Адская жемчужина

Снова слышался быстрый стук копыт, неумолкающий ни на минуту, вновь в лицо дул ветер. Страх перед лошадьми постепенно проходил, и теперь Эри наслаждалась ощущением бешеной скорости. Девушка оглядывалась по сторонам и с интересом наблюдала смену пейзажа, отчего на душе стало одновременно спокойно и тяжело.

Высокие, раскидистые деревца вскоре сошли на нет, уступая место низкорослым кустарникам. Некоторые из них были сплошь усеяны острыми иглами, что осыпались и покрывали землю колючим ковром. Перевал Кошмаров всё приближался и приближался, и влаголюбивые кустарники остались позади. Сначала их заменяла редкая, пожухлая трава, но вскоре и она исчезла. Копыта застучали по голому, серому камню, и этот звук отражался о скалы и казался чересчур громким.

Эри поёжилась — ей вдруг стало не по себе. Серые камни, нависающие над головой, стремительно начинающее темнеть небо, далёкие вспышки молний придавали нетронутость и отчуждённость этому месту, делали его загадочным и одновременно пугающим. Сотрясающий землю гром на миг оглушил путников, и в следующую секунду пошёл ледяной дождь. Крупные капли пролетали перед носом, отчего видимость стала отвратительной. Дорогу моментально развезло, и в углублениях между камнями стали образовываться лужи. Лошади постоянно поскальзывались, и Эри в ужасе закрывала глаза, когда горизонт шёл на бок.

Дождь усилился, и наездники поспешили слезть с лошадей. Эри наверняка упала бы, если бы её вовремя не подхватила демонесса.

— Спасибо, — громко поблагодарила девушка, стараясь перекричать рёв непогоды.

Сатсана в ответ лишь кивнула и взяла лошадь под уздцы. Ноги моментально промокли, и каждый шаг отдавался громким хлюпаньем. Демонам повезло больше: кожаные ботинки не пропускали влагу, и Эри невольно позавидовала им. Зубы начали мелко стучать от холода, а от порывов холодного ветра Эри съёживалась, стараясь сохранить хоть какое-то тепло.

— Эрилона, — вежливо обратился Андрас к девушке, отчего мысленно она скривилась, — хочу вас предупредить, что в этом перевале вы увидите неприятные мгновения своей жизни. Если вы не справитесь и не сможете пройти перевал Кошмаров, то не волнуйтесь, — в голосе демона зазвучал яд, — вы подождёте нас здесь, пока мы не узнаем от старца всё, что нам необходимо.

Эри прикусила язык, чтобы не высказать демону всё, что она о нём думает.

Вскоре дождь пошёл на спад, и девушка старалась отогреться, но холод был повсюду. Она шла самая последняя, а потому решила, что может хотя бы на краткий миг дать волю чувствам.

Само это место было печальным отражением земли, в нём будто собиралось всё тёмное и гневное, скорбное и тяжёлое. Вспомнилась улыбка Андраса, когда Эри впервые близко подошла к лошади. Её глаза гневно сверкнули и впились в спину демона, беззаботно шагающего вперёд. Краем глаза она заметила, что и Исеган недолюбливает этого демона, чья жеманность, казалось, не знала границ. Пролетел перед глазами и отрывок из фильма, и Эри с удивлением отметила, насколько явственно она его увидела. Будто она сейчас не шагала по мокрой дороге, а сидела в кинотеатре и утирала слёзы платком.

«Значит, вот и начинается моё испытание?» Девушка усмехнулась, и её переполнила уверенность в себе. Впрочем, она стала стремительно таять, когда воспоминания приходили из детства, а потом оно. То самое воспоминание, та трагедия, о которой Эри хотела забыть.

Смерть её отца.

~~~

— Мама! — звонко проверещала девочка, маленькими пальчиками беря свою мать за руку.

Эри, на секунду вынырнув из воспоминания, приложила руку к груди. Сердце отбивало бешенный, беспокойный ритм, в горле стоял ком. Но реальность начала меркнуть, и девушка вновь вернулась в центр города, на оживлённые улицы, где произошло то самое несчастье, что изменило её жизнь и жизнь матери, которая так и не смогла без слёз вспоминать своего мужа.

— Мама, я хочу домой, — прохныкала маленькая Эри. — Я устала, я есть хочу.

Илла нежно улыбнулась и ласково проговорила:

— Сейчас, доченька. Папа из магазина вернётся, и тогда мы пойдём.

Девочка послушно кивнула и слегка улыбнулась. Тот день был прохладным. Осенний ветер оголял деревья, гоня золотые листья в даль. Илла села на скамейку, усаживая на колени дочь. Из магазина вышел высокий русоволосый мужчина. Загорелся зелёный свет, и мужчина начал переходить дорогу.

Вдруг из-за поворота с рёвом вылетела машина, на полном ходу сбив отца Эри, и лишь затем послышался громкий скрип тормозов. Но было слишком поздно. Счастливые секунды ожидания сменились мрачными мгновениями неведения. Глубоко в сердце горел огонёк надежды, но...

Погиб.

Уже застывшая кровь украшала асфальт страшным знамением, за которым скрывалась боль утраты, страх смерти и наконец ненависть. Ненависть к тому, кто в одно мгновение разбил счастье на тысячи осколков, которые уже не собрать воедино. Светлые дни, проведённые вместе, омрачились чёрной, вечной краской смерти.

К месту происшествия стекался народ. Целая толпа людей с интересом наблюдала, как на носилках уносили уже мёртвого человека, смотрели, как полицейские оцепляют территорию. Но мало кто понимал, что за этим стоит горе семьи. То и дело из толпы слышались фразы:

— Да нет, я ничего не видел. Смотрю: народ стекается, ну и решил посмотреть. А тут такое... Фух, хорошо, что я там не был.

Эти слова вызывали горькую улыбку на губах.

Чёрные одеяния, тёмное, грозовое небо, мрачные надгробия повсюду... И за каждой могилой скрывается чья-то жизнь, пусть и ушедшая из этого мира. Умерших на одного больше. На одного, какое малое число, но за ним стоит гораздо больше жизней, связанных судьбой.

Слёзы... Слёзы скорби повсюду, им пропитался весь воздух, вся земля. Сколько, сколько ещё мир сможет вместить горьких слёз?..

Слёзы смешались с дождём, и процессия чуть ускорила шаг. Скоро под толщей земли будет погребён человек. Будут похоронены и годы счастья, что ушли в недосягаемую даль.

Девочка, что в первый раз видела смерть в своих ужасающих одеждах, чьи названия случайность и рок, смотрела на гроб, который уже опускали в землю, но уже глубоко в сердце созрела страшная догадка, имя которой истина.

— Папа... умер? — потрясённо спросила маленькая Эри и всхлипнула.

По бледной щёчке скатилась слеза, унося с собой остатки надежды, которой не суждено было сбыться.

Пронизывающий до костей ветер взметнул в воздух листья, унёс мечты, так и не воплотившиеся в жизнь. Он унёс с собой всё, что было раньше, открывая двери в пустоту отчаяния.

Женщина и маленькая девочка ушли с кладбища, не в силах смотреть вперёд, предаваясь безграничной тоске. Жизнь потрепала их, но не сломала. И впереди ждут ещё много солнечных и беззаботных дней, когда можно просто радоваться жизни, на миг забыв о печалях.

~~~

Скорбная слеза воспоминаний скатилась по бледной щеке девушки. Воспоминание потухло, будто свеча. Но вокруг не было тьмы, были лишь серые скалы и холодный дождь, что проливал свои печали на землю. Чувство одиночества. Оно тяготило, пугало. Эри огляделась и поняла, чем было вызвано это чувство. Она была одна. Демоны ушли, оставив её наедине со своим горем. Слёзы обиды брызнули из глаз, и Эри побежала вперёд.

Слабость. Она показала её. Теперь эти нечестивцы поймут, что есть что-то, что омрачает её жизнь. Узнают, как надавить на неё, чтобы она подчинялась. «Нет! Я не сдамся! Я не буду слушать их! Я одна! Одна! Одна…» Словно молния, это слово заставило Эри остановиться. В этом мире она одинока. Она не сможет существовать в одиночестве, пусть рядом и будут эти демоны. Ей нужен кто-то, кто смог бы поддержать в трудную минуту. Иначе она не справится с навалившимися на неё проблемами и нахлынувшими чувствами.

Отзвуки шагов девушки разносились по всему перевалу. Андрас обернулся, наигранно вежливо улыбнулся и продолжил путь. Эри была здесь чужой. Она знала это, но обида и неприязнь заглушали осознание, что здесь она лишняя, что здесь она никому не нужна. Эри нужна им лишь для одного — для достижения заветной мечты. Но кто исполнит её мечту вновь вернуться домой и повидаться с отцом? Никто.

Коалиция шла вверх по узкой, скользкой тропинке. Лошади пару раз едва не падали в пропасть, поскальзывавшись на камнях. Одежда уже давно промокла насквозь, и от этого Эри чувствовала себя жалкой, не смотря на то, что демоны выглядели не лучше.

Казалось, что этой тропе нет конца. Этот путь будто высасывал все силы, не давая свободно сделать шаг. Приходилось пересиливать себя, чтобы поднять ногу, не бросить всё, когда до намеченной цели осталось немного. Хотя, это "немного" растягивалось на огромное расстояние. Эри даже не думала о том, чтобы передохнуть, ведь это вновь показывало её собственную никчёмность и слабость.

Она ненавидела эти качества.

Впереди показалась чёрная впадина. То была пещера старца. Настроение у всех заметно улучшилось, и демоны ускорили шаг. Гнедая лошадь поскользнулась, едва не сорвавшись с обрыва. Каким-то неимоверным усилием Сатсане удалось выровнять лошадь.

Наконец процессия вошла в пещеру. Внутри царил полумрак, тьму разгонял лишь костёр. Оранжевые блики играли на стенах, создавая причудливый узор. Там можно было разглядеть созвездия, далёкие огни факела, но то была лишь иллюзия. Вода ручьями стекала на пол с одежды.

Незваные гости терпеливо ждали, пока старец не обратит на них внимания и не скажет приветного слова.

Наконец старец, доселе вглядывавшийся в костёр, поднял взгляд на путников. Его глаза подозрительно сузились, и на морщинистом лице появилась тень недовольства. Свет от костра делал черты лица ещё резче, отчего старику можно было дать все семьсот лет.

— Проходите, коли пришли, — скрипучим голосом проворчал старец, подбрасывая в костёр полено.

Андрас почтенно поклонился, хотя все его движения выдавали его раздражённость, которую он не особо пытался скрыть. Демоны сделали шаг к костру, за ними последовала и Эри. Лошади обеспокоенно ржали при очередном раскате грома, и иногда девушке казалось, что на землю упала целая скала.

— Уважаемый, — начал Андрас, и выдержав секунду паузы, продолжил, — знаете ли вы, каким образом можно попасть в Ад?

— Ад — чёрное место, где обитают злые духи и Повелители теней. Даже детям Дьяволов запрещено появляться в том мрачном и скверном месте, — сказал старик и искоса поглядел на Андраса.

Демон остался с виду невозмутим, будто ничто не могло его потревожить, но в душе у него начинал бушевать океан.

— Мудрец, не твоего ума дело, что есть Ад и что есть Повелители теней. Твоя задача лишь отвечать на вопросы, — в голосе явственно послышалось раздражение.

Остальные участники похода так же уселись вокруг костра, но лишь Эри продолжила стоять в полутьме. Участвовать в разборках ей совершенно не хотелось. «Будь, что будет» — думала она, готовясь услышать очередную тираду. Старец усмехнулся, после чего продолжил гнуть своё:

— Моя задача — открывать истину перед глазами тех, кто не смог её увидеть.

— Как Вы можете показывать истину, если сами слепы? — наигранно удивился Андрас, гордо подняв голову. — Впрочем, Вы меня не интересуете. Я хочу знать, как нам попасть в Ад.

— Зачем Ад демонам, если и на земле их ждёт счастье? Разве вы желаете увидеть безграничную тьму, имя которой — зло?

— Тьма — не зло, — возразил Андрас. — Тьма есть отсутствие света, мгла есть место для исполнения сокровенных желаний. Ведь в темноте скрываются все души, а точнее — их половина.

— Ложь, — гневно проговорил старик, и его глаза зло сверкнули. — Не демонам говорить о том, что они любят.

— И не человеку восхвалять то место, где он живёт, — подметил Андрас и злорадно улыбнулся.

Крыть старику было нечем. Он тяжело вздохнул и устало произнёс:

— Твоя взяла, демон. Ты умён, но твоё страстное желание тебя погубит.

— Меньше говори по иным темам, а больше по делу, — властно сказал Андрас, и у Эри возникло ощущение, что этот демон везде стремится поставить себя на первое место, что не могло не раздражать.

Но возникло ощущение опасности, которое не отступало. Слова старика глубоко засели в душе Эри, давая ей повод для размышлений. А что на самом деле Ад? Почему он может погубить? И как? У кого искать ответы на эти вопросы? Демоны наверняка не скажут, а вот старец... Нужно только дождаться, когда всё уляжется.

— Ты слишком горд, демон, — сказал старик, и при этих словах Исеган еле заметно улыбнулся. Андрас кинул на него предостерегающий взгляд. — Так уж и быть. Я скажу вам, как попасть в Ад.

— И как же? — воодушевлённо спросил Андрас, и в его глазах вспыхнул живой интерес.

— Умереть.

Воцарилось полное безмолвие. Никто не произносил ни звука, даже дыхание было сдержанным. Только гром нарушал тишину и шум дождя. Все были мягко говоря потрясены. Первым от шока оправился Андрас. Он кашлянул в кулак, после чего осторожно поинтересовался:

— Что, простите? А... другого способа нет?

— Есть, — кивнул старик и ехидно улыбнулся, отчего морщины проступили резче. — Где-то на свете существует Кровавая река. Каждый день кто-то умирает, и его кровь стремиться упокоится. Эта река течёт прямиком в Ад, так что если вы будете плыть по ней, то непременно окажетесь в том месте, что так страстно ищите.

— Ну и где же находится эта Кровавая река? — спросил Андрас, чувствуя подвох.

— А я и сам не знаю, — ответил старец и внутренне возликовал. Помогать демонам не было никакого желания. — Но если не искать путей к началу, то не дойдёте и до конца. Так что в этом деле я могу лишь пожелать удачи, хотя страстно желаю, чтобы вас настиг полный провал.

— Вот спасибо! — ядовито-вежливо воскликнул Андрас и с почти нескрываемым отвращением взглянул на старика. — В таком случае, мы отправляемся на поиски. Всё равно больше вы нам ничего не скажите.

Демон поднялся и направился к выходу из пещеры. Никто даже не шелохнулся. Эри была очень благодарна демонессе и Исегану за то, что они не поддержали своего сопутешественника в этой безумной затее.

— В чём дело? — недовольно спросил Андрас, и в его глазах отчётливо была видна вся злость, что накопилась в нём с момента пребывания в пещере.

— Идёт дождь, и если ты не забыл, на дороге очень скользко, — спокойно ответил Исеган, со скрытым вызовом поглядывая на демона. — Если ты потерял голову из-за своего желания, то меня это не волнует, и своей жизнью я рисковать не стану.

Андрас еле сдерживал все свои эмоции. Раздражение нахлынуло на него, утопило в своих беспощадных водах.

— Ты будешь выполнять то, что я скажу, — сквозь зубы процедил демон, но его прервала Сатсана:
— Если ты хочешь распластаться на земле, то пожалуйста, милости прошу, а нами не командуй.

— И ты туда же... — обречённо вздохнул Андрас и устало закрыл глаза. — Но разве вам приятно находится в обществе человека?

Эри словно ударило током. Пусть и не специально, но демон показал своё настоящее отношение к ней. Впервые он забыл показать свою доброту и показную вежливость. Эри отступила во мрак, чтобы не показать слёз обиды. Глупо, конечно, обижаться на тех, кому всё до лампочки, но сердце распорядилось иначе.

Андрас спохватился слишком поздно. Эту ошибку ему уже не исправить.

— Эрилона... — извиняющимся тоном начал демон, но за показной любезностью скрывалось разочарование, злоба на самого себя.

— Я всё понимаю, — твёрдо проговорила Эри, изо всех сил стараясь не выдать дрожь в голосе, — так что можете не извиняться.

Андрас закусил губу. «Всё-таки поняла», — с досадой подумал он. Старик, доселе молча наблюдавший за этой картиной, попытался сгладить ситуацию. Не для демонов, а для девушки, которой не у кого было искать поддержки.

— Дитя, — позвал он, — подойди сюда.

Эри смахнула слёзы и напустила на себя самый беззаботный вид, на который только была способна. Подойдя к старцу, она села около костра подальше от демонов, стараясь не смотреть на них. Старик поманил Эри к себе и зашептал, чтобы кроме неё его никто не услышал:

— Демоны коварны, хитры, злы, они без труда убивают людей. Это их природа, которую не изменить. Они живут во тьме и умрут в ней. Если ты хочешь вернуться к родителям, то беги от них.

— Тогда я никогда не попаду в свой мир, — обречённо прошептала Эри.

На лице старца отразилось изумление.

— Так значит свитки богини миров Аганы правдивы! - воскликнул он. — Значит, и вправду существует иное Отражение, что было создано на заре времён богов! Неужели и вправду была та битва?! Неужели появились мы на свет не по воле случая, а по желанию богов?! Так значит...

— Я бы на вашем месте так не радовалась, — сказала Сатсана с ехидной улыбкой. — Сердце прихватить может, и кто вам тогда поможет? Полуживым следует вести себя более сдержанно.

Старик усмехнулся, но свою радость поубавил.

— Не унывай, — обратился он к Эри. — Ведь не может жить тот, кто существует в своём мире печали. Ищи радость в птицах, деревьях, в солнечном свете!

— Последнего сейчас нет, — заметила девушка и искоса посмотрела на тёмное небо.

— А это тогда что? — со свойственной старикам живостью спросил мудрец.

Все разом посмотрели в проход пещеры. Дождь прекратился, лишь изредка со скал ещё скатывались капли воды, напоминая крошечный водопад. Золотые солнечные лучи прокладывали себе путь через серые тучи. Воздух запах свежестью и будто наполнился чувством свободы. Душа пела от всепоглощающего чувства слепой радости, вызванной тем, что серое небо постепенно становится белым, и скоро должно выглянуть яркое солнце, которое согреет всех и вся своими тёплыми лучами.

Эри невольно улыбнулась. Даже здесь, где нет родных и близких, можно радоваться жизни. Но это трудно. Трудно жить без опоры.

Удовлетворённо кивнув, Андрас громогласным голосом проговорил, который не терпел возражений:

— Нравится вам это или нет, но мы отправляемся в путь. Сейчас же. Дождь закончился, так что никаких преград на нашем пути нет. Хотя, их и раньше не было...

— Дороги развезло, — констатировала факт Сатсана, смотря во вход пещеры скептическим взглядом.

— И? Что ты предлагаешь? — раздражённо бросил демон. — Мы ждать, пока дорога высохнет, не станем. После такого ливня и по несколько дней на дорогах сплошное месиво. Мы отправляемся в путь немедленно. Или вы желаете застрять здесь ещё невесть насколько?

Сатсана пожала плечами, но всё же согласилась с командиром и вышла из пещеры. За ней вышел Андрас, бросив косой взгляд на Исегана. Он криво улыбнулся и последовал за остальными. Но перед тем, как выйти, он бросил красноречивый взгляд на девушку, стоящую около старца, но Эри не поняла его и лишь в недоумении изогнула бровь.

— До свидания, — попрощалась Эрилона с мудрецом и выбежала под открытое небо.

Старец ещё некоторое время смотрел ей вслед, но в конце концов сел около костра и подбросил ветку в огонь. Пламя разгорелось ещё больше, наполняя теплом воздух.

— Не знаешь ты, дитя, что ждёт тебя впереди, — печально проговорил старец и застыл, будто изваяние.

Тем временем Андрас был готов уже сто раз повернуть назад, но гордость и упрямство не позволяли этого сделать. На демона то и дело бросали косые взгляды, в которых читалось лишь одно: только полоумный мог приказать выдвигаться в путь, когда на дворе такая погода. На тропе был настоящий грязевой каток. Липкая, серая жижа доходила до щиколотки, неприятно обхватывая своими щупальцами ноги. Лошади каким-то чудом не срывались в пропасть, правда, на весь перевал слышалось испуганное ржание. Постоянно с тропы слетали камушки, когда лошадь в очередной раз норовила сорваться и ощутить на собственной шкуре, что значит упасть с двадцатиметровой высоты.

— Молодец, нечего сказать! — с сарказмом "похвалила" Андраса Сатсана. — Благодари богов, что пока ни один из нас не валяется на земле с переломанными конечностями! Учти, если хотя бы одна лошадь упадёт, я тебя медленно убью. Я применю на тебе все пытки, которые знаю.

— Ох, ну зачем же так грубо? — слащавым голосом произнёс демон, строя из себя невинность. — В том, что кто-то упадёт будет виноват только он сам. Я же не могу всех на руках носить? Тем более с лошадьми это очень проблематично. Ну, если, конечно, лошадь и сорвётся, то какие пытки ты на мне испытаешь? — голос Андраса стал насмешливым. — Медленно изжаришь на костре? Или окунёшь в воду? Или же порежешь на мелкие кусочки? Что?

— Всё, что ты перечислил, — спокойно ответила Сатсана, лукаво улыбнувшись. — Конечно, самые изощрённые пытки ты не назвал. И это хорошо. Иначе наша дорогая гостья давно бы упала в обморок.

Эри кинула косой взгляд на демонессу и прикусила себе язык, чтобы не сказать хотя бы слово. Дорогая гостья. «Дорогая» уже само по себе смешно, а гостьей её назвать никак нельзя. Гостьи это те, кто приходят по своей воле. Она же является заложницей этого мира, которую вынудили сотрудничать для достижения чужой цели.

Эри так бы и продолжила рассуждать в том же духе, если бы она не поскользнулась. Тело стремительно приближалось к расщелине. Вот уже перед глазами развергается пропасть, напоминающая пасть, которая немедленно захлопнется, как только жертва будет близко к земле. Уже чувствуется холодное дыхание падения.

— Чёрт! — выкрикнул кто-то позади.

Эри не смогла разобрать, кому принадлежал голос. Её окутал страх, который лишил слуха. Была лишь пропасть и чувство падения. Там, внизу, виднелись острые камни, будто зубы неведомого чудовища. Резкая боль пронзила правое запястье, и девушка ощутила тепло. Чьи-то цепкие сильные пальцы обхватили её перед самым лицом смерти. И белое приведение растаяло, разочарованно сверкнув бездонными глазами. Сердце было готово вырваться из груди. Эри обуял страх. Пусть всё уже было позади, но осознание того, что чуть не лишился жизни, пугало. Девушка рискнула поднять голову, чтобы наконец узнать имя своего спасителя.

Длинные чёрные волосы струились змеями, готовые ужалить за такую неосторожность. Сатсана. Она спасла её от неминуемой гибели. Сквозь стиснутые зубы демонесса разъярённым тоном выговорила:

— Меньше глазей по сторонам! Мне твоей смерти не нужно. Кстати, за тобой должок.

Сильная мужская рука перехватила руку Эри, и она почувствовала, как с каждым новым рывком приближается любимая земля. Наконец Эри села на земную твердь и облегчённо выдохнула. Голова кружилась, и девушке хотелось то ли плакать, то ли истерически смеяться.

Вторым спасителем оказался Андрас. Он выпустил руку Эри и встал.

— Спасибо, — хриплым голосом поблагодарила Эри, слегка покривя душой.

— Может быть вам требуется отдых? — услужливо спросил Андрас.

— Нет, спасибо. Идите вперёд, я догоню, — эти слова девушке дались с трудом, но гордость не позволяла сказать, что она смертельно напугана.

— Как скажите, — бросил Андрас, беря лошадь за поводья.

Собрав мысли в кучу, Эри попыталась встать. Пошатываясь, она медленно пошла вперёд за демонами, которые черепашьим шагом двигались по тропе, чтобы не дай Бог Эри не отстала.

Поравнявшись с остальными членами отряда, Эри почувствовала некоторое облегчение. Она не знала, с чем связано это чувство. Наверное из-за того, что поняла, что её не бросят. «Конечно, не бросят, — фыркнула Эри. — Я им нужна для того, чтобы они смогли войти в Ад». Эри бросила взгляд на Исегана и была мягко говоря удивлена. Лицо демона выражало обеспокоенность.

— Что, значит вам тоже на меня не наплевать? — язвительно спросила Эри у Исегана. — Ах да, как же я могла забыть, вы же тоже хотите попасть в Ад.

Злобные слова сами собой срывались с языка, а испуганное сердце всё ещё отбивало учащённый ритм. Её голос не дрожал, наоборот, звучал гордо и даже тщеславно. Умом Эри понимала, что взъелась на сущий пустяк, но сердцу-то не прикажешь.

Демон не нашёлся, что ответить, но было видно, что слова Эри — ложь. Может быть отчасти, а может целиком и полностью.

— Ненависть ничего не решит, — коротко бросил Исеган, глядя под ноги безразличным взглядом. — Держи свои чувства на коротком поводке.

— Значит, я должна быть статуей, ничего не чувствовать, ничего не говорить? — голос Эри звучал будто зарождающаяся буря. — Я должна полностью подчиняться вам, выполнять ваши приказы?! — Эри остановилась. — Я не должна иметь своего мнения?! Так знайте, что если бы не вы, то и я относилась бы к вам иначе. На зло отвечают злом.

Эри закончила гневную тираду и резко отвернулась от Исегана на каблуках, не заботясь о том, что может вновь поскользнуться и упасть. Сатсана, наблюдающая эту перепалку, криво улыбнулась, и остановившийся отряд снова продолжил путь в гробовом молчании. В сердце Эри зарождалась не просто обида, а жажда мести. Как низко!

Девушка и сама понимала, что подобное чувство скверно, что его нужно гнать от себя, но оно прочно засело в душе. В голове метались две мысли: отомстить за причинённую душевную боль, за невыносимое одиночество, а вторая — она сама виновата. Она, Эри.

Что для демонов значит честь? Судя по всему, абсолютно ничего. Она единственный человек среди них. Значит, нужно держать чувства на «коротком поводке». Но всё равно несправедливо.

Эри опустила взгляд, желая прекратить это неприятное чувство тяжести в глазах и отогнать тот клинок, что глубоко засел в сердце. Она не могла принять той мысли, что всего лишь предмет для осуществления цели. Она хотела быть другом. Или просто товарищем. Но она стала ненавистной куклой.

«Все виноваты, — со злобой подумала девушка. — Я не предмет. У меня есть чувства. Я не могу быть виноватой. Но тогда почему мне так плохо?»

Эри запуталась, Эри отчаялась найти ответ на этот вопрос, ведь дома она была весёлой, ленивой, улыбчивой, на людях спокойной, вежливой, рассудительной. Здесь же она была воплощением льда, замкнутости, ненависти и обиды. Что же случилось?..

Сердце больно кольнуло. На зло можно ответить добром, и тогда оно умножится, принесёт сладкие плоды умиротворения. Но так ли поступают демоны? Если бы перед ней стояли люди, то она попросила бы у них прощения. Но это нелюди, бесы, нечисть. Хотя, что она знает о демонах этого мира? Совершенно ничего. Разве можно рассказать о себе, когда хочешь, что бы твоя сущность оставалась покрытой мраком? Удобно, когда о тебе ничего не знают. Или почти ничего. Характер был виден на лицо.

— Простите, — неожиданно сорвалось с губ, и Эри на секунду замешкалась, удивилась своим словам.

«Я же не хотела ничего говорить... — растерянность была на грани с грустью, с чувством унижения. — Так почему?! Я же... не хотела…» Девушка закусила губу, едва подавив рвущийся на волю всхлип. Демоны никак не отреагировали на извинение, или просто не захотели показать, что это слово было услышано. Лишь Сатсана улыбнулась уголками губ, но и эта пародия на улыбку быстро померкла.

Впереди показались деревца, те самые, у которых остановилась коалиция прошлой ночью. Лёгкие сумерки коснулись земли, будто вечерняя колыбель, что поётся, чтобы дитя Вселенной заснуло мирным, полным радости сном. Но с наступлением ночи просыпаются даже самые потаённые страхи...

Страх утраты. Страх осознания ненужности. Страх смерти.

Раньше чёрные тени казались безмолвными и мёртвыми, а теперь, казалось, они оживают, тихо шепчутся, совещаются, кого же убить этой ночью. Эри снова сковал страх. Страх перед тенями. Может быть это посланники с того света? Может, они пришли за ней, за Эри?

Тело начала бить мелкая дрожь, зубы тихо стучали, а глаза подёрнулись дымкой непонимания. Чем ближе становились деревья, тем больше Эри окутывал страх, душил своими цепкими, холодными пальцами. На волю рвался крик. Крик отчаяния. Девушка с трудом передвигала ноги, они будто враз окаменели. Но она шла, сама не понимая, почему до сих пор не остановилась и не убежала.

Злобные тени открыли свои бездонные, полные черноты очи, в свете звёзд блеснули острые клыки, готовые в любой момент разорвать плоть. Тени сгустились, стали приближаться к Эри, тихо перешёптываясь. Спасения нет.

Тишину равнины разрезал пронзительный крик. Но он быстро оборвался и сменился пугающей тишиной. Даже ветер не смел нарушить её. Демоны сразу же обернулись, обеспокоенные криком и были готовы ко всему: успокаивать девушку, после того, как она увидела в траве змею, отбиваться от шакалов, хотя их здесь быть не должно, но они никак не ожидали увидеть Эри, лежащую без сознания на холодной земле.

Ветер вновь полетел над землёй, призывая демонов сделать шаг вперёд. Первой к девушке подбежала Сатсана. Она пошлёпала Эри по пылающим щекам, но девушка никак не отреагировала.

— У неё жар, — констатировала факт демонесса. — Видимо, здоровьице у нашей гостьи никудышное, вот и простудилась под дождём.

— Всегда нам не везло... — с почти неподдельным сожалением протянул Андрас, прикрыв глаза.

Сатсана взвалила Эри на плечо и понесла к одному из деревьев. Андрас еле заметно скривился от мысли, что им придётся ухаживать за Эри. Годы однообразных путешествий убили в нём всю ту заботу, что была в нём раньше. Сатсана тем временем положила Эри на расстеленное одеяло и стала рыться в своей сумке. Вин вылез из сумки и начал бегать по зелёной траве, в ночи казавшейся тёмно-синим ковром. Сначала он посмотрел на Эри, которую пробил холодный пот, а затем скрылся в зарослях. Демонесса что-то бормотала, и Андрас смог уловить, что его попутчица явно не в духе.

Исеган тем временем привязывал поводья к веткам. Когда дело было закончено, он искоса взглянул на Сатсану, так и продолжавшую копаться в сумке.

— Что-то ищешь? — сухо спросил демон с непроницаемым лицом.

— Да, — сквозь зубы ответила Сатсана. — Настойку лаванды...

— Лаванды? — слегка удивился Исеган, слегка приподняв бровь и опёршись о ствол дерева. — Я думал, от простуды помогает шалфей.

— Ты с дуба рухнул? — демонесса чуть ли у виска не покрутила. — Шалфей — это приправа, она используется в различных блюдах. И вообще, не разбираешься в медицине, не лезь, — последние слова Сатсана буквально прошипела.

Исеган несколько обиделся и что-то пробурчал себе под нос.
Чуть поостыв, он подошёл к лошади Сатсаны и извлёк из миниатюрной сумы тёмно-зелёный флакон.

— Это настойка лаванды? — спросил он, подходя к демонессе.

Та раздражённо взглянула на него, но когда её взгляд упал на флакон, выражение её лица смягчилось.

— Молодец. А теперь давай его сюда.

Исеган наклонился, и Сатсана выхватила тару из рук демона и открутила крышку. Воздух наполнился запахом лаванды с какой-то примесью. Андрас оторвался от собирания веток для костра и полузадушенным голосом выдавил:

— Ты же отравишь её этой гадостью! А она нам ещё нужна...

Злорадно ухмыльнувшись демону, Сатсана аккуратно влила в рот Эри несколько капель жидкости. Та в мгновение ока очнулась и начала судорожно кашлять, будто надышалась дыма.

— От этого лекарства ещё никто не умирал, — с самодовольным видом сказала Сатсана, наблюдая, как вскочила Эри. — Разве что привкус остаётся денька на два. А если кому-то не понравилось моё творение, — демонесса уничтожающим взглядом посмотрела на Андраса, — то это уже его проблемы. Зато хвори как не бывало.

Откашлявшись, Эри принялась ходить из стороны в сторону, стараясь хоть как-то отдышаться.

— Сочувствую, — прискорбно бросил Андрас, недовольно поджав губы при виде флакона.

Эри, вместо того, чтобы поблагодарить демона, вновь закашлялась. Убийственное "лекарство" действовало неимоверно быстро, и все признаки простуды просто испарялись. Вместе с ними исчезала и ненависть к демонам. Проскользнула мысль, а не добавляла ли Сатсана успокоительное в этот настой? В любом случае, у девушки впервые за два дня стало легко на душе. «Может, не зря я извинилась?» — подумала Эри.

Запылал костёр, и пламя острым алым клинком разрезало темноту на сотни чёрных осколков. На крошечной полянке заплясали тени, напоминая Эри о своём страхе. Девушка судорожно поправила выбившуюся прядь волос и тихо спросила:

— А где тени?

Сразу три пары глаз недоумевающе уставились на Эри, и ей моментально сделалось некомфортно.

— В смысле? - наконец спросила Сатсана, изогнув бровь. — Тени от деревьев, камней, от нас, в конце концов. Они никуда не делись. Или я что-то недопонимаю?

Эри поспешила отрицательно покачать головой, стараясь выглядеть как можно более непринуждённо. Такой трюк сработал бы только на ребёнке.

— Раз начала, то договаривай, — приказным тоном велела демонесса, положив руки на колени.

— Да нет, ничего, правда! — попыталась заверить всех девушка. Попыталась.

Сатсана тяжело вздохнула. Мужская же часть отряда безразлично смотрела в костёр. Так и не дождавшись ответа, она пересела поближе к Эри и выжидающе посмотрела на неё с тенью детского любопытства. Эри стало не по себе от взгляда карих глаз.

— Ну так? — шёпотом спросила Сатсана с разгорающимся любопытством. — И почему не рассказываешь? Какая-то тайна?

Эри обречённо вздохнула, но всё же стала рассказывать еле слышным шёпотом, так что демонессе пришлось пододвинуться ещё ближе.

- Мне почудилось, что на меня собираются напасть тени. У них были и глаза, и клыки. Знаю, бред, поэтому и не хотела ничего говорить.

— Да, бред, — согласилась Сатсана. — Всё же надо было тебе дать какую-нибудь шаль, чтобы ты не простудилась.

— Да ничего страшного! — попыталась успокоить девушку Эри, но та в утешениях совершенно не нуждалась.

Сзади зашуршала листва, и Эри быстро обернулась. Испуг прошёл, как только из зарослей показался Вин, на перевес неся какую-то птичку.

— Бедняжка, — сказала Эри, глядя на безвольную ношу в зубах демонёнка.

Вин улёгся около костра, но хозяйка демона сразу поняла его намерение.

— Тебе здесь не трапезная. Иди поешь в другом месте.

Вин нехотя поднялся, но всё же послушался и вновь скрылся в траве. Напоминание о еде заставило живот неприятно сжаться, а затем и заурчать. Эри согнулась в три погибели, чтобы заглушить этот звук.

— Так, — громогласным голосом проговорила Сатсана. — Хлеб, воду и что-нибудь на десерт. Шагом марш!

Эри улыбнулась демонессе, а та в ответ подмигнула. «Нет, всё же очень хорошо, что я извинилась, — девушка мысленно кивнула самой себе. — Воспитанным правильнее делать первый шаг к примирению. Теперь я должна быть в шоколаде…»

Исеган принёс всё, что назвала демонесса, а на десерт одно большое красное яблоко. Разрезав его на четыре части, Эри с удовольствием вкусила запретный плод.

Костёр тем временем стал постепенно сбавлять свою мощь, делая мрак более вездесущим. Далёкие звёзды мерцали, маня в бескрайнюю даль своим холодом и вечным молчанием. Где-то далеко ухнула сова, развеивая безмолвие, и эхо подхватило этот крик, разнеся по всей долине. Эри слегка вздрогнула, но в следующее мгновение вновь совладала с собой.

— Хочешь ли ты узнать легенду о тенях? — замогильным голосом спросила Сатсана, и Эри едва не прыснула.

— Здесь нет ничего смешного, — таким же мёртвым голосом возразил Андрас, будто подхватывая эстафету запугивания.

Девушка улыбнулась и решила, что страшилка перед сном лишней совершенно не будет.

— Что ж, я слушаю, — сказала Эри и вся превратилась в слух.

Сатсана заговорщицки подмигнула демону и начала приглушённым голосом:

— Древняя легенда гласит, что люди, жаждущие ответов на свои вопросы, приходили к храму и неистово молились всем известным им богам. Но высшие силы отказали им в их скверных желаниях. Тогда люди воззвали к Загробному богу, и тот откликнулся на просьбу людей. Он внушил им, что их желания исполнились. Цена за такое призрачное счастье была высока: люди, очнувшись ото сна, умерли из-за своих тёмных помыслов. Загробных бог не пожелал забрать их души в Загробный мир, а потому они превратились в бестелесных призраков, что бродят по земле по ночам. Они утаскивают одиноких путников в самые тёмные места, где мстят им за всю ту боль, что испытали на собственной шкуре.

— Иногда можно услышать жалобные стоны путников, а затем наступает мёртвая тишина, — продолжил рассказ Андрас, перейдя на шёпот. — Тогда к призракам слетаются вороны и наедаются телами их жертв.

В воздухе шумно захлопала стая птиц, и Эри, до сих пор слушавшая рассказ с улыбкой, посмотрела в ночное небо. При свете луны можно было разглядеть несколько воронов, что летели в лес. По коже побежали мурашки. Вспомнился её болезненный бред. Андрас хитро улыбнулся, после чего продолжил:

— Но на этом призраки не останавливаются. Они снова идут на охоту. В темноте мерцают их бездонные, полные черноты и злобы глаза, а в свете звёзд блестят их острые зубы. Ночью покойники подкрадываются к жертве и утаскивают её в лес, где и убивают.

Эри, постаравшись забыть о воронах, скептически посмотрела на демона.

— Всё это обычные байки, так что я вам не верю.

— Дело ваше, — хитро прищурившись, проговорил Андрас. — Только имейте ввиду, перевал Кошмаров — то самое место, где были убиты десятки бандитов. Лучше спите поближе к огню, чтобы вас не утащили.

Демон прислонился к стволу дуба и закрыл глаза. Сатсана же поднялась и взяла пустой котелок в руки, где раньше была вода.

— Если что, не поминайте лихом.

Эри так и открыла рот в изумлении. Да это просто спектакль! Наверное... Нельзя забывать, что это другой мир, где Бог знает сколько мифических существ.

Девушка устроилась поближе к костру и устало закрыла глаза. В горле запершило, и Эри с ужасом сквозь накатывающий сон подумала, что ей снова придётся выпить ту гадость. Тут же перед мысленным взором предстала Сатсана с её убийственной фразочкой. Сон тут же как рукой сняло. Зачем же так пугать милую и впечатлительную девушку?

Когда все уснули, Эри не находила себе места. Постоянно девушке казалось, что в темноте бродят духи, но она продолжала неподвижно сидеть, пытаясь внушить себе, что это её фантазия. Ветер будто на зло разбушевался, стремясь слепить из листьев очередную страшную иллюзию, а игра света и тени только добавляла контраста, отчего вдалеке от костра вновь и вновь пробегали зловещие тени.

А Сатсана до сих пор не вернулась... Этот факт ещё больше напугал Эри, и она поёжилась. «Нет-нет-нет! — мысленно воскликнула Эри, едва не вскочив на ноги. — Никаких призраков не существует! Река далеко, вот Сатсана так долго и ходит за водой! Она же далеко?..» Девушка тяжело вздохнула и стала смотреть в звёздное небо, стараясь поскорей заснуть и забыть об этой страшилке, которая на первый взгляд показалась детским лепетом с замогильным голосом.

Постепенно дрёма становилась всё сладостней и прекрасней, накатывала приятными тёплыми волнами. Ещё одна минута — и пленительное царство Морфея стало ещё ближе. Но восхитительная идиллия была нарушена хрустом веток и шуршанием листвы. Эри распахнула глаза и резко поднялась на ноги, отчего перед глазами внезапно потемнело. Из кустов, тонущих во мраке, донёсся противный, липкий шёпот:

— Отдай мне свою душ-шу!

Из кустов показались чёрные человеческие руки, и Эри завизжала, как маленькая девочка, при этом отскочив на несколько метров от кустов и прислонившись спиной к дереву. Мужчины вздрогнули и в недоумении воззрились на Эри, с животным ужасом смотрящую на заросли. И только тут они заметили тёмные руки, неподвижно зависшие в воздухе. Исеган лишь коротко хмыкнул, а Андрас буквально задыхался от беззвучного смеха. Эри, заметив такую реакцию, сначала недоумённо посмотрела на руки, торчащие из кустов, а затем выпрямилась и надулась. Её разыграли.

Из кустов вылезла Сатсана и тут же сняла перчатки, гордо демонстрируя их остальным членам отряда. Эри смущённо потупила взгляд и возликовала, что в темноте нельзя разглядеть румянец. Она опустилась на землю и усталым голосом сказала, стараясь отогнать лёгкую тень стыда:

— Спокойной ночи. В следующий раз пугайте друг друга.

Завернувшись в тонкую шаль, почти не дававшую тепла, Эри закрыла глаза, всем своим видом показывая высшую степень оскорблённости.

— Ну что же вы так, Эрилона? — с укором спросил Андрас. — Мы же сделали второй шаг к примирению, а вы опять отвернулись. Если постоянно натягивать отношения до предела, то они когда-нибудь разорвутся, а ни вам, ни нам этого не нужно.

— Замечательное примирение, — пробурчала себе под нос Эри, чтобы её никто не услышал.

— Относитесь к жизни проще, — посоветовал Андрас и улыбнулся. — Спокойной вам ночи, Эрилона.

Демон завернулся в свой полу-плащ и закрыл глаза. На его губах играла лёгкая полуулыбка. «С детьми только так и нужно общаться». Сатсана сладко зевнула и последовала его примеру. Коалиция вновь погружалась в сон. Эри, всё же несколько обидевшись на демонов, решила, что всё же стоит отдохнуть. «Как малые дети, честное слово», — устало подумала Эри, устраиваясь поудобнее. Под мерное стрекотание кузнечиков Эри вновь вернулась в страну грёз.

Прохладный ветер сошёл на нет, и над землёй повисло молчание, что не нарушало даже перешёптывание листвы. В полной тишине Исегану наконец-то удалось нормально заснуть. Ему снилось далёкое прошлое, журчание маленькой речонки, пожар, бушующий с неистовой мощью. Балки многочисленных домов обрушивались на землю, подминая под себя всех жителей города.

Исеган проснулся в холодном поту. Заря уже разгоралась, окрашивая восток в нежно-розовые тона. Летнее утро было на редкость прохладным и безоблачным, зефиры заигрывали с травами и цветами, наполняя воздух приятными и сладкими ароматами. Именно он и помог забыть о ночном кошмаре, забыть, что этот кошмар — реальность.

Исеган вздохнул, вспомнив все ужасные события, что вновь разбередили душевные раны. И зачем он терпел всю эту боль на перевале, если ей всё равно нужно будет куда-то деться? Нельзя ли было там свернуть с дороги и дать волю чувствам? Так было бы неправильно. Иначе в его душе опять зажёгся бы огонь жажды мести.

Мысли путешественника отвлёк шорох, и демон повернулся на звук. Из кустов вылез Вин и примостился на его коленях. Он улёгся на спину, требуя, чтобы его приласкали. Исеган сорвал длинный стебель и стал водить им по животу демона-змеи. Вин стал хватать траву и кусать её. В некогда разумных глазах сейчас был лишь животный инстинкт. «Кот ты, кот, пусть и в образе ящерицы, — подумал Исеган, глядя на то, как Вин гоняется за палочкой. — Ну совершенно не разумное существо».

Будто прочитав мысли Исегана, Вин остановился, важно поднял голову и гордой, но неуклюжей походкой прошествовал к сумке Сатсаны, в которой и любил путешествовать. Залез в неё и даже нос не показал. «Обиделся», — хмыкнул Исеган и усмехнулся.

Ослепительные лучи солнца разбудили остальных демонов, и Андрас принялся будить Эри. Так начинался новый день.

— Вставайте, Эрилона, — буднично сказал Андрас, легко похлопав Эри по плечу.

Девушка открыла глаза и недовольно посмотрела на демона, что привело Андраса в бодрое расположение духа. Скривившись, Эри поднялась и почувствовала страшный голод.

— У вас есть что-нибудь съестное? — робко поинтересовалась Эри и с надеждой посмотрела на суму.

— Да, сейчас, — рассеянно отозвалась Сатсана, расстёгивая рюкзак.

На обозрение Эри предстал крохотный кусочек сыра, неутешительных размеров хлеб и в два раза меньше всего этого кусочек растопленного масла, заключённого во флакончик. У Эри появилось стойкое ощущение, что это завтрак не для нормальных людей, а для игрушечных человечков.

— Это всё? — разочарованно спросил Андрас, возведя глаза к небу.

— Ещё три яблока, — ответил Исеган и на землю из сумки упали сладкие плоды.

Эри с нескрываемым голодом понаблюдала, как яблоки спланировали на землю, сладко оттолкнулись от неё, слегка помявшись, и будто аппетитные курочки взлетели в воздух, чтобы в следующее мгновение безжизненно брякнуть и холодно заблестеть. Ассоциация с курочкой больше ни у кого не возникла, зато у Эри она была ещё жива. Глазам не прикажешь, когда желудок голоден. После сытных дней почти ничего не есть очень тяжело, Эри это узнала на собственной шкуре.

— Так, где может быть Кровавая река? — Андрас совершенно не к месту сменил тему.

Остальные посмотрели на Андраса как на врага народа, который наглым образом развеял иллюзию длинного стола, с которого буквально валилась еда. Тот даже не попытался ретироваться.

— Если Кровавая река, то значит очень много крови, — размышляла вслух Сатсана, немного отвлёкшись от еды. — Много крови — уже покойник... Может быть Обрыв Мертвецов? Точно, Кровавая река может течь рядом с Обрывом Мертвецов.

— Надо проверить, — кивнул Андрас и сложил руки на груди. — Говорят, что Обрыв Мертвецов очень опасен, и туда никто не ходит. Все, кто там побывал, пропадали без вести или сходили с ума от пережитого ужаса, — Эри мелко вздрогнула. — Там всё усыпано костями, а над трупами летают вороны и клюют и без того истерзанные тела. Ну что, ещё хотите есть, Эрилона?

Упоминание о трупах напрочь отбило аппетит, а потому Эри отрицательно покачала головой.

— Вот и славно, — улыбнулся Андрас и скрестил руки на груди. — Перекусим и в путь.

Эри недоверчиво посмотрела на все имеющиеся пожитки и всё-таки решилась взять одно яблоко. В мгновение ока все запасы сошли на нет. Это значило, что теперь придётся голодать.

Собрав свои пожитки, демоны принялись отвязывать могучих скакунов от ветвей деревьев.

— Нужно зайти в какую-нибудь деревню, — сказала Сатсана, прикрепляя суму к седлу. — Садись, — велела она Эри и подала ей руку.

Девушка без раздумий села позади Сатсаны и легко погладила круп гнедой лошади. Сегодня на один страх стало меньше, но впереди ещё много ловушек и испытаний, которые легко могут внушить ещё немало иллюзий и показать самые потаённые страхи и ужасы, что могут существовать в человеческих сердцах.