Marked by Fate, Chosen by Dark

Шум дождя постепенно стихал, а я шла по пустынной улице, стараясь не обращать внимания на свои мокрые волосы, неприятно липнувшие к лицу. Улицы, по которым когда-то бегала с друзьями, теперь казались такими далёкими и чужими. Иногда мне нравилось прогуливаться здесь, вспоминая детство и то беззаботное время. Уже было поздно, людей вокруг не было, и в воздухе ощущался прохладный привкус одиночества.

Это был обычный спальный район с двухэтажными домами, сочными зелёными газонами, которые казались пустыми в эту позднюю пору. Звуки дождливой летней ночи — капли, падающие с крыш, и время от времени завывание тёплого ветра — смешивались с моими воспоминаниями.

Я подошла к повороту и вдруг заметила фигуру, стоявшую под тусклым светом фонаря. Он стоял не двигаясь, почти как статуя. Неторопливо замедлила шаг, насторожившись. Это был мужчина, худощавый, с длинными тёмными волосами, которые тянулись до плеч. Что-то в нём меня тревожило, такое неуловимое, но не могла понять, что именно.

Сделав шаг вперёд, он заметил меня и поднял глаза. Криво улыбнулся, но его взгляд был необычайно холодный, проникая в самую душу.

— Вы в порядке? — поинтересовалась я, удивляясь насколько дрожал голос.

Мужчина не ответил, только слегка наклонил голову. Холодок мерзко пробежал по моей спине. Это было так странно. Очень странно. Но я всё равно сделала ещё шаг, подходя ближе.

Внезапно его тело покачнулось, и это движение показалось... неестественным. Правую руку резко обдало жаром. Вспышка боли пронеслась от запястья до самого плеча. Ощущение, будто нечто проснулось во мне, крича о себе.

И вот он снова посмотрел на меня. Но на этот раз в глазах было что-то жуткое. Мгновение, и его взгляд стал алым, почти зловещим. Это было что-то нечеловеческое, непонятное. Я даже не могла понять, откуда у меня такие мысли.

Я остановилась, ощущая, как перед глазами всё померкло, а сердце в груди забилось быстрее. Моя рука сквозь неистовую боль потянулась в карман кофты, где лежал складной нож для самообороны, готовясь к любому развитию событий. В этот момент он сделал движение в мою сторону.

Воздух вокруг становился тяжёлым и удушающим. Он был слишком близко, и я даже не успела понять, что произошло, когда он внезапно набросился на меня. Незнакомец повалил меня на мокрый асфальт, и я больно ударилась головой. Его странные и острые зубы готовы были впиться в мою плоть. Я пыталась вырваться, но сил не хватало. Боль в руке усиливалась с каждой секундой, но мне наконец удалось оттолкнуть его. Невзирая на дискомфорт в теле, я замахнулась и остриё ножа несколько раз вошло в его грудь.

Я ничего не осознавала. Всё прошло быстро, в мгновение ока. Поднявшись с дорожного покрытия, глядела в его лицо, не веря своим глазам. Его тело затряслось, и через несколько секунд он замер. Я стояла с окровавленным ножом в руках, чувствуя, как мои колени подкашиваются.

— Что... что я сделала? — спрашивала сама у себя, наблюдая как мужчина шипит и падает в агонии на асфальт. Из его уст были слышны странные слова, которых я ранее точно не слышала.

Руки задрожали, а глаза отказывались принимать увиденное. Я... не могла. Это была не я. Нет. Дыхание сбилось, я обессилено упала на колени.

— Я убила человека, — шептала, смотря на свои руки в крови.

В этот момент из темноты появился мужчина в тёмном плаще. Он стоял наблюдая за мной, его взор был... не осуждающим, а скорее понимающим.

— Ты убила не человека, — его голос был почти не слышен, но заставил меня обернуться на него.

— Что? Я не понимаю, — еле вымолвила я, не в силах поверить в происходящее.

— Ты наконец-то пробудилась, дитя, — он произнёс это сам не веря в свои слова, — Сделала то, что должна. Это был не человек. Ты убила вампира.

Моё сердце громко колотилось в груди. Я чувствовала, как разум пытается найти объяснение, но ни одно из них не укладывалось у меня в голове. Вампиры? Это же просто россказни.

— Вампиров не существует, — едва слышно произнесла, глядя на мужчину. Я держалась за рукав кофты, словно это было единственное связующее звено с реальностью.

Загадочный незнакомец не двигался. Стоял как каменная статуя, его глаза были ясными, но полными тяжёлой усталости. Глубоко вздохнув он продолжал:

— Я знал, что ты почувствуешь это, — его голос был твёрд и спокоен, словно всё происходящее было естественным порядком вещей, — Знал, что не будешь готова принять свою судьбу, но ты уже сделала первый шаг.

Разум отказывался принимать и понимать смысл его слов. Мои глаза метались по ночной улице, в поисках чего-то, что могло бы объяснить, о чём он говорит.

— Я убила... убила его, — продолжала повторять, слабо понимая, что это не просто сон или кошмар.

— Ты убила того, кто убивает других. Это — твоё предназначение, — он выдохнул и его взгляд стал мягче, но всё равно оставаясь твёрдым.

Ноги отказывались держать собственное тело, и я сделала шаг назад. Нет, это невозможно. Это было слишком.

— Наверное, сейчас ты не готова понять, — продолжил он, делая медленный шаг в мою сторону, — Но должна быть готова к тому, что я скажу дальше. Ты не можешь просто игнорировать свою судьбу.

— Но... это всё... как? — слова прерывались, вертясь в голове.

Он поднял руку, останавливая мои вопросы.

— Не сейчас, не пытайся понять всё сразу. Ты слишком юна для всего этого. Всё, что тебе нужно — это вернуться домой. Отдохни, постарайся не думать об этом. Как только ты будешь готова, я найду тебя. И тогда всё узнаешь.

Я хотела спросить больше, но его слова перекрыли всё, что я собиралась сказать. Уйти? Как можно уйти, когда мир вокруг меня рушиться? Когда я сотворила такое?

Но он не ждал ответа. Мужчина кинул последний взгляд на уже мёртвое тело, развернулся и исчез в ночи, так резко, как и появился. Я осталась одна, стоя в лужах, с ногтями, вцепившимися в рукоятку ножа. Не понимая, что происходит было ощущение, что это только начало.

Когда я вошла в дом, мои шаги звучали глухо, словно не я шла по этим деревянным полам. Руки были покрыты алой кровью — я не могла вытереть их, не могла понять, как это случилось, и почему мне было так холодно. Я закрыла дверь, прислонившись к ней и просто стояла. Тишина дома давила сильнее, чем когда-либо.

Родители, как всегда, задерживались на работе. Будь они дома, то всё равно не заметили моё возвращение. Войдя на кухню, и стараясь не смотреть на свои ладони, я попыталась найти тряпку, чтобы вытереть кровь. С каждой секундой становилось тяжелее дышать.

Вдруг я почувствовала головокружение. Всё то, что произошло за последние пару часов казалось сумасшедшим и нереальным. Я не знала, что делать, как растолковать себе это. Но одно было очевидно — это не забыть. Это то, что будет колоть сердце и душу до конца жизни.

Прошли несколько дней, а я всё никак не могла избавить себя от того кошмара. Выплеснув свои чувства и мысли на бумагу я надеялась найти успокоение, но ничего не помогло. Постоянно пыталась уговорить себя, что это был сон, что никакой крови на моих руках не было, что всё будет как прежде. Но, чем больше я пыталась забыть, тем сильнее оно напоминало о себе. Я переставала быть собой.

Идя домой, странное чувство заставило повернуться налево. Снова — тот странный человек, он ждал меня. Я остановилась вздохнув. При дневном свете можно было рассмотреть его черты. Мужчина пятидесяти лет в чёрном брючном костюме. На голове просвечивалась седина, а на переносице покоились очки.

— Вы снова пришли ко мне, — спокойно сказала я, — Перестаньте следить за мной.

— Я не следил, — ответил он, шагнув из тени здания, — Я наблюдал.

После короткой паузы он продолжил:

— Ты должна понять. То, что произошло с тобой, не случайность. Ты стала тем, кем была рождена. Охотницей. Твоя метка пробудилась.

Я фыркнула закатив глаза. Конечно. Я не могла в это поверить и ждала нормальных объяснений.

— Охотницей? На вампиров? — я не смогла сдержать недоумение в голосе, — Это же глупо. Что вы ещё скажете?

Он просто смотрел на меня, зная что я отвечу именно так и негромко вздохнул.

— Поверь, ты сама убедишься в моих словах, когда встретишь их. Возможно, в тот день ты была не готова. Метка на твоей руке говорит, что теперь, ты обязана быть готова стать тем, кем должна.

Мои руки невольно сжались в кулаки.

— О какой метке вы говорите? Я не понимаю...

— Белый шрам на твоей руке — это она.

— Вот именно, это просто шрам. Не более.

— Это ты так думаешь. Ты же чувствовала жжение в руке в тот момент? — продолжал он потирая переносицу.

В моей голове всё начало бесшумно рушиться. Вампиры, метки, охотники — это всё казалось чем то, за гранью фантастики, а не моей жизнью. Но сейчас другого ответа не было, нужно попытаться... поверить?

— Хорошо, допустим это так. И что мне теперь делать? — я вопросительно пожала плечами, устремляя взгляд на него, — Что сделать, чтобы не чувствовать себя убийцей и психопаткой?

Сейчас этот мужчина был моей единственной надеждой на спасение от самой себя, от одиночества, и съедающих душу мыслей.

— Не волнуйся. Я тебя обучу всему, что знаю сам, — мужчина тепло улыбнулся, — Можешь называть меня Клайдом.

***

Дни медленно тянулись серой, тягучей пеленой, как густой туман, который невозможно развеять. Всеми способами я старалась не оставаться наедине с собой и своими мыслями, потому что в такие моменты они оказывались самыми опасными противниками. Спасение я находила на гольф-поле. Чистый воздух, ровный зелёный газон, размеренный стук мячика о клюшку — в этом было что-то успокаивающее, медитативное. Здесь я могла забыться, полностью раствориться в игре, но даже это удовольствие омрачалось необходимостью постоянно оглядываться, чтобы не пересечься с Джеем. Видеть его и остальных было невыносимо.

Я не могла. Не могла разговаривать с ними, смотреть им в глаза, делать вид, что ничего не произошло. Это было бы самым ужасным предательством самой себя, своих принципов, своих ран. Всё, что я чувствовала к этим существам — это ненависть. Глубокая, жгучая, пронизывающая до самых костей. Та, что заставляет сердце ныть, а кровь кипеть в жилах. Какими бы они ни были, даже если пытались казаться «хорошими», я никогда их не приму. Никогда.

Но было сложно. До боли сложно. Иногда в моей голове закрадывалась крошечная мысль, а вдруг я ошибаюсь? Может, они действительно не такие чудовищные, какими я их вижу? В такие моменты я ненавидела себя ещё сильнее. За то, что колеблюсь, что позволяю сомнению просочиться в трещины своей решимости. За то, что какая-то часть меня всё же хочет поверить.

Бежала сюда, чтобы сбросить с себя тяжесть предназначения. Забыть. Молча ненавидеть. Жить, будто ничего не было. Но вместо этого сама оказалась в логове врага, которого должна уничтожить. Но не смогу. Как же жалко. Я — ничтожество, слабое и сломленное, не способное следовать тому, что предначертано.

Оставалось лишь одно — молча игнорировать. Или хотя бы пытаться.

Школа грозно выталкивала меня наружу — коридоры давили каменными стенами, класс был душным, а взгляды окружающих слишком настойчивыми. Я вышла во двор, жадно вдыхая прохладный воздух, и направилась к пустому заднему двору, надеясь хоть немного прийти в себя. Иногда, я впадала в размышления настолько, что теряла все ниточки связи с реальностью, забывая как дышать.

— Джиа, не думал, что встречу тебя здесь и сейчас.

Я резко обернулась. У стены, засунув руки в карманы стоял тот парень, с которым я ранее столкнулась в коридоре — Кога Юдай. Его стойка была расслабленной, на губах играла лёгкая ухмылка, но в тёмных глазах пряталось что-то весёлое и неизвестное.

— Снова ты, — вырвалось у меня.

Он изобразил невинное удивление.

— Так говоришь, будто я тебя преследую.

— Кто знает, — я прищурилась.

Юдай негромко хмыкнул и неспешно сделал шаг ко мне.

— Просто совпадение. Или судьба. Как тебе больше нравится.

Я скрестила руки на груди, не отводя взгляда.

— Если ты пришёл спросить, как я тут устроилась, то не утруждай себя. Ничего не изменилось, всё по-прежнему.

— Знаю, — он взглянул на меня с каким-то любопытством, — О тебе здесь ходят слухи.

Я сжала зубы. Конечно.

— Что-то конкретное?

— Что новенькая слишком смелая, любопытная и, возможно, глупенькая, — ответил он с лёгкой насмешкой.

— Как мило, — фыркнула я, — Не лучшее начало если хочешь познакомиться. Или что, решил проверить, соответствует ли слух правде?

— Возможно. Мне интереснее другое. Почему ты перестала общаться с теми парнями? — парень вопросительно поднял левую бровь.

Я замерла. Вопрос прозвучал слишком прямо, и от этого внутри что-то неприятно сжалось. Вспомнились слова Чонвона, о том, чтобы я не общалась с этим парнем. Тогда я их посчитала откровенным бредом, но что-то подсказывало, что не просто так это было сказано.

— Это не твоё дело, — резко ответила я.

— Может, и не моё, — Юдай чуть склонил голову, изучая меня, — Но знаешь, обычно новенькие не попадают в центр внимания так быстро. Особенно если они...

Он запнулся, давая мне возможность самой закончить фразу.

— Если они что? — бросила я.

Его улыбка стала шире, но он лишь покачал головой.

— Забудь, — он на секунду задумался, а вскоре продолжил, — Ты выглядишь знакомой.

Я нахмурилась.

— Не думаю, что мы могли видеться раньше.

Юдай молчал, но его взгляд говорил больше, чем слова. Он знал что-то. Чувствовал.

Наконец он отступил на шаг, позволяя мне перевести дыхание, и, снова спрятав руки в карманы, бросил через плечо:

— Ещё увидимся, Чан Джиа.

А затем развернулся и ушёл, оставляя после себя только лёгкий запах весеннего ветра и ощущение, что этот парень слишком странный, чтобы быть просто учеником. Весь этот диалог казался мне крайне странным. Почему он интересовался за моё общение с ними? В любом случае, нужно быть осторожной в своих словах и действиях.

Я не понимала. Почему они со мной разговаривают? Почему смотрят на меня не как на обречённую, а как на обычную ученицу, которая благополучно окончит школу?

Юдай... Он ведёт себя так, будь это всё — просто любопытной игрой. Будто мне не грозит неминуемая смерть. А Унчи? Она ведь тоже должна понимать. Все понимают.

Я видела запись в архиве. Моё имя, дата поступления... и пустое место для даты смерти. Оно уже ждёт, когда его заполнят. Значит ли это, что всё предопределено? Что смерть — не проклятие, а просто пункт в чьём-то списке?

Но если так, зачем? Зачем они тратят на меня своё время? Им не страшно? Или они знают что-то, чего не знаю я?

Мысли метались, как маятник, то толкая меня в одну сторону, то швыряя в другую. Мне хотелось разъяснить, что происходит в этой школе. Вытащить на свет все её грязные секреты, сорвать покрывало тайн, понять, почему всё устроено именно так и за что погибли сотни учеников до меня. Но в то же время... уже ничего не хотелось. Просто молча ждать конца, не тратя силы на борьбу, которая, возможно, с самого начала была бессмысленной.

Перед глазами всплыл образ Клайда. Его тёплые, понимающие глаза. Голос, которым он когда-то говорил мне: «Ты справишься». Он спас меня. Он был тем, кто дал шанс продолжать жить, кто напомнил, что я не должна сдаваться.

Только из уважения к нему я хотела жить. Хотела бороться, даже если весь мир был против меня.

Но я устала.

Устала от бесконечной борьбы, от напряжения, от чужих взглядов, полных недосказанности. От мыслей, что мой конец уже вписан в чью-то пыльную, старую тетрадь. От осознания, что я всего лишь очередная жертва в длинной цепи смертей.

Хотелось сбежать. От себя. От этой школы. От всего.

Но куда бы я ни пошла, проклятия и неудачи следовали за мной.

***

Закончив домашнее задание, я откинулась на спину удобного кресла. Тяжело вздохнув мои глаза встретились с дневником, который уже несколько дней лежал нетронутый на столе. Всё-таки, стоит прочитать. Может, я найду тут хоть какие-то зацепки. Жаль, не удалось вытравить у Чонвона зачем он его подкинул и вообще откуда он у него.

Руки инстинктивно потянулись к блокноту, открывая страницу на которой я закончила. Я провела пальцами по слегка пожелтевшим страницам, чувствуя подушечками неровности бумаги. Чернила уже начали немного выцветать, в некоторых местах потекли от влажности, но слова всё ещё оставались чёткими.

Почему Чонвон оставил мне это?

Я пыталась выбить из него хоть какой-то ответ, но он лишь говорил глупыми загадками, которых и так было выше крыши, оставив меня наедине с вопросами. Этот дневник — ключ. Но к чему?

Мои глаза пробежались по строчкам, где я остановилась в прошлый раз.

«Странное чувство тревожности преследует меня.»

Я сглотнула.

Нечто знакомое пробежало по коже холодной дрожью.

Я медленно провела пальцем по словам, перечитывая снова и снова, будто пытаясь выудить из них больше, чем просто буквы.

Дневник Сонён знал что-то. Вопрос был лишь в том, успею ли я понять это до того, как станет слишком поздно.

Я жадно пробежалась глазами по следующей странице, затем ещё одной... но ничего. Ни намёка, ни ответа. Только обрывки мыслей, неясные догадки, странные замечания, которые не складывались в целую картину.

«Сегодня мне показалось, что за мной следят.»

«Иногда мне кажется, что я слышу шёпот, но оборачиваюсь — и там никого нет.»

«Он сказал, что мне не выжить. Я не хочу умирать.»

Последняя запись была сделана резко, с нажимом, словно она писала её в панике. Я почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось.

Кто этот загадочный «он»? Ранее она упоминала Джиуна, неужто это он ей сказал. Наверное, если я хочу понять хоть что-то в этом деле, то стоит поговорить с ним. Но чем всё закончилось, мне было известно и без этих записей.

Я закрыла дневник, провела ладонью по его обложке и тяжело выдохнула. Голова гудела от усталости, веки наливались тяжестью.

Ладно. Всё это можно перечитать завтра. Может, в дороге у меня будет больше времени? Потянувшись, я убрала дневник на тумбочку и встала с кресла. Устало проведя рукой по лицу, направилась к кровати, обещая себе, что утром разберусь с этим. А пока... Просто позволить глазам закрыться и дать себе передышку.

***

Уже неделю я ходила без своего крестика.

Я привыкла к нему, к его холодному прикосновению по коже, к лёгкому весу на шее, к тому, как пальцы невольно тянулись к нему в моменты тревоги. Это было моей тихой привычкой, тем, что давало мне ощущение стабильности в этом хаосе.

Но теперь его у меня не было.

Он был у них.

Мысль об этом вызывала в груди неприятное жжение. Ощущение пустоты, будто вместе с крестиком у меня забрали что-то большее, чем просто украшение.

Я могла бы просто подойти и потребовать его обратно. Но моя гордость не позволяла мне сделать этого первой. Особенно у них. Особенно после всего.

Поэтому поездка в город была возможностью. Может быть, я смогу попросить Чонвона. Как бы сложно это ни было для моих принципов, как бы сильно мне ни хотелось не давать им даже крупицы власти надо мной.

Но крестик... Крестик был самым дорогим, что у меня осталось. И я не могла позволить себе его потерять.

С утра весь мой класс собрался у ворот школы в ожидании учителя. Воздух был прохладным, но уже не зимним, а свежим, весенним. Я зябко поёжилась, скрестив руки на груди, и осмотрелась.

Все были одеты в обычную одежду, что выглядело непривычно. Я так свыклась с однотонной школьной формой, что теперь казалось странным видеть одноклассников в ярких свитерах, джинсах и куртках. В этом было что-то... живое. Как будто они ненадолго перестали быть частью строгой системы и стали просто подростками, которым предстоял обычный день в городе.

Перед нами стоял большой автобус. Именно на нём мы должны были ехать. Двери были открыты, водитель уже ждал, но никто не спешил заходить.

— О, Джиа! — радостно воскликнула Унчи, подбегая ко мне, — Представляешь, в городе открылось кафе с тем самым трендовым кофе, который все пробуют! Мы просто обязаны туда зайти!

Она взволнованно болтала, её глаза светились энтузиазмом.

— И ещё я хочу заглянуть в торговый центр! Надо же воспользоваться возможностью нормально прогуляться, пока нас не загнали обратно в школу. Ты со мной?

Я кивнула, хотя мыслями была далеко. Поездка в город должна была стать для меня возможностью. Возможностью поговорить с Чонвоном и наконец-то вернуть то, что принадлежало мне.

Но, если быть честной, я действительно хотела просто расслабиться. Хоть на один день.

Забыть обо всём, что висело на мне тяжёлым грузом — о загадках этой школы, о страхах, о проклятии, о вампирах. Просто позволить себе быть обычной. Насладиться прогулкой, посмеяться с Унчи, попробовать этот знаменитый кофе, бесцельно побродить по магазинам.

Мне было немного сложно привыкнуть к строгости этой школы. В США всё казалось легче, свободнее. Там никто не заставлял жить по жёсткому расписанию, ходить в одинаковой форме, постоянно следить за дисциплиной. Там можно было задержаться на улице допоздна, просто гуляя под неоновыми огнями города.

А здесь... Здесь правила сковывали, как невидимые цепи.

Может, хотя бы сегодня мне удастся вырваться из них?

Учитель, убедившись, что все ученики в сборе, коротко напомнил нам правила поездки и жестом указал на автобус. Вскоре транспорт наполнился взволнованными голосами, смехом и суетой — одноклассники оживлённо переговаривались, делились планами, обсуждали магазины и кафе, куда собирались заглянуть.

Мы с Унчи заняли место где-то в середине. Она, как староста, то и дело вскакивала, помогая учителю с организацией — проверяла списки, направляла ребят, следила, чтобы никто не остался снаружи. Я же молча наблюдала за происходящим, не особо вмешиваясь.

Всё шло как обычно... Пока я не почувствовала чей-то взгляд.

Резко насторожившись, я инстинктивно посмотрела вперёд — и тут же встретилась глазами с Чонвоном.

Он проходил мимо, окидывая автобус оценивающим взглядом, явно ища свободное место. Но в тот момент, когда наши взгляды пересеклись, время будто на мгновение замерло.

Я не стала ждать, пока он что-то скажет или сделает. Сердце сжалось, и прежде чем успела осознать, я отвернулась и уставилась в окно, делая вид, что ничего не произошло.

Но даже сквозь отражение в стекле я чувствовала — он всё ещё смотрит.

Я не особо разбиралась в географии Кореи, но, по словам Унчи, наш путь лежал в Каннын — небольшой городок на берегу Японского моря.

— Летом здесь просто офигенно! — взволнованно рассказывала она, повернувшись ко мне, — Представляешь, бесконечные пляжи, тёплый песок, шум волн... Почти каждое лето нас везут сюда.

Я слушала её вполуха, наблюдая, как за окном мелькают пейзажи. Дорога тянулась между холмами, за которыми, казалось, скрывалось что-то необъяснимое.

— А ещё тут есть классные кафешки! — продолжала Унчи, — Говорят, что в одной из них делают лучший клубничный латте в стране. Мы обязательно должны попробовать!

— Мне больше карамельный нравится, — беззаботно ответила я, пытаясь втянуться в эту атмосферу лёгкости и свободы.

— Мы обязаны взять на пробу все вкусы.

Я кивнула, стараясь поймать её настроение. Поездка действительно казалась хорошей возможностью вырваться из напряжённой атмосферы школы. Хоть на немного отвлечься, позволить себе почувствовать лёгкость.

За окном проплывали живописные пейзажи, словно сошедшие с картин. Ленты дорог вились между зелёными холмами, мелькали небольшие деревушки с традиционными домами и ухоженными дворами. Речки, искрящиеся в солнечном свете, петляли среди полей, где ровными рядами тянулись разные культуры — от золотистых колосьев до яркой зелени.

В такие моменты дорога приятно убаюкивала. Ровное покачивание автобуса, приглушённые голоса одноклассников, тепло солнца, пробивающегося сквозь стекло... Всё это создавало иллюзию спокойствия.

Я планировала продолжить чтение дневника, но быстро поняла, что это не лучшая идея. Особенно с Унчи рядом — она и так давала понять, что не в восторге от моего любопытства. Её настороженные взгляды и небрежные попытки сменить тему каждый раз, когда я упоминала Сонён, говорили громче любых слов.

— Кстати, Джиа... — неожиданно начала Унчи, наклоняясь ко мне чуть ближе, — Ты что, поссорилась с той компашкой?

Я отвлеклась от мелькающих за окном пейзажей и нахмурилась, не сразу понимая, о ком она говорит.

— Ты про друзей Чонвона?

— Ну, а о ком ещё? — её голос стал тише, почти шёпотом, — Мне казалось, вы подружились. Честно, я была в шоке. Я ведь сколько их знаю — Чонвон и Рики вообще ни с кем особо не сближаются. А тут ты.

Она внимательно смотрела на меня, явно пытаясь разгадать, что произошло.

— Мы не дружили, — я пожала плечами, сделав вид, что мне всё равно.

— Правда? — в её голосе послышалось сомнение.

— Просто так обстоятельства сложились, наверное, — добавила я, снова отводя взгляд к окну.

Унчи какое-то время молчала, а потом вдруг фыркнула:

— Ладно-ладно, не хочешь — не говори. Но знаешь, ты первая, кто смог их зацепить. Особенно Чонвона.

Я почувствовала на себе её любопытный взгляд, но сделала вид, что не услышала последнюю фразу.

Вскоре автобус плавно замедлился и остановился в центре города. Учитель поднялся со своего места, громко напомнил правила поведения и строго обозначил время сбора.

— Не опаздывайте, иначе обратно в школу пойдёте пешком, — добавил он, но улыбнулся, когда класс зашумел в ответ.

Не успел он закончить, как ученики тут же рванули в разные стороны, кто-то — в ближайшие магазины, кто-то — в сторону кафе. Город манил их свободой, шумом, запахами уличной еды и ощущением, что сегодня они могут делать всё, что захотят.

Я невольно задержалась, наблюдая за тем, как ребята разбредаются. Всё выглядело так легко, так просто.

Никто из них не думал о смерти. О проклятии. Им это не грозило.

О том, что для меня это мог быть последний шанс увидеть этот мир таким, каким он был при жизни.

Мы с семьёй часто приезжали в Корею, но всегда оставались в Сеуле. До сих пор мне не доводилось увидеть другие уголки страны, и теперь, оказавшись в Канныне, было интересно побродить по этому городу, пройтись вдоль моря, послушать, как его волны набегают на берег.

Но перед этим я и Унчи решили позавтракать. В школе, как всегда, времени не было, а сейчас была прекрасная возможность насладиться утренним кофе и чем-то вкусным. Мы зашли в маленькую уютную кафешку, которая располагалась рядом с центральной улицей. Внутри пахло свежей выпечкой и кофе, и я с облегчением села за стол, зная, что хоть на минуту смогу забыть о всех заботах.

— Здесь так спокойно, — сказала я, потягивая свой латте, — Не так как в Сеуле.

— Ты нигде, кроме Сеула, раньше не была? — Унчи посмотрела на меня так, будто я только что сказала что-то невероятное.

После моего кивка она всплеснула руками:

— Подруга, ты многое теряешь!

Я только усмехнулась, наблюдая за её искренним возмущением.

— У моих родителей было не так много времени, чтобы приезжать на родину, — я постаралась мягко улыбнуться, — Обычно у нас была всего неделя, чтобы провести время с родственниками. Не до путешествий.

— Ну тогда пообещай, что когда мы выпустимся... — вдохновлённо начала она, но вдруг резко замолчала.

Я заметила, как её энтузиазм сменился неловкостью. Голос стал тише, более осторожным:

— То обязательно объездим всю Корею.

— Да, конечно...

Я сделала вид, что ничего не заметила. Лишь кивнула с лёгкой улыбкой, хотя внутри что-то неприятно сжалось.

Мы обе понимали, что я вряд ли доживу до выпуска.

Вся суета и напряжение, которые я ощущала в последние дни, казались далёкими, когда я смотрела на людей, неторопливо гуляющих по улице, на жизнь, которая казалась такой простой и беззаботной.

И, несмотря на это, в глубине меня всё равно оставалась тяжесть. Я понимала, что эти моменты — как последний миг перед тем, как всё изменится.

Позавтракав, мы с Унчи шли по оживлённому проспекту. Город жил своей жизнью: машины проносились мимо, витрины магазинов манили яркими огнями, а воздух наполняли сотни голосов.

Наш путь лежал в магазин косметики. Унчи хотела приобрести какую-то новую пудру, а мне не помешало бы купить что-то из уходовых средств. Я слышала, что в Корее одни из лучших косметических и уходовых брендов в мире, так что хотелось наконец попробовать что-то на себе.

Как только мы вошли в магазин, мои глаза зацепились за знакомое лицо. У стеллажа стояла наша тихая одноклассница — Дасом. Мне ещё ни разу не доводилось с ней поговорить. Она молча смотрела на красивый набор косметики, слегка кусая губу, будто не могла решиться.

— Ого! Посмотри, какая коллекция вышла! — радостно воскликнула Унчи и тут же убежала рассматривать новинки.

Я осталась одна. Немного поколебавшись, я подошла к Дасом.

— Привет, — спокойно сказала я.

Она вздрогнула и обернулась.

— О, Джиа. Привет, — в её голосе слышалось удивление.

Я кивнула в сторону набора, на который она смотрела.

— Будешь брать?

Дасом тяжело выдохнула, но продолжала буравить взглядом коробку с косметикой.

— Хотела бы... но в этом месяце родители совсем не отправили денег.

В сердце что-то кольнуло. Её голос был ровным, но мне показалось, что за ним скрывалось разочарование.

— Давай я заплачу? — предложила я, не задумываясь.

Дасом тут же замахала руками, неловко улыбаясь.

— Что ты, нет-нет, не нужно, правда!

— Мне не тяжело, — я пожала плечами.

Девушка колебалась, но затем робко кивнула.

— Ну... если только это тебя не утруждает...

Я улыбнулась, увидев, как её глаза чуть заметно засветились. Мы прошли к кассе: я выбрала то, что хотела, а Дасом, всё ещё немного смущаясь, держала в руках свой набор.

Когда покупка была оплачена, она взглянула на меня и вдруг искренне улыбнулась.

— Спасибо, Джиа, — она несколько раз поклонилась в знак благодарности.

— Да не за что, — я поклоинлась ей в ответ, и внутри почувствовала, как тепло разливается по груди.

В глазах Дасом сияло настоящее счастье. Мне было приятно поднять настроение хоть кому-то.

В этой школе, кроме Унчи, у меня почти не было друзей. Иногда я даже думала, что мне не удастся найти здесь никого, кто бы смог понять меня или хотя бы просто поддержать. Но вот теперь, возможно, я могу изменить всё это. Может быть, я наконец-то получу то, о чём мечтала все последние годы — настоящую дружбу, а может и больше. Надо только взять всё в свои руки и сделать первый шаг.

Пока мы шли по набережной, я ощущала лёгкий, но тёплый ветер, который играл с моими волосами. Вдали голубые волны мягко ударялись о берег, создавая спокойную атмосферу. Унчи, кажется, наслаждалась моментом, несмотря на мысли, которые, по её виду, всё-таки не давали покоя. Но вот на её телефон поступил звонок. Сначала она быстро смахнула экран, но затем, взглянув на меня, извинилась.

— Прости, мне нужно ответить. Ты не против?

Я кивнула, стараясь не показывать, что была немного обескуражена. Она, конечно, не могла знать, что у меня было своё дело — важное. Идея поговорить с Чонвоном наконец-то прорвалась через все остальные мысли, и я решила, что это лучший момент. Но вот теперь встала другая проблема: где его искать? Ведь Чонвон не был тем, кто часто зависал в одном месте. Я могла только догадываться, где он может быть.

Я прошлась дальше вдоль набережной, раздумывая, где мог находиться Чонвон. Он всегда появлялся там, где я меньше всего ожидала его увидеть. Но теперь, когда мне действительно нужно было его найти, он как будто растворился в воздухе.

Но, конечно, судьба любит насмешки.

Я заметила его чуть дальше — он стоял в одиночестве у перил, смотря на воду. Солнце отражалось в его тёмных глазах, но его лицо оставалось бесстрастным, как всегда. Не теряя времени, я направилась к нему.

— Чонвон, — позвала я, остановившись на расстоянии нескольких шагов.

Он медленно повернул голову и посмотрел на меня, а на его губах заиграла ухмылка. Его взгляд был пронзительным, цепким, словно он мог насквозь видеть мои намерения.

— Слушаю. Что-то хотела?

Я кивнула, стараясь сохранять хладнокровие, хотя внутри неприятно кольнуло раздражение от его самоуверенного тона.

— Мне нужно, чтобы вы вернули крестик, — я встала рядом, но всё равно держала дистанцию, облокотившись на перила. Металл был холодным на ощупь, несмотря на солнечную и тёплую погоду.

— Зачем он тебе? — Чонвон чуть склонил голову набок, продолжая изучать меня.

— Ты ещё спрашиваешь? — я резко повернула голову в его сторону, встречаясь с ним взглядом. Мои глаза чуть щурились от яркого солнца, но я не собиралась прекращать гляделки первой.

— Ладно, не злись, — он улыбнулся, как будто ему было забавно моё раздражение, — Я передам Джею, он вернёт.

Я хмыкнула, скрестив руки на груди.

— Ну спасибо. Знаешь ли, не хочется быть сожранной вашими дружками.

Его ухмылка чуть дрогнула, но он быстро вернул себе безмятежный вид.

— Тебе же сказали, что мы не пьём человеческую кровь.

— Так я и не про вас.

Чонвон слегка сузил глаза, явно пытаясь уловить смысл моих слов.

— Тогда я не понимаю, о чём ты, — он тихо выдохнул, переведя взгляд вдаль. Ветер чуть растрепал его волосы, но он даже не шелохнулся, — В школе кроме нас больше нет вампиров.

Моё лицо скривилось в недоумении, и я, сжав пальцы в кулак, резко выпалила:

— А буквально на второй день меня, наверное, призрак хотел прикончить, да?

Лицо парня стало серьёзнее, и он вновь перевёл на меня пристальный взгляд.

— Вампир? — в его голосе появилась настороженность.

— Ну, а кто ещё?

Чонвон молчал около минуты, но даже этого было достаточно, чтобы в воздухе повисло напряжение.

— Дело в том, что на территории школы не было других. По крайней мере, раньше, — Его голос был ровным, но я уловила в нём что-то похожее на сомнение.

Мои брови дёрнулись вверх.

— «Раньше» — это когда? Вчера? В прошлом месяце? Или ты сам не в курсе, что у вас тут творится?

Чонвон медленно выдохнул, снова глядя куда-то вдаль.

— Честно, уже и я не понимаю, — тихо сказал он, но теперь его прежняя самоуверенность дала трещину.