Глава 4.
С утра Энджел дольше обычного стояла у зеркала. Никто не говорил, что так важно, как ты выглядишь в учебный день. Но ей хотелось чувствовать себя уверенной, хотя бы на пару часов. Она завязала волосы в высокий свободный хвост — золотисто-карамельные пряди, похожие на жидкий мёд, чуть выбились у висков и мягко обрамляли лицо. Её кожа была светлая, почти фарфоровая, на щеках лёгкий румянец. Зелёные глаза — большие, с внимательным, немного тревожным взглядом — будто в них всегда жила история, которую она ещё не успела рассказать. Маленький кукольный нос, а губы — алые, мягкие, как лепестки розы. Не яркий макияж. Только оттенок уверенности.
На ней были простые джинсы и белая рубашка, немного приталенная — подчёркивающая талию. Она была не худой и не пышной. Просто настоящей. Рост варьируется от 5 футов. Примерно 57 килограммов — с формами, от которых не отвести глаз. Она ещё не знала, но позже, один парень не сможет забыть, как ткань облегала её бёдра, и как она поправляла волосы, не замечая, что все взгляды тянутся за её движениями.
Она схватила рюкзак, бросила взгляд в зеркало.
— Ну что, зеленоглазка, — шепнула себе, — вперёд.
Лекция по литературе была в огромной аудитории, похожей на театральный зал. Мягкий гул голосов, шелест бумаг, щелчки от крышек кофе. Где-то в середине ряда села я, вытаскивая ноутбук. Рядом — Рэйвен, которая то и дело пихала локтем, шепча какие-то остроты про всех вокруг.
— Ммм, у нас гости, — протянула Рэйвен с ухмылкой, уткнувшись в экран телефона. — Внимание на вход.
Я подняла глаза и заметила, как в зал входит парень. Высокий. Нет — очень высокий. Почти шесть с половиной футов. Движется уверенно, будто весь мир — сцена, и он на ней давно звезда. Стрижка в стиле Buzz cuts подчёркивал чёткие черты лица, на загорелом предплечье — чёрная татуировка, которую я не успела разглядеть. Одет просто, но всё сидело идеально.
Он занял место ближе к преподавателю. Сел, развалившись в кресле, как будто всё здесь — его территория.
— Кто это?
— Дэвид Миллер. Четвёртый курс. — Рэйвен закатила глаза. — Репутация — бэд бой номер один. Его интересует только гонки, вечеринки, спорт и секс. Не советую.
— Ты его знаешь?
— Я общаюсь с его другом — Джейден Картер, он тоже на четвёртом. Норм парень, хотя и с повадками. — Она сделала паузу. — У них своя компания. Симпатичные, дерзкие, держащиеся особняком. Они как герои из студенческой версии «Острых козырьков», только вместо оружия — обаяние и ирония.
Я фыркнула.
— Звучит как "держись подальше".
— Именно.
Лекция шла о «Грозовом перевале». Профессор спрашивал про Хитклиффа. Тембр его голоса был монотонным, но произведение — страстным.
— Кто может охарактеризовать Хитклиффа? — спросил он в какой-то момент. — Его суть. Не сюжет, не поступки, а его суть как персонажа.
Кто-то буркнул: «Ревнивый психопат».
Кто-то хихикнул.
Но я подняла руку.
— Он — боль, ставшая человеком. Не герой и не злодей. Просто любовь, которую слишком долго душили.
Кто-то удивлённо обернулся. Даже профессор на миг замолчал, а потом кивнул:
— Интересно. А Кэтрин?
— Слишком гордая, чтобы быть честной. Слишком слабая, чтобы выбрать себя.
Пока все переваривали, в тишине прозвучал голос с переднего ряда:
— Или они оба просто два эгоиста, влюблённые в страдание.
Я резко перевела взгляд — это был он. Дэвид Миллер. Его голос звучал лениво, с усмешкой, но взгляд был цепким, внимательным.
— Или ты просто боишься признать, что любовь может быть грязной, а не идеальной. — Он слегка наклонил голову, как будто изучал её.
— Я просто предпочитаю, чтобы любовь не калечила.
— Тогда, возможно, ты о ней не знаешь почти ничего.
Профессор рассмеялся.
— Вижу, у нас будет жаркий семестр.
Энджел опустила взгляд в тетрадь, но сердце билось чуть быстрее. Она не ожидала этого — интеллектуального столкновения, как вспышки молнии. Он задел её. И ей это не понравилось. Или понравилось слишком сильно.
Позже вечером, в общежитии, они с Рэйвен сидели на полу, пили холодный чай из бутылки и разбирали день.
— Знаешь, — сказала Энджел, — он не так прост, как кажется. Умный. Но скрывает это под слоем равнодушия.
— Миллер? — фыркнула Рэйвен. — Он чертовски умен, просто не хочет, чтобы все об этом знали. Думаю, это его защита. Или игра. Он привык, что на него вешаются — самодовольных взглядов ему хватает. Но ты ему явно понравилась.
— Думаешь?
— Думаю, ты его зацепила.
— Это плохо?
Рэйвен усмехнулась:
— Смотря, как сильно ты хочешь остаться целой.