8. Мурано, Бурано, Торчелло, Кастелло.
Буклет предлагал экскурсию длительностью в четыре часа, но мы с Рафаэлем потратили все шесть: выходили из катера на каждом острове и вместо тридцати минут (а катера курсировали именно с таким интервалом, привозя и забирая туристов) бродили по часу, а то и по полтора.
Рафаэля тянуло в церкви. Я заметил это еще в Риме и теперь не мешал мальчику подолгу стоять под каждым сводом, вслушиваясь в одному ему понятные звуки.
Я присаживался на лавочку и молча любовался прозрачной фигуркой, которая и в самом деле превращалась в какое-то неземное существо, оказываясь в просторных нефах храмов и капелл.
В одной из базилик - кажется, Сан-Пьетро-Ди-Кастелло - Рафи, воровато оглянувшись, прижал ладошку к колонне и закрыл глаза, беззвучно зашевелив губами. Я спиной прикрыл мальчика от возможных любопытных взглядов и застыл, не в силах оторвать взгляд. Тонкое бледное личико, пушистые ресницы, мягкие волны волос - как я мог сомневаться? Как я вообще мог не понять, кто он, с самого первого взгляда? Как мог не узнать?
Рафаэль закончил свой молчаливый то ли монолог, то ли диалог с невидимым собеседником, выдохнул - и открыл глаза. В эту же минуту тихо и осторожно заиграл орган: первый мягкий вибрирующий аккорд длился, словно заполняя все пространство под куполом и подчиняя себе всех, кто оказался внутри...
"Кто это играет? - донеслись до меня недоуменные перешептывания по-итальянски, и я обернулся: два служителя церкви в черных повседневных сутанах с белыми стоечками воротников переглядывались и поднимали брови, - Разве Розелло сегодня здесь?"
"Нет, это не Розелло"...
Едва служители сдвинулись с места и шагнули к пресвитерию, за которым виднелись трубы органа, инструмент смолк, и под потолком остались только легкие отзвуки и тягучее, замирающее эхо.
- Тебе нравится? - обернулся ко мне Рафаэль.
- Очень, - честно ответил я.
- Хочешь, сходим послушать орган вечером?
- Куда?
- В базилику Санта Мария Глориоза Деи Фрари. Это в Венеции, в центре. Мы как раз туда не дошли, а я очень хотел...
- Хорошо, - послушно согласился я, зачарованный сияющим взглядом, - только нам нужно успеть до одиннадцати на вапоретто...
- А мы не будем успевать, - спокойно покачал головой Рафи, - мы останемся в Венеции.
- Как это? - не понял я, - Где?
- В отеле. Ты же можешь потратить пятьдесят евро, правда?
Я смутился: честно говоря, я пока не очень представлял себе свое финансовое состояние в этой поездке. Бронировал я дешевые отели, но как только оказался в этой реальности, попадал в очень даже неплохие, да еще и с семейными большими номерами... Остались ли у меня эти самые пятьдесят евро? Я даже заглядывать в свой интернет-банк боялся. Возможно, мой бюджет давно вылетел в трубу, подстроившись под увеличившиеся траты? Лучше об этом пока не знать.
А Рафи словно подслушал мои мысли и улыбнулся:
- Все наши отели оплачивал Берт. Это его номера, он бронировал их изначально. А твои... просто растаяли. Пуфф! - мальчик надул щеки и сделал легкое движение губами, сдувая с ладошки невидимую пушинку.
- К-как это... - выдавил я, чувствуя, что еще немножко - и точно сойду с ума от нереальности происходящего. Я что же, еще и отдыхаю за чужой счет?...
- Не забивай голову, - отмахнулся Рафи и потянул меня за руку к выходу, - пойдем. Скоро наш катер подойдет, поехали дальше...
И мы действительно сняли номер в отеле около самой базилики всего за пятьдесят евро - неслыханная сумма для центра города! Я во всем доверился Рафаэлю и перестал сомневаться: что, если он все-таки решил мне немножко... помочь, хотя и говорил, что никогда ни во что не вмешивается? Ведь это он настойчиво предложил остаться в Венеции... это он захотел пойти на концерт... может, так лучше? Я гнал от себя мысль, что мальчик мог банально не хотеть наблюдать за развлечениями Берта с красавицами - или смотреть на мою кислую физиономию, окажись мы вечером в одиночестве... нет, я предпочитал думать, что Рафи все-таки слегка нарушил правила и оставил нас в Венеции умышленно: потому, что хотел уберечь меня от разочарования. В конце концов, кислая физиономия как следствие не слишком приятного зрелища измены пусть и формального, но все же супруга - это и есть разочарование, верно?
После органного концерта, во время которого моя душа совершила восхитительный полет в горние выси и едва-едва смогла найти дорогу обратно в бренное тело, мы с Рафаэлем разлеглись в отеле на кровати. Только в этот момент я наконец вспомнил, что с самого утра не заглядывал в свой телефон.
- Рафи, куда ты дел мой телефон? - испугался я, шаря по карманам.
- Зачем он тебе? - угрюмо отозвался мальчик.
- Ну я же весь день не проверял ни почту, ни сообщения...
- И не надо, - отрезал Рафи.
Я нахмурился.
- Я знаю, что ты хочешь, как лучше, и обещаю, что не напишу Берту. Но я все равно должен посмотреть.
Не глядя на Рафи, я протянул в его сторону руку, и спустя пару секунд в нее с тяжелым вздохом вложили аппаратик.
Сообщения заполнили весь экран, и я даже испугался: что-то случилось в Нью Йорке? У мамы? Но посмотрев на отправителя, приподнял брови: все сообщения были от Берта. Интересно, чего он хотел? Просил не возвращаться сегодня, предоставив ему простор для маневра? Да нет, зачем, ведь у него был еще один свободный номер...
Первое сообщение было отправлено в 17-00.
"Ребята, где вы? Вы не приедете на ужин?"
Второе сообщение пришло ровно через час.
"Почему не отвечаешь, Ру? У вас все в порядке?"
Еще через полчаса:
"Ру, вы еще не собираетесь обратно? Девчонки пригласили меня с ними поужинать, мы будем в Гран Виале, часов до восьми. Приходите туда!"
В восемь:
"Ру, это не смешно... где вы? Я в отеле, но... где твои вещи?!"
В девять:
"Ру, я догадываюсь, что ты мог подумать утром. Я знаю, что был неправ. Это было с моей стороны мерзко. Знаю. Хочу попросить прощения. Если ты меня так наказал - у тебя получилось, я действительно переживаю и волнуюсь, только ответь мне, пожалуйста".
В десять:
"Ру, пожалуйста, ответь. Пожалуйста. Где ты? Я с ума схожу!"
В половину одиннадцатого и в одиннадцать были только входящие звонки, которые Рафи, разумеется, игнорировал.
Я подпрыгнул.
- Рафи! Почему ты мне не сказал, что он писал весь день?
- А зачем? - спокойно поинтересовался мальчик, - ты бы бросил все и помчался обратно? Все простил, забыл и упал в его объятия?
- Да нет же, - сморщился я, - нет! Просто это... некрасиво. Человек и в самом деле волнуется, так нельзя!
- Если бы ты ему ответил, он бы успокоился и пошел развлекаться дальше, - тихо ответил Рафаэль, закинув руки за голову и глядя в потолок, - а так... даже с ужина примчался пораньше, забыл про своих "девчонок" и думает только о том, куда ты делся. Разве ж не идеально?
- Для чего идеально? Разве ты не подтвердил мне сам, что я для него просто игрушка?
- Ну да, - мальчик поболтал ногой и улегся поудобнее, подмяв подушку высоким бугорком, - но теперь, возможно, он впервые задумался о тебе как о чем-то, чего у него может внезапно и не стать. Р-р-раз - и лишился! Вот мне и интересно, что он сделает дальше? Плюнет на все и пойдет к своим "девчонкам"? Или захочет все-таки тебя вернуть?
- Да зачем я ему, - я отбросил телефон, - я же не блондинка.
- Да, ты не блондинка. Но ты человек, с которым ему было легко и хорошо. А такое дорогого стоит, знаешь.
Я повернулся к мальчику и прищурился.
- Ты что, подслушивал нас, пока мы гуляли?
Рафи фыркнул.
- Вот еще... нужно мне вас подслушивать... я и без того все знаю.
- И что происходит сейчас? С Бертом? Ты и это знаешь? - всерьез заинтересовался я, от нетерпения заерзав.
Рафаэль кивнул и хитро заулыбался. Я затеребил его, ощущая себя - ребенком, а его - взрослым родителем.
- Так и что? Что?
Мальчик взял меня за руку и приказал:
- Закрой глаза. Закрой - и молчи. Ни слова.
Я поспешно повиновался. Сначала я чувствовал только тепло маленькой ладошки, а перед глазами мелькали, как в калейдоскопе, все картинки из прожитого сегодня дня: базилики... свечи... то густой, то прозрачный звук органа... разноцветное стекло... средневековые палаццо заброшенного острова... пестрые стены рыбацких домиков... потом вдруг мозаика впечатлений отступила на второй план, и перед глазами возникла знакомая картинка: небольшой круглый столик на гнутых ножках, на нем - три кусочка торта в коробочке. Чайные чашки. Кофейник. Большая кровать с примятой подушкой с одной стороны. Полукруглое окно со сдвинутой шторой. Маленький диванчик недалеко от кровати. Это же наш номер на Лидо, хотел было воскликнуть я, но вспомнил о приказе молчать и сдержался. Картинка ожила, наполнилась запахами и звуками: пахло сигаретным дымом, из ванной доносился плеск воды.
Вскоре плеск стих, и из ванной медленно вышел Берт.
"Он что, пьян?" - снова чуть было не спросил я, но вовремя прикусил язык.
Берт тер ладонями лицо, не обращая внимания на капающую с длинных волос воду. Его "гулька" растрепалась, и прядки вокруг лица висели беспорядочно, делая его похожим на мокрого ризеншнауцера.
Берт остановился посередине номера и беспомощно оглянулся. Его глаза перебегали с одного предмета на другой, нигде не останавливаясь.
- Ну хоть что-нибудь, - вдруг услышал я его жалобный голос, - хоть что-нибудь... хоть полотенце... хоть забытый флакон шампуня... не может же вообще! Ничего! Не! Остаться!
Внезапно разозлившись, мужчина смахнул со стола чашку, и она разбилась с тонким фарфоровым звоном. С нечитаемым выражением лица мужчина смотрел на коробочку с тортом и тяжело дышал. Потом опустился на стул, снова потер руками лицо.
- Не может быть. Не может такого быть, - бормотал он, - мне не могло это присниться. Не могло. Они были. Они точно были.
В дверь тихонько постучали, и я напрягся, посильнее сжав ладошку. Очень хотелось спросить: все, что я вижу, происходит прямо сейчас? Но спрашивать было нельзя, и я поплотнее сжал губы, чтобы невольно не выдать себя каким-нибудь вздохом.
Берт бросился открывать так поспешно, словно за ним гнались монстры. Распахнув дверь, он увидел на пороге блондинку и разочарованно отвернулся. Та немного обиделась такому холодному приему.
- Берти, можно к тебе?...
- Нет, - кратко ответил мужчина. Блондинка вытаращила глаза.
- Почему?... Мне показалось, ты был не против... и ты один... - она заглянула в номер через плечо Берта, но тот качнул дверью, не выпуская ручку и мешая девушке войти.
- Тебе показалось. Я не один.
- Но... - блондинка еще более растерянно заглянула в номер: разумеется, там никого не было, и по всем признакам в комнате проживал только один человек.
- Помнишь парня на пляже? Утром? - спросил вдруг Берт, и блондинка наморщила лобик.
- Какого?
- К нам подходил только один! Он сказал, что пойдет искать Рафи... а Рафи помнишь?
Блондинка с сомнением посмотрела на мужчину.
- Что с тобой? Ты не в себе? Ты пьян?
- Ты помнишь их или нет?! - заорал Берт, и девушка отступила.
- Ненормальный... проспись, псих!
Она развернулась на каблучках и быстро побежала к лифту. Мужчина захлопнул дверь и прислонился к ней спиной.
- Не может быть... они точно были. Точно были. Я знаю. Мне это не приснилось. Но где они? Где их вещи... Почему не отвечает телефон... Может, я сумасшедший, и просто его себе придумал? Но вот же ключ, я взял его утром, положил на тумбочку, он до сих пор тут... это же ключ Ру! Значит, Ру был?
Берт быстрыми шагами подошел к столику, схватил коробочку.
- Я купил ТРИ куска торта! Три! Я не мог купить три куска, если отдыхаю один! Черт возьми, не может же быть, чтобы ничего!... Нигде!...
С каким-то яростным остервенением мужчина принялся распахивать дверцы шкафов, выдвигать ящики, заглядывать на полки... с каждым новым шкафом его лицо становилось все страшнее. Наконец он опустился на пол возле кровати и уткнулся в ладони.
- Я не хочу так... не хочу. Не надо. Пожалуйста. Не надо снова, не надо меня обратно, я не хочу быть один, не хочу...
Бормотание стало невнятным, Берт отчаянно ударил кулаком по коврику перед кроватью - и вдруг замер. Медленно, словно не веря своим глазам, он приподнял длинное покрывало на кровати. Его лицо просветлело, и он рывком вытащил из-под кровати мой чемодан. Чуть не сломал молнию, поспешно его открывая, уставился внутрь, дрожащими руками достал мою футболку, зачем-то понюхал...
- Спасибо, господи, спасибо, - зашевелились его губы, - спасибо, это не сон, я не сошел с ума, он есть, он не фантом, не призрак, он на самом деле есть...
Ладошка из моей руки выскользнула, и картинка разбилась, потемнела - и пропала. Я открыл глаза. Рафаэль смотрел на меня с насмешливой улыбкой.
- Понравилось?
- Это... это сейчас? - откашлялся я.
- Ну да. Но он часов с восьми так по комнате бегал.
- А зачем... - я снова прочистил горло, не глядя в глаза мальчику, - зачем ты все наши вещи спрятал?
- Для пущей убедительности, - Рафи хихикнул, - видишь, какой эффект? Он думал, что мы ему приснились. Вещей нет, телефон молчит, даже эта его... пассия... и то нас не запомнила. Поневоле засомневаешься, в своем ли ты уме...
- Но зачем? - не понял я, - Зачем так жестоко?
- Это не жестоко, Ру, - голос Рафи сделался ледяным, - это необходимо. Человеку иногда нужно получить разряд тока, чтобы очнуться и перестать спускать свою жизнь в канализацию. Я думал, что таким ударом тока для него станет наше появление, но, как видишь, ошибся. Пришлось добавить напряжения. Да, я специально все спрятал. И специально отобрал у тебя телефон, чтобы ты не смог ему ответить. Он должен был определить для себя, насколько ты ему важен. Если бы он спокойно воспринял твой уход и продолжил развлекаться с девицами, я бы просто не позволил тебе туда вернуться. Незачем. Все бы закончилось, ты бы проснулся здесь один и забыл обо всем, что произошло. И его бы забыл. Но теперь ты сам видел его реакцию, и решение за тобой. Хочешь обратно?
- Да, - негромко ответил я.
- Ладно. Но завтра. С ума он за ночь точно не сойдет, раз чемодан нашел, так что... остается только надеяться, что от радости не побежит развлекаться дальше.
- Рафи... - я вздохнул, - ты все-таки решил вмешаться, да? Хотя и говорил, что это неправильно?
Мальчик помолчал.
- Да ни во что я не вмешивался, - голоском застигнутого на месте преступления десятилетки вдруг заканючил, оправдываясь, он, - ну честное слово! Я просто подшутить хотел, поэтому и спрятал вещи. Ну Ру, ну правда, я только подшутить...
Я протянул руку и потрепал его по волосам.
- Теперь ты меня не обманешь, Рафаэль, и ребенка изображать не обязательно.
Хитрый глаз выглянул из-под взъерошенной челки.
- Да? Ну завтра все равно придется... кстати, дай мне свой телефон, я поиграю немножко в игры какие-нибудь. Батарея полностью разрядится, и у нас будет прекрасное оправдание молчанию в эфире... давай-давай, я у тебя там майблок видел...
_________________________________
Автор напоминает о своей просьбе не комментировать его тексты. Спасибо.
Мурано, Бурано
Санта Мария Глориоза Деи Фрари