День номер...

День 7 — Тени и Альфы

После того приключения, что случилось со мной два дня назад, я решил дать себе передышку. Моя рука требовала восстановления - пальцы все еще дрожали, сжимая кружку с чаем, а на предплечье красовался фиолетовый синяк размером с яблоко. Вчерашний день прошел в туманной полудреме между сменой повязок и тревожными пробуждениями от каждого шороха.

Сегодня, почувствовав себя достаточно окрепшим, я отправился на разведку в сторону тех самых выстрелов, что раздавались позавчера. Надеялся найти либо выживших, либо хотя бы брошенное оружие - оба варианта казались одинаково ценными в этом опустошенном мире.

Перед выходом:

Проглотил две банки холодной тушенки (свинина с гречкой, срок годности истекал через месяц)

Зарядил револьвер, оставив лишь два запасных патрона (глупо, но выбора не было)

Проверил биту - металл помялся после последней схватки

Обнаружил, что трупы у порога начали активно разлагаться. Запах стоял такой, что перехватывало дыхание, а над грудой тел кружили тучи мух, словно черная, шевелящаяся пелена.

"Разберусь с этим позже", — пообещал я себе, понимая, что уже потерял целый день. Шансы найти источник выстрелов таяли с каждым часом.

Дорога оказалась подозрительно спокойной. Лишь пара зомби брели в отдалении, остальные лежали мертвые - кто с проломленным черепом, кто с аккуратными пулевыми отверстиями между глаз. Чем дальше я шел, тем чаще встречались следы недавней бойни:

Гильзы калибра 9 мм (не моего)

Кровавые подтеки, тянущиеся за угол дома

Странно аккуратные груды тел по 3-4 особи

Среди мертвецов ничего полезного не нашлось, хотя копаться в их карманах мне претило.

Через несколько часов пути цель была достигнута. Улица представляла собой жуткое зрелище - настоящую гору трупов, где некуда было ступить, не коснувшись разлагающейся плоти. К счастью, нашёлся обходной путь вдоль разрушенного забора.

Осмотр тел выявил закономерность - большинство зомби имели пулевые отверстия точно в голову. Чёткие, профессиональные выстрелы. Похоже, знание об этом слабом месте распространилось шире, чем казалось. Мысль одновременно обнадёживала и настораживала.

В левую руку переместился револьвер. Стрельба с неудобной руки не отличалась точностью, но для предупредительных выстрелов хватало. Главное - патроны предназначались не для мертвецов, а для возможных живых. Попадание в любую часть тела давало тактическое преимущество.

Осмотр домов вёлся выборочно. Большинство строений не заслуживали внимания - разграбленные и пустые. Но один особняк выделялся на общем фоне. Перед ним возвышалась самая большая груда тел, явно указывая на источник недавней перестрелки.

При ближайшем рассмотрении дом оказался покинутым. Разбитые окна и следы копоти на стенах говорили об ожесточённом бое. Однако внутри царил неожиданный порядок - мебель стояла на местах, вещи лежали аккуратно. Лишь лёгкий слой пыли выдавал отсутствие хозяев.

Тщательный обыск начался с проверки углов - вдруг бывший владелец остался здесь в новом, не совсем живом состоянии. Каждый шорох заставлял напрягаться, пальцы непроизвольно сжимали рукоять биты. В воздухе витал тяжёлый запах пороха, смешанный с едва уловимым ароматом кофе - странная смесь для апокалипсиса.

Запомни: если пол скрипит — это не атмосфера. Это последнее предупреждение.

В кладовой старый пол агонизировал под ногами. Первый скрип — и доски рухнули вниз, утянув за собой правую ногу по самое колено. Левая последовала следом, беспомощно болтая в воздухе. Так и повис — половина тела в подвальной тьме, половина наверху, цепляясь локтями за ненадежные края провала. Зрелище комичное, если бы не одно «но»: обратного пути не было.

Попытки выбраться только ухудшали положение. Каждое движение заставляло доски трещать, острые щепки впивались в бока, оставляя царапины на куртке. Ткань выдержала, но следующая опора могла стать последней.

Оставался один путь — вниз. Но два вопроса сжимали горло хуже удавки:

Высота — достаточно ли её, чтобы сломать шею?

Содержимое — что ждёт внизу? Крысы? Трупы? Или что-то похуже?

Раздумывать было некогда. Бита опустилась вниз, ударила по гнилым доскам — и мир провалился под ногами. «Полетел» — слишком громкое слово. Скорее, рухнул, как мешок с костями. Приземление оказалось жёстким, но без переломов.

Подвал встретил сыростью и тишиной. Глаза, привыкшие к темноте, выхватывали:

Пустые стеллажи со ржавыми банками

Лужу воды под потрескавшейся трубой

Отсутствие следов незваных гостей (живых или мёртвых)

Тишина. Только капли воды били по бетону, отсчитывая секунды передышке.

Задерживаться в подвале не имело смысла. Каждый лишний звук - шаг, вздох, даже стук собственного сердца - мог привлечь внимание. Выбравшись через узкий лаз, затянутый паутиной, продолжил осмотр дома с удвоенной осторожностью.

Дом оказался пустым в странном смысле этого слова. Не было следов паники или спешки - просто отсутствовало всё ценное: оружие, аптечки, инструменты. Остался лишь призрак прежней жизни: сколотые чашки, пожелтевший журнал о рыбалке, пустая подставка для ключей.

На кухонном столе, вытертом до блеска, лежал единственный нетронутый предмет - запечатанный конверт. Белый прямоугольник на фоне серой столешницы выглядел неестественно чистым, будто его положили минуту назад.

Пальцы сами потянулись к конверту. На кухне чужого дома, среди руин цивилизации, это послание казалось последней связью с исчезнувшим миром. Разрез бумаги прозвучал неприлично громко.

"Семье. Я ушел в автомастерскую"

Пять слов, написанных ровным почерком. Ни паники, ни спешки - просто констатация факта, будто автор собирался вернуться к ужину.

В висках застучало. Мысленно прокрутил карту района, но автомастерские никогда не входили в зону интересов. Пришлось развернуть найденную ранее карту, прижимая её углы банкой с горошком и солью.

Логика подсказывала:

Локация у шоссе - поток машин гарантировал клиентов

Близость к промзоне - доступ к запчастям

Угловое расположение - удобный подъезд с двух сторон

Три потенциальных места отметились на карте. Два из них сразу отпали — там уже побывал, и ничего кроме пыли и разбитого стекла не нашёл. Оставалась только мастерская "Валет" в промзоне — последняя ниточка в этом клубке.

Но больше всего цепляло не место, а само слово: "ушёл". Не "бежал", не "спасался", а именно "ушёл". Спокойный, ровный почерк, будто человек просто отлучился на пару часов.

Мозг сигналил тревогой: "Ловушка. Не ходи".

Сердце шептало: "А вдруг там ответы?"

Желудок же, верный своим привычкам, просто урчал, напоминая о банке тушёнки в рюкзаке.

Дом стоял странно нетронутым. Ни следов борьбы, ни хаотичных баррикад. Полы вымыты, книги аккуратно стоят на полках, даже кружка на подоконнике выглядела так, будто её только что поставили сушиться. Лишь улица перед входом рассказывала другую историю — десятки трупов, груды гильз.

Кто-то выстоял здесь в настоящей войне... и просто ушёл. Не спасаясь, не прячась — целенаправленно и спокойно.

Открытую записку положил обратно на стол. Пусть лежит — вдруг тот, кому она предназначена, всё же вернётся.

На улице сгущались сумерки. Лиловое небо медленно превращалось в чёрное, последние лучи солнца цеплялись за крыши, словно не желая отпускать этот мёртвый город. Звуки изменились — вместо привычного городского гула теперь только ветер играл оборванными листами жести, а где-то вдалеке скрипела незакреплённая дверь.

В этой тишине каждый шорох звучал оглушительно громко. Даже собственные шаги по асфальту казались предательски шумными.

Возвращаться ночью — верный способ стать чьим-то ужином. По пути мельком заметил пару потенциальных убежищ — не комфортабельных, но хотя бы с четырьмя стенами и крышей. В этом новом мире сон превратился в постоянную игру в рулетку: закрываешь глаза и надеешься, что проснешься по-прежнему человеком. Что касается воровства — с моими жалкими припасами это больше похоже на благотворительную раздачу.

Выбор пал на небольшой заброшенный домик в двух кварталах отсюда. Двор зарос бурьяном по пояс — хороший знак, значит давно никто не беспокоил. Часть окон выбита. Либо кто-то ночевал здесь до меня, либо — что гораздо хуже — пытался запереть что-то внутри.

Но выживание давно научило работать с предположениями. Без этого не протянешь и недели в этом аду.

Дверь поддалась с тихим скрипом. Воздух внутри стоял спёртый, пропитанный ароматами плесени, прогорклого дерева и чего-то ещё — сладковатого, тревожащего. Запах напомнил бабушкину дачу в детстве, только тогда можно было чихать сколько угодно. Теперь даже дыхание приходится контролировать.

Комната на втором этаже оказалась наиболее защищённой. Дверь с рабочей защёлкой, окно с относительно целым стеклом. Скатерть с кухни послужила импровизированной шторой, перекрыв последний источник света.

Спать ещё рано — сумерки только начали сгущаться. Карта разложена на коленях, предполагаемые места автомастерских обведены грязным пальцем. План "штурма" выглядел скорее как список мест для самоубийства. В конце концов, в этом мёртвом городе опасны не столько здания, сколько пространство между ними — эти рвы из теней, где может прятаться всё что угодно.

Так же решил записать свои наблюдения про зомби. На задней стороне дневника, давно этим не занимался.

Тип: "Тень"

(Обнаружено: 4-й день)

Внешний вид:

Кожа серо-голубая, полупрозрачная (видны сосуды)

Крайняя степень истощения (ребра просвечивают)

Глаза мутные, но следят за движением

Отсутствие видимого дыхания

Поведение:

Маскировка

Неподвижность до 12+ часов

Имитация трупного окоченения

Сниженная температура тела

Атака:

Молниеносный бросок (1-2 секунды)

Целенаправленно хватают за конечности

Беззвучность (не издают предупреждающих звуков)

Особенности:

Запах: смесь формалина и прогорклого меда

Слабые места: шея (хрупкие позвонки), глазницы

После смерти выделяют феромоны (привлекают других)

Первый контакт

Вошедший в дом казался безопасным — лежал у входа, будто убитый давно. Кожа обтягивала кости, как полиэтилен на мумии. Прошел мимо, занялся сбором провизии...

Он атаковал, когда спиной был повёрнут. Не рычал, не спотыкался — точный прыжок голодной рыси. Когти впились в рукав, зубы щёлкнули в сантиметре от шеи. Выжил лишь потому, что бита оказалась под рукой.

Вывод:

Любой "труп" без явных повреждений = потенциальная "Тень".

Тип: "Альфа"

Первый контакт произошел посреди пустынной улицы. Шел, прислушиваясь к эху своих шагов, когда внезапный выстрел справа заставил вздрогнуть. Пуля прошла мимо - явно приманка. Когда обернулся, перед глазами предстала кошмарная картина: десятки мертвецов, уже развернувшихся в мою сторону. Их движения были неестественно синхронными, словно кто-то невидимый дирижировал этим адским хором.

Из общей массы отделились четверо. Они двигались не как обычные зомби - их походка сохраняла остатки человеческой координации. Первый удар битой пришелся точно в висок, но вместо привычного хруста кости почувствовал отдачу, будто ударил по дубовой колоде. Существо лишь покачнулось, его голова неестественно дернулась назад, но он не упал. Глаза - мутные, но осознающие - продолжали смотреть прямо на меня.

Рюкзак, брошенный им под ноги, дал драгоценные секунды. Они преследовали методично, не теряя темп, будто заранее знали направление моего отступления. Их дыхание (да, они дышали!) создавало странный ритмичный звук, похожий на работу дизельного двигателя.

Вторая встреча произошла через три часа. Трое. Десять метров между нами. Я - с трясущимися руками и пульсом, бьющимся в горле. Они - с пугающей невозмутимостью профессионалов.

Тогда я впервые увидел "тактику":

Один исчез в переулке (заход с фланга)

Второй пошел напрямую, принимая удар на себя

Третий... Третий держал в руках нож.

Выстрел в упор остановил его. Но когда он падал, его пальцы судорожно сжались вокруг рукояти - последний рефлекс того, кто он был раньше.

Общие наблюдения:

1. Физиология

Крепче обычных зомби

Кожа плотная, будто ороговевшая (удары битой почти не работают)

Тело не просто разлагается — оно мутирует

Сохраняют неестественно развитые мышцы (даже после смерти)

Регенерация

Раны затягиваются быстро, как будто плёнкой

Не мгновенно, но за несколько минут

Слабость: требует много энергии → постоянно ищут пищу

2. Поведение

Используют оружие

Ножи, палки, кирпичи — не просто держат, а применяют

Движения грубые, но целенаправленные

Групповая тактика

Охотятся слаженно (обходят, окружают, давят числом)

Могут координироваться (непонятно как, но действуют как команда)

Возможная связь: странные звуки, похожие на ультразвук

3. Происхождение (гипотезы)

Кто они были?

Бодибилдеры, спортсмены, силовики (все трое — физически мощные)

Допинг/стероиды могли усилить мутацию при заражении

Почему опасны?

Не просто мертвецы — в них остались осколки навыков

Не слепые твари — думают, пусть и примитивно

Выводы и правила выживания:

Не вступать в ближний бой — шансов мало.

Стрелять в голову (и перестраховываться вторым выстрелом).

Бежать, если их больше одного — это не трусость, а здравый смысл.