Следуя за ветром, часть 1

Микаэль стоял, пожирая глазом чёрное запястье.

— Это — плата за мой выбор, — сказала Уинди и вернула наруч на место.

Потусторонние звуки тотчас стихли, словно их и не было.

— ... Да уж. Вот ужас-то, ничего не скажешь, — после некоторого молчания съязвил Микаэль.

Теперь-то он получил внятный ответ на вопрос, с чем связаны столь разительные перемены во внешности девушки. Она не изменяла её — внешность изменилась под воздействием скверны. Но что более важно — Микаэль убедился в том, что эта девушка не та, кого он знал. «Та» никогда бы не выбрала такое...

— А скажи, Уинди, хотя бы на секунду — ты сожалеешь об этом?

Он не мог не спросить.

— Какой прок от сожалений? Что сделано, то сделано. Ничего всё равно не изменить. Можешь винить меня, можешь ненавидеть. Это твоё право.

Губы мужчины исказила горькая усмешка.

— Да, ты права, это моё право. Но я бы всё же хотел услышать ответ прежде, чем убью тебя.

Она удивлённо вскинула брови.

— Убьёшь меня? Уверен, что получится?
— А почему нет? Или с этой дивной татуировкой ты стала считать себя непобедимой?
— Конечно, нет, — отмахнулась она. — Но не сочти за дерзость: в наш прошлый раз было очевидно, что достать меня не так-то просто. А здесь ты, к тому же, очень ограничен в энергии. Кстати, а сколько у тебя её, вместе с кристаллами?

Микаэль злобно оскалился.

— На тебя хватит.

Он поднял меч. Проведя по нему пальцами, он заставил лезвие воспламениться и направил его на девушку; та в ответ раскрыла веер.

Между ними встал Стэн. Микаэль изогнул рассечённую бровь.

— Что вы делаете?
— Я...

Под прожигающим взглядом юноша стал ещё бледнее, чем был, и подавился словами, которые хотел сказать. Но всё же пересилил себя:

— ... не думаю, что вы правы. Так нельзя... Она... не сделала ничего плохого.

На мгновение Микаэль потерял дар речи, а затем расхохотался. Громко. Ядовито. Даже меч в его руках, казалось, смеялся, разгораясь сильнее.

— Она-то? Хах, вы действительно думаете, что она «ничего плохого не сделала»? А вы знаете о том, сколько людей она убила? Вы слышали когда-нибудь о Чёрном Вихре?

Стэн испуганно оглянулся на девушку.

— На моих руках нет крови невиновных, — отозвалась она.

Микаэль ухмыльнулся.

— Правда? Так и передам родственникам убитых. Скажу, что Чёрный Вихрь им просто померещился. Кстати, сколько их там уже? В одной Айре ведь человек пятьсот?
— Я их не убивала, — повторила она твёрдо.

— Довольно болтовни! — рявкнул Микаэль, теряя остатки терпения. — С дороги!

Стэн не шевельнулся.

Чертыхнувшись, Микаэль собирался оттолкнуть его подальше, но не смог: юношу окружил бешеный поток ветра. Веер в руках девушки слегка повернулся, и этот маленький ураган увеличился, оттесняя нападающего.

Пока Микаэль сражался с ветром, девушка приблизилась к юноше.

— Стэн... — извиняющимся тоном окликнула она.

Он обернулся. Подойдя вплотную и задрав голову, она с благодарность посмотрела ему в лицо:

— Спасибо. Но тебе не стоит во всё это вмешиваться. Лучше побудь в стороне.
— Но... он ведь... хочет тебя убить...

Уголок фиолетово-синих губ приподнялся.

— Он имеет на это право. Я много чего сделала, но, — она вздохнула, — я никогда не отнимала жизнь у невиновных. Просто знай это.

Стэн хотел что-то возразить, но девушка легко взмахнула веером. Ревущий ветер, повинуясь приказу, смягчился: урча и ластясь, он закружил юношу и перенёс его в сторону стены, туда, где мальчик до сих пор приводил в чувство свою сестру.

Девушка осталась стоять одна.

Подняв голову, она глядела в небеса, словно хотела их о чём-то спросить. В ответ из-за туч выглянула луна. Тонкие серебристые лучи осветили невысокую, стройную фигуру; одежду, рваную настолько, что она почти не скрывала тело; белые бинты в красно-чёрных пятнах. Сердце Стэна сжалось, и на ум пришло странное сравнение: кошка, которая убежала и потерялась. Встретившись с опасностью, она выгибает спину, дыбит шерсть и шипит; но всё, что она может — покусать да расцарапать.

Микаэль бросился в атаку.

Пылающее лезвие засвистело, но девушка не стала отбиваться: заложив руки за спину, она спокойно отступила в сторону, и оно пролетело на волосок от неё. Шаг был быстр и так невесом, будто ногами она вообще не касалась земли.

Последовал ещё один выпад, и ещё, и ещё... Стремительно кружа, пара не сражалась, а будто танцевала на праздничном представлении.

За этим танцем неотрывно следили две пары глаз. Голубые глаза совсем не успевали за движениями: фигуры и пылающий меч казались им размытыми пятнами, от которых кружилась голова; другая пара глаз видела всё совершенно отчётливо.

— Знаешь, кто он?

Услышав шёпот, Стэн повернул голову. То же самое сделал мальчик. Оказалось, девочка уже пришла в себя и тоже с беспокойством следила за сражающимися. Её брат тихо прошипел:

— Очухалась, наконец, — и тут же накинулся с обвинениями. — Ты головой хоть иногда думаешь? Меч в живот! Тебя б даже Черныш с его волчьей живучестью не спас, если б госпожа не подоспела!

— Это Микаэль Саламандер.

Глаза мальчишки стали размером с блюдца.

— Я не шучу. Я видела меч. Это действительно он, — прошептала девочка.

Её близнец насупился.

— Это очень плохо... Госпожа сильно ранена, у неё внутреннее кровотечение. Если раны откроются... Надо бы... — он нахмурился так, что брови сошлись в линию.
— Надо что? — шепнула девочка.
— Звать на помощь, что ж ещё, — буркнул мальчик.
— Позовём... его? — спросила она с почтительным придыханием.

Он кивнул.

Стэн, ставший случайным свидетелем этого разговора, вдруг вспомнил, что подслушивать и подглядывать — нехорошо, и поспешно отвернулся. В спину ему устремился плотоядный взгляд, будто на него хочет накинуться и сожрать живьём какой-то хищник. Держа в голове образ огромного волка по кличке Черныш, он боялся даже дышать. Но мальчик что-то быстро шепнул девочке, и ужасающее чувство угрозы пропало.

Односторонний бой продолжался ещё какое-то время, но в конце концов Микаэлю надоело странное поведение противника.

— Долго ещё ты будешь уворачиваться? Дерись, мать твою! — прорычал он.

Девушка грациозно увернулась от очередного удара. Послышался треск расколотых каменных плит, полетели мелкие крошки и пыль.

— Хм-м-м... Для чего? Ты ведь хочешь меня убить, не так ли? Я упрощаю тебе задачу, не оказывая сопротивления. Так что же не так?

В голосе слышалось удивление, явственно отдававшее насмешкой.

— Я не хочу убивать того, кто не сопротивляется! — гаркнул Микаэль.
— Вот как? А если я буду стоять смирно, ты не станешь нападать на меня?

Вопрос, похоже, поставил мужчину в тупик: его движения замедлились на полсекунды. Это замешательство не осталось незамеченным.

— О, дай угадаю: ты всё равно нападёшь. Таков долг рыцаря: расправиться с любой нечистью и любой ценой истребить скверну, да?

Возразить было нечего.

— Я ведь права?
— Естественно! Тебе ли не знать, что демоны — зло. И мы даём клятву бороться с этим злом. А ты её нарушила! И раз ты на их стороне, пощады не жди!!
— Демоны — зло, говоришь? — переспросила она.
— Да!

Снова уклонившись от выпада, она переливчато рассмеялась.

— Что смешного? — прошипел Микаэль, внезапно остановившись. Меч в его руке слегка дрожал, языки пламени больше его не покрывали.

Уинди тоже остановилась и смерила мужчину взглядом.

— Хах, да так... А скажи, Мико, ты знаешь, что случилось с этим парнем? — она указала на Стэна.

Мужчина помрачнел.

— Вижу, ты знаешь. И, по-твоему, это с ним сделали демоны? Нет, Мико, это с ним сделали люди! — с презрением сказала она, — А эти дети? — она указала на близнецов. — Думаешь, они родились такими? Над ними тоже потрудились те, кого ТЫ поклялся защищать. И кто здесь после этого зло?

— Выходит, благородная дочь Эйрис нынче ратует за права нечисти? — поддел он. — Что бы с ними не происходило, это не оправдание для твоего предательства!

Сосредоточив все духовные силы, он нанёс удар быстрей, чем тот ритм, в котором они до этого двигались. Противница не успела ничего предпринять — меч достал её. Одежду и бинты на животе рассекло. Закапала кровь, и обнажились пятна всех оттенков фиолетово-зелёного, покрывавшие живот так плотно, что не было живого места.

— Госпожа!!!

Аюш и Джия заорали одновременно, подскочив на ноги. Девочка, слегка пошатнувшись, упала на брата.

— Не вмешивайтесь! — приказала Уинди, отпрыгнув назад и зажимая свежую рану рукой. Кровь струилась по пальцам.

Микаэль, достав последний кристалл, мгновенно вставил его в перчатку и бросился в атаку, обрушив меч на противницу со всей силой.

Девушка приняла удар веером, от которого разошлась леденящая аура смерти. Стоя лицом к лицу, противники сверлили друг друга яростными взглядами сквозь вспышки духовного света.

— Не оправдание для предательства, так ты сказал? А тебе для оправдания убийств достаточно того, что перед тобой не человек и не заклинатель?
— Да!
— А чем ты тогда лучше простого убийцы? Или нечисти?
— Тем, что я, по крайней мере, заклинатель и пользуюсь чистой, а не осквернённой энергией!

Тут из теней у обломков колонн раздалось «Пф-ф-ф!» и «Ха-ха-ха!».

Оба — и Уинди, и Микаэль — обернулись на звук и вгляделись в темноту. Там явно кто-то прятался. Судя по неудержимому хохоту, этот невидимый зритель уже какое-то время наблюдал за ними и находил развернувшуюся перебранку уморительной до слёз, но вот показываться — не спешил.

Через минуту-другую сумасшедший, почти истерический смех, наконец, прекратился.

— Ой всё! — от ближайшей колонны отделилась тень и драматично вышла на свет, утирая глаза. — Право слово, хотел сдержаться, но не смог больше на это смотреть и это слушать, извините!

Появившийся — весьма деловой тип! — двинулся к ним, всё ещё хихикая. Поступь его была лёгкой, уверенной, но немного ленивой — такой, будто бы всё вокруг принадлежит ему. При этом от незнакомца не исходило совершенно никакой энергетической ауры. Это настораживало больше всего, и Микаэль, отскочив от Уинди, направил сверкающее лезвие на него, угрожающе спросив:

— А ты ещё кто такой?

Вальяжно подойдя к девушке, тот приобнял её за плечи и чарующе-глубоким голосом сладко пропел:

— Её муж.

Затем с искренним упрёком в голосе обратился к ней.

— Дорогая, что это значит? Я сижу дома, один-одинёшенек, и места себе от горя не нахожу, потому что ты ушла, даже записку не оставив... А потом узнаю, что ты без меня отправилась на экскурсию в Бьонгард, — он надул губы, — а теперь ты здесь, развлекаешься с другим мужчиной, да ещё и в таком виде, — он потрогал лохмотья, в которые превратилась одежда, и скользнул пальцами к свежей ране на животе. — Тц-тц-тц, нехорошо. Что люди-то подумают?

На щеках Уинди проступил яростный багрянец. Вместо ответа она со всей силы ткнула его локтём в живот.

— Ай-яй! Разве так встречают мужа? — он легко перехватил удар, а затем примирительно, словно бы увещевал любимую, но рассерженную жену, спросил: — Милая, ну куда это годится?

Девушка, всё ещё густо пунцовая, процедила:

— Прекрати. Я тебе не жена, сколько раз повторять. Не неси чушь и не вводи людей в заблуждение.
— А разве я несу чушь? — незнакомец ещё больше обиделся. — И как это не жена, если законная жена? Заметь, ведь не любовница же! Ради любовницы я бы сюда даже не пришёл.

От его бесстыдства Микаэль просто остолбенел, равно как и Стэн, а два детских голоса завопили:

— Господи-и-и-и-и-ин Дальциэ-э-э-эль!!

Тот повернулся и махнул им рукой. Они немедленно подбежали к нему.

— Как ты узнал, что я здесь? — сверкнула глазами Уинди.

Он пожал плечами. Уинди кинула взгляд на близнецов.

— О, ясно, — она скосила глаза на мальчика. — Ты, да?
— Я? — неподдельно изумился тот и показал пальцем на сестру. — Это была её идея!

Девочка надула губы.

— Врёшь! Ты предложил позвать господина, потому что госпожа ранена!
— Нет, ты позвала!
— Нет, ты!! Ты! Ты, ты, ты!

Уинди вдруг почувствовала, что вдобавок ко всем ранам у неё жутко разболелась голова, и с силой хлопнула себя веером по лицу.

— Довольно, — прозвучал глубокий голос. Перепалка прекратилась, а демонята повесили головы, исподтишка бросая друг на друга яростные взгляды, — И почему, скажи на милость, ты всегда таскаешь с собой этот никчёмный предмет? — он взял её за руку.

Веер заискрился и затрещал духовными молниями, словно «предмет» костерил обозвавшего последними словами; аура, исходившая от него, стала ещё более убийственной.

Посмеиваясь, таинственный господин отпустил руку девушки и учтиво обратился к Микаэлю:

— Что ж, благодарю, что развлекли меня сегодня вечером. Бой был неплох, весьма-весьма, примите мои искренние поздравления. Но уже поздно, мы вынуждены оставить вас. Прошу нас простить, — он церемонно склонил голову, взял Уинди под руку и потянул с поля боя.

Микаэль выглядел так, будто вот-вот взорвётся. Никто и никогда в этой жизни не смел обращаться к нему, будто к артисту цирка!

От ярости, переполнившей владельца, меч вспыхнул красно-оранжевым.

— Кто сказал, что я дам вам уйти?

Повернувшись к нему, незнакомец удивлённо осведомился:

— А вы что же, попытаетесь нас задержать? Право, многоуважаемый рыцарь, на сегодня с вас хватит дуэлей, — он скользнул взглядом по ранам и перчатке.
— А моё мнение тебя не интересует? — едко спросила Уинди, силясь выдернуть руку.

Мужчина вскинул свои крылатые брови:

— А должно?

Уинди поперхнулась от такой бесцеремонности и собиралась отвесить наглецу знатную пощёчину, но не успела: Микаэль бросился на них.

Не отпуская руки девушки, незнакомец отбил пылающий меч... одной левой!

Микаэль тут же отскочил и обескураженно уставился на свой клинок. Пусть он сейчас далеко не в лучшей форме, и энергии у него очень мало, но... Какой же силой надо обладать, чтобы остановить его меч голой ладонью, даже не глядя?!

— Вы наверное думаете, что я силён? — повернув голову, самодовольно предположил тот. — Но на самом деле это не я силён. Это вы слишком слабы.

Микаэль задохнулся от возмущения и снова напал. Всё повторилось: меч оказался отбит.

— Должен признать — вы храбры, господин Саламандер. И весьма отчаянны, — похвалил незнакомец. — Но, увы, мне сейчас недосуг дурачиться. А если вы изнываете от скуки, то лучше наведайтесь в Бьонгард. Говорят, там позавчера произошло неприятнейшее событие: покушались на некую Кьяру. Если память не изменяет, её фамилия Бьорн... Вашу бывшую невесту случайно не так же зовут?

Глаз Микаэля расширился. Этот незнакомец... Откуда он знает про него и Кьяру?!

«... Врёт или нет? Но кто мог на неё покушаться? Надо быть совсем умалишённым, чтоб учинять что-либо под носом Бьорна... Скорее всего, это просто предлог, чтобы отвлечь меня. Но откуда он вообще обо всём знает?!»

Пока Микаэль мялся в раздумьях, из-за полуразрушенной стены донёсся звук шагов и озадаченный мужской голос:

— ... мне показалось, я слышал чьи-то голоса. Эй, смотри, тут след крови!

Повисла звенящая тишина, а затем...

— Стой, Лола! Не беги так быстро, вдруг там что-то опас...

Фраза оборвалась: за спиной Микаэля появилась женщина в белом. След в след за ней — мужчина, который нес на спине женщину без сознания.

Двое пришедших застыли в изумлении; точно в таком же изумлении застыли Микаэль, Стэн и Уинди. Демонический господин слегка приподнял левую бровь, а дети одинаково нахмурились.

— Мать честная! — первым нашёлся Леонард Феймайер и в два прыжка подскочил к Микаэлю, — Ты где так извозился?! — он осмотрел его с головы до ног, а затем окинул взглядом компанию напротив.

— Джен!!

С диким воплем Стэн подбежал к Леонарду и, схватившись за перемотанную белоснежным бинтом руку, с ужасом смотрел на закрытые глаза сестры.

— Она жива, не волнуйтесь, — сказал негромкий, но очень успокаивающий голос. — С ней всё будет в порядке, как только мы найдём освящённую воду.

Это говорила женщина в белом; Стэн поднял на неё глаза, полные слёз.

— А как... где... что с ней случилось?
— Её укусил призрачный волк, — всё также безмятежно ответила она, словно речь шла о погоде.

Уинди посмотрела на близнецов. Под её осуждающим взглядом девочка виновато потупилась. Мальчик же внезапно вышел вперёд и приблизился к заклинательнице, копошась в своей сумке. Леонард, бдительно следя за ним, был готов наброситься в любую секунду. Однако...

— Вот, — он наконец вытащил нужный пузырёк и почтительно протянул его женщине, — возьмите. Это освящённая вода, я набрал её в здешнем колодце.

Леонард и Микаэль враждебно и брезгливо посмотрели на мальчишку. Но, к их изумлению, женщина улыбнулась, подошла и взяла бутылочку.

— Благодарю вас, — она слегка поклонилась.

Мальчик зарделся и снова принялся рыться в сумке. Достав оттуда ещё два каких-то пузырька, он тоже протянул их женщине.

— И ещё вот это... То, что в синем, поможет быстро затянуть рану, а то, что в белом, восстановит силы и приведёт в чувство за несколько часов.

Лола приняла и эти баночки из его рук.

— Эй-эй, а вдруг там не лекарства? ему вообще можно верить? — Лео попытался остановить её.

Три голоса хором ответили:

— Можно!

Первый голос принадлежал сестре-близняшке, которая сверлила мужчин взглядом, выражавшим не меньше неприязни, чем их собственные; второй голос принадлежал Уинди, которая поручилась бы за лекарские способности Аюша перед кем угодно; третий голос, как ни странно, принадлежал той, кому Аюш отдал пузырьки.

Лео уставился на неё, хлопая своими длинными ресницами. Но следующие слова Лолы, обращённые к демонёнку, потрясли присутствующих ещё больше:

— Может быть, вы поможете мне обработать её рану?

Аюш кивнул, и Лола обратилась к Лео:

— Положи её на землю, пожалуйста.

Ошарашенный Лео отошёл на несколько шагов в сторону и без лишних слов сделал, что было велено. Лекарь и целитель склонились над женщиной и погрузились в работу так, как будто вокруг больше вообще ничего не происходило. Стэн стоял рядом с ними, время от времени шмыгая носом.

— Мда-а, — задумчиво потянул демонический господин, — для безлюдного места здесь стало как-то слишком людно.

Леонард же обратился к Микаэлю.

— Мико, поясни-ка мне вкратце: это что за хрень?! Неужели она, — он ткнул пальцем в Уинди, — это Она?

Мико не стал ничего пояснять, просто кивнул. Лео присвистнул.

— Вот это поворот, ничего не скажешь! — и вперился взглядом в девушку, бесстыдно изучая её.

— Уважаемый рыцарь, не стоит так таращиться на девушку, тем более на чужую жену. Это неприлично, — сделал ему замечание демонический господин, многозначительно подмигнув.

На него устремилось несколько взглядов, только один из которых не был возмущённым, злым и взбешённым — девочка-призывающая: она смотрела на господина, как преданный поклонник на своего кумира.

Уинди в отчаянии хлопнула себя веером по лбу.

— Мы же это уже обсуждали... — беспомощно протянула она.

Леонард поинтересовался у Микаэля:

— И? Что делать-то планируешь? — он кивком указал на странную парочку и девчонку, — Будем стоять или как? О, да, вспомнил, — он достал из-за пазухи мешочек и кинул Мико, — держи, а то свой запас ты, похоже, истратил.

Микаэль поймал мешочек с кристаллами.

— Что ж, желаю вам приятно провести вечер, — преспокойно заявил демонический господин, — а мы, дабы не мешать вам, откланяемся.

Он мягко, но настойчиво потянул Уинди за собой.

— Эй-эй, куда же вы так спешите. Разве мы разрешили вам уйти? — перегородил ему дорогу Лео, вскинув меч и встав в боевую стойку. С другой стороны такую же боевую стойку занял Микаэль.

Глаза демона опасно полыхнули, хотя улыбка осталась безупречно вежливой.

— Обыкновенно муж не должен драться с друзьями своей жены, но если вы так жаждете схватки, отказать будет невежливо.

Едва он договорил, в древнем храме словно разверзлась бездна: всё вокруг залило демонической аурой. И у Микаэля, и у Леонарда пронеслась одна и та же мысль: да кто же он, мать его, такой?! Такая мощная тёмная энергия! Просто дьявольская! Даже полсотни девчонок-призывающих ему по силе не ровня!

По спинам обоих пошёл холодный пот. Здесь и сейчас им его не победить!

Улыбаясь сладко, даже невинно, мужчина собрал на кончиках пальцев сгусток тьмы, превратив его в ладони в чёрный огонь.

— Нет! — Уинди закрыла мужчин собой. — Отпусти их. Ты мне обещал.

Посмотрев в твёрдые аметистовые глаза, он вздохнул и опустил руку. Осквернённое пламя исчезло.

— Видите, уважаемые? Она против, ничего не могу поделать, — он картинно развёл руками. — Рад бы, но не могу!

От той энергии, что угрожающе разливалась везде и всюду, не осталось и следа.

Уинди повернулась к мужчинам.

— Возвращайтесь в Альбу.

Затем она обратилась к Микаэлю:

— Ты спрашивал, жалею ли я. Ответ — нет. О сделанном выборе я не жалею. А вот о чём я жалею, — она посмотрела ему в лицо, — так это о шрамах, что оставила тебе. И за это я прошу у тебя прощения. Прости меня.

Она склонила голову. Микаэль ошарашенно смотрел на неё, потеряв дар речи.

— А ещё я дам вам совет: берегитесь. Зло — вовсе не в демонах, как нас учили.

Леонард фыркнул, закатив глаза.

— Можете смеяться, если хотите. Я сама в это не сразу поверила. Но если вы копнёте глубже и посмотрите на кое-какие события без предрассудков — сами убедитесь.

На этом она повернулась к Дальциэлю. К ним подбежал и мальчишка, который уже помог Лоле позаботиться о раненой. Его сестра-близнец, пользуясь возможностью, встала поближе к своему кумиру.

Дальциэль вытянул вперёд левую руку. На среднем пальце сидело воронёное гладкое кольцо. Провернув его, он щёлкнул пальцами. Мелькнули красные молнии, и появился демонический круг. Внутри зияла бездна, от которой расходились волны тёмной энергии.

Девочка и мальчик наперегонки рванули в круг, и дыра поглотила их. Дальциэль учтивым жестом пригласил спутницу проследовать за ними.

— Уинди.

Тихий голос, который окликнул её, звучал громче, чем любые крики. Не сдержавшись, она обернулась.

— Я рада, что ты жива, — улыбнулась Лола. В бирюзовых глазах не было ни осуждения, ни ненависти.

Чувствуя подступающие к горлу слёзы, Уинди быстро кивнула и отвернулась, шагая в пустоту.

***

Пройдя через чёрную дыру, четверо оказались в просторной и весьма уютной комнате. Дальциэль тут же сел на диван и по-хозяйски на нём развалился. Уинди, пару раз глубоко вдохнув, взяла себя в руки и спросила:

— Что это только что было? Зачем ты устроил весь этот спектакль? — она буравила демона обвиняющим взглядом.
— Тебе не понравилось?
— Представь себе — нет, не понравилось.
— Жаль. А мне очень понравилось, — он расплылся в удовлетворённой улыбке, — давненько так не веселился. Пожалуй, нам надо почаще выбираться в люди, а? Что думаешь?
— Без меня. Красуйся сам, и не неси всякий бред про мужа и жену.

Полностью пропустив мимо ушей последнюю фразу, он поджал губы.

— Я, значит, мчался её спасать, торопился так, что впопыхах забыл белого коня, а она недовольна! — он цокнул. — Женщины... Вот и делай вам добро после этого. Воистину, хорошими делами прославиться нельзя. Кстати, о славе...

Он мгновенно сменил позицию и сел, небрежно подперев подбородок рукой:

— ... Не скажешь ли мне, зачем ты сунула свой прелестный нос в Бьонгард?

Уинди смешалась. Глаза демона прищурились.

— Думаешь, там без тебя не разобрались бы? Нужно было поиграть в героиню? Я ведь тебя столько раз предупреждал, чтобы ты не вела себя безрассудно и не лезла, куда не следует. А тебе всё одно, — он вздохнул. — И что с тобой прикажешь делать? Цепью приковать, что ли?
— Попробуй, — выпалила она.
— Шучу-шучу, милая, — он игриво подмигнул.

— Господин Дальциэль.

В комнату с почтительными поклонами вошли служанки. Дальциэль, не удостаивая их взглядом, махнул рукой и приказал:

— Займитесь госпожой, приведите её в порядок и обработайте раны. Аюш, ты за старшего.

Поклонившись ещё раз, демонессы кинулись исполнять, что было велено, и первым делом повели девушку на лечебный горячий источник.

Через четверть часа они всё организовали и удалились, оставив госпожу отмокать в огромной роскошной купальне. Сидя в тёплой воде совсем одна, Уинди впервые за вечер расслабилась. Умывшись, она облокотилась о каменный край и, глядя на звёздный путь, тихо выдохнула:

— Друзья, да?

***

Пока одни участники вечерней встречи нежились в источнике и лежали на диване, другие шли обратно в городок и оживлённо беседовали.

Микаэль ёмко обрисовал своим спутникам картину всего произошедшего до их появления и посвятил в некоторые детали, которые компания теперь бурно обсуждала.

— Так она — демон?! Да ты прикалываешься!
— Если бы... Ты бы видел эту метку проклятия. Я в жизни подобного не встречал. Чёрная, как уголь, и излучает ауру страданий. С таким... просто не выжить. Скверна сожрёт носителя, рано или поздно.
— Но её-то ведь за столько лет не сожрала.
— И я об этом же. Объяснение может быть только одно — она сама стала демоном и каким-то образом управляет этой скверной.
— Хм-м... Но тогда она бы могла совсем избавиться от неё, — заметил Лео, — Ну да ладно, допустим, она демон. А что насчёт Чёрного Вихря? На кой ей понадобилось обряжаться и привлекать к себе всеобщее внимание? устраивать погромы и поднимать бунты, размахивая Тем самым веером?
— Из мести, — предположил Микаэль. — Как ни крути, а ей есть, за что мстить.

Лео хотел высказать что-то ещё, но тут им задумчиво возразила Лола:

— Мы ничего не знаем о том, что происходило с ней после суда. И боюсь, всё не так просто.