Слёзы белой ночи (РУС. УКР.)

Глава 6

 – Проснись... Проснись... – по комнате гулял шепот.
Он был ели слышен, пытался скрыться, кочуя из одного угла в другой. С каждым возгласом шепот становился немного громче, приближаясь к кровати спящей.
– Проснись! – шепот превратился в крик, уставший от того, что не может привлечь внимание сони.
Ипполита подорвалась с кровати, глаза горели ярким свечением, пытаясь найти источник шума. Вампирское зрение сразу уцепилось за полупрозрачный силуэт у окна. Было трудно разглядеть лицо, но по фигуре стало понятно, что это женщина.
– «Призрак? Что она здесь забыла? А может это просто сон? Хотя нет, слишком реалистично», – мысленно заключила рыжеволосая.
– Кто вы? – вампир не вставала, боясь спугнуть видение, – Я к вам обращаюсь.
Она повторила, но силуэт не реагировал. Женщина лишь покачивалась со стороны в сторону, паря над полом и тихо напевала мелодию. От этого мотива становилось не по себе, от него веяло смертью и безысходностью. Только сейчас Лита поняла, что в комнате стало холоднее, хотя окна были закрыты.
– «Могильный холод, не иначе».
Стоило Лите предпринять попытку подняться с кровати, как силуэт двинулся с места. Полупрозрачная сущность прошла сквозь стену, скрываясь за окном. Пусть видение и ушло – мелодия продолжала звенеть в ушах.
– Бред какой –то, – Лита всё же поднялась с кровати.
Рыжеволосая быстро подошла к окну, отворяя шторы. Внутри теплилась надежда, что мираж исчезнет, что всё это было просто остатком сновидения, но призрак стоял внизу, у деревьев. Лита не могла ухватиться взглядом за её лицо, незримый туман скрывал его, не давая разглядеть, запомнить. Несмотря на это, принцесса точно чувствовала на себе четкий, леденящий душу взгляд. Она манила к себе, требовала, чтобы гостья чужого дома последовала за ней. Рыжеволосая открыла окно и выпрыгнула наружу. Она приземлилась в паре метров от призрачной женщины, но та уже «плыла» вперёд, точно уверенная, что вампирша, ведомая её зовом, пойдёт следом.
– «Хочет, чтобы я шла за ней?», – Ипполита направилась следом за призраком.
Босые ноги ступали по опавшим листьям, но Лита не слышала их хруста, в её ушах была только эта мелодия. Парящий над землей силуэт выделялся чуть больше на фоне деревьев, а мелодия уже перестала быть настолько пугающей. Но стоило подумать об этом – как снова стало жутко. Дух начала петь, заводя принцессу все глубже в лесную чащу.

«В лесу у ручья сидела она,
Прекрасна собой и душою чиста,
В глазах её небо, в руках три цветка,
Но червям нипочем её красота...»

Песня призрака звучала так, что у Литы снова мурашки побежали по телу. Её голос был не из мира сего, но одновременно лился отовсюду, заглушая любой здравый смысл. Этот холодный, шипящий голос эхом раздавался в голове вампира, вызывая мигрень. Лита схватилась руками за голову, пытаясь закрыть уши, но это не помогло. Песня продолжала крутиться в её голове, а ноги продолжали сами следовать за женщиной.

«Раз, два, три – улыбку ты с лица сотри,
Четыре, пять – теперь тебе не убежать,
Шесть, семь, восемь – где –то там, у волчьего ручья, где схоронена Луна,
Девять, десять – схороню я и тебя.»

Пугающая считалочка затихла, стоило духу остановиться у края обрыва. Ипполита остановилась рядом, убирая руки от ушей. Головная боль затихла, возвращая Лите власть над собой.
– Зачем ты привела меня сюда?
Призрак не ответил, а просто посмотрел вниз, откуда доносился звук бегущей воды. В нос ударил запах крови, помешав повторить вопрос. Ипполита, ведомая духом, тоже посмотрела вниз, откуда и доносился запах. Лиловые глаза округлились от ужаса, к которому привела её призрачная женщина. Лита подняла взор на призрака, но её уже не было.
Рыжеволосая без раздумий спрыгнула вниз, перепрыгивая с одного выступа и хватаясь за другой. На одном из них лежало маленькое тельце, в котором ели –ели теплились остатки жизни. Принцесса рухнула на колени и начала убирать прилипшие волосы с маленького лица.
– Алиса, черт возьми... Алиса! – вампир трясла девочку за плечи.
Но малышка не реагировала. Что –то внутри не давало здраво смотреть на это изувеченное от падения детское тело. Психика отказывалась принимать то, что перед ней умирающее дитя, которому никак нельзя помочь. Лита трепетно сжала в своей ладони маленькую ручку. Из глаз сами по себе начали катиться слезы, падая на разорванную при прыжках белую ночную. Тёмные слезы заставили девушку закрыть глаза, пытаясь уберечь рыжеволосую от лишнего взгляда на этот ужас.
– Почему? Она ведь всего лишь ребёнок! Она ещё даже не жила! – кричала Лита, но сама не понимала, к кому же она обращается.
К Судьбе? К Случаю? Они не услышат, просто сделают так, как надо... К тому призраку? Но, похоже, она не поможет.
– Она ведь всего лишь ребёнок... – Лита сильнее сжала руку девочки.
Оказалось, довольно затруднительно смириться с такой несправедливостью, даже будучи по природе убийцей. Нарастающая внутри боль и ярость, внезапно, вылились в что –то новое. Резкое покалывание в ладони вынудило вампира открыть глаза шире. На её руке появились вены, былые, светящиеся, вперемешку с темно –красными, почти чёрными. Эти вены, обвитые по руке, подобно нитям, вытягивали и одновременно возвращали что –то малютке Алисе. Раны и травмы заживали на глазах, а Лита с ужасом смотрела на свою руку. Она была будто чужая, но что –то подсознательно заставляло её и дальше держать руку маленькой волчицы, не разрешая отпустить. Стоило свету погаснуть, как девочка сделала глубокий вдох.
– Алиса! – удивлённо и в то же время радостно воскликнула Лита.
Рыжеволосая, повинуясь внезапному импульсу, приподняла девочку и прижала её к себе, а на лице появилась улыбка. Материнский инстинкт? Вздор, его не существует. Привязанность? Наверное, чем больше Лита проводит времени в стае оборотней – тем больше привязанностей начинает испытывать... А может, такой крохе просто невозможно не сочувствовать? Девочка оставалась без сознания, но это не волновало Литу. Главное, она была жива. Сейчас нужно вернуть Алису домой. Но что подумают другие, когда Мартелл принесёт ребёнка, чьё тело и одежда покрыты кровью? Не сочтут ли это поводом, чтобы напасть? Принцесса тряхнула головой, понимая, что сейчас не время для того, чтобы задумываться о мелочах и собственной безопасности. В первую очередь нужно помочь малышке. Лита взяла девочку на руки и одним рывком выпрыгнула обратно, на край обрыва. С вампирской скоростью Лита вернулась обратно к дому Монбарнов, крепко прижимая дитя к себе.
Повсюду горел свет, волки кричали имя Алисы, ища её повсюду. Возле главного входа стоял мужчина, которого Лита раньше не видела. Хотя... Она видела его на фотографиях в доме. Он раздавал распоряжения каждому волку, нервно потирая ладони.
– Чёрт, только вернулся, а уже происшествие, – пробубнил мужчина.
Наконец показался Никон, а Лита облегченно выдохнула. Мартелл зашагала в сторону оборотня, аккуратно прижимая малышку к себе. Отец девочки нервно спрашивал, нашли ли оборотни что –то, но на его вопросы лишь отрицательно качали головами. Мужчина схватился за волосы, находясь в шаге от истерики. Но стоило ему увидеть Литу, как Ник сорвался с места и побежал к ней навстречу.
– Алиса! – мужчина забрал с рук вампира своё дитя и упал на колени, крепко обнимая её.
Всего спустя пару мгновений, вокруг уже собрались остальные волки, которых растолкал Шон. Мужчина упал возле мужа, крепко обнимая Ника и Алису.
– Она жива?
– Алиса вся в крови...
– Это вампирша сделала?
Шептались вокруг, но девушка старалась не обращать внимания. Лита поправила соскользнувшую с плеча лямку и хотела поправить вторую, но обнаружила, что она порвалась.
– Ваше высочество, ответьте, это вы сделали? – Элайджа вышел вперёд, скрещивая руки на груди.
Принцесса, всё ещё находящаяся в шоковом состоянии сперва не поняла, что обращаются к ней, но, когда до неё дошло – возмущённо подняла глаза на волка. Рыжеволосая развернулась в сторону мужчины и гордо подняла голову.
– Должно быть, это логичный вопрос, если не учитывать того факта, что я вернула девочку сюда. Неужели, будь это моих рук дело – я бы поступила так опрометчиво? – девушка сделала шаг в сторону шатена, а волки вокруг напряглись. Любой из них был готов защитить своего альфу, Лита чувствовала это. Только сейчас она заметила, что среди собравшихся есть и те, кто приняли волчьи обличия. Огромные волки возвышались над остальными, принцесса в который раз за ночь ощутила, как мурашки пробежали по спине. Похоже, мужчине не понравилась дерзость в свой адрес. Он поднял руку и круг оборотней начал сужаться. Они подходили ближе, а Лита немедля встала в боевую позу, готовая в любой момент отбивать атаки. Вдруг сзади послушался рык. Мартелл увидела, как над ней растёт тень, покрывая пространство рядом. Принцесса медленно обернулась, затылком чувствуя, что сзади что –то опасное. Лиловые глаза округлились в ужасе, а тело будто налилось свинцом, отказываясь двигаться. Над ней возвышался огромный, белый ликан. Он отличался от волков, собравшихся вокруг, будто сошедший с иллюстраций бестиария. Существо имело схожие с человеческим торс и руки, с длинными когтями, которые точно могли одним ударом раскромсать что угодно. Оборотень стоял на задних лапах, и стоял уверенно, показывая всё своё величие и опасность. С волчьей пасти выпирали острые, как бритва, клыки, предназначенные только для одного – убийства. Это была она, высшая форма оборотня, доступная только самым сильным ликантропам. Пугающее и такое завораживающее существо, но в душе и сознании Ипполиты оно вызывало только ужас. Существо сделало шаг к Лите. Принцесса сглотнула, принимая осознание того, что с таким ликаном справиться будет куда сложнее, а если учитывать общее количество волков – шансы на выживание катастрофически стремились к нулю. Это было то, чего Мартелл никогда не испытывала – животный, первобытный ужас, желание просто исчезнуть, сбежать. Вампирше всегда казалось, что ей ничего не может угрожать, ведь она относиться к одним из самых опасных существ в мире. Вот только она не до конца осознавала, что не только вампиры таят в себе опасность. Смотря на это существо, Мартелл полностью осознала, что они всего лишь «одни из». Ликан замахнулся, его длинные когти сверкнули в слабом свете луны. Девушка приготовилась к удару, но вместо этого лапа качнулась в сторону других членов стаи. Он отгонял всех от Литы, стараясь защитить.
– Отойдите от неё!
Эстер и Дориан, буквально, впрыгнули в этот «круг смерти». Оборотни закрыли девушку собой, давая понять, что не позволят никому подойти ближе.
– Она ничего не сделала Алисе, наоборот, Лита спасла её! – Эстер дёрнулась вперёд, этим движением заставляя другого оборотня отойти.
Мартелл обернулась, ища глазами Ника и Шона, но те не обращали внимания на происходящее. Волки осматривали свою дочь, убеждаясь, что на ней нет никаких травм.
– Отец, это правда. Мы сами видели, как принцесса вытащила Алису, – Дориан выпрямился, руками показывая всем, что время успокоится.
Лита почувствовала, что ноги подгибаются, но не могла позволить себе упасть, не могла позволить увидеть свой страх.
– Я просто хотел припугнуть её. У юной принцессы слишком острый язык, – шатен опустил руку и повернулся к своей стае, – Спасибо вам всем за содействие в поисках моей внучки, но девочка нашлась. Вы можете быть свободны, отдыхайте.
Мужчина доброжелательно поклонился своим подопечным, волки понемногу начали расходиться.
– Ох, Лита, я так рада, что ты цела.
Принцесса оказалась в объятиях Эстер. Лита не ожидала такого, но отталкивать девушку не стала, а наоборот, нашла в ней опору. Как –никак, они с Дорианом вступились за неё. Лита посмотрела на ликана, который внезапно защитил её. Внушительная фигура отошла, не мешая молодым существам. Лита не могла отвести глаз от этого опасного существа, не понимая, как её предки вообще могли справиться с чем –то подобным. Страх, который она испытала – не шёл в сравнение ни с чем, заставил стоять в ступоре, ожидая своей участи. Наконец, Янг отпустила рыжеволосую и повернулась к Дориану. Парень мялся, но так и не решился подойти ближе.
– Мам, смени форму, ты её напугала, – Дориан перевёл взгляд на существо.
– «Значит, ликан – это Илва. Стоило догадаться, учитывая белую шерсть», – рыжеволосая облегчённо выдохнула.
Лита не хотела признаваться себе, что всё, что было в её голове в момент, когда она обернулась – это страх. Жена альфы ушла, скрываясь в лесу. Внимание Мартелл привлекло движение с другой стороны. Девушка обернулась и напряглась, увидев, что Ник идёт к ней. Мужчина подошёл к Ипполите, его красные от слёз глаза стали ещё ярче. Найдя в себе силы, мужчина тихо произнёс:
– Спасибо тебе. Огромное спасибо, – оборотень упал на колени перед вампиром, рыдая во весь голос.
Лита не ожидала такого. Казалось, что он может броситься на неё с обвинениями, с вопросами, но никак не с благодарностью. Да, она нашла его ребёнка, но падать в ноги?.. Девушка наклонилась, поднимая мужчину. Ник тут же обнял её, сжимая в своих крепких объятиях. Радость от спасения ребёнка затуманила здравый ум и вынудила забыть все правила приличия. Хотя, если уж Лита испытала такую радость тому, что удалось спасти девочку, так её родители точно испытывают это чувство в сто крат сильнее. Мужчина поднял Литу над землей и обнял ещё крепче, при этом постоянно шмыгая носом. Терпению Ипполиты пришёл конец, и та угрожающе процедила:
– Никон, у тебя есть две секунды поставить меня на землю, а иначе я врежу тебе по самому дорогому, – девушка сжала кулак и поставила его напротив паха оборотня, – Раз...
Но говорить «два» не пришлось, Ник тут же выпустил вампира из своих объятий.
– Злая, – мужчина вытер слезы.
– Обыкновенного «спасибо» было достаточно. Не стоит забывать о манерах, – Лита убрала руки за спину, выпрямляясь.
– Ты спасла мою малышку и за это я в жизни не расплачусь.
Но Лита не успела ответить, так как её перебила Эстер.
– У тебя видна грудь.
Лита опустила взгляд и действительно, одна из грудей выпала из порванной ночной, благодаря тесным объятьям Никона. Мужчины отвернулись, дабы не смущать девушку. Мартелл накрыла ладоней свою грудь, грустно вздыхая. Видимо, всему её гардеробу суждено схорониться в этом беспокойном месте.
– Твоя ночная теперь больше похожа на половую тряпку. Тебе бы переодеться, – Эстер провела рукой по плечу Литы и взяла ту за руку.
Девушке было всё равно на то, что руки вампирши грязные, она искренне переживала. Пока Эстер была занята Литой, Дориан подошёл к племяннице и тоже осмотрел её.
– Ты такая тактильная... – недовольно пробубнила Ипполита, но руку не убрала.
Послышались шаги. К ним направлялась Илва, но уже в человеческом облике. Женщина подошла к Шону и забрала к него Алису.
– Никон, твой отец вызвал Клару, она прибудет завтра утром. Я присмотрю за Алисой, а вам с Шоном лучше отдохнуть, – женщина кивнула своему зятю.
Тот поднялся, устало вздыхая.
– Да, Ник, пойдем. Нам нужно успокоить Курта и Эксла. Они там, наверняка, уже дверь выбили.
Ник кивнул на слова мужа и молча пошёл за ним. Похоже, у оборотня просто не осталось сил, чтобы спорить.
– Ипполита, – волчица обратилась к вампиру серьёзно, от такого тона сразу захотелось встать по струнке смирно, – Спасибо.
Женщина кивнула, Лита кивнула в ответ.
– Нам всем тоже не помешает отдохнуть. Завтра будет очень тяжелый день.

***

Тишина бывает настолько гнетущей, что даже тому, кто привык к ней, хочется искать выход, попытаться сбежать, скребясь в каждую дверь. Но что раздражает больше – так это, когда тишина и ожидание сплетаются в ужасающем танце, водя в свой хоровод вокруг каждого, кто находится под этой деревянной дверью. Произошедшее с Алисой повергло в шок всю стаю, многие потеряли покой. Впервые за всё время пребывания Литы здесь – было тихо. Вампирский слух мог уловить разве что дыхание оборотней и быстрое сердцебиение. Что она вообще здесь забыла? Она спасла Алису, этого достаточно. Эта девочка, да и эти волки – никто для неё. Но от чего же она стоит под этой дверью, ожидая вместе со всей семьей Монбарн? Пытается оказать поддержку так, как может? Остальные оборотни стаи собрались на заднем дворе, ожидая новостей.
– Да сколько можно ждать?! Я захожу! – Никон подорвался с кресла и направился к двери, но его остановила рука мужа.
Шон молча покачал головой. Он понимал, что слова сейчас не помогут, но его любимому нужна поддержка. Ник нахмурился, всё же сев обратно на своё место. Лита стояла между Дорианом и Эстер, которые снова поругались. Нервы всех присутствующих были на пределе, и вот, долгожданный скрип дверной ручки. Из комнаты выглянула темнокожая девушка, её карие глаза осмотрели каждого, но остановились на Лите. Ведьма осмотрела рыжеволосую с ног до головы, выражение её лица осталось таким же.
– Клара, как моя дочь?! – Ник подорвался с кресла, но крепкие руки Уокера не пустили его дальше, – Шон, пусти меня! Я хочу увидеть Алису! – но мужчина не послушал.
– Боюсь, это разговор только для двоих из вас. Остальные должны выйти из дома.
Видимо, эта женщина пользовалась огромным авторитетом в стае, ведь все, даже Элайджа с Илвой направились к выходу. Дориан был единственным, кто хотел возмутиться, но строгий взгляд Ника утихомирил брата. Супруги остались стоять возле входа в комнату. Мартелл пошла следом за Эстер.
– Принцесса, стой, – грубый, хриплый голос ведьмы остановил не только Литу, но и всех остальных, – Шон, иди с остальными, а она останется, – приказала женщина.
Волк остался стоять подле мужа. Он мотал головой, крепче сжимая руку Ника. Лита осмотрелась, оказалось, что даже не нужно уметь читать мысли, чтобы понять, что все здесь подумали об одном и том же: «Какого хрена ей там делать?»
– Нет, я не оставлю его. Нет и ещё раз нет! – зеленые глаза мужчины начали наполняться слезами.
Стало очевидным, что нервы Шона тоже на пределе. Он пытался казаться сильным и спокойным, только чтобы Нику было легче, но сам был так же разбит. Женщина продолжила смотреть на принцессу, ожидая, когда та подойдет.
– Дорогой, пожалуйста, иди проверь, как там мальчики, – Ник поцеловал руку мужа, но тот продолжил стоять рядом.
– Шон, ты слышал слова Клары. Не заставляй выводить тебя насильно, – Элайджа говорил спокойно, но злой взгляд заставил Шона подчинится.
Он вышел со всеми, а растерянная Лита зашла в комнату следом за Ником. Что вообще ей здесь делать? Неужели ведьма поняла, что Мартелл как –то спасла почти мёртвую девочку? Никон сразу же подошёл к дочери и осмотрел малышку, но она не реагировала. Алиса сидела и смотрела в одну точку, гладя белого котёнка.
– Доченька, ты как себя чувствуешь? Ответь папочке, пожалуйста, – мужчина погладил ребёнка по волосам.
Вместо ответа малышка покачивалась со стороны в сторону, напевая ту странную песню, которую напевал призрак. От воспоминания по спине снова пробежали мурашки, но Мартелл старалась «держать лицо».
– Почему она молчит? – Монбарн старался не повышать тона, но дрожащий голос выдавал то, что он уже на грани.
– Тише, мой друг. Криком ты к ней не достучишься, – ведьма устало села в кресло.
Её волосы были окрашены в розовый цвет, а яркий макияж не позволял Лите смотреть на женщину спокойно. На фоне темной кожи он был еще более ярким, будто им она отвлекала внимание от своих эмоций и не давала запомнить внешность, скрывающуюся под ним.
– Что это значит?! – мужчина подошёл к ведьме и сжал кулаки.
– Твоя дочь лишилась разума. Считай, что это просто оболочка с разбитой душой внутри, – Клара говорила спокойно, даже холодно.
Она не сочувствовала горю оборотня или самой Алисе, эта женщина просто выполняла свою работу.
– Так сделай с этим что –то! За что мы тебе платим?! – Ник склонился над ней, опираясь руками о подлокотники кресла. Женщина с угрожающим выражением лица подняла глаза, но волк не собирался отступать.
– Простите, а что я здесь делаю? Мне кажется, Шону действительно нужно было остаться.
Карие глаза ведьмы переметнулись на Литу.
– Никон, отойди. Не хочу применять силу, – спокойствие этой женщины поражало.
Она не остерегалась вспыльчивости оборотней, Клара знала, что ей ничего не угрожает. Никон отошёл от ведьмы и снова подошёл к Алисе. Он провёл большой ладонью по её голове, снова никакой реакции.
– Прости, Ник. Я ничем не смогу помочь. Боюсь, твоя дочь навсегда останется такой. А сейчас забери ребёнка, мне нужно поговорить с рыжей.
Мужчина развернулся к женщинам, его голубые глаза стали ещё ярче от слез. Ипполита на всю жизнь запомнит этот взгляд. Взгляд родителя, который не смог уберечь своё дитя. Она уже видела его однажды, когда отец сообщил, что Дариус не приедет в их новый дом.
– Ты хочешь сказать, что моя дочь останется овощем на всю жизнь?! Что с ней произошло?! – мужчина кричал, кричал что было сил.
Он схватился за голову и упал на колени. Ник склонил голову к полу, рыдая. Сердце Литы сжалось от жалости и сочувствия, но ведьма продолжила хладнокровно смотреть на мужчину сверху вниз.
– Клара, прошу, умоляю, помоги ей. Я сделаю всё, что угодно, отдам что попросишь, только помоги моей малышке, – молил он, задыхаясь от горя.
Лите захотелось помочь, хотелось успокоить волка, но она осталась стоять на месте. Кто она такая, чтобы влезать в это?
– Это не твоя вина, но твой крест. Судьба распорядилась так, ты не можешь оспаривать её решения и понесёшь это бремя в одиночку. Окружающим не понять того горя, что ты испытываешь, они попытаются помочь, но знай, если ты сам не справишься со скорбью – никто не сделает это за тебя. А теперь иди.
Наставление женщины звучало холодно, но похоже её слова заставили Ника взять себя в руки. Лита понимала, что он не смирится и его душе не будет покоя. Чувство вины сожрёт оборотня изнутри, она видела это в потухших, голубых глазах. Волк поднялся и взял свою дочь на руки, котёнок даже не шелохнулся, оставшись лежать на девочке. В его взгляде не было ничего, а его уста больше не произнесли и слова. Он ушёл, неся на руках то, что осталось от его любимой малышки.
Ещё пару минут в комнате витало молчание. Лита не решалась заговорить, а ведьма просто смотрела в окно.
– Скоро зима. Думаю, она будет холодной, – женщина будто пыталась найти нужные слова, поэтому начала разговор издалека.
– Послушайте, если вы хотите что –то мне сказать или попросить – давайте сразу к делу. Вы явно сказали мне остаться не просто так.
– Ипполита, подойди сюда и дай мне свои руки, – женщина постаралась улыбнуться добродушно, но это получилось фальшиво.
Делать было нечего, вампир подошла ближе и тогда Клара начала снимать перчатки. Пусть сама ведьма выглядела молодо – руки её говорили об обратном. Старые и морщинистые, с кучей шрамов. Женщина достала из кармана нож и полоснула себя по вене. Лита опешила, совершенно не понимая, что происходит. Её кровь пахла ужасно, гнилью и смертью, будто она уже была мертва. Клара протянула свои руки, девушке стоило немалых усилий не скривиться. Принцесса вложила руки в грубые ладони женщины, и та крепко сжала их. Глаза ведьмы залились чёрным цветом, а губы без остановки бормотали что –то. Она начала трястись, казалось, что женщина вот –вот впадёт в припадок. Лита с испугом наблюдала за этим, но что –то внутри говорило, что лучше не прерывать это странное действо. В один момент женщина затихла, а на руках Литы снова появились странные вены. Белые и черные узоры распространялись по всему телу, переплетаясь между собой. Рана на руке женщины, нанесённая всего мгновение назад, начала затягиваться. Ведьма отшвырнула руки Ипполиты и в этот момент вены исчезли. Она опустила голову вниз и прокашлялась, прикрывая руками рот, из которого потекла тёмная жидкость вперемешку с кровью. Женщина тщетно пыталась скрыть это руками. Ужасная вонь била в нос вампира и вызывала чувство тошноты. Если раньше от запаха крови появлялся голод, сейчас Лите хотелось выплюнуть всё, что она выпила утром. Клара взяла со стола полотенце и вытерлась им, стирая вместе с противной жидкостью свою яркую помаду. Она вновь замолчала. Похоже, ведьме нужно было собраться с силами, чтобы начать говорить. Она достала из своей сумки бутылку с водой и отпила, совершенно не беспокоясь о том, что принцесса ожидает пояснения.
– Ты понимаешь, что состояние Алисы – твоих рук дело? Девушка опешила, но не смогла произнести ни слова.
– Судя по реакции – не понимаешь. Твоя сила очень опасна, Лита. Это и дар, и проклятие одновременно, – Клара встала с кресла и начала собирать разложенные на столе травы и колбы.
– Что вы несёте? Я спасла ей жизнь! – Лита выпрямилась, гордо поднимая голову выше.
– ПОЧТИ спасла. Дело в том, что сила исцеления работает только с условием «равновесия». Ты можешь спасти жизнь, но взамен должна отнять её у другого. Скажем так, переливая жизненную силу из одного сосуда в другой. В случае отсутствия этого – ты просто заменишь одну травму на другую, – женщина закатила глаза, осознав, что вампир не понимает о чём речь и спустя недолгую паузу продолжила, – К примеру: ты исцелишь человеку ранение, но у него были проблемы со слухом. В итоге – он выживет, но оглохнет.
– То есть я исцеляю, забирая остатки силы из самого уязвимого звена организма?
На свои слова Лита получила одобрительный взгляд.
– Да, но это не всегда физическое здоровье. Если человек здоров физически, твоя сила нанесет урон ментальному здоровью. Как с Алисой. Её психика была нарушена, к тому же душа уже почти покинула тело. Ты вернула саму оболочку к жизни, но больные душа и разум заплатили за это собой, – женщина захлопнула чемодан.
Лита опустила глаза на свои руки.
– «Неужели это действительно моя вина? Неужели такое возможно?» – в голове рыжеволосой были лишь вопросы.
Почему тем особым даром, который дремал в ней столько лет – оказалось именно это? Лита продолжала смотреть на свои ладони. Что это за бред? Использование этой способности казалась куда более жестоким, нежели позволить кому –то умереть. Как такое вообще может считаться «даром»?
– Думаешь о том, почему твоя сила работает именно так?
– Ты ещё и мысли читаешь? – фыркнула Лита, но колкость осталась незамеченной.
– Девочка, в мире существует шаткое равновесие, а дар, которым ты владеешь – может его нарушить. Поэтому ты можешь спасти жизнь, только отняв её или искалечив по –другому, – она обернулась и посмотрела на часы, – Как быстро летит время. Мне пора бежать, – Клара подошла к двери, но у порога её остановила рука Ипполиты.
– Что мне делать с этим? Как ты узнала, что это именно моя способность сделала это с Алисой? – девушка старалась держать лицо, но дрожащий голос выдавал волнение.
– При осмотре Алисы я поняла, что здесь замешана непростая магия. Мне было нужно убедится, поэтому я и порезала себя, затем воззвала к твоим силам, – кареглазая снова прокашлялась, – Можешь сказать оборотням правду, а можешь сохранить голову на плечах и соврать. Это твой выбор.
Лита отпустила руку ведьмы и отошла, пропуская её к выходу. – Будь осторожна с этим даром, Ипполита, – женщина скрылась за дверью.
Только тогда Лита смогла выдохнуть, но это не было вздохом облегчения. Девушка стояла посреди комнаты, ноги подкашивались, но даже находясь в одиночестве – она не могла позволить себе упасть. Ещё пару минут назад Лита думала, что её дар может быть полезным, но сейчас она осознала, что он очень жестокий. Теперь Лита поняла, почему ведьма попросила всех уйти. Клара уберегла принцессу от обвинений и угроз в её сторону. Дала право самой рассказать о том, что это по её вине Алиса теперь такая. А может Клара просто хотела, чтобы Лита смотрела на последствия в полной мере, чтобы чувство вины перед Никоном сожрало её изнутри. Да, Ипполита спасла девочке жизнь, но разве то, что её ждёт – можно назвать жизнью? Простое существование. Она задумалась над тем, стоит ли рассказывать волкам обо всём этом и почему сразу не рассказала о том, что исцелила малышку. При одном воспоминании об истинном облике Илвы, в голове уже был ответ:
– «Никогда и не за что».
– Лита, ты там? Я могу зайти? – стук в дверь отвлек девушку от этих мыслей.
Мартелл тряхнула головой, прогоняя размышления. Она подошла к двери и открыла её, поднимая глаза на Дориана. Что бы он сделал с ней, узнав, что это по её вине Алиса стала овощем? Да, она не нападала и не имеет никакого отношения к тому, что случилось с девочкой ранее, но будет ли это достаточным оправданием?
– Чего ты так долго? – парень осмотрел вампира, но никаких изменений не заметил.
– Какая разница, где я? Ты сейчас должен быть возле брата, мало ли, что он может натворить в таком состоянии, – Лита обошла оборотня и подошла к лестнице, но сильная рука волка остановила её.
– Мне сказали привести тебя вниз. У нас есть вопросы, – он закончил говорить, а рука разжалась.
За время, которое Лита находилась у них, Дориан прекрасно понял, что лучше не трогать девушку в лишний раз, но ожидаемой реакции не последовало. Монбарн просто хотел предупредить её, чтобы она была готова к натиску и вопросам, но Лита даже не ответила, а просто молча спустилась вниз. В гостиной сидела вся семья оборотней, за исключением Никона. Все молчали, никто не решался нарушить молчание.
– Я хочу прогуляться. У вас есть вопросы? – девушка старалась смотреть в одну точку и не отвлекаться на окружающих.
Внезапно раздался хлопок входной двери и в комнату влетел Никон. Он хотел подойти к Лите, но его остановил Дориан.
– Что ты знаешь? Что тебе сказала Клара?! Говори сейчас же!
Дориан держал своего брата, не давая оборотню сделать и шага. Сомнение и страх подобно змеям обвились вокруг её, не давая и шевельнуться. Ладно справится с парой оборотней, легко, на то Лита и чистокровная, но с целой стаей? Точно ли их остановит то, что она спасла Алису, ведь спасение обошлось слишком дорого. Девушка собралась с силами, чтобы солгать как можно убедительнее.
– Она просто хотела услышать мою версию того, что случилось с Алисой и расспросить о деталях. И посмотреть на мою реакцию на происходящее, наверное, подозревала меня. В конце концов, это же я её нашла, – рыжеволосая обернулась в сторону Ника, на её лице не было и тени сомнения.
Хороший актёр мало чем отличается от хорошего лжеца, просто актер играет на сцене, а она в жизни. Особой убедительности предавал и страх лишиться головы.
– А Шону не позволила зайти, дабы потом не откачивать вас обоих. Один из вас должен быть в более здравом уме. Монбарн больше не пытался подойти, он начал оседать, так что его муж и брат быстро усадили волка в кресло.
– Ник, мы что –нибудь придумаем. И вообще, Клара ведь может ошибаться и всё –таки есть способ вернуть Алисе сознание, – Эстер подошла к волку и взяла его за руки.
Янг была точно сестра, которая пропускает через себя всю боль брата.
– Ипполита, я хочу поговорить с тобой. Наедине, – Элайджа поднялся с дивана и указал рукой на дверь кабинета.
Илва сидела молча, даже не поднимая взгляда на мужа. Девушка кивнула и прошла следом за альфой. Оказавшись в кабинете, где состоялось знакомство с Илвой, она заметила, что теперь на резном троне нет белой шубы. Мужчина сел на место, где в прошлый раз восседала его супруга, рукой указал на стул напротив.
– Благодарю, я постою, – девушка кивнула в знак признательности.
– Мы так и не познакомились. Элайджа Коул Монбарн, альфа этой стаи, – мужчина не смотрел на рыжеволосую, он перекладывал бумаги с одного края стола на другой.
Казалось, что этим действием он пытается завуалировано продемонстрировать, что Ипполита является для него пустым местом. Он здесь хозяин и всё будет «лежать» так, как он того пожелает.
– Ты приехала, пока я был в отъезде, надеюсь, моя стая показала себя с лучшей стороны, – он закончил перекладывать бумаги и только тогда поднял взгляд на вампира.
Этот мужчина даже не пытался скрыть своё пренебрежение за улыбкой, его выражение лица сразу дало понять, что перед принцессой существо, которое не будет церемониться ни с кем. За вежливостью этого разговора и холодным тоном Элайджи скрывалась неприязнь.
– Да, все были довольно дружелюбны, благодарю за беспокойство, – вампир не отрывала взгляда от мужчины, отвечая так же с показательной вежливостью.
– Хочу поблагодарить тебя за то, что ты спасла жизнь моей внучки. То, что с ней случилось – ужасно, – мужчина смотрел перед собой.
– «Не похоже, что тебе есть до этого дело».
Литу смутило то, что его тон остался таким же спокойным, как и был до этого. Неужели Элайдже настолько безразлична даже его собственная семья, или это напускное, чтобы не показывать слабости перед посторонними?
– Я хотел спросить: ты точно ничего не видела? Можешь рассказать мне, это останется в тайне, я обещаю, – и только после этих слов он посмотрел прямо в глаза Мартелл.
Сердце волка забилось чуть чаще, лишь на мгновение, но оно не ускользнуло от внимания вампирши.
– С чего бы мне что –либо умалчивать?
– Ты ведь хрупкая девочка, может, боишься за свою жизнь? Мало ли, что может произойти, если всплывет то, что не следует.
Вроде бы обычный разговор, но Лита готова поклясться, что эта фраза звучала, как угроза. Раньше Лита думала, что в этой семье самая раздражающая персона – это Дориан, но теперь понимала, что не видела картину полной. Было ощущение, что этот мужчина отравляет своим присутствием.
– Но не переживай, тебе ничего здесь не угрожает, – на лице оборотня появилась улыбка, такая фальшивая, будто он просто надел на свое лицо маску.
Принцесса сделала шаг к столу. Как же её разозлили эти слова, и злили они потому, что были чистой правдой. Она боялась, ещё как боялась и это чувство было омерзительным, но она никогда не позволит себе показать это. Стоит только раз показать свой страх и слабость – будьте уверены, этим непременно воспользуются. Мартелл стоило немалых усилий, чтобы взять себя в руки.
– Если мне не изменяет память – этой ночью вы хотели проучить меня, натравив на меня своих подчиненных. Так с чего же сейчас вы так снисходительны и добры? – Лита склонилась над столом, упираясь в него руками, – Я стараюсь вести себя вежливо, дабы моей семье не было стыдно за моё поведение, но не советую злить или недооценивать меня. Или забывать о том, кто я.
Пальцы девушки впились в стол, от чего по дереву пошли трещины. Секундная пауза создала ещё большее напряжение в комнате. Каждый из них старался задавить другого авторитетом. Лицо принцессы оставалось спокойным, лишь глаза, горящие фиолетовым свечением, выдали всю ярость, которую она испытывала.
– Я испортила ваш стол. Прошу простить, иногда я не контролирую свою силу, – принцесса улыбнулась, так же фальшиво, как ранее улыбался Элайджа.
Мужчина опустил глаза на глубокие следы в крышке стола, которые оставили пальцы вампирши, а затем поднял взгляд на саму Литу. Теперь он смотрел на неё по –другому, смотрел, как на достойного противника.
– Ничего страшного, это всего лишь красное дерево, – он с досадой вздохнул, – Можешь идти. Будь добра, позови моих сыновей.
Лита кивнула в знак прощания. Вампирша собиралась выйти, но ей внимание привлёк новый предмет, который она либо не заметила в первый раз посещения кабинета, либо он только появился. Лита засмотрелась на меч за стеклянной дверцей комода. Он был очень красив, на острие были выгравированы волчьи силуэты, настолько мелкая и скрупулёзная работа, что у рыжей перехватило дыхание.
– Что, нравится? – Элайджа подошёл к шкафу, – Это реликвия предков моей жены. Собственно говоря, поэтому я в этот раз и уезжал. Хотел, чтобы эта вещ была у нас, а не у каких –то самозванцев.
Лита кивнула, а сама думала о том, что мужчина так –то и сам не является северным волком, но похоже, брак с Илвой менял для него этот факт. Лите ужасно хотелось прикоснуться к такому древнему оружию, но смогла взять себя в руки и ещё раз попрощавшись с мужчиной – вышла прочь из кабинета. За стенами этой комнаты даже воздух отличался, но спокойствие длилось лишь секунду. На вампира устремились взгляды остальных оборотней, но никто не решался задать интересующие их вопросы.
– Никон и Дориан, Элайджа позвал вас, – Лита прошла мимо, не желая говорить с кем –либо.
Хотелось покинуть этот дом и просто пройтись. С приездом Элайджи обстановка в семье Монбарнов, казалось, накалилась. Хотя может, дело было только в инциденте с Алисой. Лита вышла из дома и направилась в сторону леса. Её не покидали навязчивые вопросы и мысли, хотелось побыть в одиночестве и наконец, спокойно подумать. Почему она столько лет жила спокойно, без происшествий, а в эти месяца, будто, живет в скоростном режиме? Событие за событием, или ей так кажется как раз таки из –за того, что раньше её жизнь была однообразной, монотонной? Лита всё шла вперёд, смотря под ноги. Опавшие листья хрустели под весом тела, цеплялись за подол платья, решая прокатиться на юбке принцессы. Что –то напрягало во всем этом, но она не могла понять, что именно. Чуть поодаль пробежал ребёнок и Лита подняла глаза. Он запрыгнул на руки матери, а та нежно поцеловала своё чадо в висок, поглаживая по волосам.
– Мамочка, я могу ещё поиграть? – ребёнок так искренне улыбался маме, что у женщины не было сил отказать.
– Хорошо, только вернись дотемна.
И мальчик убежал к друзьям. Точно, вот оно. Что Алиса делала там в такое время? Да, в этом месте ночью жизнь кипела ещё активнее, но Лита почти никогда не видела детей в такое время. А может она упала туда до захода солнца? Нет, тогда тревога поднялась бы раньше. Слишком маленькая, чтобы самой быть на улице в такое время. А значит – в этом кто –то замешан. Но кто? Кому это выгодно? Она ведь всего лишь ребёнок. Может, увидела то, чего не стоило? Девушка заходила всё дальше, ноги сами несли её по направлению к тому самому обрыву. Лита была там всего раз, но дорогу запомнила на всю оставшуюся жизнь. Она посмотрела вдаль, на той стороне лес продолжался, и судя по всему, рядом моста не было.
– Что я здесь делаю? Это вообще не мое дело! – рыжеволосая пнула стоящий рядом камень, вложив в этот удар всю свою ярость от непонимания происходящего.
Ни в чём неповинный валун разбился на осколки, разлетевшиеся в разные стороны. Но эти слова не успокоили. Что она здесь ищет? Ответы на свои вопросы? Девушка опустила глаза на место, где стоял камень. В голове всплыл образ убитой ею девушки, которую они спрятали под валуном. Но в этой ямке принцесса ничего не обнаружила. Почему она опять испытывает это чувство безысходности и желание помочь? Эта семья – никто для неё, к тому же Лита здесь в статусе пленницы. Так почему? Лита сделала шаг назад, затем ещё шаг. Обилие мыслей в голове снова откинуло окружающий мир, а ноги сами делали шаги. Она не знает, ничего не знает и ничего не понимает. Кто даст ей ответы на все вопросы? Отыщет ли принцесса в себе силы найти ответы самостоятельно?

***

Ипполита весь день бродила по лесу, желания возвращаться в дом оборотней не было, да и вряд ли в данный момент поднимут сильную панику, если не обнаружат вампиршу. Уходящий месяц уже поднялся на небосвод, его белый свет укутал Литу своей прохладой. Она вспомнила холодные, но такие согревающие душу объятия Габриэля. Вампир подняла глаза и улыбнулась луне, подобно старой подруге, которая разделяет с ней все секреты и мечты. А ведь действительно, только она скрашивала ночи одинокой девочки, которую никуда не выпускали.
– Луна – всего лишь земной спутник, витающий в сотнях тысяч километров от нашей планеты, так отчего же вокруг неё столько беготни?
Лита вздрогнула от этих слов, а её глаза сразу вычислили источник шума.
– Я напугал тебя? Хахаха, какая глупость, разве можно напугать чистокровную? – парень стоял чуть дальше.
Лита лучше рассмотрела его, от чего глаза вампира «полезли на лоб». Парень стоял полностью нагой. Принцесса не видела лица, его закрывали волосы. Золотые локоны спускались до колен, скрывая обнаженное тело. Парень повернулся к Лите и её глаза ещё больше округлились. Взгляд сам опустился ниже, рассматривая мужское тело.
– «Не думала, что первый раз, когда я увижу голого мужчину –произойдёт так...» – рыжеволосая внимательно осматривала блондина.
Высокий и стройный, даже худой, но имеет рельефные мускулы и довольно внушительный половой орган.
– Дамочка, мои глаза здесь, – он указал большим пальцем на своё лицо и гордо поднял голову.
Парень стоял уверено, похоже, его не смутило то, что Лита так его рассматривала.
– Если бы вы прикрылись, то было бы легче смотреть в ваши ГЛАЗА, – но Лита подняла взгляд, соблюдая рамки приличия. Лицо парня оказалось довольно феминным, скрывающим в себе таинственную красоту. Он пах странно и незнакомо, не как оборотень.
– А чего стесняться? Такими нас создала природа, – парень убрал волосы за уши.
Тогда Ипполита поняла, что за существо стоит перед ней.
– «Эльф? На территории оборотней?» – девушка осмотрела его уши внимательней.
– А теперь ты рассматриваешь мои уши. Извращенка какая –то, – он развернулся к Лите спиной.
Похоже, интерес к ушам смущал больше, чем интерес к половому органу. Его светлая кожа будто светилась в лунном свете. Эльф присел, чтобы сорвать какие –то травы, а его красивые волосы упали на сухие листья.
– Кто... Кто вы такой?
Сказать, что парень выбил Литу из колеи – ничего не сказать. Она забыла все слова и манеры, хотелось напрямую спросить: «Что с тобой не так?», но принцессе удалось совладать с собой.
– По этикету ты должна представиться первая, – он обернулся.
Его движения были странными, но не лишёнными плавности и грации. Взгляд золотых глаз казался одновременно проницательным и отсутствующим.
– Я – принцесса, соответственно, выше вас по статусу. Это вы должны первым представиться, – Лита недовольно фыркнула.
– Но ты не моя принцесса, да и к тому же – гостья на нашей земле. Хочешь узнать моё имя – назови своё.
Лита закатила глаза, он точно знает кто она, просто строит дурочка. Любопытство не позволяло просто проигнорировать столь неординарное существо, слишком уж хотелось узнать о нём побольше, так что Лита сдалась.
– Ипполита Бел...
Эльф оказался рядом с вампиром и поднес к её губам указательный палец.
– Давай без официоза, я всё равно полное имя не запомню, – он убрал руку.
Парень улыбался вампиру, а девушка снова потеряла дар речи. Новый знакомый казался таким странным, но что –то в нём завораживало и это не позволяло сделать ему замечание или хоть как –то грубо ответить.
– Меня зовут...
– Лита. Я знаю, – он кружился вокруг рыжеволосой, осматривая её.
Мартелл поджала губы. Он точно играется с ней, пытаясь довести до высшей точки кипения.
– Тесеус!
Парень остановился и посмотрел в сторону, откуда раздалось его имя.
– Тес, ты где?! – женский, грозный голос приближался.
– Черт, черт, черт, она нашла меня! – Тесеус забежал за спину Литы, прячась.
– «Всё чуднее и чуднее».
И вот показался источник крика. Тереза целенаправленно шагала в сторону Литы.
– Ипполита, прости его, – женщина улыбнулась, но улыбка исчезла, когда Тери перевела взгляд на эльфа, – Я же говорила тебе не разгуливать здесь голышом! И вообще лучше тебе не покидать дом без меня!
Она старалась говорить спокойно, но всё равно срывалась на крик. Парень схватил Литу за плечи, прячась за Мартелл.
– Я устал сидеть дома, а сегодня уходящая луна, самое время для сбора этих трав! – он указал на лежащий рядом мешок.
Тереза поднесла кулак к губам, стараясь не выражаться. Лита стояла между этими двумя, не понимая, какого черта твориться. Девушка дёрнула плечами, но руки эльфа сильнее сжали их.
– Тес, отпусти её. Не хватало, чтобы её высочество что –то тебе сломала. Конечно, по заслугам было бы, но лечить то мне придется.
На удивление, парень отпустил её. Похоже, не настолько сильно он боится эту женщину, скорее, больше играет.
– Лита, моё приглашение ещё в силе. Пойдём, наш дом недалеко, – женщина снова улыбалась.
Вампир всё ещё пыталась переварить ситуацию, так что просто пошла следом за волчицей.
Вскоре показался дом, стоящий среди леса. Стены дома обвило какое –то зеленое растение, он сливался с лесом, хотя нет, он сроднился с ним. Дорогу к дому освещали небольшие фонари, между которых все и прошли. Ипполите любезно открыли дверь, пропуская вперед.
– Снаружи дом кажется меньше, – Лита внимательно осматривала новое помещение.
Уютно, особенно Мартелл понравились два красных кресла, стоящих у камина.
– Просто такая планировка, – Тереза указала на диван, предлагая Лите присесть, – Тес, приведи себя в порядок, а я заварю нам чаю.
– Но Тереза, я же дома! Почему я должен носить эту отвратительную одежду?! – эльф явно был недоволен, он обиженно скрестил руки.
– Потому что у нас гостья! Потом успеешь задом посветить.
– Ой, будто тебе это не нравится, – парень игриво подмигнул волчице и направился в другую сторону, игриво покачивая бедрами.
– «Странный парень.»
Тереза так же ушла. Лита осмотрела гостиную, её внимание привлекли фотографии. Их было много. Особенно свадебных. Тереза и Тесеус обнимали друг друга, целовали и просто позировали, счастливо улыбаясь. Тери вернулась, держа поднос с чаем.
– Так вы женаты? – Лита постаралась сказать это спокойно, но смех Терезы дал понять, что удивление скрыть не удалось.
– Да, мы странная пара, понимаю твое удивление, – женщина протянула чашку.
– Ещё бы. Оборотень и эльф, межрасовые браки – редкость, – Лита взяла чашку в руки, но пить не торопилась.
Ей интересен вкус, и вообще, живя с оборотнями она поняла, сколько упустила, не пробуя обычную еду, но трудно менять привычки.
– То есть тебя только это смущает? – теперь уже удивилась Тереза.
– Да, а что ещё? Разве что он немного... Неординарный, а ты вроде бы весьма серьёзная особа, – Лита прокрутила в руках чашку, наблюдая, как напиток повторяет её движения.
– Да ладно, ничего, – голубоглазая улыбнулась и плюхнулась в кресло, – К тому же, Теси – не совсем эльф. Он наполовину эльф, наполовину ликан, – женщина отпила чаю, полностью готовая к разным вариантам реакции.
– Вот как. Но разве рождение полукровок не запрещено общим законом? – Лите стоило немалых усилий, чтобы сдержать порыв завалить оборотня вопросами.
Её реакция удивила Тери, такое спокойствие она видела крайне редко, ох, знала бы она, каких усилий стоило это спокойствие.
– Интересная ты девушка, Ипполита. Обычно, узнав о Тесеусе, начинают вести себя либо как сволочи, либо как паникеры, либо как дети малые, заваливая вопросами, – женщина расслабленно склонила голову в бок, не забывая улыбаться собеседнице.
– Вы слишком хорошего обо мне мнения, – честно призналась вампир и поднесла чашку к губам.
Чай оказался таким вкусным, он сочетал в себе сразу несколько вкусов, от чего хотелось пить снова и снова, чтобы узнать, какая нотка попадётся в этот раз.
– Рождение моего дорогого мужа действительно чудо, которое стоило жизни его матери. Полукровку трудно выносить, а зачать ещё сложнее. Обычно, такие дети рождаются мертвыми, – женщина поправила прическу, улаживая назад яркие волосы.
– Он довольно странно себя ведет. Это из –за смешенной крови? – вампир сделала ещё глоток, смакуя напиток.
– Заметила значит.
– «Только слепой бы не заметил», – хмыкнула про себя Лита.
– Он немного не в себе, будто витает в своем мире. Не дурачок, просто своеобразный, – женщина напряглась.
Она, как и любой другой, готова защищать своего избранника до последнего.
– Прошу простить мою бестактность, просто никогда не сталкивалась с гибридами.
– Да ничего, я понимаю. Любознательность – это хорошо, – женщина снова откинулась на спинку кресла.
– Можете рассказать мне о его истории? Неудобно просить самого Тесеуса, почему –то мне кажется, что это может быть для вашего супруга больной темой.
Женщина кивнула. Лита не понимала, почему Тереза так добра и радушна к ней, но спрашивать посчитала неуместным. Может быть, волчице что –то требуется от рыжеволосой, но, в любом случае, она озвучит это, когда посчитает нужным.
– Отец Теси – эльф, известный бабник, так что ему было всё равно, что будет с ребёнком. Тогдашний альфа, брат моего отца, хотел убить Теси, но мой папа остановил его, – Лита посмотрела на женщину, она отсутствовала, погруженная в воспоминания, – Мы росли вместе, мой папа заботился о Теси, как о собственном сыне.
Тереза замолчала, когда её муж вышел из коридора. Теперь парень был одет, а его волосы заплетены в косу. Он маленькими шагами пробирался к кухне, стараясь не привлекать внимание, но тяжелый вздох Терезы остановил его.
– Ты куда собрался?
Парень выпрямился, будто и не делал ничего такого.
– Я пойду в сад, мне нужно посадить те травы, что я нашёл, – он убрал руки за спину, покачиваясь на пятках.
– Пожалуйста, не уходи далеко, это опасно, – волчица отпила чаю.
Парень подошёл к ней со спины и преклонился через кресло, целуя жену в щёку. Когда он ушёл, Тери продолжила свой рассказ.
– Даже альфа понемногу привык к Тесеусу. Я влюбилась в него лет в 5, но он не обращал на меня внимания, так что я просто начала задирать его. Но он был таким странным, добрым и хорошим, что моё сердце переживало инфаркт за инфарктом. Мне не хотелось его любить, да я и не думала, что он полюбит меня в ответ. Но спустя много лет мне хватило смелости признаться, и мы начали встречаться. Как же я тогда удивилась, что он тоже чувствует ко мне симпатию. На мой двадцатый день рождение Тес сделал мне предложение. Представь, он подарил мои любимые подсолнухи, хотя на дворе была зима. Сказал, что растил их специально для этого дня. Спустя год мы поженились.
– Прости, что прерываю. Это всё, конечно, мило, но можно узнать, почему же, раз все к нему привыкли, Тесеусу нельзя отходить далеко от дома?
Женщина помрачнела. Похоже, счастливая часть истории закончилась.
– Думаю, ты заметила, что в стае сейчас довольно много оборотней?
Лита задумалась. А ведь действительно, она слышала, что уже много лет волки стараются не собирать огромные стаи, ведь в современное время огромное количество людей на одной территории – выглядит подозрительно. Хотя, некоторые существа маскируют свои большие кланы под религиозные сексты, чтобы отвести от себя взор охотников.
– В наше время стаи состоят в основном из родственников, да и дети сейчас не хотят жить с семьей, так что разъезжаются кто куда, но не у нас. У нас много чужаков. Ты догадываешься почему?
Лита отрицательно покачала головой.
– Однажды нашего предыдущего альфу спас паренёк и тот, в качестве благодарности принял его в свою стаю. Он был сильным волком, но его отец был изгнан из стаи и лишён фамилии. Спустя пару лет этот паренек убил своего благодетеля и женился на моей кузине. С тех пор он стал Монбарном. Он набирает в свою стаю волков, которых изгнали из их стай, из –за чего многие оборотни обозлились на нас, – женщина сделала паузу, отпивая чай.
– То есть ты тоже северная волчица? А где остальные? Или вас было мало? – Лита поставила пустую чашку на стол, не смотря на спокойное выражение лица, глаза вампира горели любопытством.
– Ну, как мало... У наших отцов была сестра, но она со своими детьми уехала на родину, мои два брата тоже переехали с семьями, никто не захотел оставаться под командованием Элайджи, ведь рано или поздно остальные альфы накажут его за нарушение закона.
– Ты о том, что изгнанные из стаи должны доживать свой век в одиночестве и что им нельзя заводить семьи или вступать в другую стаю?
Женщина кивнула.
– А по какой причине вы остались? Вас же ничего не держит.
Тереза снова отпила чаю, задумчиво смотря перед собой.
– Из –за Илвы, потом из –за племянников. Не могу их бросить, – на лице волчицы появилась грустная улыбка, а её большая рука легла на живот.
Это действие, плюс мужественный вид женщины вызвали смутную догадку, которая сама выскользнула изо рта Литы.
– Ты не можешь иметь своих детей и от этого привязалась к детям Илвы? – Лита захотела треснуть себя.
Это был настолько бестактный вопрос, что она бы сама себя избила и выкинула из дома. Но женщина просто кивнула. В глазах Тери не было боли, похоже, она уже смерилась со своей участью.
– Мы ведь в этом лесу живем не так давно, хотя, Дориан рос уже здесь. Как время летит... С прошлого места жительства нас выжили охотники.
Лита ели сдержалась, чтобы не подпрыгнуть с криком «Вас тоже?!», но женщина не видела удивления на лице вампира, она была слишком погружена в свои воспоминания.
– Тесеус очень пострадал, и, чтобы спасти его, мне пришлось отдать мою матку, – женщина снова погладила рукой по животу.
– Выменяла жизнь мужа на возможность дарить жизнь... – вслух заключила Лита.
Похоже, правила равновесия работают не только для неё.
– Без детей прожить можно, а вот без любимого... Да и к тому же – можно взять в семью сиротку, но мне пока –что хватает внуков, – женщина подняла глаза на стену, она улыбнулась фотографии, на которой дети Ника дурачились с Тесеусом, таская его за волосы, – Бедная Алиса. Как такое могло случиться здесь, где столько народа?
Лита напряглась, услышав имя девочки.
– Мне пора возвращаться, мало ли панику поднимут, я же всё –таки пленница, – Лита поднялась с дивана, поправляя пышную юбку.
– Я провожу тебя домой, – женщина так же поднялась, проводя Литу до двери.
– Это не мой дом и не стоит утруждаться. Благодарю за вечер.
– Да ладно, – волчица отмахнулась, – Приятно поговорить с кем –то, кроме мужа. Да и мне кажется, что ты найдешь для себя что –то полезное в моем рассказе, – рука женщины снова легла на живот.
Лита сдержанно кивнула и направилась по тропинке в лес.
– «Её жест... Она точно на что –то намекнула. Неужели она видела, как я исцелила Алису?» – Лита нахмурилась, сжимая кулаки, – «Ладно, может, это совпадение, или я ищу связь там, где её нет. У меня уже паранойя. Дожили, теперь и мне, чистокровному вампиру, тоже не помешает психотерапевт», – от этой реплики Лита улыбнулась, сдерживая смех, – «Всё –таки я забавная. Но речь не об этом. Соберись! О чем ещё говорила Тери? Точно, она не ответила на то, почему Тесеусу нельзя покидать отведенную им территорию, вместо этого поведала об их истории любви, затем об Элайдже...» – Лита остановилась и хлопнула себя лбу, – «Она говорила, что стая такая большая, потому что Элайджа принимает в неё изгнанников. Содержать такую большую стаю – явно чревато большими расходами, ухудшением отношений с другими стаями и вообще удар по репутации. Неужели он жертвует всем этим из чистого альтруизма?» – девушка вспомнила мужчину, его мимику, движения, взгляд, речь, – «Он властный, даже скорее имеет повадки честолюбивого тирана, который прячет свои истинные намеренья под маской добродетели. Вся эта кампания более напоминает сбор армии, чем простая жалось к обездоленным. С такой особой нужно держать ухо востро», – Ипполита сделала ещё пару шагов, но сзади раздался шум. Кто –то бежал за ней.
– Лита, стой! – Тесеус догнал девушку и опёрся об дерево, переводя дух, – Фух, еле успел. Ты быстро ходишь, – гибрид откинул золотую косу назад, выпрямляя спину.
– Ты разве не должен быть более сильным за счёт ловкости эльфов и выносливости оборотней?
– А? Ааааа, ну знаешь, это не так работает. Неужели думаешь, что имея родителей двух разных видов – я буду владеть всеми плюшками? – Тес улыбнулся, его забавило недоуменное лицо девушки.
– Причем здесь выпечка?
Вот здесь блондин рассмеялся. Он не стеснялся Литы, так же точно не боялся, что она может наказать его за насмешки.
– Глупая, глупая вампирская принцесса! – парень продолжал хохотать, – Ох, умора...
– Если ты сейчас не успокоишься – я сломаю тебе обе ноги, – рыжая приподняла юбку, замахиваясь ногой для удара. Гибрид отскочил от Мартелл и спрятался за дерево.
– Злая какая, – Тес показал язык.
Лита нервно опустила подол юбки. Полукровка прокашлялся, прежде чем приступить к объяснению.
– От отца мне досталось долголетие, молодость, особая предрасположенность к владению магией трав и целительству с их помощью, а от матери, – Тесеус дёрнул рукой, обнажая длинные когти, лицо его огрубело, глаза засветились золотым свечением, а рот открылся, демонстрируя острые клыки, – Но не покрываюсь шерстью, не превращаюсь в волка полностью, скорость и сила не такие, как у обычных, – он снова принял свой человеческий облик, недовольно кривляясь.
Этому парню явно не по душе своя вторая ипостась.
– Если тебе так не нравится твоя волчья сторона – мог просто рассказать, без демонстрации.
– Это был жест дружбы. Что –то мне говорит, что мы с тобой станем хорошими друзьями, – гибрид протянул руку вампиру. Ипполита задумчиво смотрела на его протянутую ладонь. Забавно, столько лет она была без друзей, а здесь один за другим набиваются. Да и его поведение напрягает, слишком наигранное, чудное. Она осмотрела полу –эльфа –полу –волка и всё же ответила на рукопожатие.
– На, возьми, – парень вручил Лите мешочек, – Передашь Никону. Пусть заваривает и пьет, это снимет напряжение, очистит разум и укрепит дух.
Вампирша посмотрела на черный мешочек, который прижимала к груди.
– Хорошо.
– А тебе, подруга, дам совет – не ходи за банши. Дурная примета.
– Что? Ты видел? – девушка подняла голову, но гибрида рядом уже не было.
Она осмотрелась вокруг, но парня не обнаружила. Лита сделала глубокий вдох, после чего закатила глаза.
– Ещё один театрал... – она заглянула за дерево.
Парень перепугано отпрыгнул назад, падая на сухие листья.
– Ты! Ты не могла позволить мне таинственно исчезнуть?! – он указывал пальцем на Литу, недовольно бормоча обвинения.
– Для этого нужно заканчивать мысль и бегать быстрее, чем ты, – принцесса показала Тесеусу язык.
– Но так в фильмах делают, очень эффектно получается! – он поднялся, отряхивая свою одежду от сухой листвы.
– Это жизнь, а не чёртов фильм! Надоели уже своими актерскими заскоками! – девушка так же начала бузить на блондина.
Тес недовольно отвернулся, убегая в сторону своего дома.
– Помни, не ходи за банши! – он остановился на горке и помахал ей рукой, а потом побежал дальше.
– Но банши кричит, а эта пела... – тихо проговорила девушка, провожая взглядом нового знакомого.