Глава 7. Маяк
Глава 7. Маяк
Линдаран встречал прибывших гостей столицы Империи Аитас шумом, задушевными песнями товарок, запахом свежей рыбы и недобрыми взглядами красноглазых рабочих. Все, кто когда-либо бывал в Империи Теней говорили, что народ здесь скрытный и недоверчивый, но это лишь на первый взгляд. Знакомство с городом было не самым удачным, ведь Аллари споткнулась и промочила ноги в ледяной воде, не успев сойти с изрядно шатающейся платформы у берега, но её с шипением подхватил прямо за шиворот плаща помощник капитана.
– Неуклюжая девчонка. Смотри под ноги!
Ари ослабила ворот плаща, что давил ей на горло и крикнула, уже вслед уходящему старику.
– Спасибо.
В порту туда-сюда сновали низшие джинны, протаскивая чей-то громоздкий багаж или даже причудливые сидячие носилки сквозь толпу.
Девушку несколько раз толкали прохожие, пока она, раскрыв рот разглядывала сизые, алые и зеленые облачка бездымного огня, из которого состояли джинны. Это было невероятно. В родной Гилории мало кто пользовался услугами джиннов, всю грязную работу выполняли либо перлы, либо низшие маги. Линдаран был другой. Здесь всё было совершенно не таким, как казалось на первый взгляд.
Прямо за причалом для кораблей начинались каменные постройки, кузницы и литейные в которых кипела работа, там звенели молоты и шум эхом лился по порту.
Справа виднелись деревянные вывески рыбных лавок и всевозможных мастерских, но дух захватывало то, что высилось далеко позади низких портовых сооружений. Там сиял знаменитый Парящий Храм - главный храм Империи Теней. Даже издалека он казался огромным, а витые лестницы, ведущие на самый вверх, скручивались длинными цепями- единственным, что держало храм прикованным к земле.
– Невероятно. – её сердце на секунду замерло, а потом зашлось в приступе восхищения.
Но в ботинках все ещё неприятно хлюпало, так что остро стоял вопрос нахождения пристанища.
Среди узких рядов портового рынка, было слишком шумно, людно и можно было найти всё, что угодно: ткани, мечи, яды, антикварную мебель, разные штуки с затонувших кораблей, краденные украшения, амулеты в полцены, запрещенные зелья, впрочем, за качество никто не отвечал, от них вполне могли выпасть волосы. Девушку несколько раз чуть не облили какими-то помоями и один раз всё же какая-то дамочка стряхнула на неё последнее содержимое мешка со специями, от чего Ари расчихалась. Её плащ покрылся белой пылью.
Но из-за этой заминки дева заметила знакомую контрабандистскую меткую на деревянном перекрытии лавки, подобная была и на крыше сапожной мастерской и даже под ступенями старой лодочной мастерской, и говорили все они, что неподалеку есть место встречи для «своих».
«Это шанс. Где ещё я смогу узнать о дяде?»
Ари была благодарна познаниям в подпольных языках и хорошей памяти. Она следовала меткам, как ни странно, местом встречи оказалась мрачная таверна с покосившейся черной вывеской, прямо на берегу, по другую сторону от причала, где стояли корабли. С первого взгляда она казалась заброшенной, но двери с тошнотворным скрипом отворились и прямо из них вылетел пьяный орк, при чем вылетел в прямом смысле. Его выбросили два здоровенных циклопа, лица их были разукрашены шрамами и рунами. Ари поежилась. Вслед пьянице послышался надрывный женский голос и смех десятка бандитов.
– Выметайся отсюда и, если ты вернешься, я лично перережу тебе глотку во сне, мерзкий ты упырь! – двери захлопнулись, вывеска качнулась и покосилась ещё больше.
Аллари поплотнее замоталась в плащ и накинула капюшон, предварительно измазав лицо пылью от специй.
Дверь была слишком тяжелой, она с трудом отворила её, чем вызвала приступ смеха у присутствующих.
Внутри таверны было убогое убранство, чадили факелы, пахло кислой похлебкой, дешевым пойлом и убойным потом. Ари поморщила нос и ненадолго задержала дыхание, сдерживая острый рвотный приступ. Циклопы злобно зарычали, но пропустили гостью.
Женщина в алом разливала спиртное и что-то рубила за стойкой, она не обратила внимания на посетителя. Ари подошла и забралась на высокий стул без спинки , стоящий скраю, прислушиваясь о чем говорят в таверне. А послушать было что.
– Да эти «светленькие» гилорийские рожи только и думают как бы лишний раз не замараться, и чуть что сразу же закрывают границы.
Аллари отвлекла женщина в красном , она произнесла, вытирая руки о грязный промасленный фартук.
– Милостыню не подаем.
– Я бы и не взяла.
– Тогда чего тебе, заблудшая душа?
– Для начала чая.
– Держи карман шире! Вы слышали? У меня впервые за сто лет просят, что погорячее бормотухи северных орков.
– Чтож, вы неплохо сохранились.
Женщина в фартуке воткнула нож, которым резала окорок, в стойку перед Ари. Но девушка была готова и даже не дернулась.
«Нельзя показывать свой страх».
– Я не говорила, что я старая.
– И я не говорила. – она посмотрела ей прямо в глаза.
Женщина разразилась диким хохотом и вытащила нож, на его месте осталась заметная выемка.
– А ты неплохо держишься. Но не говори, что ты сюда пришла за чаем. Примерные девочки держатся подальше от таких мест.
Полуорк в сером плаще, сидящий за стойкой довольно хохотнул:
– А мы были бы рады. – и тут же получил подзатыльник от хозяйки бандитского притона, а это явно была она. – Заткнись, Шагар, здесь тебе не бордель. – а затем с иронией. – И какой же чай предпочитает юная леди? – она снова разразилась гортанным смехом.
Аллари тихо вдохнула затхлый воздух и произнесла:
– Чёрный бархат.
Смех резко оборвался. Глаза женщины сверкнули.
– Ещё и верит в детские сказки. А-ну пошла за мной. Подмени меня. – она сняла фартук и бросила в лицо помощнику, от чего тот чуть не свалился со стула.
Будучи ближе, та тихо шепнула:
– Эти сволочи не дадут нам поговорить.
А после уже рыкнула остальным;
– Слушайте сюда, если хоть кто-нибудь устроит здесь драку или что-нибудь здесь сломает, я сломаю ему голову, ясно вам, олухи?! – заунывной вереницей потянулись ответы.
Женщина снова схватила Ари за руку и потянула.
– Идём.
Ари опешила, когда через три двери : чёрную, серую и белую они вышли на светлую уютную кухню. Здесь не было смрада и факелов, магические светильников было пять, и они красиво горели. Всевозможная морская живность сверкала своей красотой и свежестью, потому что плавала в огромной прозрачной бочке. Девушка раскрывала рот и во все глаза разглядывала рыб, многоногов и колючих зитусов.
– В жизни ничего красивее не видела.
Хозяйка усмехнулась, откинул разделочный нож, который до сих пор был в её руке и пробормотала.
– Ты явно нездешняя. – теперь её голос не напоминал змеиное шипение.
Она указала на одну из рыб.
– Смотри, эта рыба редкий гость, даже в здешних водах. Говорят, она явилась из самих пучин Тартара. – бока необычной рыбки были утыканы алыми шипами, а чешуя состояла сквозь из черных капель, напоминающих броню.
– А вон та, с двумя длинными хвостами? – Ари подошла ещё ближе к бочке, забыв о всякой осторожности.
– Это дундари. Ею питались воины во время войны с безликими. Если отрезать ей один хвост, то на его месте через день отрастёт новый. Но вот если два сразу, то непременно погибнет.
Тем временем на кухню вошла женщина в белом костюме с седыми волосами, уложенными в затейливую прическу. На плите что-то варилось и жарилось, но ложки сами помешивали блюда. Седовласая подошла к печи и достала целую партию воздушных булочек.
– Дона, дорогая, ты привела гостью? Неужели бедняжка забрела к вам в таверну?
Сама Дона теперь выглядела по-другому, никакого крючковатого носа, морщин и даже одеяние поменялось.
«Когда только успела?»
– Забрела не то слово, скорее пришла специально. Я сделаю нам чай. Чёрный бархат, не так ли?
Ари кивнула, женщины переглянулись и дама в белом шумно вдохнула.
– Присаживайся за стол, дитя. Я Элра.
Аллари понимала, что что-то не так, это место не походило на то, где они были минуты назад. Даже запах был совсем другой. Она подбежала к кухонному окну и лишь убедилась в этом, это был вовсе не порт, прямо над зданием высился Парящий храм, на площади было много людей и все они безупречно выглядели. Вдалеке виднелся искрящийся императорский замок.
В душе зародилось ликование. Аллари, как на яву, помнила, те сказки, что слушала перед сном.
«Я расскажу тебе одну легенду, Аллари. Однажды в северных лесах, банда пиратов, нашла ребенка. То место, где это произошло славилось своими богатствами. Пираты прибыли грабить, но побоялись даже в руки брать это проклятое золото. Дело в том, что эта девочка была единственной, кто выжил. В тот год неведомая болезнь унесла жизни целой страны. Многие считали, что это игры демонического царства. Девочку нашли и хотели продать, когда немного подрастет, но главарь полюбил её, как свою дочь, он воспитал её, обучил её всему, что знал сам и даже большему. Время шло, девочка росла. На пиратов всегда шла охота, клан за кланом истреблялся, многие покидали своих и бежали, в надежде скрыться, пришло время и главаря убили. Но та девушка, что была спасена и выращена пиратами отправилась по миру, собирать остатки выживших, как бы не было трудно, она не сдавалась, некоторых приходилось выдирать прямо из объятий Тенебрис. Она вернулась в те земли, в которых выжила и сполна забрала золото. От чего-то её эта болезнь не тронула. Она отправила его во дворец короля, как дар. К утру следующего дня, все, кто касался этого проклятого золота, были мертвы. Она смогла объединить пиратов, людей без семьи, без денег и без смысла жизни под эгидой братства, и называлось оно «Чёрный бархат».
Чёрный бархат – растение, что появляется лишь там, где убили демона, если выпить его, то никакой демонический яд не потревожит. Сквозь года имена исчезли и даже это название мало кто помнит сейчас, но и по сей день, если кому-то нужна рука помощи среди пиратов, многие из которых стали контрабандистами, он может найти свой черный бархат или создать его сам. Помни об этом, Аллари, это важно. Эти слова могут открыть любую дверь».
Дона поставила перед ней чашку, а Элра подвинула булочки.
– То, что мы были там, а теперь здесь – это ведь магия?
– Думаешь, я бы справилась бы с сотней орков, перлами-разбойниками и держала бы эту банду на привязи, будь я обычной женщиной? Ближе к делу, у меня не так много времени, тебе нужна помощь или нет?
– Да, вообще-то я кое-кого ищу. Говорят, он в должен быть в империи.
– Возлюбленный? – Дона наклонилась, подложив руки под подбородок и часто заморгала.
– Нет, что вы.
– Да не красней ты так. – она снова разразилась смехом. – Дай свою руку. – она задумчиво смотрела несколько секунд, а потом пробормотала. – А это странно. – она повернулась к Элре.- Я ничего не вижу.
– Может быть мне помыть руки?
Дона вместе с Элрой переглянулись и снова зазвучал смех.
– Боюсь, это не поможет.
– Тот, кого я ищу. Его зовут Эвасет Вирго.
– Никогда не слышала.
– Быть может у него сейчас другое имя.
– Я поспрашиваю. Но лучше бы иметь его портрет. В следующий раз придешь ,когда я пришлю птицу, сюда, а не в порт, заходи с черного хода.
– Спасибо.
На кухню вошла шустрая девчонка, оставила на столе газету, видимо, забытую кем-то из посетителей, подхватила тарелки и исчезла.Аллари, глядя на неё, вспомнила кое о чём важном.
– И ещё, мне неловко просить вас, но мне нужна... работа. Я раньше помогала в магазине трав и в целом я быстро учусь. Если вы могли бы...
– Не думаю, что ты захочешь обслуживать сброд в городских тавернах. Ничего больше я предложить не могу.– Дона посмотрела в окно.
Элра громко цокнула языком. Они вновь переглянулись, незримо что-то обсуждая. Дона покачала головой.
Элра задумчиво спросила.
– Скажи, дитя, что ты знаешь об Академии Бессмертного Ингрэма?
Перед глазами девушки вспыхнула окровавленная эмблема лорда на площади Трёх Солнц, Ари выдохнула :
– Академия Страха? – Дона подняла бровь и кивнула, многие так звали это место.Ари продолжила. –Это одно из нескольких величайших магических заведений. Я знаю, что Бессмертный Ингрэм – это основатель Академии, связавший с ней свою жизнь. Но его давно никто не видел вживую. Знаю, что он поднял целый остров с морского дна во время войны с тарнами, и построил там сначала школу, а затем и академию магии. Говорят, это самое защищенное место в мире. Многие мечтают туда попасть, ведь в этой академии не важен статус и род, только талант и дар к магии.
– Недурно, а ты не так глупа, как кажешься.
Ари прикусила губу.
«Я кажусь глупой??»
Дона ухмыльнулась и продолжила:
– Я напишу тебе рекомендательное письмо, возможно им кто-то требуется, помощники в сады, например или в лазарет, о да, в лазарет точно требуются. Попробовать стоит.
Дона достала лист с пером и начала писать.
– Кстати, ты не представилась, я конечно, могу написать «та, кто верит в сказки» или «Чайная дайна» . Звучит презабавно! – Дона разразилась громогласным хохотом.
Аллари сложила руки на груди и не сдержала порыв съехидничать.
– Ох, простите, королева «смрадной таверны на окраине» , я – Лайрин Аспер.
– А ты непростая. Чтож, Лайрин Аспер, добро пожаловать в Линдаран. Завтра же отправляйся на остров. Это письмо передай в руки профессору Ригоне. Она моя... не важно, она должна принять тебя.
– Благодарю! – от избытка чувств Аллари вскочила и обняла Дону.
Тп начала ворчать.
– Ну что ты, ну всё, всё, хватит. Кто-нибудь увидит.
Взгляд Ари упал на газету, что лежала на столе, заголовок гласил «Переполох в Рудне».
– Я могу это взять?
– Вестник? Забирай.
Аллари покинула ресторацию «Цветок Нахариса» с улыбкой на лице. Это было совершенно непохоже на то, что говорили о Линдаране в светлом королевстве. Имперцев там представляли, как жутких созданий, которые чуть ли не выпивают души, отбирают кристаллы молодых магов, а перлов заковывают в цепи и продают в рабство. Недаром, лишь они единственные во всем мире, кто смог жить на проклятой богами земле. Единственное, что действительно пугало девушку – это снующие туда-сюда многочисленные Тени. Они не были призраками, скорее сгустками чистой энергии, отголосками злобы погибших на этой земле. Но даже к этому можно было привыкнуть.
На улице уже было темно, повсюду загорались огни, у неё был адрес хорошего постоялого двора и вера в будущее. Этот город был удивительным местом. После темных троп вымерших земель, его мостовые казались прекрасным наваждением. Самым прекрасным из тех, что когда-либо встречала Аллари, но видела она не так уж и много. Дома столицы состояли из белых камней с вкраплениями кристаллов, улицы украшали ресторации с огромными окнами, чистые и аккуратные дороги, нередкие конные экипажи, площади с колоннами и арками, увитыми настоящими цветами.
Вдалеке виднелся остров с многочисленными башнями академии, которые теперь сияли, для Аллари, словно самый яркий в мире маяк.
– Где бы ты ни был, дядя, я отыщу тебя.