Поиски Черной Вдовы
Солнечная Вильнера манила своими яркими флагами и сладкими запахами. Из каждого угла раздавался мелодичный голос, зазывая к себе в гости. В преддверии карнавала в честь дня осеннего равноденствия люди всполошились, они лихорадочно шили себе новые платья, пекли горы свежего хлеба и украшали оранжевыми лентами городские улицы. Среди всей толкотни бесчисленного количества прохожих Девиль шел с гордо поднятой головой, аккуратно отступая в сторону, когда это было нужно. Его ничуть не смущало полное отсутствие свободного места на улочке, даже находясь в этой "консервной банке", вор ощущал себя здесь как дома.
— Не высовывайся почем зря.
Пробубнила Стрипта, скрывая свое маленькое тело под плащом с капюшоном. Выделяться среди толпы было нельзя, особенно в таком большом городе, где на каждом углу можно встретить стражника, истребителя или астранха. Сей следовала за этими двумя, постоянно отставая и нагоняя их. За свою жизнь она так и не привыкла к огромной толпе и переполненным улицам, каждый ее шаг был неувереннее предыдущего, подол синего полупальто казался настолько длинным, что она постоянно проверяла, не запутались ли в нем ноги.
— Да ладно тебе, Стрип! Мы же в Вильнере — самом живом городе Кольстении!
Вдохнул Девиль запахи свежеиспеченного тыквенного пирога из пекарни неподалеку и развел руками в стороны.
— Живой не живой, нам работать надо.
— Какая же ты скучная.
Надул губы вор и перевел взгляд назад.
— А ты что думаешь?
В этот момент Сей толкнул в плечо прохожий, от чего она вляпалась в мерзкую лужу на дороге. Девушка рявкнула и поравнялась с командой.
— Надо быстрее найти Вильнерскую музу этого болвана и свалить отсюда.
Стрипта плотнее натянула капюшон от накидки на голову, стараясь скрыться от солнечных лучей. Только вор хотел начать в трех актах описывать, как им повезло попасть в столицу в это время года, как какой-то рослый мужчина с приплюснутым от постоянных драк носом одной рукой оттолкнул Девиля от общего потока людей. Вор отшатнулся к темному закоулку, толпа будто выплюнула его и пошла дальше. Юноша в крысином балмакаане ударился рукой о стену, в которую тут же его вжал неприятный мужчина с запахом перегара. Свободной рукой незнакомец выхватил из кармана листовку со свеженапечатанным молодым лицом с ярко выраженными скулами. Человек на изображении был точь в точь похож на Девиля, если не учитывать, что харизму и наглость вора нельзя было загнать ни на один листок.
— То-то мне твоя рожа знакома.
Выплюнул незнакомец и грозно окинул взглядом зажатого им юношу. Девиль же устало выдохнул, стряхнул ворсинки с пальто и забрал листовку.
— Сэр... Посмотрите внимательнее на этого мужчину. А теперь взгляните на меня. Вам сразу станет понятно: у меня совершенно другой нос! Ну а если я, обычный законопослушный гражданин, что-то там вам задолжал, то всегда можно договориться.
Оппонент вора оскалился и провел пальцем поперек своего горла.
— Жену мне как возвращать будешь, умник?
— Жену? Какую еще жену? Я людей не похищаю, к вашему сведению.
— Санет!
Глаза мужчины чуть не выпрыгнули из глазниц от ярости, когда он произнес это имя. Девиль же просто почесал макушку и задумался.
— Да много я женщин знаю, на самом... Погоди, так ты про ту самую Санет?! У которой фигура подстать грациозной лани и грудь как два наливных яблочка, её глаза как глубь семи озер, а волосы подобны шелковой траве.
— Да!
— Извините, не знаю такой.
Поджал вор губы, а потом наклонился вниз, чтобы увернуться от мощного кулака, собирающимся встретиться с его лицом. Из под земли вылезла зеленая широкая лента, которая в один миг обвила рослого мужчину, закружив его. Сей лениво присела на колено, стараясь контролировать свой прут: она уже смирилась, что периодически придется вытаскивать вора из всяких передряг. Стрипта ринулась вперед, запрыгнула на мусорный бак и ухватилась за висящее на веревке полотенце, которое сбросила на обидчика спутника. После она прыгнула еще выше, забираясь на крышу. Одним кивком Стрипта показала следовать за ней.
Троица поднялась наверх и побежала по черепице. Вор устремился вперед всех — убегать от проблем подобно пугливому зайцу он уже давно привык. Сей нагнала его с левого бока и выкрикнула:
— Дернуло же тебя за язык! Промолчать не мог?
— Вырастешь — поймешь, как это здорово: хвалиться своими успешными похождениями.
На бегу выкинул Девиль, на что спутница только искристо засмеялась.
— Я постарше тебя буду!
— Да ну! Мне 26, а тебе на вид лет 16.
— Вообще-то мне 50.
Спокойно отвесила Сей, после чего вор аж соскользнул с крыши, упал с нее и встретился с красавицей-помойкой. Сей снова засмеялась и спустилась по трубе за ним, а Стрипта подошла к краю крыши, наблюдая, как черноволосая коротышка вытаскивает товарища.
— Может не будете отвлекаться, когда мы скрываемся от погони?
— Да что ты такая зануда? Никто за нами не гонится. У того человека до сих пор звездочки в глазах.
Сей отряхнула одежду и заметила, как на ее шортах расползлась дырка. Трубы в этом городе явно не любили, чтобы их использовали как пожарные шесты. Они такого не прощали.
— Вот черт!
— А нечего было в таких шортах по столице щеголять. Тем более осенью.
— Помолчал бы! Я в отличии от людишек не так к холоду чувствительна.
Стрипта более аккуратно спустилась вниз и покачала головой от их детских споров. С самого начала пути в Вильнеру эти двое только и пытались доказать друг другу, кем удобнее всего быть: человеком или мирикумом. Хотя первым из них никто не являлся. Сей слегка расстроенно перевела взгляд в сторону улицы, ее глаза сразу заметили пошивочную мастерскую с красивым названием, написанными витиеватыми буквами. Вход в это заведение украшали две белые колонны с обвитыми вокруг них пестрящими красными розами. Сей двинулась из закоулка, планируя решить там проблему с одеждой, как рука вора схватила ее за воротник и прижала к стенке. То же самое Девиль сделал и со Стриптой, вместе с командой вжимаясь в кирпичную кладку.
— Ты чего?
Удивленно посмотрела на него Стрипта, пока вторая коротышка пыталась вырваться из мужской хватки.
— Нам надо куда угодно, но только не туда.
Дверь мастерской распахнулась, и оттуда вышел уже известный всем Трам в новом изумрудном камзоле. Вслед за ним последовал и хозяин этого заведения: взрослый мужчина с завязанными лентой в хвост золотистыми волосами. Первым в его образе бросались в глаза не аккуратно подстриженная бальбо на лице или элегантный клетчатый костюм, а белые перчатки, которые так и кричали о том, что этот человек не любил излишних прикосновений к чему-либо, кроме своих швейных принадлежностей. Хозяин мастерской и истребитель о чем-то говорили, но закончили беседу настолько быстро, что только Сей успела расслышать своим монстрячьим ухом обрывки их бессмысленной для нее болтовни. Трам напоследок хотел пожать руку бородатому мужчине, но его собеседник лишь брезгливо кивнул и ушел обратно в свое заведение. Истребитель последовал его примеру и тоже удалился.
— Ты его боишься что-ли?
— Не пойми неправильно. Я очень люблю этот город, но добрая половина людей в нем меня на дух не переносит. Трам еще куда не шел, но с тем типом я сталкиваться даже в кошмарах не хочу.
— Тогда нам будет лучше разделиться, согласны?
Заключила Стрипта и отошла от стены. Она глянула на Сей, которая будто не слышала ее слов. Охотница набрала воздуха и крикнула ее имя.
— Ай, ты чего орешь?!
— Слушать надо, когда с тобой говорят.
— Неужели не понятно, что когда я концентрируюсь на звуке где-то там — Сей указала в сторону улицы — Звуки тут я стараюсь не замечать.
— Совсем забыла прочесть твои мысли.
Стрипта плотно сжала зубы и недовольно посмотрела на эту оборванку. С ее языка почти сорвалось что-то едкое, но вор плавно опустил руку ей на плечо, продолжая нужную тему:
— У нас толком нет никаких зацепок, кого именно мы ищем. Так что стоит проверить совершенно разные места.
— О, тогда я пойду туда! — обрадовалась Сей и указала на мастерскую — В таких местах обычно одеваются знатные и богатые люди города, так что я могу что-то разнюхать.
Она широко улыбнулась. Девушка ожидающе посмотрела на вора и выдвинула руку вперед.
— Чего?
— В смысле чего? Мне деньги нужны. Будет же странно, если я заявлюсь туда без гроша в кармане.
— С чего ты решила, что у меня они есть?
Делиться своим награбленным вор не любил. Он давно зарубил себе на носу, что будет работать в одиночку во всех вопросах, связанными с наличными. Но настоятельный взгляд спутницы и полное нежелание пересекать порог мастерской его убедили. Немного помявшись, он достал из своей бездонной сумки небольшой кошелек с фейрелями. В последний раз Девиль посмотрел на них, как-будто отправлял своих детей во взрослую жизнь, и передал Сей.
— Это последнее, что осталось, после того как кое-кто...
Хотел ругнуться Девиль, но уклонился от своего гнева.
— Упустил мою сумку из вида. Короче, деньги просто для вида, поняла?
***
Стрипта и Девиль протиснулись сквозь толпу к фонтану, чтобы перевести дух от слишком общительных лавочников. Вор только хотел что-то сказать, как его прервал противный голос маленького мальчика, продающего газеты каждому встречному. Он нагло подошел к нему и стал кричать на ухо:
— Кастельния изобрела колесницу смерти! Сядь за баранку и отправься к праотцам! Всего 2 фейреля за газету!
Стрипта поежилась от доставучести ребенка, достала из поясной сумки две монетки и всучила ему.
— На, отвали только.
Она раскрыла газету на странице, где говорилось о создании в предательски отсоединившейся части Кольстении некоего "автомобиля с двигателем внутреннего сгорания" — очередной убийственной машины, которая испортит естественность и нравы общества. Стрипта стала пролистывать газету в поиске чего-то более полезного. Искать информацию о никому неизвестной девушке было подобно поиску иголки в стоге сена. У команды родилась мысль посмотреть упоминания среди различных новостей города. Стрипта прищурилась, вор же смотрел в газету через ее плечо, стараясь не выдавать интереса. Девушка стояла минуту, две, пять. Ее глаза пробегали по знакомым символам, пытаясь выцепить хотя бы толику ясности в написанном.
— Ты чего так долго?
— А... я сейчас. Только вспомню...
— Это буква "В", если что.
— Да, я знаю. Просто...
— Ты читать что-ли не умеешь?
— Да умею я все! Забыла немного.
— Ты же была в церкви! Там должны учить подобному!
Возмутился вор и забрал газету. Он пролистал пару страниц, быстро окинул глазами информацию и заключил:
— Так, ненависть к другой стране, осенний карнавал, восхваление короля... Ну, здесь из интересного написано только про открытие нового трактира.
— А как ты это прочел? Ты же обычный вор из трущоб.
Глаза Девиля медленно ушли в сторону, а по лицу проползла неловкая улыбка.
— А ты как думала? Ворам нужно знать многое.
— Ладно... Тогда я в трактир. Там явно будет кого разговорить.
— Да, точно. Я тогда своих коллег поспрашиваю.
И они разошлись, стараясь не продолжать щепетильную тему для обоих.
***
Даже от самого роскошного и известного дома терпимости веяло разбитыми надеждами и благоухающим развратом. "Бутон", разросшийся из маленького тесного подвала в три до неприличия безвкусных особняка, принимал гостей с вечера до утра. В обеденное время музы этого места занимались гнетущим бездельем, пока не открывались двери, украшенные белыми камеями. Только тогда в распутных цветах просыпались страсть и кокетливость. И не было у жриц любви собственных имен, их звали по семенным сердцам. А если у какой-то девушки им оказывался не изящный цветок, а, например, капуста, бандерша лично придумывала, как ее обозвать. Зиада, хозяйка публичного дома, никогда не повторялась в названиях своих лореток, несмотря на то, что не существовало столько цветов, чтобы присудить по одному для каждой. В ход шли и вымышленные растения из поэзии и романов, для бандерши было важно подчеркнуть уникальность любой подопечной.
По середине дня в доме раздался настойчивый стук. Швейцар неторопливо подошел к дверям и претворил их. За ними показалась слишком галантно и в то же время безвкусно одетая для этого места женщина с хвостами цвета смолы. Тяжелые серьги с слепящими камнями едва ли не заставляли ее горделиво поднятую голову падать вниз, руки были окованы кучей жмущих браслетов, шея скована новым ожерельем, а талия стянута кожаным корсетом. Мужчина было хотел рыкнуть, чтобы приходила в рабочее время, как заприметил за ее спиной знакомое лицо. Ранее красивая и благоухающая любовью ко всему на свете девушка теперь выглядела для него совсем неестественной: теплая кожа стала серой и безжизненной, в глазах потух азартный огонек, а на его месте появилась звериная озлобленность к каждой пылинке, волосы вместо когда-то шелковистой радуги напоминали пожеванную коровой солому, из висков неестественно торчали два болта, изящно украшенные осколками рубина. И только они наделяли бывшую обитательницу этого дома былым очарованием.
Швейцар открыл им дверь и пропустил в дом, наполненный безвкусным вычурным интерьером. Эвианор со стуком каблуков вошла и изъявила желание говорить только с бандершей. Швейцар что-то промямлил, но в итоге ушел звать хозяйку дома. Всполошившиеся нежданными гостями распутницы выглядывали из кухни и не могли поверить своим глазам, как и швейцар. Им было страшно подойти к их бывшей подруге, тем более когда рядом с ней стояла Эвианор.
Сверху послышались легкие шаги — к ним спустилась бандерша: худенькая женщина с вьющимися до плеч волосами, она опиралась на серебряную трость, но выглядела так, словно никакая поддержка ей не требовалась, лицо с нарисованной над губой родинкой казалось молодым, но возраст выдавали собирающиеся в паутинку морщины вокруг глаз. Зиада прошла вперед в легком как тающий сахар платье фиалкового цвета, заставляя подол следовать за ней подобно стелющемуся дыму. Она высокомерно окинула гостей взглядом, закурила мундштук и кивнула в сторону своего кабинета.
Эвианор и ее спутница последовали за хозяйкой, ловя на себе удивленные взгляды обитательниц дома, мельтеша всюду в панталонах и пижамах. Бандерша запустила женщин в свой кабинет и плотно закрыла дверь. Она прошла к туалетному столику с зеркалом и стала рассматривать свои платиновые кудри.
— Я думала, ты умерла.
Заговорила Зиада, смотря через зеркало в сторону Мэри Шелли.
— Так и есть.
Лениво протянула девушка. Бандерша отпрянула от своего отражения и обошла гостью пару раз, проводя пальцами сквозь ее волосы.
— Жалко, если честно. Гостям ты нравилась. Они еще несколько месяцев потом спрашивали, где тебя искать. Я говорила всем, что тебя выкупил у меня некто до неприличия богатый. Однако ты снова здесь. Те, кто постоянно приходили к Шелли, примут ее любой: живая она или мертвая. Если ты вернешься, у тебя будет все.
Около уха Зиады послышался быстрый и короткий щелчок. Вместе с ним с ее головы отлетела прядь волос. Эвианор убрала ножницы обратно на стол и посмотрела на бандершу глазами, с какими палач идет казнить смертника.
— Если ты еще не поняла, Мэри Шелли больше не нуждается в такой работе. И в тебе, кстати, тоже. Так что трогать ее я никому чужому не позволю.
Зиада нахмурила брови и села на кожаное кресло, положив ногу на ногу. Она недовольно окинула своих гостей и решила побыстрее с ними закончить.
— Зачем вы пришли?
— Ищем одну девицу по имени Черная Вдова. В личных интересах, если понимаешь, о чем я.
Подмигнула Эвианор, а бандерша только поморщилась, придумывая, какой ответ быстрее заставит этих двоих уйти.
— Печально это говорить, но она больше не в нашей семье. Хотите ее найти, посмотрите в ближайшей луже! Вдруг эта оборванка валяется где-то там.
Мило и наигранно улыбнулась Зиада. Эвианор подошла к столу и присела перед собеседницей, слегка наклонившись к ней.
— Ладно-ладно. Немного перегнула, давай вернемся назад. Как насчет обмена? —она ехидно посмотрела на нее — Ты говоришь мне все, что знаешь. А взамен получаешь обратно Мэри Шелли.
— С чего мне верить твоим словам?
— Всегда можно заключить договор. Я наследница рода де Купри, подпишусь своей фамилией — и уже никуда не денусь, репутация моей семьи о-очень важна!
Хаотично вскинула руки Эвианор. На столе перед ней сразу появился листок с бумагой и перьевая ручка с изящной гравировкой. Небрежным почерком девушка вывела согласие, на сдачу своей спутницы, как-будто та была не больше чем товаром. Мэри Шелли это даже не смутило, такое отношение к себе она даже не терпела, а принимала как за единственный способ обращения с ее телом: семья, "Бутон", эта безумная ученая — менялись декорации, но сценарий оставался тем же. Эвианор подписалась в конце листа, выжидающе смотря на Зиаду.
— Раз формальности соблюдены... Была у меня такая девка, тогда ее еще звали Кальмией. Клиенты любили ее. Но потом выгнать пришлось. Из того, что я слышала, эта дура связалась с какими-то бандитами, которые в город недавно приехали. Небось ублажает их по очереди. Что там точно происходит, не знаю, но эти бесы весь город уже на уши подняли, так что найти их вам будет просто. А теперь к главному! Мэри Шелли, ты снова...
Зиаду прервал зловещий, пробирающий до мурашек женский смех. Эвианор исподлобья посмотрела на нее как на использованную сигарету, заставив ее уши звенеть от ядовитого хохота.
— Ты серьезно такая дура?!
— Чего смеешься?
Эвианор стерла с глаз выступившую слезу и подняла подписанный ими договор.
— Да плевать я на фамилию семьи хотела! Меня выгнали оттуда все равно! Я им больше никто, понимаешь? Моя подпись никакой силы не имеет, чтоб его! От родителей мне наследства не светит и фамилии тем более.
Закончив свое маленькое представление, она вытолкнула Мэри Шелли за дверь, оставляя Зиаду с полным разочарованием в своей интуиции. Девушки спустились вниз по лестнице и наконец покинули этот дом удовольствий.
Мэри Шелли взглянула на свою хозяйку и, немного помявшись, спросила:
— А почему ты...
— Не отдала тебя? Брось ты, я тебя из ямы выкапывала и оживляла не для того, чтобы отдавать первому встречному. А теперь нужно собираться, еще на этот чертов праздник осенний попасть надо.
***
Только открывший свои двери трактир уже пропитался запахами темного пива и крепкого табака. За каждым столиком расселись веселые компании и пьяницы, празднующие день осеннего равноденствия, один из таких празднующих уже успел заснуть у входа, кто-то наигрывал на домбре забавные мелодии, кто-то кидал кости, в надежде раздобыть побольше денег. Стрипта без задней мысли вошла внутрь, переступая тело спящего в дверях человека. Находиться в таких местах для нее было естественно, как солнцу вставать на рассвете. Девушка прошла к барной стойке и попыталась сесть на стул перед ней. Вся мебель в таких местах никогда не подходила под ее рост, поэтому ей пришлось извернуться и подпрыгнуть, фиксируя свое положение. Она столкнулась взглядом с трактирщиком, наливающим в кружки эль из огромных бочек позади него. Увесистый мужчина с козлиной бородкой никак не мог отойти на заслуженный ему перерыв — напор от гостей был слишком велик. Рядом с ним сидел низенький парень с завязанными в хвостик серыми волосами, прокручивая в руке небольшой молоточек, он посмеялся попыткам Стрипты сесть на стул и уже хотел что-то сказать, как его прервал трактирщик:
— Девочка, тут не место такой мелкотне! Уходи, если как сахар растаять не хочешь.
Стрипта вздохнула, сжала руку в кулак и ударила по стойке. Она посмотрела на рослого мужчину с такой враждебностью, какая не была свойственна милым девочкам. От такого взгляда паренек с хвостиком чуть поежился и глянул в сторону.
— Слышь! Мне нужен человек один.
— А ко мне чего лезешь? Хочешь выпить — вставай в очередь.
Девушка облизнула губы, вспоминая прекрасный вкус алкоголя. Но сейчас она здесь не за этим. Не за вкусным и греющим горло коньяком, не за сладким дурманящим ликером. Об этом Стрипта уже успела пожалеть.
— Мне узнать кое-что надо. Есть тут человек, который сплетничать любит?
— А, это тебе к тому мутному типу в углу.
Произнес трактирщик, кивая в сторону странного мужчины в черной шляпе и бесформенной одежде. Он сидел в самой дальней части трактира у окна, допивая что-то горькое и красное. Острая щетина незнакомца колола от одного взгляда на него, а дрожащие руки выдавали сильную любовь к выпивке. В этих местах его звали Флан, хотя за свою жизнь он успел сменить множество имен, поэтому можно было обратиться к нему как угодно, и этот мужчина откликнулся бы. Стрипта спрыгнула со стула и подсела к нему. Мужчина окинул ее взглядом и ухмыльнулся, обнажая пожелтевшие зубы.
— Девочка, тут...
— Не место людям, вроде меня. Да-да, знаю, проходили. Короче, давай к делу. Ты же тут многих знаешь?
— Знаю.
— Мне надо найти одного человека.
— Тебе-то надо. А мне не надо.
Мужчина пожевал сигарету во рту и опустошил кружку, пропуская по пищеводу жгучую жидкость. В зелененьких глазах Стрипты тут же загорелся огонек — она придумала поистине гениальный, по ее мнению, план. План, который разрешит исполнить ее потаенные желания.
— А спорим, что я тебя перепью? Если смогу, ты мне все расскажешь. А если нет, свалюсь тут на пол, и делай со мной, что хочешь
— Идет. Ради такого даже раскошелюсь. Готовься проиграть.
Флан снял шляпу и положил на стол. Перепить эту малявку? Да ничего сложного! Ну сколько она сможет выпить? Две-три кружки, не больше. Он махнул рукой трактирщику, и им принесли для начала что полегче. Мужчина пил медленно, наслаждаясь процессом, смакуя за щекой вкус алкоголя. Флан ожидал, что выпьет одну кружку, глянет на Стрипту, давящуюся пивом, и засмеется ей прямо в лицо. Но, когда он закончил, увидел только девушку, которая опустошала уже пятую порцию. С красным лицом она звучно поставила кружку на стол и азартно улыбнулась.
— Давай еще!
Когда пиво закончилось, Флан и Стрипта перешли на алкоголь покрепче. Прошел час, второй, девушка с новой силой взяла стопку ликера и опустошила ее так же быстро, как и все остальное. За вечер им успели принести и кальвадос, и эль, и сидр, и коньяк — столько всего, сколько во всем трактире не выпили гости за сегодня. Посмотреть на это соревнование собрались все посетители, скандируя "пей" на каждый глоток. Кто-то уже делал ставки на победу одного из них, деньги бренчали фоном, огни слепили, все начинало кружиться перед глазами. Слова превращались в выкрики и непереводимый бред, в желудке сжимался противный комок, готовый выбраться наружу в любой момент. Стрипта вливала в себя алкоголь, как сладенькую воду, ничуть не оправдывая образ маленькой девочки из церкви. Набожной она никогда не была, а вот от предложения выпить становилась счастливой. Трактирщик за стойкой даже кивнул ей в знак уважения и налил новую порцию для этого состязания.
Допивая жидкость, названия которой Стрипта уже не пыталась узнать, она мельком глянула на своего собутыльника, но не обнаружила его. Слегка пошатываясь, она встала на стул, потом шагнула на стол одной ногой и заметила Флана, свалившегося на деревянный пол в затуманенном разуме и луже собственной рвоты.
— Все видели, да?! Я побет...победила!
С икотой крикнула девушка и подняла руку вверх. Толпа начала скандировать, и тут же в голове Стрипты пронеслась какая-то мысль. Она должна была что-то спросить. Что-то очень важное. Но что? Из последних сил сконцентрировавшись на своих мыслях, Стрипта наконец вспомнила. И сразу же осознала, что говорить ее противник не сможет.
— Твою мать... Э-э... Мой друг заплатит!
Она соскочила со стола, с лету улетая к стене. Оперевшись о такую удобную стену, которая казалась тающим и мягким покрывалом, Стрипта вдруг заплакала, осознавая, какую ошибку совершила. Нет, она не должна быть здесь. Она лидер команды, какой пример она подает всем? Что она сделала для общего дела?
Все опять повторялось, как по инструкции: снова не оправдать ожидания товарищей, бросить их, отправиться скитаться в небытие — ей повторять это снова??? Стрипта сжала руки в кулаки и ударила по стене, на костяшках появилась кровь, а ее хрупкое пьяное тело медленно сползло вниз.
Парень с хвостиком, все это время с усмешкой наблюдавший за этим состязанием, поднялся с места за барной стойкой и подошел к девушке, про которую ликующая толпа сразу забыла, пытаясь поднять напившегося Флана. Подошедший сел рядом и окинул ее каким-то теплым, сочувствующим взглядом. Он неловко поправил свою блондинистую челку, слишком не подходящую под его остальную прическу.
— Ты чего? Выиграла же.
— Да знаю. Я... это... узнать одну штуку хотела. А он вон — вырубился.
— Может, я смогу помочь?
— Да ни разу! Если ты не знаешь каждого в этом вонючем городе.
— Каждого уж не знаю.
Парень встал и протянул Стрипте руку, помогая подняться. Ростом и комплекцией он ничуть не обгонял ее, поэтому этих двоих с легкостью можно было принять за родственников.
— Но я сапожник, в мастерской много чего услышать можно — у нас там одни сплетники работают. Идем проветримся.
Он отвел ее на свежий воздух и повел по шаткой лестнице на второй этаж дома. Раньше все это здание было его личной мастерской для гениальных изобретений, но годы шли, деньги заканчивались, пришлось заниматься чем-то легким и востребованным. А потом и сдавать нижний этаж кому попало. Наверху располагалось рабочее место этого добряка, которое сейчас пустовало. Они со Стриптой зашли туда, и парень усадил ее на широкий подоконник с грязным от разводов окном. Обставленная минимумом мебели, с горами кожи в каждом углу и сладковатым запахом, комната от чего-то навеяла девушке приятную ностальгию. Сапожник представился как Роно Уртик, это имя вроде как что-то напомнило девушке, но так же быстро стерлось из памяти, как и появилось в ней. Роно сел рядом и положил руки на колени.
— Так что ты там хотела узнать?
— Мне девушку одну найти надо. Имени не знаю, кто она тоже. Вообще ничего не знаю.
— Интересно выходит — ничего не знаешь, а ищешь. Услышать о ней же как-то должна была.
— Точно! Про нее мне сказал Ларра. Ну такой... с волосами длинными, улыбкой противной, в одежде дурацкой.
— Стой-стой. Мне это ничего не дает.
Роно немного подумал, а потом посмотрел на девушку, растекшуюся на подоконнике, как сладкий сироп.
— А что этот Ларра говорил про нее?
— Вильнерская муза какая-то она. Вдохновляла его что-ли.. Погоди! Она сказала ему канми созадания найти!
— Камни созидания, может?
— Да, именно их!
— Много кто их ищет, вот даже взять "Клеймо", в город приехали недавно. Все рыскали, спрашивали про них, в мастерскую мою заходили. Хотя лично я думаю, что все, что они делают — пустая трата времени. Сказки это. Не могли нас какие-то камушки сделать.
Стрипта сразу оживилась и схватила Роно за плечи, смотря на него выпытывающим взглядом. Он даже опешил от такой напористости, но потом улыбнулся, наблюдая за энергичностью собеседницы.
— А теперь подробнее! Про этих...
—Бывшие выходцы из "Арады". Типы жуткие, расхищают гробницы, покойных беспокоят, в Вельхене вот подожгли целую площадь. В отличие от всех банд, не взяли под контроль один город, а путешествуют по стране и приносят в спокойную жизнь ужас и страх своей кровожадностью. У них в рядах кого только нет — и бывший королевский стражник, и кто-то из Гранды. Осели сейчас недалеко от города в заброшенной башне, может, знают про кого-то, кто еще эти камни ищет. Хотя, кажется мне, таких они убивают.
Стрипту уверено кивнула и встала.
— Спасибо, Рино!
— Роно, вообще-то. Неважно. Если они нужны тебе, поспеши. Такие ребята долго на одном месте не сидят. Только сегодня не иди, ладно? Не в том ты состоянии.
Радостная Стрипта отвесила ему неуклюжий реверанс и поспешила встретиться с Девилем и Сей, уже не слушая совет Роно.
***
Высокая столетняя часовня погрузила всю Дельскую площадь в сумеречный трезвон. Становилось холоднее, над головами городской толкучки собирались густые тучи, но это не мешало прохожим кидать на дорогу яркие конфетти и ликовать в честь праздника. Вор плавно пролез сквозь поток бегущих на осенний карнавал людей, и шмыгнул внутрь башни. Обычный турист пошел бы вверх по лестнице, минуя все одиннадцать этажей, лишь бы увидеть главную площадь города с такой высоты, но Девилю такая возможность не прельщала, он пробежал один лестничный пролет и свернул, скрываясь за огромной деревянной дверью с резными узорами. За ней пылилась небольшая лавка, где ремонтировали часы: все здесь шло медленно, как-будто хозяин этого места не просто чинил принесенные ему вещицы, а управлял самим течением времени. Стоило проститься с шумной улицей и толкучкой вечно спешащих куда-то людей и зайти внутрь, как тебя парализовало спокойствием и размеренностью. Девиль вдохнул запах пыльного прилавка и кивнул глухому владельцу головой в знак приветствия. Смуглый мужчина молчаливо продолжил закручивать винты в свое новое изделие.
Все часы в этой комнате ходили одинаково, не опаздывая ни на секунду. Все, кроме старых часов с кукушкой, удобно затерявшихся в самом дальнем углу. Вор подошел к ним и тихонько отодвинул минутную стрелку так, чтобы на циферблате стало 42 минуты первого. Кукушка радостно пропела, словно радовалась тому, что впервые за долгое время про нее кто-то вспомнил. Стена, на которой висели часы, двинулась вперед, открывая мало кому известный путь. Девиль встретился глазами со знакомыми ступеньками, узким проходом и попрощался с хозяином лавки и скрылся.
Вор миновал несколько этажей и добрался до небольшой двери, пройти в которую у него получилось, только согнувшись вдвое. Обратная сторона циферблата часовой башни одним своим видом поприветствовала пришедшего, сверкая секундной стрелкой. В ушах снова прогремел звук колоколов, Девилю захотелось зажать уши руками и остаться в таком положении. Но шум прошел, головная боль тоже, вновь вор уверенно прошел вперед к обратной стороне циферблата, сквозь который на кучки людей смотрел смуглый юноша младше вора, этому парню только стукнуло 18. Его рыжие, завязанные в вечный хвост волосы, все норовили пуститься в хаотичную форму. Девиль было поднял руку, чтобы обнять старого товарища, как опешил и неловко убрал ее за спину. Паренек же не вытаскивал рук из карманов флисовой куртки, он жадно разглядывал людей внизу одним малиновым глазом. Услышав приближение знакомых шагов, Трайкер на секунду прикоснулся к повязке на левом глазу, и, не отводя взгляд с улицы, начал:
— Не надеялся увидеть тебя снова.
— Мечты сбываются.
Парировал Девиль и встал рядом.
— Все еще присматриваешь за стариком?
— Все еще промышляешь?
Спросили они одновременно, не ожидая ответа, потому что и так его знали. С первого взгляда трудно было сказать, как малец с потертой курткой и завернутыми только на одной ноге штанине связан с в меру влиятельным вором, чье имя давно стало призраком, заставляющим держать кошельки поближе к себе.
— Есть парень такой — Ларра зовут. Волосы длинные, улыбка уродская. Живет в топях бывшего Горса. Бродил по Вильнере и последователей искал. Говорит еще о себе в третьем лице. Знаешь его?
— Ларра говоришь?
Трайкер отошел от циферблата, доставая из кармана пропитанный маслом блокнот. Он бегло пробежался по страницам, о чем-то задумался, копаясь в своей голове, потом кивнул вору и пошел в сторону дыры в стене, прикрытой потрепанной рваной серой тканью. За ней скрывалась небольшая комната, заставленная стеллажами с книгами и свечами на свободных полках. В центре стоял небольшой столик, на который Трайкер по хозяйски поставил два хрустальных фужера и налил в них из графина яблочный сидр. Он поднял фужер, выжидающе смотря на своего старого друга. Девиль отрицательно покрутил головой — сейчас пить было не время. И когда он стал таким занудой? В былые времена перед и после славного ограбления или пытки зажиточного богача они с Трайкером умудрялись опустошить целый кабак и выкурить горы опиума в компании падших девушек. Но, если малец развлекался с ними самыми разными способами, вор предпочитал просто обычные разговоры. Трайкер расстроенно посмотрел в сторону и выпил, смирившись с выбором собеседника.
— Появлялся иногда рядом с бутоном, ходил к девушке одной недалеко. А больше про него сказать и нечего, мои уши только в городе.
— Да понял я, а вот про ту девушку, к которой он ходил? Она кто?
— Она?
Трайкер почесал голову, осмотрел запылившуюся полку и достал одну из книг. Пролистав несколько страниц, паренек ответил:
— Ушла от мужа, получила новое имя — Кальмия. Работала как все. А потом вышвырнули ее из барделя, так она на улицу пошла. Если в город попадал приезжий, сломя голову бежала к нему, так что второй глаз отдать готов, что он именно с ней был. Она то ли искала кого-то, то ли еще что. Вылечиться, наверное, хотела, вот ко всем и бросалась.
— От чего?
— Кальмия — ядовитая гадость. Полгода назад в бутоне скандал случился: ушла она с мужиком, час прошел, второй, потом еще четыре, звуков нет, заходит хозяйка ее проведать, а в постели труп. Одно прикосновение этой женщины и ты валишься насмерть. Ну и поставили ей клеймо на все лицо в виде паутины, мол Черная Вдова, и отправили на все четыре стороны. Она сначала пропала, потом объявилась рядом с "бутоном", ищет там тех, кто сэкономить на девках хочет. Только вот не видать ее последние пару недель. Про нее сегодня в бутоне кто-то расспрашивал. Девушки две, тоже не отсюда. На осенний праздник собирались, по их словам.
Трайкер достал из кармана сломанную сигарету, поджигая ее о свечу. Несмотря на свой разболтанный вид этот парень дал бы фору всем стражам города, потому что знал о Вильнере больше, чем кто-либо другой. В его маленьком "кабинете" нашелся бы компромат на всю королевскую династию Виндаров. Поэтому его и держали раньше в одной из опасных банд Вильнеры, обозвав Треплом.
— А зачем тебе искать кого-то?
— Да вляпался в одну штуку с командой, ничего серьезного.
— Команда, да? Помню годы, когда я, ты и Виски были в рядах Гранды. Такие дела проворачивали, дух захватывает до сих пор! Хорошее время... Но всему хорошему рано или поздно суждено закончиться. Сейчас Гранда уже не та, что раньше. После смерти Хмель все стало по-другому... Виски правильно сделала, что сбежала.
Ностальгически протянул Трайкер и снова коснулся повязки.
— Не знаешь, куда она делась?
— В Клеймо подалась. Не надо при мне об этой предательнице вспоминать.
Отчеканил Девиль и развернулся. Видеть старого друга и брата по делу всегда было приятно. Но почему-то не в этот раз. Может, всему виной отсутствие глаза у паренька, в котором был виноват вор. А может они провели по отдельности так много времени, что вор уже и не мог вспомнить те теплые и уютные деньки раскатистой и яркой дружбы в банде.
***
Лежа на старой и редко стиранной простыни, Девиль смотрел в потолок на скромно подмигивающую лампочку. Вор обдумывал полученную им информацию, пока Сей расхаживала по скромной комнате в новых изысканных широких брюках в бело-синюю, под стать королевским цветам, полоску. Его напарница светилась от счастья каждый раз, когда представлялась возможность рассказать, как удобно находиться в этой одежде: она хвалила крой, цвет, ткань, каждый из восьми карманов, расположившийся на них. Спустя двадцать минут Девиль настолько устал от бесстыдной самопохвалы девушки, что хотел притвориться спящим.
— Ну и где эта пройдоха?
— Да не истери ты, может, она что-то важное узнала, а теперь мчится со всех ног. Я ее знаю не так давно, но уже понял, что ради цели Стрипта в лепешку расшибется. Сейчас она придет и как расскажет, как...
Дверь в комнату с грохотом отворилась от столкновения с ботинком, а за ней показался маленький силуэт, опускающий ногу на землю. Стрипта слегка покачнулась и влетела внутрь, крутясь вокруг себя.
— Я победила самого стрёмного типа в мире! Видели бы вы его рожу! А как его потом стошнило! Ах-ха! Пить не умеет.. совесем.
Голова охотницы закружилась, вынуждая сесть на кровать к Девилю. Вор немного поднялся и принюхался. Его острое обоняние почуяло противный запах спирта.
— Смотрю, кто-то весело провел время. Давно перегар новыми духами выбрала?
— А-а? Ну так я пила! Я же в тракетир по.. пошла. Зато я такое узнала, щас попадаете!
Девиль устало потянулся, встал и закатал Стрипту в одеяло на кровати. В импровизированном коконе она попыталась встать, но только упала на простынь.
— Да ты не понимаешь! У заброшенной башни! Такие типы опасные! Он ищут эти... как их там...
Стрипта успокоилась и перестала брыкаться, пытаясь сконцентрировать туповатый взгляд на лукру Девиля.
— Ну у тебя на шее... Только не оно. Ты понял!
— Понял я, понял. Завтра тебя послушаю. Скажи, что хоть у тебя что-то дельное.
Расстроенно протянул вор и посмотрел на Сей. Она только пожала плечами и облокотилась о стену.
— Я уже все сказала.
— В смысле все?
— Ш-т-а-н-ы. Ткань высокого качества, неповторимый пошив, а карманы! Настолько вместительные, что...
— Да понял я! Про остальное давай. Ты же что-то еще узнала?
Сей невинно отвела взгляд в сторону и прижала друг к другу концы указательных пальцов. По ее выражению лица читалось абсолютно все, для Девиля уж точно.
— Ржавая монета, это вообще как?! Одна напилась до дури, вторая потратила все мои деньги! Ладно бы вы хоть что-то полезное сделали, так нет же! Я успел и узнать нужное и нам бесплатно комнату выбить за красивые глазки, а вы!?
Вор экспрессивно размахивал руками и ходил взад и вперед, постоянно закатывая глаза. И зачем он старался? Можно было спокойно пропустить стопку со старым другом и плевать на задание, они бы ничего ему не сделали! Всегда можно уйти от этих двух неумех. Если бы не его обращение в монстра, и если бы не встреча с Люцом, который явно был в нем заинтересован.
Пришлось быстро прийти в себя и успокоиться. Вор требовательно выставил руку вперед, желая забрать остаток своих денег.
— Остальное.
— Понимаешь, они стоили чуть дороже, чем я думала.
Без укора совести произнесла Сей. Глаз Девиля дернулся, будучи наготове выстрелить в воздух, подобно пуле. Юноша выдохнул накопившийся гнев и с укором посмотрел в сторону Сей, указывая на Стрипту пальцем.
— Присмотри за ней. И никаких глупостей не делайте.
— А ты куда?
— Проверить кое-что. Один.
Отрезал вор и хлопнул хлипкой дверью. Команда? Товарищи? Что за бред! Вокруг одни пустоголовые. Никто не будет делать то, что нужно. Попадут в неприятности, а ты и вытаскивай. Виноват, что не доглядел! Ему никогда не видать той команды, что была у него в Гранде. Даже мысль попытаться собрать такую же пугала и отталкивала. Девиль сжал руку в кулак и вышел из второсортной гостиницы на улицу. Внутри что-то скреблось, жадно просило бросить все и вернуться к прежнему образу жизни. Снова использовать людей, снова жить для себя любимого! А не подчиняться какому-то мутному типу из церкви, потому что Стрипта чего-то там боится, не тратить свои последние деньги на то, чтобы одна коротышка потратила их на какую-то тряпку! Хотелось забыть про все это, как страшный сон, закончить со своими проблемами и существовать как раньше, без монстров, без стрессов, и чтобы по вечерам были кабак и опиум, а не поиски Черной Вдовы.