Часть 4
Ошейник сдавливал горло, и от недостатка кислорода начинало темнеть в глазах. С момента, как Атралиса притащили сюда, прошло около двух часов, но время среди этих сырых заплесневелых стен тянулось невероятно долго. Может, это его конец? Сейчас с него сдерут шкуру, голову повесят на стене в качестве трофея, а из шерсти сделают нитки, которыми слуги будут подшивать свои дырявые подштанники. Как унизительно...
А еще Атралис так ничего и не съел с самого утра, поэтому желудок выбрал лучший момент, чтобы привлечь к себе внимание и во всей красе исполнить арию кита в брачный период.
— Может, хоть куропатку вяленую ему дать? — один из надзирателей наклонился к своему коллеге. - Нам же влетит, если он тут загнется.
— Можем костей бросить, — ответил тот сухо. — Если он самозванец, с нас спроса не будет.
Атралис не удержался и хмыкнул себе под нос:
— Кости, надо же... Так мило, что вы готовы поделиться со мной своим обедом.
Выражения лиц этих двоих были бесценны. Правда Атралиса в этот момент от лезвия под ребром спас приход кого-то настолько важного, что эти крашеные солдатики при одном лишь шорохе встали по стойке смирно. Что-то в коридорах скрипнуло, и от стен эхом отразились чужие шаги.
Он ожидал встретить кого угодно: двухметрового палача с топором или какого-нибудь богатенького чинушу, желающего выкупить его. Но к ним вышел невысокий юноша в расшитом золотом одеянии. Если бы не пятно на щеке, Атралис бы даже не узнал в этом уставшем щуплом мальчишке будущего короля. В жизни кожа Каана казалась неправильно бледной для типичного медного оттенка коренного симмарца, смотрел принц хоть и холодно, но как-то неуверенно. Впавшие скулы, синяки под глазами, худощавые руки - вряд ли этот парень вообще видел солнечный свет за последние пару лет.
— Пока ты не проявляешь агрессии, — начал юноша немного хрипло, — я тебе не враг. Назовись.
Паралуман медленно склонил голову.
— Меня зовут Атралис, я прибыл из окраинных земель Симмара. Мой ныне покойный хозяин, господин Тахиб, желал преподнести меня Вам в качестве подарка к восхождению на престол, но, увы, дворцовая охрана, — он косо глянул в сторону стражников, — не верит моим словам. Ах, как печально. А ведь я надеялся стать для Вас надёжным компаньоном...
Он не был уверен, что Каана убедила эта ложь, но гвардейцы нервно переглянулись. Принц смотрел долго и практически не моргал.
— Снимите ошейник.
Стиснув зубы, надзиратели принялись исполнять приказ, и Атралис наконец-то жадно вздохнул. Вероятно, он поживет ещё пару часов, если только мальчишке не взбредет в голову поставить на нем какие-то эксперименты.
— Благодарю, мой Господин.
— Не стоит, — губы Каана расплылись в еле заметной улыбке, но, словно напомнив себе поддерживать образ строгого правителя, он снова нахмурился. — Кхм. Следуй за мной.
Несмотря на жару на улице, тюремные подвалы всегда были скованы ледяной сыростью, от которой шерсть Атралиса то и дело вставала дыбом. Еще и запястья ныли от долгого связывания...
Ничего, это все временно. Он уже у цели.
Они вышли на свет, и паралуман прищурился. Вот он, дворец во всем своем великолепии с его ослепительным интерьером! Назначения многих вещей Атралис не знал, но подсознательно понимал, что это лишь куча бессмысленного блестящего барахла. Неужели людям и правда это нравится?
Взгляд спустился до тощей фигурки Каана. От него пахло чаем и... спокойствием? Атралис не любил людей по многим причинам, но почему-то рядом с этим мальчиком ненависть начинала испаряться. Наверное, это все из-за магии.
Но лучше не забываться. В конце концов именно человеческая жадность разделила паралуманов.
— Нелегко тебе, наверное, пришлось, — Каан заговорил уже мягче. — Прошу прощения, если мои люди тебя задели.
Атралис тряхнул головой, отгоняя тяжелые мысли.
— Все в порядке, Господин. Это же все меры безопасности.
"Нужно играть для него хорошего мальчика. Но, кажется, он пока доверяет."
Встречавшиеся по пути слуги косо глядели на незнакомца, хотя никто из них не посмел произнести вслух ни слова. Принц обратился к кому-то из них с просьбой подать обед в его покои, и после одного строгого взгляда будущего короля все эти сплетники разбежались по своим делам. Оставалось лишь гадать, как быстро весь дворец узнает о прибытии непрошенного гостя.
Каан провел паралумана в свои покои и, напоследок убедившись, что в коридоре никого нет, закрыл дверь.
— Здесь нам не помешают.
Юноша жестом разрешил Атралису сесть в кресло. Тот сначала задумался, нет ли здесь подвоха, но все же принял такое любезное предложение и вальяжно устроился в кресле, вытягивая уставшие от долгого пути лапы.
— Я хочу поговорить с тобой, — Каан задумчиво бродил по комнате туда-сюда, но все же сохранял дистанцию и держался ближе к выходу. — Как ты попал в Симмар?
— Мой Господин, — он на всякий случай поклонился, хотя мальчишка почти не смотрел на него, — я же Вам уже рассказывал...
— Нет, — перебил его Каан. — Я имею в виду настоящую причину. Ты ведь не Отступник.
И вот тут уже Атралис напрягся по-настоящему. Голос зазвучал откуда-то из недр самой сущности, а когти нервно вцепились в кресло.
— Как ты это понял?
Каан с интересом глянул на своего собеседника. Кажется, разница в росте вообще не была для него помехой.
— Шерсть Отступников имеет более яркий оттенок, но не знающий человек разницы не заметит. К тому же твой хвост покрыт мелкими шрамами, а значит, ты часто пользуешься им как дополнительной конечностью. Подобный принцип наблюдается у опоссумов, обезьян и некоторых грызунов.
Он говорил ровно, без запинок, словно был отвечающим у доски отличником. Разве что в голосе прослеживалась нездоровая хрипотца.
— Но самое главное, — добавил Каан, откашлявшись, — твои глаза.
— А что с ними? Тоже какой-то оттенок странный?
— Нет. У тебя непокорный взгляд. Ты явно не привык подчиняться.
Со стороны паралумана донеслась кривая усмешка, и Атралис отвернулся.
— Надо же, сначала сравниваешь меня с крысами, а потом делаешь комплименты, — кончик его хвоста раздраженно метался из стороны в сторону. — Но надо отдать тебе должное, ты... очень наблюдательный.
Улыбка на лице принца стала еще шире.
— Мне нравится наблюдать за животными. Если бы не престол, я бы с удовольствием отправился куда-нибудь в леса или в Южную пустыню, чтобы изучать разных живых существ. Говорят, в песках водятся скорпионы? Я их только на картинках видел.
— О, и не только скорпионы. Там еще водятся ядовитые змеи и пауки, мохнатые такие, у-у-у!
— Тарантулы? Ого! — если паралуман и надеялся, что это испугает Каана, то он очень ошибся. — Нам надо будет как-нибудь вместе выбраться!
И, словно ругая себя за свои же желания, парень вдруг притих, а жизнерадостная улыбка стала медленно сползать с лица.
— Нет. Забудь. Никаких "нас", — он отошел к окну и, оперевшись на перила, поднял взгляд к небу. — Тебе в любом случае здесь не место. Сегодня ночью я снаряжу для тебя карету, и тебя вывезут в пустыню. Тебе нельзя оставаться среди людей.
Нет, так дело не пойдет. Покидать это уютное кресло с кучей подушек не хотелось, но Атралис все же составил Каану компанию у окна. Вид из него открывался шикарный: с самой высокой части полуострова были видны все близлежащие кусочки архипелага, рассыпанные по водной глади и сшитые мостами подобно лоскутному одеялу. В королевских покоях повисло задумчивое молчание.
— Если Подлинный проник в самый центр Симмара, — шепот Каана нарушил тишину, — значит, он владеет невероятной силой и способностью скрываться, и скорее всего это кому-то было нужно. Если бы ты искал моей смерти, то убил бы меня еще на выходе из подземелья. Но ты этого не сделал. Почему? Что ты такого ищешь, что тебе пришлось открыто врать и так далеко заходить?
В янтарных глазах Каана читалось недоумение с оттенком страха, а груди Подлинного заскреблось тошнотворное раздражение. События и правда слишком быстро развиваются.
— Что же, во многом ты прав, — Атралис сложил руки на груди, что буквально означало: "я не намерен нападать". — Я действительно пришёл сюда не просто так. Ты знаешь, земля слухами полнится, поэтому даже до моего города донеслась новость, что среди людей появились колдуны. Чтобы убедиться, я решил проверить это лично. Мой народ живёт в страхе, но раз уж у нас с тобой получилось найти общий язык, может ли это стать началом чего-то большего?
Сиплые вздохи выдавали крутящиеся в голове мальчишки сомнения. Тонкие черные брови сошлись домиком.
— Я не хочу становиться королем. Миран больше подходит на эту роль, но отец настаивает на том, чтобы преемником стал я, и все из-за...
Каан снова закашлялся, но все же показал Атралису свою руку, в которой горело бледно-голубое пламя.
— Прости, я никак не могу вылечиться, — прошептал Каан в ответ на немой вопрос своего собеседника. — Наверное, у моря продуло...
Но паралумана сейчас куда больше интересовал огонек, который вспыхнул в человеческой руке прямо из ничего.
Это была она. Древняя Магия.
Та самая, про которую говорила Инора и которой на протяжении многих веков владеют только благородные Подлинные.
Сила, из-за которой люди безжалостно вырезали его предков, а сейчас содержат его сородичей как домашних питомцев.
— Скажи, а ты... давно колдуешь? — Атралис постарался поинтересоваться как бы ненароком, хотя сдерживать противоречивые чувства было сложно.
Каан задумался.
— Сколько себя помню, всегда мог, но магия во мне будто не стабильна. Голова часто болит после простых заклинаний. Наставник говорит, что такое бывает на первых порах, но я ведь давно занимаюсь...
Они еще какое-то время стояли молча, лишь вечная одышка Каана пробивалась сквозь тишину. Но к Атралису вдруг пришла безумная идея.
— Я мог бы помочь тебе с твоей проблемой, — начал он, театрально сложив лапы за спиной, — но, увы, ты просишь меня вернуться.
В завершение своего перфоманса Атралис драматично закатил глаза и, отвернувшись, встал чуть поодаль, чтобы быть на виду, но оставаться недосягаемым.
"Соглашайся. Я для кого тут из себя актёра строю?"
Нижняя губа принца как-то печально подернулась. Кажется, Каан терялся в сомнениях.
— Но тогда тебе придется играть моего слугу. Тебя же быстро раскроют.
В дверь в этот момент постучали. Уши Атралиса прижались к затылку, и паралуман сделал шаг назад. Каан же оставался спокойным. Он прочистил горло и, кивком показав своему новому знакомому, что все в порядке, произнес:
— Войдите.
Дверь приоткрылась. На пороге с привычной добродушной улыбкой показался Мьюм. Он держал в лапах золотой резной поднос с фарфоровой чашкой, из которой убегали призрачные клубки пара.
— Господин, я принес Вам... — слуга вдруг замер и при виде постороннего в покоях хозяина понизил голос, — жасминовый чай...
Атралис прищурился. Этот Отступник оказался низкорослым, и, как и отмечал Каан, шерсть его действительно напоминала цветущий персик. Смотрел щенок испуганно, еще и хвост вон как прижался. Воспользовавшись моментом, Атралис кивком поприветствовал своего будущего коллегу, хотя в их немом поединке взглядов сейчас происходило куда более ожесточенное сражение, чем Каан вообще мог себе представить.
— Ах, Мьюм, спасибо, — принц сделал шаг чуть в сторону, чтобы представить паралуманов друг другу. — Знакомься, это Атралис, наш новый друг. Атралис, это Мьюм.
— Очень рад знакомству, — Подлинный расплылся в приторной улыбке от уха до уха. Мьюм молча проглотил эту издевку и перевел недоуменный взгляд на Каана.
— Я немного позже все расскажу тебе, — ладонь принца легла на рыжеватую макушку и с привычной дружеской заботой потрепала за ухом, — а пока у меня есть к тебе поручение. Завтра ты покажешь Атралису дворец и расскажешь про все правила, а сейчас нужно выделить ему комнату.
Мьюм собирался было возразить, но слова встали поперек горла.
— Как прикажете, Господин.
И, поклонившись, он отошёл к выходу. Тяжёлый хриплый выдох нарушил повисшую в комнате тишину.
— Что ж, — Каан потёр переносицу, — раз ты остаёшься здесь, я хочу попросить тебя стать моей личной охраной, однако остальным я представлю тебя как фаворита. Ты обязуешься защищать меня, я в свою очередь также гарантирую тебе ответную безопасность в стенах дворца.
Принц помрачнел и вдруг заговорил с меньшей официальностью.
— У меня плохое предчувствие. Но полагаю, что нам с тобой еще многое предстоит обсудить.
Атралис взвесил все "за" и "против" и протянул юноше лапу:
— Я согласен.
Каан ответил на рукопожатие.
Уже в своих покоях Атралис первым делом запер дверь, и следующие минут пять он простоял посреди комнаты абсолютно неподвижно. Плечи и спина ужасно ныли от непривычного для себя положения, а тело ощущалось бесформенным мешком ваты. День действительно выдался чумовой, но по крайней мере Атралису удалось добиться одной из своих целей — он смог поселиться среди людей.
Стоило сообщить об этом Иноре.
Он вырвал страницу из какой-то запылившейся книги и где-то в ящике нашел чернильницу. Пера под рукой не оказалось, пришлось писать когтем по пожелтевшей поверхности, выводя угловатые каракули: "Я во дворце. Теперь я фаворит." Подчиняться и следовать чьей-то указке Атралис действительно не любил, ему и Иноры порой хватало, а уж служить человеку тем более означало наступить на горло своей гордости. Но он должен играть хорошего мальчика для этого малолетнего шкета, иначе Подлинные обречены на вымирание.
Атралис сложил письмо пополам и окружил его магической аурой. Сгусток маны стал преображаться, и совсем скоро с ладоней мага вспорхнула черная дымчатая птица, устремившаяся в просторы ночного неба. Атралис проводил ее взглядом и плюхнулся на диван в гору подушек.
Об остальном он подумает завтра.