Dark Trail

Ночь давила. Комната была тёмной и тесной, а воздух — словно свинцовый. Лили металась во сне, лоб покрыт испариной, пальцы сжаты в кулаки.

— Жирная... — чей-то голос эхом. — Ты всегда будешь жалкой. Посмотри на себя!
В зеркале — искажённое отражение, распухшее, перекошенное. Оно смеётся, указывает на неё пальцем.

— Ещё одну ночь — и ты станешь легче, помнишь? Легче. Лёгкая — значит красивая! — искажённый голос пульсировал в голове, как боль.

Перед глазами мелькали лица — кто-то смеётся, кто-то презрительно смотрит сверху вниз. Её отражение — огромное, отвратительное, и она сама, стоящая перед ним, крошечная, слабая, с распухшими пальцами от дрожи.

— Слабая... слабая... слабая... — как мантра, как колыбельная.

Лили вскрикнула и резко села на кровати, хватая ртом воздух. Комната погрузилась в тишину, только сердце грохотало в груди. Она провела ладонями по лицу, чувствуя липкий пот, и медленно сползла с кровати.

Нужно было выбраться, уйти, хотя бы вдохнуть свежего воздуха. Она натянула мантию и вышла в коридор.

Каменные стены, полумрак. В животе урчало — но не от голода, а от пустоты. Она шагала, не особо разбирая, куда идёт, пока не врезалась в чью-то фигуру.

— Осторожнее, Блэк, — ленивый голос, слишком знакомый. Теодор. Он смотрел на неё с прищуром, но нахмурился, заметив её бледность. — Не думал, что ты из тех, кто гуляет по ночам без приглашения.

Лили лишь молча посмотрела на него, в глазах — чёрные круги, под ними — тени усталости. Тео приподнял бровь.

— Что, бессонница? Или, может, привидения своих комплексов гоняешь?

Лили зло дернулась, хотела пройти мимо, но Тео поймал её за запястье. Не крепко — но настойчиво.

— Лили. — Он сказал её имя. Спокойно, без яда. — Ты выглядишь, как будто сейчас свалишься. Что, голод опять? Или кошмары?

Она вскинула голову, глаза сверкнули.

— Отвали, Нотт. Не твоё дело.

— Да? — он не отпускал её запястье. — А если ты сдохнешь прямо тут, это тоже не моё дело?

Голос его был всё ещё насмешливым, но стал тише. Лили молчала, дыхание сбивчивое. Тео пристально на неё посмотрел, лицо его стало чуть мягче — как будто он случайно позволил себе лишнее.

— Пошли, — тихо бросил он. — Я провожу тебя обратно.

Лили вырвалась:

— Сама дойду.

— Может, и дойдёшь. А может, нет. — Он шагнул назад, поднимая руки. — Делай как хочешь, Блэк.
Она прошла мимо, злая и уставшая, но когда скрылась за поворотом, Теодор тихо выругался и двинулся за неё и в одно мнгоновении подховотил её на руки и понёс в команду Лили вскрикнула:

—Маньяк! — кричала Лили пытаясь выбраться но попатки были без успешные

Когда они пришли в комнату был холодно очень холодно Лили ударила Теодора в грудь.

— Поставь. Меня. На. Ноги. — процедила она в его глазах вспыхнул огням волосы которые были  чёрными изменили свой натуральный цвет.

Теодор аккуратно поставил Лили на пол и в комнате повисла тишина только был слышен сквозняк и дальний разговор на улице.

Теодор замер он смотрел на Лили и не понимал «как такая девушка как она считает себя страшной?»
Лили будто прочитала его мысли ответила на его вопрос.

— Вот будешь на моем месте поймёшь — Теодор замер и отвёл глаза куда то в даль лишь бы не смотреть на Лили.

— Не пойму, Ни-ко-гда — прошипел Теодор и развернулся что бы выйти он подумал мол «Вот она остоновит меня!» но он глубоко ошибся ведь это Лили она никогда неостанавливает человека, никогда не просит остаться.

Не разворачившись спиной Теодор сказал тихо но достачно громко что бы она услышала.

— Даже спасибо не скажешь? — ухмыльнулся он и развернулся к ней и в один миг он оказался к ней так близко у Лили пробежали мурашки.

Лили испуганно сделала шаг назад, нога споткнулась о край ковра. Теодор продолжал приближаться — не угрожающе, скорее с ленивой насмешкой, но шаги его были слишком тяжёлыми, слишком настойчивыми.

— Что, Блэк, уже боишься? Я же просто хотел спасибо... — голос его прозвучал глухо, почти беззлобно, но Лили уже не слышала.

Мир качнулся.
Перед глазами — комната в Хогвартсе, свет огней, запах алкоголя. Вечеринка. Смех.
И вдруг — руки. Грубые, чужие. Сдавили запястья. Чей-то голос прямо в ухо:
— Ой, да ладно тебе, Блэк, не ломайся...
Она помнит, как тогда вырывалась, но никто не слышал. Все были пьяны, или делали вид, что не видят или просто было все равно?
Помнит, как один из них толкнул её к стене.
Его руки скользи по её шеи опускаясь вниз под юбку
«Не бойся Лили тебе понравится»

Голова загудела.
Дыхание перехватило, в животе скрутило — так, что Лили не могла вдохнуть.

Перед ней — уже не Теодор, а смутный силуэт с вечеринок, чьи руки всё ближе, ближе...
Пальцы сжались в кулаки, но сил не было.

— Лили? — голос Тео стал настороженным. — Ты чего...

Лили дернулась назад, но споткнулась и рухнула на пол. Всё — как тогда. Она слаба, безоружна. Грудь вздымается от паники.

— Чёрт... — Тео резко опустился перед ней на колени, тронул её за плечо, но она вскрикнула  от этого прикосновения, словно её обожгли. Глаза её были полны ужаса, она не видела реальность.

— Блэк! — Тео встряхнул её за плечи. — Лили! Это я! Эй! Ты че?

Но Лили не слышала — и в следующую секунду просто обмякла, отключившись прямо в его руках.

Тео замер, тяжело дыша. В его глазах мелькнула не растерянность — нет, злость. Но не на неё — на себя.

Он поднял её осторожно на руки, чувствуя, как её тело дрожит даже без сознания.

— Придурок... — пробормотал он сам себе. — Ты идиот, Нотт.

Он аккуратно уложил её на кровать, скинул с неё сапоги, накрыл одеялом.

И остался рядом, сидя в кресле, глядя, как она спит тревожно, с сжатыми кулаками.

Он не ушёл.

И впервые за долгое время — позволил себе почувствовать вину.

Лили резко села на кровати, вдохнув с хрипом, как будто вынырнула из глубокой воды. Она тяжело дышала, дрожащими руками схватившись за простыни. В горле стоял крик, но он так и не вырвался.

Комната была тёмной, только тусклый свет камина отбрасывал на стены колышущиеся тени. Лили судорожно осматривалась, сердце стучало в ушах. Она не понимала, где находится — всё ещё слышала в голове те голоса, хохот, чувствовала мерзкое прикосновение чужих рук.

— Лили, спокойно, — прозвучал голос.

Она дёрнулась в сторону и увидела в полутьме силуэт Теодора, сидящего в кресле у камина. Он не пошевелился, не подошёл ближе. Просто смотрел.

— Спокойно, — повторил он глухо не приближаясь.

Лили почти вжалась в изголовье кровати, сжав одеяло в кулаках. Её плечи дрожали, на губах — судорожное дыхание.

— Не трогай меня... — прохрипела она, и голос её сорвался. — Просто... уйди.

Тео молчал несколько секунд. Он смотрел, как она сжимается в комок, как дрожат её руки.

Он хотел что-то сказать. Слова вертелись на языке — что-то язвительное, как обычно, или наоборот, что-то тихое.

Но он промолчал.

Встал. Подошёл к двери.

Задержался — буквально на мгновение. Как будто что-то в нём тянуло назад. Но он сделал глубокий вдох и вышел, так и не обернувшись.

Дверь тихо закрылась.

Лили осталась одна, с дрожащим телом, со сжатыми кулаками и с ощущением... пустоты.

Она закрыла лицо руками, стиснула зубы, чтобы не всхлипнуть.

И шёпотом сказала себе в темноте:

— Никто не должен видеть. Никто. Ты не должна быть слабой ты же Лили, Лили Блэк, знамитый детектив Аврор который нечего не боиться.

Только ночь слушала её слова.

Большой зал гудел привычным утренним гулом: ложки звенели о тарелки, совы приносили почту, ученики перешёптывались. За преподавательским столом Лили молча опустилась на крайнее место, не глядя ни на еду, ни на людей.

Под глазами залегли тени, взгляд был тяжёлый, усталый. Она не ела — просто сидела, вцепившись пальцами в край стола, будто сдерживая что-то внутри.

Пэнси заняла место рядом, шепнула:

— Ты вообще в порядке?

Лили не ответила, лишь слегка качнула головой.

Теодор сидел через несколько мест, лениво ковыряя кашу, но краем глаза то и дело косился на Лили. Она словно сжалась в комок, плечи напряжённые, как пружина.

И вдруг в зале пронёсся ропот. Один из преподавателей озвучил вслух то, что заметили многие:

— Где Макгонагал?

Лили едва заметно дернулась. Только сейчас она осознала — места директора действительно пустовало. Обычно Минерва всегда приходила к завтраку одна из первых.

— Может, заболела? — предположил кто-то, но в голосе уже звучало сомнение.

— Или... — начал другой профессор, но осёкся под взглядами коллег.

Лили выпрямилась, сжав зубы. Внутри уже вспыхнула тревога — холодная, цепкая. Минерва Макгонагал не та, кто позволяет себе «заболеть», особенно когда в школе произошёл труп.

— Я проверю, — глухо сказала Лили, поднимаясь. Пэнси схватила её за руку:

— Ты только в себя приди сначала.
—Я аворор Пэнси это моя работа

Лили  быстрым шагом направилась к выходу из зала. Тео смотрел ей вслед, сжимая ложку так, что костяшки побелели.

— Чёрт бы тебя побрал, Блэк... — пробормотал он себе под нос и тоже встал, не глядя ни на кого.

Лили шла к башне директора, внутри уже зная — что-то не так.
Кабинет Макгонагал был залит серым светом из окон. Пыль плясала в лучах солнца, тишина стояла глухая. Лили стояла у стола, внимательно изучая записки, какие-то списки учеников и старые документы. Она даже не оглядывалась — была слишком погружена в работу.

Дверь за её спиной приоткрылась почти неслышно.

Теодор вошёл без звука, как тень. В руке у него блеснул тонкий нож — лёгкий, острый, будто специально заточенный не для ритуалов, не для демонстрации — для убийства.

Он медленно подошёл ближе. Нож был в рукаве, ладонь крепко его сжимала. Лили не слышала шагов — была занята, чертила на пергаменте пометки, нахмурившись.

Тео замер в паре шагов от неё. Он смотрел на её спину, на тёмные волосы, слегка растрёпанные, на лёгкий наклон головы.

«Сейчас. Просто. Одно движение — и всё.»

Он поднял нож. Лезвие тихо сверкнуло в тусклом свете.

Но... его рука дрогнула.

Лили вздохнула, тихо пробормотав себе под нос:

—Макгонагал, где ты... — и смахнула волосы со лба.

Тео замер. Пальцы на рукояти ножа сжались так, что он почувствовал боль.

Он должен. Она мешает. Она близко. Она — угроза.

Но она стояла перед ним — измотанная, напряжённая, с чуть дрожащими плечами, но такая... настоящая.

Тео тихо выдохнул. Губы его дрогнули, будто он ругал сам себя. Он медленно опустил нож и убрал его обратно за пояс, под полы мантии.

Он не мог.

Пока не мог.

Он отступил на шаг назад, но половица скрипнула.

Лили резко обернулась. Взгляд — колючий, усталый. Она увидела Теодора прям перед ней и сделала шаг назад упервшись прям об стол.

— Что ты здесь делаешь, Нотт?!

Тео усмехнулся, привычно лениво:

— Соскучился

Лили смерила его взглядом.

— Исчезни, Нотт. Не до тебя.

Тео развёл руками и, не глядя на неё, вышел за дверь.

Но уже в коридоре он достал нож, глядя на лезвие. В нём отражались его собственные глаза — холодные, тёмные.

— Дура, — тихо выдохнул он. — Почему не дала мне это сделать? Почему?

Он спрятал нож и ушёл дальше по коридору, оставляя за собой только лёгкий скрип половиц. Не понимая почему же дал себе слабость?