Заучка на факультете теней

— Может, поговорим?

— Отстань!

Я с трудом удержалась, чтобы не запустить подушкой в Рейну. Пристала, как колючка репейная. Будто не ясно, что я ничего не собираюсь обсуждать. Ни с ней, ни с кем-то еще. Как вернулись в спальню, спряталась под одеяло, уткнувшись лицом в стену. Демонстративно уткнулась. Мол, меня тут и нет вовсе.

— Келли, но вам придемся рассказать кому-то о лабиринте. Иначе все, правда, останется на вашей с Ллойдом совести.

— Что? — я невольно повернулась.

Это что еще за заявление?

— Не понимаешь? — Рейна села на край моей кровати и округлила глаза. — Никто не знает, с чем мы имеем дело. А вы ориентируетесь в треклятом лабиринте.

— Подумаешь, — я села, но одеяло не сбросила. Так и осталась закутанная по шею. — Во сне у лабиринта нет ни входа, ни выхода. Он никуда не ведет. Там только коридоры и ловушки.

— Вот именно! Ловушки! — Рейна ударила ладонью по постели. — Ты видела специалистов, которых пригласил лорд-ректор. Они сумели открыть портал. Будут пытаться снова. И наверняка, это сделают. А дальше... дальше угодят в те самые ловушки, о которых не подозревают. Это нужно предотвратить, Келли. Вам с Ллойдом. Вы знаете лабиринт, можете составить карту.

Рейна смотрела пристально, а я молчала. Понимала, что она права, но... но...

— Скажи декану Армитадж. Она поймет.

— Не уверена, — протянула я.

Мама поймет, как же! Особенно когда узнает, что я скрытничала столько лет!

— Келли, я умею хранить чужие секреты. Но это тот случай, когда нельзя молчать. Решите, кто из вас заговорит. Может, Ллойд возьмет «удар» на себя. Скажет, что он один гулял по лабиринту во сне. Но не затягивайте с этим. Либо вы признаетесь, либо это сделаю я.

Хотелось закричать, что я ничего — абсолютно ничего! — не буду обсуждать с Ллойдом. Но я подавила эмоции. Ни к чему представать перед Рейной истеричкой. Она ведь дело говорит. Лабиринт полон ловушек, о которых знаем только мы. Я и Ллойд.

— Чтоб ему провалиться, — прошептала я, укладываясь и вновь отворачиваясь к стене.

Позади раздался смешок Рейны.

— Не моя забота, конечно, и я много не знаю о ваших общих снах, но Ллойд явно не прочь общаться с тобой наяву. Ему плевать на твое происхождение.

— Ты права, это не твоя забота, — отозвалась я, накрываясь с головой.

Увы, это оказался не последний трудный разговор в ближайшие пару часов. Стоило провалиться в сон, как я оказалась... нет, не в лабиринте с Ллойдом, а в овальном зале из малахитового камня с мамой. Она стояла в окружении полыхающих свечей, скрестив руки на груди, и смотрела устало. У меня заныло сердце. Как же сильно мама переволновалась сегодня! Представить страшно, что она испытала, узнав, что я угодила в портал, в который уводили похищенных студентов!

— Прости, что вторгаюсь в сон и мешаю восстановить силы, но теневой переход нынче не подготовить, — проговорила мама мягко. — Рейне пока ни к чему знать, что ты посещаешь иные измерения и с кем-то там общаешься.

«Вот уж точно», — подумала я, а вслух сказала:

— Я рада, что ты пришла. Мне хотелось встретиться и сказать, что я в порядке. Мне жаль, что все так вышло. Мы пытались удержаться, но ветер оказался слишком мощным.

Мама подошла ко мне и убрала с лица прядку волос.

— Что на самом деле произошло в лабиринте?

От вопроса в лоб пробрал озноб. Я понятия не имела, что ответить. Правду? Или только ее часть? Но какую?

— Кал иста? Ллойд Веллер тебя обидел? Ты поэтому плакала?

О, да! Треклятые слезы! Мама знает, что я никогда их не лью, как бы ни было тяжко. А тут они пролились. Значит, стряслось нечто из ряда вон. Иначе их не объяснишь.

— Келли? Ты же помнишь, что можешь рассказать мне что угодно, да?

Я кивнула и закрыла лицо ладонями. Стало стыдно. Мама могла избавиться от меня в младенчестве, отправить к людям, как и планировал Гленн Корнуэлл. Но не сделала этого. Она рискует всю жизнь ради моего будущего. Даже сейчас, приведя меня на свой факультет. А я лгала ей. Целых четыре года! Ради заносчивого мальчишки!

— Прости, — вырвалось с горестным всхлипом. — Я... я...

Мама отняла мои руки от лица и внимательно посмотрела в воспаленные глаза.

— Говори, как есть, — велела не строго, но требовательно. — Нет проблемы, которую я бы не смогла решить. Особенно ради тебя.

— Ради меня, — прошептала я эхом. Чувство вины теперь пронзало каждую клеточку. — Я кое-что скрыла от тебя. Сама до конца не понимаю, почему. Это было безответственно и отвратительно. Глупо! Дело в том, что... что... — слова вертелись на языке, но никак не желали произноситься. Пришлось заставить себя говорить. — Я уже была в лабиринте раньше. Во сне. С Ллойдом Веллером. Но я.... Я не знала, что это был Ллойд. До сегодняшнего дня.

— В лабиринте? — переспросила мама глухо. — Во сне?

А мне почудилось, что от ее голоса повеяло могильным холодом.

— Ма-ам? — вырвалось у меня, когда она побледнела и сделала пару шагов назад.

Но леди Орнелла Армитадж не случайно слыла сильнейшей тенью. Быстро взяла себя в руки и приказала:

— Рассказывай, Калиста. Все. Без утайки. Сейчас не время для недомолвок.

Я подчинилась. Рассказала, как есть. А что мне оставалось? Только признаваться и каяться. А еще осознавать, что подвела маму, разочаровала. Я говорила и говорила. Смотрела в пол, не смея посмотреть ей в глаза, страшась увидеть в них разочарование.

Когда я закончила, мама взяла меня за подбородок и вынудила посмотреть на нее.

Я вздрогнула. Нет, разочарования на ее лице не было. Только сильная тревога.

— Я никогда не перестану любить тебя, Калиста. Что бы ты ни натворила, — проговорила мама с грустью. — Но не стану лгать, мне горестно, что ты скрывала столь важную часть своей жизни. А еще жаль, что тем юношей оказался сын Сайруса.

Я чуть снова не расплакалась, когда она заговорила о Ллойде. Признаться — это одно, обсуждать личность сокола — совсем другое. Будто кинжал вонзается в сердце.

— Но проблема сейчас не в Веллере-младшем, — продолжила мама. — А в лабиринте. Вы не первые, кому он является в снах. Я знала девушку и юношу, которые, как и вы, встречались в лабиринте в теневом облике. Для них это очень плохо кончилось.

Почудилось, что потолок обрушился на голову.

Как это не первые?!

Лабиринт уже впускал кого-то в снах? Еще одну пару?

— Это кто-то из твоих студентов? — спросила я нервно, а по телу прошла дрожь.

— Нет, — мама покачала головой и болезненно поморщилась. — Это случилось давно. Той девушкой была моя двоюродная сестра.

— Сестра? — изумилась я, ибо прежде мама никогда не упоминала о ее существовании. — Ты мне не рассказывала.

— Потому что это грустные воспоминания. Однако стоило рассказать. Тогда бы ты не скрывала прогулки по лабиринту столько лет. Ее звали Камила. Она была старше на два года и жила с нами. Мать Камилы умерла рано, отец женился, а мачеха... Отношения не сложились, и девочку забрали на воспитание мои родители. Мы росли с ней вместе. Потом делили спальню на факультете. Были очень близки. Рассказывали друг другу секреты. Она знала о твоем... — мама запнулась, вспомнив, как я ненавижу, когда она называла Гленна Корнуэлла моим отцом. — Камила знала, что я подружилась с парнем из семьи цветочных фей и виделась с ним в теневом измерении. Она же поведала мне свою заветную тайну.

— О лабиринте и теневом юноше? — мое сердце билось сильнее с каждым маминым словом.

— Да. Все, как в вашем с Ллойдом случае. Сны, лабиринт, ловушки, невозможность поделиться личными сведениями. Я слушала рассказы Камилы и думала, что это прекрасно — встречи с незнакомцем в загадочном месте. Такое происходит лишь с избранными. Но однажды случилось страшное. Камила не проснулась.

Я снова сделала шаг назад.

— Как не... не... не...

— Не проснулась, — подтвердила мама жестко. — Камила и юноша, в котором она никогда бы не заподозрила спутника из сна. Рой — так его звали — всегда вел себя очень скромно, казался обычным и даже скучным.

Я мимоходом отметила в уме, что это точно не наш случай. С Ллойдом не заскучаешь.

А мама продолжала:

— Их пытались разбудить, лечить. Но они не просыпались. Угасали с каждым днем, пока... Пока все не закончилось.

Мама смягчила жуткую правду. Но от этого она не стала менее страшной, ведь «закончилось» — означало «умерли».

— Никто так и не выяснил, что погубило Камилу и Роя. Мои же рассказы о снах никто не воспринял всерьез. Мало ли что снилось юной студентке. Я сама начала сомневаться, связаны ли сновидения и трагедия. А теперь ты говоришь, что годами посещала тот же лабиринт. Лабиринт, который оказался реальным местом.

— Что же делать? — спросила я горестно.

— Для начала составить карту. Но лучше, чтобы ее нам с лордом-ректором передал Ллойд, а твое участие осталось тайной. Найди способ договориться с мальчишкой. Да-да, я понимаю, что тебе думать о нем тяжело, не то, что общаться. Но за тебя это никто не сделает, Калиста. А действовать необходимо.

Я понимала, что она права. Потому кивнула.

— Я все сделаю, мама. Обещаю. Будет карта. От Ллойда.

Разумеется, сказать было гораздо проще, чем реализовать. Утром я проснулась и осознала, что вряд ли в ближайшее время найду в себе силы заговорить с Ллойдом. Да и как это сделать? Подойти при всех? Это будет событием десятилетия. Сын ректора и фея, общающиеся на глазах толпы. Такое просто невозможно.

Однако, как вскоре выяснилось, я зря так думала. Плевать Ллойд хотел на общественное мнение. Явился в столовую на завтрак и... подсел за столик к нам с Рейной.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросила девчонка изумленно.

А я... Я уставилась в тарелку с овсяной кашей, приправленной вишневым джемом. Язык в буквальном смысле прилип к гортани. Слова не вымолвить.

В столовой повисла абсолютная тишина. Сотни взглядов приковались к нам. Удивленных и злых. Поначалу большинство студентов решило, что Ллойд задумал пакость. Но он взял меню и заказал блинчики с творогом, собираясь завтракать, а не делать гадости. И это выглядело безумным, неприличным.

— Веллер! — крикнул кто-то. — Ты ничего не перепутал?

Ллойд сделал пас руками, и над головами студентов пронеслись молнии. Ударились в противоположную стену и под девичий визг рассыпались разноцветными искрами.

— Всем завтракать! — приказал Ллойд. — И не сметь глазеть!

Студенты подчинились, не желая нарываться на неприятности, а Ллойд отрезал кусочек блинчика, прожевал его и проговорил:

— Тебе придется смириться с моим присутствием, дрозд. Я реальность и неотъемлемая часть твоей жизни. Я никуда не денусь.

В ушах загудело от гнева, а из головы напрочь вылетело, что Ллойд сам предоставил отличную возможность поговорить о карте лабиринта для его папеньки и моей матери. Я могла думать только о том, что он — самодовольный мальчишка с раздутым самомнением.

— Иди лесом, Ллойд Веллер! — мой язык легко отклеился от гортани со зла. — Если ты думаешь, что фея запрыгает от радости, что теневой маг счел ее ровней, то глубоко заблуждаешься. И не смей называть меня дрозд.

— Но... Вот, проклятье!

Ллойд едва не взвыл, ибо я вскочила, и тарелка с недоеденной кашей приземлилась ему на грудь. Моими стараниями приземлилась, само собой. Под судорожный вздох толпы студентов.

— Ты ненормальная! — Рейна сумела догнать меня лишь в коридоре.

Я неслась так, будто десять Ллойдов неслись следом. Хотя даже один единственный не рискнул преследовать. Неудобно устраивать забеги, когда с тебя капают каша и джем.

— Не смей его защищать! — велела я, шустро перебирая ногами.

— Могу не защищать, — бросила Рейна сердито. — Но он тебе явно небезразличен, раз так реагируешь.

— Что?!

Я развернулась и глянула столь яростно, что девчонка попятилась.

— Ллойд мне совершенно безразличен, ясно?!

— Ой, убеждай себя, в чем угодно, — Рейна устало махнула рукой. — Но пообщаться с ним все равно придется. Вам нужно кое о чем договориться, не забыла? Маги рискуют стать жертвами лабиринта, пока ты тут едой кидаешься.

Я молчала пристыженная. И правда, я ненормальная. Повела себя, как маленькая девочка, которую обидели другие дети.

— Я поговорю с Ллойдом, — обещала уверенно.

— Интересно как? Второй раз он вряд ли подсядет к нам.

С этим было трудно спорить. Но у меня родился план.

Я не горела желанием его реализовывать, но необходимость понимала. Следовало стиснуть зубы и просто действовать. Раз Ллойд так хочет присутствовать в моей жизни, пусть принимает удар на себя и рассказывает, что годами путешествовал по лабиринту во сне. Один путешествовал. Без меня.

Однако прежде, чем настало время «навестить» Ллойда и решить нашу проблему, пришлось пережить долгий день. Уроки выдались, как никогда, непростые. Заместитель декана Морган вызвал меня к доске и требовал применить теневую магию, доказать, что я не просто так сижу в его классе. В мои планы никакая демонстрация нынче не входила. Я, конечно, сделала вид, что стараюсь, а потом, потупив взгляд, выслушала тираду о своей никчемности. В долгу не осталась, правда. Наколдовала торчащий из стула лорда-заместителя гвоздь. Стоило Моргану сесть, шум поднялся знатный. Меня никто, разумеется, не заподозрил, а урок закончился раньше времени.

Второй заместитель декана Гаретт тоже вспомнил о моем существовании. Слухи о безумстве Ллойда за завтраком (и моем тоже) быстро распространились по факультету. Гаретт решил провести разъяснительную беседу. При всех. Половину занятия рассказывал, что феи для мужчин-теней все равно, что деликатес. Причем, деликатес сомнительный, но нередко притягательный. И если феи думают иначе, они дурочки.

Мое терпение лопнуло, когда Гаретт заговорил о Джулии Корнуэлл. О «глупышке-фее», поплатившейся жизнью, чтобы родить меня.

— Разве это я подсела к Ллойду Веллеру? Вовсе нет. Так что ему лекции и читайте.

Гаретт аж икнул от неожиданности, никак не ожидая услышать мой голос.

— Ты забываешься, фея.

— Нет, лорд-заместитель. Я отлично помню, кто я, и где нахожусь.

Он перекосился, не зная, что предпринять. Другую студентку мигом бы выставил из класса. Но выгонять меня означало подвергнуть риску. А это делать было строжайше запрещено. Приказ декана.

— Доложу о твоем поведении леди Армитадж, — пообещал Гаретт сладко. — Не сомневайся.

В ответ я передернула плечами. Пусть докладывает. Вот, напугал.

Не задалось и с третьим уроком. Леди Соренс, как назло, начала новую тему. Полтора часа рассказывала, как два столетия назад тени враждовали со светлыми. Из-за семьи цветочных фей. Точнее, парня-тени и девушки-феи. Из-за их романа и того, что случилось дальше. А случилось убийство. Отец парня, узнав о неподходящей избраннице сына, избавился от нее и остался безнаказанным. Брат девицы решил покарать преступника, но в результате был убит сам. Отец и дядя погибших собрали других светлых магов и атаковали особняк теней. Кровопролитие унесло немало жизней с обеих сторон.

Я слушала историю, спиной ощущая пристальные взгляды студентов. Меня потряс рассказ леди Соренс. В давно прочитанном мною учебнике не было ни слова о любви феи и тени. Только о столкновении толпы магов, после которого суд принял закон, предполагающий смертную казнь за убийство темными светлых и наоборот. Мол, нечего проливать кровь на почве ненависти из-за цвета магии. Удивительно, что и среди цветочных фей эта история замалчивалась. История Изабеллы и Адриана — молодых влюбленных, для которых все кончилось плохо.

— Хотите что-то уточнить, леди Корнуэлл? — спросила леди Соренс, когда я подняла руку.

— Да. Что случилось с Адрианом Кроули после смерти Изабеллы Риз и штурма особняка?

Студенты неодобрительно зашикали, а преподавательница развела руками.

— Боюсь, об этом история умалчивает. Упоминаний об Адриане нет ни в одном документе. Есть только версии. Я бы назвала их легендами. По одной из них, Адриан наложил на себя руки. По другой, уехал в глушь и до старости прожил отшельником.

Слова леди Соренс продолжали звучать в ушах и после уроков. Я сама не понимала толком, почему история Изабеллы и Адриана так меня задела. Я же не рассматривала всерьез роман с Ллойдом Веллером и не примеряла ситуацию на себя. К тому же, всегда знала, что отношения фей и теней не приводили ни к чему хорошему. Это не новость. Далеко за примерами ходить не надо. Мои родители тому доказательство. И все же... все же история влюбленных не давала покоя. Я решила, что обязательно поищу в библиотеке подробности о самих Адриане с Изабелле и их семьях.

...Вечером, точнее почти ночью, я приступила к реализации плана. Другого плана. Того, что касался Ллойда и карты лабиринта.

— Не заговаривай со мной ближайший час, — велела я Рейне.

Та вытаращила глаза, и пришлось объясняться.

— Нужно встретиться с Ллойдом. Делать это у всех на виду не собираюсь. Пошлю тень.

— Ого! — девчонка аж присвистнула по-мальчишески. — Смело. Но можно было обойтись малой кровью, если б ты не кидалась...

— Да-да, кашей. Помню, — перебила я раздраженно. — Но мы не ищем легких путей. Да и пару дней назад ты сама не возражала отправить моего шпиона на разведку.

Рейна примолкла. Только глаза весело сверкнули. Мол, я и сейчас не против.

Дальнейшее было делом техники. Тень, как обычно, отделилась легко и рванула к мужскому блоку, держась стен, чтобы не нарваться на неприятности. Впрочем, коридоры пустовали, вокруг господствовала тишина. Только огонь факелов чуть слышно потрескивал. Я расслабилась, уверенная, что никого не встречу.

И зря.

— Осторожнее, вдруг кто увидит.

— Кто? Студенты заперты по отсекам. Педагоги их закрывают и прячутся по норам. Опасаются, что и их умыкнут.

— А ты не боишься?

— Нет. Ради встреч с тобой я готов на любой риск. Ради жарких встреч.

— Ох, как тебе не терпится. Подожди, пока доберемся до укромного уголка.

Наблюдай я за происходящим в собственном теле, а не через шпиона, меня бы точно вывернуло наизнанку от отвращения. Картина взору предстала еще та: обнимающиеся в коридоре заместитель декана Гаретт и Кларисс Монтгомери! Девица, которую я облила водой из трубы во второй день на факультете. Якобы случайно.

— Хватит! — возмутилась Кларисс, убирая руки лорда-заместителя с талии. — Не здесь же, в самом деле! Идем.

Она потянула педагога, с которым ее явно связывали близкие отношения, в сторону ближайшего зала.

А я подумала, что Рейна сильно расстроится. Раз у Гаретта отношения с Кларисс, значит, он поборол заклятье. В противном случае не лез бы к девчонке, не позорился. Но каков фрукт! Отношения со студентками строжайше запрещены. Узнает декан, ему конец. Однако Гаретт рискует. Не просто завел роман с Кларисс, а еще выводит ее по ночам, когда все студенты (и студентки) обязаны сидеть взаперти.

С другой стороны, когда еще выводить Кларисс на тайное «жаркое» свидание? Не среди же бела дня, когда вокруг толпы возможных свидетелей.

Оставался вопрос: поведать о нарушении маме или сделать вид, что ничего не видела? Я ведь тоже нынче нарушитель. Обещала не бродить по замку тенью. А если промолчу, у меня будет отличный козырь против мерзавца Гаретта, так?

Я решила отложить раздумья и заняться насущной проблемой. Предстояла встреча с Ллойдом. А это куда серьезнее, чем шашни лорда-заместителя со студенткой. Признаться, на подходе к мужскому блоку, я чуть не струсила и не повернула назад. Понадобилось неимоверное усилие воли, чтобы продолжить путь.

Ллойд жил в спальне один. Он не спал. Лежал на кровати с учебником по теории теневой магии для четвертого курса. На мое появление (точнее отделение шпиона от стены) отреагировал бурно. Выругался, с трудом удержавшись, чтобы не запустить в меня книгой. Не со зла. Защиты ради.

— Умеешь ты преподносить сюрпризы, дрозд, — проворчал он, свешивая ноги с кровати.

— Я же велела не называть меня так.

Разумеется, Ллойд легко узнал меня. Я нарочно предстала в собственном облике. Да, в теневом, но распознать фигуру, прическу и форму школы фей не составляло труда.

— Так привычнее, — Ллойд передернул плечами. — С чем пожаловала?

— Надо поговорить.

— Конечно, надо. Мы...

— Ни слова! — приказала я жестко. — Говорить буду я. Ты слушать.

Он посмотрел с некой обреченностью. Но кивнул. Мол, как скажешь.

Находись я перед ним в реальном теле, не факт, что смогла бы говорить спокойно. Разнервничалась бы. Или выкинула фортель, как утром в столовой. Но общаться через шпиона было проще. Будто это не совсем я.

— Есть проблема. Лабиринт. Он опасен. Маги, которых привел твой отец, откроют портал снова и угодят в первую же ловушку. Этого нельзя допустить. Нужно составить карту, обозначить все коридоры, развилки, а самое главное — опасные места. Эту карту ты передашь отцу. Или леди Армитадж. Скажешь, что бывал в лабиринте во сне. Один. Обо мне ни слова, — я поймала хмурый взгляд Ллойда и добавила: — Я не боюсь, что о наших... хм... прогулках узнают. Мне не привыкать к перешептыванию и злым взглядам. Но если выяснится, что я связана с лабиринтом, обязательно найдутся «умники», которые решат, что похищения — моих рук дело. К тому же, миру пока не стоит знать, что я владею теневой магией. Это вызовет море вопросов, на которые я не могу дать ответы.

— Ты хочешь подставить под удар меня одного? — спросил Ллойд, глядя испытывающе. — Ты же в курсе, что меня видели ссорившимся с Эрикой накануне ее исчезновения? С самой первой жертвой. Так что я мигом стану главным подозреваемым в похищениях.

— То есть, ты отказываешься? — спросила я прямо.

— Не отказываюсь, но...

— Ой, только не смей торговаться и спрашивать, что тебе будет за «геройство».

Ллойд скривился, с трудом сдерживая брань.

— И не собирался вообще-то. Но ты уже напридумывала себе всего обо мне. Составила исчерпывающий портрет и не желаешь допустить, что я реальный от него отличаюсь.

Я усмехнулась. Горько.

— Кто бы говорил. Напомнить твои слова о глупой фее?

Ллойд тяжело вздохнул и выставил ладони вперед.

— Ладно, не будем переходить на личности. Я лишь хотел сказать, что составлю карту и передам хоть отцу, хоть леди-декану. Не проблема. Но не факт, что это поможет. Помнишь, что случилось в лабиринте в последний раз? Во сне? Я угодил в новую ловушку. В ловушку, которой раньше не было в помине. Вдруг она не одна такая?

Я судорожно вздохнула. А ведь точно! И как я забыла?

— Мы побывали в реальном лабиринте, — возразила растерянно. — Бегали по нему, как угорелые. Все ловушки старые, известные.

— А если в следующий раз появятся новые? Я к тому, что риск остается.

— С картой он в любом случае меньше.

— Верно, — Ллойд небрежным движением убрал волосы со лба. — Я нарисую карту, дрозд. В ближайшее время. Обещаю. О тебе никому не скажу ни слова. Не хочу, чтобы ты пострадала, пусть даже ты не готова в это поверить.

Я кивнула и развернулась, чтобы уйти. Продолжать разговор не хотелось категорически. Потому что Ллойд ошибался. Я вдруг осознала, что очень сильно хочу ему поверить. Поверить в то, что он все тот же сокол, каким был четыре года во сне. Но я не могла себе этого позволить. Не могла дать слабину.

Но стоило слиться со стеной, как я передумала. Задала вопрос. Не об общем прошлом. О пропавшей девушке.

— Почему ты ссорился с Эрикой?

Ллойд возвел глаза к потолку. Мол, считаешь преступником, да?

— Они с подружкой Индирой цеплялись к Лорин. Обвиняли в воровстве.

— Две пропавшие девушки обвиняли третью? — переспросила я озадаченно.

Если это совпадение, то совершенно невероятное.

— Не ищи связи, — осадил Ллойд. — Я сам об этом много думал. Но все мимо. Просто Лорин была идеальной кандидаткой для обвинений. Пропало любимое колечко. Кто виноват? Девочка из бедной семьи, разумеется! К тому же, Дженни и Тимоти никак не связаны ни с двумя подружками-злыднями, ни с Лорин.

Мне ужасно хотелось спросить об отношениях Ллойда и Лорин. Но я не посмела. Да и ночную беседу следовало заканчивать.

— Не тяни с картой, — велела я и покинула спальню.

Заскользила по коридорам назад — в общую с Рейной обитель, не собираясь нигде задерживаться. Лучше не нарываться на неприятности. Однако...

Однако они сами меня подстерегали.

— Кто это у нас тут?

Голос прозвучал насмешливо. И не поймешь, мужчине принадлежит или женщине.

Я обернулась и увидела ее. Тень. Ту, что увела Тимоти. Сгусток энергии, лишь отдаленно напоминающий фигуру мага, висел в воздухе и наслаждался моментом. И моим замешательством. Хорошо еще, что уйдя от Ллойда, я снова приняла бесформенный облик. На всякий случай, чтобы невольный свидетель моих путешествий по замку, не признал цветочную фею.

— Охотишься? — спросила я с вызовом, немного придя в себя.

— Именно, — подтвердила тень. — А ты путаешься под ногами.

Она сделала пас теневыми руками, больше напоминающими искривленные ветви древних деревьев и...

Я с криком села на кровати в спальне. С ощущением, что меня избили.

— Что? — ко мне подскочила проснувшаяся Рейна. — Что случилось?

— Похититель снова бродит по замку, — проговорила я с трудом. Болело все тело. — И он (или она) только что уничтожил моего шпиона...