредительно раскрыл для нее заднюю дверцу черного БМВ.

Сев за руль, он быстро вывел машину на проезжую часть, заняв место в плотном потоке столичного движения.

- Впереди большая пробка, - посмотрев на хозяйку через зеркало заднего вида, коротко сказал он. - Придется добираться до дома несколько дольше, чем рассчитывалось.

Мике с безразличием пожала плечами.

- Только остановись у какой-нибудь аптеки. Мне нужно купить себе кое-что, - тихо распорядилась она, прислоняясь головой к боковому стеклу.

Виляя по мощеным улочкам, Рауль попытался кое-где срезать путь, но в итоге все же был затиснут в длинную очередь едва продвигающихся вперед машин.

Уже начинало смеркаться, когда их внедорожник проезжал мимо одного ресторана, на крыльце которого только что загорелись два круглых фонаря. Узнав некогда подаренный ей отцом «Нептун», Мике слабо улыбнулась. Через просторные окна виднелись многочисленные посетители. В основном это были влюбленные пары, которые коротали вечер, наслаждаясь вкусной едой и компанией друг друга.

Прикусив нижнюю губу, девушка отклонилась от окна.

Нужно будет сказать отцу о своем намерении продать ресторан, чтобы начать совершенно новое дело. Пожалуй, бутик модной одежды и впрямь для нее был намного проще и понятнее, чем владение первоклассным рестораном в центре столицы.

Отклонив голову на спинку сидения, Микелина не заметила, как задремала.

Почувствовав едва заметное торможение, Мике резко распахнула глаза, словно вовсе и не спала все это время.

Рауль остановил машину прямо возле освещенного крыльца. Мельком посмотрев на заметно потемневшее небо, девушка сама открыла дверцу и, поспешно выйдя из салона, отдала распоряжение охраннику завести машину в гараж.

Легкий ветерок тут же освежил ее лицо, позволив почувствовать себя несколько более бодрой, чем она была на самом деле.

Пройдя за порог, Микелина тотчас услышала ликующий голос советника отца, доносящийся из глубины дома. Невольно заинтересовавшись происходящим, она незаметно прошла вперед, покуда не остановилась в дверях столовой комнаты, в которой находилось всего лишь двое мужчин.

- Лукас, это непременно стоит отметить! - приподнимая фужер с вином, взбудораженно произнес финансовый советник отца. - Никак не пойму, почему ты отказываешься праздновать свою победу? Почему не устроил грандиозный вечер по этому поводу? Ведь теперь даже я - скрупулезный, алчный брюзга, могу смело сказать, что ты можешь позволить себе такое развлечение. Ты можешь всё, черт возьми!

- Нет, Альфредо, - сидя во главе большого прямоугольного стола, отозвался ее отец, - пока ещё нет. Завтра предстоит немало важных дел. Ты знаешь, я должен подписать крупный контракт с новым партнером, так что праздновать пока рано.

- Но ты выиграл! - никак не унимался полнотелый мужчина в бордовом бархатном пиджаке. - Ты заслужил хотя бы немного веселья!

- Кто что выиграл? - опершись плечом о дверной косяк, с легкой улыбкой на губах спросила молодая девушка, тем самым объявляя мужчинам о своем присутствии.

- О, милая, - отставляя свой фужер, улыбнулся Лукас, - рад тебя видеть. Как погуляла?

- Хорошо, - не углублялась в подробности очередного скучного дня, отозвалась дочь. - А как прошел твой день?

- Весьма продуктивно, - довольно отозвался отец. - Завтра в полдень у меня назначена встреча в «Траст Инкорпорейтид» с одним очень крупным представителем азиатской компании. Так что, как видишь, дела не стоят на месте.

Не сдержав нахлынувшую на нее радость за отца, Мике тотчас подошла ближе. И хоть в глубине души она все ещё злилась на него за неподобающее отношение к своей подруге, все же не смогла не обнять и не поздравить любимого человека с его долгожданной победой.

- Я тобой очень горжусь, папочка, - поцеловав морщинистую щеку, искренне прошептала она. - Я знала, что ты не опустишь руки и найдешь для компании новых значимых партнеров.

- Честно говоря, партнеров так много, что Лукас уже просто перестал отвечать на все телефонные звонки и вместо празднования заперся в этом доме, - вмешался в разговор стоящий поблизости Альфредо.

Недоуменно переведя взгляд на финансового советника и обратно, Микелина удивленно приоткрыла рот.

- О, это... это ведь здорово, так? - посмотрев в глаза отца, удивленно проронила она. - Даже не представляю, каких усилий тебе всё это стоило.

- Об этом не переживай, - мягко сжав ладонь дочери, отозвался седовласый мужчина. - Главное, что я уладил все дела. Так что можешь считать, что наш финансовый кризис благополучно остался в прошлом.

Мике даже опешила:

- Ого! Я думала, что подобного рода проблемы длятся намного дольше.

- Ничего подобного, малышка. Твой отец уже во всем разобрался, - уверенно заключил Лукас. - Так что твой стилист может приезжать к нам хоть прямо сейчас.

Пораженно приподняв брови, девушка не спеша направилась обратно к дверям. Ей очень хотелось поскорее принять прохладный душ. День оказался на редкость долгим и жарким. Однако неожиданная новость заставила ее вмиг замереть на месте.

- В общем, я взял на себя смелость и сам позвонил тому парню, приказав, чтобы он завтра же приехал и с утра до ночи следил за твоим внешним видом, - оповестил отец.

Вспомнив о личных планах Сильвио, Микелина не спеша обернулась.

- Не нужно было этого делать, - устав оттого, что в ее жизнь постоянно вмешиваются другие люди, со вздохом произнесла она. - Он и сам намеревался приехать сюда через пару дней.

- Никаких пары дней! - бескомпромиссно проговорил отец. - Приближается твоя свадьба, а это значит, что за тобой теперь постоянно будет охотиться пресса. Ты должна выглядеть на все сто процентов, чтобы никакой паршивый папарацци не воспользовался моментом и не заснял того, что другим видеть не стоит.

Микелина молчаливо поджала губы, чтобы ненароком не высказать свои истинные мысли на этот счет.

Меж тем ошибочно приняв безмолвие дочери за должное повиновение, Лукас ласково улыбнулся:

- Вот видишь, я пытаюсь загладить свою вину и помню о твоих друзьях.

Резко подняв взгляд, зеленоглазая бунтарка тихо хмыкнула в ответ:

- Друзей не покупают, не запугивают и им уж точно не приказывают!

Решительно направившись к выходу, Мике хотела только одного: как можно скорее запереться в своей спальне. Не желая портить вечер отца очередной бессмысленной перебранкой, она молча кивнула стоящему на пути Альфредо и уже добралась до дверей столовой, как за ее спиной вновь раздался родительский голос.

- Милая, ты в последнее время сама не своя, - словно невзначай заметил он, - может быть, тебе стоит развеяться? Что ты скажешь, если вы с Марко уедете на пару месяцев в кругосветное путешествие? Я все устрою. Только скажи «да», и уже завтра ты будешь далеко отсюда. Там, где нет проблем и плохого настроения. Отдохнешь. Развлечешься. Ты ведь всегда очень любила путешествовать. А вернетесь как раз к свадьбе и даже...

- Нет, - повернув лицо в сторону говорящего отца, категорично перебила его девушка. - Я устала сбегать от своих проблем. Надоело. Мне давно уже следовало остановиться и посмотреть всем своим невзгодам прямо в глаза. К тому же кто-то ведь должен следить за организацией свадьбы? Так что спасибо за заботу, но я остаюсь. Доброго вечера, синьоры.

Оставив двух опешивших от ее речи мужчин в ярко освещенной комнате, Микелина быстро скрылась из вида.

- Что это с ней? - озадаченно спросил у начальника Альфредо. - Не помню, чтобы раньше Микелина проявляла столь жесткий характер.

- Оставь ее, - задумчиво посмотрев на свой недопитый фужер вина, тихо проронил Лукас. - Мне нужно всего лишь пару дней, чтобы раз и навсегда уладить последние дела с Моретти, а уж потом я как следует поговорю с дочерью.

Быстро поднявшись по небольшой лестнице на второй этаж, Мике едва ли не вбежала в свою комнату, с облегчением захлопнув за собой дверь.

Она никогда раньше не думала, что властолюбивый характер отца может хлестать ее душу намного сильнее любой плети.

- Прячешься от кого-то? - как гром посреди ясного неба прозвучал знакомый мужской голос из глубины комнаты. - Надеюсь, не от меня?

Медленно обернувшись, Микелина только сейчас обратила внимание на включенный ночник, который освещал небольшую спальню темно-красным цветом.

Выбрав дистанционным пультом медленную мелодию на музыкальной стереосистеме, стоящей по центру широкого комода, младший Сальвьери снял с себя черный пиджак, поднялся с мягкого кресла и, держа в руках букет белых лилий на пару с какой-то небольшой коробочкой, неторопливо подошел к замершей у двери девушке.

- Марко?! - не ожидав кого-то еще в своей комнате, девушка растерянно улыбнулась. - Почему ты здесь, а не празднуешь успех отца с ним внизу?

- Твое внимание для меня намного важнее каких-то финансовых дел, - улыбнулся молодой мужчина. - К тому же я хотел сделать тебе подарок.

Игривый тон Марко заставил ее невольно расслабиться и усмехнуться в ответ.

- Ты хотел сделать мне подарок или соблазнить меня? - сузив глаза, шутливо поинтересовалась она. - Больше напоминает второе.

Взяв цветы, Микелина вдохнула приятный аромат распустившихся лилий. И хоть в последнее время она больше предпочитала алые розы, но все же букет в ее руках был очень красив.

- Их нужно поставить в воду, - аккуратно обойдя Марко, она прошла мимо небольшого декоративного столика и, закинув на него свою дамскую сумочку, наклонилась к глянцевым дверцам стоящего у стены комода, - наверняка здесь где-то должна стоять ваза.

- Подожди, - заставив Мике отложить цветы в сторону, Сальвьери встал позади нее, - это ещё не все.

Положив небольшую коробочку в ее руки, он нежно обхватил девушку за плечи.

Микелина с интересом посмотрела на подаренную ей вещь.

- Guerlain, - едва она прочла первую строчку, как тут же обернулась в объятиях держащего ее мужчины. - Ох, Марко, это же очень дорогой экстракт духов. Не стоило.

- Но ведь они тебе так сильно нравятся, - пожал плечами молодой мужчина. - Давай, открой коробку и надушись ими.

Слабо улыбнувшись в ответ, Мике все же поставила коробочку духов рядом со своей сумочкой на декоративный столик.

- Вообще-то я сначала хотела ополоснуться в душе, - отходя к шкафу, тихо проговорила она. - День выдался очень жарким...

Неожиданно Марко вновь оказался за ее спиной.

- Хорошо, пусть будет так, как ты хочешь. Ты все равно всегда приятно пахнешь и без духов, - тихо проговорил он, уткнувшись носом в небольшую ложбинку между ее правым плечом и шеей. - Знаешь, через десять минут за мной приедет такси, чтобы отвезти в отель, но если ты вдруг передумаешь, я всегда буду рад остаться с тобой.

Взгляд Микелины невзначай упал на зеркальную дверцу находящегося перед ней шкафа. Марко обнимал ее со спины, прижимал к своей груди, но в отражении она видела совсем другого мужчину. Мужчину, с которым она когда-то стояла посреди каюты плывущей в море яхты, и точно так же смотрела на себя в зеркало. Он диктовал ей свои условия, а она была всего лишь безвольной куклой-марионеткой в плену своего мастера. Мужчину, с которым она забывалась ночи напролет, позволяя его рукам вытворять с ней то, что никому и никогда не было позволено.

- Ох, Мике, - тихо прошептал Марко, - прошу тебя, давай начнем все сначала. У нас впереди вся жизнь, не стоит нам ломать ее друг другу. Мой отец дарит нам особняк на берегу Неаполитанского залива в качестве свадебного подарка. Твой отец обеспечит безоблачное будущее. Чего нам ещё желать?

С протяжным вздохом Микелина слегка прикрыла глаза.

Горячие губы Марко оказались на ее плече, прошлись вереницей мелких поцелуев вдоль шеи, пока наконец не завладели мочкой правого уха.

Вслушиваясь в приятную мелодию тихой музыки, видя сквозь ресницы очертания мебели в красном полумраке, Мике вновь унеслась в прошлое. Она и Рикардо в зеркальной комнате. Свет мерцает. Его пальцы на ее влажной от пота коже. Горячий язык скользит вдоль изгиба позвоночника. И зубы... зубы нежно прикусывают розовую плоть округлых ягодиц.

Задыхаясь от воспоминаний, Мике приоткрыла рот, с жадностью ловя воздух.

- Как ты мог? - потерявшись между прошлым и настоящим, словно в бреду, шепотом произнесла она. - Как ты мог так подло предать меня? Ведь я так верила тебе... так сильно любила...

Приняв ее слова на свой счет, Марко ещё крепче обнял стоящую в его объятиях девушку.

- Прости меня, я был дураком. Я оступился. Но это они все подстроили: Летиция и Моретти. Я бы никогда не позволил себе такого, если бы не четко спланированный план этого ублюдка.

Услышав голос Марко, Микелина резко раскрыла глаза.

Нет. Так дальше нельзя.

Резко вынырнув из объятий Сальвьери, она подошла к центральному выключателю и, осветив комнату ярким светом висящей на потолке лампы, поспешно выключила музыку.

Стараясь не смотреть в лицо Марко, девушка открыла одну из дверец спального комода и, тотчас обнаружив в нем предмет своих поисков, подняла его в своих руках.

- А вот и ваза! - чересчур радостно провозгласила она, ликуя в душе, что сможет хоть на минуту уединиться в ванной комнате. - Пойду налью воду для цветов.

Молчаливо смотря вслед девушке, которая в считанные секунды скрылась за дверью смежной комнаты, молодой мужчина с досадой стукнул по краю находящегося вблизи небольшого декоративного столика. Увы, даже легкого удара с лихвой хватило, чтобы он пошатнулся, и с него соскользнула дамская сумочка с коробкой подаренных духов.

- Черт! - тихо проворчал Марко, поднимая с пола упавшие вещи.

Поспешно ставя всё на свои места, он вдруг заметил в сумочке Мике нечто такое, что невольно привлекло его внимание. Обычно средства женской гигиены его никогда прежде не интересовали, но сейчас что-то интенсивно крутилось в его мозгу, заставляя как следует задуматься о том, что именно здесь было не так...

Она пробыла в ванной несколько дольше, чем того требовали обстоятельства. Подставив лицо под прохладные струйки льющейся из крана воды, Микелина тщательно смыла с лица всю косметику, после чего с помощью резинки собрала волосы в хвост и глубоко вздохнула.

Отойдя от нахлынувших на нее воспоминаний, она вновь посмотрела на свое зеркальное отражение. Ничего не изменилось. Марко и она - каждый из них сам по себе. Как только они поженятся, она сможет жить без постоянной опеки отца. Сможет заниматься тем, чем хочет. Возможно, она даже уедет из Италии. Возможно, с головой окунется работу. В любом случае с ее плеч упадет груз незамужней девицы, отец которой владеет многомиллиардным состоянием. Со временем она станет никому не интересной. О ней забудут и наконец-то дадут жить спокойной, ни к чему не обязывающей жизнью. Нужно лишь держаться заранее оговоренного плана: никакой интимной связи с Марко и никакого вмешательства в личную жизнь друг друга. Фиктивный брак - ничего более.

Распрямив плечи, Мике взяла с умывальника наполненную водой вазу и вновь прошла в свою спальню.

- Ну вот, осталось только поставить цветы в воду и можно идти, встречать твое такси... - заметив руки Сальвьери в своей сумочке, девушка пораженно остановилась. - Марко, что ты делаешь?

Вытащив небольшую коробочку на свет, Марко озадаченно посмотрел на стоящую перед ним невесту.

- Это что? Тампоны? - хрипло спросил он, словно увидел подобное первый раз в своей жизни. - У тебя месячные?

Громко хмыкнув в ответ на такой неожиданный вопрос, Микелина подошла к оставленным на комоде лилиям и все же поставила их в вазу.

Не став упоминать о том, что Марко только что копался в ее личных вещах, она все же обернулась к нему, поспешно забирая тампоны в свою руку.

- Поздравляю, ты нашел в моей сумочке средства женской гигиены, - с откровенным сарказмом в голосе поддела она. - И да, Марко, у каждой взрослой женщины есть свой менструальный цикл. Так что расслабься, тебе не придется воспитывать чужого ребенка. Ведь именно это тебя волновало сегодня с утра, правда?

Чувствуя, что невольно начинает злиться от его вмешательства в ее личную жизнь, Мике недовольно скрестила руки на груди.

Однако ответ Марко заставил ее замереть в легком ступоре:

- Но у тебя же были месячные две недели назад. Ты сказала мне об этом, когда я подарил тебе кольцо.

Не зная, что и ответить, Микелина растерянно прикусила губу, выходя из воинственной позы.

- Я... я не...

- Или что, это происходит у вас каждую неделю? - разозлившись ещё сильнее из-за ее невнятного тона, громче проговорил мужчина.

Резко заставив себя перестать подыскивать очередную ложь, девушка смело заглянула в лицо стоящего напротив нее человека.

- В тот раз я тебе солгала, - честно призналась она.

Не ожидав от нее такой откровенности, Марко пораженно открыл рот:

- Надо же... Ты не хотела спать со мной уже тогда? Почему?

Мике устало вздохнула, присев на край широкой кровати.

Лгать больше не имело смысла. Все они и так по уши погрязли во лжи. С нее уже достаточно.

Облизнув краем языка свои пересохшие губы, она сделала глубокий вдох и проговорила:

- Потому что в тот вечер я была в загородном доме у Ирис и там едва не переспала с Моретти. После этого мне уже не хотелось быть с кем-то, кроме него.

Внезапно в комнате раздался иступленный мужской смех.

- О боже, как же я его ненавижу! - запустив пятерню в свои волосы, озлобленно проговорил Сальвьери. - И ты ещё смела упрекать меня насчет Летиции? Ты, которая так бесстыдно наставила мне рога, когда я, как полный идиот, вставал перед тобой на колено и просил стать моей женой?!

Тяжко вздохнув, Микелина на секунду прикрыла глаза. Не понимая, что в последнее время происходит с ее жизнью и почему она постоянно со всеми ссорится, рыжеволосая девушка в последний раз попыталась оправдаться:

- Я же сказала, что едва не переспала с ним. Секса не было! Я остановилась. Мы оба были в масках, и я все время думала, что со мной был ты.

- Черт возьми, Мике, - видимо, не поверив ей ни на секунду, взревел Марко, - да мы же с ним совершенно разной комплекции!

- Я не знала... - едва ли не шепотом отозвалась смотрящая в пол девушка. - Было темно. Я обратилась к нему твоим именем, а он меня так и не поправил. Все было рассчитано заранее.

- Твою ж мать! - прикрыв на мгновение ладонью глаза, со вздохом выдавил мужчина. - Почему же ты мне сразу все это не рассказала? Я бы не отпустил тебя в Рим одну! Я бы день и ночь лично охранял бы тебя от этого ублюдка.

- Я думала, что справлюсь со всем сама, - вновь подняв взгляд, четко проговорила Микелина. - Вот только не нужно меня жалеть, Марко. Что было, то было.

- Как же! Охотно верю, - едва ли не оскалился молодой мужчина. - Особенно в то, что была бы твоя воля, ты бы, не раздумывая, повторила все заново, ведь так, дорогая? И что же дальше? Будешь измерять наши с ним члены, решая, которым из них воспользоваться ночью? Может, огласишь свое расписание?

Пораженно качая головой, Микелина смотрела на стоящего перед ней человека, словно видела впервые в жизни. Ещё никогда прежде Марко Сальвьери не был в такой ярости. Да что с ним вообще произошло? Какая муха укусила? Ведь он всегда был таким покладистым и уравновешенным молодым человеком.

- Ох, брось, - поднявшись с кровати, Мике всплеснула руками, - твой член мне не нужен. Для меня он всего лишь небольшая деталь между твоих ног. Я согласилась на брак по расчету, только и всего!

Марко сдавленно хмыкнул:

- Значит, все же у Моретти он больше.

Устав от этого глупого мужского соперничества, девушка раздраженно передернула плечами:

- Если ты так хочешь знать точные размеры, то лучше спроси у него.

- О, непременно. При первой же встрече. Клянусь, он надолго запомнит, как приставать к чужим невестам! - все ещё не в силах успокоиться, гневно проговорил младший Сальвьери. - Скажи, ты все ещё хоть немного любишь меня?

Увы, ответа не потребовалось.

Заглянув вглубь светло-зеленых глаз, Марко с горечью поджал губы.

- А хоть когда-нибудь любила? - с надеждой в голосе тихо спросил он.

Выдержав его прямой взгляд, Микелина отрицательно покачала головой:

- Нет, Марко. Прости. Я думала, что любила, но это не так.

Понимающе кивнув в ответ, молодой мужчина вдруг криво усмехнулся:

- Значит, мы будем отравлять друг другу жизнь ещё очень много лет, дорогая. Потому что отказываться от того, что предлагает мне твой отец после свадьбы, я не намерен!

В любой другой раз подобные слова лишь рассердили бы ее, вывели из себя. Но только не сейчас.

- Подумай как следует, Марко, - пожимая плечами, с некой грустью в голосе отозвалась девушка, - не каждый может принять место руководителя крупной компании на пару с гулящей женой.

И вновь в небольшой комнате раздался исступленный смех.

- Не волнуйся, милая, я в долгу не останусь, - в очередной раз закипая, злобно ощетинился Сальвьери. - Увижу Моретти, убью!

Видя, как он рысью направился в сторону закрытой двери, Микелина поспешила окликнуть сумасшедшего:

- Марко, перестань! Ты не такой!

Как ни странно, но ее слова, кажется, проникли в его сознание.

Схватившись за дверную ручку, мужчина все же замер на месте, после чего очень медленно повернул голову в сторону стоящей позади невесты и диким взглядом прошелся по ее фигуре в светлом облегающем платье до колен.

Словно вспомнив нечто особенное, Марко довольно ухмыльнулся.

- Кстати, а ведь это была именно моя инициатива трахнуть Летицию. В тот день она просто пришла ко мне поплакаться на своего банкрота-муженька, ничего более, - злорадно проронил он. - Ну как, нравится такая правда?

Ничего не ответив на это, Микелина просто стояла по центру комнаты, молчаливо наблюдая за тем, как Марко все же открыл дверь и скрылся из вида. Наконец-то оставшись совершенно одна, она медленно присела на кровать и, посмотрев на дрожащие пальцы обеих рук, отрешенно покачала головой.

Нет. Этого не может быть. Летицию подослали к Сальвьери. Ведь ей буквально все кричали об этом, к тому же и сама Лети призналась в своем сговоре с Моретти. Марко, должно быть, сказал так со зла. Но что, если... что, если Рикардо все же сказал ей правду о своей невиновности?

Вновь почувствовав легкий проблеск надежды в своем сердце, Микелина поспешила отбросить прочь ненужные переживания. Не имеет значения, подослал Моретти Летицию к Марко или нет. Он и без этого сделал ей много чего плохого.

Заметив лежащий на кресле черный пиджак, Мике поспешно подняла оставленную мужскую одежду, решив вернуть ее хозяину до его отъезда в отель.

В конце концов, как совсем недавно сказал Марко, им ещё много лет предстоит отравлять друг другу жизнь, так что, пожалуй, будет лучше, если они хотя бы быстро привыкнут к скандалам и научатся спокойно разговаривать после этого.

Радуясь тихому солнечному деньку, две девушки неторопливо шагали вдоль узкой дороги между высокими пальмами. Торопясь побыстрее добраться до раскинувшегося перед ними огромного трехэтажного поместья, они приподняли до колен свои просторные белые платья, облегчая себе путь. Не обращая внимания на заметно почерневшие от пыли босые ступни, молодые озорницы лишь тихо посмеивались над очередной высказанной шуткой.

Солнце в небе палило беспощадно. Приложив ладонь козырьком ко лбу, рыжеволосая девушка внезапно перестала смеяться, завидев быстро приближающегося к ним человека в камуфляжной форме.

- Синьорина Горнели, где, черт возьми, вы были? - обратившись к одной из них на итальянском, без особой вежливости спросил подошедший.

- Эй, да как ты смеешь таким тоном разговаривать с дочкой хозяина?! – тут же выйдя на шаг вперед, отозвалась вторая из девушек с темной, словно шоколад, кожей.

Оглядев наглую негритянку неприязненным взглядом, мужчина смачно плюнул ей прямо под ноги:

- Это Колумбия. Здесь куда важнее, каким тоном ты, мелкая выскочка, разговариваешь со мной.

Заметив вспыхнувшее пламя в глазах своей компаньонки, стоящая рядом с ней подруга предусмотрительно взяла ее за руку.

- Все в порядке, Нанья. Я разберусь, - успокаивающе сказала она, вновь переводя взгляд на находящегося перед ней охранника поместья. – Мы купались недалеко отсюда. Разве это запрещено?

Ничего не ответив на этот вопрос, мужчина лишь недовольно покачал головой.

- Дон Диего уже битый час ищет вас по всей округе, - коротко оповестил он, прежде чем развернуться в обратную сторону.

Неторопливо шагая впереди, он, не оборачиваясь, добавил:

- Ваш отец ожидает вас в кабинете. Вместе с вашим женихом.

Услышав последние слова, молодая синьорина тут же позабыла неприветливый тон охранника, едва ли не подпрыгнув от счастья.

- Туллио?! - посмотрев на свою темнокожую компаньонку, взволнованно проговорила она. - Он приехал! Он приехал за мной, Нанья!

Вскользь посмотрев на спину удаляющегося мужчины, вторая девушка задумчиво поджала губы.

- Не слышала, что к нам сегодня должны были причалить корабли из Европы, - тихо обратилась она к молодой госпоже.

Вовсе не обратив внимания на извечную подозрительность подруги, Мелисса Горнели безмятежно засмеялась в ответ:

- Значит, он прилетел самолетом. Сейчас это намного предпочтительнее и проще. Не будь такой старомодной брюзгой, технический прогресс не стоит на месте, - весело предположила она, потянув компаньонку за руку. - Побежали быстрее, я не видела его уже почти целых два месяца!

- Так вроде бы он жениться на вас собирался, - проворчала Нанья, все же побежав вслед за своей резвой хозяйкой. - К чему спешить? У вас ещё будет целая жизнь, чтобы на него насмотреться...

Думая лишь о предстоящей встрече с любимым, Мелисса пулей залетела в дом и, даже не позаботившись о своем внешнем виде, вынужденно остановилась только у закрытой двери кабинета, едва не сбив с ног в двух охранников отца.

- Погодите! - заметив, что она собирается зайти в кабинет, Нанья рукой пригладила ее разметавшиеся от быстрого бега рыжие пряди и довольно отступила назад.

Что ни говори, но в совершенно любом состоянии ее хозяйка всегда умудрялась выглядеть просто изумительно, отчего на нее в последнее время все чаще стали заглядываться лица противоположного пола.

Благодарно улыбнувшись подруге, Мелисса потянулась к дверной ручке.

- Подожди меня в моей комнате, - напоследок сказала она. – Вот увидишь, сегодня мы вместе будем выбирать для меня свадебное платье.

Пройдя за порог просторного кабинета, девушка сразу же увидела сидящего за широким столом отца. Однако Туллио нигде не было.

Внимательно оглядевшись по сторонам, Мелисса прошлась взглядом по двум пустующим креслам, стоящим вблизи письменного стола, по ряду настенных полок, на которых стояли многочисленные папки с записями о ведении огромного хозяйства, но так никого другого и не заметила.

Все окна и даже балконные двери были распахнуты настежь, благодаря чему в комнату время от времени прорывалось свежее дуновение летнего ветерка.

Мелисса снова посмотрела на отца:

- ¡Buenas tardes! ¿No le molesto? ¿Me dijo Marcus que querías verme? (Добрый день. Я не помешаю? Маркус сказал, что ты хотел меня видеть?)

Как и всегда, едва окинув дочь своим строгим взглядом, Диего Горнели вновь вернулся к прежнему занятию.

Внимательно пересчитывая принесенные его поверенным деньги, он, не скрывая явного недовольства в голосе, тихо произнес на итальянском:

- Где ты была? Я уже больше часа назад посылал за тобой.

Привыкшая к недовольному тону родителя, девушка кротко улыбнулась:

- Lo siento por hacerle esperarme, papá. Hoy día tan maravilloso y... (Извини, что заставила ждать, папа. Сегодня замечательный день и...)

- Хватит, Мелисса! – сурово посмотрев на дочь, резко сказал Диего. – Перейди уже наконец на итальянский. Я думал, ты его хорошо освоила за последний год.

Склонив голову, Мелисса покорно кивнула.

- Bien... то есть хорошо, папа, - быстро поправилась она.

- Итак, пока ты неизвестно где слонялась, мы с твоим женихом уже назначили день свадьбы, - убрав пересчитанную стопку денежных купюр в сейф за своей спиной, отозвался крепкотелый мужчина с черными как смоль волосами. - Так что радуйся, через три дня ты выйдешь замуж.

Вновь невольно оглянувшись по сторонам, молодая девушка не смогла скрыть своей счастливой улыбки.

- Туллио! Он здесь? – словно пытаясь отыскать к комнате невидимый призрак, с надеждой спросила она. – Он уже вернулся из Европы?

Наконец завидев за широкой занавеской высокую фигуру, Мелисса не удержалась и кинулась к балконным дверям.

Однако, откинув колышущуюся от ветра вуаль, к ней вышел совершенно незнакомый ей прежде мужчина.

Девушка резко остановилась.

- Лукас Конте, - вежливо представился он, нежно целуя ее руку. – Признаться, я сражен вашей красотой, Мелисса. Я несколько раз видел вас на кофейных плантациях, но вблизи вы оказались куда красивее, чем в моих воспоминаниях о вас. Надеюсь, в будущем мы с вами найдем общие интересы и я понравлюсь вам так же, как и вы мне.

- Что это значит? – резко вырвав свою ладонь из мужских пальцев, недоуменно спросила Мелисса. – Я не понимаю...

- Лукас согласился работать со мной, - вмешался Диего, - и именно он теперь будет представлять наши интересы во всей Европе.

Мелисса растерянно посмотрела на него:

- Но как же Туллио? Ведь этими делами занимался именно он.

Заметив плотно сжавшиеся кулаки родителя, девушка настороженно отшагнула назад. Шестое чувство подсказывало ей, что что-то пошло не так, раз ее отец пребывал в таком скверном настроении.

- Этот вероломный ублюдок сдал нас полиции, едва не разрушив весь мой бизнес в Европе, - с ощутимым гневом в голосе проговорил он, - так что ни о какой свадьбе с ним речи быть больше не может!

Сердце Мелиссы едва не остановилось от такой новости.

- Но... но как же так? Ты ведь дал ему слово! – всё ещё не веря в то, что все ее мечты всего лишь в один миг могут разбиться вдребезги, в отчаянии закричала девушка. – При чем здесь полиция? Это ведь обычная торговля фруктами!

Переглянувшись со своим новым партнером, Диего холодно произнес в ответ:

- Ты выйдешь за Лукаса через три дня, и точка. Поверь, Моретти не единственный мужчина на этой земле. Есть и куда лучшие варианты. К примеру, Лукас даже согласился сменить свою фамилию на нашу. Разве это не показывает его явное уважение к нашей семье?

- Это лишь показывает, что он обычная тряпка! – перестав соблюдать рамки приличия, фыркнула рыжеволосая бунтарка, вновь переводя взгляд на стоящего рядом с ней молодого человека. – Можете даже не мечтать о взаимности. Я вам отказываю. И не вам первому. У меня уже есть жених. Настоящий жених, которого я люблю и который...

- И который тут же получит пулю в лоб, как только его нога ступит на колумбийскую землю, - решительно договорил отец. – И я не шучу, Мелисса. Ты знаешь, я не прощаю предательства. Никогда! В любом случае, я уже отдал приказ своим людям найти ублюдка и привести ко мне.

Понимая, что ее отец не шутит, Мелисса обмерла.

- Нет... - едва ворочая языком, хрипло проронила она. – Нет, папочка, прошу тебя! Не делай этого.

Закончив разговор, Диего Горнели встал со своего места, решительно направившись в сторону выхода из кабинета.

- Я вас оставлю ненадолго. Надеюсь, вы найдете общий язык.

Но Мелисса словно не слышала его.

Упав на колени, она вцепилась руками в ногу отца, умоляя его отменить свое решение:

- Прошу тебя, папа, не делай этого! Не заставляй меня выходить замуж за другого! Я не хочу... Не хочу!

Едва не лишившись сандалии, Диего с силой освободил свою ногу из цепких пальцев дочери и твердо сказал:

- Это уже решено, Мелисса. Через три дня ты станешь женой этого синьора, так что смирись!

Выйдя из кабинета, он громко хлопнул дверью, оставляя за собой двух совершенно незнакомых людей в одной комнате.

Видя сотрясающуюся в горьких рыданиях девушку, Лукас протянул ей руку, чтобы помочь подняться с колен, но Мелисса не реагировала. Углубившись в свое горе, она обхватила плечи руками, смотря куда-то перед собой.

- Обещаю вам, я заберу вас из этой варварской страны, - мягко заговорил Лукас, желая привлечь ее внимание к себе. – Я одену вас в самые дорогие платья, обеспечу всем, чем только пожелаете. Вы будете жить словно королева, Мелисса. Только дайте мне шанс вам все это доказать.

Медленно подняв свой безжизненный взгляд, рыжеволосая красавица горько хмыкнула в ответ:

- И вы всерьез думаете, что мне все это надо?

Лукас пораженно развел руки в стороны:

- Если нет, то просите всего, чего пожелаете. Я сделаю всё ради вас.

Мелисса на секунду задумалась.

- Пообещайте мне, что не дадите моему отцу совершить с Туллио Моретти то, что он задумал, - тихо произнесла она. – Я стану вашей женой, только если этот человек будет жить и ему ничего не будет угрожать. Таково мое условие.

- Хорошо, - вновь протягивая ей руку, улыбнулся молодой мужчина. – Я обещаю вам это.

Приняв мужскую помощь, Мелисса медленно поднялась с колен. На этот раз она попыталась как следует разглядеть стоящего перед ней молодого человека. Темноволосый, статный, хорошо одетый и, видимо, весьма образованный. Совсем не чета здешнему населению. Возможно, встреться они раньше, она могла бы проникнуться к нему какими-то чувствами, но отныне в ее сердце был только один мужчина... Мужчина, с которым, увы, она никогда не будет вместе...

Заметив победную улыбку на лице своего новоиспеченного жениха, Мелисса горько усмехнулась.

- Поверь, Лукас, - перейдя на более фамильярное обращение, вполне серьезно сказала она, - вступая в этот союз, ты не выиграешь. Никто из нас не выиграет. Обе наши жизни превратятся в сплошной ад...

Слыша доносящиеся со второго этажа громкие голоса ругающихся людей, Лукас Горнели молчаливо сидел по центру большого кожаного дивана в тускло освещенной гостиной. Держа в правой руке стакан янтарного виски со льдом, он раз за разом прокручивал в голове сцену знакомства с собственной женой.

Мелисса была права. С тех пор как они поженились, скандалы преследовали их изо дня в день. Иногда это была не жизнь, а действительно самый настоящий ад. Он с головой уходил в работу, лишь бы только забыть о семейных дрязгах и ненависти в глазах жены. Как бы он ни старался, что бы ни делал, он все равно никогда не мог угодить ей. Единственным счастьем в его жизни оказалась дочь, которая теперь точно так же, как и ее мать, вот-вот могла пойти по наклонной дорожке.

- Увижу Моретти, убью! - вновь прогремел сверху разъяренный голос Сальвьери.

- Марко, перестань! - секундой позже раздался тревожный голос дочери. - Ты не такой!

Резко оторвав от стакана виски свой взгляд, Лукас вновь углубился в воспоминания...

- Я убью его! - оттолкнув вставшую на пути жену, гневно произнес взбешенный муж. - Этому подонку далеко не уйти.

- Нет, Лукас! - не обращая внимания на разошедшиеся в стороны полы халата, открывающие вид на ее светло-розовую комбинацию, прокричала вслед рыжеволосая женщина. - Ты обещал мне, что никогда не тронешь его!

- Это было до того, как он начал трахать мою жену прямо на нашем супружеском ложе, - не оборачиваясь, оскалился разъяренный супруг.

Мелисса вновь метнулась к нему.

- Ничего не было, клянусь! Мы просто разговаривали.

Подойдя к своей стороне широкой кровати, Лукас нагнулся к небольшой тумбочке, поспешно вытаскивая из нижнего ящика огнестрельное оружие.

- Конечно, - проверив заполненный барабан, отозвался мужчина, - а теперь я просто пристрелю его, как собаку. Нужно было позволить твоему отцу расквитаться с ним ещё много лет назад, тогда бы, по крайней мере, я бы не носил сейчас такие огромные рога.

Увидев револьвер, Мелисса вскрикнула:

- Лукас, не надо! Ты же обещал мне! Ты ведь знаешь, что я тебя никогда не любила. Прошу тебя, я сделаю все, только не трогай его!

- К сожалению, я слышал это уже не одну тысячу раз, Мелисса, - встав у двери, не на шутку рассерженный супруг презрительно взглянул на стоящую в слезах жену. - Я устал от этого. Понимаешь, устал!

Резко хлопнув за собой дверью, он вынул из кармана брюк небольшой ключ и быстро закрыл ее на ключ.

Мелисса закричала. Тарабаня ладонями по закрытым дверям, она умоляла его не делать глупостей, обещала все исправить, пока в конце концов вновь не начала проклинать всю его сущность.

Но ему было уже все равно.

Разъяренный многочисленными изменами жены, Лукас Горнели решительно направился прочь из дому по широкому коридору, решив во что бы то ни стало найти этой ночью паршивого ублюдка. Он почти поймал Мелиссу сегодня. И совершенно не важно: трахалась она с Моретти или просто разговаривала. Пока Туллио жив, она всегда будет любить его. Только его. Но ничего, он это исправит.

Завернув за угол, Лукас внезапно остановился.

Прямо перед ним в одной лишь пижамке, состоящей из голубых шортиков и маечки, стояла его пятилетняя дочь. Сонно зевая, она терла кулачком свои большие зеленые глазки, в то время как другой рукой прижимала к себе любимого плюшевого зайца.

Яростная пелена жгучей мести мгновенно спала с его глаз.

- Привет, пап, - улыбнулся рыжеволосый ангелочек, - а ты чего не спишь?

Быстро отойдя к ближайшему комоду, Лукас поспешно спрятал оружие и, налив себе из графина стакан воды, демонстративно приподнял его, слегка передергивая плечами.

- Да вот, жажда мучает, - отпив немного, отозвался он. - Но что меня больше всего интересует, так это почему моя ненаглядная принцесса до сих пор не спит?

Девочка вновь улыбнулась, точь-в-точь повторив недавнее покачивание плеч отца.

Лукас не удержался. Резко подняв девочку на руки, он прижал ее к груди, утопая в любви и нежности собственного ребенка. В эту минуту, казалось, что все измены гулящей жены стали вдруг совершенно неважны. Главное то, что сейчас было в его руках. Его сокровище. Его дочь. Невинное создание, которое заслуживало право на нормальную семью.

Микелина громко рассмеялась, почувствовав, как папа начал кружить ее в воздухе.

Взглянув в его лицо, она выставила вперед кулачок правой руки и приподняла вверх большой палец.

- Друзья? - с полной уверенностью в голосе спросила она.

Лукас повторил этот же жест своей рукой.

- Друзья навсегда, - тихо прошептал он, в последний раз посмотрев в сторону выхода из дома. - Пойдем, я уложу тебя спать и прочитаю какую-нибудь интересную сказку на ночь.

Услышав резкий хлопок дверью, седовласый мужчина не спеша поднялся с дивана, направившись в сторону лестницы. Заметив спускающегося Сальвьери, он тотчас пронзил его своим острым, как бритва, взглядом.

Словно тушканчик под оком гремучей змеи, Марко мгновенно замер. Заметив явное недовольство на лице будущего тестя, он непроизвольно сглотнул застрявший в горле ком, после чего слегка ослабил узел своего галстука и, наконец, продолжил движение вниз.

- Есть разговор, - дождавшись, пока молодой человек окончательно спустится, твердо произнес Лукас. - Пройдем в соседнюю комнату.

Все ещё не отойдя после ссоры с Микелиной, Марко на мгновение утратил бдительность, совершенно не учитывая, с кем именно он разговаривает.

- Вообще-то, если вы не возражаете, то я бы предпочел обсудить с вами все дела завтра. Сегодня с меня уже достаточно разговоров, к тому же меня ожидает такси...

Неторопливо шагая в соседнюю комнату, Лукас Горнели коротко обратился к одному из двух стоящих поблизости телохранителей:

- Рауль!

Широкоплечий латиноамериканец тут же подошел к ничего не подозревающему Марко, с силой ударив его кулаком под ребра.

Согнувшись пополам от острой боли, Сальвьери вмиг прервал свою речь, ловя ртом спасительный воздух.

- Рауль, Филипп, - даже не оборачиваясь в сторону разыгравшейся позади картины, вновь проронил седовласый мужчина, - помогите синьору Сальвьери дойти до соседней комнаты.

Подхватив молодого человека под мышки, двое коренастых верзил поволокли его следом за своим хозяином.

Отпустив неучтивого глупца лишь у широкого кожаного кресла, Рауль и Филипп, будто церберы, стерегущие своего пленника, встали по обе стороны от него.

- За что? - кое-как придя в себя, Марко посмотрел на прикуривающего большую кубинскую сигару мужчину.

Держа сигару в левой руке, а стакан виски в правой, Лукас присел напротив.

- Это пока лишь за твое неуважительное отношение к Микелине, - отозвался он. - Отныне больше никогда не смей кричать на мою дочь.

Брови Марко недоуменно поползли вверх.

- Вы шутите? Да если мой отец только узнает об этой выходке, он завтра же отвернется от вас!

Терпеливо выслушав гневную реплику молодого собеседника, хозяин дома согласно кивнул.

- Скорее всего, - спокойным голосом подтвердил он. - Но проблема в том, что твой отец мне больше не нужен. Я теперь вполне могу обойтись и без его поддержки.

Не совсем понимая бредни свихнувшегося старика, Марко тем не менее благоразумно замолчал.

Заметив это, Лукас Горнели довольно улыбнулся.

- А вот на тебя у меня есть планы, - спустя минуту продолжил он. - Что бы обо мне ни говорили, я не тиран, готовый отдать свою единственную дочь совершенно незнакомому ей человеку. А вот ты когда-то очаровал ее, Марко. Так прошу, не порть все своими бессмысленными амбициями, а просто постарайся увлечь ее вновь.

- Но она не хочет, - пожал плечами нерадивый жених. - Я ей больше не нужен.

- А ты сделай так, чтобы был нужен! - наклонившись корпусом немного вперед, приказным тоном произнес Лукас. - Если хочешь и впрямь получить высокую должность в моей компании, то впредь ты будешь слушаться меня и делать все, как я скажу. Я заключу с тобой то же соглашение, что когда-то заключил и со своим тестем. Отныне твоя единственная семья - это Горнели. Именно ты, а не Микелина, сменишь фамилию. Ты будешь делать всё, чтобы защитить честь своей семьи и улучшить ее благосостояние, но самое главное - ты должен постараться вновь очаровать мою дочь и как можно скорее произвести на свет наследника. А желательно нескольких наследников.

Не сдержавшись от такого рода просьб, Марко хохотнул в ответ.

- Я бы, может, и не против, но ваша дочь больше не желает со мной спать. Ей теперь нужен только Моретти, - не скрывая обиды в своем голосе, он сурово поджал губы. - Чертов подонок. Я ненавижу его!

Глядя на этого молодого и неопытного в таких делах юнца, Лукас затянулся сигарой и понимающе улыбнулся.

- Если бы я ждал ответной любви от своей жены, то Микелины бы никогда не было, - вслух произнес он, вновь обращая на себя внимание собеседника. - Рикардо Моретти не твоя проблема, а моя. Тебе лишь нужно быть обходительным с моей дочерью, вновь постараться завоевать ее расположение и со временем, когда у вас появится общий ребенок, она сама от тебя никуда не уйдет, а примет таким, какой ты есть. И возможно, даже постепенно полюбит.

- Но Моретти... - вновь не унимался Марко.

- Моретти тебе не соперник, - заверил его сидящий напротив мужчина. - Совсем скоро он выйдет из игры. Завтра в полдень я подпишу контракт с одним из его важных партнеров по имени Бань Мао. Это существенно подорвет его капиталы. Я согласился выплатить все затраты Мао за разрыв сделки с его бывшим компаньоном, а вот Моретти от этого вряд ли так быстро оклемается. После такого удара всему его бизнесу уже недолго жить и процветать. Останутся лишь считанные часы до его полного банкротства...

Прислонившись спиной к стене, Микелина молчаливо слушала доносящийся из малой гостиной разговор. Не позволяя сантиментам взять над собой верх, она с силой зажмурилась, решительно преградив путь предательским слезам.

Нет. У нее сейчас нет на это времени. Ей нужно как следует все обдумать...

Отец, конечно, любит ее – в этом она ничуть не сомневалась. Ему не повезло в браке, но он всегда защищал ее, даже если она была против этого. Слушать о том, как он распоряжается ее жизнью, было не так уж удивительно. В глубине души она знала, что он делает это не со зла, а лишь от желания помочь своей непутевой дочери.

Однако от услышанных слов ей стало все же обидно... Ее отец, родной отец готов был распланировать всю жизнь единственной дочери, словно она была отборной кобылицей, которой во что бы то ни стало нужно обязательно продолжить их род. Будто у нее вообще не было ни голоса... ни своих желаний.

Но даже не это заставило ее вдруг резко выпрямиться и начать действовать.

Имя Бань Мао - вот что оказалось настоящим толчком.

Не совсем представляя, как можно уничтожить противника, у которого в руках две самые мощные корпорации в стране, Мике все же отчего-то верила словам отца. И если он сказал, что после предательства Мао у Рикардо начнутся проблемы с бизнесом, значит, так оно и будет. Такими вещами он точно не шутит.

Находясь перед дилеммой между верностью семье и желанием предупредить Рикардо, Мике все же не смогла противиться своему сердцу. Выронив пиджак Марко из своих рук, она быстрым шагом направилась к главным дверям и, незаметно выйдя из дома в сумрачную прохладу, покинула территорию богатой виллы.

Обхватив себя за плечи, полуночная беглянка решительно направилась по безлюдному тротуару вдоль дороги, прекрасно понимая, что пешком до города ей уж точно не добраться. Но выбора не было. Шанс на то, чтобы незаметно взять машину из гаража, был нереально мал.

Внезапно позади послышался тихий звук мотора. Оглянувшись, она увидела подъехавший к ней белый мерседес с подсвечивающейся изнутри табличкой «такси».

- Простите, синьорина, это не вы только что вышли из этого дома? - указав на красивый особняк позади, спросил сидящий за рулем мужчина.

Мике дружелюбно улыбнулась водителю:

- Да, я. А что?

- О, тогда вы, возможно, знаете некого Марко Сальвьери? - с облегченным вздохом спросил он. - Он заказал такси, но я прождал уже больше пятнадцати минут, а его все нет. Мобильный телефон тоже не отвечает. Вот я все никак и не пойму, что мне делать: уезжать отсюда или все же ещё подождать?

Вспомнив о том, что Марко всегда кладет телефон во внутренний карман пиджака, который теперь лежал где-то на полу гостиной, Микелина решительно потянулась к ручке задней дверцы такси.

- Дело в том, что синьор Сальвьери не дождался вас и уже уехал, - садясь в машину, с ангельской улыбкой на губах солгала она, - но вот мне машина как раз очень нужна.

- Без проблем, но за потраченное время вам все равно придется заплатить. У меня счетчик, и я не собираюсь отчитываться перед своим управле...

- У меня нет денег, - вспомнив о том, что выбежала из дома без сумочки, Микелина досадливо прикусила губу.

Протяжно вздохнув, водитель отрицательно покачал головой.

Ну почему клиенты, проживающие в таких шикарных особняках, как правило, всегда очень скупые и проблематичные?

- Тогда выходите, - категорично заявил он. - Я бесплатно не работаю.

- Подождите, - найдя выход, Микелина поспешно стянула с пальца свое обручальное кольцо, протягивая его вперед. - Возьмите вот это. Уверяю, это настоящий бриллиант. За это кольцо вы получите в любой ювелирной лавке такую сумму, которой вам хватит на всю оставшуюся жизнь.

Внимательно смотря на столь неординарную плату за проезд, смуглокожий водитель вновь протяжно вздохнул.

- Пожалуйста... - тут же раздался позади умоляющий голос незнакомки.

- Что ж, раз вы настаиваете... - забрав кольцо в свои руки, отозвался он.

- Спасибо, - улыбнулась девушка, - все равно это кольцо для меня ничего не значит. Главное, увезите меня скорее отсюда.

- И куда же мы едем? - вновь заводя мотор, поинтересовался мужчина. - На тот же адрес, куда и синьор Сальвьери? В гостиницу?

- Нет, - тотчас затрясла головой его попутчица. - Мне нужно офисное здание. Вы знаете, где находится «Глобал Индастриз»?

- Конечно. Это недалеко от центрального округа. Каждый день там проезжаю. Но, синьорина, в такой час там уже всё давным-давно закрыто.

- Неважно, - отмахнулась Мике, мельком посмотрев в заднее окно, чтобы убедиться, что ее отсутствие все ещё не заметили. - Главное, добраться туда, а там, я уверена, кто-то да будет.

Пожав плечами, водитель резко нажал на педаль газа:

- Как скажете.

На ее счастье, дороги в это время суток были не особо загружены. Поэтому, доехав сравнительно быстро до пункта назначения, Микелина поспешно выбралась из машины и, высоко подняв голову, внимательно осмотрела двадцатипятиэтажное здание «Глобал Индастриз».

Увы, ни в одном из широких окон света не было. Все сотрудники, работающие в главном здании, и впрямь уже давно разошлись по домам. Но, не теряя надежды, Микелина все же отпустила такси и решительным шагом пошла вперед. Внезапная мысль заставила ее улыбнуться.

Охранники! В таких зданиях всегда дежурят охранники. Именно через них она и сможет связаться с Рикардо.

Однако на деле все вышло несколько сложнее, чем ожидалось.

Остановившись на крыльце, она несколько раз позвонила в едва заметный дверной звонок, предназначавшийся, видимо, как раз для подобных случаев.

Увы, абсолютно ничего нового не произошло.

Посмотрев в камеру видеонаблюдения, она позвонила ещё раз. И ещё раз. Но в здании по-прежнему было очень темно и тихо.

Тогда в нетерпении Микелина начала стучать кулаком по широкой двери с небольшими вставками из матового стекла, покуда не увидела резко включившийся свет.

- Да что случилось? - открывая дверь ключом, недовольно спросил один из охранников в типичном черном костюме. - Милочка, ты, случайно, адресом не ошиблась? У нас никаких вечеринок нет.

Посмотрев на двух разных по возрасту мужчин, Микелина поспешила представиться:

- Меня зовут Микелина Горнели. Я пришла сюда, чтобы поговорить с Рикардо Моретти с глазу на глаз.

Тут же услышав тихие смешки, девушка гордо распрямила плечи.

- Это важно, - серьезно добавила она.

Тот, что постарше, отозвался первым.

- Во-первых, кто мы такие, чтобы напрямую общаться с самим генеральным директором этой компании? - все ещё слегка усмехаясь, произнес он. - А во-вторых, сейчас ночь. Приходите утром, запишитесь на прием и, если повезет, синьор Моретти примет вас в этот же день. Но лично я сомневаюсь в таком исходе. Его не было в офисе уже несколько дней.

Застигнутая врасплох таким положением вещей, Микелина шумно вздохнула.

Черт возьми, она и не подумала, что связаться с Моретти окажется так сложно.

- Но, возможно, вы знаете номер его личного охранника, Мигеля Корсе? - с надеждой посмотрев на собеседника, спросила она. - Поймите, это очень срочно!

- Эй, а я как-то видел в журнале фотки Микелины Горнели! - внезапно заговорил молодой охранник. - Ох и горячая же штучка. И не в обиду, но вы на нее мало похожи... Разве что цветом волос.

Усмехнувшись на подобное заявление, Мике резко стянула с волос широкую резинку, позволив рыжим локонам свободно разойтись по сторонам. После чего она приподняла узкий подол платья до середины бедер и, наконец, слегка сдернула с плеч узкие бретельки, тем самым выставив напоказ ложбинку между своих полных грудей.

- А что скажешь теперь? - злорадствуя над секундной растерянностью охранника, спросила чертовка. - Похожа?

- Более чем... - смотря на стоящую перед ним обольстительницу, отозвался он.

- Погодите, - вновь заговорил охранник постарше, наконец-то вняв ее просьбе, - кажется, у меня в столе лежала визитка Корсе. Я попробую ее найти и дозвониться до него.

Радуясь, что ее все же услышали, Микелина облегченно вздохнула.

Оставшись один на один с красивой девушкой, молодой парень отчего-то засмущался, неуверенно переступая с ноги на ногу. Видимо, у него в привычку входило высмеивать подходивших к нему людей, а не вежливо общаться с ними.

- Возможно, вам что-нибудь нужно? - наконец вспомнив о хоть каких-то манерах, отозвался он. - Хотите воды или кофе, к примеру?

Мике благодарно улыбнулась:

- Да, от чашки горячего кофе я бы не отказалась.

- Сейчас, - обрадованно произнес мужчина, быстро направившись куда-то в глубь здания. - Проходите пока в фойе, а я займусь кофе.

Посмотрев на мебельный гарнитур, состоящий из нескольких темно-коричневых кресел с широким диваном, Микелина собралась уже пройти за порог, как вдруг кто-то резко зажал ей рот, с силой утягивая в самую гущу ночных сумерек.

Что есть мочи пытаясь вырваться из цепких рук неожиданного захватчика, Мике услышала знакомый голос:

- Тише, синьорина Горнели. Не стоит привлекать внимание, иначе мне придется разбираться с теми двумя охранниками так же, как и с вашим таксистом.

Чувствуя, что не в состоянии противостоять Раулю, Мике удрученно прикрыла глаза, позволяя ему беспрепятственно довести себя до машины.

Она не успела даже мельком увидеть Рикардо. Глупо было полагать, что у нее вообще был шанс.

Едва ли не впихнув свою взбалмошную хозяйку на соседнее с водителем место, Рауль поспешно сел за руль и включил зажигание.

- Какого черта вы сбежали из дома посреди ночи? - наконец-то в полный голос произнес он. - Вы хоть понимаете, в какой ярости сейчас пребывает ваш отец?!

Повернув голову к охраннику, Микелина смело посмотрела в его смуглое лицо.

- А мне все равно, - четким голосом проговорила она. - Пусть делает, что хочет.

Так или иначе, но отец в любом случае узнает о ее намерениях и уж тогда выскажет всё об ее отвратительном поведении. На этот раз ей не спастись с помощью одной лишь невинной улыбки. Лукас надолго запомнит ее ночное бегство. Запомнит и всё поймет.

Осознав, что назад пути уже нет, девушка с мольбой в глазах взглянула на сидящего рядом с ней мужчину:

- Прошу тебя, Рауль, отпусти меня. Мне нужно поговорить с ним. Всего лишь поговорить! А после этого я тотчас вернусь домой. Я обещаю!

Предусмотрительно заперев все двери изнутри, коротко стриженный охранник лениво посмотрел в ее сторону.

- Знаете, в чем конкретно состоит моя работа? – вдруг совершенно спокойно спросил он. – Думаете, в охране? Нет, в намного большем. Я - чистильщик. Я все время убираю всю грязь за вами. Я убирал за вами, пока вы учились во Франции. Я убирал за вами, пока вы наслаждались пышными вечеринками в Монако. И я убираю за вами даже прямо сейчас!

Резко схватив девичью ладонь, он достал из кармана своей рубашки подаренное Марко кольцо и с силой натянул на безымянный палец ее левой руки.

Заметив багровые костяшки на мужских руках, Мике нехотя перевела взгляд на запачканное темной кровью обручальное кольцо.

- Не стоило этого делать, - переложив всю вину за содеянное на ее совесть, упрекнул мужчина. - Ваш милый женишок слишком слаб, чтобы требовать от вас повиновения. Ваш отец слишком любит вас, поэтому не всегда может принять должные меры по отношению к воспитанию собственной дочери. Остаюсь лишь я. Так не заставляйте меня лишний раз переходить границы, иначе когда-нибудь это может очень плохо кончиться.

Неотрывно глядя в лицо наглеца, Микелина внезапно криво усмехнулась.

- Я запомню это, - с открытой злостью в глазах сквозь зубы произнесла она. - Запомню, чтобы, когда представится шанс, раз и навсегда вышвырнуть тебя из этой страны. Ты не работаешь охранником, который призван защищать своего нанимателя. Ты получаешь от этого наслаждение, бесстыдно прикрываясь своей должностью. Клянусь, скоро я лишу тебя этой забавы.

Смерив друг друга довольно неприязненными взглядами, они синхронно отвернули в стороны свои лица, в абсолютном безмолвии следуя до самого дома.

Как только Рауль выпустил ее из машины, Микелина твердой походкой прошла в дом.

Ее отец не спал, дожидаясь беглянку в просторной гостиной.

Стоя у большого французского окна, он смерил дочь гневным взглядом, однако вслух ей так ничего и не сказал.

- Где ты нашел ее? - обратившись к стоящему за ее спиной Раулю, спросил он.

- У дверей «Глобал Индастриз». Кажется, она хотела повстречаться с кем-то из главного управления.

Вновь посмотрев на стоящую в паре шагов от него девушку, Лукас повелительно произнес:

- Иди в свою комнату, Микелина! Я поднимусь к тебе через пару минут.

Строгие слова прозвучали как приговор.

Не став умолять о прощении, рыжеволосая мятежница с гордым видом прошла мимо отца, направляясь прямиком в свою спальню.

Ей не за что было оправдываться. Она лишь хотела сделать то, что считала правильным и честным. И плевать, если у кого-то было иное мнение на этот счет.

Зайдя к себе, Мике первым делом направилась в ванную. Приняв освежающий душ, она набросила на плечи махровый халат и, плотно завязав широкий пояс, вернулась в спальню.

Отец ждал ее, сидя в кресле.

Откинув влажные волосы назад, Микелина сделала вид, будто не замечает его присутствия, продолжив заниматься своими делами.

- И до каких пор ты будешь продолжать весь этот нелепый протест? - не удержавшись, все же первым заговорил седовласый мужчина.

Девушка слегка передернула плечами, начав расстилать свою постель:

- Видимо, до тех пор, пока ты не перестанешь контролировать каждый мой шаг.

- Если бы я этого никогда не делал, ты бы давно уже превратилась в какую-нибудь гулящую наркоманку. Увы, подобных примеров полно в семьях нашего круга. А ты у меня одна, и я не намерен терять ребенка из-за обычного родительского равнодушия. Деньги и вседозволенность зачастую кружат голову, но очнись! Мы живем в суровом мире!

С губ Микелины слетел громкий смешок:

- Да уж, мне ли не знать о его суровости с таким-то папочкой.

- Что ты хочешь этим сказать? - сведя брови, поинтересовался ее собеседник. - Что я плохой отец?

Убрав в сторону розовое покрывало, девушка пристально посмотрела в серые глаза сидящего в кресле человека.

- Нет. Только то, что ты прекрасно вписываешься в современный мир, - не дрогнув, смело произнесла она. - Ты один из тех, кто ставит ему условия, диктует свои правила. Ты, конечно, не такой, как мой бесчеловечный дед, но в своих делах ты недалеко от него ушел. Руки Диего Горнели были по локоть в крови, он был замешан во многом: в наркотиках, убийствах, подлости и предательстве. Но ты... ты просто переоделся в дорогой костюм, а делаешь, по сути, те же самые вещи. Только, в отличие от деда, руками других людей.

- Ах, вот как ты заговорила... - впервые услышав из уст дочери жесткую критику в свой адрес, отозвался отец. - И с чего вдруг такие выводы?

- Тут много ума не надо, папа. Достаточно лишь трезво взглянуть на нашу жизнь со стороны. Не затуманивая взгляд психотропными таблетками, на которых в последнее время ты так настаивал.

Лукас замер, внимательно изучая лицо дочери.

- Ты перестала принимать успокаивающие? - догадливо проронил он.

Подойдя к комоду, Мике достала из него крем для рук.

- Да, и должна признать, что прекрасно себя чувствую, - подтвердила девушка. - Так что не нужно меня больше этим пичкать.

Шумно вздохнув, отец сложил пальцы обеих ладоней в замок и опустил взгляд на свои колени.

- Хорошо... Я лишь хотел, чтобы у тебя не было стресса. Ведь столько всего произошло. А впереди тебя ещё ждет подготовка к свадьбе. Это...

- А ты не думал, что, возможно, я вообще не хочу выходить замуж? - резко перебив его, Микелина решила быть честной до самого конца.

Вновь подняв взгляд, Лукас иронично усмехнулся.

- С чего вдруг? Чем тебя перестал устраивать Марко? Кажется, тебе его никто не навязывал и уж точно не я свел вас друг с другом. Ты была так решительна, сообщая мне о своем выборе всего лишь месяц назад. Так в чем дело? Что изменилось? - приподняв бровь, спросил он. - Да, признаться, поначалу я был не в особом восторге от ваших встреч, потому что всегда желал для тебя лишь самого лучшего. Но теперь я несколько иного мнения. Сальвьери довольная уважаемая семья с хорошим авторитетом. Марко вполне неплохой парень, к тому же с его характером именно ты сможешь стать хозяйкой в доме. Со временем займешь место президента «Траст Инкорпорейтид» вместо меня, будешь управлять уймой людей, в том числе и собственным мужем. Ты станешь полноправной хозяйкой всего, что имеешь. Чего тебе ещё нужно?

От таких слов Мике устало закатила глаза.

Опять эти извечные обещания о передаче компании. Если этим можно было купить Марко, то ее уж точно нет.

- Однажды мама сказала мне, что я должна быть умнее ее... Что я должна следовать за своим сердцем, куда бы оно меня ни вело... Так вот, ты никогда не задумывался: что, если я не хочу быть главой твоей компании? Что, если я не хочу командовать? Что, если я хочу в мужья человека, который будет в разы сильнее меня? Который вместо пресмыкания перед собственной женой просто обнимет ее в трудный час и спрячет от всех страхов и невзгод за своей широкой спиной.

- Ох, что за ерунда, Мике? - не стерпел отец, вставая с кресла. - Да любой состоятельный человек способен это сделать. Все проблемы улетучатся сами собой, если ты сейчас сделаешь правильный выбор и обеспечишь свое будущее выгодным союзом.

- Вот именно. Это будет всего лишь один из выгодных союзов! Деловое соглашение, не больше. А я хочу семью. Настоящую семью с огромной любовью. Такой, которую когда-то познала моя мать.

Лукас резко повернул свое лицо к дочери, смотря на нее в упор:

- Что ты можешь об этом знать?

Выдержав его суровый взгляд, Микелина храбро приподняла подбородок.

- Я знаю всё, - тихо призналась она. - Туллио мне всё рассказал. Рассказал об их с мамой отношениях. Рассказал о том, как они тайно встречались несколько лет. О твоей ненависти к нему из-за этого. Я даже знаю, что ты обманул меня, сказав, что развеял мамин прах в море. Я была на ее могиле в Колумбии. Там, куда ты никогда не приезжал!

- Я лишь хотел защитить тебя, - едва справившись с вмиг охватившим его ошеломлением, отозвался стоящий напротив нее мужчина. - Ты была такой подавленной из-за постоянного невнимания матери. Я не хотел расстраивать тебя еще сильнее, ведь ты до последнего верила, что у нас крепкая семья. Я не мог допустить того, чтобы ее привязанность к другому мужчине сломала тебя еще сильнее. Поверь, эта любовь принесла ей только слезы.

Печально покачав головой, Мике тихо усмехнулась в ответ:

- Возможно, раньше бы я этого никогда не поняла. Но теперь я знаю точно, что эта любовь принесла ей неземное счастье. И если рядом с ним она ощущала себя как никогда живой и любимой, то любые слезы в мире стоили этих чувств. Ты же никогда этого не понимал и продолжаешь не понимать, потому что никогда и никого не любил.

Громко задышав, будто только что получил сильный удар под дых, Лукас Горнели недоуменно посмотрел на дочь, словно видел ее впервые в жизни. Ещё никогда прежде она не разговаривала с ним так враждебно, как сейчас.

- Прошу тебя, Микелина, давай не смешивать мои отношения с твоей матерью с нашими собственными. Поверь, все, что было у нас с Мелиссой, - это лишь дела двух супругов. К тебе это никак не относится, потому что ты, твое рождение - это совсем другая история. Ты перевернула всю мою жизнь! И ты ошиблась, сказав, что я никогда и никого не любил. Я люблю тебя, дочка. Люблю больше собственной жизни.

Решительно отступив от шагнувшего в ее сторону отца, Микелина недоверчиво сузила глаза:

- Правда? Так значит, ты можешь понять мои чувства? Чувства, которые я помимо воли испытываю к ненавистному тебе мужчине.

Громко фыркнув в ответ на столь откровенную глупость, Лукас всплеснул руками:

- Только не говори, что ты имеешь в виду этого выродка Моретти! Или ты уже забыла, как он тебя предал? Какой нож вонзил тебе в спину, опозорив на всю страну? И кто же был с тобой рядом? Кто помог тебе преодолеть все это? А в будущем... Ты думаешь, он не сделает вновь нечто подобное, лишь бы в очередной раз очернить нашу фамилию? Опомнись! Он ненавидит всех нас!

Присев на край кровати, Микелина не сдержала сдавленного всхлипа, переводя взгляд на собственные колени.

- Я знаю! – дрожащим голосом произнесла она. - Знаю, на что он может быть способен. Знаю о его ненависти и каждый день твержу себе об этом.

- Тогда отчего же до сих пор не можешь выкинуть из своей головы тот двухнедельный роман? - разозлившись не на шутку из-за ее упертости, прогремел отец. - Что он дал тебе такого, чего не могу дать тебе я?

Подняв голову, девушка печально улыбнулась:

- Он сделал то, что никогда бы не смог сделать ни Марко, ни ты и никто другой. Он показал мне смысл истинного счастья.

Не желая слушать бредни дочери, которая сейчас была явно не в себе, Лукас исступленно затряс головой.

- Прекрати вести себя как твоя мать! Этот человек тебе не пара! - категорично произнес он.

- Но я люблю его, папа! - неожиданное признание слетело с ее губ, прежде чем она поняла, о чем говорит.

Внезапно звук жгучей пощечины заполонил пространство всей комнаты.

Словно в замедленной съемке, седовласый мужчина перевел взгляд со своей ладони на тотчас прикрывшую щеку девушку.

Упав спиной на кровать, Микелина, пожалуй, впервые была благодарна своим разметавшимся по лицу волосам, которые надежно скрывали мгновенно выступившие слезы.

Лукас пораженно застыл.

Но даже столь сильный шок от всего содеянного не смог в полной мере заглушить бушующей в нем ярости.

Как когда-то ее мать, единственная дочь, в которой текла его собственная кровь, говорит ему о своей любви к Моретти. Неужели этот кошмар никогда не закончится в его жизни?

- Нет... Не допущу... - отрывисто произнес он. - И слышать не желаю! Это предательство, Микелина. Ты слышишь? Самое настоящее предательство. Ты выйдешь за Сальвьери, и точка!

Микелина молчала. Уткнувшись лицом в кровать, она беззвучно заплакала, о чем красноречиво говорили лишь ее слегка подрагивающие плечи.

Стерев со лба крупицы выступившего пота, Лукас с сожалением посмотрел на своего ребенка, невольно ища подходящее оправдание столь невообразимому признанию.

- Ты просто запуталась, - на секунду смягчив тон, намного тише проронил он. - Вот увидишь, уже завтра утром ты будешь думать по-другому. Со временем ты поймешь мой поступок и, надеюсь, простишь...

Внезапно в комнате зазвонил мобильный телефон.

Подойдя к лежащему на прикроватной тумбочке белому айфону, мужчина решительно взял его в руки.

Хватит. Пора уже его дочери всерьез задуматься о собственной жизни, а не продолжать пагубную связь с вечно гуляющими друзьями.

- Я забираю у тебя телефон, - коротко известил он, вновь становясь жестким родителем. - Покуда ты вновь не возьмешься за ум, никаких вечеринок и прочих развлечений! Считай, что с этой минуты ты под домашним арестом. Отныне будешь выезжать с Раулем только по делам, связными со свадьбой, а после сразу же домой. И попробуй только попытаться хоть что-то скрыть от меня!

Отойдя к двери, он в последний раз окинул взглядом так и не посмотревшую в его сторону дочь.

- Завтра ровно в девять ноль-ноль у тебя назначена встреча с портным, который будет шить твое свадебное платье. Нужно будет сделать мерки и обсудить дизайн. Так что постарайся не опоздать.

По-прежнему не реагируя на слова отца, Микелина лишь посильнее уткнулась лицом в согнутый локоть руки.

Протяжно вздохнув, Лукас провернул дверную ручку.

- Спокойной ночи, - тихо пожелал он, выходя из девичьей спальни.

Оказавшись в небольшом коридоре, мужчина опустил голову, в недоумении смотря на сильно дрожащие пальцы своих рук. Почувствовав острую боль в груди, он ослабил галстук, непроизвольно прислонившись спиной к стене.

Он все ещё не мог поверить, что только что ударил собственную дочь. Дочь, которую любил больше всего на свете...

- Синьор Горнели, с вами все в порядке? - увидев неестественную бледность лица своего хозяина, тут же подоспел верный охранник.

- Да, Рауль, - глядя куда-то под ноги, отозвался пожилой человек, не спеша направившись к лестничной площадке. - Со мной все нормально. Просто нужно немного отдохнуть...

- Но ваша спальня находится в совершенно другой стороне.

- Я посижу в кабинете, - тихо проговорил хозяин, но вдруг оглянулся и, наконец посмотрев на приставленного к дочери телохранителя, твердо приказал:

- Я хочу, чтобы ты не спускал с нее глаз. Охраняй дверь ее комнаты до самого утра. Докладывай мне о каждом ее шаге. И смотри, чтобы сегодняшний инцидент больше никогда не повторился!

С невообразимой уверенностью на лице Рауль коротко кивнул:

- Не волнуйтесь, синьор, она больше никуда от вас не сбежит.

Превозмогая ноющую боль в груди, седовласый мужчина протяжно вздохнул.

Добравшись до небольшого кабинета, он сел в мягкое кресло, все ещё размышляя о минувшем разговоре с дочерью. Расстроенный ее непослушанием, Лукас с болью прикрыл глаза.

Чертов испанский темперамент, доставшийся Микелине от матери!

Внезапно телефон в его руке издал тихое жужжание.

Посмотрев на широкий дисплей с высветившейся надписью «Аноним», мужчина, не раздумывая, ответил на звонок.

- Алло, - невозмутимо спросил он, но, как ни странно, в трубке повисло лишь напряженное молчание, вмиг заставившее его потерять и без того шаткий контроль. – Алло! Да говорите же, черт вас дери!

Спустя несколько долгих секунд до него наконец-то донесся незнакомый голос.

- Мой наниматель желает знать, все ли в порядке с обладательницей этого телефона? - холодно обронили на том конце. - Кажется, всего лишь час назад она хотела поговорить с ним лично.

С невообразимой силой сжав челюсти, Лукас едва не заскрипел зубами.

Он прекрасно догадывался об имени этого самого «нанимателя», но, черт возьми, у него было в запасе ещё несколько дней до выполнения договора!

С шумом втянув в себя воздух, мужчина озлобленно свел брови.

- Передайте синьору Моретти, что с моей дочерью все в порядке. Она жива-здорова и в данный момент находится дома, где ей и полагается быть в двенадцать часов ночи. Ее недавний визит в «Глобал Индастриз» был всего лишь обычным недоразумением, - как можно сдержанней отозвался он. - А также напомните ему, что у меня есть ещё уйма времени до того момента, когда он может быть вправе вмешиваться в дела моей семьи!

И снова в трубке воцарилось недолгое молчание.

- У вас осталось сорок два часа, - наконец холодно проронил бесстрастный голос.

Гневно прервав звонок, пожилой человек крепко сжал мобильный телефон в своей руке.

Нет. Это был уже верх всякой наглости! Он не собирался сводить Микелину и этого заносчивого ублюдка ни через сорок два часа, ни когда-либо вообще! Этот придурок сам подписал договор, не прося взамен каких-либо нотариальных заверений. А теперь требует знать, все ли в порядке с его дочерью?! Что ж, этому щенку впору было бы побеспокоиться о собственной шкуре, потому что всего через каких-то сорок два часа от его компании не останется и блеклых воспоминаний - уж это он может ему обещать!

Со злостью листая странички приложений в современном смартфоне дочери, Лукас прошелся взглядом по многочисленным звонкам и СМС-сообщениям, но ни одного из них не было от имени Рикардо Моретти. Решив уже выключить небольшое устройство, он уронил взгляд на иконку с фотографиями.

Открыв ее, мужчина невольно сжал губы в тонкую линию.

Первый же попавшийся на глаза снимок демонстрировал одно из таких популярных в последние время «селфи» Микелины и Рикардо, которые, плотно прижимаясь друг к другу, с улыбкой смотрели в камеру.

Пронзая взглядом ненавистное лицо своего конкурента, Лукас в гневе стукнул кулаком по столу.

Ни за что!

Однако в следующую секунду его внимание привлекла невообразимо сияющая улыбка дочери. Казалось, такой счастливой он не видел ее никогда прежде.

Невольно засмотревшись на лицо радостной девушки, Лукас вдруг резко выключил телефон.

Нет. Это всего лишь иллюзия. Ошибка. Микелина заблуждается в своем счастье с Моретти. Он не позволит ей разрушить жизнь из-за какого-то мимолетного увлечения!

Тяжко вздохнув, пожилой человек откинулся на спинку своего кресла.

Что ж, видимо этот кошмар никогда не закончится. Когда-то давно он уже потерял свою жену. Это было ужасное время. Но он точно не переживет, если потеряет еще и свою дочь...