Глава 7. Тот, кто пишет рядом
Я больше не сплю.
Теперь каждую ночь я сижу у двери. Смотрю на щель снизу, откуда утром поступает свет и новый лист бумаги. Жду, когда она снова ответит.
Но после того письма — тишина.
Они думают, что я стал хуже. Что бред усилился. Мне предложили новые таблетки — я спрятал их под язык и выплюнул в раковину. Мне нельзя терять ясность. Она может снова написать, и я должен быть готов.
Я начал задавать вопросы. Осторожно. Тому, кто приносит мне еду. Тому, кто меня моет. Тому, кто тихо поёт в коридоре, пока метёт пол.
— Ты слышал, как кто-то пишет по ночам? — спрашиваю.
— Все здесь что-то пишут, Михаил, — говорят мне. — Ты не один.
Я не один.
Впервые эта мысль пугает. Я привык к одиночеству, как к родному запаху. А теперь — что, если кто-то пробрался в мою тишину? Что, если она не одна? Что, если её нет вовсе, а есть только голос, что притворяется ею?
Я начал искать.
В коридоре, когда меня выводят на прогулку, я считываю лица. Смотрю, кто из них может быть тем, кто пишет. Один старик шепчет что-то в ладони. Девочка, что никогда не говорит, вдруг подаёт мне записку с пустой бумагой. Или — я не вижу слов?
Ночью я просыпаюсь от звука.
Кто-то пишет.
Не я.
В соседней палате? Внутри стены?
Я подхожу к стене, прижимаюсь ухом. Там — шорох пера. Скрип слов. Мне кажется, я слышу: "Михаил... ты ещё помнишь, какой у меня был голос?"
Я не плачу. Я — не могу. Я — сломался. Но я улыбаюсь. Потому что это снова она. Или голос, который хочет быть ею. А разве это имеет значение?
Я беру ручку. Пишу ответ. Сквозь сон, сквозь мрак, сквозь сомнение:
"Я помню. И я всё ещё жду."