Следуя за ветром, часть 1

Вернувшись в штаб сразу после Совета Двенадцати, лорд Саламандер велел помощникам отменить на сегодня все совещания, а дежурным — не беспокоить его, даже если начнётся пожар: есть заместители, пусть один день сами всё решат. На этом он удалился в свой кабинет. Хлопнула дверь, щёлкнул замок — подчинённые зашушукались: ярый трудоголик, для которого работа важнее жизни — посреди рабочего дня отложил дела и заперся у себя. Чудеса!

За закрытой дверью лорд первым делом сдёрнул мундир и кинул его в угол, будто грязную тряпку. Расстегнул верхние пуговицы на рубашке, небрежно закатал рукава, затем достал из потайного шкафчика бутылку виски и стакан, плеснул — выпил — плеснул ещё. Сел в кресло; взгляд острых глаз притупился, а между бровей легли две глубокие морщины, отчего лицо стало угрюмо.

Просидев с полчаса без движения, он вдруг бахнул кулаком по столу, смачно выругался, поднялся и направился к огромной картине, что висела справа. На полотне был изображён прекрасный пейзаж: замок Саламандры во время цветения огненных лилий. Лорд надавил на раму — картина отодвинулась. Открылся проход в небольшую комнату.

В ней не было ни окон, ни других дверей, а всё убранство заключалось в нескольких этажерках, заваленных бог знает чем, да в круглом столе, испещрённом символами. По полу вокруг стола в три ряда вились знаки и буквы, переходя на стены и потолок.

В поисках кристаллов лорд переворошил бумаги на этажерках и поднял вековую пыль; чихая, выругался снова.

Найдя искомое и установив в нишу в центре столешницы, он сел за стол, быстрыми движениями активировал заклинание ментальной связи и закрыл глаза, сосредотачиваясь на том, с кем хотел установить связь. Благо отыскать его было совсем нетрудно.

«Уолкир Бьорн. Уолкир Бьорн!»

На его зов тут же ответили вопросом:

— Что тебе надо в моей голове, Саламандер?
— И тебе добрый день, Уолкир. Есть разговор. Дело серьёзное.
— Тогда выкладывай побыстрей и убирайся! Я занят.
— Ты как всегда учтив и вежлив.
— Просто ты мне не нравишься.
— Я тоже не испытываю ни малейшего удовольствия от ментальной связи с тобой, уж поверь.
— Тогда не тяни и говори!
— Речь идёт об Уинди Эйрис.

Бьорн фыркнул.

— Мне уже сообщили об этом идиотском приговоре. Что ты хочешь от меня?
— Прошу тебя присмотреть за ней.

Не поверив в услышанное, генерал переспросил:

— Просишь меня? присмотреть за ней? Какого чёрта?!
— Просто проследи, чтобы с ней ничего не сделали. Если ты понимаешь, о чём я.
— ... Это я и без твоих просьб бы сделал!!!

Уолкир был готов взорваться. Александр расплылся в ухмылке, представляя суровое лицо перекошенным от гнева и смущения.

— Вот и замечательно. Теперь ещё кое-что: помоги мне вытащить её.

Ментальный голос Уолкира стал угрожающим.

— Давай-ка проясним ситуацию: эта девочка в тюрьме по твоей вине. Так какого дьявола ты сейчас печёшься о ней?!
— Она там не по моей вине.
— А по чьей? Ты убил её мать у неё на глазах! Да на её месте я бы прямо там тебя порешил! Удивительно, как она сдержалась.
— Она — не ты, Уолкир. Что, несомненно, к лучшему для всех. Но, если тебя это порадует — она от души меня приложила. Рёбра до сих пор болят. А ещё ранила нескольких рыцарей и моего сына...
— Вот молодец, пришлю ей за это конфеты вечером, — ехидно вставил Уолкир.

Александр сделал вид, что ничего не слышал.

— ... С точки зрения наших законов она совершила преступление. Хоть и не настолько серьёзное, чтобы получить такое суровое наказание. И это, — лорд вздохнул, — меня беспокоит.
— Я не ослышался? тебя беспокоит? После того, как ты избавился от Сиэля, а теперь и Мию убил?!
— Не приписывай мне то, что я не совершал. К тому, что Сиэль Эйрис пропал без вести, я никакого отношения не имею.
— Да как же! Изначально на то задание должен был отправиться именно ты!
— И что с того? Основываясь только на том, что мы с ним не ладили, ты решил, что я устроил так, чтобы туда поехал он и пропал? Нет, я, конечно, знаю, что в Ордене Земли не принято думать головой, но ты что, правда настолько недалёкий?
— А ну-ка повтори!! — проревел Бьорн.
— С большим удовольствием, но при личной встрече, если ты не возражаешь, — преспокойно ответил лорд. — Сейчас есть дела поважнее. Насчёт твоего второго обвинения — там была не Мия.
— Как это «не Мия»?!
— Вот так.
— Ты же не думаешь, что я тебе поверю? — усмехнулся Уолкир.
— Хочешь верь, хочешь нет, но это так. Там действительно была не Мия. Иначе какой, по-твоему, мне смысл связываться с тобой? Ты не настолько милый, чтобы хотелось просто поболтать.
— ...
— Сдаётся мне, ты всё же включил голову. Это хорошо. Тогда я вкратце изложу, что произошло.

***

15 августа, 3238 год. Сангранта.

Прибыв на праздник к началу десятого, глава Ордена Огня, не теряя времени, прошёл на крышу мемориального музея: там у рыцарей был наблюдательный пост. Выслушав краткий отчёт о происшествиях, коих почти не было, он отправил подчинённых следить за порядком на площади, где уже собирались зрители, а сам, облокотившись на перила, в одиночестве ждал.

Ровно в половине десятого полилась музыка, и тысячи белых лепестков поднялись в небо над площадью Святого Сердца.

Лорд улыбнулся; в глазах блеснули слёзы.

Танцы — особенно традиционные цветочные, — всегда были её страстью. В юности Мия то и дело таскала друзей и знакомых на всевозможные концерты и представления и твердила: рано или поздно буду выступать.

«И ведь смогла»

Лепесток к лепестку — и летят, и кружат; так легко, так изящно, но слаженно, выверенно... Сколько же упорства и терпения нужно, чтобы добиться этой лёгкости? сколько тренировок? Зато сейчас вся площадь, тысячи людей — затаив дыхание, смотрят.

Её мечта сбылась.

А он, сколько бы усилий ни прикладывал, свою мечту никогда не исполнит...

Вереницу тягостных мыслей прервал гром оваций: толпа бушевала, неистово кричала и хлопала, выражая свой восторг и восхищение мастерством заклинателей; лорд присоединился, от души аплодируя упорству и таланту.

Мало-помалу аплодисменты смолкли. Площадь пустела, а лорд так и стоял на крыше, глядя в сторону главной смотровой. Он был слишком далеко, чтобы разглядеть там Мию, и всё же не отрывал взгляда.

«Чего я, собственно, жду? Стою тут, как дурак, а дел по горло. Отчёт в Совет ещё писать»

На смотровой, будто молния, что-то мелькнуло. Лорд прищурился. Светится красным.

«Странно»

Донёсся душераздирающий крик.

Глянув вниз, лорд застыл: опавшие лепестки, только что мирно парившие над площадью, кружили, словно смертоносный ураган, рассекая всё на пути!

Раздумывать было некогда. Несколько прыжков по крышам — и лорд бесшумно приземлился на главную смотровую, держа меч наготове.

На белоснежном мраморе кроваво-красным горел демонический круг; в его центре, воздев руки к небу, стояла Мия Эйрис; у её ног лежало тело в церемониальных одеждах. Остальные четверо лежали навзничь в четырёх точках круга. Лорд не ощутил в них ни капли жизненной силы: все были уже мертвы.

Женщина, почувствовав чужое присутствие, развернулась, взмахнула веером. Александр уклонился — воздушное лезвие просвистело в паре сантиметров и распороло мраморную колонну, словно ткань.

Будто отгоняя назойливую муху, женщина замахала веером. В лорда полетели новые воздушные лезвия.

Меч вспыхнул золотом: сталь, пропитанную духовной энергией, покрыли длинные языки пламени. Лорд ловко отбил атаку, а потом метнул меч, словно копьё. Клинок молнией понёсся к цели — женщина выбросила вперёд правую руку. Раздался треск, посыпались искры духовного света: меч наткнулся на ураганную стену.

Даже не находясь в руках своего владельца, оружие слушалось хозяина без заминок. Удары посыпались, как огненный дождь — невозможно уследить!

Под столь яростным натиском рука, держащая веер, начала дрожать; ураганный поток заметно ослабел, и лорду почти удалось пробиться, но противница, стиснув зубы, вцепилась в веер двумя руками.

Она не собиралась отступать.

Лорд нахмурился: женщина стояла ровно в центре круга, не делая ни шагу с места, хотя таким упрямством сама себя ставила в весьма затруднительное положение. Объяснение этому могло быть только одно: находясь там, она поддерживала заклинание, превратившее лепестки в смертоносное оружие.

«Нужно заставить её сдвинуться»

Но для него приближаться к демоническому кругу было бы самоубийством, поэтому лорд, закусив губу, продолжил атаки на расстоянии. Меч кружил и наносил удары, высекая снопы искр; женщина болезненно морщилась, но рук не опускала, упорно держа защиту.

Сквозь свист ветра и скрежет металла он расслышал чей-то отчаянный вопль.

«Чтоб это всё!! выбора нет...»

Меч взлетел вверх; набрав высоту, сорвался и устремился вниз, будто комета. Противница приготовилась встретить удар — но меч обрушился не на неё, а на плиты. Взметнулась мраморная крошка.

Вся смотровая содрогнулась.

Раздосадованно цыкнув, женщина подпрыгнула, создавая вокруг себя воздушный кокон; Александр закрылся стеной огня.

В следующую секунду прогремел ужасающий взрыв: вся накопленная энергия вырвалась из повреждённого круга. Смотровая растрескалась до основания; колонны обрушились; тела умерших раскидало в стороны, а в воздухе повис удушливый, ядовитый чёрный дым — остатки тёмной энергии.

В этому дыму было невозможно что-либо разглядеть, но Александр в бою никогда не полагался на зрение: в одно мгновение он оказался рядом с приземлившейся женщиной и напал. Она едва успела уклониться — меч лишь слегка поцарапал щёку.

— Александр, это ведь я! — она вытерла кровь и вопросительно подняла брови, будто спрашивая, как он мог её ранить?
— Я знаю, что ты — не Мия, — Александр направил на неё меч. — Кто ты? и где она?

Пухлые губы исказила хищная усмешка.

— Браво, лорд Саламандер. Вы первый, кто это понял, — похлопав ему, она откинула длинные волосы. — Вы действительно умны. Позвольте поинтересоваться, как давно вы догадались? Хотя дайте угадаю... — тонкий палец прижался к губам, — вы поняли это только что.
— Я спросил тебя, где она. Говори, — повторил Александр.

От ледяного тона у кого угодно пробежали бы мурашки, но женщина лишь пожала плечами:

— Ой-ой-ой, какой горячий нрав!
— Отвечай на вопрос!! — он бросился вперёд.
— Думаю, ответ ты уже знаешь, — улыбаясь, она отразила удар. Меч и веер скрестились и заскрежетали.

Невдалеке кто-то вскрикнул. Женщина усмехнулась.

— Ты подпортил мне план. А впрочем, так тоже будет неплохо... — она ловко оттолкнула лорда.

Широкий взмах — и штормовой порыв ветра ударил в лицо, рассеивая дым. Александр переждал, прикидывая, как лучше обезвредить противницу.

— Мам! — окликнул женщину радостный голос.

Сладко улыбаясь, она рывком достала из-под одежд какой-то кулон.

Блеснула алая вспышка.

Александр молниеносно ударил, рассчитывая уничтожить кулон. Но женщина кинулась навстречу клинку — меч пронзил её.

***

Бьорн молчал.

Леди Ветров была одной из немногих за пределами Бьонгарда, кого он уважал и с кем с удовольствием общался; поэтому, когда Рей доложил ему о «Кровавом танце», он не поверил. Сочтя адъютанта сплетником, Уолкир наорал на него и в грубой форме велел впредь не нести подобную чушь, если он не хочет потерять звание. До смерти напуганный, юноша не посмел перечить.

А позже выяснилось, что Рей сказал генералу чистую правду.

Уолкир был ошеломлён; он не знал, что и думать. Теперь, благодаря рассказу лорда, всё стало ясно. Кроме одного.

— Как ты понял, что это была не она?

Лорд ответил одним словом:

— Движения.
— ... Что-о?!

Александр вздохнул.

— Уолкир, просто чтобы ты знал: у меня прекрасная память. Я помню излюбленные приёмы и движения каждого, с кем хоть раз доводилось сражаться.
— Хочешь сказать, ты раньше дрался с Леди Ветров? Что-то не верится.
— Я не просто сражался с ней, — лорд помедлил. — Я помогал ей тренироваться. На протяжении нескольких лет она оттачивала свои навыки ведения боя в поединках со мной. За это время даже ты бы выучил каждое её движение.
— ...

Воцарилась звенящая тишина.

Уолкир даже забыл огрызнуться: он пытался вспомнить, слышал ли он когда-нибудь, чтобы эти двое дружили. Насколько ему было известно, они не общались, а на торжественных приёмах Мия и вовсе, завидев лорда, поджимала губы, вежливо кивала в знак приветствия и мигом скрывалась. Со стороны казалось, что Саламандер ей неприятен.

— Не знаю, в курсе ты или нет, — продолжил лорд после некоторого молчания, — но Мия никогда не держала в руках ни меч, ни лук. Она ненавидела оружие и не умела с ним обращаться.
— ... Тогда как её выбрали главой?! Ведь одно из требований — быть воином! Уметь драться! — воскликнул совершенно растерянный Уолкир.
— Я не сказал, что она не умела драться. Я сказал, что она не любила оружие. Вместо него она использовала веер. За годы тренировок она создала собственный стиль боя, основанный на традиционных танцах Воздуха. И поверь мне — она была подлинным мастером. Ей не требовалось размахивать веером, будто дубиной, чтобы подчинить себе ветер. А вот того, с кем я в тот вечер сражался, мастером назвать нельзя.
— Слушай, Саламандер, если всё это так... Тогда какого дьявола ты об этом говоришь только сейчас и мне?! Почему молчал всё это время?!

Александру страстно захотелось хлопнуть рукой по лбу.

— Боже. Уолкир, ты вроде уже не маленький, так почему я должен объяснять тебе очевидные вещи? Во-первых, у меня нет никаких доказательств. А вот у следствия в руках тело Мии со следами тёмной энергии, тела убитых ею заклинателей и несколько сотен жертв «Кровавого танца». А во-вторых, в деле замешана политика. Нельзя вести себя неосмотрительно и говорить необдуманно.

Уолкир презрительно фыркнул.

— Да ты просто жалкий трус! Трясся от страха за свою драгоценную задницу вместо того, чтобы искать виновных, чёрт бы тебя побрал!!
— В отличии от тебя, Уолкир, я привык думать головой. К тому же, я — глава Ордена. От моих действий зависят судьбы других людей. Я не могу позволить себе рисковать репутацией всего Ордена ради собственной прихоти.

Слова лорда немного остудили пыл Бьорна.

— Но ты мог хотя бы озвучить следствию свои догадки!
— Ты думаешь, я этого не сделал? Я лично допросил всех мало-мальски близких к Мие людей. Никто из них не замечал никаких странностей. Проще говоря, я единственный понял, что с ней что-то было не так.
— ...
— Потом я тщательно изучил результаты обследования тела. Целители не нашли никаких следов от техник контроля сознания.
— Да этого не может быть, — пробормотал Бьорн. — Если, как ты говоришь, её телом управляли, то должны остаться хоть какие-то следы!
— Тот, кто управлял, хорошо всё продумал. Я полагаю, он использовал для контроля какой-то неизвестный нам способ, а ключом был кулон.

Уолкир обдумал услышанное.

— И как тогда искать виновных?
— В этом и есть основная проблема. Пока что единственная зацепка — этот кулон. Я провёл немало времени в архивах наших мастеров по артефактам...
— И что?
— Ничего похожего не обнаружил. Как это ни унизительно, вынужден признать, что я в тупике. Это ещё одна причина, почему мне нужна твоя помощь.

Бьорн снова замолчал. Александр тоже больше ничего не говорил. Спустя полминуты кладбищенской тишины, Уолкир буквально выдавил:

— Хорошо. Я помогу тебе, Саламандер. Только ответь мне на один вопрос: ты ненавидел Сиэля, так какое тебе дело до проблем его жены и дочери?
— Я просто хочу во всём разобраться. Разве это так странно?
— Не просто странно, а... подозрительно. Так яро пытаешься что-нибудь раскопать, будто они тебе родные, — Бьорн усмехнулся. — Или чувство вины заело? Жизнь Мии твой меч оборвал, как ни крути.
— Думай, что хочешь. Но в деле замешаны демоны. Ради общего блага стоит разобраться во всём и как можно быстрее.
— Хмпф!
— В любом случае, Уолкир, сейчас мы с тобой на одной стороне.

С этим утверждением было трудно спорить.

— Ладно, Саламандер. Будем считать, что твоя взяла. На этот раз. Я присмотрю за девушкой и сделаю всё, что смогу.
— Прекрасно. Тонкости дела лучше обсудить лично.
— Согласен. На следующей неделе я собирался в Альбу. Думаю, что смогу выкроить немного времени на встречу.
— Как это мило с твоей стороны. Взамен могу провести экскурсию по столице и даже научить столичному этикету. Может быть, даже найду тебе девушку.

— Да пошёл ты!!

Взбешённый Железный медведь разорвал ментальную связь.