Глава 17. Лимб магистра Хаэля
Серые тучи рвались на мелкие кусочки, рассыпаясь белоснежными хлопьями в воздухе. Особенно зоркий глаз меж этими снежинками мог заметить редкие золотые кристаллы, что и вовсе сверкали, словно чистейший солнечный свет. Они, медленно опускались во мрак земель, и сосчитать их было невозможно.
Пик Альдема – горы богов, сегодня был сокрыт плотным, непроглядным кольцом облаков, отливающих алым на закате. Но снег медленно падал на землю и казалось, что это сами боги рассыпают благодать на мир, одаривая людей благодетелью, добротой и справедливостью.
Маленький мальчик, на вид лет шести так засмотрелся на вереницу падающих кристаллов и от того не успел посторониться, его грубо толкнули так, что из маленького тельца почти вышибло дух, грязь испачкала белое личико и попала на светлые волосы под капюшоном. Но он встал, не издав ни звука, лишь покрепче стиснул зубы.
Почтительное наступление зимнего периода было бы самым красивым зрелищем мира Еисхар, если бы только белизна этого снега не была попрана пеплом и кровью. Впереди, под сенью облетевших деревьев, сгусток нечта невообразимо-темного рвал вклочья, разрывал на куски зверя. Зверь это был или вовсе человек, сафир или демон, разобрать было невозможно. Мальчика эти тени не трогали, бояться было нечего, это он понял ещё несколько дней назад, когда только пересёк границу Альтеры. Все демоны куда-то подевались. Даже рогатый силуэт того, кто сбил мальчика с ног, быстро растворился в дымке. Так что совсем не было понятно, миражом он являлся или реальностью.
Все те иллюзии: люди, демоны и существа стремились в противоположную сторону от той, куда держал путь мальчик. Запах гари и жженой плоти коснулся носа ребёнка и он, быстро прикрыв лицо тканью тонкого вязаного шарфа, закашлялся. Ему нельзя было останавливаться.
Тонкая рука нырнула в карман потёртой хамингуотовой накидки, влачившейся по грязному снегу и от того отяжелевшей. В его ладони оказалась сухая лепёшка ши, мальчик с трудом откусил кусочек жесткого теста и, убрав остатки в рукав, принялся тщательно жевать.
Люди больше не появлялись в поле зрения, но от чего-то то тут, то там мелькали тени, словно все люди просто перешли в зазеркалье, ту самую часть мира, куда плыли души после ритуала прощания. Мальчик думал. От усталости мысли его текли совсем вяло, будто вязкий сироп кольвицы, что раздавали детям храмовые жрицы на праздник весны. В тот самый праздник, когда боги спускались в мир людей и исполняли их желания.
Огонь от горящих домов согревал воздух и щёки мальчишки опаляло этим пламенем. Богиня ветров – Великая Рея, сегодня бушевала. На дороге валялись ветви деревьев, ставни домов. Забытые вещи и куклы утопали в горках сугробов.
Личико мальца, в местах, коих не успела коснуться его грязь, было невообразимо бледным, настолько бледным, что дитя ненароком можно было счесть за призрака или утопленника. Хотя, утопленников обычно встречали по теплу.
Если бы кто раньше увидел мальчишку, то непременно спросил, что он забыл один на Тредкоринском тракте. Вот только людей поблизости больше не было. Мальчик шёл вперёд, иногда незаметно корчась от судорог, пронзающих его естество с непреодолимой силой. Видел ли он тела, или разбросанные то тут, то там по тракту конечности? Определённо видел. Мать, от которой ему передался прекрасный белый оттенок волос и смуглая кожа, на ночь рассказывала малышу вовсе не сказки, а настоящие легенды. Легенды прошлого и истории настоящего, поэтому он знал о жестокости Альтера, но всё равно шёл к самому его сердцу. В замок Опалённый коготь.
Иногда лица, видневшиеся вдалеке, казались малышу кукольными. За ночь их уже успело припорошить снегом, но иногда сама богиня справедливости, будто отворачивала его голову от пропитанной алым цветом земли. Так было каждый раз, как он шёл мимо развороченных демонических внутренностей и оторванных голов с пустыми, обращёнными к небу, глазницами.
Над пиком Альдема прозвучал звучный раскат грома, сверкнули алые молнии. Посреди тракта возникла темная фигура. В осанке путника сквозила уверенная выправка, похожая она была скорее на военную. Он окинул всё вокруг невидящим взглядом и незаметно дрогнул. Вдалеке послышался протяжный крик, лишь тогда человек, бросил тяжелый взгляд на белокурого мальчишку. Голос стих так же быстро, как и появился. Чёрная тень, словно птица из царства богини смерти, за ней ещё одна и ещё, метнулись туда, где недавно виднелся силуэт бегущего рогатого.
Мальчик всё шёл вперёд и наконец поравнялся с фигурой. Путником оказалась черновласая женщина с настолько острыми чертами лица, что казалось, об них можно с лёгкостью пораниться. Брови её плотно сомкнулись над переносицей, так что ложбинка меж них почти исчезла из вида. Капюшон был лишь слегка накинут на голову. Из-под плаща, тонкого на вид, торчала рукоять добротного меча, что было совсем несвойственно женщине. Впрочем, навряд ли этот меч был способен помочь от нападения Теней. Её взгляд аккурат касался дорожного столба на распутье четырех дорог.
Дощечки на деревянном столбе гласили:
Прямо – царство Альтера;
Позади – королевство Лих;
Направо – королевство Аматро;
Налево – королевство Альборн.
Мальчик всё так же неспеша двигался вперёд, передвигая ноги с видимым усилием. Он быстро пробежался по дощечкам глазами, словно и правда мог прочесть, что на них написано.
Женщина прошла ещё несколько метров в направлении Лиха, а потом обернувшись, громко крикнула:
– Малец.
Мальчишка не остановился и более того, даже не обернулся на зов.
– Пойдёшь туда – сгинешь.
Мальчик обернулся, и заглянул в её изумрудные глаза. Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но неожиданно его глаза закатились, он упал без чувств, из рукава его выпала лепешка ши и покатилась по стылой земле к краю женского плаща.
**8
Кошмарные картины вызывали тревогу, и он в призрачном желании забыться, лишь крепче прижал к себе юное тело, вдохнул запах волос.
Данаэш открыл глаза. Это были его личные комнаты в ректорской башне Академии Бессмертного Ингрэма. Проснулся маг не в своей спальне, а на жесткой софе, что стояла в гостиной. Голова его пульсировала, груди на миг коснулось забытое чувство вырванной живой плоти. Зыбкое раздражение заставило поморщиться. Он аккуратно убрал свои руки с женских плеч и...ещё раз взглянув на силуэт рядом, сощурив глаза:
– «Какого тарна? Это ещё кто?»
Подле него на софе лежала девушка, нет, конечно, ему и раньше случалось засыпать в теплых девичьих объятиях. Вот только этого никогда не случалось в стенах академии. Лорд Хаэль питал истинное отвращение и к желающим покровительства адепткам, и тем более к юным пустоголовым соктари. Хотя иногда, те или иные, несомненно, пытались завоевать его доверие разными изощренными способами, несмотря на всеобъемлющий страх, конечно.
Магистр, являлся главой академии и позволить себе мог многое, поэтому изрядно пугал девушек, так что они и сами под страхом пыток не вернулись бы в его «логово». А иллюзии лорд ректор творил знатные.
Джинны и по сей день докладывали ему о новых «ужасах», что непременно ассоциировали с его именем. Что он похищает и ест сердца, что в полную луну пьёт кровь девиц, самолично отрывает конечности врагам короны и многое-многое другое. Хотя, отчасти, половина всего была правдой.
Девушки, конечно, желали привилегий, коих сулила бы связь с беловолосым лордом. Но Данаэша Хаэля это совсем не заботило.
Поэтому ректор Академии Страха уже хотел было гневно разбудить и выгнать бесстыдное юное создание, но. Одна деталь. Лорд прекрасно видел в темноте, и прежде всего заметил маленькую странность. Льющийся из окна свет, ниспадающий на край девичей ночной сорочки, вызвал особую мысль. Маг легонько повёл пальцами, касаясь предрассветного воздуха и в комнате загорелось несколько свечей, магические светильники от чего-то он недолюбливал.
Ночное одеяние девушки было изготовлено из грубого домотканого сукна, что наверняка при движении натирало и царапало кожу. И мало того, сорочка эта, была уже порядком мала девушке. Отороченный край рукава был короток и не доходил до запястья на добрых четыре ногтя, а подол открывал смуглые голени. Такая одежда не то, что не годилась к соблазнению, а скорее была полностью противопоказана этому процессу.
В глазах магистра заплясали искры, он улыбнулся уголком губ. Поднявшись, взглянул на себя в большое зеркало. На белой рубашке остались потёки чего-то, серого и пахнущего морем, из кармана брюк торчала жменя голубых переливающихся водорослей, немного их оказалось заплетено и в белых волосах, как у кокетливой ундины. Это и не мудрено, ведь накануне маг нарушил правила, собственноручно установленные им. Грань, что немыслимым образом перенеслась на остров, всё ещё удавалось скрывать от посторонних глаз, но с каждым днём это становилось сложнее. По этой причине магистр и сам перестал пользоваться порталами в черте академии. А турины в ночное время суток наотрез отказывались работать из-за бушевания духа острова в водах по ночам. От того, лорд одну золотую тьму купил у рыбака щербатую лодку. Однорукий старик, ничего не сказал магу, поскорее пряча монету, на неё он мог взять две новые лодки.
До Дана донеслось тихое бормотание, после отплытия:
«Помилуй его тело и душу, великий Арго.»
Хаэль взял курс на южный берег острова.
Конечно, почтенный Арго – дух острова, исполняя его же приказ, низверг на мага всю морскую кару. Актары напали первыми, лодка была разбита в щепки и отправлена на дно. Данаэшу было весело, то была иллюзия, но и его самого всё же заметили. Благодаря гортанному смеху. На этот раз лодка была разбита об острые скалы. Дух острова на время материализован во плоти синим сгустком и скован заклятьем, «дабы не распускал свои холодные морские ручонки». Ведь именно огромная мокрая рука отправила его на самое дно. А ректор, в свою очередь, сломал этой руке все пальцы и доехал до берега на двух черепахах.
Лорд потёр правое запястье и оглядел комнату в поисках академического перстня, он снимал его при любом удобном случае, не обременяя себя в целом наличием магических проводников. От того многие высшие лорды и, даже приближенные императора, откровенно говоря, побаивались таинственного и до ужаса острого на язык Данаэша Хаэля. И единственная вещь, которая мешала им укоротить его – была протекция кронпринца Империи Аитас, чьё слово не только равнялось по весу с императорским, но и чья сила заставляла преклонить колено многие великие дома.
С помощью академического перстня преподаватели могли видеть, кто именно из учеников находится перед ними, имя, факультет, цвет потенциала, энергоресурс. У лорда Хаэля, конечно, имелся и расширенный доступ, предполагающий информацию о расположении адептов и номере их комнат. Но как на зло, именно сейчас кольцо куда-то запропастилось. Маг ещё раз коснулся болезненно пульсирующей головы, силясь вспомнить, когда он видел эту девушку и видел ли вообще? Лицо её было до ужаса «простым» и «неприметным», тело, даже будучи в ночной сорочке, не волновало взгляд. Совершенно ничего выдающегося. Благородную дайну с такими задатками, наверняка бы уже напичкали зельями и амулетами, мазями и кремами «истинной красоты», обернули бы в дорогую парчу, да затянули по верху корсетом из крепчайшего волоса нимфы. Вот только этой девчонке не повезло, благородной дайной она не была, руки её говорили об этом пуще всего остального, в особенности старые мозоли на тыльной стороне ладони, кои могла оставить только рукоять увесистого меча.
«Занятно» – подумал маг, – «Дочь кузнеца, возможно. Или из Красных дев?»
Короткие бледно-серые локоны смешно вились и падали на её глаза, острое лицо не имело никаких запоминающихся черт, совершенно обыкновенное заурядное лицо, коих сотни. И как раз от этого факта оно становилось уникальным. Лорд Хаэль кивнул своим мыслям.
«Эта девчонка, на которую напали вместе с дайной Айдалин. Да, точно. Это протеже принцессы Санле, которую использовал Рэмар. Значит, она также использует артефакт. И, как у Санле сейчас, лицо её не настоящее. Чтож...надо скорее вернуть её в комнату, пока девушка не очнулась и не умерла от стыда. Какой же номер комнаты? Рэмар унёс её в комнату №1018? №1118? №1189? Придётся проверить все.»
Имени девушки маг так и не вспомнил, поэтому решил сначала открыть портал в комнату номер 1009. Но остановился он прежде, чем нарушил ещё одно собственноручное правило. Лорд проследовал в кабинет, немного покопался в нижнем ящике добротного деревянного стола и извлёк синий кристалл, в прошлом принадлежавший создателю Академии – Бессмертному Ингрэму. Как только маг влил в кристалл немного магии, воздух наэлектризовался, синие искры посыпались на пол. Внутри кристалла что-то вспыхнуло и зашевелилось. Синее мерцание выдавало наличие связи этого кристалла с духами академии. По ту сторону раздалось недовольное шипение, но оно вмиг прекратилось, как только до тех дошло, кто их вызвал. Маг подошёл к двери гостиной и положил кристалл в выемку в двери, а затем тихо приказал:
– Дверь в комнату 1009.
Духи по ту сторону зашевелились, двери покрылись синей сеткой разрядов, а затем беззвучно открылись.
Маг заглянул внутрь, на кровати сидела соктари Роузер и в упор смотрела на ректора, расширившимися от удивления глазами. В следующую секунду он щёлкнул пальцами и прошептал что-то, девушка потянулась, её голова отяжелела и вернулась на подушку. Лорд Хаэль раздражённо помотал головой.
А вот следующая комната оказалась пуста, лорд Хаэль огляделся. Книги, книги, книги – комната была завалена книгами. В открытом шкафу висела мантия соктари. Маг вошёл внутрь и в нос ему ударил аромат трав, мужчина вдохнул полной грудью. Помимо книг, цветка осторотуса на подоконнике, балдахина над кроватью, видимо оставшегося от предыдущего владельца, и потёртого зеркала, комнату больше ничего не украшало. На письменном столе лежала открытая тетрадь с начатым письмом. Первая строка гласила:
«Дорогой дядюшка ...»
Маг отвёл глаза, вздохнул и движением ладони отправил талмуды, разложенные на кровати в полёт, они аккуратной стопкой осели на подоконник, попутно удивив Хаэля. Эти книги на первом курсе не изучались. Лорд Хаэль сделал несколько движений пальцами правой руки, магия окутала девушку, подняла в воздух, опустила на кровать.
И всё же маг сам накрыл её одеялом, его пальцы вскользь коснулись холодного металла на предплечье, родная энергия лизнула пальцы. Что-то внутри всколыхнулось и заурчало.
« Артефакт»
Он почувствовал тот самый артефакт, под коим скрывалась настоящая личность девушки. Данаэшу в этот миг безмерно захотелось снять его, чтобы увидеть её настоящее лицо, хотя откуда такое желание? Он нахмурился, отдёрнул себя и отступил к порталу, не отрывая взгляда от лица девушки. Его глаза сверкнули алым, скулы заострились, маг вновь сделал шаг к кровати.
Джинн, что уже некоторое время находился в комнате в подвешенном положении, наклонился к уху ректора и заговорщицки прошептал:
– Подглядываете?
Хаэль вздрогнул и вскинул руку для заклинания, нечаянно зацепив лежавшую на столе книгу. Та глухо упала на пол, девушка на кровати перевернулась на другой бок, лишая лорда доступа к артефакту. А вместо джинна в воздухе оказалась маленькая синяя мышь. Ректор прошипел:
– Сегрр...
Синяя мышь не растерявшись, приземлилась на его плечо и смешно зашевелила маленькими усиками.
– Иногда, служить вам, мой лорд, выше моих сил. Но это ничего, я не осуждаю. – мышь картинно упала в обморок, не слезая при этом с плеча мага и продолжая попискивать. – Если в следующий раз вам понадобится ночной ход в девичью комнату, вы ведь можете обратиться ко мне, у соктари Лайрин Аспер, например более, чем достаточно книг для настройки портала.
Лорд Хаэль вернулся в свою гостиную, закрыл двери и вытащил синий кристалл, из двери, а затем, возвратив джинна в исходную форму, спросил:
– Может ты объяснишь мне, Сегр, что это дитя забыло в моих покоях и как она вообще сюда попала. Твоих рук дело? – маг на ходу разделся, разбросав по комнате, ещё влажную, пахнущую солью, одежду, и проследовал в купальню.
Обнажённое тело его было испещрено глубокими шрамами, один рубец рвал рельеф косых мышц, почти до самого мужского корня, другие полосовали грудь, ещё один был на горле. Увидеть их можно было лишь в настоящую полную луну. В остальное время на этих местах тело лорда украшала бязь неизвестных белых знаков.
Синий дым втянул не успевшие исчезнуть мышиные усы и облетел комнату, исследуя двери и магические плетения. Из купальни послышался громкий плеск воды и раздражённый ректорский голос:
– И ещё, Серг, распорядись, чтобы в академическую форму добавили ночные сорочки или в чём там ещё спят эти соктари, и как можно скорее!
**8
Сны погружали в свою реальность и не давали уйти, выбраться из водоворота событий. Лица мешались друг с другом, как картинки на рисованной колоде гадальных ведьминских карт. Аллари силилась понять, где она и какая роль отведена ей в этом сне и в каждом из тех, что снились ей эти несколько месяцев в академии Бессмертного Ингрэма. Все эти истории были до крайности знакомыми ей, но вот вспомнить откуда, казалось совсем нереальным. Кто этот мальчик? Существовал ли он на самом деле или был плодом воображения? А эта женщина, встречались ли они раньше? И что могло с ней случиться, чтобы глаза отражали взгляд мертвеца?
Аллари смотрела на свет, проникающий через витраж. За окном занимался рассвет, а значит она поспала от силы несколько часов. Ночная рубашка была влажная и пахла морской солью, будто она только покинула соты в башне-свече. После тренировок одежду тоже можно было выжимать.
Девушка вздохнула, понимая, что больше не уснёт и решила пробежаться по утреннему лесу.
Ещё одна девушка в этот ранний час, тоже не спала. Как только ночные звёзды рассыпались над волнами, что прибивали к берегу обломки чьей-то лодки (мы-то, конечно, уже знаем чья это была лодка), она выскользнула из собственной комнаты. Спрятавшись под тенью глубокого капюшона, прокралась между ступней огромных каменных танталов, а затем свернула на тонкую тропку, ведущую прямо под окнами лектория, огибая сам замок, мимо входа в гроты, к краю острова, обрамлённого лесом, в одну из старых сторожевых башен. Башни эти были растянуты по острову и давно заброшены. Почти через десяток лет после окончания войны с тарнами, необходимость в них полностью пропала. Они наверняка бы превратились в руины за более чем шестьдесят лет, но маги, конечно, позаботились заранее и об этом.
Девушка остановилась и прислушалась к ночному лесу, ибо тьма стояла кромешная. Затем открыла небольшую, скрытую за бязью плюща дверь и скользнуть внутрь. По её движениям было понятно, что место ей знакомо и путь этот проделывает она не впервые. На лестнице, ведущей на верх, оказалось ещё темнее, но она продолжила идти. Как только последняя ступень оказалась позади, её мягко схватили. Сильные руки грубо потянули завязки плаща вниз. Пальцы девушки запутались в жёстких непослушных волосах юноши. Его губы прошлись по белой коже на ключице, уже освобождённой от одежды. На шее девушки пульсировала вена, выдавая стремительное сердцебиение. Проводники обоих искрили. Пальцы скользнули под платье, живот свела судорога предвкушения. Она задыхалась от ощущений. Юноша схватил её волосы и легонько потянул назад, заставляя запрокинуть голову. Юное девичье тело, будто пропустило через себя разряд магии. Она почти простонала:
– Найль. – юноша остановил её, прижав ладонь к губам, тем самым зажав её между холодной каменной стеной и своим горячим телом.
Он прочертил в воздухе знак тишины и заговорил, улыбаясь.
– Ты опоздала. Я думал, что повёлся, как мальчишка, думал, что ты не придёшь. – он смотрел прямо ей в глаза, вторая рука юноши всё ещё была под подолом и выписывала руны и знаки на теле.
Вдыхая воздух полной грудью, та в ответ прохрипела:
– Я здесь.
Плащ юноши был брошен на каменную кладку башни. Тени влюблённых, отбрасываемые на стены проводниками, заплясали, превращаясь в единое целое.
Она была сверху. Молодой господин усиливал темп каждый раз, как понимал, что она ведёт. Девушка не стонала, но в тишине, уже не ночи, а раннего утра, было отчётливо слышно её прерывистое дыхание. Юноша жадно наблюдал за движениями: за тем, как она сглатывает слюну, как облизывает губы, как падает, улыбаясь, на его грудь. Снова и снова, забыв про время. Пока по его позвоночнику от самой шеи до края прошла волна наслаждения. Он яростно прошептал ей на ухо:
– Ещё. Хочу ещё.
Но на этот раз девушка остановила его.
– Я больше не могу.
Дева гладила жёсткие волосы юноши и вспоминала, как впервые его увидела.
Высокий, собранный, в чёрном. Казалось, он не замечает никого вокруг. Ученик Академии Бессмертного Ингрэма, протеже магистра Хаэля. Больше о нём ничего известно не было. Она никак не могла унять любопытство и проследила за ним, на чём и была поймана.
– Ты правда думал, что я не приду?
Найль отвернулся в сторону небольшого окошка, поглаживая её по влажной от пота спине. Они были не на самом верху башни, сторожевой пост был выше. Но из этой комнаты открывался красивый вид на утреннее небо, сегодня оно отливало алым.
– Прошло уже несколько лет с нашего признания друг другу. Я не знал, правда ли ты по сей день хочешь быть со мной или же выбрала отказаться от этой нелепой затеи. Я сгорал от желания тебя увидеть каждый день. И что мне было думать, когда я узнал о помолвке.
Дева подняла ладонь и повернула его лицо к себе. Голубые глаза смотрели на неё с тем же вызовом и огнём, что и три года назад.
– Я искала тебя. Мне казалось, что я вижу тебя в храме, на балу, в замке. И даже сейчас я думаю, что ты не настоящий. Знай, я не хочу выходить замуж, этот долг, как назвал его брат, тяжкая ноша.
– И тем не менее ты помолвлена.
– Ты не прав! Как ты можешь меня обвинять? Столько сил было потрачено, чтобы поступить в Ингрэмову бездну! Я хочу быть с тобой, разве моё присутствие не доказывает это? Тем более, пока я здесь, семья не может заставить меня выйти замуж. Сейчас для него я неприкосновенна. А потом мы что-нибудь придумаем. Ты можешь остаться в академии и помогать здесь. Магистр Хаэль, наверняка, тебе это позволит. А я буду приходить по ночам.
Юноша прикоснулся к её губам.
– Не надо заставлять меня надеяться, ты же знаешь, что нам будет недостаточно этих крупиц. Особенно, когда право на тебя есть у другого, как его там зовут?
Дева проигнорировала вопрос, сжала зубы и вскочила, её мышцы подрагивали от напряжения.
– Я даю тебе слово, что с ним не буду. Я видела его всего раз и то мельком. Перевернула графин с вином прямо ему на голову. Хотела, чтобы он отказался от этой затеи! Если ты не веришь мне, я могу поклясться на крови.
Найль встав вслед за девушкой, поднял её и перенёс обратно на тёплый плащ, её босые ноги всё ещё дрожали, к тому же. Он вздохнул и тихо заговорил.
– Моя фурия, мне этого не нужно. Порезы на тебе ранят и мою плоть. – Найль поджал губы. – Да, я злюсь, но только на себя. Я не знатного рода и среду своего рождения, как бы не желал, не могу изменить. – юноша опустился на колени, целуя живот молодой дайны.
– Я очень расстроилась, не найдя тебя в стенах академии. Казалось, всё напрасно. Эти несколько месяцев были ужасно тяжёлыми.
– Я знаю, милая. Магистр Хаэль отправил меня обучаться в Цитадель Дракона.
Я пробыл там последний год. Не мог найти себе место, ни написать тебе. Но обучение пошло мне на пользу, теперь я могу контролировать свой дар.
Девушка тяжело вздохнула в ответ на его слова и тихо проговорила.
– Так значит, ты ещё не знаешь?
– Если ты про Трина, я слышал. Думаю, кронпринц справедлив. Прости, что меня не оказалось рядом.
– Мы обязательно что-нибудь придумаем.
– Да. А сейчас пора идти, давай будем осторожными. В следующий раз стоит снять проводники. Магистр Хаэль может по ним отслеживать учеников, думаю кронпринц тоже.
**8
Со лба Аллари стекал пот, она оббежала добрую половину острова за это утро. Её тренировочная форма была насквозь мокрой и нижнее одеяние липло к телу. Но возвращаться всё ещё не хотелось. Мышцы приятно ныли, напоминая девушке о том, что она из плоти и крови. Над краем мира, за морем занимался розовый рассвет, отсюда ни столицу, ни даже Парящий храм видно не было. Лишь бескрайние воды.
Аллари подтянулась на носочках, схватилась за ветку дерева и с усилием запрыгнула, карабкаясь, словно дикий кот, на самый верх. Макушка дерева лысела, в неё когда-то ударила молния и пространство по середине напоминало скорее пень, чем вершину. Но из низа этого пня в обе стороны стали расти новые ветви. Ари мысленно назвала это место своим троном и поудобнее умостилась, давая мышцам отдохнуть. Вокруг был лишь лес, шум волн доносился издалека, небо пестрело и напоминало о новом дне. Молодые ветви обнимали девичье тело, позволяя облокотиться на них.
Где-то внизу скрипнули дверные петли. Ари настороженно замерла. Рядом находилась старая башня. Но наверху никого не было, иначе, её бы уже заметили. Из-под плюща неожиданно выскользнула фигура в сером, за ней вторая, но уже в чёрном плаще, от чего-то покрытом пылью. Разобрать о чём они говорили друг другу было невозможно, но пылкие объятия были гораздо красноречивее слов. Ари покраснела, понимая, что вновь стала свидетелем чужой тайны. Как только женская фигура скрылась с глаз, адепт снял свой капюшон и вдохнул полной грудью утренний воздух. Он улыбался. Наверное, Аллари ни разу в своей жизни не видела такой ясной улыбки. Этого адепта Аллари раньше не встречала, но вот девушку. В отблесках полыхающего утреннего неба, ветер растрепал и выбил из-под плаща удаляющейся фигуры, рыжий локон.
__________________________________
Ожидание выхода новых глав помогут скрасить мои скетчи ❤️🔥
🦉YouTube: @dominika.morales
Ещё больше интересного в Инст✨
🦉Inst: @dominika.morales
Подписывайся ❤️
***
А также не забудь поставить звёздочку ❤️🩹
Так больше людей узнаёт о существовании Легенд ❤️🔥