Заучка на факультете теней

— Нужно встать, Келли. Обязательно.

— Угу...

Я понимала, что Рейна права, и необходимо отлепить голову от подушки, а для начала открыть глаза. Но все это было выше моих сил. Вот что значит уничтоженный шпион! Часть тебя будто умирает Нет, это не больно. Но ты чувствуешь себя, словно лимон, который полностью выжали, оставив лишь кожуру.

— Келли, посмотри, что у меня есть. Хранила на крайний случай, но похоже это именно он. Да глянь хоть глазком! Это очень мощная микстура, способна снабдить лошадиной силой дня на три. Одно время такую активно практиковали на факультете во время экзаменов, пока леди Армитадж не узнала и не устроила охоту на нарушителей. У меня остался один флакончик. Я готова пожертвовать его в твою пользу.

— Я бы... пред-предпочла обойтись без... без сом-ни-те-тельных сре-сре-средств...

— Келли! Бестолковая фея! — кажется, Рейна рассердилась всерьез. — Тебе нельзя оставаться сегодня в постели! Та тварь, что всех похищает, наверняка, озаботится вопросом, кто из студентов не явился на занятия из-за болезни. Она постарается установить твою личность! Тебе нельзя подставляться.

— Знаю... Но... но...

Договорить не получилось, ибо меня резко повернули с правого бока на спину и насильно влили в рот мятную жидкость. Да так рьяно, что я закашлялась. До хрипоты.

Но хоть глаза открылись.

— Лучше? — спросила Рейна. С искренней заботой, чтоб ее!

Комната плыла. Лицо соседки тоже. Но я сумела сесть. Уже достижение.

— Потерпи минут пять. Скоро настойка подействует. Увидишь, эффект потрясающий.

— Угу, лошадиные силы. Может, к пойлу овса предложишь? Иль сена?

— Тьфу! — не сдержалась Рейна и отправилась в ванную.

Как ни странно, она оказалась права. Я просидела на кровати минут пять, вцепившись обеими руками в матрац и борясь с тошнотой, как вдруг она исчезла, а все вокруг обрело четкость и яркие цвета.

— Ого! — сорвалось с губ.

Ушли и слабость, и ощущение, что я вот-вот кану в небытие. По телу разлилось приятное тепло. А следом и энергия. Нет, я не получила способность сворачивать горы голыми руками. Однако вполне могла стоять на ногах и заниматься повседневными делами.

— Я же говорила, — весело подмигнула Рейна, когда мы покинули отсек и отправились в столовую. — Выглядишь отлично.

— Говорила, — подтвердила я. — Но надеюсь, когда закончится действие лошадиного пойла, мне не станет хуже, чем было. Если через пару дней я не встану-таки с кровати, возникнут вопросы. А ответы, которые мы способны дать, никому не понравятся. А нам уж точно не придутся по душе последствия.

Однако Рейна отмахнулась, заверив весело:

— Прорвемся.

Сосредоточившись на собственном состоянии, я не сразу заметила, что в замке изменилась атмосфера. Студенты выглядели притихшими, испуганными. И чем ближе мы подходили к столовой, тем крепче становилось ощущение катастрофы.

— Что-то случилось, — шепнула я.

— Похоже на то, — кивнула Рейна хмуро. От недавнего воодушевления не осталось следа. — Надеюсь, это не вина твоей вчерашней противницы.

— Я тоже надеюсь.

И зря, как скоро выяснилось.

Не успели мы с Рейной устроиться за столом-крошкой у стены, к нам, как и накануне, подсел Ллойд. Я только глаза закатила. Он что думает, раз я его вчера навестила по делу, теперь мы друзья? Но обозначить отношение к происходящему не позволила Рейна.

— Ты в курсе, что стряслось в замке? — спросила она парня.

— Да. Новое похищение.

Я подавилась кусочком блина, который только что отправила в рот. Закашлялась. Аж до слез. Как так? Ведь все студенты под замком!

— Кто жертва? — спросила Рейна, дождавшись, когда мне полегчает.

— Кларисс Монтгомери, — поведал Ллойд и скривился. — Я, конечно, не ее поклонник. Но злорадствовать не стану. Ибо радостного в ситуации мало.

— Но как? — спросила Рейна шепотом. — Как Кларисс забрали из спальни? И миновали охрану у портала? Я видела, вчера вечером еще гвардейцы короля приехали. На смену тем, что пострадали после нашего общего... хм... полета.

— Прислали, — подтвердил Ллойд, стараясь говорить обычным небрежным тоном, однако то и дело посматривал на меня, проверяя, как я реагирую, не выкинули ли финт. — Охранников вырубили. Магией. Довольно мощной. И не только их, как ни странно. Еще Гаретта нашли без сознания. С раной на голове. Кто-то знатно швырнул лорда-заместителя об стену. Что с ним стряслось, пока неясно. Гаретт не пришел в себя. Охранники говорят, что видели тень, которая вышла в сад вместе с Кларисс. Двери открылись (снабженные мощнейшей защитой двери!), и эта парочка появилась в саду. А дальше темнота. Ну, так говорят охранники. Они даже предпринять ничего не успели. Но не это главное. Вопрос десятилетия: как Кларисс вывели из спальни?

— И правда, как? — Рейна поежилась. — А что соседка говорит?

— Ничего конкретного, — Ллойд наклонился к нам ближе с заговорщицким видом. — Видела, как Кларисс пошла в ванную. И все. Уснула. Остальные девчонки из отсека ничего подозрительного не заметили. Расползлись по спальням. Когда и как Кларисс удалилась, никто не в курсе.

— Это ужасно, — прошептала Рейна. — Значит, мы все в опасности.

Я закрыла лицо ладонями.

Вчера я не успела рассказать ей, что видела Гаретта с Кларисс. После гибели шпиона было не до того. А теперь... теперь я единственная знала, что из спальни наглую девицу вывел вовсе не похититель. Вот, засада. Придется признаваться маме, что гуляла по коридорам ночью. Но это полбеды. Ей-то как донести эти сведения до остальных педагогов и лорда-ректора, не выдавая меня?

— Келли, не бойся, — Ллойд неправильно истолковал мое движение. — Уверен, ты...

— Я не боюсь. Дело не в этом, — я отняла ладони от лица и посмотрела на Рейну. Затравлено. Ллойда предпочла не замечать. — Вчера кое-что случилось. Помимо того, что треклятая тень уничтожила моего шпиона.

Ллойд аж подпрыгнул на стуле.

— Ты столкнулась с похитителем? Твоя тень... Погоди. Как ты сегодня встала?

— Пришлось попрощаться с последним запасом экзаменационной настойки, — поведала Рейна с тоской и обратилась ко мне. — О чем ты умолчала?

Пришлось рассказывать. О парочке, что «мило» общалась в коридоре, а потом уединилась в одном из залов. Рейна перекосилась, услышав о новом романе недруга, который явно поборол действие ее заклятья. Ллойд изобразил, что его вот— вот стошнит, но тут же принял деловой вид.

— Это все меняет. Значит, под замком нам, по-прежнему, безопасно. Кларисс сама подставилась под удар. Но нужно, чтобы об этом узнали педагоги.

— Нужно, — кивнула Рейна сосредоточенно. — Но об участии Келли им знать нельзя.

— Я и не собирался никого просвещать, — огрызнулся Ллойд. — Возьму все на себя. Я составил карту лабиринта. Встречусь с отцом, чтобы ее передать, и заодно брякну, что о Кларисс ходили сплетни. Точнее, о Кларисс и лорде-заместителе. Учитывая, что его нашли раненым в ночь исчезновения девицы, у папеньки обязательно возникнут к нему вопросы. Но один к Гаретту он не пойдет, не любит разбираться в деликатных ситуациях. Прихватит декана. А та спустит на дражайшего зама всех собак.

— Неплохой план, — похвалила Рейна и злокозненно улыбнулась. — Леди Армитадж уничтожит Гаретта.

— И правда, неплохой, — согласилась я.

А сама подумала, что для меня это идеальный вариант. Не придется признаваться маме, что выпускала ночью шпиона и потеряла его в «схватке» с похитителем.

— Тогда пожелайте удачи, — Ллойд отодвинул пустую тарелку. — Встречи с отцом — всегда «веселье». Особенно если предстоит признаться в многолетнем секрете.

— Удачи, — Рейна поднялась из-за стола.

Ее пожелание прозвучало вполне искренне. И даже с толикой сочувствия. Я же предпочла промолчать. Язык не повернулся сказать хоть слово. Хотя стоило. Все-таки Ллойд брал удар на себя. За нас обоих. Но я не смогла открыть рот. Не смогла, и все тут.

После уроков я затащила Рейну в библиотеку. И пока она делала домашнее задание, сидя у окна, за которым возвышалась все та же кирпичная стена, я попыталась удовлетворить любопытство. Искала сведения об Изабелле Риз и Адриане Кроули — влюбленных, из-за которых между феями и тенями разгорелась настоящая война. Я потратила часа три, листая книги по истории того периода и записи о клане Кроули (сведения о семье Риз по понятным причинам на факультете теней не хранились), но не нашла ничего полезного. У Адриана было два брата: Поль и Мартин. Оба женились, обзавелись потомством. О них самих, их детях и внуках понаписали немало, как и в целом о семействе Кроули. Но Адриана будто стерли. Родился тогда-то, и все на этом. Канул в небытие. Ни намека на какие-либо сведения, ни даже даты смерти.

Устав листать книги, я откинулась на спинку стула в задумчивости и не заметила, как к столу подошла библиотекарь — женщина лет тридцати с мягкими чертами лица и светлыми волосами, стянутыми в узел. Ее звали леди Мортимер. Кара Мортимер.

— Интересное чтиво ты выбрала.

— Что? — я качнулась вместе со стулом от неожиданности.

— Я об этой книге, — библиотекарь указала на генеалогическое древо Кроули. — Потомкам не понравится, что ими интересуются.

— Интересуются в принципе или интересуется фея? — не удержалась я от вопроса, причем задала его довольно жестко.

— Второе, — леди Мортимер устроилась напротив, сложив руки на груди.

Рейна хмуро посмотрела в нашу сторону, но ничего не предприняла. Заняла выжидательную позицию, не сводя с нас настороженного взгляда.

— Меня мало интересует настоящее, — призналась я без особой охоты. — На днях леди Соренс рассказала одну историю, касающуюся клана Кроули, и мне стало любопытно.

— О Адриане и его фее, я полагаю, — леди Мортимер посмотрела с легкой насмешкой, а дождавшись кивка, проговорила: — Тебя трудно винить, учитывая происхождение.

— Так вы можете подсказать... хм... «дополнительную литературу»? — я слегка подалась вперед.

— Вообще-то нет, — собеседница подарила снисходительный взгляд. — Здесь таковая отсутствует. А я в курсе той безумной истории, потому что являюсь потомком Мартина Кроули — брата Адриана.

Я ахнула. Надо же! Интересно, мне повезло или, наоборот, не повезло?

— В вашей семье, наверняка, знают, что случилось с Адрианом после... после известных событий. В книге нет сведений. Даже о том, как и когда он умер.

— И не могло быть. Клан отрекся от Адриана. Раз и навсегда. А куда он делся... — леди Мортимер изящно передернула плечами. — Это доподлинно неизвестно никому. Однако самая популярная версия в клане звучит так: Адриан перебрался к людям, жил там под другим именем.

— Интересная версия, — прошептала я.

А что? Здесь для Адриана все было кончено. Если он не наложил на себя руки или не прожил жизнь отшельником, как говорила леди Соренс, проще всего уйти в другой мир. В мир без магии. И попытаться начать все сначала. Может он даже нашел новую любовь, создал семью, завел детишек.

— Интересная, — согласилась леди Мортимер. — И все же я не советую рыться в книгах о нашей семье. Особенно учитывая недавние события.

— Какие события? — я напряглась.

Она вообще о чем?

— Я об Эрике Сандерс — похищенной студентке. Полагаю, ты не в курсе, что она тоже Кроули по крови. Да-да, она потомок третьего брата — Поля.

Я вытаращила глаза, а библиотекарь погрозила пальцем и удалилась, не попрощавшись.

— Ну и дела, — сорвалось с моих губ.

Наверное, это просто совпадение. Я занялась поисками из-за своего происхождения, из-за интереса к истории любви между феей и тенью, а обнаружила, что первая жертва похитителя — кровная родственница Адриана Кроули. У его братьев родилось по трое детей, а внуков и правнуков гораздо больше. Было бы удивительно, если б никто из потомков не обнаружился на факультете теней. Ну а то, что одного из них утащили в лабиринт — это просто стечение обстоятельств. Ведь так?

— Ты закончила с «исследованием»? — ко мне подошла Рейна.

Пришлось кивнуть. Я, действительно, закончила. Ни к чему интересоваться предками Эрики. Как бы в чем не обвинили. Цветочная фея и так вечно во всем виновата.

Большая часть вечера прошла спокойно. Мы с Рейной сидели в спальне. Она читала книгу, я погрузилась в домашнее задание. Новостей извне не поступало. Если Ллойд и рассказал папеньке о лабиринте и Кларисс с Гареттом, последствия не получили широкой огласки. За стеной время от времени раздавался шум. Соседки нервничали и рассуждали, не пора ли сбежать с факультета. Мол, в запечатанных отсеках не безопасно, как им внушали, раз Кларисс украли. Мы само собой не волновались. Знали, что под замком никому ничего не грозит.

Когда до отбоя остался час, в дверь постучала одна из соседок.

— Я вам не почтальон, — бросила сердито. И пояснила: — Фея, снаружи тебя ждет Ллойд Веллер. Обещал сжечь весь девичий блок, если ты не выйдешь. Так что лучше топай. Тут никому не нужны неприятности по твоей милости.

Мои зубы сжались до хруста. Ллойд издевается, да?

— Пойти с тобой? — спросила Рейна аккуратно, когда девица удалилась.

Язык чесался сказать «да», ибо наедине с самовлюбленным нахалом оставаться не хотелось категорически, но я отрицательно мотнула головой. Деликатные проблемы следует решать самостоятельно. К тому же, не стоит показывать Ллойду слабость. А присутствие Рейны будет выглядеть именно слабостью. Будто я боюсь встречаться с ним один на один в реальном облике.

— Справлюсь, — процедила я. — Если что...

Руки во всей красе продемонстрировали, как откручивают Ллойду голову.

Рейна только глаза закатила. Но промолчала. И на том спасибо.

По дороге из отсека через общий коридор девичьего блока я успела отрепетировать речь. Мол, нечего шататься ко мне, как к себе домой, если не хочет, чтобы я возненавидела его окончательно и бесповоротно. Однако стоило выйти из блока, как все слова на свете вылетели из головы. Рядом с Ллойдом стоял... новенький вместительный чемодан.

— Это что? — спросила я. Причем сделала это шепотом, сама не понимая причины.

— Подарок, — Ллойд тоже заговорил тихо-тихо. — В смысле компенсация. Я уничтожил твой чемодан. Это новый. Взамен сгоревшего.

Я молчала, не зная, что ответить. Растерялась до жути от неожиданности.

— А еще новостями хотел поделиться, — добавил Ллойд, глядя непривычно кротко. Даже брови перестал сводить, как вечно это делал. — Я говорил с отцом. Отдал ему карту. И о Кларисс с Гареттом сказал. Педагоги этого пока не афишируют, но скандал поднялся знатный. Лорд-заместитель, когда пришел в себя, пытался отнекиваться, мол, не было у него ничего с Кларисс. Однако потом признался. Леди Армитадж в ярости. Требует уволить Гаретта. Отец в раздумьях. Для увольнения нужна веская причина, а он не хочет делать роман педагога и студентки всеобщим достоянием.

Я передернула плечами.

— Так сделай достоянием ты. Пусти слух о сладкой парочке. Если все на факультете узнают правду, лорду-ректору придется избавиться от Гаретта.

Ллойд вытаращил глаза.

— Добрая ты, однако. Хотя идея неплоха. Все вокруг напуганы. Думают, Кларисс похитили из спальни. Студенты имеют право знать, как обстоят дела на самом деле.

Я сложила руки на груди и прислонилась к стене.

— Да, я добрая, — проговорила жестко. — И раз ты удивляешься, значит, совершенно не представляешь, кто я.

— Я не... — начал Ллойд, но оборвал сам себя.

Из блока вышли три девицы и, увидев, как мы разговариваем, захихикали, а одна и вовсе пробурчала под нос нечто о неразборчивости некоторых парней.

Меня будто по лицу ударили.

Да сколько можно кривиться, будто я хуже грязи?!

— Не обращай на них внимания. Они просто...

Ллойд снова вынужденно замолчал, ибо из глубины коридора, в котором скрылись подружки, раздался визг, а следом топот трех пар ног. Девицы уносились куда подальше, продолжая вопить.

— Что это было? — спросил Ллойд, подозрительно прищурившись.

Он заметил мою ухмылку и сообразил, кто виновник переполоха.

— Ничего особенного. Просто теневые мышки. Изнеженные студентки такие нервные, что даже и не поняли, что они ненастоящие.

Ллойд весело хмыкнул.

— Умеешь ты преподносить сюрпризы, дрозд.

— Велела же не называть меня так, — напомнила я ворчливо. — Кстати, раз считаешь мои действия сюрпризом, это еще одно доказательство, что...

— Я знаю тебя, дрозд, — перебил Ллойд, упрямо называя меня прозвищем из сна. — Это все в твоем стиле. Просто... просто я пока не привык совмещать в голове две твои ипостаси. Подвиги, на которые способна дрозд, пока не очень вяжутся с Келли Корнуэлл.

— Заучкой и забитой тихоней? — переспросила я, глядя исподлобья.

— Я не то хотел сказать, — Ллойд растерялся.

Он отчаянно пытался быть вежливым, но выходило так себе.

— Но я говорю именно это, — отрезала я. — Заучка и тихоня. Именно такой образ я создавала годами, терпя все на свете. А теперь... теперь мне надоело и...

Я чуть не охнула, сообразив, что стою и откровенничаю с Ллойдом, а он слушает, жадно ловя каждое слово.

— Лучше расскажи, как отец отреагировал на известие о лабиринте и карте, — велела я, переходя на деловой тон.

Ллойд криво усмехнулся.

— Орал, срывая голос. Как же еще? Но тут же сел изучать карту и велел докладывать, если будут новые сны. Только вряд ли это случится. Раз мы установили наши личности, вряд ли лабиринт пустит нас в сновидения. Прежде вся изюминка была в неведении.

— Тоже так думаю, — призналась я нехотя.

Ллойд сделал шаг ближе.

— Дрозд...

Я посмотрела строго.

Он замялся. Но лишь на мгновение.

— Слушай, так не может продолжаться. Я вел себя по-свински с тобой. И признаю это. Но нельзя же перечеркивать четыре года. Это неправильно. Мы не чужие, дрозд.

Я молчала. Его слова резали не хуже ножа.

Так и было. Очень долго. Сокол был мне ближе всех на свете. Не считая мамы. Вот только я тоже никак не могла совместить две его ипостаси.

— Мне пора, — проговорила я, беря чемодан за ручку. — Благодарности не жди. Ты прав. Это компенсация. За сгоревшее имущество и обожженные пальцы.

— Подумай над моими словами, дрозд, — раздалось вслед, и на глаза навернулись слезы.