Глава 10
На базу она приехала не по доброй воле. Пабло снова вытянул её под предлогом "мне нужно забрать кое-что с офиса, а ты просто посидишь в машине пять минут".
Пять минут, конечно, растянулись в вечность. Машина грелась на солнце, музыка раздражала, и Амелия, выругавшись, вылезла наружу.
Солнце било в глаза, футболисты уже расходились после тренировки. Она шла по территории спокойно, пока не услышала знакомый голос. Эктор.
Она автоматически обернулась. И застыла.
Он стоял у выхода из раздевалки, перекинув полотенце через плечо. Рядом с ним — симпатичная девушка в лёгкой рубашке, с блокнотом и ручкой. Она что-то говорила, улыбалась. Эктор смеялся в ответ. А потом... положил руку ей на спину. Легко. Уверенно. Почти интимно.
Амелия резко отвернулась. В груди сжалось. Горло пересохло.
И кто она такая?
— Ты чего стоишь, как статуя? — Пабло появился сбоку.
— Никого не жду. Уезжаем?
— Погоди. А ты что, видела, как Эктор с Карлой разговаривал?
— С кем?
— Карла. Новенькая. Она теперь медиа-ассистент, интервью будет снимать для клуба. Такая милая, да?
Амелия усмехнулась. Сухо.
— Да уж, милая. Уж слишком.
— Ты чего?
— Ничего.
Они пошли к машине. Но Амелия не могла выкинуть из головы ту сцену. Он и она. Смех. Прикосновение. Легкость. Такая, какой он с ней не бывает. Или... был когда-то?
Да какая разница вообще?!
Она уставилась в окно, сжав губы. Пабло что-то говорил про тренировку, но всё улетало мимо ушей.
Если он такой весь непринуждённый с каждой, кто улыбается ему, то зачем тогда было говорить "не отпущу"?
И вот тут стало по-настоящему обидно.
Амелия захлопнула дверь своей комнаты чуть громче, чем нужно. Швырнула рюкзак на пол, упала на кровать лицом в подушку. Несколько секунд — тишина, потом вскинулась, схватила телефон и набрала видеозвонок.
— Да, малыш, что случилось? — голос Рины заполнил экран, её лицо в пижаме и с маской на носу.
— Ты видела, как ты выглядишь?
— Ты мне звонишь в три дня, чего ты хотела — фотосессию? Говори.
— Он был с ней.
— Кто?
— Он — Эктор! С какой-то Карлой, новой в клубе. Улыбался. Шутил. Обнимал, между прочим.
— О-о-о... — Рина надела очки. — Значит, речь о Ревности™.
— Нет! — Амелия резко села, волосы растрёпанные, взгляд как у бешеного котёнка. — Не ревную. Просто... ну, некрасиво. Он сказал мне, что «не отпустит», а потом флиртует с первой встречной с блокнотом!
— Она с блокнотом? Ну тогда да. Я бы тоже психанула.
Амелия фыркнула и упала на подушки снова.
— Он был таким расслабленным. Я не узнаю его. Со мной — острый, дерзкий, непонятный. А с ней — простой.
— Может, потому что с тобой он по-настоящему напряжён? — мягко сказала Рина. — Может, ты не даёшь ему быть «простым», потому что ты — не простая.
— Опять ты со своей глубокой психологией.
— Ты ему скажешь, что тебе это неприятно?
— Я не его девушка, Рина. Я вообще никто ему. Официально. Он даже не...
— ...а неофициально? — Рина подняла бровь.
— Неофициально я хочу подставить той Карле табуретку под ногу, пока она идёт по лестнице.
Рина прыснула со смеху:
— Ну, теперь точно звучит как любовь.
Амелия закрыла лицо руками. Голос чуть тише:
— Я не знаю, что с ним. Я не знаю, что со мной. Я просто... увидела и всё внутри скрутилось.
— Потому что ты хочешь быть той, кому он улыбается вот так.
— Потому что я думала, что уже стала ею...
На экране повисло молчание. Рина смотрела на неё с лёгкой грустью и теплотой.
— Позволь себе злиться. Но и разберись: хочешь ты быть с ним — или просто хочешь, чтобы он не был ни с кем.
Амелия посмотрела на экран.
— А можно оба варианта?
— Можно. Но один из них честнее. Выбирай.