Слёзы белой ночи (РУС. УКР.)

Глава 7

В стае было непривычно тихо. Никакого шума ни днем, ни ночью, если бы не мелькающие на улице силуэты – можно было бы подумать, что все жители этого поселения таинственным образом исчезли. Похоже, в стае объявили траур за Алисой. Все понимали, что ребёнка больше нет, что он неё осталась только функционирующая оболочка, не более. И лишь её отец не находил себе места. Ник не мог ни спать, ни есть, лишь целыми днями сидел за компьютером и древними книгами, надеясь найти хоть какие –то ответы. Он не хотел, нет, не мог позволить себе сдаться. Его маленькая девочка должна вернуться. Шон помогал мужу, хотя осознание пришло даже к нему. Семья пыталась вразумить Ника, донести до него то, что Алисе не помочь, но тот не желал ничего слушать. А Лита просто не встревала во всё это. Она старалась даже не попадаться на глаза Нику, ведь при виде страдающего отца, который всеми силами пытается помочь ребёнку – становилось не по себе. Девушка осознавала, что состояние Алисы, частично, её вина, но признаться не могла. Она понимала, что это слишком опасно, да и что ей сказать?
– «Ой, Ник, это я виновата в состоянии твоей дочери! Понимаешь, она бы умерла, а я случайно не дала ей умереть, но не могу исцелить её душу, так как она послужила материалом для восстановления оболочки! Поэтому сдавайся и живи дальше!» – саркастичный голос в голове ещё больше раздражал, вампир захлопнула книгу, делая глубокий вдох.
– «Ипполита, хватит. Ты не виновата. Девочка была на пороге смерти, а силы сами сработали! Да и к тому же – эти волки никто для нас, так? Так! Так что возьми себя в руки и отбрось сожаления! Сделанного не воротишь!» – рыжая поднялась с кровати.
Ей хотелось пить, из –за этих переживаний она питалась в несколько раз больше, отчего на щеках даже начал появляться румянец. Вампир посмотрела в зеркало, поправляя пышное белое платье.
– Не то, – констатировала она и начала расшнуровывать корсет.
Платье улетело в сторону, а рыжая открыла шкаф. «Если плохое настроение – значит нужно принарядиться!» – эти слова она слышала с детства, да и раньше это и действительно помогало. Но сейчас ей не хотелось одевать более помпезное платье, но почему? Может быть, это наставление работало только потому, что раньше её проблемы не были такими тяжелыми? Да и если подумать – разве замечание от родителей или ссора с братьями могут считаться проблемами? Такая мелочь, а сейчас только и хочется хвататься за голову, и кричать. Лита чувствовала себя бабочкой, которая попала в центр паутины и из которой понемногу высасывают силы. Но кто же этот паук, который стоит за этим? Девушку не покидало чувство, что Алиса не случайно оказалась там, и что призрак, который отвёл туда Литу – так же не по случайности выбрал её. Может, кто –то из стаи хотел навредить ребёнку, поэтому дух и обратился к чужачке? Что –то подсказывало, что это был только первый шаг к тому, что грядет. Но что грядет и с чего Мартелл решила, что что –то грядет вообще? Наверное, всё –таки у неё развивается паранойя. Лита на мгновение представила себя героем детективного романа, который докопается до правды любыми путями. Внезапно на пол упала вешалка с комплектом из белых, кружевных топа и юбки по щиколотку, наделав немного шуму. Лита никогда не обращала внимания на такие легкие вещи в своем гардеробе, всегда выбирала пышные платья, которые будто кричали о статусе. Разве что на тренировки с оружием она надевала штаны, но после всё равно возвращалась к юбке. Ей хотелось надеть что –то более комфортное, чтобы хотя бы одежда не доставляла дискомфорта.
– «А почему нет? Где –то слышала, что смена имиджа помогает очистить голову. Да, это были слова Эстер после того, как она отдала старую одежду на благотворительность. Хм, а это надевать куда быстрее, чем натягивать на себя платье...» – она прокрутилась перед зеркалом, – «Конечно, кружева не разлетаются так же красиво, как фатин, но передвигаться значительно удобнее», – девушка одобрительно кивнула своему отражению.
Ипполита решила спуститься в гостиную, хотелось выгулять новый образ и посмотреть на реакцию Эстер. Эта волчица уж точно оценит нетипичный для Литы фасон. Но внизу она обнаружила только Дориана. Парень сидел в куртке и играл в телефоне, а возле него лежал рюкзак.
– Ты куда –то собираешься?
– Да, Ник хочет отправиться в Синсол, надеется, что там найдет кого –то, кто сможет помочь с... – он замолк, а его пальцы перестали клацать по экрану.
Пару секунд промедления и вот из телефона раздается музыка, а парень недовольно подпрыгнул с дивана.
– Твою ж мать, я же прочти выиграл! В жопу, тупая игра! – парень положил телефон в карман.
– Синсол – тот самый волшебный рынок, который находиться под землей? – Лита постаралась скрыть интерес, но это получилось крайне плохо.
– Да, был раньше. Сейчас он разросся в город, да и контингент там не самый приятный, – парень снял куртку.
Он не собирался звать Литу с собой, если она хочет – может и сама предложить свою компанию. Но она молчала, будто ожидая, что Ан сам её пригласит. Монбарн точно не уверен, она скромная или просто избалованная особа, но гордый взгляд лиловых глаз явно говорил о втором. Он скрестил руки на груди, ожидающе смотря на девушку. Лита отвечала на взгляд недоуменным выражением лица. Тишина даже не была неловкой, больше напряженной. Ипполита ждала предложения пойти с ними, а Дориан ждал, когда она сама попросит. Он осмотрел девушку, сегодня она одета по –другому, более легко, без громоздкой пачки и длинного шлейфа.
– Тебе идет, – парень одобрительно кивнул.
Лита почувствовала себя неловко. Она не поняла, почему его слова вызвали такую реакцию. Вампирша опустила глаза и кивнула. В комнату вошёл Ник, в руках которого так же красовался рюкзак.
– Привет, Лита. Ты с нами? – спокойно спросил волк. Дориан неодобрительно простонал. Эта досада на лице младшего Монбарна вызвала у девушки улыбку. Всё –таки ей не пришлось просить. Она посмотрела на Ника, и улыбка исчезла. Его некогда красивое лицо стало совсем другим. Мешки под глазами и щетина предавали ему возраста, а взгляд измученных глаз совестно кольнул сердце. Хотелось поверить, что в Синсоле они действительно найдут решение и Лита сможет снять со своих плеч этот груз.
– Да, с удовольствием составлю вам компанию, – Лита снова заставила себя улыбнуться.
Принцессе не впервой натягивать фальшивую улыбку, но в этот раз она оказалась слишком тяжелой. Такое бы, казалось, простое проявление эмоций, в один момент дался настолько тяжело, что даже стало тошно.
– Ну, раз ты с нами, иди, позови Эстер, она уже час собирается, – командирским тоном приказал Дориан, а сам снова сел на диван.
– А у самого ног нет? – но недовольство Литы осталось без внимания.
– Она меня выгонит, а тебя послушает. Ты нравишься моей девушке больше, чем я. Уже ревновать начинаю, – оборотень улыбнулся.
И его улыбка была такой же тяжелой. Как же всё –таки часто люди и существа врут, бояться показать истинные эмоции, бояться открыться. Многим проще отшутиться, закрывая все переживания в себе. И Лита такая же, поэтому понимала, что не имеет права судить.
– Ипполита, пожалуйста, позови Эстер, нам уже нужно выдвигаться, – Ник старался оставаться дружелюбным, но его глаз начал дергаться, нервы оборотня явно были на пределе, – Мы будем ждать вас у входа в лес.
Дориан и не собирался вставать, но строгий взгляд старшего брата заставил волка поднять задницу. Ипполита постучала в дверь, но девушка не ответила.
– Эстер, выходи, тебя ждут, – она снова не ответила.
– «А вдруг ей опять стало плохо?», – Лита вспомнила тот приступ и по спине пробежали мурашки.
– Эстер, я захожу, – Лита открыла дверь.
Волчица сидела напротив зеркала и будто не слышала ничего, что происходило вокруг. Глаза её были устремлены на своё отражение, но взгляд отсутствовал. Девушка сидела обнаженная, а глазам Литы открылись шрамы. Следы от когтей и многочисленные укусы оказались разбросаны по всему телу. Они были везде: на спине, на руках, на груди и животе. Лита не видела ног девушки, но была уверена – там они тоже есть. Но откуда? Брюнетка всегда ходит в открытой одежде и Лита готова поклясться, что раньше их не было. Эти шрамы точно были старыми, свежие раны не выглядят так.
– Эстер...
В этот раз девушка услышала. Волчица быстро накинула халат на обнаженное тело и поднялась с пуфика. Она лихорадочно обхватила себя руками, стараясь успокоиться.
– Прости, я сейчас спущусь, – девушка улыбнулась.
И снова тяжелая улыбка. Вроде –бы все существа в этом мире такие разные, а способ скрыть свою боль – один на всех. Почему улыбка? Наверное, потому что она предназначена для того, чтобы показать, что ты счастлив. И ведь действительно, кто будет выяснять, что кроется под ней? Улыбаешься – значит в норме. Если кто –то и возьмется выяснять, что же человек скрывает, от чего ему так трудно не улыбаться – вот тогда злосчастная маска исчезнет, превратиться в водопад слез. Ипполита не знала, может ли она стать для Эстер тем существом, которому можно не улыбаться, но что –то внутри само подтолкнуло её к волчице. Девушка просто подошла и обняла Янг. Это был странный порыв, но почему –то казалось, что от этого девушке станет легче. Брюнетка не ожидала, что Ипполита обнимет её, обычно вампирша не проявляла тактильности, разве что позволяла держать себя под руку. Оборотень неуверенно подняла руки, легонько обнимая Литу. Она боялась спугнуть её, но затем обняла крепче.
– Знаешь, Лита, а ты ведь мой единственный друг, – Эстер положила голову на её плечо, – Все сторонятся меня, говорят, что обращенный оборотень – это мусор, да и к несчастью. У меня есть Ник и Дориан, но это не то, они мне как братья...
– Ты спишь с одним из них, разве в обычном мире это считается братскими узами?
Девушки засмеялись, оценив иронию. Эстер отпустила вампира из своих объятий и села на кровать. Теперь её улыбка была более искренней и настоящей, от чего стало легче.
– Наши отношения с Дорианом – это очень сложная головоломка. Не знаю, зачем я согласилась на это, – девушка провела рукой по волосам.
– Если ты не хочешь быть с ним – разве не лучше сказать честно? Тем более, если любишь его, как брата. Ведь эти отношения ранят вас обоих.
Лита проследила за рукой Эстер, снова обращая внимание на шрамы. Хотелось спросить, откуда они и как ей удавалось их прятать, но Мартелл не решилась, ведь это может быть крайне нетактично по отношению к волчице.
– Не знаю, может, ты и права, – волчица поднялась с кровати и взяла в руки рюкзак, – Я подумаю об этом завтра, сейчас нам нужно идти.
– Ты пойдешь в халате? – рыжая недоуменно осмотрела Янг.
Та прикрыла рот рукой, подавляя смешок.
– А ты надела кружевной топ без лифчика. Но я же промолчала, – Эстер загадочно улыбнулась.
Девушки довольно быстро дошли до назначенного места, но братьев не было.
– Думаешь, они ушли без нас? – Лита обернулась к Эстер.
Волчица ничего не ответила, а просто скинула халат. Девушка медленно дышала, собираясь с силами и начала превращаться. Её тело трансформировалось, становилось больше. Кости противно хрустели, кожа кусками спадала вниз, сменяясь шерстью. Эстер упала на четвереньки, ели сдерживаясь, чтобы не закричать от боли. Лицо, подобно слишком реалистичной маске обтянуло понемногу выпирающую звериную морду, руки и ноги мутировали в лапы. Мычание Янг переросло в рык, вампир инстинктивно отошла дальше. Оказалось, что превращение не просто ужасное, а противное зрелище, от которого, как выражаются люди: «Кровь стынет в жилах». Внутренний волк разрывал оболочку человека изнутри, ломал кости и деформировал органы, открывая истинную натуру. Когда Лита отошла на приличное расстояние – Эстер стряхнула с себя остатки тлеющей кожи, которая начала разлагаться в ускоренном темпе.
Волчица взяла в зубы рюкзак и подошла к Лите.
– А это удобно. Ни следов, которые смогут найти люди и удобрение для земли. Вы собираетесь добираться в звериной форме, а в рюкзаках одежда и прочие вещи?
Эстер кивнула. В волчьей форме она оказалась выше Литы минимум на голову. У волчицы была светлая шерсть, теплого оттенка, а на левом глазу красовалось рыжее пятно.
– Ты очень красивая, – Лита протянула руку и погладила подругу.
Пальцы проваливались, погружаясь в мягкую, пушистую шерсть. Волчица кивнула назад, Лита обернулась, но никого не увидела. Волчица недовольно рыкнула и снова повторила это движение, надеясь, что вампир поймет, что от неё хотят.
– Я не понимаю, – рыжеволосая нахмурилась.
Волчица помотала головой. Из леса раздался вой, а Эстер начала вертеть головой и ушами, определяя, с какой стороны раздался зов. Волчица повернулась к Лите, которая тоже примерно понимала, куда им предстоит бежать. Эстер ткнулась мордой в плечо вампирши, её светящиеся, жёлтые глаза смотрели с вопросом.
– Переживаешь, чтобы я не отстала от тебя? – Янг кивнула, – Это ты не отставай.
Всего доля секунды и Лита побежала. Сперва Эстер растерялась, но, похоже, решила, что точно не проиграет. Пару мгновений – и волчица догнала Литу.
– «А она быстрая», – вампир усмехнулась и ускорилась. Лита прыгала с камня на камень, тем самым обгоняя не такого поворотливого оборотня, казалось, что ничто в этом мире не сможет остановить её. Она редко так бегала, даже дома старалась просто ходить, ведь родители всегда боялись, что от детей будет большой урон древним реликвиям. Свежий воздух приятно ласкал кожу, а ощущения собственного превосходства экстазом разливалось по телу. Лита знает, что не упадет, что не проиграет, что это то, с чем она рождена. Девушка увидела двух волков и обернулась, показывая Эстер язык. Секунда – Лита уже стоит возле Монбарнов.
– Я выиграла, – принцесса победно улыбалась.
Эстер недовольно клацнула челюстью. Лита повернулась к волкам, рассматривая Дориана и Ника. Оба волка были ещё крупнее Эстер. Волки обладали схожей чёрной шерстью, на фоне которой выделялись яркие, жёлтые глаза. Ник был чуть больше Дориана, а на его лбу красовалось белое пятно, напоминающее звезду, сияющую на ночном небосводе. Дориан подошёл к Эстер и попытался потереться своей мордой о её, но волчица молча отошла. Уши Дориана опустились, а глаза погрустнели. Странно, но Лите показалось, Дориан уверен, что в волчьем обличии его эмоции не так заметны и поэтому не скрывал их. Волки встали рядом и повернулись к Лите.
– Я не отстану, не переживайте.
Волки переглянулись, компания выдвинулась. Оборотни бежали быстро, Лита старалась держаться рядом, контролируя свою скорость, хотя иногда слишком задумывалась, убегая вперед. Похоже, Дориану это не очень нравилось. Он был быстрее Эстер, так что составил компанию вампиру, контролируя, чтобы рыжая не потерялась. Лите стало ужасно скучно. Увы, она не умеет читать мысли, как это делает её папа, так что тишина начинала напрягать. Лита не имела привычки следить за временем, но по ощущениям прошёл минимум час. Наконец, волки решили устроить остановку. Они остановились возле источника, чтобы утолить жажду. Лита присела на камень, наблюдая за товарищами. Эстер держалась поодаль от Дориана, а тот время от времени посматривал на свою любимую. Если так подумать – их отношения действительно очень странные. Он исполняет всё, что она хочет, но это явно не радует Янг, просто взамен она иногда делает вид, что так же заинтересована в нём, помогая Монбарну и дальше погружаться в этот самообман. Нику же сейчас точно не до драмы этих двоих, все его мысли заняты бедной дочуркой.
Дориан отошёл от ручья первый, его красивая, чёрная шерсть переливалась, подобно шёлку, так что у Литы появилось желание погладить его. Она начала ходить вокруг Монбарна, иногда пытаясь приблизится, на что получала неодобрительное рычание.
– Да ладно тебе, твоя шерсть очень красиво переливается в свете луны и звезд, хочу потрогать.
Волк фыркнул на эту лесть, но больше замечаний не делал. Лита подошла ближе и провела пальцами по его шерсти. Дориан молчал, позволяя гладить себя, а вампир не удержалась и почесала волка за ухом. К её удивлению, Монбарн не сопротивлялся, наоборот, прикрыл глаза, наслаждаясь лаской.
– Такой большой и грозный, а растаял, как щеночек.
Дориан что –то прорычал, но не отодвинулся. Ник подошёл к ним, привлекая внимание рыком. Он кивнул в сторону, показывая, что нужно продолжать путь.
Наконец, они дошли до места назначения. Компания стояла у подножья горы, но глаза никак не могли найти вход в пещеру, о котором говорилось в легенде. Волки отошли от Литы на приличное расстояние и начали обратное превращение. Внутри волков началась ужасная бойня, они метались со стороны в сторону, пока то, что внутри искало выхода. Их лапы подкашивались, а кости хрустели, принимая прежний вид. В один момент волки просто упали, будто тряпичные куклы. От прежнего тела осталась только шкура, из которой выбирались знакомые ей существа, разрывая рот «волчьего костюма». Стоило оборотням выбраться, как шкура начала так же быстро тлеть, как и кожа Эстер после превращения. Остатки крови и слизи на телах волков так же испарились, оставляя их чистыми.
– А жаль, коврики бы отличные получились, – Лита попыталась пошутить, но всё же не смогла скрыть того отвращения, которое вызвало это зрелище.
– Противный процесс, не так ли? – Ник взял с земли рюкзак.
Лита старалась не рассматривать братьев, но глаза сами метнулись к Дориану. Если Никон был действительно мускулистым мужчиной, то Ан имел более стройное телосложение. У него не было такой массы, как у брата, но он имел красивое, рельефное тело, более аккуратное и менее громоздкое.
– «В одежде он всегда казался больше...» – Лита смутилась от своих мыслей и отвернула голову.
– Ты такая глупая! Я тебе киваю, чтобы ты села мне на спину, а ты «нет, не понимаю», так ещё и гонки устроила. Будто у меня был шанс побелить! – Эстер закончила одеваться.
– Могла на земле нацарапать, чего ты хочешь от неё, – Дориан надел худи и достал с рюкзака кожаную куртку.
– Не влезай в разговор, мы сами как –то разберемся! – Эстер скрестила руки на груди.
Похоже, эта пара снова нашла повод для ссоры, но в этот раз вмешался Ник.
– Так, таймаут. Я здесь, чтобы найти способ помочь моей дочери, а не для того, чтобы снова слушать ваши препирательства, – Ник осмотрел брата и его девушку.
Они кивнули, давая понять, что пока что воздержаться от ссор. И всё –таки для Литы останется загадкой, почему существа и люди так часто состоят в отношениях, которые ранят их. Дориан подошёл к Лите и накинул на её плечи свою кожанку. Она не могла понять, с чего вдруг такая забота. Может, таким внезапным проявлением внимания он пытается заставить Эстер ревновать? Эта мысль показалась здравой и Лита посмотрела на волчицу, но та безразлично наблюдала.
– Спасибо конечно, но я не чувствую холода, – Лита хотела снять и вернуть куртку, но Дориан остановил её.
– Сам знаю, но на тебя холодно смотреть, – его щёки покраснели.
Он сам не понимал, что это был за секундный порыв, просто она так легко одета, а на улице не май месяц.
– А волк прав, ты так легко одета, аж дух захватывает, – голос раздался сверху, привлекая внимание компании. На выступе сидела девушка азиатской наружности, одетая в кимоно. Её тёмно –рыжие волосы были заколоты шпилькой, а карие глаза игриво рассматривали присутствующих.
– Акэйн, ты припозднилась, – Ник поставил руки в бок, недовольный тем, что пришлось ожидать.
– Ох, дорогой Никон, просто в этот раз было интереснее понаблюдать, к тому же, сегодня с вами новая персона, – девушка спрыгнула с выступа и подошла к Лите.
Её кимоно спало с плеча, открывая оголенную кожу, отчего стало понятно, то девушка без нижних одежд. Похоже, рыжеволосую это ни капли не смущало, она подошла ближе и глубоко вдохнула, изучая запах Мартелл.
– Неужели платина? Так слухи не врут, вы и правду заграбастали себе чистокровного вампира, – она посмотрела на стоящего рядом Дориана, который закатил глаза.
– Прикройся, лиса. Вообще стыд потеряла.
Девушка лишь захихикала, прикрывая рот веером.
– Лиса? Ты кицунэ?
В ответ позади девушки показались два хвоста, а на голове появились лисьи уши, которые разломали прическу и длинные волосы лисы спали вниз.
– Каюсь, виновна, – она снова захихикала, – Ничиботсу Акэйн, – она протянула вампиру руку.
– Ипполита Белослава Сасса Мартелл, – Лита протянула руку в ответ.
Тонкие пальцы с длинными острыми ногтями аккуратно обхватили её ладонь, нежно пожимая. Лита опустила глаза, осматривая кицунэ. Она стояла босиком, а её когти на ногах были такими же острыми, как и на руках. Красное кимоно было обшито золотыми цветами, очень дорогая работа, но поношенность говорила о том, что к одежде относятся небрежно, либо она является очень старой. Лита читала, что лисы могут превращаться в людей только по истечению ста лет своей жизни. За каждый прожитый век награждаются хвостом, максимальное количество которых – девять, но девятый получают только сильнейшие. Лисы – долгожители, девятихвостые так же входят в число бессмертных, а из –за задорного нрава люди приписали их к демонам или к духам, в зависимости от трактовки. Девятихвостые – редкий экземпляр и, естественно, вряд ли встретятся в этих местах. У этой лисы всего два хвоста, а значит, ей лет двести, может чуть больше, но явно не более трехсот.
– У тебя такие красивые глаза, необычные, – лиса подошла ближе, без стеснения заглядывая в лицо, – Не хочешь продать один? За глаз чистокровного заплатят не одно состояние.
Акэйн протянула руку к лицу Ипполиты, но вампир сразу отбросила ладонь в сторону.
– Ещё раз попробуешь прикоснуться ко мне – я тебе оба хвоста вырву, – Лита смерила лису холодным взглядом, а та отскочила.
– Злая какая, – рыжеволосая любовно огладила свои хвосты, с обидой смотря на вампира.
– Хватит тянуть быка за рога, открывай! – Ник грубо схватил лису за шкирки, но та снова усмехнулась.
Всего секунда и из кимоно выскочила рыжая личика, которая юркнула в нору, оставляя своё одеяние в руках оборотня. Её превращение явно было не таким болезненным, как у ликантропов, всё –таки кицунэ – другой вид, животное, которое получило возможность принимать человеческое подобие.
– Она убежала! Может, что –то предпримем?!
Лита осмотрела присутствующих, но все были на удивление спокойны. Внезапно послышался шум, а стоящий рядом валун начал двигаться в сторону, открывая проход под гору.
– Верни мне кимоно! – лиса подняла руку из норы, а второй прикрыла обнаженную грудь.
Ник бросил одеяние лисе, и та быстро оделась.
– Прошу, проходите, – кицунэ отошла, позволяя компании спуститься по лестнице, ведущей вниз.
Она махнула рукой, возвращая камень на место.
– Почему ты не могла открыть проход снаружи? – Лита осмотрелась вокруг.
Темный коридор вёл вниз, она опустила глаза на каменные ступени. Проход оказался довольно узким, так что все шли друг за другом, стараясь не останавливаться. Блики от тусклых огней играли на стенах, искажая тени, а тишина ещё больше нагоняла мрачную атмосферу.
– С недавних пор правила изменились. Из –за растущей угрозы со стороны людей – было принято решение открывать проход в Синсол только изнутри, – лиса вальяжно шагала за принцессой, придерживая свое кимоно.
– В легендах говорилось, что проход охраняют грозные тролли, и чтобы пройти – тебе нужно отгадать загадку, а если не отгадаешь – тебя съедят, – Лита повернулась к кицунэ.
– Легенды – это гиперболизация реальности. Загадки были только для смертных, да и не ели никого, только запугивали. А сейчас, в эпоху открытых знаний и интернета – люди стали слишком умными, да и опасными, так что больше их сюда не пускают, – лиса хихикнула, прикрывая рот веером, – Да и тролли слишком заметные, а вот на маленькую лисичку мало кто обратит внимания, – её уши довольно поднялись.
– Ага, и твое кимоно за камнем тоже никого не удивит, – съязвил Дориан, за что получил веером по голове. Рефлексы Литы позволили ей вовремя отшатнуться, чтобы не мешать разборкам этих двоих.
– Прояви уважение к старшим! Я же не могу голая расхаживать!
Лита выпрямилась, тем самым закрывая собой девушку.
– Но декольте только так светишь, – Дориан продолжил идти, потирая голову, – Больная что ли, он же металлический...
– Быть сексуальной – это одно, а расхаживать перед каждым обнаженной – другое, – девушка спрятала руки в рукава.
– Да что вы как дети малые... – Эстер повернулась к компании, – Может, успокоитесь? Мы здесь по серьезному делу.
– Просто тебе завидно, что разборки без тебя, – подал голос Ник.
Дориан с Акэйн ехидно захихикали.
– Быстрее иди, у меня на время назначено, – Эстер легонько стукнула старшего Монбарна в плечо.
– Что за встреча? Я думала, ты здесь тоже, чтобы помочь Никону, – Лита поправила куртку.
– Нет, я по личному делу, – брюнетка провела рукой по волосам, проверяя, ни прицепилось ли что –то.
Наконец, внизу показался свет, и компания значительно ускорилась.
В глаза ударил яркий свет. Повсюду были расположены светящиеся кристаллы разных цветов и размеров, они, будто росли из стен, напоминая диковинные цветы. Ипполита подняла голову, осматривая свод пещеры. Там, сверху, находилось ещё большее количество кристаллов, они застилали этот верх купола, освещая всё вокруг. Минералы переливались разными цветами, хотя, основным был белый. К ушам девушки подкрался шум падающей воды и глаза сами нашли источник. Чуть поодаль виднелся водопад, его вода сияла в свете кристаллов, постоянно меняя свой оттенок, будто показывая, что с каждой каплей характер воды меняется и никогда не станет прежним. Он впадал в реку, которая протекала ещё дальше по огромной пещере, очерчивая Синсол. Рынок волшебных диковинок стоял дальше и сиял ещё ярче, чем эти кристаллы, он был наполнен жизнью, даже с такого расстояния Лита слышала шум города.
– Так красиво. Будто в сказке, – глаза вампира горели детским восторгом.
Она будто попала в иллюстрацию к какому –то фэнтези рассказу.
– Да, красиво, пока в сам город не попадешь. Сразу вся сказка развеется, – Дориан фыркнул, брезгливо отмахиваясь от необычных бабочек.
Две подлетели к Ипполите, и девушка вытянула руку, но не решалась поймать, боясь не рассчитать с силой и навредить таким прекрасным созданиям. Одна, будто здороваясь, села на нос вампиру, а вторая приземлилась на протянутую ладонь, медленно хлопая крылышками. Их крылья переливались радугой, а на кончиках усиков красовались маленькие кристаллики.
– Если бабочка сядет на лицо – это к счастью, а если на ладонь – к любви. Счастливица, – кицунэ захихикала, наблюдая, как необычные насекомые приветствуют путников, – А ты, Дориан, чистой души существо, – Акэйн снова посмеялась, прикрывая рот веером.
Бабочки полностью облепили младшего Монбарна и просто не хотели отставать.
– Чушь это всё, просто им мой парфюм понравился, – парень всё пытался отмахнуться, но безуспешно, – Я могу дать вам номер продавца, только отстаньте, – парень начал крутиться, стряхивая маленьких поклонниц.
Наблюдая за этим, Лита начала смеяться. Действительно удивительное место. Но вот к Никону и Эстер бабочки не подлетали. Они, будто не видели этих двоих, опасались.
– А почему они не летят к ним? – Лита посмотрела на лисицу, уши которой опустились.
– Существует поверье, что бабочки – это души покойных. Это бабочки –радужники, они тянуться к свету и теплу души, а Ник и Эстер... Никон переживает ужасную утрату, хоть и отрицает это. Эстер же давно разбита изнутри и не может пережить свое горе, – лисица помотала головой.
– Нам нужно идти, – встрял Никон, а Эстер согласно закивала.
– Да, вам действительно пора. Хорошего пути, – рыжеволосая помахала веером и скрылась в темноте входа.
Компания двинулась по тропе, ведущей в Синсол. Дориану всё же удалось отбиться от бабочек, хотя, чем ближе они подходили к рынку, тем быстрее бабочки отставали от оборотня. Лита же обдумывала слова лисы. Неужели её душа может быть светлой и теплой? Но она всю жизнь думала, что у кого, а у вампиров точно душа с рождения другая, тёмная и холодная. Может, дело в том, как ты к этому относишься? Принимаешь ли себя со всеми пороками и грехами или же ненавидишь за каждый вдох? А может, дело действительно в парфюме Дориана, который остался и на его куртке, которую он любезно одолжил вампирше?
– Не думай над этим. Это просто глупые поверья людей из прошлого, – Дориан будто прочитал её мысли.
– «Наверное, выражение лица выдало», – Лита попыталась совладать со своими эмоциями.
– Нас тоже многие считают глупыми выдумками, – Никон посмотрел на брата и заботливо смахнул с его волос последнюю бабочку.
– Да, с ранних лет твердят, что вампиров, оборотней и прочей «нечисти» нет, а в итоге вот они мы, шагаем на встречу приключениям, – Эстер скрестила руки на груди.
– Никаких приключений! Мы здесь исключительно по важным делам, поняли? – Ник осмотрел каждого, особенно строгий взгляд достался Дориану.
– А чего сразу я? – парень закатил глаза.
– «Ник подразумевал ту аварию? Или от Дориана всегда много шума?»
Наконец, они дошли. Лита старалась скрыть свой энтузиазм и любопытство, но сил терпеть не было.
– Лита пойдет со мной, – Эстер взяла девушку под руку. – Хорошо, а мы с Дорианом разделимся. Встречаемся здесь же через три часа.
Всё согласно кивнули и разошлись. Ипполита шагала с Эстер под руку, рассматривая всё. Они продвигались по рынку, сталкиваясь с различными существами. Вон за прилавком стоит фея, а её красивые, розовые крылья, будто живут своей жизнью. Вон чуть дальше ведьма, которая продает свои отвары и эликсиры, ругается с покупателем, чья кожа позеленела. Обилие существ и запахов заставили глаза разбегаться, не понимая, за что можно ухватиться. Но чем глубже они заходили – тем мрачнее становилось место. Вот уже за прилавком стоит не милая фея, продающая травы, а уродливые гоблины, продающие законсервированные части человеческого тела.
– Покупайте волшебные палочки! Только у нас вы можете получить вторую и для этого не нужно особое разрешение! – старая ведьма размахивала палочками, демонтируя прохожим различные цвета.
Множество прилавков, есть даже те, в которых продают мертвых младенцев. Ипполита скривилась и посмотрела на Эстер. Волчица не обращала внимание на происходящее, она будто что –то искала. Внимание Литы привлек запах человеческой крови. Казалось бы, в этом проулке самое место такому запаху, но здесь все продавали уже мёртвую плоть, а этот аромат был свежим, манящим. Лита опустила глаза и увидела маленького тролля, он тащил за собой приличного размера мешок, из которого проступала кровь.
– Ох, бедный Дидади, ох, накажет хозяин, ох накажет, – причитало существо и почесало свою голову, продолжая путь.
Эстер отпустила руку Литы и подошла к прилавку, спрашивая что –то. Принцесса даже не подумала о том, что нужно предупредить волчицу, просто пошла за ним. Она не собиралась нападать, но инстинкт вынуждал следовать за запахом.
– Глупый, глупый Дидади, не надо было кормить её, теперь пришлось снова красть, но ничего, я же нашёл, значит хозяин простит.
Его желтая кожа, покрытая морщинами и бородавками вызывала отвращение. Лита подумала о том, что никогда бы не прикоснулась к чему –то настолько мерзкому. Существо зашло в лавку, а Лита проскользнула за ним. Девушка осталась в тени, решив немного осмотреться и понаблюдать за ситуацией. Ассортимент лавки оставлял желать лучшего. Владелец этого магазинчика точно хотел продать всё и сразу, лишь бы заработать. На полках стояли зелья, в витрине красовались засушенные человеческие пальцы, а на стенах картинны классиков.
– «Дешевая подделка», – девушка брезгливо осматривала полотна.
Краска на них была настолько дешёвой, что начала ссыпаться, смешиваясь с пылью на рамах.
– Дидади! Где тебя черти носят?! – мужчина подошёл к своему слуге и пнул того ногой, – Достал?!
Тролль завыл, что –то нечленораздельно мыча, а его хозяин схватил мешок.
– Идиот! Что мне делать с этим!? Оно еле дышит! – он замахнулся рукой.
Дидади закрыл голову руками, но не отползал. Мужчина опустил руку и махнул в его сторону.
– Хозяин, простите Дидади, он хотел, как лучше! – тролль подполз к мужчине и начал целовать его обувь. Лита скривилась от отвратительного зрелища, а вот мужчина ухмылялся, довольствуясь своим превосходством.
– Ладно, в этот раз прощаю, но ещё хоть один прокол – я тебя уничтожу, – мужчина отшвырнул от себя слугу и скрылся за ширмой.
Лита тихонько последовала за хозяином лавки, но он скрылся из вида. Рыжеволосая прошла дальше, но остановилась, услышав голос.
– Моя прелесть, благодаря тебе я, наконец –то, разбогатею и покончу со всем этим, – мужчина обращался к чему –то.
При этом настолько нежно и любовно, что у Литы не осталось сомнений, что говорил он с живым существом. Она прислушалась: из соседней комнаты доносилось два сердцебиения, но вот запах был только этого мужчины. Странно. Раздался звон колокольчика, сообщая, что в лавку пожаловал посетитель.
– Кто –то пришёл. Мне нужно идти, а ты не скучай.
Лита скользнула в другую комнату, скрываясь за дверью. Шаги мужчины приближались, а затем удалились.
– «Что я вообще здесь делаю? Вообще с ума сошла, лезть на рожон из –за крови?» – Лита недовольно посмотрела на себя в зеркало, – «Ну, раз я здесь – хоть посмотрю, чем так восхищалось это ничтожество».
Принцесса выглянула, убеждаясь, что никого нет и прошла в ту заветную комнату. Её глазам предстал огромный стеклянный аквариум, внутри которого была русалка. Живая русалка! Сказать, что Лита удивилась – ничего не сказать. Русалки давно считаются вымершими, это аргументировали тем, что их давно уже никто не видел, да и люди знатно гробят не только сушу, но и океан. Но вот она здесь, запертая в аквариуме. Русалка так же удивилась посетителю. Она подплыла ближе, не сводя бирюзовых глаз с Ипполиты. Это существо оказалось настолько красивой, что у Мартелл перехватило дух. У неё была бледная, с розоватым отливом кожа, а бирюзовые волосы чуть темнее глаз, произвольно покачивались в воде. Длинный хвост местами был темнее кожи на корпусе и так же отливал бирюзой. Лите оказалось трудно понять оттенок более точно, желтое освещение слишком искажало все. Большие, похожие на ткань плавники колыхались за хвостом, завораживая ещё больше. Лита подошла ближе, влекомая любопытством и красотой. Русалка нырнула ниже, чтобы быть на одном уровне с Литой. Её длинные пальцы убрали с лица мешающие волосы, а голова склонилась в бок, как и голова Литы. Они с не скрываемым интересом осматривали друг друга. Русалка улыбнулась, открывая взору вампира ряд острых клыков, которые точно помогут разделаться с каким –нибудь несчастным моряком. Лита улыбнулась в ответ, а русалка удивленно приблизилась к стеклу. Она показала пальцем на свои клыки, а затем на Литу.
– Да, у меня тоже есть острые зубы. Не так много, как у тебя, но имеем, что имеем. Скажи, тебя держат здесь насильно? – русалка снова улыбнулась, но Лита не была уверена, понимает ли она.
Девушка положила руку на стекло, туда, где была рука Литы. Внутри рыжеволосой разлилось такое сочувствие к девушке, что захотелось заплакать. Такое восхитительное существо и сидит здесь, закупоренная в этой огромной банке, без малейшей надежды на спасение. И что самое удивительное – продолжает улыбаться вампирше. Грудь сдавило от нахлынувших эмоций и Лита ели сдерживалась, чтобы не выпустить пару слезинок.
– Что ты здесь делаешь?! – вопль мужчины заставил Литу отдернуть руку от аквариума.
За ним стояла Эстер, похоже, она пошла за ней.
– Как вы смеете держать её здесь?! Разве это законно? – Лита указала на русалку.
Мужчина приблизился к Ипполите, явно намереваясь схватить и вышвырнуть наглую девицу из магазина, но стоило ему рассмотреть кто перед ним – как мужчина остановился.
– Она – моя собственность. А вы, Ваше высочество, проникли на мою территорию. ЭТО незаконно, хотя, смотря какие законы мы рассматриваем, – мужчина улыбнулся, а его глаза хитро засверкали, – Всё –таки законы Синсола отличаются, но вы, конечно, можете подать на меня жалобу, вот только рассматривать её вряд ли будут, ведь городом управляют не вампиры, а значит, ваша юрисдикция здесь не действительна, – мужчина снял шляпу, театрально кланяясь.
– Да я тебя сейчас... – но Лита не успела ничего сделать, так как перед мужчиной встала Эстер.
– Пойдем, – Янг взяла подругу за руку и повела за собой.
– Но Эстер, она... – вампирша попыталась спорить, но строгий взгляд заставил её стушеваться.
Волчица шикнула на принцессу и сжала её руку крепче.
– Это не наше дело.
Лита обернулась, до последнего смотря на русалку. Морская нимфа грустно смотрела на то, как последняя её надежда на спасение уходит, но с её лица не пропала улыбка.

***

Хватит дуться. Мы ничем не можем ей помочь, – Эстер крепко сжала руку Ипполиты, не отпуская её от себя, – Я понимаю, что у тебя имидж холодной суки с добрым сердцем, но не стоит лесть на рожон.
Рыжеволосая молча вырвала руку и развернулась идти обратно. Она никогда не считала себя добрым вампиром, но и слышать про себя такие слова оказалось крайне обидным. Сукой она так же себя не считала, скорее, она привыкла поступать так, как ей хочется.
– Эта русалка... Она совсем одна, заперта в этом аквариуме, будто декоративная рыбка.
– И ты видишь в ней себя?
Ипполита остановилась. Волчица подошла к вампиру и развернула её к себе, заглядывая в глаза.
– Ты ведь была как птица в клетке, я права? А сейчас просто сменила одну западню на другую, более просторную, но всё равно западню, – Эстер положила руки на плечи вампира, – Давай так, сперва, мы закончим дела, потом встретимся с ребятами и решим, как мы можем помочь этой рыбке. Если действовать сейчас – мы наведем слишком большой шум, что помешает Нику искать информацию, так что всё потом. Идёт? – Янг проявляла просто удивительный дар убеждения, прирожденный дипломат.
Мартелл хотела кричать и ругаться, отрицать её слова, сказать, что Эстер ничего не знает о ней, но похоже, это было не так. Лита задумалась, стоит ли вообще отрицать очевидное? Ведь в итоге волчица всё равно права, как не крути. Каждое её слово было верным, от чего становилось противно, но жажда ругани ослабла. Девушка обратилась к другой мысли: она может прямо сейчас пойти и попробовать договориться с владельцем лавки, а если тот не согласиться – просто свернуть ему шею, а может подождать немного, как просит её подруга. Её первая в жизни подруга. Вампир сжала кулаки и кивнула. Вот она, слабость в привязанности. Эстер облегченно выдохнула, взяла девушку под руку, направляясь в нужном ей направлении. Теперь уже Лита не рассматривала прилавки и диковинных существ, все мысли были заняты словами Янг и этой русалкой. Неужели эти новые чувства – это сочувствие и понимание? Нет, Лита никогда не была в ограниченном пространстве, весь замок и его территория были в её распоряжении. Но габариты значения не изменят, клетка есть клетка. Чем дольше Лита была у оборотней, чем больше познавала и видела, тем больше задумывалась над этим. За что родители не давали ей увидеть этот удивительный мир? Неужели так переживали? Может, не хотели, чтобы их дочурка столкнулась с темной, ужасной стороной? Хотя и Лита не горела желанием покидать родных. Да, вдали от них – она бы лишалась и светлых моментов, но теперь ей придётся заново учиться жить и понимать. Готова ли она к этому?
Эстер привела её в какой–то паб. Он отличался от того клуба, в котором они были с Дорианом, это был именно стандартный паб. Синсол будто был пропитан атмосферой фэнтези мира, но реальность оставила и на этом удивительном месте свой след. Не всё здесь было таким, как на иллюстрациях в книгах, а мрачные взгляды почти всех посетителей не давали забыть, что даже здесь у каждого своя тёмная история, которая не даёт забыть о реальном мире.
– Лита, посиди здесь, закажи себе чего–нибудь, а мне нужно встретится кое с кем, – Янг вложила в руки Литы пару монет и покинула заведение.
Лита осмотрела монеты, вложенные в руку. Золотые, на одной стороне отчеканен профиль мужчины с птичьими крыльями, а на другой город с подписью «Синсол». Похоже, здесь и своя волюта в обороте. Ну да, а зачем ночным созданиям и детям природы, живущим здесь, фунт стерлингов или доллары? Вампир села за барную стойку, а пока бармен был занят натиранием бокалов – немного осмотрелась. Всё в пабе было деревянным, в лучших традициях средневековых пабов, иллюстрации которых она видела. Разве что современное оборудование немного ломало картину, мешая полностью погрузиться в эту атмосферу. Посетители в заведении так же были разных мастей: феи, нимфы, ведьмы, даже кентавры и многие другие. Кто–то сидел с компанией, кто–то в одиночестве, а кто–то с парой. Каждый был в своем маленьком мирке и не обращал внимания на других, наверное, только Лите было интересно рассмотреть всё и вся.
– Девочка, или заказывай, или проваливай.
Лита бросила резкий взгляд на сатира, исполняющего обязанности бармена, а тот сделал шаг назад.
– Ты же, то есть вы... – он с опаской смотрел на вампира, боясь гнева за свою дерзость.
Это оказалось очень забавно. Неужели он знает, кто перед ним? Или просто боится вампиров? Рыжая широко улыбнулась, якобы невзначай показывая острые клыки, от чего сатир сглотнул.
– Мне, пожалуйста, свежей крови. Лучшей, что имеется в вашем... Кхм, заведении, – Лита положила на барную стойку золотую монету, а сатир будто разморозился.
– Сейчас всё сделаю, – рогатый неуверенно взял монету и со скоростью пули удалился в подсобку.
– Надо же, а вампиры пользуются уважением в этой забегаловке, – через стул от Литы сидел мужчина.
В отличии от всех посетителей, он был одет более современно, похоже, тоже посетитель с поверхности. Его лицо оказалось скрытым под капюшоном, что снова вызвало у Литы эмоцию, которую она уже прозвала «Опять эти театралы».
– Кто вообще сидит в заведении в капюшоне?
– Может тот, кому есть что скрывать? – мужчина сделал глоток из бокала, Лита закатила глаза, – А вообще, принцесса, вы убиваете мой шарм таинственного путника, – мужчина скинул капюшон, открывая свой облик собеседнице.
Это оказался молодой эльф. Его тонкие черты лица прекрасно сочетались с остроконечными ушами. В зал вернулся сатир и торопливо поставил перед Литой бокал с кровью.
– Лучшее, что я смог достать, – он вытер руки о передник, с ожиданием наблюдая за гостьей.
Лита принюхалась, кровь оказалась обычной, похоже, из донорского пункта.
– Благодарю, – принцесса кивнула сатиру, чтобы тот не мялся и обслуживал других.
Мартелл снова перевела взгляд на хихикающего эльфа.
– А изначально вы произвели впечатление язвительной особы, но так просто отпустили его, – блондин провёл рукой по длинным, заплетенным назад волосам, движением привлекая взгляд к выбритым вискам.
Про этого эльфа точно можно сказать «опасно красив», хотя, если озвучить это вслух, точно получишь ответ: «Да, я знаю». Так же у эльфа имелась интересная особенность – один глаз золотой с голубыми вкраплениями, второй же просто голубой.
– Он выполняет свою работу, и пока меня всё устраивает – не вижу смысла доставлять неудобств, – она взяла из стакана, стоящего неподалеку трубочку, и распечатала её, – Похоже, моя личность вам известна, а вот вы не представились, – Лита отпила немного крови.
– Ох, где мои манеры. Ромус Джером Гроссо, просто Джер, – собеседники обменялись рукопожатием.
– Раз вы знаете мое имя – сократим приветствие. Просто Лита, – девушка отпустила руку Джера.
Его рукопожатие оказалось крепким, уверенным, а ладони грубыми, мозолистыми, что не состыковывалось с его аккуратной внешностью. Значит, либо у него тяжелая работа, либо была тяжелая жизнь. Почему была? Будь у него и сейчас проблемы – точно бы не смог бы позволить себе такую качественную одежду. Хотя, может он воришка?
– Лита, так что ты забыла в этой дыре? Я слышал, что ты теперь новая игрушка в стае Монбарнов.
Не смотря на отсутствие деликатности, речь Ромуса была отлично слаженной, а тон уверенным.
– Не предполагала, что эта новость заинтересует эльфов, – девушка сделала маленький глоток, смакуя кровь.
– Ну, не знаю насчёт других эльфов, но я услышал об этом из первых уст. Да и к тому же – у меня брат в этой стае, – парень изменился в лице.
Воспоминание о брате, видимо, не грело его душу. Ипполита снова осмотрела парня и поняла, что знает, о ком он говорит. Конечно, внешнее сходство было, но не настолько, чтобы сразу подумать о родстве.
– Твой брат – Тесеус, верно? – девушка с уверенностью показала свою осведомленность.
– Да, брат по отцу, – лицо парня напряглось, но он совладал с эмоциями.
Стало ясно, что их отец для Джера персона нон грата.
– Ты тоже полукровка? Глаза выдают.
– Да. Но если говорить открыто – мне больше повезло, чем Тесу. Моя мать человек, так что большими дефектами природа обделила. Уж лучше разные глаза, чем сдвиг по фазе, – Джер покрутил пальцем у виска, чуть кружа головой в такт.
– Не сказала бы, что твой брат сумасшедший, просто... Эксцентричный, – но Лита тут же начала сомневаться в своих словах, вспоминая знакомство.
– Ага, это ты ещё не видела, как он голый по лесу бродит.
Лита поперхнулась кровью, а полу–эльф повернул голову к ней, окидывая удивленным взглядом.
– Или видела? – удивление Джера сменилось смехом.
Пока парень смеялся, Лита продолжила спокойно, как ни в чём не бывало потягивать кровь через трубочку.
– Как так получилось, что вы с Тесеусом братья по отцу, да и к тому же от матерей разных видов?
– Это некорректный вопрос, – веселье Джера испарилось, а на лице застыла серьёзность.
– Так же некорректно, как и шутить по поводу особенностей родного существа. Это говорит о неуверенности в себе.
Парень выхватил из–за пазухи кинжал и воткнул возле руки Ипполиты.
– Значит, это тоже больная тема, – девушка отпила немного крови, мельком осматривая оружие.
Клинок этого парня был выкован из черного металла, очень редкого, почти такого же, как и иарнин. Его можно добыть только в горах, далеко на востоке. Мрачные места, окутанное туманами и смертью. Мало кто знает, как туда добраться, ну, так гласят слухи.
– Джер, сукин сын, не смей дырявить мою стойку! – сатир сердито стукнул копытом.
Полу– эльф невинно улыбнулся, потирая затылок.
– Прости Федул, вспылил чутка, – Ромус быстро вынул оружие и погладил рукой след, оставленный на дереве, – Правда не хотел, только не бей!
Блондин быстро спрятал оружие и положил перед, как оказалось, Федулом, ещё две монеты.
– Обнови и сдачи не надо, – Гроссо глупенько улыбался, а у бармена не осталось причин злиться.
– Да будет уж, с кем не бывает, – существо продолжило свою работу, будто и не было этого маленького диалога.
– Трудно было достать Кламорискую сталь? Слышала, она стоит целое состояние, – рыжая начала крутить в пальцах подвеску на запястье.
– Разбираешься в оружии? – парень посмотрел на рыжую с не скрытым уважением.
– Можно и так сказать. Удивительный металл, поглощает энергию, но не накапливает её.
– Знаешь, я пытался это исправить. Представь, как было бы удобно, если бы он просто мог впитывать всё, что делает его сильнее, а не просто на раз использовать вкаченный ресурс. Но природу металла изменить практически невозможно, разве что создать новый вид, что тоже затруднительно.
– Слышала, клинком из этого метала порешили короля эльфов. Вымочили его в яде василиска для больших мучений и воткнули в ногу, чтобы смерть была медленной и мучительной, – Лита сделала ещё глоток, не заметив горькую усмешку Джера.
– О, Лита, ты здесь! – к барной стойке подошёл Дориан, – Уже познакомилась с Джером? – оборотень и полу–эльф обменялись рукопожатием, после обнялись.
– Давно не виделись, кроха Дори. А ты подрос! – он потрепал волка по темным волосам, тот смеясь отмахнулся, – И похудел, ну прямо красавец!
– Так, а вот про вес прошу не упоминать! И не Дори, а Ан. Я тебе не рыбка, – шатен смеялся.
Лита снова поникла от его слов, перед глазами всплыло лицо русалки.
– Обычно Эстер одна приходит, а в этот раз и ты здесь. За компанию с ней? – Джер поиграл бровями, но тут же посерьёзнел, увидев перемену в настроении товарища, – Слышал, какое несчастье приключилось с Алисой, мои соб... – он резко замолчал, понимая, что сказал не то. Но Дориан кивнул в знак благодарности.
– Ты когда навестишь Теса? Он очень скучает по тебе, уже как лет шесть не виделись.
Дориан перевёл тему, но явно выбрал не самый лучший вариант.
– Не могу пока. Работы много, – Гроссо поспешил скрыть натянутую улыбку за бокалом эля.
– Неужели наёмные убийцы пользуются такой популярностью? – Монбарн усмехнулся.
– Наёмный убийца? Ты – киллер? – в ответ она получила гордый взгляд.
– Ну, не только. Ещё занимаюсь целительством, готовлю разные мази и настойки за небольшую плату, держу здесь маленькую лавку. Особенность эльфийской половины, так сказать, – блондин сделал глоток и шумно выдохнул.
– «Одной рукой отнимает жизнь, другой спасает. До чего же парадоксальная личность», – заключила Лита.
– К слову, друзьям делаю скидку в полцены если что, – он подмигнул Ипполите, – Кстати о друзьях – а где Эстер?
– Она привела меня сюда и пошла на встречу с кем–то.
– Вот черт, я тут с вами прохлаждаюсь, а клиент заждался! – парень схватил рюкзак и спрыгнул со стула, – Пока, малыш Дори, и был рад познакомиться, Ипполита! – он галантно поцеловал руку принцессы и умчался туда, куда недавно ушла Янг.
– Эй, сатир! Налей мне лучшего пива! – Дориан хлопнул по барной стойке, оставляя оплату.
– Не ожидала, что внезапно встречу брата Тесеуса, – Лита опустила глаза на след, оставленной от кинжала полу–эльфа.
– Да ты можешь встретить братьев и сестер Теса где угодно. Их отец – знаменитый ловелас. Говорят, не одной юбки не пропускал, а на детей болт класть хотел, так что они сами между собой общаются, ну, если судьба сведет, – парень поднял со стойки бокал.
Волк отпил пива и довольно промычал, осматривая тару.
– Джер убил его, отомстил за всех. Вот теперь и боится показаться перед братом, вину чувствует. Не понимаю его. Ну, убил козла, подумаешь, был отцом. Мудак есть мудак, никаких сожалений, – он снова сделал глоток.
– Легко судить со стороны, – вампир откинула волосы назад. Глупо предполагать, что понимаешь обстоятельства и чувства другого существа. Уж в этом Лита точно была уверена.
– Пойдем, пройдемся. Они с Эстер ещё не скоро закончат, – волк встал и спрятал руки в карманы.
– Учитывая твое спокойствие, боюсь спросить, чем они там заняты, – Лита поднялась следом.
– Он же упомянул, что занимается целительством и травами. Так вот он проводит специальный обряд, который скрывает её шрамы. И помнишь я вкалывал ей сыворотку, когда у неё случился приступ? Тоже его разработка, – они покинули заведение и зашагали по рынку, – Да и к тому же, его парень работает там же, сомневаюсь, что Джер рискнет чудить.
– Ах, вот оно что, – Лита заправила волосы за ухо, поднимая фиолетовые глаза на Дориана, – А откуда у неё эти шрамы? – девушка отошла в сторону, пропуская повозку.
– Сама расскажет, если посчитает нужным.
Лита недовольно нахмурилась, а оборотень напротив, довольно улыбнулся.
– Не моя тайна, чтобы я её рассказывал.
– Но вот за Джера ты рассказал.
– Так это не тайна, все об этом знают, его отец всё–таки королем был, – Монбарн опустил глаза, осматривая необычные фрукты.
– Убитый эльфийский король, который обожал женщин... Неужели ты о Лутодолоре из Ауреумсильвам? Да за голову его убийцы дают вопиюще огромную сумму... – вампир не успела договорить, как оборотень заткнул её рот фруктом.
– На, попробуй, это альбамалум. Обожаю их, сейчас как раз сезон, – оборотень спрятал остальное в свой рюкзак, оставляя одно в руке.
Лита вынула изо рта белый фрукт, осматривая. Его кожура переливалась перламутром, альбамалум был больше похож на большую жемчужину, чем на съедобный фрукт.
– Ну же, попробуй! – парень в ожидании наблюдал за Ипполитой, с нетерпением крутя свой фрукт.
Лита поднесла его ко рту и откусила кусочек, оно оказалось хрустящим, чем–то похожим на яблоко, но вкус отличался. Альбамалум оказалось неописуемо вкусным. Лита не могла подобрать слова, чтобы описать этот дивный вкус, оно было не просто сладким и не просто сочным.
– Это нереально вкусно, – Лита вынесла вердикт.
Дориан довольно откусил своё альбамалум, закатывая глаза от удовольствия.
– Я же говорил. О, пойдем туда! Можно? – оборотень протянул руку, ожидая, что Лита вложит в неё свою, – Так будет проще не потеряться.
Лита, без лишних вопросов взяла его большую ладонь в свою и Монбарн повёл девушку дальше. Он ожидал, что она откажет, но был приятно удивлён, что обошлось без пререканий.
Они просто гуляли, осматривая каждый интересный прилавок. Лита даже начала забывать о том, что хотела кому–то помочь. С Дорианом оказалось очень весело, они шутили и смеялись, оборотень постоянно покупал что–то вкусное, не стесняясь своего аппетита и угощал Литу. Теперь она чувствовала то, о чем раньше только читала – счастье от хорошего времяпровождения с другом. Ведь она может назвать Дориана другом?
Ну вот я ему и говорю... О! – волк подбежал к витрине магазина.
Он напоминал ребёнка, которому всё интересно, но который не может удержать своё внимание на чём–то дольше пары минут. На прилавке лежали разные принадлежности для письма и рисования: перья, чернила, свитки и холсты, кисточки и краски.
– Давно хотел себе краску из ракушек, да найти не мог, – Дориан повернулся к девушке, – Давай зайдём?
Его и без того большие, голубые глаза округлились ещё больше, будто от решения Литы и вправду зависело зайдут они в магазин или нет. Девушка сдержала улыбку и одобрительно кивнула, спустя секунду уже догоняя Дориана внутри. В здании всё пахло красками и пергаментом, а за прилавком стояла пожилая женщина, обслуживающая посетителя. Она была одета в зеленое платье, а в ярко–рыжих волосах проглядывалась благородная седина. Вампир осмотрелась вокруг. Огромные стеллажи, под каждый цвет был свой отдел с оттенками. Один из продавцов вытащил ящик с цветом и тот начал удлиняться до немыслимых размеров, почти досягая другого конца магазина. Высокий потолок был расписан в лучших традициях Ренессанса. Не покидала мысль, что Микеланджело оказалось мало потолка Сикстинской капеллы и он решил продолжить свою роспись здесь. Второй продавец захлопнул отделение и принёс нужное старушке, которая упаковала покупку и вручила довольному покупателю. Лита осмотрела других продавцов, они тоже были одеты в зелёное и были такие же рыжеволосые, как и старушка. Мартелл бы могла легко сойти здесь за свою, если бы её волосы были ярче. Наконец, подошла очередь этих двоих. Вампир и оборотень подошли к прилавку.
– Добрый вечер. Я бы хотел купить у вас краски из ракушек, – Дориан улыбнулся продавщице.
Женщина почтительно улыбнулась в ответ. Хоть улыбка старушки и была добродушной, её взгляд пронизывал, считывал.
– Вы как раз вовремя, их завезли только час назад, а осталась всего одна упаковка, но вопрос в другом – у вас хватит денег? – её улыбка не дрогнула, но вопрос будто был с подвохом.
– Конечно хватит, – Ан будто не удивился вопросу и прошуршал по карманам, после удивленно начал рыться в рюкзаке, – Черт, я потратил все деньги... – парень расстроено посмотрел на женщину.
– Раз у вас нет золота – вы купить это не сможете.
– Простите, а вы можете отложить эти краски, чтобы мы потом вернулись? – Лита вмешалась в разговор.
– Да, пожалуйста! – растерянный Дориан подхватил мысль.
– Простите, но правила нашего магазина не позволяют этого сделать, – женщина пожала плечами.
Дориан продолжал уговаривать её, предлагал оставить что–то в качестве залога, но всё было насмарку. Остальные существа в очереди начали возмущаться, что кто–то смеет задерживать их.
– Ну и чёрт с ним! – оборотень потерял терпение и направился к выходу из магазина.
Ипполите даже стало как–то жаль волка. Он поругался с Эстер, затем не смог помочь брату, а теперь еще и краски не купил.
– Вы ведь не просто так с нами столько говорили, – Лита повернулась к женщине, – Сомневаюсь, что раз у вас такие строгие правила магазина – вам разрешено долго беседовать с теми, кто ничего не купит. Вы ведь что–то хотите, я права?
– Какая умная девочка, – старушка хлопнула в ладоши, – Твоему другу нечем платить, а вот тебе, как рыженькой, я сделаю скидку, – она провела рукой по волосам.
– «Какое снисхождение», – фыркнула про себя Ипполита.
В голове сразу вспомнилось предложение от кицунэ и у девушки сами собой начали чесаться глаза.
– Отдам краски не за монеты, а за то, что так красиво вьётся вокруг твоего запястья, – старые пальцы указали на руку Ипполиты.
Девушка выдохнула, радуясь тому, что её глаза всё–таки интересуют только лисицу и подтянула рукав куртки, смотря на подвеску. Та самая, которая принадлежала её первой жертве. Перед глазами снова появилась эта девушка, а в нос ударил фантом её сладкого запаха. Лита носила её не снимая, даже перестала обращать внимание на это украшение, лишь изредка теребя его во время раздумий.
– Так что, отдаешь? Решай скорее, у меня из–за вас целая очередь образовалась, – женщина сказала это с упрёком, но улыбка не сходила с её лица.
Что–то внутри не хотело расставаться с этой вещью, инстинкт убийцы не хотел отдавать трофей, не хотел прощаться с напоминанием, но мертвым не нужны украшения, а живому мальчику нужны краски. Осознанной стороне же хотелось забыть о той девушке, забыть о том инциденте и о той дороге. Лита сняла с руки подвеску и вложила её в руку рыжей старушки.
– Главное – вовремя отпустить, – серьёзно сказала женщина, а затем снова мило улыбнулась, – Вот ваша покупка. Хорошего вечера.
Лита отошла от прилавка, держа в руках запечатанную коробку, а потом протянула краски Дориану.
– Ты... Ты отдала свою вещь ради меня? – парень с нескрываемой благодарностью смотрел на рыжеволосую.
– Она не была моей. Считай это вкладом в нашу дружбу, – Ипполита улыбнулась.
Дориан прижал краски к груди, улыбаясь в ответ. На душе действительно стало легче, правда Лита не знала – это от того, что она избавилась от подвески, или от искренней улыбки Дориана.
Они покинули эту лавку с легкой душой. Лита избавилась от груза, а Дориан получил то, о чем давно мечтал.
– До меня только дошло. Эта женщина изначально знала, что у нас нет денег, как и знала о подвеске, хотя её не было видно под курткой. Кто она? – ребята направились по улице, ведущей к главной площади.
– Лепрекон. И она, и остальные сотрудники, – парень закинул рюкзак на плечи, – Они сразу чуют, у кого что в карманах.
– Но они обычные... Я думала, лепреконы – маленькие гномы.
– Миф о их маленьком росте пришёл вместе с Христианством, которое пыталось истребить Язычество. А что христиане не смогли изжить – то адаптировали, сделали меньше и незначительнее, – парень показал свою осведомленность, хотя по лицу было видно, что он явно хвастается своей начитанностью.
– Эй, красавчик, – на руке Дориана повисла девушка, она прижалась к оборотню пышным бюстом, – Не хочешь хорошо провести время? – она чуть оттащила его в сторону от Литы.
– Ох, какая хорошенькая, – вторая дама обошла Литу и нежно провела рукой по спине вампира, – Давно у меня не было рыженьких, – блондинка приблизилась к Ипполите, вдыхая её запах.
Зрачки девушки оказались вертикальными, напоминая змеиные, а хитрая ухмылочка куртизанки только подкрепляла образ змея–искусителя.
– Нет, девушки, мы не по этим делам, – покрасневший от смущения Дориан пытался отцепить от своей руки девицу.
– А, вы парочка? Ну ничего, мы обслужим сразу двоих.
Девушки очаровывали своей улыбкой и уверенностью. Они показывали, что уверены в том, что не получат отказа.
– Вам сказали нет, этого недостаточно? – Лита смерила женщин холодным взглядом.
– Какая злая, ну и ладно, – женщина отошла от вампира и оторвала свою подругу от Дориана.
Девушка надулась и жестами попросила оборотня перезвонить, от чего тот ещё больше покраснел. Женщины с сомнительными моральными принципами ушли в сторону здания, куда пытались заманить потенциальных клиентов. Из заведения лился смех, томные стоны и оханья сливались с шумом улицы, а довольные существа то выходили, то заходили в главные двери.
– Это ведь бордель? – Лита осмотрела трехэтажное здание. Взгляд остановился на окне, в котором виднелась парочка. Мужчина прижал женщину к стеклу, явно не переживая о приватности. Жесткие и быстрые толчки впечатывали девушку в стекло, а та не забывала стонать, но судя по скучающему выражению лица – процесс явно не доставлял ей удовольствия.
– Лита, ты куда смотришь? – только лицо Дориана перестало напоминать красный помидор – как снова залилось краской, – Ты любитель подсматривать? – Монбарн попытался скрыть смущение серьёзным тоном.
– Просто интересно. К тому же – это секс напоказ, клиент явно любит острые ощущения, – Лита продолжила наблюдать.
Это зрелище не возбуждало, но было интересно, смутиться ли проститутка, если поймет, что их всё же заметили. Но похоже, ей было всё равно, она просто одарила вампира улыбкой и игриво подмигнула. Багровый от смущения Дориан отвёл взгляд и взял Литу за руку, собираясь уходить. Шум в здании стал ещё громче, но теперь он сменился хныканьем и мольбами возвращаться скорее. Похоже, их покидал очень щедрый клиент и какого же было удивление Литы, когда она увидела, кто же этот любимец публики. Девушки и парни даже вышли, чтобы проводить дорогого гостя. Они просили его остаться чуть подольше, некоторые даже начали плакать.
– Ой, дорогие, простите, но долг принца зовет, – он ослепительно улыбнулся и девушки чуть ли не упали в обморок.
– Это ведь?.. – Дориан указал на парня.
– Да, это мой кузен, – Лита сжала в руках тонкую ткань юбки, прикусила щёку и недовольно фыркнула от призрения. Принцесса не раз видела, как Габриэль приводит девушек домой, это вызывало призрение, и, если быть честными – ужасную ревность. Она знала, что эти девушки лишь игрушки. Нет, она не испытывала жалости к людям, так же сейчас не испытывала что–либо к куртизанкам, такова их работа – развлекать клиентов. Но вот действия Габриэля всё–таки заставляли недовольно сжать кулаки. Один из ветреных особ взял Габа за руку и что–то прошептал, но принц только улыбнулся и поцеловал его руку.
– Ревнуешь? – Дориан опустил глаза на кулаки вампирши, а та только хмыкнула на эту реплику.
– Глупое, ничем не подкрепленное предположение, – рыжая отпустила белую ткань и скрестила руки на груди.
Дориан промолчал, он счёл не уместным рассказывать Ипполите о том, что ещё в их замке слышал разговоры прислуги о том, что рыжая влюблена в своего кузена. Горничные говорили это с таким пренебрежением, хвастались, что даже им легче получить ЕГО внимание, так что значит, принцесса не так уж и хороша. Он слишком хорошо понимал, что испытывает сейчас Лита, поэтому просто оставался рядом, готовый в любой момент оказать поддержку. Наконец, Габ заметил свою кузину. Его лиловые глаза округлились, но блондин не решился сразу подойти. По лицу Ипполиты он точно понимал, что в этот раз она не встретит его с распростертыми объятиями...
– «Чёрт, так ведь ещё ко всему и вышел так эффектно из публичного дома. Вперед, Габриэль! Никаких сомнений!» – и принц уверенной походкой зашагал в сторону кузины и её сопровождения.
– Не ожидал тебя здесь встретить. Что, щенка выгуливаешь?
Парень решил пойти по принципу «Лучшая защита – это нападение», поэтому провокационно усмехнулся. Его слова вызвали соответственную реакцию оборотня: Дориан напрягся. Парень пытался подавить растущую агрессию и опустил глаза, считая про себя.
– «Ха, оборотней всегда легко вывести из себя», – Габриэль довольно перевёл взгляд на Ипполиту.
Но та молчала. Она даже не смотрела на кузена, её взгляд был направлен на Дориана. Она аккуратно взяла в свою ладонь сжатый кулак оборотня. Монбарн повернул голову к Лите, но по глазам понял – это лишь попытка разозлить Габриэля в ответ.
– «Ну что же, подыграю», – Ан сжал ладонь девушки в своей, переплетая пальцы.
Он уже держал Литу за руку, дабы не отставала, или не потерялась, но просто так держать её холодную ладонь в своей – оказалось как–то неловко. Это было трудно, они с натяжкой могут назвать друг друга друзьями, а тут она так мило ему улыбнулась, от чего стало ещё более неудобно. Нужно было изобразить взаимность, у Литы хорошо получилось, ну да, в её актерских способностях он точно уверен, она показала их ещё в тот момент, когда строила из себя дурочку на суде. Лита привыкла носить маски, а вот Дориан всегда был довольно честен во всем. И претворяться – это последнее, что он умел, разве что скрывать свои переживания у него получалось, по его собственному мнению, превосходно. Но волк уже решил помочь, ведь Лита помогла ему. Он представил, что перед ним Эстер. Да, теперь ему стало легче. Любимая нежно улыбалась и сжимала его руку, какая сладкая иллюзия. Настоящая Эстер давно не улыбается ему так. Да и вообще – улыбалась ли?
– Пойдем, здесь больше нет ничего интересного, – Ипполита пошла вперёд, ведя за собой Дориана.
Блондин сжал зубы, казалось, можно было услышать скрежет белой эмали, а его красивое лицо непривычно напряглось. Теперь уже Габриэль Мартелл сжимал кулаки, недовольно смотря на сестру. Лита упорно делала вид, что Габриэля сейчас здесь нет. Что Габ – пустое место. Попытка задеть его самолюбие? Ох, у неё получилось задеть не только это.
– Пошли в центр? Там всегда что–то интересное происходит.
Лита кивнула, теперь уже следуя за оборотнем. Внутри принцессы бушевали противоречивые чувства. С одной стороны она не хотела видеть кузена, но с другой – очень хотелось обернуться, чтобы снова увидеть недовольное лицо. И зачем она взяла Дориана за руку? Неужели она действительно настолько сильно приревновала кузена и этим действием решила заставить его почувствовать то же самое?
– Знаете, а я тоже пойду, – Габриэль сровнялся с ними.
На его лице не осталось и следа этой злобы. Ещё один притворщик. Мартелл шагал возле «парочки» и болтал о всём, что взбредет в голову. Он пытался привлечь внимание, но это не выходило. Его раздражало лицезреть прогулку кузины и оборотня, его раздражало то, что они держаться за руки, его раздражало то, что эти двое стали так близки.
– Знаешь, сестрица, сомневаюсь, что родители одобрят такой «союз», – Габриэль не отставал от них, – Дориан, а ты как мог на такое пойти? Неужели история Хэлин ничему тебя не научила?
Дориан остановился.
– Закрой свой рот, – Монбарн сжал руку Литы крепче, явно сдерживая себя, – Не смей упоминать её.
Парень потупил взгляд, а вот Габриэль остался довольным реакцией. Он смог найти ту болевую точку, которая точно сможет надавить на болезненные воспоминания. Каждый пытался сыграть на чувствах другого, старался ещё больше задеть, но Дориан решил выйти в этой игре победителем. Лита не успела ничего сказать, как парень крепко обнял вампира, прижимая её к своей груди.
– Не слушай его, у нас всё будет хорошо, – Ан нежно поцеловал Литу в лоб.
Волк тоже может играть на чувствах. Он видел, что между кузенами явно не только родственные чувства, а ревность Литы только подтвердила догадку. Да, изначально он просто подыграл, но после упоминания этого имени решил ударить в ответ. Габриэль снова напрягся, но в этот раз его глаза стали ярче, говоря о том, что ещё миг и вампир потеряет контроль.
– Я пойду... – блондин опустил глаза и глубоко вдохнул, пытаясь вернуть самообладание.
Если эта псина избранник Литы – он не может навредить волку, ведь это ранит кузину. Что это такое? Почему в момент её чувства стали выше его собственных? Габ скрылся с глаз и только тогда Лита оттолкнула Монбарна.
– Прости, я переборщил, – парень спрятал руки в карманы худи, не решаясь смотреть в глаза вампира.
– В другой ситуации я бы разозлилась, но в этой... Вообще странно. Какого черта это было? – Лита скрестила руки на груди.
– А ты думала, такие тупые ситуации только в фильмах бывают?
– Я не смотрю фильмы.
– Поэтому ты счастливее всех нас, – Дориан попытался разрядить обстановку.
Ребята двинулись дальше. Такая нелепая ситуация, Лите даже как–то стыдно стало. Дориан не поднимал глаза и не решался больше заговорить, похоже, он испытывает то же.
– Добро пожаловать на аукцион «Вичесима Квинта»! – голос внезапно раздавался со всех сторон, а прохожие начали оглядываться, – Только сегодня вас ждет ряд удивительных и полезных предложений! Успейте скорее, ведь такого вы больше нигде не приобретёте! – голос замолк, а движение толпы продолжилось.
– Что это за аукцион?
– Ужасное мероприятие... – Ан остановился, – По факту – торговля всякими редкими магическими штучками и редкими видами живых существ.
– По типу торговли людьми? – Лита нахмурилась.
– Типа да, но людьми сами людьми и торгуют, – парень усмехнулся, – Иронично, правда?
– Но это ненормально. Разве власти города или этих видов могут позволить подобное? – девушка не могла понять этого. Даже, более правильно сказать: отказывалась это понимать.
– Некоторые считаются менее развитыми видами, так что отношение к ним, как к животным. Поэтому некому за них заступаться, – парень пнул камушек и тот покатился вниз по улочке.
Совсем так же, как и катилось вниз мнение Литы о социуме. 21 век, а единственное, что изменилось в мире – это технологии и напускная демократия. На самом же деле всё так же решает выгода, как у людей, так и у детей природы и ночи. Синсол и вправду оказался гнилой, червивой конфетой в блестящей упаковке.
– Я слышал, сегодня там выставят на продажу русалку!
– Да? Я думал, они уже вымерли... – слова прохожих привлекли внимание Литы.
Она вспомнила, о чём хотела поговорить с Дорианом и Ником.
– Дориан, пойдем туда, – девушка не дождалась ответа и пошла за двумя мужчинами.
Дориан недовольно закатил глаза, но пошёл следом. Он чувствовал, что, если оставить Литу одну – она точно что–то учудит. Есть такие особи: если они не ищут приключений – то приключения сами найдут их. Будто жизнь этих личностей – сюжет какого–то произведения, в котором нет места скуке и обыденности. Забавно, ведь и сам Дориан был из этой оперы, поэтому вряд ли мог выступать в роли голоса разума.
Молодые существа вышли на центральную площадь. Она не была заставлена прилавками, как улочки города, но народу здесь было много. Не сказать, что место было очень примечательное, фонари, по них вьюном растут разноцветные цветы. Природа этого места пробивалась даже через суету загнивающего города. Совсем как маленькая ромашка, которая всё же смогла пробиться через толстый асфальт. Где–то танцевали, в другой стороне выступали музыканты, а дальше, ближе к огромному фонтану, располагалась сцена, к которой и было приковано всё внимание. Толпа расступалась неохотно, каждый хотел посмотреть на диковинных существ. Лита не могла перестать корить себя за то, что забыла о русалку, Дориан умеет отвлекать от беспокойств. А затем ещё эта непонятная ситуация с Габриэлем... Хорошо, что они наткнулись на тех двух зевак, похоже, сама судьба хочет, чтобы Лита вмешалась, как ещё объяснить это растущее беспокойство внутри? Лита ступала между существ аккуратно, стараясь ни задеть чьи–то крылья, хвост, или дополнительные пары конечностей. Вокруг столько нового, а в голове только бирюзовые глаза русалки.
– И так, начальная стоимость этого тэнгу – 5 килограмм золотом! – внимание зрителей привлек аукционер.
Бородатый дворф стоял за трибуной и вел торги, умело подбивая желающих приобрести диковинку, заплатить больше оппонентов. Посредине сцены стоял юный парень, его руки и ноги были скованны, а большие, черные крылья держали работники аукциона. На его лице так же встречалось оперение, которое красиво выделяло острые скулы и миндалевидные глаза. Работники отпустили крылья парня и те обессилено упали вниз. Пускай они не были связаны и давали ему возможность улизнуть, по пустому взгляду сразу стало ясно – он не собирается этого делать.
– Почему он просто не улетит?
– Их накачивают всякой хренью, чтобы они были покорными, но оставались в сознании, – пояснил Дориан, вместе с Литой пробираясь к сцене.
Чем ближе они подходили, тем плотнее становилась толпа и никто не хотел пропускать наглых чужаков дальше. Кто–то просто продолжал стоять на пути, игнорируя просьбу пропустить, а кто–то покрывал вампира и оборотня отборными ругательствами.
– Давай здесь постоим, нам шумиха и разборки ни к чему.
Лита согласно кивнула. Девушка оглянулась, всматриваясь в лица существ. Она не видела ни большого ума, ни хоть малейшей доли сострадания. Никто не сочувствовал этому тэнгу, никто не стремился помочь. Осуждает ли это Лита? Трудно сказать. Да, с одной стороны работорговля – это ужасно, но с другой – таковы законы этого города, которые ей не под силу изменить. Парень продолжал просто смотреть в никуда. Интересно, что же станет с ним? Станет рабом, украшением какого–то замка, секс–игрушкой или просто разберут по кусочку, для всяких магических штук? Лита обернулась, ища Дориана. Парень стоял неподалеку и наблюдал за девушкой, которая очень быстро водила углем по бумаге. Одноногая дама опиралась об столб и зарисовывала тэнгу, очень быстро орудуя углем, боясь не успеть и упустить хоть одну деталь. Дориан подошёл ближе и нагнулся, рассматривая рисунок девушки. Парень одобрительно закивал, потирая подбородок большим и указательным пальцами. Патасола не заметила оборотня сзади и продолжала рисовать. Длинные, черные волосы лесной девы спадали вниз, закрывая лицо.
– Растушуй немного крылья, получились слишком темными, не видно перьев.
Девушка дернулась, прижимая рисунок к груди. Её белое, как мел, лицо уставилось на оборотня. Черные глаза девушки недовольно глянули на Дориана, а широкий рот открылся, демонстрируя несколько рядов острых, будто акульих зубов. Девушка издала что–то среднее между рыком и треском, а Дориан быстро отошёл от неё.
– Прости, не хотел напугать или лезть в личное пространство, – оборотень положил руку на сердце и поклонился девушке, а та что–то промычала и, прыгая, покинула толпу.
– Каков джентльмен, – Лита саркастично фыркнула.
– Не начинай, – он закатил глаза и скрестил руки на груди. Наконец, прозвучал стук молота, и аукционер объявил о том, что тэнгу продан.
– И этот лот уходит молодому господину в причудливой шляпе! А, это не шляпа? Ох, прошу простить, – аукционер с ослепительной улыбкой осмотрел присутствующих.
Парня увели со сцены, придерживая его крылья, чтобы он, в этом состоянии, не дай бог не повредил такую драгоценность. Ведущий решил не терять зря времени и начал новую речь.
– Перейдём к нашему последнему лоту, ради которого все и собрались сегодня. Дорогие жители и гости Синсола, что вы знаете о море? – мужчина обратился к зрителям, одаривая присутствующих сверкающей улыбкой.
Может быть, этот дворф и не является красавцем, но его умение подавать товар и вводить толпу в некий «транс» поражало. Обычно этих существ описывают, как импульсивных и агрессивных, но этот мужчина больше напоминал ручей, который понемногу омывает неприступный камень.
– Ты достал надрачивать рог единорогу!
– Он прав, покажи уже чёртову русалку! – толпа оживлённо согласилась с выкриками, а дворф сдержанно улыбался.
– Что же, либо я его переоценила, либо существа здесь умнее, чем кажутся, – Лита ещё раз осмотрела толпу, но мнение почему–то оставалось прежним.
Внешне все выглядели как простолюдины прошлых веков. Такая же одежда, такой же глупый взгляд. В Синсоле действительно было другое время. Будто та лестница, по которой их проводила кицунэ – на самом деле была порталом в прошлое.
– Не сказал бы, что они прямо интеллектуалы. Просто это торговый город, вот народ уже и сыт такими речами по горло, – оборотень почесал затылок.
– А наши уважаемые гости в этот раз особо нетерпеливы. Такие забавные господа сегодня собрались, сердце радуется, – дворф хихикнул, прикрывая рот брошюрой, – Ну, раз вы так просите – жемчужина сегодняшнего вечера, существо, которое долгое время считалось вымершим.
Толпа затаила дыхание, а за кулисами послышался гул, работники точно тащили что–то тяжелое.
– Она прекрасна настолько же, насколько и опасна. Впервые вижу, чтобы красота так граничила со смертельной опасностью, – мужчина поднял руку и на сцену вывезли что–то огромное, накрытое алой тканью. Ведущий молчал, тянул интригу и накалял обстановку.
– Сука, не тяни! – послышались возгласы.
Низкий аукционер вальяжно подошёл к таинственному предмету, срытому тканью.
– Дамы и господа, позвольте представить – настоящая, живая русалка! – маленькая рука схватила ткань и резко дернула вниз.
Всеобщему взору открылся высокий аквариум с русалкой внутри. В толпе разнеслись удивленные возгласы, а существа начали приближаться к сцене. Каждый хотел получше рассмотреть чудное создание. Девушка в свою очередь прильнула к стеклу, осматривая обстановку. Она не выглядела испуганной или растерянной, но стоило Лите подумать о том, что, похоже, рыбка смирилась со своим положением – как русалка ударила хвостом по стеклу. Из–за узкого пространства она не смогла набрать достаточную скорость, чтобы удар получился сильным, но этого было достаточно, чтобы аукционер испуганно отпрыгнул.
– Ох, какая темпераментная дама, – мужчина пригрозил русалке пальцем, а та в ответ клацнула острыми зубами, – Русалки отличаются от большинства из нас. Они – одни из немногих, кто до сих пор сохранил свой первобытный образ жизни. Эти существа редко появлялись близко к суше, а с ростом человеческого прогресса и ухудшением экологии, вовсе исчезли. Мы считали морских дев вымершими, но случилось чудо, которым решил поделиться с нами мистер Эш Трэ.
Тот самый хозяин лавки вышел вперёд, снял шляпу и поклонился зрителям.
– Вы только полюбуйтесь этой красотой. Какой длинный и сильный хвост, способный убить одним ударом, – дворф провёл тростью по стеклу, указывая ею на хвост морской девы.
– Я куплю её за любые деньги, – стоящий рядом мужчина решительно двинулся ближе к сцене, держа в руках тяжелые мешки.
– Острые когти и клыки, чтобы разорвать ваших врагов в пух и прах, – он указал на прислоненные к стеклу перепончатые пальцы, – Красивое лицо, бирюзовые волосы и такого же цвета глаза, в которых можно утопать каждую ночь, – коротышка повернулся к толпе и похотливо улыбнулся, получив от толпы одобрительные возгласы.
– Отвратительно. Взять бы его за бороду и головой о стену шмякнуть, – Дориан презрительно хмыкнул, а принцесса согласно кивнула.
– Но, если вас интересует более, скажем так, практичная сторона – слезы русалок имеют исцеляющие свойства, так же их глаза использовались в приготовлении некогда утерянного эликсира молодости. Только подумайте, теперь наши дорогие зельевары снова смогут его приготовить, но только для хозяина этой девы.
Толпа с восхищением ахнула.
– А какое, у неё, должно быть, вкусное мясо. Мой прадед ел когда–то русалку...
– Кстати, чешуя русалок тоже используется в зельях.
Зрители только и делали, что обсуждали каким образом "применили" бы девушку. Для них – существа на сцене не были равными, эти бедолаги просто были ценным материалом для личных целей.
– Достопочтенные гости совершенно правы. Господин Трэ заверил нас, что мясо русалок по вкусу не похоже ни на что известное нам, но настолько вкусное, что можно откусить себе пальцы.
Русалка ударила кулаком по стеклу, а аукционер стукнул в ответ тростью по аквариуму. Несчастная девушка отпрянула назад, закрывая уши.
– Запомните дети, рыбки не любят, когда вы стучите по стеклу, – он игриво пригрозил пальцем зрителям и те рассмеялись.
Мартелл наблюдала за этим «цирком» и ели сдерживала в себе желание выпрыгнуть на сцену и отчитать всю эту толпу. Спросить, чего же такого им сделала эта русалка, что каждый готов либо надругаться над ней, либо разделать по кусочку. Чья–то рука схватила запястье Ипполиты, отрывая от мыслей и дальше она уже не слышала, о чём распинается низкорослый мужчина. Холодная хватка кузена сжимала её запястье, не сильно, но от неожиданности свободная рука принцессы уже впилась в горло Габриэля.
– А знаешь, Лита, я всё же скажу. Ты избалованная, наглая, вредная и в целом крайне раздражающая личность! – Габриэль перевёл глаза на Дориана, который даже не успел понять, что сейчас произошло, – Ещё и с оборотнем шашни крутишь! Это просто неслыханно!
Лита глубоко вдохнула, отлаживая желание спорить на потом. Сейчас у неё есть более важное дело, ей просто нужно сделать всё для того, чтобы не реагировать.
– Я всё понимаю, у тебя сейчас переломный, драматичный момент, но у нас есть важное дело, так что давай как–то потом? Дориан, пошли, – Лита отпустила шею брата и вырвала руку.
Девушка взяла оборотня за рукав и повела за собой.
– Нет уж, я выскажу всё! – принца поражало это умение кузины проявлять хладнокровие даже в такой момент.
Хотя, что бы он ей сказал? Что ревнует? Что она ему небезразлична? А что потом? Она бы точно так же ушла вперёд с этим блохастым?
– Чего ты привязался к ней? Лита же дала понять, что ничего к тебе не испытывает. Так на кой чёрт ты бегаешь за ней?
Но вместо Габриэля ответила его кузина. Лита засмеялась, а оборотень и вампир в недоумении остановились.
– Забавно слышать такие слова от тебя, Дориан. С самоиронией у тебя точно всё в порядке, – Лита дёрнула его за рукав, заставляя идти дальше.
– О чём ты? – Габриэль сравнялся с Дорианом, – О чём она? – но оборотень, как и сестра, не дали ответа на этот вопрос.
Лита, пусть и посмеялась, понимала, что это всё – не её дело, а Дориану просто стало стыдно. Ведь вампирша права – как он может давать такие советы, если сам не может разобраться со своими чувствами к Эстер?
– Дамы, господа и прочие: начальная цена – 10 килограмм платиной!
Покупатели подняли недовольный гул.
– 10 кило платины?! Да это непомерная цена! – шумел народ.
– Неужели вы думали, что такая редкость будет стоить как какой–то облезлый тэнгу? – сказал какой–то мужчина и поднял руку.
– 10 килограмм платины р... – не успел аукционер закончить фразу, как выкрикнул тот самый мужчина с мешками.
– Она моя! 20 килограмм! – он поднял руку с мешком.
– 20 килограмм раз...
– Ну уж нет! Я хочу быть вечно молодой и красивой! 25 кило! – женщина–олень подняла руку.
После этого предложения начались ещё более ожесточенные торги. Существа торговались и торговались, а малютка аукционер даже слова не успевал вставить.
– 50 кил...
– Я дам 60!
– 60 ки...
– 65!
Понемногу покупатели начали сдаваться. Чем внушительней становилась сумма, тем меньше оставалось заинтересованных, но некоторые были готовы биться до конца, поднимая ставку. Последней цифрой прозвучало «85».
– Ну же, 90! Кто даст 90?
– 100 килограмм! – мужчина скинул все мешки на сцену, демонстрируя свое превосходство над другими.
– 100 килограмм платиной раз, 100 килограмм платиной два. Ну же, дорогие мои, ведь не скоро вам представиться возможность приобрести столь чудное создание. Никто не даст больше? Тогда продано...
– Габриэль, заткнись! Даю 200 килограмм платины за эту русалку! И я дам в двое больше любой цены! – Лита протиснулась вперёд, поднимая руку вверх.
Существа зашептали, осматривая вампира.
– 200 килограмм? Какая прекрасная сумма. Мужчина, вы дадите больше?
Но незнакомец молчал, а его руки начали нервно подрагивать.
– 200 килограмм платиной раз, 200 килограмм платиной два, – только аукционер поднял молот, как снова несчастного перебили.
На сцену взобрался Эш Трэ. Мужчина что–то прошептал на ухо дворфу и тот закивал.
– Вампирша с рыжими волосами, а у вас есть такие ресурсы? – он вопросительно посмотрел на девушку, прищуривая и без того мелкие глаза.
– Мое имя Ипполита Белослава Сасса, я – наследная принцесса вампирского рода Мартелл. И, разумеется, у моей семьи есть такие ресурсы, – Лита гордо подняла голову и убрала руки за спину.
Стоящие рядом Дориан и Габриэль тоже постарались принять более благородные позы. Существа вокруг начали перешептываться ещё громче и чуть отошли от компании, боясь задеть благородных господ.
– Ваше Высочество, какая честь видеть столь знатную особу на нашем скромном мероприятии, – дворф поклонился, – Но это не меняет вопроса. У вас есть сейчас с собой данная сумма?
– Нет, но вы можете дать мне сутки и получить эти деньги.
– Увы, но правила этого аукциона требуют, чтобы вся сумма предоставлялась сразу, – хозяин русалки довольно усмехнулся, – Таковы наши законы, принцесса, – он сделал особый акцент на слове «законы», напоминая Лите их маленькую перепалку в его лавке.
– Ваши законы не только не гуманны, но и не логичны. Вы ведь можете подождать, получить сумму больше и все будут в выигрыше, – рыжеволосая сделала пару шагов к сцене, – Неужели для вас важнее досадить мне, нежели заработать больше? – фиолетовые глаза пытались прожечь дыру в мужчине.
– Принцесса, ну что вы такое говорите, просто таковы правила, – дворф начал активно кивать головой, будто успокаивая себя этим, – Ну что же, продано седовласому мужчине за 100 килограмм платиной! – аукционер стукнул молотом по деревянной подставке.
Лита поджала губы, а ногти впились в ладони. Эш бросил в сторону вампира усмешку, а девушка дернулась с места, но её тут же перехватили.
– Не нужно. Ты ничего с этим не поделаешь, – Дориан взял её за плечи и встряхнул, заставляя просмотреть на него.
– Оборотень прав, сейчас не стоит ничего делать, пагубно для репутации. А вот когда этот мужик останется один, можно и замарать руки, – Габриэль убрал руки Дориана от Литы.
– Но она ведь может помочь Нику, помочь Алисе! – принцесса снова посмотрела на русалку, а та смотрела на неё.
Впервые её посетила мысль, что русалка может быть полезна, и ведь да, это был гораздо лучший аргумент, нежели слепое желание помочь. Впервые за всё это время она увидела грусть в глазах этого существа.
– Я всё понимаю, правда, но ты ведь просто наживешь себе проблем, если вмешаешься! – Дориан пытался вразумить Литу, он верил, что получиться.
– Думаешь, что сможешь переубедить её? – Габриэль уперся руками в бок и склонил голову.
– Конечно. Принцесса, ты же прагматик, подумай.
Габриэль засмеялся над репликой Дориана.
– Ты такой наивный. Это тебе кажется, что она такая расчётливая, на деле если чего–то захочет или что–то взбредет в голову – хрен ты что докажешь.
– А ну оба заткнулись! – она прикрикнула, – Я уже увидела достаточно, чтобы понять одну истину: всегда нужно поступать так, как тебе подсказывает чутье. В противном случае будешь сожалеть всю жизнь о том, чего не сделал. Именно поэтому я пойду и помогу этой чертовой русалке, она поможет твоему брату, а пока стойте здесь и не вмешивайтесь, раз не хотите, – в следующий момент Лита оказалась возле аквариума.
– Что? Остановите её! Не дайте ничего сделать! –аукционер отдал приказ.
Русалка подплыла к стеклу, осматривая Литу.
– Отплыви назад и закрой лицо!
Крикнула Лита и постаралась показать руками, что хочет от русалки, но та сразу сделала, что приказали. Лита замахнулась, но на неё уже бежал огромный мужчина.
– Ну что же, ладно, – Ипполита замахнулась и ударила охранника ногой в живот, но веселье не закончилось.
Сзади выпрыгнул оборотень, который тоже отправился в полет.
– Идиоты, она же чистокровная! Так вы к ней не приблизитесь! – Эш Трэ вынул меч из ножен.
Скорость, с которой его клинок рассёк воздух – оказалась невероятной, Лита даже не заметила, когда лезвие успело впиться цепкой хваткой в её руку. Вампир отскочила от мужчины в цилиндре и сжала рану рукой. Обычно, рана бы тут же затянулась, но кровь шла и шла, не собираясь останавливаться.
– Думаю, ты знаешь, что это за металл, – мужчина стряхнул с меча кровь вампира.
– Иарнин, – девушка сжала порез сильнее, осматривая клинок.
– Трудно было найти этот металл, но оно того стоило. Для чистокровных вампиров он – слепая зона. Вы не можете чувствовать его движение, он несёт вам смерть, как вы несёте её другим, – Эш прокрутил меч в руке, демонстрируя своё мастерство.
– Нужно помочь! – Дориан сорвался с места, но его остановил Габриэль.
– Погоди, герой–любовник. Давай посмотрим, как Лита выкрутиться.
– Металл кровавой слезы слишком опасен, а я несу ответственность за сохранность твоей кузины. Ты допустишь, чтобы она пострадала?
– Мальчик, я знаю эту девушку на 100 лет дольше, чем ты и поверь мне – Ипполита не проиграет такому слюнтяю, а вот если вмешаемся – разозлиться.
– Хэй ты, узкоглазый, я всё слышу! – мужчина указал мечом на Габриэля.
– Не смей так говорить с ним! – одновременно воскликнули Лита и Дориан.
Ладно кузина, но вот то, что оборотень заступился за Габа – было удивительно для обоих вампиров.
– Что? Терпеть не могу расистов, – Монбарн скрестил руки на груди.
Эш Трэ решил не терять возможности и пока принцесса была отвлечена своей компанией – бросился вперед. Лита не могла понять, откуда ожидать удара, глаза теряли координацию, этот меч сбивал с толку. Лита посмотрела на русалку, та активно пыталась привлечь внимание вампира. Она закрыла руками глаза, затем указала на уши и после помахала хвостом.
– «Закрыть глаза, прислушаться к ногам», – умозаключила Лита и сделала, как велела девушка, – «А ведь действительно, не можешь видеть – слушай». Рыжеволосая услышала приближающиеся шаги и отступила в сторону, уклоняясь от атаки. Затем ещё раз уклонилась, и ещё раз, пока не удалось подобраться к противнику. Он был очень быстр, но всё–таки с вампиром ему явно не тягаться. Лита ударила ногой в коленную чашечку, слыша, как ломается кость. Быстрым движением девушка заставила мужчину с криком упасть на колени, роняя излюбленное оружие.
– Всё–таки ты не так искусен, как тебе казалось, – Лита подняла меч, чувствуя, как оно обжигает руку даже через рукоять.
– Сука тупая, терпеть не могу вампиров! Лезете везде, строите из себя элиту. Будто то, что вам дана вечная жизнь и столько способностей – делает вас лучше, – мужчина гордо поднял голову.
Лита принюхалась, пытаясь понять, что это за существо.
– «Всего лишь фея без крыльев», – Лита не сводила с мужчины презрительного взгляда.
– А ты и тебе подобные вообще хуже всех. Кичитесь своими титулами, будто ваша корона что–то значит. Но ты просто дрянная девка, которая возомнила, что в её жилах течет голубая кровь.
– Думаешь, что такой необычный, отрицаешь власть имущих, говоришь, что я и мой титул – ничто за пределами моего вида. Но видишь, в чем загвоздка... – Лита ударила Эша ногой в грудь, кидая его на пол. Девушка обошла мужчину и встала ногой ему на горло, наставляя в лицо господина Трэ его собственный меч.
– Даже несмотря на это, я – выше, а ты – ниже, – девушка надавила ногой сильней.
Руки мужчины схватили её ногу, пытаясь скинуть, но Лита только сильнее давила. На лице вампира появилась ухмылка. Оказалось, довольно приятно воздавать по заслугам такой омерзительной личности.
– Прости, не могу разобрать, что ты там бормочешь, но я уверена, что ты извиняешься за оказанное неуважение ко мне и за отношение к этой русалочке.
Дориан не мог поверить, что перед ним стоит Лита. Та Лита, которая старалась поддержать его, после очередной измены Эстер. Та, которая заплетала косички его племяшке. Лита, которая ещё полчаса назад ходила с ним по рынку и звонко смеялась. Это не она. Он уже видел эту Литу, но забыл. Именно она тогда, на дороге добила бедняжку, которую сбил Дориан.
– Думал, что знаешь её? – Габриэль усмехнулся и похлопал оборотня по плечу, – Да, с одной стороны моя кузина – невинная девушка, которая только познает мир, но с другой она – хладнокровный хищник.
– Рот прикрой. Не помню, когда я нанимал тебя на роль голоса сомнения, – оборотень хмыкнул.
Но Габриэль прав. Он забыл о том, кто такая Лита. Слишком много провели вместе времени, от чего и начал забывать о том, что она не просто принцесса, которая оказалась у них в гостях.
– И самое время позаботиться о более нежной стороне. Сестричка, успокойся, не надо убивать его, – Габриэль запрыгнул на сцену, – Я знаю, что ты сильная и безжалостная, но не уверен, что ты готова брать на свои плечи новый груз убийства. Отдай мне меч, – Мартелл протянул руку.
Лита посмотрела на брата. Забота? В такой момент? С чего бы? Разве убийство – это не то, что у них в природе?
– Да, Лита, время заканчивать. Нам пора возвращаться, – оборотень подошёл к сцене.
Но Габриэль ошибся. Лита уже убивала и перенесла это немного лучше, чем сама того ожидала. И если смерть невинной девушки гложила её лишь моментами, то смерть такой твари не взволнует и подавно. Девушка резко вонзила меч в рот мужчины и дёрнула вперёд, разрубая его голову пополам. От увиденного Дориан отвернулся и выблевал содержимое желудка. Лита вытерла меч об одежду трупа. Габриэль смотрел на девушку с удивлением, образ маленькой сестры стёрся из сознания, открывая ему правду: та малышка выросла и срослась со своей вампирской сущностью.
– Не смотри та меня так. Я сама решу, как мне поступать, сама буду нести последствия своих решений и поступков, – она всучила в руки Габриэлю меч и подошла к аквариуму.
Стоящие вокруг охранники отошли в сторону, боясь повторить судьбу мистера Трэ.
– Вы видели, что она сделала?! Схватите её немедленно, иначе я с вас лично шкуры спущу! – закричал дворф, который всё это время прятался за одним из сотрудников.
– Ты не уйдешь отсюда без этой русалки? – спросил Габ, на что получил одобрительный кивок, – Тогда давай быстрей, я не хочу надолго здесь задерживаться, – вампир прокрутил в руке меч и бросился вперёд, отгоняя охранников от сестры.
Ипполита сжала кулак и замахнулась, а русалка отпрянула назад. Один удар – и стекло покрылось трещинами, из которых начала струиться вода. Чем сильнее становился напор – тем быстрее трещины распространялись по аквариуму и, наконец, вода разбила стекло и мощным потоком хлынула наружу, прямо на Литу.
– «М–да, об этом я не подумала», – девушка закрыла глаза, смирившись с тем, что сейчас случиться незапланированный приём душа.
Вода накрыла Литу с головой, всего на пару секунд, а затем продолжила своё путешествие, стекая со сцены. Раздался крик, истошный, пугающий. Лита заставила себя открыть глаза и посмотреть на русалку. Девушка лежала на дне разбитого аквариума, похоже, она удержалась за что–то, чтобы не выплыть вместе с водой. Её чешуйчатая кожа начала линять, спадая с тела окровавленными кусками, сменяясь гладкой, бледной кожей. Длинный хвост начал разрываться на две части, образуя ноги, когти сменялись обычными ногтями, а жабры на шее затянулись. Это кровавое месиво доставляло русалке неописуемую боль, и она не стеснялась кричать об этом. Спавшая кожа сразу же превращалась в воду и пену, не оставляя и следа от того, чем раньше была эта девушка. Она забилась в угол и подтянула к себе ноги, успокаиваясь, пытаясь отойти от той адской боли, что пережила. Для окружающих это зрелище не заняло и минуты, а вот для несчастной русалки длилось чуть ли не вечность. Лита аккуратно приблизилась и присела перед ней. Её бирюзовые волосы прилипли к лицу, сама она тряслась, а принцесса не могла понять, от страха или это отголоски боли.
– Ты в порядке? Позволишь помочь тебе? – рыжая протянула руку, но девушка зашипела, ещё больше забиваясь в угол, – Посмотри на меня. Я клянусь, я не хочу навредить тебе, – Лита продолжила держать руку на весу.
Русалка подняла глаза на Литу, всматриваясь в её лицо. Она моргала, стараясь сфокусировать зрение и когда это удалось – немного расслабилась. Лита аккуратно убрала прилипшие к лицу русалки волосы, осматривая её.
«Так прекрасна, будто ангел», – Мартелл утонула в бирюзе этих глаз.
Она уверена, что красивее девушки не видела в жизни, и готова поклясться, что другой такой она точно больше не увидит. сняла с себя куртку Дориана и надела её на русалку, прикрывая оголенное тело.
– Ты сможешь встать? – Мартелл взяла девушку за плечи и помогла подняться.
Она оказалась высокой, ростом даже выше Дориана, а тело её худощавым, долговязым. Русалка снова упала на колени, не в силах сделать и пары шагов. В голове сразу всплыла цитата из сказки Андерсона: «Каждый шаг причинял русалочке такую боль, будто она ступала по острым ножам и иголкам». Кто же мог знать, что когда–нибудь слова из давно забытой Литой сказки так подойдут под описание ситуации.
– Лита, давайте как–то ускоряйтесь, мне уже надоело это всё, – Габ умело путал противников, нанося им удары один за другим.
Вампир не убивал подчиненных аукционера, только обездвиживал.
– Он прав, позволь мне понести тебя, – принцесса откинула назад мокрые волосы и присела перед девушкой.
Русалка закинула руку на шею вампирши в знак согласия. Лита подхватила девушку под ноги и за спину, поднимая. Рыжеволосая вдохнула запах девушки, она пахла морским бризом и свежестью, так приятно и расслабляюще. Лита спрыгнула со сцены и обернулась к Габриэлю.
– Бегите вперёд, я догоню, – он подошёл к аукционеру, которого уже не кому было защитить.
Его охрана и работники повержены, зрители разбежались кто–куда, а те, кто остался – просто наблюдали за исходом битвы. Толпе не хватало только хлеба к зрелищу.
– Ты же в курсе, что могла забраться и просто открыть крышку, а не разбивать стекло? – Дориан вытер носовым платком остатки рвоты.
– Не время ёрничать, идем быстрее, – Лита пошла вперёд.
Никто не посмел преграждать путь вампирше, особенно после увиденного.
– Знаешь, я поражаюсь тому, как с твоим появлением моя жизнь стала насыщеннее, будто героем сериала стал.
Монбарн вёл рыжеволосую по улицам Синсола, постоянно оглядываясь, опасаясь хвоста. Русалка на руках Литы осматривала всё вокруг с любопытством, совсем как Лита всего пару часов назад. Сейчас же Мартелл просто хотела быстрее покинуть этот город, хотелось вдохнуть свежий лесной воздух и забыть об этом приключении. Хотя, девушка на её руках точно станет долгим напоминанием об этом месте. Наконец, показался выход из города. Дориан запрыгнул на высокий камень и осмотрелся.
– Что ты делаешь?
– Ищу брата и Эстер. Они должны уже закончить, – парень ещё раз всё осмотрел.
– А что ты высматриваешь? – рядом раздался знакомый голос.
Эстер подошла к камню с другой стороны и залезла к Дориану.
– Одна есть, остался Ник, – парень даже не посмотрел на свою девушку, просто отвернулся.
Эстер это заметила, но не успела ничего сказать, как она опустила голову и увидела Литу. Шок на её лице сменился недоверием, а после и вовсе неодобрением.
– Всё–таки вмешалась. Лита, ты головой думаешь? А если её хозяин хватиться и устроит нам проблемы?! – Эстер возмущенно скрестила руки на груди.
– Не хватиться. Она его убила, – Дориан начал махать кому–то в толпе.
Похоже, Никон тоже закончил со своими делами.
– Убила? – девушка округлила карие глаза.
Волчица явно хотела многое высказать, но вместо этого сделала глубокий вдох, а затем медленно выдохнула.
– Ладно, хорошо, пусть. Но что ты собираешься делать с этой рус... Так, а хвост её где? – Янг осмотрела русалку внимательнее, – Ни хвоста, ни когтей, ни клыков, ни жабр. НИ–ЧЕ–ГО. Никаких признаков рыбы. Она точно русалка?
Эстер взяла кончиками пальцев прядь бирюзовых волос, но девушка зашипела и откинула руку волчицы. Брюнетка застыла, всматриваясь в лицо этой девушки. Бирюзовые глаза будто заставили волчицу стушеваться и отвернуться, демонстрируя своё полное недовольство этой ситуацией.
– Охренеть у Литы сувенир. А мужиков там не продают? – Ник, покачиваясь, подошёл к компании.
Его красное лицо, глупая улыбка и омерзительный запах точно выдавали алкогольное опьянение. Мужчина закинул руку на плечи Эстер и улыбнулся, смотря на девушку.
– Гы, сестренка, – Никон чмокнул волчицу в макушку.
– Вот же ж... – Дориан спрыгнул с камня и подошёл к брату.
Никон не терял времени даром и обнял брата за шею, целуя его щёки.
– Фу, от тебя несет пивом, – Ан кое–как смог вырваться из охапки старшего брата.
– Такой вредный, а может, поддержал бы лучше брата, у меня горе вообще–то, ик, могу позволить себе, – Монбарн качался со стороны в сторону и только Эстер не давала ему упасть.
– Вы ещё двоих волков нашли. Вас и на секунду нельзя оставить, – Габриэль вальяжным шагом вышел из толпы, держа завёрнутый в кофту меч у себя на плече.
– А это что за чувырла? Махаться будешь? – Ник сделал шаг к Габриэлю, но Дориан остановил его, – А, это ты, – пьяный мужчина потерял интерес сразу же, как узнал вампира.
– Так, давай братишка, пойдем, нас ждут дома, – Дориан и Эстер потихоньку повели вперед пьяного Монбарна.
– Кто как обзывается – тот сам так называется, – хмыкнул Габриэль.
– Кто это? – Эстер обратилась к Лите шепотом.
Вампир услышал вопрос и, чтобы не утруждать сестру, решил представиться самостоятельно. Он аккуратно взял брюнетку за руку, а та даже не успела возмутиться.
– Моё имя Габриэль Лиён Мартелл, я кузен Ипполиты. Могу ли я узнать ваше имя, прекрасная дева? – он вальяжно поклонился, целуя руку Эстер.
Девушка залилась краской от такого красивого приветствия, и от не менее красивого принца.
– М... Меня зовут Эстер Янг, – девушка смущённо запнулась, не сводя глаз с Габриэля.
– Пойдёмте уже, сколько можно? – Лита закатила глаза.
– Согласен, – Дориан недовольно смерил взглядом вампира и закинул руку брата на плечо.
Эстер смогла кое–как выбраться из–под чар блондина и сразу же подошла к Нику, перекидывая его вторую руку через своё плечо.
– Давай помогу, – Габриэль подошёл к Лите, намереваясь забрать русалку.
Морская дева зашипела на вампира, демонстрируя то, что доверяет только своей спасительнице.
– Не стоит утруждаться, – Лита фыркнула и двинулась к выходу из города.
Компания шла не очень быстро, пьяный Ник время от времени останавливался, чтобы проблеваться. Русалка на руках Литы начала понемногу дремать, похоже, руки вампира оказались весьма удобными.
– Дориан, слушай, а я думал, что оборотни не могут опьянеть из–за быстрого метаболизма, – Габриэль шёл чуть поодаль, размахивая новым мечом.
– Так–то да, но, если в напиток добавить немного волчьего аконита – эффект будет такой же, как от крепкого алкоголя, – парень поправил руку брата на плече.
– Поэтому он блюет дальше, чем видит? – Лита старалась говорить чуть тише, чтобы не разбудить русалку.
– Да, ядовитое растение, как–никак. Употребишь слишком много – сдохнешь. Хотя, судя по слухам, ты отлично это знаешь, Лита, – Эстер выдохнула, крепче сжимая руку на своём плече.
Ипполита и Габриэль посмотрели друг на друга, одновременно пожимая плечами.
– Эх, я не сберег никого... Сперва жена, моя Карла, теперь Алиса... И Хелин, милая Хелин... Ничтожный муж, ничтожный отец, ничтожный буэ, – Ник снова остановился, чтобы выблевать.
Новое имя, Карла. Должно быть, мать Курта и Алисы, которая умерла при родах. А вот второе имя Лита уже слышала – Хелин. Кто она? Что с ней стало? О ней упоминал даже Габриэль, неужели он тоже причастен или знает об этой истории? Но сейчас не время спрашивать, и так достаточно всего на сегодня. Остаток пути компания прошла в тишине, даже лисице, которая впускала путников, сказали всего пару слов. Акэйн отнеслась с пониманием и без вопросов вывела их наружу, хотя Лита видела, что у кицунэ так и чешется язык спросить, что же это за девушка на руках вампира. Стоило покинуть подземный туннель – как в глаза ударил яркий свет восходящего солнца.
– Была рада увидеть вас, ребята. И была рада познакомиться с тобой, Ипполита. Берегите себя, – лиса помахала веером на прощание и скрылась в яме, которую сразу закрыл собой камень. Дориан и Эстер усадили заснувшего оборотня на землю, переводя дух.
– И что дальше? – Габриэль откинул назад пепельные волосы.
– Мы возвращаемся в стаю, а ты как знаешь. Лита, мы обратимся, а вы посадите Ника мне на спину, – распорядился Дориан командным тоном.
– А мне на спину посадишь русалку. Думаю, так тебе будет комфортнее бежать, – Эстер пошла следом за Дорианом, скрываясь в лесной чаще, чтобы, не стесняясь обраться в волков.
Вот правда трудно сказать – стеснялись ли сами волки или же не хотели стеснять остальных. Лита молчала, молчал и Габриэль. Он не знал, что сказать, как оправдать себя за ту сцену у борделя. Он понимал, что не виноват и не обязан оправдываться, он – свободный парень, но... Но что «но»? Он не знает, что это за «но», но оно явно его колышет.
– Между тобой и Дорианом есть что–то? – это не то, что он хотел сказать, но лучше начать с этого.
Может, ему лучше и не говорить этих слов.
– Нет. Меня разозлило то, что ты был в борделе, а Дориан просто подыграл, – рыжеволосая опустила глаза, – Это глупо, да и вообще вся та ситуация такая глупая и неловкая. Я не имею права злиться на тебя и не понимаю, почему от осознания этого злюсь ещё больше.
– Нет? Ничего нет? Дьявол, как я рад... То–есть это хорошо, у вас бы были огромные проблемы, – Габ выдохнул с облегчением, ели скрывая улыбку.
– Я думаю, что мы с тобой небезразличны друг другу. Забавно, наши отношения никогда нельзя было назвать хорошими, но даже из такого смогла появиться эта симпатия, – Лита улыбнулась и подняла глаза на кузена.
– Лита...
Девушка замотала головой, прося его помолчать.
– Но ещё рано судить. Я слишком неопытна, чтобы понимать происходящее точно, а ты слишком свободолюбив, чтобы ждать, когда же я всё осознаю. Давай так – мы ничего друг другу не должны и посмотрим, что же получиться из всего этого.
Ох, как же Лита бессовестно лгала. Она ведь прекрасно знает, что любовь к Габриэлю была, есть и, похоже, будет в её сердце, но открыто признавать этого не хотелось, особенно после той сцены у публичного дома. Но вот внезапная симпатия Габриэля удивляла, была чем–то новым, что действительно ещё нужно изучить и обдумать.
– Ты права, – Габриэль хотел улыбнуться, но вот теперь у него это не получилось.
С одной стороны: она признала, что тоже испытывает чувства, но с другой: почему ему кажется, что она его отшила? Это ведь не так, Лита не сказала «нет», но и не сказала да. Глупое, глупое сердце. От чего же оно настолько всё усложняет?
– Да будет так. Посмотрим, как распорядиться со всем этим время и судьба, – парень кивнул.
– Прости, не могу пожать тебе руку, – девушка захихикала, как и Габриэль.
Русалка потёрла глаза, медленно открывая их.
– А что будешь делать с ней? – Габ указал на девушку.
– Пока не знаю. Что–нибудь придумаем. Всё–таки, раз я её вытащила – значит, я и ответственная, – Ипполита гордо выпрямилась, прижимая к себе девушку.
Из–за деревьев вышли волки, держащие рюкзаки в зубах. Габриэль закинул на спину Ана без сознательного братца, а Лита помогла русалке взобраться на Эстер, предварительно постелив на спину оборотня рубаху, которую пожертвовал Дориан. Русалка крепко сжала в своей руке ладонь принцессы, не желая отпускать.
– Всё хорошо, я буду рядом. А ты держись крепче.
Русалка кивнула и всё же выпустила руку Мартелл. Лита обернулась к Габриэлю. В сердце неприятно заныло от осознания того, что приходиться прощаться с ним.
– Ребят, идите вперёд. Мне нужно поговорить с кузиной.
Волки переглянулись, после посмотрели на Литу, чтобы убедиться, что всё в порядке. Девушка кивнула и только тогда оборотни отошли в сторону.
– Я должен сказать. В борделе ничего не было, ну, в этот раз, я просто встречался с другом, – парень выдохнул, ему стало легче от того, что он смог заставить себя признаться в этом.
– О, так вот как это сейчас называется, – Ипполита фыркнула.
– Прекрати, я серьёзно. С тех пор, как я начал смотреть на тебя по–другому, у меня и в мыслях не было прикоснуться к кому–то ещё, – Габриэль смущенно отвёл взгляд, – Я понимаю, что ты не хочешь спешить, да и сам не хочу торопить события, но я бы не посмел и не посмею оскорбить тебя и себя такими поступками.
Глаза Литы заблестели от этих слов и его смущения. Лита никогда не видела Габа таким, он всегда излучал уверенность в себе, всегда был немного надменен и свободен, а сейчас открыто заявил о том, что его свободная жизнь прервалась в знак уважения к тому, что у них зарождалось. Девушка положила руку на грудь, пытаясь успокоить сердце, что вот–вот готово было выпрыгнуть.
– И когда я увидел, как Дориан взял тебя за руку и обнял, думал, что вот–вот... Если ты испытала тогда, когда я вышел из борделя то же, что испытал я – прошу меня простить.
– Я... Я право не знаю, что сказать, – девушка взяла парня за руку, – Давай просто отпустим эту ситуацию. Я верю тебе и очень ценю то, что ты открыл мне душу. Дьявол, теперь я точно не хочу прощаться.
Парень поднял глаза на Литу и залился краской. Он тоже не хотел прощаться, но волки явно теряли терпение, фыркая и привлекая внимание Литы.
– Ну, не расстраивайся. Ещё увидимся, и думаю, довольно скоро. Жди ещё гортензий, – Габриэль крепко обнял свою кузину, вдыхая запах её влажных волос.
От этого теплого жеста и слов у Литы предательски заныло сердце. Да, прощание – это всегда тяжело. Тон парня изменился, и он зашептал тише, чтобы услышала только кузина.
– Похоже, эти пёсики благосклонны к тебе. Не беси их и не попадай опять в неприятности. Будет обидно, если выпутаться из них тебе помогу не я, – парень отстранился.
– Лучше сам приходи, к чёрту эти цветы, – рыжая улыбнулась.
Габ снова сжал в своей руке ладонь Литы и оставил легкий поцелуй на внутренней стороне. Сердце билось так часто, теперь щёки девушки залились краской. Один из волков рыкнул, нетерпеливо топнув лапой.
– Да иду. Передавай привет родителям и Тиану, скажи, что я очень сильно их люблю. И приходи ко мне, пожалуйста, приходи, – рыжеволосая чмокнула Габа в щёку.
Принц, не без усилия отпустил руку Литы. Он скрылся в другом направлении, чувствуя, как её поцелуй греет холодную щёку. Ипполита смотрела ему в след, снова прижимая к груди руку, на которой так же теплился поцелуй Габриэля.