Cascata

— Вот с губ моих весь грех теперь и снят.
— Зато мои впервые им покрылись.
— Тогда отдайте мне его назад.

Ромео и Джульетта.

Жизнь текла своим чередом. После Нового года Габриэлла, занятая помощью Розе в лечении и работе в казино, даже забыла о надоедливом Сатане, что играет на её нервах. Он не писал, а она молилась всем богам, чтобы он забыл о ней, но видимо и боги, и жизнь смеются над её молитвами и просьбами, потому что очередным утром, Рамон вежливо попросил её о помощи.

— Убит ещё один наш человек. Съезди в морг: во-первых опознать труп, а во-вторых поговорить кое с кем, — она уже почти сказала да, как в голову ударило осознание. — Прости, но это нужно сделать.

— Рам...

— Габс, — и ей ничего не оставалось, как собраться и поехать.

Джованни Макиавелли нашли на улице Пьемонта, прямо у дома Морелло, изувеченного, почти обескровленного и без одежды. Он был хорошим человеком, держал цветочную лавку, воспитывал двух детей, и у него была чудесная жена, которая пекла пироги. Как он попал к ним? Это ведь...

— Не складывается, что-то не складывается... — размышляла рыжая.

Машина остановилась в городского морга. Судя по тому, что рядом ещё не было ни одной машины, которая стоила бы дороже этого здания, Морелло ещё не приехал.

— Поговорить с ним. Ага. Единственное, что я хочу ему сделать, это воткнуть нож в горло, — фыркнула Мэллос, направляясь внутрь.

***

Его машина остановилась у ворот морга спустя пять минут. Двое мужчин вышли из чёрного Maserati, переглянувшись.

— Смотри-ка, — заговорил Коста, — кажется, тут твоя приехала, — светловолосый лишь усмехнулся, направляясь внутрь. Пару часов назад ему позвонили, сообщив, что у них на улице найден труп мужчины. Документов при нём не было, но по данным стало известно, что человек родом из Катании и зовут его Джованни. Рядом лежали водительские права и больше ничего, а самое главное — тату дракона.

Связавшись с Морроне, Джон предложил встречу в морге, чтобы опознать труп и договориться. Рамон лишь согласился, сказав, что его люди прибудут через два часа и отключился. В душе закралась мысль, что, возможно, это будет она, но Мор старался не тешить себя надеждами.

Хотя ему хотелось снова увидеть эти зелёные глаза, в которых столько ненависти, услышать ее голос и то, как она открыто перечит и спорит с ним. Она внесла в его жизнь краски, хотя явно не была так же красива, как Элайза или любая другая девушка. Она просто была собой, этого было достаточно. Не играла роль, что бы понравится, Габи вообще не хотела ему нравится. Как только они с Фабио вошли в помещение, то заметили интересную картину:

Селест, которая склонилась над трупом, а точнее над его ранами и пыталась понять, как убили мужчину.

— Я надеялся встретить тебя в более приятном месте, котёнок, — она подняла голову, убирая прядь волос с лица. Мор поймал себя на мысли, что хотел бы коснуться этих рыжих волос, ощутить насколько они мягкие и узнать чем пахнут, но отдернул себя. Сняв с лица маску, девушка фыркнула.

— Что тебе не нравится, местный Сатана? Всё как ты любишь — куча мёртвых людей. Разве не прелесть? — её пухлые губы растянулись в ядовитой улыбке, а Джон мысленно уже придушил её, вжимая в стену, хотя не показывал этого снаружи.

— Уууу, — протянул стоящий за спиной Мора Коста, — у котёнка режутся зубки?

— У котёнка и когти есть, и они очень острые, — рявкнула Селест, не отрывая глаз от Мора. Джонатан довольно улыбнулся, казалось, что он сам похож на большого кота. — Ладно, — устала проговорила та, — а где работники морга? Или у этих ребят самообслуживание? — Коста вновь прыснул со смеха, смотря на своего друга с явным удовольствием.

— Я отозвал всех. Хотел побыть один на один.

— А, хочешь втихую меня убить, а труп спрятать тут? Умно, ничего не скажешь. А сообщение с угрозой тоже ты отправил? — улыбка мгновенно спала с его лица, и Сел поняла, что ошиблась. Он бы не стал поступать так глупо, уж в этом она точно уверена.

— Какое сообщение?

— Ладно, забудь, — но забывать, кажется, он не собирался. Когда рыжая проходила мимо, чтобы вновь вернуться к трупу, Мор схватил её за руку, сжав с такой силой, что девушка вскрикнула. — Мне больно!

— Какое сообщение, Селестина? Кто его прислал? Что там было написано? — Ей это начинало надоедать.

— Я сказала: это не твоё дело, Морелло. Отпусти руку, — сжав челюсть, блондин отпустил её, подняв руки в знак капитуляции, а лёгкая улыбка всё же вернулась на своё место. — Итак, раз вы не хотите ничего говорить, тогда начну я. Сначала его оглушили чем-то сзади, возможно, это была бита или лом, но удар был явно сильным, на голове остался синяк. Раны неглубокие и свежие, может, его убили сегодня ночью, в районе трёх. Но вот вопрос, — она снова подняла взор на мужчин. — Какого чёрта он забыл у вас?

— Нас этот вопрос интересует не меньше, — холодно добавил Морелло, доставая телефон. «Проверь её телефон. Ей кто-то угрожает, узнай кто это», отправив сообщение Уно, мужчина вновь вернулся к разговору.

— Его подкинули, — наконец заявила рыжая. — Подкинули, чтобы он стал причиной очередной ссоры.

— Джон, мне нужно вернутся в клуб. Если что то звони. Удачи. — Морелло кивнул, а Коста повернулся к Селест.

— Стоп, стоп... Какой клуб? — с недоумением проговорила девушка. — Джино же... — оба мужчины лукаво улыбнулись.

— Вы взорвали не тот клуб, котёнок. Увы. — как же ему нравилось ощущать это превосходство, когда она чего-то не знает...

— Пока, маленький Шерлок, ещё увидимся.

— Надеюсь, что нет, — Фабио лишь хмыкнул и молча вышел из морга, направляясь к машине. — Итак, местный Сатана, как думаешь, кто может угрожать Вам и Нам одновременно? У нас есть общий враг?

— Занимательный вопрос, котёнок. Мы две самые сильные семьи на Сицилии, как думаешь кому это нужно?

— Ладно, тут я согласна с тобой. Нужно не думать кто это может быть, а самим выйти на него, — её глаза загорелись недобрым огнём. — И я даже знаю как.

— Мне не нравится этот взгляд.

— И правильно. Значит, ты ещё не настолько безнадёжный, — забрав со стола куртку и сумку, девушка стала быстро набирать номер. — Макс, заберите тело и отвезите домой. Да. Хорошо. Скоро буду дома, — девушка вновь взглянула на мужчину. — Не скажу, что была рада повидаться, местный Сатана, надеюсь, это была наша последняя встреча, удачи тебе. Пока! — мило улыбнувшись, Селастина вышла из помещения, направляясь к своей машине, как услышала голос своего спутника.

— Не хочешь прогуляться со мной, котёнок? Посмотришь наш город, насколько мне известно, тут ты ни разу не была, — рыжая медленно обернулась в его сторону, приподняв левую бровь.

— Держишь меня за дуру, Мор? Я? С тобой? Только не в этой жизни, — она уже собиралась сесть в машину, как его голос вновь заставил её остановиться.

— Кажется, ты не понимаешь. Тебе придётся поехать со мной, потому что две твои подружки сейчас находятся в моём доме, в кругу моих ребят и одного моего слова достаточно, чтобы они никогда не забыли этот день, — на её лице появилась гримаса отвращения.

— Ты не посмеешь.

— Хочешь поспорить?

— Чёртов ублюдок, и ты ещё считаешь себя хорошим боссом? Ты мне омерзителен, — блондин лишь фыркнул на её слова. — Дай слово, что ты отпустишь их, после свидания, — он кивнул. — Нет, дай слово. Скажи: я обещаю, что отпущу твоих подруг, как только свидание закончится, — Мор закатил глаза, но всё же повторил слово в слово.

— А теперь... — он открыл переднюю дверь. — Прошу на борт, принцесса.

***

— Куда мы едем? — ответом на вопрос девушки послужило молчание и загадочная улыбка. — Мор!

— Какая же ты крикливая, котёнок. Ужас, — закатил он глаза. — Мы едем на полигон. Я узнал, что ты, оказывается, любительница пострелять, — рыжая напряглась и отвернулась от мужчины. Оружие в руках она не держала, с тех пор как... — Что-то не так?

— Я не держу в руках оружие уже пять лет, — его светлые брови нахмурились.

— Странно, — задумчиво протянул он, — а мне сказали, что ты любишь стрелять.

— Любила. Пока... — она осеклась на полу слове. — Неважно, тебя это не касается. Я поеду, но вряд ли из меня будет хороший стрелок, — блондин улыбнулся, но ничего отвечать не стал.

Полигон состоял из двух секций. Один был большой павильон, в котором хранилось оружие, и были стрельбище для новичков, а второй огромная поляна, устроенная для стрельбы профи. Прямо у входа их ждал высокий худощавый кореец с чёрными волосами и взглядом настоящего хищника. Он был одет во всё чёрное, и при виде Джонатана выпрямился, выкинув сигарету, что держал во рту. Габи узнала его, это был тот парень, которого она видела с Мором. Уно, консильери Джонатана Морелло. Он был его совестью, тем, кто тормозил Джона в нужный момент и, как говорят многие, был мудрым парнем.

— Добро пожаловать, босс, — парень бросил взгляд на Мэллос. — Сеньорита Мэллос, — он склонил голову, приветствуя её. — Прошу за мной босс, — они направились в сторону павильона.

— Это место, где мы обучаем людей. Тут Уно занимается новичками, отрабатывает с ними рукопашный бой и стрельбу.

— То-есть тут вы надеваете своим людям ошейники и они становятся псами. Я поняла, — блондин устало закатил глаза, но решил не отвечать на колкости. В конце концов Мор грел в мыслях план, что хоть что-то в его городе ей понравится и, возможно, она перестанет так их ненавидеть.

— Ты хочешь сказать, что ваши люди не проходят обучение?

— Наши люди сотрудничают с нашей семьёй поколениями, — фыркнула она. — Они приходят обученными.

— Почему ты так меня ненавидишь? Что плохого я тебе сделал? — вдруг вырвалось у него.

— Ты — Морелло. Я — Мэллос. Это заложено у нас в крови, мы рождаемся с этой ненавистью друг к другу.

— Я тебя не ненавижу.

— Не говори чепухи, я вижу, как у тебя дёргается мускул на лице, как только я открываю рот. Я бешу тебя и знаешь что? — она улыбнулась. — Грей это чувство в своём чёрном сердце, так же как и я грею в своём.

«Это мы ещё посмотрим, девочка», — усмехнулся про себя мужчина.

— Выбирай оружие, — хозяин махнул на стол, где лежали самые разные винтовки, пистолеты и автоматы. На глаза попался М4, и рука сама потянулась к нему. — Хорошее оружие. Думал, что ты выберешь что-нибудь более нежное, — хмыкнул блондин, на что получил колкий взгляд зелёных глаз. Интересно, она в прошлой жизни была ведьмой? — Теперь целься, — проверив оружие на наличие полного магазина, рыжая тяжело вздохнула. Как бы она не пыталась, но картинки из прошлого то и дело лезли в глаза и это приносило дикую боль. — Котёнок? — «Очистить разум. Пусть тебя ведёт судьба», — она ощутила касания брата, голос Джино над ухом, как блондин поправляет ей стойку и поучает, как раздаётся голос матери: «Джино, не смей её учить стрелять! Она девочка!», а потом весёлый смех братьев.

Она помнит, как они охотились с семьёй друга Рамона. У неё тоже был лучший друг. Светлый мальчик с красивым именем Эмин, который должен был жить и жить, но видимо... Жизнь была слишком жестокой.

Ей дали в руки пистолет. Впервые стреляет, впервые держит в руках оружие, но уже знает, как им пользоваться, выстрел, шум, а потом темнота.

Злость охватила её с головой. Рыжая зарядила оружие, и пули, один за другим, словно в гонке, направились прямо в цель. Табло то и дело увеличивало цифру, а по её щекам текли слезы, с каждым звуком пули. Кровь на её руках, крики, смерть...

— Ровно 30, — удивлено прошептал мужчина, смотря на рыжую. — И ты говоришь, что не умеешь стрелять?

— Я не говорила, что не умею. Я сказала, что давно не брала в руки оружие, — положив автомат на место, холодно молвит девушка. Стеклянные глаза буквально молили выпустить слезы, но рыжая держалась. Она не будет казаться слабой перед ним, уж точно не перед ним.

— Какого это было? — вдруг раздаётся вопрос над её ухом. Мор оказался очень близко, настолько, что Призрак ощутила запах его духов. Такой знакомый сладковатый запах, видимо это были Ambre Topkapi, духи, которыми пользовался Рамон. «Ух ты, одна схожая черта, любовь к сладким ароматам», — подумала вдруг рыжая. — Какого это было? — снова повторился вопрос. «Заткнись. Пусть он заткнется... Пусть...». — Каждый

ощущает своё первое убийство по-разному, кто-то был в эйфории, кому-то было плевать, а ты...?

— Мне было страшно. Дико страшно, — ответила Селестина. — Я боялась, что мне может понравиться... Что теперь, я навсегда стану убийцей. Я пытаюсь смыть эту кровь со своих рук, но её становится всё больше, она заполняет всё вокруг меня... Я тону в крови, — на плечах она ощутила сильные мужские руки и, была готова сойти с ума, но почувствовала, как весь страх вмиг просто исчезает.

— То, что случилось, не твоя вина. Неосознанное убийство не делает тебя грешником, Селестина, — они встретились взглядами, и в какой-то момент Габи показалось, что возможно они смогли бы подружиться... Если бы не то, что их разделяет пропасть длинной в несколько тысяч километров.

— Нам пора, — прошептала рыжая, ухмыляясь. Непонимающий взгляд мужчины, заставил девушку тихо рассмеяться. — Тебе уже второй раз звонят, — указала она на телефон. Взглянув на телефон, блондин устало вздохнул и ответил. Спустя пару минут Мор вернулся и, взглянув на свою спутницу, мужчина заговорил.

— Мне нужно заехать в клуб. Заодно и увидишь нашу работу, — он лучезарно улыбнулся, а на лице Габи появилось дикое отвращение.

— Мне пора... — она уже направилась в сторону выхода, как ощутила на коже тёплые мужские руки. — Хватит так делать, — рычит та, — серьёзно. Это бесит, — его многозначительный взгляд говорил всё и без слов, поэтому девушка лишь тяжело вздохнула. — Хорошо. Поехали.

***

Когда в клуб вошел Джонатан, все работники замерли в ожидании. Чаще всего глава наведывался туда с проверками или из-за очередной проблемы. Отдыхать сюда он приходил всего пару раз, многие об этом даже не помнят.

Фабио ухмыльнулся, когда увидел, входящую вслед за Джоном, девчонку Мэллос. Кабинет управляющего «Фэйрчайлд» был стеклянным, так что молодой человек прекрасно видел все происходившее в зале. Он обратил внимание, как напряглись их люди, заметив врага на пороге своего дома. Коста не очень одобрял рвение босса, относительно этой особы, но спорить не имел права.

Фабио вышел из кабинета, навстречу главе, ехидно ухмыляясь. Елена, которая что-то рассказывала Тини, поспешила прервать разговор и присоединилась к брюнету.

— Хватит мешать девочкам работать, — фыркнул на нее Фабио.

Елена театрально закатила глаза, ткнув кулаков в плечо парня.

— Я всего лишь объясняла ей, как правильно обхватывать шест ногой, чтоб не навернуться.

— Когда это ты стала экспертом в стрипе?

В этот момент, подошедший к ним, Джонатан изогнул брови, глядя на Елену. Стоявшая позади него Габриэлла с диким взором осматривала обстановку клуба.

— Наша звездочка умная девочка и знает почти все, Фабс. Я бы посмотрел, как ты танцуешь, Елена, — губы Джонатана изогнулись в улыбке, а девушка тем временем фыркнула.

Краем глаза мужчина заметил, как светлая бровь Мэллос приподнялась, а на лице появилась ядовитая ухмылка. Ох, он знал, что это значит.

— Я так полагаю, это одно из твоих любимых развлечений, Морелло? Смотреть, как девушки извиваются перед тобой, в надежде получить хотя бы один твой взгляд.

— Несомненно, котенок, — мужчина наклонился и прошептал на ухо рыжей. — Жду не дождусь, когда ты будешь извиваться подо мной.

Щеки Мэллос предательски загорелись, ответить ей не дал голос со второго этажа, кто-то звал Джонатана и Морелло, стиснув зубы, кивнул Фабио.

— Присмотри за ней. Развлеки чем-нибудь, — с этими словами блондин отправился наверх.

Коста устало закатил глаза, взглянув на девчонку Мэллос. Она была хорошенькой, но не намного красивее Элайзы. Это была лишь еще одна прихоть дона Морелло, и Фабио надеялся, что она быстро пройдет. Елена, быстро чмокнув брюнета в щеку, сказала, что ее ждут неотложные дела и убежала.

— Отлично, я теперь нянька, — буркнул брюнет.

— У меня тоже нет никакого желания находится в этом гадюшнике, — взвилась девушка, сложив руки на груди.

— Гадюшнике? Это один из самых элитных клубов города, милочка, — девушка закатила глаза на данное прозвище.

— Вы варвары, похищаете невинных девочек, мучаете их, заставляете заниматься проституцией, а еще и наркотики...

— Воу-воу, полегче. Ты чего такое несешь? Ты вообще понятия не имеешь, как тут все устроено. Пошли, я тебе покажу. И даже не пытается отказаться, нам с тобой все равно торчать тут еще два часа.

Он сначала провел девушку по залу, показывая обстановку клуба, а затем повел наверх в свой кабинет. Встав у панорамной стены и глядя вниз на танцпол, брюнет начал рассказывать о специфике работы клуба.

— Мы никого не похищаем, милочка. Каждая девушка, которая у нас работает, находится тут добровольно, — заметив скептический взгляд Габи, мужчина хмыкнул. — Да, именно так. Мы находим девушек из бедных семей, которым нужна помощь, предлагаем им работу. После того, как они отработают свой долг, они свободны. Но некоторые предпочитают остаться и после уплаты долга. Вот например, видишь слева от барной стойки женщину? Это Вивиана Нери. Она здесь уже больше 20 лет. Верой и правдой служит нашему делу.

— Она работает тут?! Но ей же лет 40 на вид, — Фабио рассмеялся.

— Вообще, если быть точным, то ей недавно исполнилось 44 года. Виви отошла от дел, теперь она наш ангел-хранитель и смотритель. Присматривает за девочками, помогает им, поддерживает, утешает, если попадается особо требовательный клиент. Девочкам у нас хорошо, о них заботятся, им предоставляют жилье и медицинское обследование, кормят и одевают. Тини, с которой разговаривала Елена, тоже решила остаться и теперь зарабатывает себе на учебу, она хочет стать преподавателем.

— Препод-проститутка? Ого, а я думала, что видела уже все. Ты хочешь сказать, что вы предоставляете им все это бесплатно? Это ведь не выгодно.

— Почему же? Они зарабатывают, приносят ощутимый доход, на все нужды и списание всех долгов уходит не больше 40 процентов от всей выручки клуба. А если попадутся клиенты, которые падки на наркоту, это большая чистая прибыль, — Фабио глянул в сторону лестницы. — А вот и босс. Приятно было поболтать, но надеюсь, что свидимся не скоро. Ты милая и симпатичная, но слишком уж надоедливая.

— Я тоже не горю желанием видится с Морелловскими шавками, точно так же как и с ним самим, — процедила Мэллос, ровно в тот момент, когда в кабинет зашел Джонатан.

— Снова мои косточки перемываешь, котенок?

Её ответ прервало сообщение на телефон. «Раз, два, три, четыре, пять... Я иду тебя искать», — гласило оповещение от неизвестного номера.

— Мне пора домой, — стараясь придать голосу уверенности, молвит девушка, но о какой уверенности идёт речь, когда она в логове тигра? Совсем одна. Без оружия, без способа защитить себя...

— Что случилось? — кажется, что оба мужчины заметили, как страх играл на лице рыжей. — Котёнок?

— Я хочу домой, — голос начинает дрожать, и, не дождавшись ответа, Селестина выбежала из кабинета, а затем и из клуба.

Она видела, как люди смотрели на неё, как переговаривались. Они знали кто она, они все знали, и теперь явно были злы, когда увидели её на пороге клуба.

Нужно просто добраться домой. Нужно просто вернуться, доехать до Катании и там с ней всё будет хорошо. Да ведь?

***

Такси, которое приехало, ехало слишком медленно, сердце стучало слишком быстро. Ей было страшно.

Неожиданно, оно остановилось у обочины, куда подъехали ещё две машины. Габриэлла замерла, ожидая, что будет дальше. Трое мужчин в чёрной одежде, шли прямо к ней, а когда один из них направил в её сторону пистолет, Габи вспомнила все возможные молитвы которые знала.

Она пожалела, что не смогла в этот раз обнять племянников, не смогла поцеловать братьев, не услышала их голоса. Не услышала смеха родных.

Что её ждёт за чертой? Там, в ином мире. Кто встретит её? Мама? Папа? Ох, папа, если бы он знал, какой она стала, гордился бы? Смог с гордостью сказать: Габриэлла Селестина Мэллос — моя дочь, мой Призрак?

А мама? Она бы удивлённо раскрыла глаза и произнесла свою любимую фразу: «О боги...» она всегда так делала, когда удивлялась.

«Мамочка, я скоро приду... Папочка, мы скоро увидимся...»

Мужчина разжал курок, рыжая закрыла глаза, ожидая этого конца. Будет ли больно? Что ты ощущаешь, когда жизнь покидает тебя? Покой? Как давно она не чувствовала его...

Раздался выстрел и... Ничего. Никаких чувств или ощущений. Осмелившись открыть один глаз, девушка заметила, что мужчина, который направил на неё пистолет исчез, а перед ней стоит Мор, с гневном смотря на остальных.

— Ты... — не в силах сказать и слова, Габи проваливается в сон.

***

Проснулась рыжая на заднем сиденье своей машины. За рулём ехал Джонатан, сжимая так, словно готов был вырвать его из машины. Он явно был в гневе.

— Почему... — рычит он, — почему она не сказала?! Почему?! — Селестина нахмурилась, поднялась с места, грозно глядя в зеркало.

— Возможно, потому что это тебя не касается? — облегченно выдохнув, Мор снова вернул прежнюю маску на место.

— Ты была на моей территории. Если бы тебя убили, то это точно была бы война и разбираться не стали. А я этого не хочу, у меня итак дел хватает.

— Мы едем домой?

— Да.

— Откуда ты узнал? — сначала он пару секунд помолчал, шумно выдохнул и заявил.

— Я не могу сказать, — наконец, спустя ещё пару минут, машина остановилась недалеко от особняка Морроне. Он не спешил выходить, пытался собраться с мыслями, а она ждала, в надежде, что услышит хотя бы один ответ. — Сегодня мне правда стало страшно, — это было всё, что Селестина услышала от него. Потом Джон вышел, помогая выбраться девушке, и ждал. Они стояли у машины, слушая шум вечерних улиц, и не один не решался нарушить молчание.

— Ты так и будешь молчать? — фыркнула рыжая, подняв острый взгляд зелёных глаз на мужчину. — Даже не съязвишь, не бросишь шутку или не скажешь что-то, что могло меня задеть? Давай же, скажи какая я глупая, что отчаялась на такой поступок, скажи, что мозгов у меня размером горошек ну же я... — его руки опустились на её щеки, притягивая девушек ближе, а тёплые губы коснулись её холодных.

Поцелуй Джонатана Морелло был похож на морозное утро, когда ты выходишь на балкон рано утром и холодный ветер окутывает тебя, заставляя взбодриться и снова ощутить себя живой. Словно Габи ныряла в море без страховки с высоты пятнадцати этажей, но вместо ощущения дикой боли от встречи с водой она ощущала, как за спиной вырастают крылья, и она летит.

Он целовал страстно, словно от этого зависела его жизнь, словно её поцелуй это спасение в жаркий день в виде оазиса. Они оба стояли над сильнейшим водопадом, а вода смывала всю боль и печаль, оставляя внимания интересу.

Но реальность вдруг накатывает с такой силой, что рыжая готова утонуть. Оторвавшись от его губ Селест заметила, как он напрягся, но отвечать, или уже тем более спрашивать было не в почёте и улицу Катании окутал звук пощёчины. Глаза загорелись яростью. Она забрала из рук мужчины ключи и, бросив последний взгляд на гостя, скрылась за воротами особняка.