5.Advanced
Ким быстро шагал по улице.
Машину он сегодня не взял, а домой возвращаться никак не хотелось. Несколько пешеходов, один светофор, два поворота и он уже у дома семьи Чон. Небольшой двухэтажный домик с садом и гаражом.
Сердце колотилось как не в себя — непонятно было от быстрого шага это или от вызывающего тошноту переживания.
Чонгук не появился на следующий день после драки. Его вызвали в деканат, грозясь исключить — драка двух альф это не шутки... Говорили они. Но Тэхён деньгами закидал их карманы и те успокоились, замяв тему. Не трогали больше Чонгука. Но не Ким.
Он ждал.
Вот уже четвертый день Чон не появляется в университете, не берёт трубку и не показывается на публике вообще.
Хосок и Юнги только пожимали плечами и просили не втягивать их в эти драмы, говоря что Чону просто нужно время передохнуть. Но Тэхён не верит.
Не может позволить себе в это поверить.
Если Чонгуку нужен отдых — Ким должен услышать это напрямую.
Тем более после того, что произошло.
В голове до сих пор кружатся картинки с тем взглядом альфы, полным отчаяния, обиды и разочарования. На Тэхёна.
Ким подошёл к двери и нажал на звонок. Через минуту те открылись и на пороге показался встревоженный Хосок.
Именно он сегодня утром позвонил парню, не выдержав больше смотреть на это действо. Попросил прийти и наконец поговорить с Чоном-младшим. Тот отказывался есть и не желал ни с кем говорить, поэтому Хосок, считая это достаточно сильной угрозой жизни — набрал нужный номер. Тэхён же, как только получил звонок, выбежал из университета и сел на ближайший автобус что ехал в район Хон-ки. До дома он уже добежал сам.
И вот, запыхавшегося и тяжело дышащего, омегу наконец пропускают внутрь. Альфа старается улыбаться, но это дается ему с трудом. Переживания за брата не покидают и грызут. Он знал Чонгука лучше всех на свете и таким видел совершенно точно впервые.
— Он ничего не ел сегодня. От меня ничего не берёт. Я приготовил ему куриный бульон. Вот, — и подал Тэхёну поднос с едой. Ким кивнул, беря его и шагая в комнату Чона. Прекрасно знал где она. — Пожалуйста, проконтролируй чтобы он хотя бы немного поел.
Хосок крикнул ему в след, пока Тэхён поворачивал за угол, вставая прямо напротив чёрной двери. Открыл, медленно входя и ставя поднос на ближайшую поверхность. Снял бомбер и обувь, и, наконец, оглянулся.
Вдохнул и выдохнул.
Знакомый запах заполнил лёгкие.
Снова покой.
Прямо перед ним, без футболки и в одних только серых спортивках стоял Чон. Татуированная рука, вместе с подтянутым телом и растрёпанными после сна волосами — это было комбо, заставившее Кима невольно взглотнуть. Альфа сминал в руках кофту.
Кофту, подаренную омегой ещё несколько дней назад после физкультуры. Потная и грязная, но Чонгук все равно сцыганил её себе.
Ведь пахла Тэхёном.
Ведь пахла прекрасно.
— Ты почему не ешь, блять? Умереть захотел? Называешь меня ребёнком, а сам ведёшь себя ещё хуже, — первые слова от парня и сразу агрессия. Ким просто боялся услышать похожее от альфы, вот и ударил первым.
— А тебе какое дело? Уходи, — такой же холодный ответ от Чона. Он откинул кофту на рядом стоящую кровать, приближаясь к младшему. Схватил того за локоть и повёл к двери.
— Нет, я не уйду. Нам нужно поговорить. Кто мне заявлял что у нас взрослые отношения? К тому же ты обещал, что мы вместе сможем все исправить. Это были слова на ветер или как? — Тэхён злился, легко ударяя Чона по груди, стараясь остановить его. Тот закатил глаза, совсем не ощущая никакой боли. Но в конце концов всё же не стал силовать его уходить.
Сложил руки на груди и почти сухо произнёс:
— Говори и уходи.
Ким вырвался из хватки, отряхивая свою одежду от невидимых пылинок. Думал, как лучше выразить свои мысли. Ещё раз осмотрел сильное тело напротив и поднялся к глазам, заглядывая в блестящие зрачки.
— Я должен объясниться. Ты не так понял. Я не хотел этого, Чон. Джун сам полез ко мне, а потом у него будто крышу снесло. Я этого не хотел, — повторял, аккуратно прислоняясь лбом к груди альфы. Просил разрешения. — Просто поверь мне. Я изменился, честно. Когда люди в отношениях, они же должны верить друг другу, верно?
— Я тебя услышал. Это всё? — безразличный тон пронизывал парня до костей, а разум искренне не понимал что же язык сказал не так. Почему его не услышали, не простили.
— Нет, — резко выпалил Ким. — Извини. Я знаю, что тебе было неприятно это видеть. Мне тоже было противно. Я уже сто раз почистил зубы и принял душ, а всё никак не могу избавиться от этого чувства, — парень выводил узоры по чужой коже, боясь вывести нервозность куда-то в другое русло.
Он никогда не делал ничего подобного. Никогда не извинялся перед альфой за подобные действия. Поэтому, набравшись смелости и ещё раз глубоко выдохнув, решил быть с Чоном предельно честным.
— Гуки... Я не смогу без тебя. Мне плохо, когда тебя нет рядом. Везде где не ты —там у меня беспокойство. Я влюбляюсь в тебя с каждым днем все больше и глубже... И не знаю, что мне с этим делать. А сейчас будто весь мир против меня стал... И ты оказываешься вместе с ним. Пожалуйста не надо...
Ким почувствовал как с глаз скатываются слезы, а голос вздрагивает.
Хотелось объятий.
Немедленно.
От Чонгука.
Но альфа стоял, не двигаясь. Молчал и только пристально наблюдал за признанием омеги.
— Я подумаю над твоими словами, Тэхён. А сейчас иди, — и указал на дверь, отстраняя парня от себя.
У Кима же земля ушла из-под ног. На лице Чона не было никакой эмоции. Только безразличие.
Безумное и настоящее.
Чонгук его оттолкнул, унизил, не удостоил даже капли нежности. Тэхён безумно скучает по океану теплоты, что дарил ему альфа совсем недавно. Душа ноет.
Не может же быть такого, чтобы альфа так хорошо скрывал все эмоции.
Или эти емоции и есть правда?
В любом случае Ким не собирался это так оставлять. Чувствовал, что если сейчас уйдет — то этим только сможет подлить масла в огонь того всего, что они выстраивали буквально по кирпичикам.
Нет.
Ни в коем случае.
Не в стиле Тэхёна.
Потому парень решил действовать по другому. Радикально. Как и делал это всегда.
— А как же мой секс? Мы договаривались, — прозвучало из его уст почти истерично, но все же требовательно. Ким вздернул подбородок, встречаясь с удивлённым лицом альфы. — Ты сам подписывал. Секс каждый день. Я сейчас хочу. Немедленно.
Чон вздернул бровями, внимательно глядя в глаза напротив. Не верил что слышит это от Тэхёна после всего что он только что сказал.
Признаться честно, альфа уже было поверил в искренность его слов... А Ким просто хотел трахаться.
Хорошо.
Чонгук его понял.
— Так ты пришёл сюда из-за секса? — хмурился альфа, всё же давая младшему шанс забрать свои слова обратно.
— Исключительно, — ядовито процедил Тэхён. Обида захлестывала его изнутри, а это была единственная возможность мести. Хотелось задеть и Чонгука.
Вызвать хоть какие-то чувства на этом красивом лице.
Чон медленно закивал, сжимая челюсть. Все мышцы на теле напряглись и он наконец понял, каким дураком всё это время был. Валил со своей влюбленностью и чувствами туда, где от него требовали только его член.
Ну хорошо, Ким Тэхён.
Ты хотел траха — ты его получишь.
— Смотри не пожалей, — почти в самое лицо процедил Чонгук.
В ответ — только озлобленный оскал.
— Не пожалею.
Альфа резко схватил парня за локоть, таща его к кровати. Быстро, так что бы Тэхён спотыкался и падал, но все же не проронил ни слова недовольства.
Швырнул на постель, что та аж заскрипела. Ким едва заскулил, почесывая ногу — похоже ударился, но Чонгуку было плевать. Тот притянул его за лодыжку, подминая под себя и одним рваным движением расстегивая рубашку.
Ту самую, которую альфа когда-то своими руками же надевал.
Отбросил одежду и принялся к брюкам и белью. Снял и их, сбрасывая на пол.
Тело было красивым и совершенно обнажённым. В любом другом случае Чон бы уже покрывал его поцелуями, согревая жаром нежности — но не сейчас. Нежности сейчас не было места.
Феромоны альфы усилились, окутывая Тэхёна приятной слабостью. Ким ухмыльнулся, встречаясь взглядами. Как бы Чон этого не отрицал, но запах выдавал его блядское возбуждение.
Омега возбуждал своего альфу — именно это Тэхёну и было нужно.
Не безразличен. Пускай даже так.
— Не радуйся тому, что скоро пройдёт. Один трах и ты уйдешь отсюда. Навсегда. Будь уверен, — прошипел Чон, пока Тэхён невольно потянулся к нему.
Нужен был поцелуй и ласки. Много ласк.
Но Чонгук снова оттолкнул. Снова откинул руки, грубо переворачивая на живот и вдавливая в постель.
Провел руками по нежной спине, заставляя Кима поддаться, прогнуться. У Техена запах стал слаще в несколько раз. Вкусным.
Приятным.
Возбуждающим.
Слишком прекрасным для такой резкости.
Чонгук заломил его руки за спину, приподнимая задницу вверх. Нахально, без намёка на аккуратность — просто пользовался тем что ему давали без жалости. Тэхён не сопротивлялся, просто тихо поскуливая и иногда вскрикивая от неожиданных и слишком грубых движений.
Ким не привык так заниматься сексом, но сказать что-то — значило закончить это.
Не увидеть больше Чона. Так что он терпел.
Естественная смазка ещё не успела выделиться — её было слишком мало. Поэтому Чон сплюнул, растирая слюну у дырочки. Резко вошёл сразу двумя пальцами, чем вызвал крик боли.
Омега захныкал, стараясь хоть где-то освободить свои эмоции, но руки были заняты. Он начал громко скулить, прося Чону, чтобы альфа был нежнее. Но у того будто отключилась возможность слушать.
Он двигался пальцами внутри, пока парень извивался и корчился от боли. Не хватало смазки. Не хватало нежности. Не хватало настоящего Чонгука.
— Нет, прекрати Чонгук, — всё же не выдержал Тэхён. Боль была слишком сильной. — Пожалуйста, остановись. Не нужно так.
Чонгук тут же остановился, отстраняясь. Он бегал глазами по дрожащему телу в его руках и не понимал когда они успели дойти до этого момента. Когда успели так возненавидеть души друг друга? Когда успели стать такими...
Кровь гремела в ушах, пока альфа наблюдал за тем, как Тэхён медленно опускается на постель и наконец облегченно выдыхает. Боль отступала.
А у Чонгука же мир в глазах потемнел. Стало тошно от себя самого.
Когда Чонгук стать насильником?
Неужели его природа и гнев стали выше него самого и он позволил себе грубость с тем, в кого влюблён...
Когда же альфа перестал целовать, когда его попросят и ласкать, там где нуждаются?
— Уходи, Ким. Уходи немедленно. — скомандовал альфа, указывая на дверь.
Но Тэхён только рассмеялся, разлегаясь на постели и чувствуя как запах ладана безмятежно проникает в лёгкие.
— Ты не умеешь врать, Чон. А я был прав. Ты влюблён в меня. Не ненавидишь, как пытаешся себе внушить, — Ким привстал, совсем не стесняясь своей наготы. Вместо этого лишь шире улыбаясь и обезоруживая тем самым альфу напротив. — Я передумал. Я не хочу заниматься сексом или трахаться. Я хочу заниматься именно любовью, Чонгук. И именно с тобой.
С этими словами он потянул Чона на себя, наконец, целуя желанные губы. Альфа легко подхватил его, укладывая на постель и едва улыбаясь в поцелуй.
Тэхён наконец сказал то, чего Гуку не хватало, но в чём он так нуждался. О чем не могло сказать ни одно действие или запах — только слова. Своими устами младший наконец-то смог донести до Чона эту вещь. Эту правду и истинну.
Ким запустил пальцы в черные волосы, невольно извиваясь в спине — его шею вылизывали и целовали до звездочек перед глазами.
Наконец-то стал нежным. Нежность эта трепетала и ласкала тело, задевая душу и всё, что было возле нее.
Сильные руки едва сдавливали ягодицы и бедра — так что точно останутся следы. Но Киму было, блять, глубоко похуй. Пусть остаются.
И багровые засосы по всему телу его тоже абсолютно устраивали. Чтобы когда завтра разглядывал себя в зеркале в ванной — успел подрочить на сегодняшние воспоминания.
Чонгук же спускался всё ниже, касаясь набухших сосков и оставляя около них поцелуи. Спускался до пупка, тазовых костей и ягодиц. Не оставляя ни миллиметра бледной кожи без своего внимания. Наконец приподнялся, придвигая парня поближе к себе и надавливая на бедра – Ким развёл ноги, постанывая. Был готов.
Мягкий, расслабленный и готовый.
На этот раз смазка выделялась обильно и липла к постели и коже. Чон ещё раз прошелся губами на чужой шее, параллельно вводя пальцы в омегу. Тот заскулил, прикрывая себе рот и тут же насаживаясь на них. Альфа едва держал себя в руках, созерцая как Ким изгибается и не знает, куда себя деть от удовольствия.
Резко он вытащил пальцы, отстраняясь от парня. Тот потянулся за ним будто в бреду, не понимая, почему резкий поток наслаждения спал. Чонгук же достал из тумбочки презервативы и, возвратив омегу обратно на постель, произнёс почти в в самые губы:
— Я могу быть грубым, малыш. Сейчас я себя едва контролирую. Если я сделаю тебе больно, ты должен меня оттолкнуть, ясно?
Предупреждение было сказано с особым вниманием и лёгкой тревогой, но принято оно было с ещё одним влажным поцелуем.
Ясно, Гуки. Я понял.
Чон снова отстранился, уже чтобы снять с себя штаны. Ким, приподнявшись на локтях, пристально следил за этими действиями. Альфа надел латекс и вернулся к Тэхёну, который сам уже придвинулся поближе. Парень больно закусил губу, пока ноги невольно развелись ещё шире.
— Что такое? — почти смеясь спросил старший, снова прислоняясь к обцелованной шее. У Тэхёна очевидно было что сказать.
— Раньше думал, что ты секса не хочешь, потому что у тебя член маленький, —хрипотца в голосе выдавала его возбуждение.
— А ещё о каких вариантах ты думал? — не мог перестать улыбаться Чонгук.
Ожидал ответа, руками приподнимая Кима за бедра и медленно, аккуратно входя. Тэхён выгнулся, двигаясь навстречу и хватая воздух губами. Дышать было невозможно — тело пылало, а пространство всё больше заполнялось запахом ладана и апельсина, вперемешку с ароматным жасмином. Всё в этом было прекрасно.
Выждав несколько секунд пока парень привыкнет, Чонгук всё же начал двигаться, постепенно набирая темп.
— Ну же, Тэхён. Отвечай. Я жду, —ухмылялся альфа, отстраняясь от младшего, что громко постанывал от удовольствия. Сейчас он был как никогда сосредоточен на собственных чувствах, не видя и не слыша никого вокруг.
Вдруг Чонгук вытащил член, разворачивая удивлённого Кима к себе спиной и вдавливая в матрас. Вошел ещё раз, на этот раз резче. Надавил на поясницу, выгибая задницу и понижая спину.
Тэхён легко подчинился, поддаваясь на каждое прикосновение и едва успевая выдавливать из себя стоны.
Хороший мальчик.
Тело совсем не слушалось, а мозг медленно плыл — секс ещё никогда не был для Кима настолько приятным. Секс с чуствами. Секс с чуствами к Чонгуку.
У Чона было схожее состояния.
Отличие было лишь в том, что разум он не плавил — скорее прочищал. Вместе с тем показывая и обучая младшего на будущее — следить за языком. Тем самым, которым он сейчас выкрикивает имя Чонгука.
В руках была задница Тэхёна и альфа всё больше втрахивал парня в шелковистую постель, пока тот пальцами хватался за белье и стонал что есть силы.
Чон даже не задумывался над следующими действиями — его реакция была будто на подсознании. Он наклонился так близко, что Тэхён смог почувствовать горячее дыхание у уха, а его голос прозвучал низко, хрипло, и так резко, что казалось, будто слова вырезаются в воздухе:
— Тэхён, тебя нужно просто жестко и много трахать, пока ты не научишься закрывать этот рот когда надо.
Одна рука потянулась к нежной шее, едва придушивая парня, не давая нормально вздохнуть, а другая лезла вниз по животу вплоть до члена, начиная надрачивать Киму.
— И я позабочусь о том, чтобы ты запомнил каждую минуту этого очень хорошо, — добавил Чон, чувствуя как младший хрипит, стараясь что-то сказать — но попросту не может.
В следующее мгновение оба шумно кончают, на несколько длинных секунд выпадая из реальности. Ким свалился на постель, дрожащими руками держась за живот и шею. Чонгук же, глубоко вдохнув и осмотрев парня на предмет целостности — встал с постели, двигаясь куда-то к окну.
Сравнительно свежий воздух наконец проник в лёгкие, давая Тэхёну возможность отдышаться. Тело приятно покалывало, а здравый смысл медленно возвращался назад. Душу ласкала мысль о том, что это наконец-то таки произошло.
Ким заулыбался, едва привставая. Задница болела, но сидеть было терпимо. Что не скажешь о ногах.
— Да, секс с чуствами всё же лучше. Я признаю.
Чонгук только хмыкнул, наливая из стеклянного кувшина на столе холодной воды и подавая её Киму. Тот залпом осушил весь стакан.
— Есть не хочешь? — спросил, поглаживая по взлохмаченным волосам Тэхёна.
После чего убрал стакан из дрожащих рук и поставил на тумбочку.
— Если покормишь с ложечки, то да, — ухмыльнулся Ким, следя как Чонгук подходит ближе и одним резким движением придвигает его за ладышки к себе. Улыбка быстро спала.
— Это был риторический вопрос, малыш. Проверка не устал ли, — шепотом произнес в самое ухо, удовлетворено наблюдая реакцию. — А если шутишь — значит ещё может двигать задницей.
Тэхён взглотнул, облизывая обсохшие губы.
Что-то эта улыбка ему совсем не нравится.