Глава 5. Дело «госпиталь»
5.1
00:03.
Кору с огромным нежеланием открыла глаза, устремив пустой взгляд в темный потолок. Мертвую тишину палаты прерывали звуки чужого дыхания, которые сильно раздражали девушку, и ритмичный писк какогото аппарата или датчика пожарной безопасности.
Утренний инцидент приобретал более ясные очертания в ее памяти. С тех пор Кору спала как мертвая под действием успокоительного. Теперь было все равно. Пусть Керриса покинул ее, она с самого начала знала, что он рано или поздно уйдёт, этого просто оставалось ждать, поэтому никаких эмоций его поступок не должен был вызвать.
Сидеть без дела погруженной в пессимистичные мысли в полном одиночестве несмотря на то, что находилась она в одной плате с подобными себе, было нестерпимо столько же, сколько пытаться предпринимать что-либо: что бы она ни делала, никак не влияла на ситуацию.
Нет, они не были подобными ей. Они были агрессивными или находились под влиянием сильного стресса. Они были отдельными, рамками собственных интересов и жизни ограниченными личностями, в то время как она не ощущала себя совсем никем и даже сомневалась, является ли личностью.
Но сейчас ей казалось это безразличным. Успокоительное не делало ни капли лучше, только заставляло ощущать невыносимую пустоту и отрешенность.
Она осторожно вынула шприц, поднялась с кровати. Ощущалась слабость и вялость, движения становились тяжелее с каждым шагом на выход. Вдобавок к препарату сыграл низкий заряд энергии. Таким образом Кору бродила по коридору в поисках свободной розетки, потирая чешущееся место на шее. В одном конце часто мигал светильник, в другом горела зеленая табличка «ВЫХОД». Кору пересекла коридор, с силой отворила тяжелую дверь и покинула здание через запасной выход.
Единственный фонарь освещал дворец с этого крыла. Девушка неспешно продолжила путь к электронной будке, что стояла недалеко от строения. Ее были вынуждены построить, иначе энергии поступать во дворец было бы неоткуда.
Кору взломала дверь, зарядилась, и надела очки. На карте на экране обнаружила местонахождение ребят.
«Петергоф...»
Она проникла во дворец, пошла к себе в комнату, чтобы переодеться и снова вступить в игру после дневной отлучки. Когда она завернула за угол, внезапно врезалась в кого-то, и тот случайно плеснул горячим кофе ей на больничную рубашку.
— Из-... — в испуге извинился мужчина, как вдруг оторопел и, развернувшись к безмолвно прошедшей мимо, схватил девушку за руку. — Леди, что вы здесь забыли? Немедленно возвращайтесь в палату! Психиатр потащил Кору за собой, та пыталась вырвать руку, но врач через силу вколол ей успокоительное.
— Мне надо идти! — кричала она.
— В столь осложненном состоянии Вы ничем не сможете помочь Вашим друзьям, уверяю Вас! — Альберт пытался вести себя тихо, чтобы не беспокоить отдыхающих.
— Какое состояние?! Со мной все в порядке! Пустите!
Через пару секунд Кору уже не могла кричать и сопротивляться — обмякла и нехотя перебирала ноги по пути в отделение. Психиатр продолжал рассказывать о плюсах излечения, но та совсем не слушала. В чемто доктор, конечно, был прав. Ее мучали противоречивые желание поверить его словам и желание уйти, сбежать как можно дальше.
*
День назад.
Основное множество выживших находились на наиболее отдаленных территориях от эпицентра — западные окраины Северной Америки. Австралию затопило полностью за исключением Большого Водораздельного хребта, как и половину России, что можно было обосновать растаявшими льдами Антарктиды вследствие аномального потепления. Затем вновь наступили похолодания, в особенности на севере России. Температура в других жилых регионах более-менее пришла в привычную норму. Несколько лет назад, сразу после атаки созданий, когда люди были вынуждены бежать в относительно спокойные районы, Калифорния стала центром, в котором собирались выжившие беженцы. Город цивилизировал на глазах. Возводились высоченные многоэтажки, башни, чтобы уместить выживших после атаки. На данный момент численность населения составляла двести тридцать миллионов человек с учетом стабильной рождаемости.
Многие понятия не имели, что представляют из себя создания, и в жизни не сталкивались с ужасом истребления, поскольку вот уже как девять лет никто не нападал на штат. Это была единственная точка, богатая продовольствием, причина чего до банального проста: Калифорния — самый теплый регион Соединенных штатов. Оттуда развозили продукты в остальные населенные пункты.
Внезапно появился некий Элед Николь Вэйд с неизвестными настоящим именем, внешностью и личностью, заявивший о себе как о частном детективе, и в один день в прямом эфире по всем устройствам заявил о том, что созданиями кто-то управляет и он намерен выявить, кем является этот человек. Трансляция провелась только в Калифорнии. Если бы виновный как-то дал о себе знать и что-то предпринял в ближайшие часы, он услышал послание на английском языке, гласившее следующее: «...Если ты действительно способен руководить созданиями и продолжаешь атаковать человечество, то совершаешь непоправимую, нечеловеческую ошибку, за которую непременно поплатишься от моих рук. Я намерен остановить тебя, во что бы мне это ни стало.»
Обоснованные доводы о наличии такого человека навели ужас осознания на мирных жителей, напомнили о страшных событиях девятилетней давности. Продолжать жить в одном штате с чудовищем не было безопасно. Деваться было некуда: ближайшая точка на самом севере Америки, но жизнь там равнозначна выживанию на северном полюсе.
Однако вот уже двадцать четыре часа ничего не происходило. Новости с Петербурга перестали появляться на экранах Калифорнии на всех сайтах и платформах. Как затишье перед бурей молчало абсолютно все. Власти посчитали обязательным связаться с Мегрэ, а потом на случай атаки выслать подкрепление. Но по большей степени никого не волновало, что происходило на фронте. СМИ заверяли в достатке солдат, врачей и прочего персонала, оружия, еды и так далее. Многое причислялось к спаму, лжи и преувеличению, хотя на самом деле являлось чистой правдой.
Сообщение ЭНВ (Эледа Николя Вэйда) пришлось дублировать в следующем пункте с целью изо дня в день выжидать каких-то изменений и таким образом вычислить область нахождения «преступника». Однако это заняло бы не меньше недели, а каждая потерянная минута имела высокую цену. Поэтому ЭНВ передумал насчет плана и решил ткнуть пальцем в небо.
*
Темнота коридоров заставляла напрягать зрение сильнее, чтобы уловить малейшее движение теней.
Бриджит сжимал в руках пистолет, направляя его перед собой, осторожно, бесшумно ступая по половицам. Он надел очки, активировал функцию «тепловизор». По палатам по сторонам от него пациенты в страхе вжимались в углы под кроватями. В конце коридора медленно потухал огонек.
Так остывало человеческое тело спустя минуты после наступившей смерти.
Рядом не было ни одного оранжевого силуэта. Убийца легко мог скрыться за то время, пока Бриджит добирался до сюда.
Парень с опасением приблизился к трупу, склонился, чтобы распознать. Один из двух близнецов был убит выстрелом в упор в центр лба.
Сверху падал свет уличных фонарей. Бриджит поднял голову. Окно было открыто нараспашку. Парень перевесился через раму, заметил пожарную лестницу под подоконником. Он спрыгнул со второго этажа, огляделся в размышлениях, где мог скрыться убийца.
Эдем, как черный грациозный кот, перепрыгнул с окна третьего этажа, куда их поселили, на лестничную клетку, а затем на сливную трубу, ловко скатился вниз и подошел к Бриджиту.
— Тепловизор видит человека в радиусе сотни метров, — не обернувшись, сказал последний.
— За две минуты он бы и дальше убежал, — Эдем стоял, уперев руки в боки, тоже осматривался. — Мы потеряли его по одной из двух причин. Первая: он скрылся раньше нашего прихода. Вторая: он спрятался среди пациентов.
— Интуитивно склоняюсь к последней.
— И что делать?
Тем временем народ стал толпиться у окон и в коридорах. Сотрудники, в том числе охрана, прибежали к ребятам:
— Что стряслось?!
— Пересчитать находящихся здесь и обыскать каждого на наличие подозрительных вещей, — слова будто сами вырвались у Бриджита. Он снова стал сам не свой и это изменение сразу заметил. — Насколько я знаю, все сдают оружие перед входом, поэтому никто не держит его у себя.
Работники покорно закивали и удалились.
— Значит, убийца пробрался в здание каким-то другим способом, — многозначно подытожил Эдем.
— Но каким?
— Все открывают окна: сейчас весна, прохладно. Так что вполне возможно, что через окно...
— Камеры, — перебил его блондин.
— Камеры? — переспросил Эдем, когда Бриджит быстро зашагал к ресепшен. — Думаешь, здесь они есть?
— Меры предосторожности, Эдем. Знаешь, насколько у русских все задвинуто?
— Догадываюсь. Не в Америке живу, — усмехнулся темноволосый.
Эдем, а за ним Бриджит, пробрались в госпиталь через открытое окно, подошли к охраннику, сидящему за столом с камерами.
— Добрый вечер, уважаемый, позвольте взглянуть на записи за последний час, — подвинув спящего старичка Эдем.
Тот захлебнулся, проснулся.
— Спят усталые игрушки, — произнес Бриджит.
Дедушка сонно заморгал, снова провалился в сон.
— Что за люди нынче пошли? — шепотом возмутился Вернесс на безответственность охранника, глядя в экран.
— И не говори, отправляют на фронт пожилых людей, — Эдем щелкал мышью, подперев щеку ладонью, сидя на крутящемся кресле. Дедушку пересадили на стул у стены. Бриджит же предпочел постоять.
— Так-то я не это имел в виду, но и с этим согласен. Погоди-погоди, перемотай назад.
На камере одного из коридоров первого этажа через окно виден силуэт человека.
— Он мог проходить под окном, когда искал место входа, — предположил блондин.
— Интересно, куда он пошел дальше.
На втором этаже разговаривали два человека. Первым, судя по всему, был кто-то из близнецов. Вторым — неизвестно.
— Но почему прямо на камеру? Он появился уже на двух, а это непростительно с его стороны.
Лицо человека скрывала тень козырька белой кепки. Мужчина был одет в строгий костюм и поношенные кроссовки.
— Странный стиль. — нахмурился Бриджит.
— Мей говорила, пока она пробиралась в кабинет босса, видела человека в прямых брюках и дорогих туфлях. Он взял что-то из его ящика и ушел. Возможно, что-то важное. Но этот хоть и в костюме, зато в старых кроссовках.
— Все это странно, Эдем. То, что он прямо перед нами, но мы не поймем, кто он, если не отыщем среди этих людей белую кепку. Все это так просто, что с трудом верится.
Человек медленно поднял голову. Показалась нижняя часть лица.
Парни напряглись в ожидании увидеть подозреваемого или хотя бы свидетеля или соучастника. Как вдруг на экраны выползла видеозапись. Пустота, шум. Произнеслась речь на русском языке:
«— Добрый вечер, дамы и господа, — раздался искаженный механический голос. — Данное сообщение транслируется по всему миру. Говорит Элед Николь Вэйд, частный детектив.
Прямо сейчас в Санкт-Петербурге, насколько вам известно, сражаются с созданиями и умирают люди,
такие же, как и вы. Но обратиться я хотел бы непосредственно к зачинщику этой войны. — с щелчком включился свет лампы на заднем фоне. Перед камерой за столом появился человек в черной мантии с капюшоном. Из-за света за спиной и падающей тени его лица не было видно. — Не знаю, кто ты, но ты определенно есть. Почему я так уверен? Вернемся к началу истории. Создания производились с целью применения их в Третьей Мировой войне. Однажды государство потеряло контроль над ними. Сразу после произошла Первая Атака. Почему с тех пор и они, и андроиды запрограммированы по аналогии — нападать, убивать, разрушать?
Не представляю, зачем ты это делаешь. Но если действительно способен руководить созданиями и атаковать человечество, то совершаешь непоправимую, нечеловеческую ошибку, за которую непременно поплатишься от моих рук. Я намерен остановить тебя, во что бы мне это ни стало.»
Видео исчезло. На мониторах вновь появились записи с камер. На том, что показывал нужный коридор, уже никого не было. Окно по-прежнему было закрыто. Убийство произошло не здесь. — Короче, все это ложный след. — заявил Бриджит.
— А?
— Белая кепка, старые кроссовки, прямые брюки и дорогие туфли. Все это чтобы нас запутать, сбить со следа. Мы забываем, кем является этот человек. Он имеет позицию здесь. Высокую должность и доверие работников. Прямо сейчас он вертится у нас под носом, Эд. Но мы ужасно дальнозорки. — Слышал, что сказали? Чувачок заявил, что созданиями управляют! — восхитился Эдем. — И что с того? — безразлично отозвался Вернесс, потирая указательным и большим пальцами подбородок.
— Что с того? — азартно ухмыльнулся темноволосый, — Понимаешь, какую игру они затеяли? — закинул руки за голову, голень одной ноги на колено другой и отклонился на спинку стула.
— Поздно спохватились ловить выродка. Человечества почти не осталось. Как и созданий — их теперь тоже меньше, чем было. Забей, Эдем, не наше дело. Пораскинь мозгами, помоги с расследованием. А то не восстановишь нашу репутацию.
— Ладно, друг, ты нас загубил, но я безусловно тебе помогу. У меня идеальное зрение, как никак, — беспечно чуть крутился из стороны в сторону Картер, — То, что ты дальнозоркий, конечно, усложняет ситуацию. Вот уж действительно чего от тебя не ожидал, брателла, — тихо усмехнулся.
— Я не о том, — Бриджит сделал жест «рука-лицо», выпрямился, пошел в холл, где, должно быть, всех собрали, чтобы пересчитать. — Подумай лучше, как докажешь, что не ты оружие протащил. — Ну да, мы ведь так и так пищим, когда проходим через рамку, — он пожал плечами. — смысла досматривать нет. Да и мы защитники людей, что они понимают? Избавиться от нас значит фактически проиграть в этой войне. Подумать только — кто-то в самом деле за этим стоит! — поражался парень.
— Да пошел ты... — мрачно перебил блондин, закрыв рукой лицо товарища.
— Нет, ну ты только подумай! — не унимался тот. — Я до сегодняшнего дня был уверен, что они сами озлобились и пошли на нас, а оказывается, что человек! Поганка.
— Да уж, — Вернесс закатил глаза.
— Теоретически создания сами по себе опасности не представляют, но вот человек! Человек это да. «Кто только на такое способен... — думал Бриджит. — Держать под контролем бесчисленную армию. И главное, нах*я?»
— Зачем кому-то понадобилось убивать сражающихся за мир? — бубнил Эдем, задумчиво приложив руку к губам. — Если не личные мотивы, тогда точно без понятия.
— Может, кто-то хочет доказать нашу виновность? Типа, как только мы появились здесь, началась эта вся херня с преступлениями.
— Если так, то на его месте я бы копался в списке миссий двадцатых годов, а не создавал будущие.
— Это никому не выгодно.
— Тогда не знаю. «Я заправляю шприц. Емкостью пять...» — не успел допеть Эдем, как из-за угла вышел человек, которого они видели на камере: в костюме и белой кепке. Рядом с ним стоял второй, чуть пониже, в капюшоне.
Бриджит незамедлительно выстрелил в обоих по очереди. Парни подбежали взглянуть убитым в лица.
— Бриджит, — Эдем отшатнулся назад. — Зачем...
Тот раскрыл глаза в удивлении. Обычные воины. Он их даже, может быть, видел, пока сражался. Ни один,
ни второй не важные персоны, а простые солдаты, которых, возможно, переодели в эти наряды. Но к чему?
— Стоять на месте! — послышалось сзади.
На ребят были направлены пистолеты. Прибежала толпа людей с того конца коридора с пистолетами: — Взять их!
— Погодите, почему? — возмутился Эдем.
Все молча смотрели им за спину. Парни обернулись. На полу лежал тот самый труп. Труп, которого видел Бриджит, открытое окно. Они были на месте преступления. Он не заметил, как они пришли к нему, пока направлялись к холлу. Но тех двух солдат уже не было.
Вдвоем они бежали по коридорам. Выходы наверняка перекрыли.
— Что происходит, Бриджит? — спросил темноволосый.
— Не знаю, какая-то х*йня. Сюда, — Бриджит свернул в первую попавшуюся дверь. — Кто-то спрятал трупы, когда мы отвлеклись на тех типов. Другого объяснения не вижу.
— Ну да, ты же дальнозоркий, — напомнил Эдем.
— Проехали. Ясно одно: далеко они не ушли.
Они осмотрели комнату, но та оказалась совершенно пустой.
— Они? — переспросил Эдем.
— Или он.
— Предлагаешь искать его или сбегать отсюда?
— Мей, — Вернесс связался с напарницей, выбежал из комнаты.
Мей: «— Да?»— сонным голосом ответила та.
«Да неужели я связался с тобой,» — раздраженно подумал Бриджит, но не произнес вслух.
— На крышу срочно. Через окно.
Мей: «— Что?! Нет, подождите, в чем дело?!» Рано радовался: соединение прервалось.
— С*ка! — выругался блондин. Справа и слева бежала толпа, чтобы задержать их. Он вернулся обратно, налег всем весом на дверь. Вот-вот, и ее выбили бы вместе с ним. — В окно, Эдем!
— Бегу, — темноволосый сел на подоконник на корточки, повернулся направо, зацепился руками за балку с фонарем, качнувшись вперед по инерции, сел на перекладину, прыгнул с нее на водосточную трубу, вскарабкался на крышу. Бриджит вслед за ним проделал тот же путь.
— И что дальше? — Эдем сидел на краю, свесив ноги. Бриджит опустился рядом:
— Не знаю. Мей, походу, задержали, Клэр со сломанной скулой, Кору вообще не здесь...
— С Клэр. Осталась присматривать за ней.
Эдем не хотел, чтобы Бриджит интересовался или задавал лишние вопросы. Пусть думает, что с ней все хорошо. Сейчас у них и так достаточно причин для беспокойства.
— Керриса и Карен тоже хрен знает где. С ними было бы намного проще.
— Надо освободить Мей.
— Как ты себе это представляешь? Нас скорее самих утащат за решетку, чем выслушают. Поэтому давай просто переночуем и утром попробуем связаться с Керрисой. Намного лучше действовать вчетвером.
— Ты прав. Мы полезнее в бою — не взаперти.
5.2
Рассветало. Четыре часа назад перевалило за полночь.
Клэр отходила от наркоза, когда в палату ворвалась Кору и послышались выстрелы.
— Что происходит? — язык еле ворочался, а открывать рот было невыносимо больно. Кору помогла ей подняться, вывела из комнаты:
— Какая-то чертовщина.
Они выбрались наружу. Создания сражались с солдатами уже у крыльца. Тревогу забили несколько минут назад, и еще не все успели покинуть здание.
— Ребята в Петергофе. Надо идти к ним. С кем лучше связаться? — спросила у себя Кору. — Эдем?
Эдем: «— Слушаю?»
— Куда вы направляетесь? Где вы сейчас?
Эдем: «— А-ам... Мы с Бриджитом пока в Петергофе, но собираемся присоединиться к Керрисе и Карен. А то действовать несогласованно не очень эффективно.» — Нам идти к вам или к ним? Эдем: «— Вам?» — Я с Клэр.
Эдем: «— Э-!»
— Не оставлять же ее одну, — словно ребенок, оправдалась Кору.
Эдем: «— Ладно, давайте , идите к ним, в центр, там встретимся,» — отключился.
«Легко сказать...» — подумала Кору, потому что прямо по курсу кипело сражение. Но не только — и не столько — это затрудняло движение на север, сколько наличие кругом людей в светло-сером — тех, кто был в интересах получить деньги за их поимку. Они смешались с потоком солдат Мегрэ и созданиями, отчего казалось, что вокруг происходит полный хаос. Через него пришлось пробираться с еще не до конца пришедшей в себя Клэр. Положение было весьма неудобным. Был бы хоть кто-то, кто помог им... Но увы их окружали только занятые боем. Может, это и упрощало задачу, поскольку никому не было дела до двух девушек из «преступной» организации. Однако, как только буря бы хоть чуть-чуть стихла, они стали бы объектом всеобщего внимания. Не исключено, что даже новостей. По возможности ненужной славы следовало избежать. Вопрос: получится ли.
Тревога охватила Кору. Взять ответственность за свою жизнь и жизнь сокомандницы оказалось совсем не просто. Клэр почувствовала неспособность Кору справиться самостоятельно, дернула ее за руку, повела за собой вдоль домов.
«Нужно скорее добраться до врачей: они вколят дозу анестезии и сделают перевязку.» — решила она. Ощущения можно было сравнить с сонным состоянием после внезапного пробуждения среди ночи. Тем не менее Клэр шла быстрым шагом, все больше отдаляясь от Кору и уклоняясь от сражения. Последняя оббегала людей и созданий, пыталась не отставать от единственной надежды на спасение. Иначе что бы она делала, не возьми с собой Клэр? Какая же она молодец, подумала Кору, восхищенная храбростью подруги. Клэр сразу стала для нее всем: и лучшей подругой, и идеалом, к которому стоит стремиться, и спасительницей.
Они пробегали мимо высоких домов, как вдруг сзади послышался уверенный женский голос: — Ну что, как успехи, неудачницы? — сверху, с балки на них снисходительно смотрела зеленоглазая блондинка с убранными в пучок волосами. Она аккуратно спрыгнула, бесшумно приземлившись перед Клэр и Кору.
— Ты еще кто такая? — с презрением спрашивает Кору.
— Фелис Скарлетт. Сочувствую, что до сих пор вам ничего не было обо мне известно. Между прочим, я первая испытуемая в Мегрэ.
Действительно: только сейчас девушки заметили ее железное тело ровно по горло, как у них.
— Какой черт тебя прислал? — Кору осматривала незнакомку. Клэр была слегка заинтересована.
— Не черт, а высоко уважаемый лорд Готье.
— Ну да. — Кору безразлично переглянулась с подругой.
— Он просил сопроводить вас до Керрисы. Кто он — я не знаю. Только то, что он ваш босс. Но раз мне последовало указание, так и быть, придется его выполнить. Это намного интереснее всей этой бойни.
Кору одарила ее подозрительным взглядом. Клэр задумалась, затем согласно кивнула. — Ну что, когда отправляемся? Снаружи все стихло.
Кору зло хмыкнула:
— Когда угодно. Все равно следующая волна ожидается не скоро. — Тогда идем, как только стемнеет. Так нас будет труднее заметить.
*
12:23.
Керриса лечил солдат в тылу сражения, пока утомленная Карен отдыхала после битвы
Его лицо было обыкновенно спокойно, он сосредоточенно дезинфицировал пулевые и ножевые ранения, ампутировал отрезанные конечности, вводил обезболивающее и перебинтовывал — все свидетельствовало об огромном опыте работы хирургом. Со стороны казалось, что ничто не смогло бы вывести его из колеи, даже нечто очень для него неожиданное. Будто все шло по заранее продуманному плану, придерживаясь всех до единого пунктов.
Карен размышляла, наблюдая за ним. Между ними образовалась огромная пропасть с тех пор, как умерла Мерелин. Неужели его так обременяли ее обязанности? Что именно в них входило? Карен никогда не задумывалась об этом.
Да, Керриса действительно долго занимался не своими делами перед смертью бывшего босса, что-то печатал в компьютерах под руководством Мерелин и принципиально никогда не разговаривал с ней наедине, ничего не спрашивал ее по поводу этих дел и не обсуждал их.
Карен думала, босс просто готовит его к должности. Уже тогда у нее закрались подозрения, какая ответственность его ожидает. И была уверена, что Керриса сам это прекрасно понимал. Но как только Мерелин объявила о его становлении боссом, он долго не признавал этого. Однако вскоре был вынужден взять все в свои руки. С тех пор текло время их напряженных отношений.
Он сильно изменился. Прошло целых девять лет — не два и не три года, и за такое время давно можно было привыкнуть. Но она все равно скучала по тому счастливому, добродушному Керрисе.
Обстановка сильно изменилась. Произошедшее оставило печальный след на каждом из них, на ней в том числе. Разве она сейчас была такой же мягкой и робкой, наивной и печальной? Не было больше ничего. Холод и эмоциональная бедность. Хроническая пустота. Ничего, что принесло бы хоть маленькой, мимолетной радости и удовольствия. Последними непогасшими огоньками являлись ее дочь и Керриса.
Последнее по-настоящему ей дорогое.
Отношения наладились после того, как они покинули базу в Красноярске. Видимо, война сблизила их, заставила забыть о семейных конфликтах, обидах и несправедливости. Вероятно, до этого не было дела. И в опасной близости со смертью необходимо было ценить присутствие друг друга, пока их не лишили этой возможности.
Карен закрыла глаза, чтобы не видеть возвышающиеся бесформенные фигуры около Керрисы. Все это казалось настолько реалистичным, но зрительные и слуховые галлюцинации играли с ней дурную шутку: такую, что было почти невозможно определить, что вокруг не ее фантазии, а истинная, еще более жестокая действительность. На этот раз Карен снова не ошиблась. Но однажды непременно это сделает. И тогда, возможно, никогда не простит себя.
Ливень. Темно-серое с оттенками синего небо, редкие вспышки и следующий за ними далекий грохот. Единственный фонарь над входной дверью освещал ностальгически знакомое строение. Это было невысокое длинное здание на улице Нижнего Новгорода, где Мерелин снимала для конторы два первых этажа, а внизу работала пекарня, где они покупали ароматный кофе и свежие мягкие круассаны с малиной и ванильным кремом. В глаза бросился тусклый свет в окне второго этажа комнаты с закругляющейся стороны здания. Но Карен не решилась войти внутрь и осталась внизу. У нее не было причин возвращаться туда, но горящий светильник не давал покоя. К тому же, наверное, пока она не была готова ко встрече с тем неизвестным, что ждет ее в лаборатории Жака Питтерсона.
Шум дождя становился громче, поверхность земли наполнялась водой. Грохот прозвучал прямо над головой. Карен вздрогнула от того, что услышала ее оклик. Она поднялась, оглянулась, но ее окружали только незнакомые раненые. Они находились здесь, пока раны не заживали и боль не позволяла вновь идти сражаться. Их мутные лица свидетельствовали об одном: многих не удавалось спасти, они уходили на тот свет, не дожив до победы. До конца.
Ей нужно идти — в этом она была убеждена после пробуждения. Она отрешенно шла мимо домов по улице. Где-то слышались взрывы и выстрелы. Но не это было важно.
Карен подняла взгляд. Перед ней возвышался высочайший бизнес-центр. Она совсем не заметила, как оказалась здесь. Керриса стоял у примыкающей к башне главной арки входа под крышей, глядя в панель на левом предплечье, заметил девушку, только когда она остановилась на расстоянии пяти шагов.
— Доброе утро, Карен. Я ждал тебя.
Голос звучал привычно мерно и приятно.
— Что ты здесь делаешь? — серьезно спросила она.
Работаю, — Керриса пожал плечами. — Оказывается, не такой уж и плохой бизнес-центр, как я ожидал.
«Что-то заставило его покинуть то место, где мы залечивали раненых, пока я спала. По какой причине он не разбудил меня?» — размышляла Карен.
Керриса заметил ее недоверчивый взгляд:
— Не смотри на меня так: я ничего не сделал. Извини, что оставил одну. Новое изобретение каких-то гениев СНВ глушило спутниковую связь, а парни пытались созвониться со мной. Я был вынужден забраться повыше и подальше, чтобы выйти из зоны действия электрополей, заодно очистил тебе дорогу, чтобы ты без затруднений добралась сюда. Эдем сказал, нам следует прийти к ним. В Петергофе стало шумно, навели суету. Разгребать вдвоем будет нелегко — понадобится наша помощь. Кору и Клэр уже на полпути сюда.
— С ума сошел? — напряглась девушка. — Они же обе...
— Готье отправил их талантливую девушку им в сопровождение, — не повышая интонации, перебил он.
— Это безумие...
«Тяжело представить, какой властью он обладает, если столько всего держит под контролем... Видимо, во многом благодаря Готье он получает эти привилегии, влияние и статус. Но что тот получает взамен?» — Ничего подобного, всего лишь наша работа.
— Неужели тебя совсем не интересует их безопасность?
— Именно поэтому с ними самое мощное «оружие» Мегрэ.
— «Оружие»? Только не говори, что им удалось возобновить проект по созданию андроида без нашего участия...
— Именно так, — с горечью кивнул парень. — Но по поводу этого можешь не беспокоиться: на данный момент в Мегрэ творится такая анархия, так что никому нет дела до проведения тяжелой операции. Все действуют разрозненно, а Готье отделился и ведет свою политику. Похоже, собирает группу лиц для дальнейших сражений. Поэтому следующий андроид будет произведен не скоро.
«Мы не смогли предотвратить то, за что умер Жак.»
— Смерть Жака не была напрасна. — Керриса словно прочитал ее мысли. — Он не предполагал, что люди найдут способ сделать человека андроидом без нас. — Это невозможно. Способ знали только мы втроем.
— Видимо, возможно. Не могу сказать, как им это удалось. Может, Жак оставил случайные инструкции своей напарнице или его систему взломали, чтобы найти информацию. Сейчас это не имеет значения.
Намного существеннее то, что вас ждет в Петергофе.
— Неплохо было бы сперва ознакомиться с происходящим.
— Дело все то же, если верить их умозаключениям. Касаемо убийств важных персон. Ночью убили Джейда, второго из братьев-близнецов. Место смерти — коридор выделенного Мегрэ здания. Первый этаж занимает госпиталь, три следующих — жилые комнаты. Убийство произошло на втором этаже в коридоре у открытого окна выстрелом в упор в лоб. Парни посмотрели видеозапись с камер. Джейд разговаривал с мужчиной в кепке, строгом костюме и поношенных ботинках.
— Убийство на камеру?
— Они ушли в слепую зону, — Керриса покачал головой. — Когда Эдем и Бриджит возвращались, у трупа стояли два простых человека, и они их убили. Ребят заметили толпы людей, а тел уже не оказалось. Заключая все это: Мей, Бриджита и Эдема подозревают в серии убийств. Говорят, детектив, занимающийся этим делом, сразу же выехал в Петергоф из дворца, как только новость разнеслась по Петербургу. Прямо сейчас убийца находится где-то там, а потеря остальных руководителей нам не выгодна, как и падение нашего авторитета.
Карен ожидающе подняла бровь.
— Или ты хочешь, чтобы нас семерых обыграл какой-то кретин?
Искорка загорелась в ее глазах:
— Почему ты уверен, что убийца один?
— Любые контакты между важными лицами Мегрэ отслеживаются. Готье бы давно выявил преступников.
К тому же подумай сама: куда безопаснее действовать в одиночку.
— Вот и подтверждение моим предположениям.
— Так что? Справишься?
Хорошо, я возьмусь за это. Нельзя потерять еще больше людей. В Петербурге их и так не много. — Им без тебя точно не справиться, — нежно улыбнулся Керриса.
— А ты?
— Я останусь. Кто-то должен защищать людей и помогать на фронте. Я нужен здесь, — Его мягкий тон внушал безусловное доверие. То, что действительно было необходимо.
— Не перестарайся. И будь осторожен, — кивнула Карен.
— Тебя это тоже касается. Оставайся здесь и жди девочек. Они прибуду в течение двух часов. Я пойду. Время играет против нас. — Угу.
— И да, — парень порылся в кармане пиджака. — Это «Преступление и наказание» Достоевского. Ты давно хотела.
Маленькая книжка в тонком переплете. В подростковые годы Карен не понимала смысл произведения, потому намеревалась его перечитать, но руки никак не доходили. Конечно, сейчас не самое время. Но раз Керриса добыл для нее это сокровище, она несомненно его примет.
— Точно справишься? — Керриса положил ладони ей на плечи, склонился, с надеждой глядя в глаза. — Всех спасу. Обещаю, — она с благодарной улыбкой, сжав губы, посмотрела ему в глаза, а затем спрятала книгу под пальто, поскольку та могла намокнуть под дождем, как только она выйдет из-под крыши.
— Прощай. — грустно улыбнулся он.
Она многократно коротко кивнула, проводила Керрису взглядом, пока он не скрылся за непроглядной стеной ливня.
5.3
— Хэй, долбо*бус, — окликнул друга Эдем, когда они спускались в подвал здания по темной, сырой лестнице, закуривая сигареты и освещая дорогу слабым свечением маленьких фонариков.
— Чего? — равнодушно отозвался Вернесс. Он шел позади Эдема.
— Помнишь, я как-то рассказывал анекдот про Штирлица?
— Нет, какой?
— Штирлиц почуял за собой «хвост». «Мутирую,» — подумал Штирлиц.
— А, помню.
— Так вот я вспомнил второй, — хвастливо объявил темноволосый, уперев руки в боки. — Штирлиц долго смотрел в одну точку. Потом перевел взгляд и посмотрел на другую. «Двоеточие!» — догадался Штирлиц.
— Тихо, — Бриджит замер, остановился.
Где-то дальше по коридору, к которому они спустились, слышалось едва слышные шорохи. — Что там?
— Ты это слышал?
— «Нет,» — сказал глухонемой.
— Бл*ть, Эдем, за*бал со своими анекдотами. — цыкнул Вернесс и пошел вперед друга.
— Что? — Картер развел руки в стороны в непонимающем жесте с улыбкой.
— Они не смешные, — раздраженно, но собранно ответил Бриджит.
— Ты серьезно? — посмеялся Эдем.
— Сосредоточься на миссии, сделай одолжение.
— То есть ты хочешь проникнуть в крыло, где держат Мей, через лаз в заброшенном подвале, через который никто не ходил уже более двадцати лет? Там все забаррикадировано от «преступников», если ты не забыл, а значит, и люк входа охраняют.
— Мы просто проверяем все возможные способы. Я сам еще не до конца уверен, что на люк ничего не поставили — к примеру, шкаф — или не наложили ламинат. Так как, судя по тому, что показывает сканер, ничего нельзя понять.
— Почему бы нам не попробовать связаться с Мей?
А смысл?
— Мей? Слышишь меня?
В ответ тишина.
— Что делать? — спросил Эдем у Бриджита. Тот тяжело вздохнул .
— Хз. Уходить?
— Пох*й. Все равно пока остальных ждем, — Эдем пошел дальше.
— Эд, ты рофлишь?
— Счастливо оставаться, Бриджит, — усмехнулся тот.
— С*ка, — Вернесс покачал головой, быстрым шагом последовал за другом. — Клянусь, когда-нибудь я тебя убью.
— Ха-ха-ха! Ты этого не сделаешь. Просто расслабься. Ой, Бридж, тут тупик, — темноволосый остановился перед стеной.
Бриджит подошел, осветил вокруг фонариком:
— И правда, — посветил на потолок, заметил его отсутствие. — Ну дыра, — задумчиво произнес он с запрокинутой назад головой.
— Не дыра, а отверстие, — Эдем стал прыгать взад-вперед, отталкиваясь от стен. На высоте двух этажей тоннель закончился и в одной из сторон оказался проход — продолжение коридора. — Забирайся, — Парень подошел к краю пропасти, из которой только что выпрыгнул, посветил фонариком вниз. Последовала тишина без единого шороха. Так продолжалось следующие несколько секунд, пока Эдем осматривал темноту, пустой пол, озадаченно подняв бровь.
— Эй? Бриджит? — окликнул он, но все безответно. — Это не смешно. Прости мне мою пустоголовость, если я тебя уже задолбал, — снова подождал. Но тщетно.
Сзади послышался лязг. Эдем подпрыгнул от неожиданности, обернулся, посветил на звук: — Еб*ть! — пискнул он и посмеялся.
Голая стена.
— Бриджит, слышишь меня? — Эдем совершил попытку связаться с товарищем, но тот по-прежнему молчал. — Ответь, пожалуйста, я уже извинился.
Парень сглотнул, подошел к преграде, ощупал. Как вдруг пол ушел из-под ног.
— Бл*-я-я-я!! — он только и успел закрыть голову руками, чтобы не удариться фатально. И не зря. Эдем приземлился на что-то твердое, плоское и упал с него, перекувырнувшись. Послышался хруст прямо под ним. — Воу. И что ето было? А! Мои очки! — темноволосый опустился на колени перед распавшейся на осколки пластинки. Видимо, приземлился на нее или выронил во время падения. Важно одно — высокофункциональных очков у него больше нет. — А ведь я так хотел испытать функцию зрения в темноте! — взвыл Эдем, — Хотя ладно. Пошли они в пень, — махнул рукой, посмотрел на фонарь в руке.
— у меня фонарик есть.
Он перевел свечение на стену, откуда упал. Куда он наступил и как под ним оказалась пустота, он не понял. Перед ним точно какой-то блок. И, судя по всему, электрический.
— Воу, — парень отошел назад, чтобы рассмотреть аппарат полностью. Фонарик, как назло, погас. На блоке ритмично мигала единственная красная точка — возможно, кнопка включения и выключения. Слышалось гудение техники, и виднелся небольшой экран с клавиатурой на уровне глаз. — Энергетический блок? — тихо спросил себя Эдем.
«Насколько помню, электричество в здании есть. Значит ли это, что он во включенном состоянии?» Он встал на носочки и нащупал кнопку, вдавил ее внутрь. Монотонное жужжание прекратилось. — Ну и что это дало? — так же тихо произнес Эдем и пожал в ответ плечами, повернулся и пошел дальше по коридору в кромешной темноте.
К счастью, модули, подключенные к зрительным нервам, работали достаточно хорошо, чтобы разглядеть перед глазами очертания собственных рук и ближайшие два метра. И этого хватило, чтобы без происшествий добраться до следующей стены. Уткнувшись, он оглянулся. Справа виднелось слабое свечение. Недолго думая, парень направился к нему.
По мере приближения Эдем стал спотыкаться о различные кучи хлама у стен узкого коридора. Он присел к одной из них, разгреб размокшие, обесцвеченные от влажности подвала бумаги, как вдруг под руку попался какой-то чертеж. Картер поднял его с пола, покопался в веревках, инструментах, приемниках,
папках, и, когда ничего интересного не обнаружил, продолжил путь к свету, чтобы рассмотреть подобранное.
В самом углу тупика тоннеля горела почти потухшая старая свеча в блюдце. Почему горела? Кто зажег?
Эдем посмотрел на листок.
План подвала, подумал он. Коридоров всего трое. В первый три пути: первый — с главного входа в здании, второй — снаружи, через который они входили с Бриджитом, и третий — с комнаты на первом этаже — черный, запасной выход на случай пожара. Через этот коридор они шли, когда Эдем рассказывал анекдот, он это помнил. В конце был поворот налево.
«Дальше мы свернули, — темноволосый вел пальцем по схеме, — Нет, не свернули. Черт, я запутался! Мы уперлись — точно. Наверху был проход. Тогда я потерял Бриджита. Я поднялся, — перешел на рисунок рядом, — И шел прямо. Пока снова не уперся в стену. И упал, — снова перевел на предыдущий, но там не было ничего — только поворот налево, который так же, как и остальные, заканчивался тупиком.
Зато на третьей зарисовке отмечен электронный блок. — Судя по всему, здесь. И опять по-...» Мысли прервал шорох со стороны, откуда он пришел. Эдем вздрогнул, резко обернулся. Крыса. Да, наверное, в таком-то месте их должно быть вдоволь. И, к счастью, они не причинят ему вреда.
«Наверх? — парень поднял голову. В темноте над ним еле видна ржавая лестница. — Бл*ть, какой крот прорыл эти тоннели?»
Бриджит: «— Эдем, *помехи* я- *помехи* по- *помехи*»
— Бридж, я слышу тебя через полслова, в какой заднице ты находишься? Бриджит: «— Ка- *помехи* где?»
— Ты куда делся? Я думал, ты обиделся.
Бриджит: «— Ну пиз- *помехи*»
— Пх. Короче, бро, встретимся где-нибудь. Ищи выход.
Бриджит: «— Че- *помехи*?»
— Пох*й, найдемся, — Эдем махнул рукой, взял свечу, запрыгнул на лестницу, полез вверх.
Бриджит молчал. Наверное, отключился.
— Со связью, что ли, проблемы? Да вроде, не должно быть...
*
21:23.
Карен читала «Преступление и наказание» в ожидании напарниц уже достаточно долгоеремя. Керри обещал их приход в течение двух часов, однако прошло уже девять, и никто не явился. Впервые за неделю она взяла книгу в руки. Чтение в принципе ее любимое занятие. Литература — неотъемлемая часть ее жизниНо в то же время где-то совсем недалеко сражаются люди, в том числе Керриса, многие умирают ценой победы над противником, а она сидит в стороне и беззаботно читает, выпадая из кровавой бойни. Нет, это неправильно. Ее помощь нужна раненым на фронте. Кто знает, когда придут девушки, быть может, уже не сегодня. Или прямиком направились в Петергоф.
Наконец из-за дома поворачивают Клэр и Кору. И незнакомая девушка. Карен сканирует личность в своих очках, прячет книгу.
— Карен Рицу, — представляется она, протягивая руку незнакомке.
— И это что, та, за кем мы шли? — та разочарованно выгибает бровь. — Я-то думала, будет кто-то более значимый. С трудом верится, что ты являешься одной из них, — девушка с пучком с нежеланием и брезгливостью принимает рукопожатие и тут же отдергивает руку.
— С каких пор пошла тенденция оценивать полезность человека по его внешнему виду?
— В любом случае, они выглядят куда мощнее и полезнее.
— Внешность часто обманчива, — сдержанно отвечает Карен на провокации. — Нужно идти. Клэр, позволь ввести тебе дозу обезболивающего и сменить бинты.
После проделанных операций и рассказа незнакомки о том, кто же она такая и что умеет, группа девушек продолжила путь в Петергоф.
Карен чувствовала себя виноватой, когда они шли бок о бок с дочерью. Та, естественно, тоже не жаждала ее общества и сторонилась. Из-за нее случился очередной нервный срыв дочери и ее временно упекли в госпиталь, тем самым отделив от команды. Может быть, стоило извиниться. Это чувство, словно яд, разъедало изнутри. Если Кору напомнить о случившемся в тот вечер, никакой вероятности, что это не повлекло бы последствия похуже тех, ведь на этот раз остановить ее не смог бы никто, кроме нее самой. Так, в тишине, они добрались до места назначения. Карен попыталась связаться с ребятами, но связь глушилась. Если верить GPS, они находились в километре от Петергофа. Туда они и направились. За несколько метров можно было увидеть людей, с оружием охраняющих вход и территорию четырехэтажного здания.
«Вероятно, Эдем, Бриджит и Мей находятся где-то внутри. Только как их найти?» — размышляла Карен. Она сидела на влажной траве в позе по-индийски, сгорбившись, и смотрела на госпиталь. Она подвернула длинную белую шелковую рубашку и положила на бедра, чтобы не промочить ее, пожертвовав прямыми брюками.
— Чего встали? — спросила Фелис сзади.
У Карен не было желания отвечать на глупые вопросы, поэтому она просто продолжила мысль. Скарлетт закатила глаза.
«Или подождать их где-нибудь? Или подойти ближе и просканировать здание тепловизором. Есть ли смысл идти туда всей компанией? Нас ведь легко задержат. Отправить кого-то одного...»
— Идем? — холодно спросила Кору. Она, явно, тоже не желала стоять на месте. Как-никак, они шли сюда, не для того, чтобы сидеть в стороне от происходящего.
— Оставьте меня, пожалуйста, — Карен поднесла одну руку к губам, а другой пальцем задумчиво чертила что-то на земле. Она не могла сосредоточиться, пока кто-то стоит над ее душой. — Обойдите госпиталь на безопасном от него расстоянии, чтобы вас не заметили, узнайте обстановку и доложите — займитесь хоть чем-нибудь в конце концов.
— Ты кто здесь такая, дорогая? — Фелис насмешливо посмотрела на нее сверху вниз. — Какое право имеешь приказывать?
— Смотрю, ты ищешь неприятности. Такими темпами скорее они сами тебя найдут, — Карен ответила ей безразличным взглядом, чем заставила Скарлетт снисходительно усмехнуться. — Возьмешь на себя руководство за разведку. Готье узнает о твоей ответственности и пользе, как только миссия закончится, — Карен снова перевела внимание на зарисовки идей на земле. Может, если его признание ее заботит, а она, судя по ее словам, пришла сюда не столько по просьбе высокопочтенного лорда, сколько потому, что готова сделать все, лишь бы оправдать его ожидания и не унизиться в его глазах, сделает и это. Все это ложь, ей не потребуется никому ничего докладывать о пользе Скарлетт. Готье (да и вообще никто, наверное) не узнает таких подробностей. Разве что, от нее самой.
— Ну да, конечно, — та почесала кончик носа, двинулась в путь. — За мной, неудачницы. «Дело... Нужна информация... А ей владеют только Бриджит, Мей и Эдем. А они в здании.»— размышляла Карен. Так и пошла мысль.
*
Бриджит около двадцати минут блуждал по коридорам. Он уже сбился со счету, сколько раз и куда повернул.
«У меня почему-то такое ощущение, что я хожу кругами. Еще и связи нет. Пропала, когда я свалился сюда. Дыры на ровном месте. Что за х*рня?» Темнота. Только свет фонарика.
Он очень хотел закурить, но боялся привлечь лишнее внимание. Но было так нетерпимо, что он не сдержался: достал сигарету, поджег конец и затянулся. Привычный едкий запах мгновенно распространился по подземелью, когда Бриджит выдохнул. Эхом отразился внезапный вой сирены пожарной тревоги.
— С*ка, — парень закрыл уши руками. Гиперчувствительный слух на этот раз сыграл против него.
«Так я точно скоро сойду с ума. Сначала лабиринт нескончаемый, еще теперь и сигнализация на весь
Петербург. Ну супер — ах*енно.»
Вскоре показался конец коридора и дверь.
— Ну неужели, — пробубнил Вернесс и дернул за ручку. Но та не поддалась. — Э. Не, подруга, я полчаса *башил по кривой, чтобы найти тебя. Так что сделай одолжение... — Он навалился всем весом на железную дверь.
Безуспешно.
«Ладно, напросилась.»
В руке Бриджита появился клинок. Он вонзил его в дверь, начертил неровный прямоугольник, толкнул ногой, переступил высокий порог вырезанного отверстия.
Очередной коридор.
— Бл*-я, — тихо выругался он.
Парень завернул за угол. Лестница вверх. Хоть что-то радует.
Он преодолел уже пару этажей, может, даже тройку: понять невозможно. Наконец лестница закончилась, и перед Бриджитом оказался...
Коридор.
«Нет, это просто смешно.»
Из-за сирены не слышно абсолютно ничего. Он докурил сигарету, еще когда понимался, но вой не прекратился. Наверное, скоро должен: не может же это вечно продолжаться.
Как только он подумал об этом, шум закончился. Воцарилась тишина. Оставалось идти на свет. «Последняя надежда на то, что меня ждет что-то кроме посмертного заключения в подвале. До чего же нелепо затеряться среди стен вдали от цивилизации. В полном одиночестве. Хотя... Кто-то же включил свет? Стоп, свет?»
От дальней стены отражался слабый теплый свет, горящий все ярче и ярче по мере приближения шагов. Они были не быстрые. Кто-то шел весьма размеренно, абсолютно не спеша. Потом шаги прекратились, отражающийся от стены свет перестал приближаться; последовал звук соприкосновения фарфора и кафельного пола. Лязг железа. Бриджит обратил внимание на стальные арматуры над головой. Потолок был невысокий — всего около двух с половиной метров. Парень достал пистолет из-под пояса джинс, крепко сжал его в руках, держа дулом вниз перед собой, стал бесшумно и медленно приближаться к источнику звука.
— "Spider-man, spider-man, does whatever a spider can..."— послышался тихий голос. Кто-то выполз из-за угла по потолку, четырьмя конечностями удерживаясь за арматуры.
— Бл*ть, Эдем!..— громко выдохнул Бриджит.
Темноволосый упал на спину от неожиданности, сразу же перекатываясь и поднимаясь с пола, подобрал блюдце со свечой, подошел к Вернессу, который уже практически дошел тогда до угла.
— Ух *ба-ать, брателла! — восхищенно пропел Эдем. Он протянул свободную согнутую в локте руку, чтобы сделать рукопожатие по-братски. Бриджит его принял, затем, отстранившись после хлопка по спине, дал другой рукой легкий, но жесткий подзатыльник. — Ай! Какого? — с улыбкой спросил Картер, глядя в глаза другу.
— Да я обосрался, чел, — Бриджит не смог сдержать смешка и прыснул. — Какой spider-man, нах*й.
Чучело ты.
— Я сам зассал, Бридж. Пойдем, выход в той стороне, — Эдем пошел дальше.
— Эд, я оттуда пришел, — напомнил Вернесс.
— Идешь в пень, я знаю дорогу, — тот небрежно помахал картой перед лицом Бриджита, — Дай покурить, — повернулся, протянув руку.
— Эдем, — блондин остановился, резко стал серьезным.
— Это ты запустил сигнализацию? — парень беззаботно смотрел ему в глаза, опустил руку.
— Я. Не сдержался.
— Понял, — Эдем пошел дальше.
«Я, конечно, последний наркоман. Но, Эдем, я правда до последнего не хотел пристращать к этому и тебя. И вообще до последнего буду желать тебе самого лучшего. И не хочу тебя убивать никотином.» Бриджит сжал губы.
— Эдем, — окликнул он.
Темноволосый обернулся, еле поймал неаккуратно брошенную ему в грудь пачку сигарет. Он поднял на него свои обычно невинные глаза с отражающимися в глубине желтыми искорками огня свечи, которую держал в руках, в бесконечной яркой зелени, только взгляд его теперь казался таким грустным, что смотреть на него становилось больно.
Бриджит сжал кулаки, прошел мимо, не желая слышать слова благодарности. Это ужасный поступок, и он знал, что он полный идиот и самая страшная тварь; что обрекает лучшего друга на страдания, из-за которых тот будет мучиться всю оставшуюся жизнь.
— Серьезно?.. — тихо спросил Эдем.
— Заткнись, Эдем.
«Знаешь, каково это — убивать человека? Особенно когда он дорог тебе больше кого-либо.» — Прости меня.
Он понимает его желание. Оно непреодолимо, и ему невозможно противостоять, потому что в действительности борешься против себя. И эта борьба не закончится никогда.
Через пять минут блуждания по карте, парни наконец дошли до конца. Ржавая лестница, некрепко привинченная к стене, вела строго наверх. Эдем, который лез первым, со скорости уперся головой в люк, который не заметил.
— Ауч! — он потер голову.
— Что там? — спросил Бриджит снизу.
— Люк, походу. — Эдем стал усиленно давить на потолок, пока тот не поднялся.
Обилие холодного воздуха, запах чего-то влажного, возможно, не совсем свежего. Пустая комната без отопления батарей, отпертая дверь. Погашенный свет.
— «Чем воняет, сынок?» — цитировал старый прикол Эдем, выпрямившись и уперев руки в боки, вздохнув полной грудью.
— «Это кислород, братуха.» — поддержал Бриджит, встав рядом.
— «Кислород?» — темноволосый удивленно поднял бровь, поджал нижнюю губу.
— Ладно, давай вести себя как можно тише, а то нас заметят. — Вернесс медленно прошел к двери. — И в худшем случае убьют. Если ты помнишь, на наших шеях еще висят эти хрени.
— Неа, совсем забыл про них.
Парни выглянули в коридор один за другим. Никого не было. Все куда-то делись.
— Что за дела? — пробубнил блондин.
— Может, засада какая где?
— Хрен знает. Будь осторожен.
Они подошли к открытому окну. Похолодало. Как-никак, уже почти полночь. Стекла вибрируют и сотрясаются от мощных взрывов в нескольких километрах от госпиталя.
— Похоже, очередная атака. — сглотнул Эдем.
— Это наш шанс найти Мей. — Бриджит уверенно нахмурился, надел очки, включил тепловизор. — Здание пустеет. Что-то смутное показывает в другом крыле госпитального отделения. Идем туда.
— Я, кстати, очки про*бал.
— Поздравлямбус, что делать будешь? Жак тебе их не починит.
— Знаю. — с горечью вздохнул темноволосый. — Поэтому и предупреждаю: я теперь тебе уступаю, так что не надейся на меня.
— Вынуждаешь меня на комплименты твоим способностям? Не, Эд, я слишком хорошо тебя знаю; знаю, что ты хочешь слышать.
— Я без корыстных целей, *банатор. Эх.
— Да, да, Эдем. Стой. Ты это чувствуешь? — застыл на месте Бриджит.
— Запах ссанины? Из туалета несет. — парень указал большим пальцем за спину, где была открыта дверь подсобки.
— Я про кровь. — блондин принюхался. — Направо.
— Нихрена себе чуйка. Не знал, что ты Бобик.
— Да я Бладхаунд'.
' порода собак с наилучшей чувствительностью нюха, настоящий профессионал в деле поиска пропавших людей и находке животных'
— Ну да, ты же кинолог, ты знаком со своими верными друзьями. Кстати, а почему ты себе так и не завел пёселя?
— Меня дома не было днями, какой песель? За ним уход нужен, забота, внимание... А я...
— Бриджит. — окликнул его Эдем. Тот остановился, посмотрел, куда друг указывал пальцем.
Окровавленное тело. Медицинский персонал.
Дорожка из четырех трупов вела в одну из комнат, где хранились лекарственные препараты.
Бриджит и Эдем приготовили пистолеты, с опасением заглянули внутрь. Никого. Открыт шкафчик. На полках несколько баночек, все на месте. Ничего не оставалось, кроме как искать дальше.
Вернесс шел первым. Он переступил порог палаты. Темнота, занавески зашторены. Ему повезло, что при нем есть очки и ночное видение. Иначе он бы не застал этой картины.
Мей сидела на коленях на полу. Она дрожала, склонив голову. За ее спиной стоял человек. Знакомый силуэт. Его парень меньше всего ожидал признать.
— Какая встреча, Рэд Верс. Как тесен мир. — прозвучал нахальный мужской голос.
Эдем, не имевший возможности определить в темноте личность, сразу вспомнил интонацию, понял, что и как, как их водили за нос и к чему был этот цирк. Но пути назад не было.