Глава 23.
* * * (Егор)
Успеваю добежать до Агаты и ловлю её своими руками. Она падает ко мне в руки без сознания. Аккуратно подхватываю её и уношу на свободный диванчик, который стоит напротив администрации. Кладу её и поворачиваюсь к брюнетке, которая стоит около моего кабинета и ждёт меня.
— эй! — кричу я ей, чтобы обратила внимание, что она и делает. Подбегает к диванчику.
— что, Егор? — интересуется эта глупая девица.
— что, что.. не видишь, что? Звони в скорую, пусть приезжают, мы не справимся тут одни, — грубо отвечаю брюнетке. Тогда она ныряет рукой в свою сумку, находит телефон и набирает номер скорой помощи, спрашивая у меня адрес офиса.
— Конфета, малышка, Агги, очнись, пожалуйста, — легонько бью по щекам девушку, пытаясь её хоть как-то разбудить. Чёрт, я даже не знаю, где у нас аптечка. Там наверняка есть что-то годное.
— принеси воды, желательно, холодной, — снова обращаюсь к брюнетке. Та послушно выполняет мои поручения до приезда скорой.
Беру стакан с водой, окунаю туда пальцы и потом сбрызгиваю воду на лицо девушки. Она только что-то невнятно мычит и отворачивается от меня.
— ну давай же, Конфета! — прошу её я, но попытки оказываются тщетными.
Скорая, на удивление, приезжает очень быстро. Они подходят к дивану, куда я уложил Агату, смачивают ватку спиртом и водят ей около носа девушки. Она морщится, но наконец открывает глаза. Вся она сама побледнела, выглядела такой уставшей.
— девушку нужно в больницу. Нужно осмотреть её более тщательно, — говорит мне один из врачей.
— да, конечно. Только можно я поеду с вами? — спрашиваю я.
— можно.
Тогда я снова подхватываю Агату на руки и ещё умудряюсь забрать её сумку. Вздыхаю, смотря на девушку. Что с ней происходит в последнее время? Так она ещё ничего и не говорит мне, всё скрывает...
— Егор, а как же я? — на пути встаёт брюнетка, имени которой я так и не вспомнил, и недовольно интересуется у меня.
— кис, ну мне сейчас совсем не до тебя. Я тебе позвоню, как освобожусь. А сейчас, поезжай домой, — отмахиваюсь, как от назойливой мухи и ухожу за врачами в след.
Мы садимся в машину скорой помощи. Меня просят положить Агату на кушетку, я тяжело её от себя отрываю, но всё же выполняю просьбу. Всю дорогу до больницы я смотрю на свою Конфету. Очень сильно удивляюсь, когда где-то там... глубоко в сердечке что-то ёкает. Да так ярко и сильно, что в момент я даже зажмуриваюсь. Ого, это что такое? Такое разве может быть? Прикладываю ладно к сердцу и чувствую, как быстро оно бьётся.
— мужчина, вам нехорошо? — обращает на мои странные движения врач, который сидит напротив меня.
— нет-нет, всё в порядке, — встряхиваю головой и открываю глаза, убирая руку с груди.
Как только скорая подъезжает к больнице, Агату везут в процедурный кабинет, а меня оставляют ждать в коридоре. Я сажусь на диванчик, но не могу спокойно сидеть. Встаю. Хожу туда-сюда по коридору, на меня некоторые люди оборачиваются и странно смотрят, но мне плевать на них. Узнать бы поскорей, из-за чего Конфета упала в обморок и так плохо себя чувствовала все эти дни?
Из кабинета наконец выходит женщина в белом халате, держа в руках какие-то бумаги. Замечает меня и подходит ближе.
— а вы кем приходитесь той девушке? — спрашивает, поднимая голову, чтобы рассмотреть меня.
— я её директор, — коротко и ясно отвечаю я.
— понятно... — протяжно говорит она. — что ж, если вы приехали с ней сюда, то значит вам я и могу всё рассказать. Она беременна, а сегодня произошло у неё сильное переутомление.
— беременна? Подождите, вы что-то путаете. Она на днях сделала аборт, это я вам точно говорю, — усмехаюсь я.
— молодой человек, это вы что-то путаете. А я сейчас сделала узи, и сама всё увидела. Вы явно ошиблись, — спокойно утверждает мне врач.
Что...
Слова врача меня повергают в шок. Я не верю своим ушам, не верю, словам этой женщины. Ну не могла же меня Агата просто вот так вот взять и обмануть. На неё это не похоже, хотя... если присмотреться на её поведение все эти дни, всё вполне сходится. Только вот зачем она так сделала?
Голова совсем не соображает, мозг не хочет думать, мысли путаются. Я мечусь туда-сюда, но ничего не помогает. Я в полной растерянности. Никогда ещё такого не было.
— можно к ней сейчас? — поднимаю взгляд на врача.
— можно. Только недолго, девушке нужен отдых и покой.
— и до скольки она так пролежит здесь? Мне же ей нужно тогда больничный выписать, — мну пальцы на руках. Почему-то очень сильно нервничаю.
— дня два точно. Ей желательно полностью восстановиться здесь, нежели опять упасть где-нибудь дома. Вы же наверняка понимаете, что беременность — штука серьёзная. Нужно следить за здоровьем в этот период. Вы не знаете, случайно, кто отец ребёнка? Неплохо бы было ему сообщить о случившемся, да и он в праве приехать и поддержать девушку, — интересуется у меня женщина.
— знаете... так получилось, что судя по всему, это я отец ребёнка. И вот, я здесь, — завожу руку за затылок и глупо улыбаюсь.
— так что ж вы раньше не сказали! Не буду вас задерживать, проходите к своей девушке, — не задумываясь, говорит мне эта милая женщина. Не буду разрушать её розовые воздушные мысли, пусть думает, что мы пара. Так легче будет потом выбраться из этой больницы и навещать Конфету.
— спасибо, — подмигиваю ей и открываю дверь палаты, куда положили Агату. Захожу и вижу свою Конфету под капельницей. Поджимаю губы, не решаясь издать лишний звук. Она лежит, моргает ресницами, наконец обращает свой взгляд на меня.
— Егор? Ты здесь? Ты пришёл? — приподнимает свою голову и испуганными глазами смотрит на меня.
— тише-тише, лежи. Тебе нужен отдых, — нежным, трепетным голосом говорю я, закрываю дверь и подхожу ближе к кровати. — а я да, поехал с тобой на скорой. Ты потеряла сознание, упала мне прямо в руки. Ты бы видела себя...
— прости, что испортила тебе планы. Я не думала, что всё случится вот так, — подимает плечами и проводит взглядом по палате.
— ничего, это всё пустяки. Ты знаешь, из-за чего тебе стало плохо? — решаюсь спросить у неё, вдруг всё же скажет правду.
— думаю, я просто сильно устала... так ещё и этот аборт на выходных... немного отнял у меня силы, — натягивает на своё лицо улыбку, но в глазах я вижу грусть и печаль.
Тогда я сажусь на корточки рядом с кроватью, беру в свои две руки её холодную. Поглаживаю пальцами, аккуратно сжимаю её руку, передавая своё тепло.
— Конфета, ведь не было никакого аборта, — хриплым голосом говорю я. Даже не представлял, что это будет так тяжело говорить. В горле встаёт огромный ком, что не даёт даже свободно дышать. — зачем ты меня обманула? Ты не пошла на аборт и сделала поддельную справку? Зачем? Зачем ты так сделала?
— я... — убирает свою руку из моих и поворачивает голову к стене. — ты на меня сильно давил, настаивал на этом аборте, но... я не хочу терять этого ребёнка. Пусть мне всего лишь восемнадцать, но я не могу просто взять и избавиться от него. Я уже очень люблю этого малыша. Я ведь не заставляю тебя давать мне деньги на врачей, или ещё как-то обеспечивать. Ты можешь и не признавать этого ребёнка, но я от него никогда и ни за что не избавлюсь, — говорит Агата, всхлипывая.
От её слов к моим глазам тоже подступают слёзы, но я сдерживаю себя и не даю пролиться ни капли.
— когда я пошла в больницу по твоему указанию, даже эти таблетки выглядели зловеще! У меня рука не поднялась убить своего ребёнка. Лучше пусть он растёт без отца, но растёт. И он будет здоровым малышом! Я отдам ему всю свою заботу и любовь, как за двоих!
— тише, Агги, тебе нельзя волноваться, — кладу свою голову на бёдра девушки, а свою правую руку кладу ей на живот. Так мы лежим в полной тишине, слышны лишь её всхлипы...