Против судьбы

Единственный совет, который я запомнила от мамы, был простым, но верным: фигуру нужно делать зимой, а не за месяц до лета. И вот, с декабря по февраль, я полностью посвятила себя этому делу, да и не только ему. Соблюдение КБЖУ и регулярные тренировки начали приносить плоды лишь через три месяца. Я вернулась в свою идеальную форму, которую за эти годы потеряла, причем не заметила как. Параллельно я наладила учебу, готовясь к экзаменам, и итоговое сочинение сдала на отлично.
Этой зимой я как будто выпала из реальности. Решила посвятить её себе и своему развитию. Но, как оказалось, за эти три месяца я потеряла не только физическую форму, но и себя... Каждый день просыпалась, и мир казался одинаковым, как будто я застряла в фильме «Сурок». Не было ни сил, ни желания двигаться вперёд. Я не могла понять, зачем и куда иду. В ноябре меня «сломали» — больше морально, чем физически. Это было болезненно, но на самом деле, это стало началом моего пути обратно к себе. Боль меня отрезвила, она не выбила из колеи, наоборот, она вернула и пост меня на правильный путь.
Зима, наконец, начала уступать место весне, но в моей душе всё ещё оставалась зима. Холод и серость были как бы внутри меня, невидимыми, но тяжёлыми. Экзамены, которые решат мою дальнейшую судьбу, не за горами, а мои мысли об отношениях и прошлом продолжали подкрадываться, как снежные сугробы, тающие в темном углу. Я понимала, что нужно сосредоточиться, но внутреннее беспокойство не отпускало. Снаружи я держалась, и никто не видел, как сильно меня терзают эти мысли, но внутри буря эмоций не дававшие покоя.
До сих пор сомневаюсь, что правильно поступила с Беллой. Она ведь счастлива, она так ждала этого, она его хотела. А я дала ей дурацкий выбор: либо он, либо я. И она выбрала его, а меня это злит. Ведь он мне тоже не безразличен, и даже сейчас, несмотря на всё, что произошло, его образ возвращается в мои мысли как воспоминание, которое не исчезает.
Совсем недавно я встретила его — Дарослава, из-за которого наша дружба с Беллой быстро пошла под откос. Он стал другим. Странным. Не таким, каким я его помнила в тот день. Он продолжал приходить в школу, как и раньше, но в его взгляде было что-то неуловимо холодное. И это было не связано с цветом его глаз. Хоть они и оставались такими же хрустальными, как лед на Байкале, в них больше не было того огонька, что был раньше. Он стал каким-то пустым, как будто что-то в нём погасло. Я часто ловила себя на мысли, что в их отношениях что-то не так, но не могла понять, что именно. Они же не расстались?
С Беллой я не могла это обсудить. Наши отношения стали такими натянутыми, как струна на гитаре — стоит только еще чуть сильнее натянуть, и всё лопнет. Впервые за столько лет нас рассадили. Она села с Ником на последнюю парту у двери, а я осталась сидеть в первом ряду у окна. Может быть, так даже лучше.

***

И вот в какой-то момент, когда весна уже окончательно пробивалась через холодные недели, я заметила, как изменился воздух. Он стал легче, свежее, как будто всё вокруг начало просыпаться. Даже на учебе я начала замечать, как звуки и цвета стали ярче. И тогда я поняла — для того, чтобы вновь увидеть свет, необходимо сначала пройти через темноту. Он был не врагом, а частью моего пути. Я начинала снова чувствовать жизнь, с каждым днем вдыхая весенний воздух.
Утро. Какое счастье просыпаться под пение птиц и первые лучи весеннего солнца. Я часто ругаюсь, что не живем в Москве, но здесь тоже есть свои плюсы. И, наверное, пора научиться ценить то, что имеешь. 
Иду умываться, заглядываю в зеркало и вижу своё заспанное отражение. Мое каре, которое я сделала ещё в ноябре, уже отросло, и сейчас на голове — полное "гнездо". Утро, как говорила мама, женские часы. В это время я привожу себя в порядок. Мытье головы, выбор наряда не то, о чем стоит переживать в 11 классе, как скажут многие взрослые. Но сидеть всюду только за учебниками я тоже не собираюсь. 
Зимой я наладила режим сна и теперь встаю в шесть утра. Раньше все утро уходило исключительно на сборы, а теперь, как только начинает светлеть, я выхожу на пробежку. Всю жизнь ненавидела бег, дыхалка сдавалась уже через минуту. Но за неделю утренних пробежек я теперь спокойно бегаю по пятнадцать минут и даже начинаю получать от этого удовольствие. С каждым днём я бегаю всё дальше и больше, и этот процесс превращается в своего рода ритуал. Начинать день с спорта — точно лучшее, что я могла бы себе подарить. Это не просто заряд энергии, а настоящая прививка от стресса, которая помогает начать день с нужной ноты.

***

По пути в школу решаю зайти в свою любимую кофейню и взять традиционное полюбившееся мне Американо. Это место всегда было для меня чем-то особенным: запах свеже молотого кофе, мягкое приглушённое освещение, уютные кресла, за которыми можно спрятаться от мира. Мелодия, играющая на фоне, словно обвивает пространство, а у окна стоят растения в горшках, будто приглашая меня задержаться и спрятаться от посторонних глаз за их листьями. Пока жду свой заказ, еще раз мельком, оглядываю это место, где когда-то, совсем недавно, меня нашёл Николас. Как он тогда помог мне, я до сих пор не могу забыть. Если бы не он, кто знает, что бы было со мной. Я была на грани срыва, от ссор с родителями и постоянных нервов. Но Николас протянул мне руку, и я снова почувствовала, что не одна. Неожиданно я вспоминаю, что Американо — любимый напиток Дарослава. Чёрт, почему он так часто появляется в моих мыслях? За эти три месяца не было ни дня, чтобы я не думала о нём. А мне сейчас так хочется запеть припев песни «Осень» группы Нервы:
Но всё-таки будет весна
И ты мне уже не нужна
И я забываю, тебя забываю
Там за стенами, что сделаны нами.
— Де-ву-ш-ка, — окликает меня бариста, явно не в первый раз, растягивая слова по слогам. 
— Ой, извините, — скромно отвечаю я, оборачиваясь и тянусь к стакану с напитком. 
— Не переживайте, — неожиданно отвечает она с лёгкой улыбкой. — Я тоже часто витаю в свои мысли. Если хотите, могу написать вам на стаканчике что-то вдохновляющее. 
— О, как в «Старбаксе», — смеюсь я. 
Бариста немного задерживается, будто сомневаясь, стоит ли продолжать, но потом берёт стакан и что-то пишет на нём. Я терпеливо жду, интересуясь, что же она напишет. 
— Ваш горячий Американо с посланием, — с радостью говорит она, подмигивая. 
— Благодарю, — отвечаю я и, забрав стакан, подношу его к себе, не ожидая ничего особенного: 
«Кто-то рождается, чтобы мечтать, другие, чтобы быть мечтой».
Эти слова проникают в самую душу, и мне кажется, что внутри что-то меняется. Я вдруг застываю, не в силах оторваться от стаканчика. На глазах появляются слёзы, и я не знаю, сколько времени стою, теряя ощущение реальности. Меня снова окликает бариста, и её голос будто вырывает меня из задумчивости: 
— Ты выглядишь очень красиво, но в твоём взгляде есть тоска, как будто ты не можешь забыть кого-то. Поверь, не стоит тратить время на этих парней. Ты достойна большего. Тот, кто по-настоящему тебя ценить, обязательно найдётся. 
Выйдя из кофейни, я погружаюсь в неопределённость. Я думала, что за эти три месяца что-то поняла, но, похоже, понимание пришло не совсем верное. Вдруг на краю глаза замечаю знакомую фигуру с охватывающими  наушниками, и вальяжная походка с засунуты руками в серые спортивные штаны.
— Николас, стой! — кричу я, торопясь догнать его, осторожно маневрируя с кофе в руках, чтобы не пролить. 
Он оборачивается, оглядывается по сторонам, не понимая, что происходит. О, спасибо папе за рост! Он выше Дарослава, и, наверное, в его глазах я выгляжу как маленькая куколка. Приходится тыкать в него, чтобы он заметил меня, хотя мне кажется, что он просто шутит надо мной. 
— О-о, Марго! Какие люди! Что надо? — наконец, произносит он. 
— Ваше величество наконец-то соизволило уделить мне минуту внимания! Как там погода наверху? — ухмыляюсь я. 
Моё ехидство — защитная маска. Не хочется показывать, как легко меня выбить из колеи. 
— Дождливая, а тебя там снизу не топит? 
— Бе-бе-бе, не топит. — передразниваю я.
Мы стоим ещё минуту, и мне кажется, что Ник даже не слышит меня, потому что в его наушниках на полную катушку играет его любимая группа «Arctic Monkeys». 
— Я пойду? — спрашивает он, наконец-то снимая наушники и вешает их на шею. 
— Подожди, я хотела кое-что спросить, — говорю я, пытаясь избавиться от ощущения, что загораживаю ему путь. 
— Внимательно слушаю.
Я медленно делаю глоток кофе, перед тем как продолжить. 
— Пошли пока ближе к школе, а я начну. — говорю я, а Ник кивает в знак согласия.
Мы начинаем медленно брести к школе, а я осторожно завожу диалог:
— Может быть, ты знаешь, что случилось между Беллой и Дарославом? — спрашиваю я, ожидая его реакции. 
— Не понимаю, о чем ты. 
Он всё понимает, просто ему не легче от услышанного. 
— Ну-у, — тяну я, не желая произносить дальше. — Белла и Дарослав, они вместе? 
— С чего ты решила, что я знаю? — выпаливает он, и я слышу в его голосе нотки раздражения, которые скрывают боль. 
— Ну, ты ведь с ней так-то дружишь, по крайней мере сидите вместе за партой. 
— Ты же знаешь, что она довольно скрытная, и я не настолько близок с ней, чтобы знать все подробности, особенно о её отношениях с этим коз... — он сдерживает себя, но я вижу, как его тело становится более напряжённым. 
— Ладно, я поняла. Ты сможешь что-то узнать? 
— А что мне это даст? — спрашивает он с явным сомнением. 
Я немного думаю, а затем на моих губах появляется улыбка. 
— Что если я скажу, что ты будешь с ней встречаться? 
Ник чуть не запинается об воздух. 
— И-и-и как ты хочешь это провернуть? 
— Если ты узнаешь, что у них на самом деле происходит, и поможешь мне восстановить отношения с Беллой, я так уж и быть сведу тебя с ней. 
— Звучит заманчиво, но экзамены вот-вот... — начинает он, а я перебиваю его. 
— Да-да, экзамены, потом университет, работа, семья, пенсия и смерть. А когда ты собираешься действовать, если не сейчас? Уже шесть лет прошло с твоих страданий по ней. 
— Прекрати! 
— Правда глаза колет. Ну, подумай. Пока. 
Я не оборачиваюсь, но чувствую, как в его глаза прожигают дыру во мне.

***

В класс я захожу с удовольствием, ощущая за собой лёгкий шлейф кофе и тех самых весенних духов, которые, на мой взгляд, идеально дополняют мой утренний настрой. Посадили меня за парту с каким-то ботаником. Честно говоря, я даже не помню его имени, да помнила ли когда-то, но это не мешает ему помогать мне на уроках. За это ему стоит сказать огромное спасибо. Оказывается, если не отвлекаться и сосредоточиться на учебе, контрольные можно писать довольно легко и без шпаргалок. Но вот эта бесконечная тревога по поводу ЕГЭ всё растёт с каждым днём. Этот экзамен — как неизбежная тень, которая решит всю нашу будущую жизнь. Он волна в море, сначала все нарастает, нарастает, пугает тебя своим видом, а потом после нее наступает штиль.
А пока я пытаюсь отвлечь себя чем-то более увлекательным, чем учёба, меня радует одно — Николас согласился принять участие в моем коварном плане. Однако вот чего я не учла как именно я буду их сводить? Я же на данный момент поссорена с Беллой, и это как-то не сильно помогает. Ах, вот люблю я сначала что-то придумать, а потом думать, как это всё реализовать. Ничему меня жизнь не учит, похоже!
Захожу в телефон, пишу Нику:
Марго: «Ник, на перемене встретимся, я расскажу тебе свой план!»
Ник: «Какой ещё план?»
Марго: «Ты что, забыл? Ты поможешь мне узнать, что у них случилось, а в замен, ты будешь с ней встречаться. Всё, что нужно, это немного терпения! Да и мне тоже не помешало бы.»
Ник: «А-а-а, прости, сегодня плохо спал. Да, давай, где встретимся?»
Марго: «Есть у меня одно укромное местечко...»
Пишу ему, а в голове роятся не самые приятные мысли. Я как-то сразу не учла, что прошлые события с Беллой не забудутся так быстро, и от этого ещё больше тревожусь. Но выбора нет, придётся действовать, как бы сложно это ни было.

***

— Так вот, ты будешь рядом с ней, поддерживать и утешать её, — заканчиваю рассказ Нику о плане по захвату «Сумерек».
— А какая гарантия, что это сработает?
— Ну, если верить рассказам из её романов, то это почти всегда работает.
— Но мы не в романе.
— Пф, а представь, что мы в нем. Ты что, не романтик?
— Романтик.
— Ну вот!
Мой план был прост, но действенен. Если они расстались, Нику нужно просто быть рядом, дарить ей поддержку и заботу. А для того чтобы быть ещё более убедительным, я раскрою ему все её маленькие тайны: что она любит, какие её слабости, что может по-настоящему тронуть её сердце. Если же они ещё вместе, значит, вся эта затея обречена на провал. Я не собираюсь вмешиваться в их отношения насильно, не хочу разрушать то, что между ними есть. Но если судьба подарит шанс, я сделаю всё, чтобы она не упустила свою настоящую любовь.