Sonic: Тёмные легенды

С помощью изумруда Пустоты Шедоу использовал хаос-контроль и уже стремительно мчался в лабораторию доктора по коридорам, известным ему до мелочей. Еж сразу же нашел вход в башню крепости, где он впервые очнулся после долгих лет забвения с темной душой и без каких-либо воспоминаний о том, кто он такой и кем был раньше.

Изумруд Шедоу засиял сильнее, когда в бесцветном мире Пустоты еж отыскал небольшую комнату на втором этаже, где доктор проектировал свои будущие изобретения. Стены заполняли чертежи механических деталей монстров вперемешку со схемами внутренних процессов изумрудов Хаоса. Части похожего на птицу существа ожидали своей сборки на рабочем столе среди неизвестных миру инструментов. Эггман сидел за этим столом при свете нескольких ярко сияющих кристаллов вместо привычных свечей. Он просвечивал ими фиолетовый изумруд Иллюзий, разглядывая камень через специальные очки, а затем недовольно бубнил, когда записывал свои наблюдения на отдельные листы.

Шедоу без колебаний вошел в комнату и привлек внимание Эггмана.

— Принес изумруды? — спросил доктор, оборачиваясь. — Хотя бы ты порадуй меня, Шедоу. Денек сегодня выдался не таким фантастическим, как я надеялся. Изумруд Иллюзий потух, а криворукий Орбот во время примерки нового камзола уколол меня булавкой! Теперь он безрукий Орбот.

— Не сочувствую тебе, Эггман. Сейчас твой день станет еще хуже, — ответил еж и призвал хаос-копье — магический разряд молнии, подчиняющийся Шедоу. — Прощайся с жизнью.

Доктор чудом успел увернуться, когда смертоносный разряд ударил в один из светящихся кристаллов на его столе. Освободившаяся из заточения энергия Хаоса взрывной волной разлетелась в пространство. Шедоу оглушило и ударило о стену с такой силой, что тот чуть не потерял сознание. В клубах пыли еж увидел повалившиеся на пол сломанные стеллажи, огонь, быстро расползающийся по бумагам, и Эггмана, который лежал на каменном полу и неистово кашлял.

Поднявшись, Шедоу было призвал еще одно хаос-копье, но тут же был схвачен за шею и отброшен в коридор железной рукой Метала.

Бессмертный рыцарь снова прибыл на помощь своему хозяину, но на сей раз Шедоу знал, что не проиграет ему, ведь он не был марионеткой, наученной сражаться по указке, в отличие от ожившего манекена. Используя хаос-контроль, он перемещался во время битвы, и, выбирая выгодную позицию, наносил точные выпады. Так Метал лишился сначала одной руки, затем второй и, в конечном счете потерял голову в виде пустого шлема, укатившуюся во мрак по ступенчатой лестнице в конце коридора. Но победа над Металом не была настоящей целью ежа.

— Хаос-копье! — призвал молнию Шедоу и замахнулся на доктора, когда тот показался из комнаты, держа перед собой схему Лаигии. Руны артефакта светились на одной из четырех сторон, а вершина была направлена на ежа.

Молния обернулась против своего носителя и поразила Шедоу, что тот взревел и задохнулся, упав на колени. Схема вырывала демона из его тела, возвращая того в заточение Мастер-изумруда, от чего еж корчился от боли рядом с железными останками Метала.

— Помойная крыса! Ты испортил годы моей работы! — кричал Эггман, глядя на Шедоу сквозь треснувшие очки. — Ты сломал моего лучшего воина! Твой маленький ежиный мозг даже осознать не сможет, сколько магии изумрудов я на него потратил. Теперь придется чинить его три столетия! Кого теперь я должен посылать на турниры убивать рыцарей? Того уродливого дикобраза, утонувшего в фонтане? Кто теперь сразится с Соником?! Смерть будет для тебя слишком милосердным исходом! Я сделаю тебя одной из тех безмозглых тварей…

Вся крепость содрогнулась, когда прогремел еще один взрыв. Эггман побагровел от гнева и деактивировал схему Лаигии, пнув от злости перчатку Метала, которая еле двигала пальцами, и приказал:

— Вставай, ежиное отродье!

Шедоу кое-как пришел в сознание. Остановившееся сердце снова наполнилось жизнью, и он поднялся на слабых ногах. Еж впервые испытал на себе магию схемы и понял, как страшна ее сила для демонической тени. Пока схема находится в руках Эггмана, Шедоу не увидит свободы и никому не сможет помочь ее обрести.

— Топай отсюда на поверхность за ехидной и притащи его сюда живым! Наклз должен очистить отравленный Старлайном изумруд Иллюзий и все остальные, которые я заполучу! Если ты и с этим не справишься… — доктор направил на ежа вершину схемы.

— Хранитель здесь, — ответил Шедоу, закрывая себя рукой в попытке защититься. — Этот взрыв — его работа.

Руж едва успела спрятаться за полуразрушенной каменной стеной и прижалась к холодному полу после сигнала Наклза, и тот неожиданно для нее швырнул в резервуар тяжелый камень. Магия Хаоса разорвала кристалл на мелкие осколки и ударила в стены с сокрушительной силой. Руж закрыла уши руками и почувствовала, как вся крепость дрогнула от взрыва. С потолка древнего строения посыпалась пыль и каменная крошка. Страшное механическое чудовище в виде паука, которое ожидало своего пробуждения рядом с резервуаром, разлетелось на месте. Та же участь ждала и остальных безжизненных монстров в этом зале, которые так близко находились к источникам энергии и все же не успели заполучить даже маленькой ее доли.

Пусть Наклз и Руж нашли в старой крепости зал с резервуарами, заветной схемы Лаигии здесь не оказалось. Но уходить на поиски, оставив Эггману запасы энергии, было бы в корне неправильно. Спустя какое-то время хранитель нырнул в то же укрытие и закрыл собой летучую мышь.

— Сейчас взорвется еще один, — сказал ехидна, — после этого бежим отсюда подальше. Они сами будут взрываться один за другим.

— Я не то имела в виду, когда говорила опустошить резервуары! Их не нужно было взрывать, а тихо лишить магии с помощью кольца, умник! Сейчас сюда сбегутся все уроды из города! Где твое кольцо?!

Новый взрыв заглушил ответ Наклза. Не мешкая, он поднялся и, схватив Вайтбэт, побежал вместе с ней по длинному коридору, слабо освещенному зелеными кристаллами.

— Что ты сказал? — переспросила Руж на ходу и взлетела над ехидной.

— Я сказал, у меня нет кольца! — повторил хранитель и иронично добавил: — Я не собирался делать тебе предложение в такой ужасной обстановке.

Наклз остановился, когда увидел во мраке движение большого, очень большого существа, заслоняющего собой весь проем. По мере приближения оно стало напоминать насекомое, многоножку. Механическая тварь, оснащенная одним светящимся глазом, лязгала острыми, зубчатыми металлическими лапами по каменному полу, и скрежетание ее шестерней отражалось зловещим эхом.

— По-моему, подходящая обстановка, чтобы сказать тебе «нет», — ответила летучая мышь.

Заметив, что чудовище ползет низко к полу, Руж схватила Наклза под руки и подняла его в воздух, чтобы не тратить время на бессмысленное сражение, когда схема Лаигии все еще не найдена. Но монстр не дал беглецам сбежать, подняв на задних лапах всю переднюю часть своего панцирного тела. Руж с криком отпрянула, когда многоножка выросла перед ней, обнажая брюхо с ярко сияющими кристаллами.

— Подбрось меня, я снесу голову этой твари! — скомандовал Наклз.

— Держись!

Руж взмахнула крыльями и в воздушном вихре бросила хранителя прямо в голову монстра. Сила кулаков Наклза не зря пользовалась известностью в Грин Хилл еще с тех пор, когда он был королевским рыцарем. Крепления металлических пластин не выдержали и раздробились под ударом ехидны, обнажив внутренние механизмы головы. Монстр извивался в бессилии, старался сбросить с себя врага, который неустанно уничтожал его сложные конструкции, пытаясь добраться до центрального кристалла с магией Хаоса.

Вайтбэт тоже не теряла времени: она вооружилась кинжалом и атаковала многоножку снизу. Летучая мышь, опасно маневрируя между острыми лапами, всадила кинжал между пластин брюха чудовища. Но лезвие не достало кристалл внутри монстра, тогда Руж нажала на инкрустированный в гарду синий камень и удлинила лезвие клинка. Тут же она увидела, как пластины покраснели, и поспешила выкатиться из-под многоножки, чтобы не оказаться раздавленной грудой металла.

Тело и голова механического монстра взорвались почти одновременно. Планируя по воздуху с высоты, Наклз приземлился рядом с летучей мышью, удовлетворенно наблюдающей за их общей работой. Огромный монстр, сила которого казалась абсолютной и неуязвимой, распался на части, превратившись в гору железного мусора.

— А неплохо получилось, правда? — сказал довольный хранитель, повернувшись к Руж.

Та согласно улыбнулась и вернула короткий клинок в ножны на поясе.

— Поторопимся, Наки.

— Вот это правильно, хорошая мышь! — раздался знакомый мужской голос где-то в глубине коридора, и Руж оцепенела на месте. — Я думал, ты окажешься такой же бесполезной, как Шедоу. Спасибо за подарок! Как раз хотел дикую ехидну!

Наклз вышел вперед, заслонив собой Вайтбэт перед злодеем. Доктор подходил к ним, сжимая схему Лаигии в руке. Его сопровождало механическое устройство, напоминающее такого же гигантского паука, который взорвался в зале резервуаров. Пространство на полу и стенах позади ученого заполняли чудовища поменьше. Со стороны, откуда вылезла многоножка, тоже слышался топот металлических ног. Но хранителя удивило не количество окруживших его монстров, а то, что среди них был Шедоу. Еж не пытался напасть на Эггмана, он даже не вымолвил ни слова, когда обнажил меч, выходя навстречу ехидне.

— Что ты с ним сделал, Эггман? — мрачно спросил Наклз, все еще не в силах поверить, что маршал рыцарей Грин Хилл мог оказаться предателем.

— О, я ничего не делал, твердолобый приятель. Шедоу всегда был моим агентом. Никто не виноват в том, что вы так невнимательны.

Наклз повернулся к Руж и обнаружил направленный к его шее острый клинок.

— Ты сказала, что хочешь измениться.

— Сказала, и ты мне поверил. Вспоминаешь, на что это похоже? Теперь моя очередь бросить тебя в западне.

— Какая драма, Руж! — иронизировал доктор. — Отойди в сторону, мышь, мой выход! Взять хранителя! Не ты, Шедоу. Хочу испытать новую механику.

— Хорошо, Эггман! — ехидна был готов к бою. Оттолкнувшись от пола, он стремительно побежал на доктора. — Я как раз собирался обучить тебя манерам, прежде чем заберу схему, оторву головы всем твоим монстрам и взорву каждый кристалл в этом городе!

Паукообразная тварь, заслонявшая Эггмана, атаковала Наклза, пытаясь схватить того несколькими когтистыми лапами. Монстр успел оставить несколько глубоких ран на руках хранителя и запустить в его плечо острые клыки перед тем, как лишиться передних конечностей. Ехидна стерпел боль от укуса, и паук быстро пал, раздробленный сильными кулаками.

Эггман уже расслабился и почувствовал себя в безопасности, когда Наклз выполз из-под механических обломков чудовища. Хранитель был ранен и полностью обессилен. Сопротивляясь яду паука, он сделал очередную попытку подняться, но не смог. Ехидна опустился на колено, и доктор победно улыбнулся, глядя на перекошенное от гнева и стыда лицо Руж.

Летучая мышь отвела взгляд. Она ожидала получить куда более приятные эмоции от долгожданного возмездия. На протяжении долгих лет Наклз был одним из немногих, кто смог разглядеть и искренне поверить в ее лучшую сторону, он видел в ней не только подлую преступницу и все это время продолжал защищать ее, рискуя жизнью. Еще ни одно совершенное злодеяние не вызывало у Вайтбэт на столько сильного чувства вины.

В этот же момент мир перед глазами ученого окрасился цветными пятнами, и Эггман больно ударился о каменный пол, сбив собой одного ползучего монстра. Наклз опустил руку после последнего удара в челюсть доктора и поднял схему Лаигии. Несколько рун на ней засияли, когда ехидна применил заклинание исцеления от проклятия. Магия, погрузившая Соника в сон, вернулась к своему началу — в Мастер-изумруд.

Соник распахнул глаза, словно очнувшись после долгого кошмара. Еж обнаружил себя на твердой кушетке в темной, холодной палате. Он приподнялся на локтях, осмотрелся по сторонам, вглядываясь в черные углы.

— Эй! — позвал он пустоту. — Есть тут кто?

Но лишь короткое эхо собственного голоса было ему ответом.

Жажда мучила ежа невыносимо. Соник отбросил одеяло, чтобы встать и найти воду, и как сильно он обрадовался, обнаружив единственный источник света — сияющее кольцо хранителя на его запястье.

— Спасибо за помощь, друг, — улыбнулся еж.

Шедоу не хотел упустить свой шанс на свободу. Он ринулся с места, чтобы забрать схему Лаигии из рук теряющего сознание хранителя и, наконец, окончательно покончить с Эггманом. Доктор быстро пришел в себя после болезненного удара и сразу же скомандовал армии механических существ атаковать вышедшего из-под контроля Шедоу, а также всех, кто вздумает следовать его примеру. Руж поступила именно так, почти не раздумывая. Приближавшихся к Наклзу монстров она разбивала одного за другим, не позволяя им схватить ехидну.

Заполучив схему Лаигии, Шедоу поднял над собой изумруд Пустоты, готовый призвать сильнейшую форму хаос-копья, но неожиданно для себя обнаружил, что магия в камне испорчена. Благо, он не успел использовать ее, иначе это привело бы к ужасным последствиям. Тоже случилось с изумрудом Иллюзий Эггмана. Еж сделал неприятный, но очевидный вывод, что, возможно, яд, отравляющий магию Хаоса, сможет добраться до него самого, превратив в жестокое чудовище.

— Руж! Я вытащу хранителя отсюда! Бери схему и улетай! — позвал Шедоу, отрубив голову змеевидному монстру, чтобы пройти к Вайтбэт.

Летучая мышь вонзила клинок в шейные механизмы крысы, и разбитый кристалл Хаоса взорвался, уничтожив, кроме носителя, еще три железных твари. Шедоу отдал ей схему Лаигии и крепче сжал меч, готовясь к следующей атаке.

— Лети к королю и расскажи ему все! Пусть пошлет сюда рыцарей! Скажи, что мы ждем подкрепления!

— Обещай, что не погибнешь, — сказала Руж перед тем, как взмахнуть крыльями и исчезнуть в темноте длинного коридора.

Еж только раздраженно хмыкнул на прощание и разрубил еще несколько мелких приспешников злодея, но увидел еще трех огромных пауков, движущихся в его направлении.

Эггман, потирая челюсть, твердо стоял на месте в предвкушении своей неизбежной победы.

— Сколько раз я предупреждал тебя, что жизнь намного проще на моей стороне, Шедоу.

Стремительно вылетев из окна крепости, Руж поднялась высоко над Кристальным городом и встретилась с кишащим монстрами адом. Встревоженные магическими взрывами чудовища повылезали из укрытий и наводнили древние улицы. На мгновение Вайтбэт подумала вернуться и попытаться спасти друзей, но вовремя поняла, что это безнадежная идея и стремглав помчалась к выходу на поверхность, сжимая схему Лаигии в руках. Возможно, умей она пользоваться этим артефактом, могла бы помочь всем.

При входе в погребенный замок, Руж уловила чье-то приближение и поторопилась добраться до зала, пол которого наполовину был превращен в бассейн. Нарастающая тревога от приближения неизвестного живого существа заставляла Вайтбэт лететь еще быстрее. Она свернула под арочный вход и взмыла вверх к одному из кристаллов, растущих из стены. Летучая мышь заставила дыхание успокоиться и затаилась, приготовив острый клинок для встречи со своим преследователем. Внимательно прислушавшись, Руж ожидала появления хотя бы отдаленного звука шагов, но кроме журчания падающей воды из подземного источника, она не услышала ничего. Спустя некоторое время под аркой появился некто очень необычный. С высоты летучая мышь разглядела только капюшон темного плаща, однако незнакомец был окружен слабо мерцающей бирюзовой аурой, которая поднимала его над землей, словно призрак. Благодаря этому неизвестный передвигался абсолютно бесшумно.

Преследователь оглянулся и пересек половину зала, пролетев над водой. Руж убедилась, что он ищет именно ее, потому как пытался выследить ее путь на поверхность. Дождавшись удобного положения, Вайтбэт оттолкнулась от стены и напала на него сверху. Клинок летучей мыши легко достиг бы своей цели в спине незнакомца, если бы ее рука магическим образом не замерла на месте. Все ее тело остановилось, захваченное самим пространством.

Неизвестный повернулся к ней, Руж увидела его лицо. Это был белый еж, которого она не знала. Значит, не агент Эггмана. Возможно, из-за того, что гвардейцы Старлайна не справляются, он нанял колдуна, чтобы тот выследил ее и нашел лабораторию доктора.

— Слушай, если ты пришел от Старлайна, я…

— Нет, — сказал еж не так резко, как Руж ожидала услышать. Скорее, печально или растерянно. Означает ли это, что на самом деле он не желал ей зла?

Однако рука Вайтбэт самопроизвольно протянула незнакомцу схему Лаигии и разжала пальцы, когда тот любезно забрал артефакт, из-за которого жизнь ее друзей прямо сейчас висит на волоске.

— Эй, подожди! — протестовала Руж. Тем временем еж уже покидал зал. — Ты знаешь, что это такое, Хаос тебя дери?! Верни мне это или всему королевству придет конец!

— Я спасаю свою империю, — только и ответил он, скрывшись в темноте туннеля.

Стоило летучей мыши снова почувствовать свободу движения, она тотчас ринулась вдогонку. Промчавшись по земляному туннелю, она не нашла ни своего грабителя, ни пугавших ее иллюзий. Выбравшись из подземелья, Руж взлетела высоко над рекой, и свежий ночной ветер обдал ее лицо приятной прохладой, которой так сильно не хватало в мертвом Кристальном городе. Небосвод давно украсили мириады сияющих звезд, лес спал, но его живое, едва уловимое дыхание после выхода из затхлой пещеры был для Вайтбэт успокоением. Мир под луной казался бесконечно огромным. А белый еж, похитивший схему Лаигии, скрылся в ночной тиши.