Глава 80. Вместе.
В прошлом Нин Ань, опасаясь причинить Фэн Юню вред, предпочитал сдерживать свои чувства.
Он собирался сначала рассказать мужу о переселении души и позволить ему самому принять решение о том, стоит ли им развивать отношения. И если бы, зная все, Фэн Юнь все еще желал принять его, Нин Ань без колебаний распахнул бы ему свои объятия.
Однако теперь Фэн Юнь сильно пострадал и нуждается в исцелении, так что в топку всю деликатность!
Нин Ань решительно прижал мужа к входной двери и потянулся к его губам, но тот вдруг отвернулся и уклонился от его поцелуя.
Металлическая дверь холодила спину Фэн Юня, и ему казалось, что холод от нее проникает до самого сердца, причиняя боль.
Если бы Нин Ань проявил инициативу раньше, Фэн Юнь был бы очень счастлив.
Но теперь...
Нин Ань поджал губы и отстранился. Печаль, смущение и тоска захлестнули его сердце одновременно.
Его тонкие пальцы медленно сжались в кулаки, но он продолжал сжимать плечи Фэн Юня, лишь слегка ослабив хватку.
У него совершенно не было опыта, и после того, как его отвергли, Нин Ань не знал, что ему стоит сделать.
Он молча опустил глаза и посмотрел на пальцы их ног. Его лицо медленно побледнело.
Ему было жаль Фэн Юня, но, похоже, он ничего не мог сделать...
Впрочем, уклонившись от поцелуя, Фэн Юнь не оттолкнул юношу, а уткнулся лбом в его шею и затих.
На самом деле, в тот момент, когда он отвернулся, его сердце остро заныло.
Фэн Юнь не знал, сколько мужества потребовалось Нин Аню, чтобы проявить инициативу и поцеловать его, сколько психологических препятствий он преодолел, чтобы произнести такие горячие слова любви.
Но он был действительно напуган инициативой своего любимого, подозревая, что вообще недостоин любви. Если уж даже Фэн Жань, его мать, не смогла полюбить его, то как может его любить Нин Ань? Какое право он вообще имеет просить о любви?
Фэн Юнь чувствовал себя очень неуютно. Темные тучи нависли над его миром, сверкали молнии, грохотал гром. Он не мог даже дышать, поэтому бессознательно причинил боль человеку, который был ему дорог больше всего.
Но Фэн Юнь все же отчаянно нуждался в любви, испытывая эмоциональный голод и нестерпимую жажду.
Фэн Юнь почувствовал смущение и беспомощность Нин Аня. Он с нетерпением ждал, когда тот снова поцелует его, но юноша уже убрал руку от его щеки.
Сердце Фэн Юня опустело, причиняя боль.
- Прости, - голос мужчины звучал глухо., - Я не должен сердиться на тебя, я просто...
Я просто не думаю, что меня кто-нибудь может любить......
Прежде чем он успел что-либо сказать, руки Нин Аня тепло обхватили его.
Нин Ань обнял мужчину, но не сказал ни слова, лишь нежно погладил его по спине ладонью, позволяя ему излить всю горечь своего сердца и выпустить всю гниль.
- Мне так больно, Нин Ань, так больно...
- Я знаю. – тихо сказал Нин Ань. – Поделись со мной, и тебе станет легче.
- Я просто не ожидал, что окажусь таким существом, - вздохнул Фэн Юнь, его голос задрожал. - Даже к кошкам и собакам люди относятся лучше, чем родная мать относится ко мне. Почему она так со мной обращается? Раньше, несмотря ни на что, я никогда не сомневался в ее любви. Я просто думал, что у нее сложный характер, а потому и способ выражать свою любовь слишком сумасшедший и экстремальный. - Капли горячей влаги обожгли кожу юноши даже сквозь ткань рубашки. Нин Ань крепко обнял мужа.
Фэн Юнь немного успокоился, а затем продолжил:
- Она говорила, что Лю Цин вмешалась в ее отношения с Чу Юньхэ. Мне всегда было жаль ее, и даже когда ее слова бесили меня, я терпеливо слушал ее, убеждая себя, что она моя мать.
Фэн Юнь поднял голову. Его глаза стали кроваво-красными. Он посмотрел на Нин Аня и сказал:
- Может, мне вообще не надо было рождаться на свет?
- Нет, Фэн Юнь, -тихо сказал юноша. - Если б ты не родился, я бы не встретил тебя.
Если б они не встретились, разве не суждено было бы Нин Аню стать одинокой бесприютной душой?
- Мне не нужно сочувствие. - Горло Фэн Юня сдавил табачный дым, кадык перекатился, и он сказал то, что ему самому было трудно принять: - Даже без меня ты бы обязательно нашел кого-нибудь.
Нин Ань спокойно посмотрел на него, ничего не сказав. Однако уже в следующую минуту юноша оттолкнул его и пошел на кухню.
Фэн Юнь был застигнут врасплох. Его руки внезапно опустели, ощущение тепла полностью пропало.
Холодный воздух ворвался в легкие и проник в самое сердце.
Однако Нин Ань отсутствовал недолго. Вскоре он вышел из кухни, держа в одной руке бутылку вина, а в другой - два пустых бокала. В электрическом освещении его лицо казалось очень бледным.
Нин Ань указал на диван и спокойно сказал:
- Садись.
Фэн Юнь стоял неподвижно и смотрел на него.
Нин Ань молча сел, налил бокал вина, высоко запрокинул голову и залпом выпил его. По длинной красивой шее перекатился кадык.
Затем он налил еще один стакан, точно такой же, как предыдущий, и снова выпил его на одном дыхании.
Из-за резких движений часть вина расплескалась, стекая по уголкам его губ, оставляя влажный яркий след.
Наконец Нин Ань посмотрел на него и сказал:
- Фэн Юнь, мы знакомы уже достаточно давно, и ты знаешь, что я не из тех, кто будет говорить фальшивые слова или совершать фальшивые поступки, верно? Но я и не из тех людей, которые жертвуют собой из-за сострадания. Я знаю, что моя силы не так уж велики, и их явно недостаточно, чтобы самостоятельно вытаскивать людей из моря страданий.
Сказав это, юноша вознамерился налить себе третий бокал вина. Фэн Юнь был вынужден схватить его за запястье, прежде чем бокал коснулся губ.
Нин Ань поднял глаза:
- Фэн Юнь, ты мне нравишься. Это никогда не имело никакого отношения к твоей семье или твоей работе.
Фэн Юнь поджал уголки губ и протянул руку, чтобы стереть винные пятна с лица Нин Аня.
Юноша указал на место рядом с собой:
- Сядь, Фэн Юнь. Изначально я думал, что эти слова, возможно, неуместны для произнесения сегодня, но теперь склоняюсь к тому, что хуже уже не будет. Ты все еще хочешь это услышать?
Если бы Фэн Юнь знал, что ситуация самого Нин Аня даже паршивей, чем у него, он бы не был так расстроен, верно?
Нин Ань опустил глаза, ожидая ответа Фэн Юня, а когда снова поднял взгляд, на его лице уже была улыбка. Он налил бокал вина и спокойно протянул мужу.
- Я слушаю. - Фэн Юнь поджал губы и с усилием вырвал свои мысли из сегодняшней боли. - Я хочу услышать о тебе, о хорошем и плохом.
Нин Ань кивнул, затем улыбнулся, но в его улыбке была нотка горечи.
Он рассказал Фэн Юню о себе все, без утайки.
Он даже не смотрел на выражение лица Фэн Юня, он просто рассказывал. Лишь закончив говорить, он тихо выдохнул.
Этот вопрос, спрятанный в самой глубине его сердца, никогда никому не был известен, и в первые дни после своего попадания в книгу Нин Ань даже представить себе не мог, что когда-нибудь расскажет об этом кому-либо.
Это слишком невероятно, слишком опасно и больно.
Но сегодня он рассказал все. А закончив исповедь, понял, что все оказалось намного проще, чем он думал.
В этом мире наконец-то появился человек, который знает, откуда Нин Ань пришел и что он такое.
Юноша опустил голову, ожидая решения Фэн Юня.
Примет ли это Фэн Юнь? Возможно, сегодня был последний раз, когда они вот так ладили. Нин Ань хотел, чтоб этот миг тянулся бесконечно.
Возможно, Фэн Юнь просто не готов к такой мистике. Ладно, если для него это неприемлемо, то и забудем об этом.
Нин Ань ждал, постепенно убеждаясь, что это конец. Но вдруг чья-то рука потянулась к нему, и взяла его ладонь. Эта рука была холодной, но держала его очень крепко.
Фэн Юнь, долгое время не издававший ни звука, наконец заговорил:
- Нин Ань...
Его голос казался очень сухим, Нин Аню даже захотелось спросить, не нужно ли ему сначала выпить стакан воды.
Конечно, он не посмел прервать торжественность момента и просто терпеливо ждал, что Фэн Юнь скажет, но тот снова замолчал.
- Ты в это веришь? – Нин Ань поднял глаза и улыбнулся. Посмотрев на Фэн Юня, он спросил: - В то, что я сказал.
Фэн Юнь кивнул, глядя на него пристальным взглядом, подобным темной морской глади с черными облаками на море:
- Как я могу не верить тому, что ты говоришь?
- Тогда, когда я сказал, что люблю тебя, - Нин Ань почувствовала себя немного неловко, но улыбнулся, - почему ты этому не поверил?
Юноша встал:
- Фэн Юнь, подумай о том, что я рассказал. Если ты не сможешь принять это... Я пойму. - Он на мгновение замолчал.- Я снял дом два дня назад и могу съехать в любое время, так что тебе не нужно переживать обо мне. Я съеду завтра.
Нин Ань посмотрел на небо за окном:
- Сегодня уже слишком поздно.
В следующую секунду Фэн Юнь схватил его за руку. На лице мужчины застыло редкое ошеломленное выражение. Когда он услышала слова "Я съеду", его будто окатили ледяной водой.
Очевидно, на улице была весна, но он чувствовал, что попал в середину зимы.
Он ощутил себя голым беспомощным младенцем, которого глубокой зимой выбросили на мороз.
Фэн Юнь схватил юношу, яростно притянул к себе, и поцеловал его мягкие волосы, повторяя:
- Я не могу этого принять...
Нин Ань подумал, что, конечно, существует не так уж много людей, которые могли бы жить с блудным духом, захватившим чужое тело, и для Фэн Юнь нормально не принимать это.
- Я не могу смириться с тем, что ты так много страдал, - Фэн Юнь обнял его крепче. Лишь почувствовав температуру его тела, он , казалось, вернулся к жизни. - Брошенный всеми, ты пришел в чужой мир, и попал в такую семью. Чтобы сбежать от них, ты согласился выйти за меня замуж... Ты так много страдал ...
Фэн Юнь, наконец, полностью понял, почему Нин Ань так не похож на человека, прошлое которого он исследовал.
Его голос дрогнул:
- Нин Ань, тебе, оказывается, всего девятнадцать лет. Я не знал...
Потрясенный, Фэн Юнь, казалось, даже забыл о своем несчастье и крепко обнял юношу.
Внезапно у Нин Аня хлынули слезы. Он думал, что его душа уже омертвела, но из-за того, что Фэн Юнь заботился о нем и жалел его, он не смог подавить свою печаль.
- Фэн Юнь, я так скучаю по дому... Я скучаю по своему папе, маме и Нин Ке, - тихо сказал Нин Ань гнусавым голосом, - Но если я уйду из этого мира, я буду скучать по тебе. Я не знаю, когда я вернусь, и вернусь ли вообще, Фэн Юнь. Дело не в том, что я избегаю тебя, потому что не люблю. Я просто боюсь, что ты не сможешь принять моего ухода из этого мира, поэтому мне было нужно подумать...
- Я понимаю! - Фэн Юнь закрыл глаза. - Куда бы ты ни пошел в будущем, тебя будет ждать дом. Здесь твой дом – это я.
Нин Ань поднял голову. Его ресницы слиплись от слез, а глаза почернели.
Фэн Юнь поцеловала его в глаза:
- Я боюсь потерять тебя. Но еще больше я боюсь упустить возможность заботиться о тебе и заполучить тебя.
Нин Ань снова закрыл лицо руками, не зная, что сказать. Его мозг онемел, и слова лились непроизвольно:
- Фэн Юнь, спасибо тебе. Если б ты не родился, я бы остался одиноким призраком.
Слова об «одиноком призраке» яростно ужалили сердце Фэн Юня. Он прикусил губы зубами и использовал физическую боль, чтобы прогнать психологическую.
Нин Ань потер лицо и сказал то, что Фэн Юнь говорил ему много раз:
- Фэн Юнь, я хочу поцеловать тебя, можно?
Прежде чем голос стих, его губы оказались между губами Фэн Юня. Боль, отчаяние, взаимное страдание друг за друга - все эмоции переплелись в этом поцелуе.
Нин Ань всегда думал, что их первый поцелуй будет нежным и сладостным, но он не ожидал, что он окажется безумным, жестоким и кровавым.
（***************）
<п/п: Опять цензура, проклятая!>
Когда все закончилось, Фэн Юнь заключил мужа в объятия и подарил долгий нежный поцелуй.
Нин Ань был немного раздосадован, потому что все то, чему он учился, оказалось бесполезно.
- В чем дело? - Фэн Юнь понял, что с ним не так, и сказал с мягкой улыбкой: - Разве у меня не получилось хорошо?
- Нет, - Нин Ань обхватил руками его лицо и посмотрел на него. – Откуда ты знаешь, как правильно все делать?
Фэн Юнь был чрезвычайно счастлив, похвала его обрадовала:
- Ты хочешь знать?
Нин Ан ничего не ответил, поджал губы и провел кончиками пальцев по своим густым и тонким бровям.
Выражение лица Фэн Юня стало неясным:
- Я часто думаю о том, как ты делаешь разные плохие вещи, и представляю, как делаю что-то очень плохое с тобой. Это безумие ...
Он прикусил губу и спросил мужа:
- Ты боишься? Я такой сумасшедший... Особенно с учетом того, что в моих жилах течет кровь Фэн Жань, ты будешь меня бояться?
Нин Ань не боялся, но он чувствовал огорчение от того, так осторожен и закомплексован.
- Я не боюсь, потому что я знаю, что ты отличаешься от нее. Она причиняла тебе боль, но ты не причинишь боли мне, - он нежно поцеловал Фэн Юня в губы: - Не терпи больше. Я здесь, а значит, ты можешь получить все, что захочешь.
Фэн Юнь закрыл глаза, его кадык перекатился. Глаза болели, и он даже испытывал отвращение и страх перед самим собой. Но Нин Ань сказал, что не боится. Он сказал, что ему больше не нужно ничего терпеть или в чем-то себе отказывать. Он был здесь.
В этот момент Фэн Юнь больше не мог ни от чего отказываться. Он ясно ощутил исходящий от Нин Аня вкус любви. Счастье и сладость сплетались в его сердце.
Он крепко обнял юношу, а затем прошептал ему на ухо:
- Если б ты не пришел ко мне, я бы тоже стал одиноким призраком.