11
Квартира гадалки пахла не ладаном и свечами,как я ожидал,а сушёными травами,пылью и старой бумагой.Это была обычная хрущёвка,заставленная стопками книг,коробками с корешками непонятных растений и пучками сухоцветов.Сама «гадалка» – женщина лет пятидесяти,с усталым,умным лицом бухгалтера или архивариуса,назвавшаяся просто Марьяной.Никаких цыганских нарядов,хрустальных шаров.Только острый,пронизывающий взгляд,который,казалось,видел не меня,а что-то за моей спиной.
Она попросила принести что-то личное от Лены.Я,сгорая от стыда,принёс старую расчёску,найденную в ванной.Марьяна долго молча держала её в руках,зажмурившись,потом попросила мою руку.Её пальцы,холодные и цепкие,обхватили моё запястье,будто слушая пульс.Тишина в комнате стала плотной, давящей.
— На тебе печать, — наконец сказала она своим сухим,без эмоций голосом. — Не любовь.Не привычка.Приворот.Старый,женский,на крови месячной и на слюне.Сделан не на страсть,а на обладание.На то,чтобы ты был рядом,свой,под рукой.Чтобы душа твоя назад тянулась,даже если ноги унесут далеко
Меня бросило в холод.Все рациональные доводы,всё неверие разбилось о ледяную,неопровержимую уверенность в её словах.Вспомнилось всё: странная,нехарактерная для Лены настойчивость в начале отношений,стакан с чаем,который она всегда подавала мне первой,её тихие слова после ссор: «Ты никуда не денешься, Нугзар.Мы навек».Я всегда думал,это метафора.
— Он… сильный? — еле выдохнул я.
— Как цепь.Не мешает жить,не сводит с ума.Просто не даёт уйти.Тянет назад,к очагу.К ней.Особенно когда пытаешься порвать
Объяснение было до ужаса простым и логичным.Оно складывало пазл моей жизни в единую,жуткую картину.Мой внутренний ступор,моё непонятное чувство долга,переходящее в рабскую покорность,даже когда я её ненавидел.Ленина странная,почти мистическая уверенность во мне.Всё это было не психологией,а чем-то гораздо более древним и грязным.
Процедура «снятия» была антиклиматичной.Никаких заклинаний на латыни или хороводов с бубном.Марьяна зажгла пучок какой-то горько пахнущей травы,провела им вокруг меня,читая что-то шёпотом на непонятном языке,больше похожем на диалект.Потом дала мне выпить стакан мутной,холодной воды,в которую что-то капнула из склянки.На вкус как ржавчина и полынь.
— Цепь порвана, — констатировала она,вытирая руки об полотенце,будто только что помыла посуду. — Печать снята.Теперь твоя воля свободна.Что будешь делать с ней – твой выбор.
Я вышел от неё на улицу,и мир будто изменился.Нет,не заиграл новыми красками.Он просто… отодвинулся.Стал чужим.Тяжесть,которую я носил в груди годами,та самая,что давила на диафрагму,мешая вздохнуть полной грудью,исчезла.Не стало легко.Стало пусто.Как будто из меня вынули стержень,на котором всё держалось.И теперь я был свободен падать в любую сторону.
Первым порывом было бежать к Наташе.Сломя голову.Кричать,что свободен,что теперь всё будет по-настоящему.Но разум,уже не затуманенный посторонним влиянием,взял верх.Нужен был жест.Знак.Я зашёл в первый попавшийся цветочный и купил огромный,нелепый букет красных роз.Не как тот,ночью,от отчаяния.А днём,от радости освобождения.«Свободы», — думал я, неся этот пахнущий пыльцой и надеждой сноп.
Я шёл к её дому,и каждый шаг отдавался в груди чистым,ликующим стуком.Цепь порвана.Я больше не обязан.Я выбираю сам.И я выбираю её.Только её.
Я поднялся на её этаж,уже представляя её лицо: удивление,слёзы,смех.Я приготовил ключ-дубликат,который она дала мне,но в последний момент решил постучать.Пусть всё будет правильно.С цветами.С порога.
Поднял руку.И в этот момент дверь распахнулась изнутри.
В проёме стоял не она.
Стоял он.Андрей.Высокий,спортивный,в дорогих домашних трениках,с ещё влажными от душа волосами.Он смотрел на меня с лёгким удивлением и вопросом в глазах.В руках он держал мусорный пакет,видимо,собравшись вынести.
Мир остановился.Лёгкие сжало ледяными тисками.Букет роз в моих руках внезапно стал не свидетельством любви,а уликой,яркой,кричащей,неопровержимой.
— Да? — спросил Андрей.Его взгляд скользнул по моему лицу,по костюму,по этим дурацким,роковым цветам. — Кто вы? Что надо?
Мозг,спасая ситуацию с животной скоростью,выдал единственно возможную в этом кошмаре версию.
— Я… курьер.Доставка цветов для Натальи Игоревны Лазаревой.
— Цветов? — Андрей нахмурился,взглянул на букет. — Она ничего не говорила.От кого?
— Анонимный заказ, — мои губы произносили слова сами. — Поздравление,видимо.Вам передать?
Андрей колебался секунду,потом взял букет.Его лицо ничего не выражало,кроме лёгкого недоумения.
— Хорошо.Передам.Спасибо.
Он кивнул и стал закрывать дверь.В последнюю секунду,в щель между дверью и косяком,я увидел её.Наташа.Она стояла в глубине коридора,бледная как полотно,одна рука прижата ко рту.Наши взгляды встретились на долю секунды: в её глазах был леденящий ужас.Не за себя.За меня.
Дверь захлопнулась с мягким щелчком.Я стоял,пригвождённый к полу,слушая,как за дверью удаляются шаги Андрея.Потом развернулся и почти побежал вниз по лестнице.Пока не выскочил на улицу,на холодный,отрезвляющий воздух.
Я шёл,не разбирая дороги,и лишь когда оказался у реки,посмотрел наверх.На её этаж.И увидел её.Она стояла у окна,откинув штору.Даже с этого расстояния я видел напряжение в её фигуре.Она смотрела на меня.Не махала рукой.Не звала.Просто смотрела.Как на приговорённого,которого уводят.Я поднял руку,не знаю зачем.Просто чтобы она видела.Она не ответила на жест.Через минуту шторка захлопнулась.
Домой я вернулся в состоянии полной внутренней пустоты.Освобождение от приворота обернулось новой клеткой.Андрей вернулся раньше.Он был там.Он видел меня.Теперь её мир,её хрупкий,книжный рай,был под угрозой.И виной тому был я со своими дурацкими цветами.
Лена встретила меня в прихожей.Её лицо было странным – не злым,не расспрашивающим.Оно было… потерянным.Как будто её настройки сбились.
— Ты пришёл, — сказала она просто,без претензии.
— Пришёл, — буркнул я,снимая пальто.
Она подошла ближе.От неё пахло тем же духами,что и всегда,но запах этот теперь казался чужим,назойливым.
— Я приготовила ужин.Твой любимый плов.
— Не голоден.
Я прошёл мимо неё в кабинет,запер дверь.Мне нужно было быть одному.Думать.Но думать было не о чем.Было только одно: нужен план.Как связаться с Наташей? Как предупредить? Как объяснить?
Я сел за компьютер.Открыл файл с романом.Пустая страница смотрела на меня.И вдруг слова хлынули.Не о любви.О страхе.О потере.О мужчине,который,наконец сбросив оковы,понимает,что истинная свобода – это не отсутствие цепей,а ответственность за того,кого любишь.Что его свобода теперь может стоить счастья другого человека.Я писал с новой,бешеной страстью,выплёскивая на страницу весь ужас,всю ярость,всю безумную тоску.Мой герой больше не метался.Он принял решение.Любой ценой защитить свою любовь.Любой.
За дверью послышались шаги.Потом тихий стук.
— Нугзар? — голос Лены был тихим,почти робким. — Можно я… зайду?
Я не ответил.Дверь тихо открылась.Она стояла на пороге в своём шёлковом халате,который когда-то казался мне таким соблазнительным.Её глаза были большими.В них читалась какая-то новая,непонятная мне потребность.
— Я скучала, — сказала она,делая шаг внутрь. — Сегодня… сегодня мне было так странно без тебя.Как будто… как будто что-то оборвалось.
«Цепь порвана,» — пронеслось у меня в голове.Она чувствует.Чувствует,что её контроль ослаб.
Она подошла ко мне сзади,обвила руками шею,прижалась щекой к моей голове.Её прикосновение,всегда такое желанное когда-то,теперь вызвало во мне резкий,физичиский спазм отторжения.
— Не трогай меня, — сказал я тихо,но так,что она замерла.
— Что? Нугзар,что с тобой?
— Я сказал,не трогай.Отойди.
Она не отходила.Её руки скользнули вниз,по моей груди,пытаясь приласкать.
— Мы можем всё исправить, — зашептала она. — Я поняла,что была не права.Я буду другой.Мы можем начать сначала.Завести ребёнка,если хочешь.Я готова.
В её словах не было любви.Была паника.Паника потерявшей свою вещь.Паника кукловода,у которого порвались нитки.
Я резко встал,оттолкнув её руки.Повернулся к ней лицом.
— Нет.Никаких детей.Никакого «начала».Всё кончено.Ты понимаешь? Кончено.Я не твой.И никогда не был по-настоящему.И не буду.
Она отшатнулась,как от удара.Её лицо побелело.
— Ты… ты встретил кого-то? Это она тебе внушила? Отведи меня к ней,я поговорю с ней!
— ЗАМОЛЧИ! — мой голос снова загремел,но на этот раз в нём не было потери контроля.Была холодная,стальная решимость. — Никаких «она».Это между мной и тобой.И между нами пустота.Которая была всегда.Ты просто отказывалась её видеть.А теперь смотри.Вглядись.Здесь ничего нет.И не будет.
Я видел,как в её глазах рушится мир.Не наш брак – её вселенная,где всё было под контролем,где муж был безопасной,предсказуемой функцией.Где приворот был страховкой.Теперь страховка не сработала.
Она не заплакала.Она просто медленно,как лунатик,вышла из кабинета,закрыв за собой дверь.
Я снова сел за компьютер.Но писать уже не мог.Я смотрел на экран и видел её лицо у окна.Её испуганные глаза в щель двери.Я достал телефон.Набрал сообщение: «Он видел меня.Всё в порядке?» Отправил.Ответа не было.Час.Два.
Тогда я написал другое,последнее на сегодня: «Цепь порвана.Я свободен.И эта свобода теперь принадлежит тебе.Жди меня».
Я не знал,прочтёт ли она это.Не знал,сможет ли ответить.Но я знал одно: та сила,что тянула меня назад,к этому дому,к этой женщине,исчезла.Оставалась только одна сила,одна тяга – вперёд.К ней.И ничто,даже её собственный муж,стоящий на пороге,не заставит меня свернуть.Я буду ждать.Писать свой роман.И придумывать новый план.Потому что теперь я был свободен выбирать.И я выбрал битву.