Канцелярские штучки

Я делал вид, что сплю, хотя мозг лихорадочно искал ответы на вопросы. Мне было страшно сейчас смотреть Берту в глаза, ведь тогда придется все-таки спрашивать - и узнавать ответ. Возможно, слушать вранье, если он снова решит меня пощадить... а вранья я больше не хотел.

Я решил разобраться самостоятельно.

Хватит загонять в угол опасения и сомнения! От того, что я перестану в этот угол смотреть, сомнения не исчезнут. Нужно набраться смелости - и поковыряться все-таки и в памяти, и во всех этих несуразностях последних дней, которые прямо-таки лезли в глаза, но которые я старательно не замечал.

Для этого нужно остаться в одиночестве.

Интересно, когда Берт уйдет? Ведь я, по легенде, уже сплю - а он все сидит рядом, все обнимает... Не всю же ночь он так сидеть собрался?

Берт вскоре и правда пошевелился. Осторожно заглянул мне в лицо (я старался не дрожать плотно сомкнутыми ресницами, чтобы не выдать себя), снова легонько прикоснулся губами чуть пониже уха (я чуть от неожиданности глаза не открыл), поднял на руки и понес.

Я недовольно заворчал - во сне ведь люди могут ворчать, правда? - и даже ногой брыкнул, но хватка у моего высокого гостя была железной: ну да, воспоминание про его крепкие плечи и мышцы пресса в голове присутствовало... на пляже видел, что ли? Да черта с два, какой там пляж! Я их близко помнил, эти мышцы, и даже, кажется, прикосновение к ним запомнил! Господи, да что с моей памятью случилось... почему в ней одни дыры? И что же мы такое с раздетым Бертом делали...

Я порадовался, что Берт не видит моего лица: я точно знал, что покраснел, как только подумал о возможном варианте развития событий. Подумаешь, загадка, что именно мы могли делать с раздетым мужчиной, ха! И ежу понятно, что... но почему же он тогда не сбежал, если уже добился желаемого? Или победу перечеркивает тот факт, что побежденный не помнит своего поражения? Но я вроде бы не звезда и даже не сногсшибательный красавец, чтобы так дорожить моим завоеванием...

Мужчина донес меня до кровати. Мне опять стало стыдно, когда я осознал, что спальня больше не секрет, и гость увидел и скомканное одеяло, и открытый шкаф с кое-как запихнутыми туда вещами, и полный хаос на комоде, где вперемешку стояли и валялись кремы, парфюмы, тут же - будильник, капли для носа, лампа, шоколадка, зарядка для мобильника, наушники, стакан с водой и черт знает, что еще...
"Клади уже и уходи, - нервничал я, изображая крепкий сон из последних сил, - а то у меня глаза автоматически открываются..."

Но Берт не уходил. Он осторожно стянул с меня джинсы и футболку (я чуть было из роли не вылетел, ощутив его медленные и провокационные действия), повозился (порядок в комнате наводит, что ли? Не обернуться бы!) и вдруг улегся рядом, позади меня, обняв и прижав к себе. Мои лопатки уперлись в обнаженную крепкую грудь, и я вспыхнул щеками и ушами. Да что он делает, черт его побери?! Неужели... неужели у нас с ним вот ТАКИЕ отношения, а я этого не помню? Но когда это случилось? Как? Я же помню всю свою жизнь! Ну, кроме кусочков отпуска... Это произошло в отпуске? Я что, был пьян? Не может быть, я не пил... Случайный секс на одну ночь? Но почему тогда он до сих пор здесь, если, как сам признался, обычный донжуан? И эта телефонная Вэл его ждет на грядущее рандеву... или он не гнушается вообще никакими постелями?

Я отбросил притворство и резко развернулся.

- Я тебя разбудил? - виновато пробормотал мужчина, и я заметил, как он покраснел.

- Нет. Да, - исправился я, запутавшись, но смолк и уставился на его плечи: да, именно их я и помню... именно так, на таком расстоянии, и родинка вот она, и мышцы... и руки на моей спине. Я это, черт побери, помню!

- Скажи мне правду, - без перехода потребовал я, - я что-то забыл?

- С чего... почему ты так думаешь? - Берт попытался спрятать глаза, но при такой близости девать их было совершенно некуда. Хотя бы один плюс...

- Не пытайся меня щадить. Просто скажи правду. Я ненавижу, когда мне врут. Не ври, ладно? Скажи все, как есть.

Берт посмотрел мне в глаза, и я похолодел. Сейчас я услышу то, что мне явно не понравится...

Стало очень страшно, но я ждал, стиснув зубы.

- Да, ты меня забыл, - аккуратно сформулировал Берт, и я сглотнул.

Ну вот, все сказано. У меня проблемы с головой, а я об этом и не подозревал... говорят, что провалы в памяти характерны для болезни Альцгеймера. А что, если у меня опухоль? Или... или... что там еще вызывает такие симптомы?

Берт заметил мое исказившееся лицо и поспешно заговорил:

- Нет, ты не болен. Все в порядке с тобой. Я уверен. Не перебивай, я попробую объяснить... хотя, если честно, это и правда больше похоже на проблемы с головой, но ведь у нас обоих не может быть одновременной и одинаковой болезни, правда?

Я вцепился ему в плечи.

- Почему ты повторяешь слова из новеллы? При чем тут она? Какое она имеет отношение к моей болез... памяти? Лучше расскажи, где мы познакомились и что делали! Хотя... это можно и без подробностей.

- Я боюсь, что ты мне не поверишь, - мужчина снова смутился, но я заметил, что он обхватил меня еще крепче. Боится, что я из окна, что ли, выпрыгну? Или его из постели выпихну? - я бы и сам не поверил, если бы это не произошло на самом деле.

- Да рассказывай уже, - пнул его я. Удивительное дело, но как только я выяснил, что нас с ним и в самом деле что-то, забытое мной, связывает, мне стало намного легче. Я больше уже не пытался отстраниться от него, не размышлял о том, как бы его половчее выставить за порог... я хотел его вспомнить. В конце концов, обидно забывать такого мужчину, пусть и попавшего в мою постель совершенно случайно и ненадолго... а к врачу все же надо записаться. Завтра.

- Мы с тобой познакомились в самолете, - начал он так опасливо, что я не выдержал и фыркнул.

- Да ладно тебе издеваться... я уже понял, что ты пытаешься меня успокоить, но новеллу-то не пересказывай!

- Да это правда, Ру! - отчаянно воскликнул он, - Я клянусь тебе, это правда! Мы познакомились в самолете!

Я поморгал.

- Ладно, - после секундного молчания согласился я, - и... что?

- Мы... - он вдруг словно решение какое-то принял и заговорил очень быстро, - мы вместе жили в Риме. В отеле "Масканьи". Помнишь, я угадал это название? Это потому, что мы с тобой тоже там жили. Четыре дня гуляли по Риму. Санта Мария Маджори, Пантеон, Санта Марии Дельи Анджели... Дева Мария, помнишь?

- Которая от нас отворачивалась, - еле слышно пробормотал я, холодея от ужаса. Да, Берт говорил - и я как будто мозгом принимал то, что он говорит. Не вспоминал, нет, но - верил и принимал. Потому, что помнил и Деву Марию, и эти слова, которые я кому-то (теперь-то понятно, кому!) говорил, и лицо его с ямочкой и "гулькой" на затылке именно в Санта Марии Маджори... он точно стоял рядом со мной в фригидарии. Но почему я забыл все остальное?

- Да! - обрадованно закивал он, - Помнишь же? Ты помнишь?

- А что дальше? - с трудом сглотнул я.

- Дальше мы поехали в Венецию... и сняли номер на Лидо. Я хотел научить тебя плавать, но ты сказал, что боишься...

В мозгу вспышкой пронеслось воспоминание об описанной в новелле сцене: Берт и ангел резвятся в воде, а Руперт боязливо бултыхается на мелководье.

- Как в новелле? - уточнил я недоверчиво.

- В новелле был мальчик, - тут же открестился Берт, - а у нас - нет... мы были с тобой вдвоем. Просто плавали... но ты боялся.

- И что, до такой степени наш с тобой отпуск похож на новеллу? - не поверил я и тут до меня запоздало дошло. В лицо бросилась краска, - Подожди, ты хочешь сказать, что мы с тобой... жили... ВМЕСТЕ?

- Ну да, - легко подтвердил он, - вместе. И спали в одной кровати. Весь отпуск.

Я закрыл глаза.

Такого со мной точно еще никогда не было: забыть мужчину, с которым я спал десять дней? Такого красивого? А может, он меня обманывает? Но зачем ему это? Нет, глупо на обман надеяться, я же и сам помню и плечи его, и родинку... черт побери, да что со мной происходит!

- Я завтра к врачу пойду, - решительно сказал я, и мужчина погладил меня по плечу:

- Не нужно. С тобой все в порядке.

- Да как в порядке, если я с тобой десять дней спал, но не помню ни черта?!

- Ты же не дослушал...

- Так договаривай!

- В самолете, на обратном рейсе, я надул тебе шейную подушку, очень-очень сильно, ты еще ворчал, что она слишком твердая...

- А, так это ты мне такую надул, - вырвалось у меня невольно, и я прикусил язык: в самолете я проснулся один, это я точно помню. И хотя подушка действительно была слишком твердой, я сидел в одиночестве. Вокруг орали дети, у меня болела голова... но рядом точно никого не было.

- Да, я. И мы заснули. Проснулся я от того, что меня по локтю тележкой стюардесса ударила. А тебя рядом не было.

- А где я был? - заинтересовался я.

- Не знаю. Больше я тебя не видел.

Я нахмурился.

Может быть, сейчас я вижу сон? Мне снится и адвокат О'Брайан, лежащий в раздетом виде в моей кровати, и его история про исчезновение с кресла самолета... меня что, инопланетяне выкрали и потом память подчистили? Он это хочет сказать? Что за бред, как такое вообще может быть?

Я потряс головой. Отвел обнимающие меня руки. Сел. Ущипнул себя за бок, сморщился.

- Я тоже не поверил, когда тебя не увидел. Решил, что ты зачем-то от меня отсел, пока я спал. Хотел поймать тебя на выходе из самолета, но сначала какая-то бабка чемодан уронила, потом дети перекрыли проход...

- Да, на том рейсе было много детей, они мне спать мешали, - автоматически кивнул я и поперхнулся, - подожди, ты тоже детей видел?

- Мгм. А тебя - нет. Я опоздал, в общем, одним из последних вышел. И тебя упустил.

Я молчал. Очень смутно вспоминалось, как я выходил из самолета. Кажется, и правда в числе первых...

- А почему ты мне не позвонил? - наконец, спросил я хмуро, - Или не предполагал после отпуска общаться?

- У меня в телефоне не оказалось твоего номера. Хотя я тебе звонил несколько раз за десять дней... но здесь, в Нью Йорке, никакого следа от этих звонков не осталось. Я не знал, где и как тебя искать. И честно говоря, начал думать, что мне все это приснилось. Ведь ни телефона твоего, ни тебя... я испугался. Прямо как ты сейчас. Думал, что свихнулся. К врачу собирался.

- Еще бы, - мрачно подтвердил я.

- А потом мне позвонил какой-то мальчик...

Я вскинулся.

- Слушай, ну это уже... уже как-то... ты правда не издеваешься?!

- Да нет же! - Берт тоже сел, и я смущенно отвел взгляд от его мускулистой груди, - Мне позвонил мальчик и сказал, что ты мне не приснился. Но ты меня не помнишь. И что если я хочу снова с тобой встретиться, я должен пойти к Моларди...

Я уставился на О'Брайана, как на монстра или призрака, случайно оказавшегося в моей комнате. Да какой нормальный человек поверит в такие сказки?!

- И я тебя действительно там увидел. И ты действительно меня не вспомнил. Вот и вся история.

Я упал навзничь и закрыл лицо руками.

Если это и розыгрыш, то какой-то странный.

Когда я увидел Берта у Тоби, я действительно подумал, что он мне знаком. И прикосновения я его вспомнил, и тело... если бы меня Берт разыгрывал, никаких воспоминаний не было бы, правда? Да и зачем ему меня разыгрывать?

- А новелла? - я снова резко сел, - Новелла тогда откуда? Почему они на нас похожи? И события тоже похожи?

- Не знаю. Я и сам испугался, когда ты ее читать начал.

- А блондинка тоже была? - подозрительно покосился я на мужчину.

- Была, - после небольшой паузы признался он, - я действительно болтал с ней на пляже. А ты разозлился и уехал в Венецию. Я тебе звонил весь вечер и с ума сходил... Но потом ведь ты вернулся. И оставшиеся три дня мы провели вместе.

- Что-то не верится, - пробурчал я, - я не прощаю измены.

- Измены не было, - Берт пожал плечами, - я просто поболтал с ними, и все. Но я обидел тебя тем, что...

- ... забыл про меня, увлекшись ими, - пробормотал я.

Берт подпрыгнул.

- Ты вспомнил?

- Нет. Это было в новелле.

- А, да... точно.

Я решительно выбрался из постели и как был, в одних трусах, направился в гостиную.

- Ты куда? - Берт тоже заторопился следом, и я краем глаза заметил мелькнувшие длинные мускулистые ноги. Мда, вот это красавчик... и как я мог такого забыть?!

- Хочу проверить кое-что, - пояснил я, озираясь, - просто посмотрю, сколько там осталось глав до конца и чем начинается следующая. При такой чертовщине она должна нам рассказать и про мое возвращение, и про обратный самолет...

Я обнаружил смятую стопку листов на полу у дивана и поспешно их поднял. Зашуршал страницами, пытаясь уловить знакомые слова.

- Где я остановился-то? Все перепуталось, блин... это я еще не читал вроде... и это не читал... тут про Неаполь... мы ездили в Неаполь?

- Нет, - почесал макушку Берт и заглянул мне через плечо.

- А во Флоренцию?

- Тоже нет...

Я скользил глазами по строчкам и ничего не понимал. Автор описывала красоты Италии, Руперт и Берт с ребенком гуляли по склонам Тосканы... найти лист с Лидо и Венецией никак не удавалось.

- Поищи тогда первые главы, - посоветовал напряженно следивший за процессом Берт. Я плюхнулся на диван и веером разложил перед собой уже растрепанные и кое-где смятые листы.

- Вот еще, - подал мне мужчина лист, извлеченный из-под дивана, - он с циферкой "Один"!

"Дождь лил, как из ведра, барабанил по карнизам, собирался в лужи, не щадил ни прохожих, ни собак... мокли поезда, мокли автомобили, мок весь мир - и в этом мире не было никого, кто сильнее мечтал бы бесследно исчезнуть под ливнем, чем Руперт..." - прочитал я вслух и остановился, озадаченно подняв глаза на О'Брайана. Тот так же озадаченно смотрел на меня.

- Ты вчера читал как-то по-другому, - осторожно выразился он.

Я сглотнул.

"Он бездумно шел, сворачивая в незнакомые переулки, переходя широкие шоссе, ныряя в грязные подворотни и пересекая маленькие чистые улочки частных райончиков... "

- Да что это такое, черт его возьми? - заорал я, испуганно отбрасывая от себя лист, - Ты мне что-то не то подсунул! Это другой какой-то новеллы кусок! Или часть другая!

- Я ничего не подсовывал, - замотал головой с растрепавшейся "гулькой" Берт, - я просто из-под дивана лист достал... Понятия не имею, какие у тебя тут листы валяются.

Мы снова принялись перекладывать стопку распечаток в поисках первых глав. С победным воплем я выхватил лист с цифрой "2": на нем даже край замялся, что свидетельствовало о прочтении. Ну конечно! Мы же давно прочли и вторую главу, и третью...

"Они решили бежать. Берт боялся, что супруга спохватится и подаст на него в суд, требуя вернуть ребенка. Не стоило даже и надеяться на торжество правосудия: мать почему-то всегда пользуется большим доверием присяжных... И Руперт, и Берт не хотели расставаться с маль..."

Я не стал дочитывать до конца фразы: и без того было ясно, что распечатки безнадежно перепутались. Берт недоуменно слушал меня и все шуршал пачкой листов в попытке найти знакомые слова или цифры.

- Открой присланный из издательства файл, - наконец, посоветовал он, видя мое замешательство, - ты же оттуда распечатывал? Там-то все по порядку...

Я метнулся к ушедшему в сонный режим ноутбуку, в нетерпении приплясывая. Поймав на себе одобрительный и слишком уж... откровенный взгляд, я смутился и тут же сам над собой посмеялся. Я же уже выяснил, что спал с этим мужчиной, чего ж теперь краснеть? Даже если я этого не помню, факт остается фактом, и мы, получается, видели друг друга и при более интимных обстоятельствах...

Открыв почту и больше не обращая внимания на изучающего меня Берта, я кликнул на прицепленный к письму файл. Да, вот оно, пафосное "Убежать от судьбы" на титульнике, вот автор: Рафаэлла Конти, вот год публикации: 2013. Все в порядке, никто не сошел с у...

"Дождь лил, как из ведра, барабанил по карнизам, собирался в лужи, не щадил ни прохожих, ни собак... мокли поезда, мокли автомобили, мок весь мир - и в этом мире не было никого, кто сильнее мечтал бы бесследно исчезнуть под ливнем, чем Руперт..."

______________________________________
Автор напоминает о своей просьбе не комментировать его тексты. Спасибо.