Первый дубль.
Интерьер. Съёмочная площадка. Камера в фокусе. Свет софитов слепит глаза. Сцена — ссора главных героев.
Ассистент:
— Камера! Мотор!
Режиссёр:
— Начали!
Хён Ук играет наотмашь: голос резкий, движения точны, глаза горят яростью.
Хён Ук (в роли):
— Ты врёшь! Всю дорогу ты врала мне!
Т/и делает шаг назад, по сценарию должна сжать кулаки и уверенно сказать: "Я защищала тебя!" Но голос дрогнул. Чуть-чуть. Слово застряло в горле на секунду.
Т/и:
— Я… я защища—
Режиссёр:
— Стоп!
Молчание.
Хён Ук резко бросает сценарий на пол.
Хён Ук:
— Серьёзно? Даже не можешь выговорить одну строчку? Это элементарная сцена, ты хотя бы читала сценарий до съёмок?
Т/и застывает. Плечи чуть дёрнулись, но она не отвечает. Губы плотно сжаты.
Хён Ук (грубо):
— Может, тебе стоит вернуться к озвучке манхвы или где ты там раньше играла? Это дорама, здесь нужна живость, а не мямление.
Все притихли. Ассистенты молча опускают глаза. Режиссёр медлит, но ничего не говорит — он тоже на взводе.
Хён Ук:
— Из-за таких как ты сцены приходится переснимать по десять раз. Учись работать или проваливай.
Он разворачивается и уходит к монитору. Т/и стоит, будто её ударили. Ни слёзы, ни слова — только ледяная тишина внутри.
Оператор выключает камеру. Сцена замерла. И только сердце Т/и колотится, как будто хочет вырваться наружу.