Глава 2
Квартира Лиама находится в уютном спальном районе. Повсюду стоят невысокие пятиэтажные дома, на каждом этаже расположено по четыре квартиры. Брат ютится в небольших апартаментах с двумя спальнями и маленькой гостиной, которая плавно перетекает в кухню. От общежития Гарри до (теперь уже нашего) дома всего десять минут пешком, что не может не радовать.
Квартира располагается на четвертом этаже, и в ней царит то, что я так часто наблюдала дома в комнате Лиама — бардак. На барной стойке стоит пустое ведро из-под крылышек KFC и несколько пустых бутылок пива, на стеклянном столике в гостиной раскрытая коробка из-под пиццы, в которой валяется пара кусков с засохшим сыром (даже боюсь представить, сколько ей дней, но плесень там точно неблагородная). На стенах нет ничего лишнего, даже фотографии и картины отсутствуют.
Лиам говорит, что это минимализм и уютная холостяцкая берлога. А я просто скажу, что мой брат — неряшливый засранец.
— Ты хоть раз поливал эту пальму? — я смотрю на единственный предмет декора в этой квартире. В самом темном углу прячется огромное напольное кашпо, из которого торчит пальма с меня ростом, её листья выглядят печально-увядшими и пожелтевшими.
— Если ты поступила на дизайнера, это не значит, что я буду терпеть твои замечания, — бросает мне Лиам, занося мой красный лакированный чемодан в комнату.
— Эй! Это маленькая спальня! Ты обещал родителям, что выделишь мне ту, что побольше, — семеню за братом, который не намерен меня слушать.
— Слушай, у тебя есть балкон, а у меня нет. Мы квиты, — он с легкостью поднимает чемодан и кладет его на застеленную лиловым покрывалом кровать. Хотя бы заправил для меня постель, это уже радует. — И у тебя комод, а у меня его нет. Короче, кто старше — тому больше.
— Хорошо, — делаю вид, что сдаюсь, сложив руки на груди. Он еще не знает, что я поменяю наши вещи местами после его ухода из дома. — Спасибо, придурок, — бормочу я, когда Лиам выходит. Его плечи напрягаются, и он останавливается. Черт, я очень хотела сказать это тихо.
— Захлопнись, вонючка, — с улыбкой бросает мне брат, прежде чем закрыть дверь.
***
До начала учебы осталось меньше недели, а мне нужно сделать уйму вещей. Для начала иду в магазин, чтобы купить чистящих средств. Нужно протереть вековую пыль в квартире.
Покончив с уборкой и выбросом мусора, принимаю душ, перекусываю кукурузными хлопьями, и ненавязчиво (как мне кажется) напрашиваюсь с Лиамом на вечеринку старшекурсников, на что получаю отказ. Хорошо, Лимо, ты сам виноват. Не захотел брать меня на вечеринку, тогда я быстрее перетащу свои вещи в твою комнату.
Захожу в свою (ненадолго) спальню и подхожу к окну, чтобы впустить в помещение свежий воздух. Выхожу на балкон и оглядываю двор, залитый светом заходящего за горизонт солнца. Уныло. Но мне даже захотелось остаться здесь. На балконе я смогу рисовать в тишине и спокойствии.
Подставляю лицо теплому вечернему ветру, и думаю о Луи, Гарри, родителях, о том, что нужно купить биту, чтобы отбиваться от брата, после того как без спроса трону его вещи. Чувствую на себе пристальный взгляд, оглядываюсь, чтобы подтвердить свои внутренние ощущения, и нахожу Луи, стоящего в пятнадцати метрах от меня на балконе напротив.
Парень стоит облокотившись локтями на перила и разговаривает по телефону. Между его пальцами зажата сигарета, Томлинсон слегка улыбается мне и кивает головой. Я растерянно киваю в ответ. Наверное, мое удивленное лицо как-то странно выглядит, потому что Луи усмехается и, выкинув сигарету вниз, скрывается в своей квартире.
Захожу обратно в комнату и с шумом задергиваю шторы. Черт!
Раздается стук в дверь, а затем появляется голова Лиама.
— Эй, Волан-де-Морт, я пошел тусить. Буду поздно и очень пьяный. Будь добра, не врубай утром нашу маму своими едкими замечаниями, — я уже давно не обращаю внимание на то, что Лиам называет меня именами разных злодеев из всевозможных кинолент. Он делает это, сколько я себя помню.
— Хорошо, — сижу на кровати и продолжаю пялиться на задвинутые шторы, будто вижу там голого сатану, который выплясывает фламенко.
Луи живет напротив. Офигеть! Это что, розыгрыш? Хотя какой нафиг розыгрыш, когда Лиам не раз говорил мне, что они с Луи снимают квартиры в соседних домах. Томлинсон мой сосед! Это была моя мечта. Разумеется, когда-то была… Не сейчас.
— Эй, — братец присаживается на корточки напротив меня, — ты правда так сильно обиделась из-за комнаты? — он дотрагивается до моего колена. — Слушай, если это действительно для тебя так важно, то давай поменяемся завтра. Только когда я отойду от похмелья, хорошо?
— Нет! — почти что кричу я, отчего Лиам удивленно вскидывает брови. Да я и сама не ожидала, что подпрыгну едва ли не до потолка. — Балкон, он мне нужен, — сбивчиво объясняю я, — я бы очень хотела там рисовать. Мне идеально подходит эта комната. Мне нужен этот балкон.
Я же уже говорила, что хотела бы рисовать на балконе? Это все из-за этого. Сделаю пару рисунков, а потом перееду в комнату Лиама. Эти жертвы только из-за моей ярой любви к искусству. Других весомых причин нет. Совсем нет. Даже малюсенькой причины не найдется.
— Короче, Кайла, я что-то не понял, так ты обижаешься на меня или нет? — нетерпеливо спрашивает брат, разводя руки в стороны. Он хочет побыстрее смотаться из дома, и я не виню его за это.
— Нет, Лиам, — с улыбкой, отвечаю я.
— Отлично, тогда встретимся утром. Не открывай двери незнакомым дяденькам, пока меня не будет, — он быстро чмокает меня в лоб, а я со смехом пихаю его в живот.
***
На часах половина второго ночи, а я все никак не могу уснуть. Изучаю инстаграм Лиама, Гарри, Луи, всех их друзей, которые мне знакомы, и тех, кого нахожу в списках их подписок. Просматриваю фото и видео с вечеринки, там весело. Что я хочу найти на этих фото? Сама не знаю. Я доверяю Гарри, но он тоже доверял мне… Но, наверное, не стоит судить человека по своим низким поступкам.
Откинув телефон, встаю с кровати и подхожу к окну, чтобы раскрыть шторы. Свет в комнате Луи выключен. Он еще на вечеринке. Ну конечно, там все кроме меня, бедной и несчастной первокурсницы с засохшей пальмой в гостиной.
Раздается звук входящего сообщения, и я подлетаю обратно к кровати.
Гарри: скочаю по тебе. Здесь на самом дле скучнои невесело.
Смеюсь в голос над сообщением. Стайлс точно пьян, раз пишет с ошибками, потому что у него просто бзик на правописании. Очень мило с его стороны соврать, что вечеринка не фонтан.
Кайла: Отдыхай, пьяница. Увидимся завтра. Люблю тебя.
Следом пишу сообщение брату:
Кайла: проследи за Гарри, кажется, он в той стадии, когда готов уснуть прямо на полу вашего пыльного автосервиса.
Через пару минут приходит ответ:
Лиам: ок.
Ох, братец, как красноречиво! Даже не уверена, что он вглядывался в мое сообщение. Следом на экране всплывает еще одно оповещение, но это не Стайлс и не Лиам.
Я думала, что у Томлинсона уже и не осталось моего номера.
Луи: Спишь?
Кайла: Нет.
Ответ приходит мгновенно:
Луи: Выходи.
Стоп, это точно мне? Может он писал другой девушке и отправил мне это сообщение по ошибке? Или ему покрышка в сервисе на голову упала? Я ничего не отвечаю, хотя должна написать еще один отрицательный ответ. Но все же поднимаюсь с кровати и почему-то на цыпочках бреду к двери, будто я всё еще дома, и мама сейчас наругает меня за поздний выход на улицу.
На мне пижамные штаны и майка, но сегодня очень тепло, поэтому не думаю, что могу замерзнуть. Надеваю кеды, беру ключи и выхожу за дверь.
— Ты всё-таки вышла, — раздается удивленный голос снизу.
Вздрогнув, опускаю взгляд и вижу Томлинсона. Он сидит на полу, прислонившись спиной к стене и вытянув вперед ноги, облаченные в голубые джинсы, порванные на коленях, а сверху надет светло-серый тонкий джемпер, который выглядит на размер больше, чем надо.
— Что ты тут делаешь? — удивленно спрашиваю я, держась за ручку открытой двери.
— Я пришел прояснить один момент, сейчас, — он отталкивается ладонью от пола, помогая себе встать. Парень выравнивается с вытянутыми вперед руками, и его тут же заносит в сторону. — Воу, — он усмехается, опираясь ладонью на стену.
— Ты же пьяный, — говорю я, продолжая удивленно следить за тем, как Томлинсон пытается поймать равновесие.
— Я не пьян, может, слегка обескуражен виски.
— Кажется, у тебя проблемы с пониманием собственного уровня опьянения.
— Прости? — переспрашивает он, а затем поджимает губы и морщит нос. Наверное, не стоит говорить с ним такими длинными предложениями.
Луи Томлинсон, которого хочет половина кампуса, парень, который ремонтирует машины и славится хорошим авторитетом, стоит пьяный посреди ночи в моем коридоре и смешно морщит нос. Я почему-то начинаю улыбаться от одной этой мысли.
— Может, зайдешь? — указываю головой в сторону квартиры. — Тебе не помешает кофе.
— Нет, Лиам с Гарри и так убьют меня, если узнают, что я в таком виде заявлялся ночью к тебе.
Луи легонько встряхивает головой, убирая непослушную челку со лба, и натягивает рукава джемпера на кисти рук, почти полностью скрывая свои пальцы за мягкой тканью. Он облокачивается плечом на стену и, наконец, поднимает на меня свой расфокусированный взгляд. Черт, ну кто ему разрешил быть таким привлекательным даже в этом безбожном состоянии?
— Почему ты не на вечеринке?
— Они все однотипные, — отмахивается рукой, словно говорит об учебе. — Да и мне нужно было поговорить с тобой, потому что в какой-то момент я четко осознал, что этот вопрос не терпит отлагательств, — Томлинсон замолкает и удивленно вскидывает брови, а затем одобрительно кивает головой самому себе. — Вот это я закрутил.
Мне становится немного страшно от этой исповеди выпившего работника автосервиса. Он и так предельно ясно выразился сегодня. Вдруг Луи попросит больше никогда с ним не разговаривать? Или вообще объявит о тотальном игноре.
— Так о чем ты хотел поговорить? — от волнения обнимаю себя за плечи.
— Я идиот.
— Как самокритично, — изогнув бровь, комментирую я.
— Слушай, я на самом деле рад, что ты поступила сюда, и мне стыдно, что я дважды повел себя с тобой как полный урод, — он облокачивается спиной на стену и, откинув голову назад, прикрывает веки. — Несмотря на то, что сейчас у меня двоится в глазах, я не хочу, чтобы ты держала на меня зла, Кайлер, — он тяжело вздыхает. — И я не должен был прикасаться к тебе в ту ночь. Не потому, что это неприятно или отвратительно, а хотя бы потому, что ты девушка Гарри.
Я молчу, не зная, что сказать. Я не хочу терять его. Даже очень не хочу. Мне дорог Луи, и пусть это неправильно, но я не могу отказаться от общения с ним. С момента его появления в моей жизни, я делаю одни лишь только глупости и неправильные вещи, не говоря уже о мыслях, которые частенько заводят меня не в те дебри. Мы совершили ошибку. Один лишь поцелуй, но ведь об этом можно забыть, правда?
Не открывая глаз, Луи дотрагивается до моего запястья и притягивает ближе к себе.
— Друзья? — спрашивает он с легкой улыбкой на губах. Я смотрю на его прикрытые веки и темные ресницы, которые полумесяцем легли на щеках. Покалывающее тепло от пальцев, заключивших в плен мое запястье, распространяется выше. — Кайлер? — приоткрыв один глаз, он смотрит на меня сверху вниз.
— Друзья, — отвечаю я, пытаясь скрыть разочарование в своем голосе. Томлинсон отпускает мою руку, а я до сих пор чувствую прикосновения его пальцев на своей коже, и меня немного пугает то, как остро мое тело реагирует на близость Луи. Он расслабленно выдыхает, одаряя меня алкогольными парами вперемешку с апельсиновой жвачкой, и я издаю смешок.
— Отлично, тогда я пошел спать, — он легонько хлопает себя по бедрам и отталкивается от стены.
Парня вновь клонит в сторону, подскакиваю, чтобы не дать ему упасть. В одну секунду я цепляюсь пальцами в его свитер, в другую — моя спина прижимается к холодной стенке, отчего становится тяжело дышать, Луи практически вдавил меня своей грудью в твердую стену. Он тихо смеется, и я чувствую вибрацию по всему телу.
— Вот это да, сегодня на удивление сильная гравитация. Как думаешь, с чем это может быть связано, магнитные бури? — спрашивает он.
Я смеюсь и, кажется, Томлинсон только сейчас замечает насколько тесно наши тела прижаты друг к другу. Он задерживает взгляд на моих пересохших губах, и мое сердце, громко стуча, падает вниз.
Луи пьян. Причем сильно. Возможно, даже бредит. Но сейчас он не смотрит на меня как на ребенка, не считает маленькой девочкой, как говорил днем. Он смотрит на меня как на девушку, которую желает. Томлинсон опускает голову и прикрывает свои пьяные голубые глаза.
— Вот черт, это всё равно, что противостоять лавине, — едва слышно бормочет он, а затем пожимает плечами, — ну или воздерживаться от фастфуда.
Парень отстраняется, оттолкнувшись ладонями от стены, и, слегка пошатываясь, бредет вперед по коридору.
— Ты точно дойдешь? — обеспокоенно спрашиваю я, а Луи лишь усмехается.
— Я взрослый мальчик, Кайла, и, кстати, я не настолько пьян, потому что сам был за рулем, когда ехал к тебе, — не оборачиваясь, он достает из кармана ключи с брелоком и демонстративно машет ими в воздухе.
Почему пьяные люди так яро верят в то, что они трезвые? Слава богам, что он не убился по пути.
Ложусь в постель, прокручивая наш странный диалог в голове. Сквозь раскрытые шторы вижу, как в окне напротив ненадолго загорается свет. Он гаснет, и мне почему-то становится интересно, уснул ли Томлинсон прямо в одежде или всё-таки разделся?
Рядом вибрирует телефон. Смотрю на экран и не могу сдержать глупой улыбки.
Луи: Сладких снов, Кайлер