"Плащ храбрости"

  - В общем, Джинни сегодня днем уезжает в Нору. Вот мы и решили утром до ее отъезда провести время вместе.
- А Поттер на каникулы тоже уезжает с ней к Уизли? – Гермиона кивнула в ответ, и Северус прикрыл глаза, явно наслаждаясь моментом. – Это лучшая новость за весь день.
- Это - единственная новость, услышанная тобою сегодня, Северус, - сухо парировала девушка, глядя на мужа в упор. Он до сих пор был в пижамных брюках, грудь обнажена, волосы немного всколочены, а в глазах отражалась усталость. «Ладно, - признала она, - вряд ли можно сказать, что кто-то из нас имел возможность выспаться этой ночью» . К сожалению, недостаток сна был вызван окончанием семестра, а не чем-то более приятным. «По крайней мере, большей частью это так» , - с улыбкой подумала девушка.
Первое полугодие наконец-то закончилось. Сегодня днем студенты покидали школу на Хогвартс-экспрессе, отправляясь на каникулы по домам. Разумеется, кроме тех немногих, решивших остаться. Некоторые родители желали лично забрать своих детей: Гарри и Джинни вернутся в Нору вместе с Уизли, и, как указал Северус, Люциус сегодня днем тоже приезжает за Драко, Кребом и Гойлом. Превосходная отговорка для старшего Малфоя – конечно же«министерский шпион» обеспокоен безопасностью сына и его близких друзей.
Глотнув чаю, Гермиона усмехнулась и беспечно произнесла:
- Но Гарри же не останется там на все каникулы. После Рождества он вернется обратно, - как и ожидалось, Северус нахмурился, – так будет легче устраивать встречи Ордена, - Снейп лишь уклончиво хмыкнул. Ради регулярных встреч ордена Северус вообще был против его отъезда даже на неделю, но его не послушали. Нет, конечно, они не бросили бы своего исследования. На данный момент в Книге Крови была найдена куча многообещающих заклинаний и ритуалов - главной проблемой теперь было выбрать из списка наиболее подходящие.
И решить, когда и что можно рассказать Гарри.

* * * * * *

Поверхность озера переливалось в холодном утреннем свете, от ветра покрываясь рябью, а подводные жители плавали под этой искрящейся гладью. Девушка на несколько долгих мгновений замерла, словно загипнотизированная, очнувшись лишь, когда Джинни, стоящая рядом с нею, заговорила.
- Красиво, правда? Всегда любила это время года.
Гермиона кивнула. Она вспомнила ... возбуждение в голубых глазах, возникавшее по мере приближения Рождества, слова, с помощью которых Рон убеждал Гарри пойти с ним поиграть в снежки или в еще что-нибудь такое же бесполезное. Он был полон жизни... они все были полны... Гермиона чувствовала, словно она другой человек, старше, мудрее... темнее. Что-то заныло в груди, и девушка, сморгнув набежавшие слезы, вспомнила разговор с Гарри в комнате старост о ее грядущем браке с профессором Снейпом.

« Когда все изменилось? Когда все перестало быть игрой? Когда я перестал бояться взысканий и стал бояться за жизнь моих друзей? Почему так происходит?»

Гермиона покачала головой. «В самом деле, когда все изменилось?» Заставив себя улыбнуться, она повернулась к Джинни.
- Я помню... как он радовался началу каникул. Хотя, думаю, это относится ко всем студентам.
Джинни, так и не отведя взгляда от озерной глади, медленно покачала головой.
- Нет... не ко всем. Том называл каникулы «бесполезные дни» ... он ненавидел их. Ненавидел, когда заканчивалась учеба.
Гермиона нахмурилась.
- Ну... ладно, я знаю, судя по твоим с Гарри рассказам, что он ненавидел приют, но разве он не оставался на праздники здесь, в Хогвартсе? Кроме летних каникул, естественно.
Джинни кивнула.
- Оставался, но его друзья - нет. Из-за этого он выделялся еще сильнее, остальные слизеринцы, ты же понимаешь, были чистокровными и всегда уезжали домой. А потом, возвращаясь, хвастались полученными подарками... он ненавидел это.
- О-о-о. Тогда, думаю, Пасхальные каникулы ему тоже не нравились.
Джинни фыркнула.
- Вряд ли. Он говорил, что весной бесполезные дни заканчиваются.
Вздохнув, Гермиона опустилась на землю. Земля была твердой и холодной, но снега, к счастью, не было.
- Так странно... когда я их всех увидела, то поняла, они – тоже люди. Самые обыкновенные люди, во всех отношениях. Даже Темный Лорд... когда-то он был мальчишкой, рассерженный тем, что отличается от других студентов. Странно думать о нем так.
- Я знаю, - Джинни присела рядом с Гермионой, старательно укрывая ноги полами плаща. – Я рада... рада, что ты меня понимаешь. Ремус тоже понимает, в какой-то степени... но, думаю, не до конца. Том был ... он был злым даже тогда, вот. Но он был и человеком тоже – я могла ощутить его чувства, эмоции... образы, я уже говорила тебе об этом. И слишком тяжело ... просто забыть о нем. Тяжело представлять, в кого он превратился.
Гермиона смотрела на пробегавшую по глади озера рябь. Гигантский Кальмар лениво вытянул из воды длинное щупальце; капельки, стекающие с него, искрились на солнце. Девушка улыбнулась, когда щупальце снова исчезло. Но когда она заговорила, улыбка исчезла.
- Да, трудно... трудно, потому что в них мы видим себя. И страшно подумать, что, делая тот или иной выбор, мы можем поступить точно так же, как они. Пойти тем же путем. Сотворить такое же зло... - голос Гермионы становился все тише, и она с трудом сглотнула.

«Каждый шаг кажется крохотным, пока вы не спуститесь настолько глубоко, что не увидите света со дна той пропасти, где вы находитесь. И потом ... только после этого ... вы поймете, что вы сделали».

- Верно, шепнула Джинни. Внезапно, рыжая, покачав головой, криво улыбнулась. – Прости, Гермиона ... в последнее время я что-то слишком часто вспоминаю Тома.
- В каком смысле, Джинни?
Та отвела глаза.
- Сны. Воспоминания. Такое впечатление, что стоит мне закрыть глаза, и я вижу его... знаешь, может во всем виноват наступивший год? Последний год обучения Гарри... не могу поверить, чтобы Том не попытался ... - ее губы дрогнули, - Волдеморт, я имею в виду. Не могу представить, чтобы он не устроил какую-нибудь грандиозную каверзу, прежде чем Гарри закончит школу.
- В этом есть смысл... учитывая пророчество Лаванды.
- Правильно. И Гарри ... в общем, сны беспокоят его все чаще, - Гермиона метнула на юную ведьму любопытный взгляд. Джинни передернула плечами. – Он не хотел тебя беспокоить, сказал, что ты и так слишком много волнуешься. В любом случае, он говорит, это просто беспокойные сны, а не... те, другие. Почти как у меня, я уверена... воспоминания, стрессы.
Гермиона кивнула.
- Мне тоже снились сны-воспоминания. Хотя, когда рядом Северус... - она остановилась, молча пожимая плечами. Чуть улыбнувшись, Джинни кивнула.
- Я понимаю ... Когда рядом Дин мне тоже ничего такого не снится.
Гермиона театрально вскинула бровь.
- Неужели, мисс Уизли? И это те вещи, которые мне необходимо слышать? Эти отвратительные байки о том, как вы с ним лижетесь после комендантского часа?
Услышав это, Джинни откинула голову назад, и разразилась звонким переливчатым смехом.
- О... о, Боже, Гермиона.... лижемся? Ты говоришь, прямо как мадам Пинс.
Гермиона тоже засмеялась, но, от пришедшей на ум мысли, почти сразу оборвала смех.
- Джинни ... Дин магглорожденный. Что если?..
Уизли опустила глаза.
- Знаю. Сразу же, в день моего рождения, я собираюсь отправить ему контракт. Пока что нам везло.
Гермиона пронзила острая боль. Она была так зациклена на своих проблемах, что у девушки даже не мелькнуло мысли о других магглорожденных студентах, находящихся в подобной же ситуации. Об одноклассниках. И о бывших одноклассниках. Конечно же, она знала, что некоторые магглорожденные тоже раньше сдали Т.Р.И.Т.О.Н. и сыграли свадьбы – большая часть, к счастью, на тех, с кем они уже и так встречались.
Мысль о том, что Джинни, благодаря этому презренному Закону, сможет получить выгоду, в отличие от нее самой... это было больше, чем Гермиона могла вынести. С пересохшим горлом, она спросила:
- Что если, кто-то из чистокровных пошлет ему контракт до твоего дня рождения?
Джинни вздохнула.
- Думаю, я попрошу родителей послать контракт от моего имени. Вряд ли такое случится, но наперед никогда ничего не известно.
- Как они отнеслись к твоему решению отправить контракт в день твоего совершеннолетия?
Джинни неловко переступила с ноги на ногу.
- Я ... ну, я им еще не говорила. Но думаю, мама догадывается.
Гермиона хотела ответить, но тут позади них раздался хлопок. И прежде, чем она успела обернуться, тихий голос – или два голоса? – сказал:
- Ступефай.
И наступила темнота.

* * * * * *
Гермионе снилось, что она плывет ... парень с белыми волосами говорил ей, что делать...

«Поднимись... Молча следуй за нами ...»

«Ну конечно, почему бы и нет, ведь голос в голове звучит так приятно» , - думала она, направляясь за двумя юношами к школе, а потом и в заброшенную классную комнату. Нет никакой необходимости лежать на земле, нет никаких причин не пойти вслед за этими двумя...
Разум был пуст. Постепенно ее стали одолевать тревожные сомнения, что ситуация не была нормальной – это ненормально и неправильно - но она не придала этому значения. Девушка не могла ни на чем сосредоточиться. Она слышала разговор.
- Он у тебя?
- Конечно да, придурок. Он прямо здесь.
- О. Хорошо, - пауза. - Помни только, что не стоит заходить слишком далеко, Темный Ло...
- Я прекрасно осведомлен о том, что сказал Темный Лорд, Гойл. И я не собираюсь рисковать своим статусом или статусом моего отца из-за какой-то грязнокровки.
- Я знаю, ты не собираешься, Драко, но иногда... Я видел тебя в неконтролируемом бешенстве.
- Лучше побеспокойся о себе, Гойл. Все, что я должен сделать – показать ей содержимое, и все будет просто прекрасно.
На секунду Гермионе стало интересно о чем они говорят, но эта мысль растворилась в тумане, окутавшем разум.... это так расслабляет: просто плыть по течению, ни о чем не думать, не чувствовать... никакой давящей ответственности, не надо принимать никаких решений... так успокаивающе.
- Сядь. Загляни сюда, Грейнджер.
Гермиона села. Потом она замерла. Грейнджер? Она не знала никакой Грейнджер... когда-то она была ею, но теперь уже нет... она продолжала дрейфовать, ожидая следующего приказа... тихий голосок в голове что-то кричал, но она не понимала, зачем он это делает. Почему бы ему не замолчать? Почему он просто не может расслабиться?
- Должно быть заклятие ослабло! Империо!
Ах, вот так лучше ... голос исчез ... она снова ощутила себя парящей...
- Драко, она больше не Грейнджер, может, поэтому она не подчинилась...
- Верно, - это прозвучало зло. - А теперь замолчи, Гойл. Гермиона, посмотри в мыслеслив. Ты должна это увидеть. А потом я сниму с тебя Империо, и мы немного поговорим. Мы твои друзья.
Гермиона кивнула, но тут вернулся тихий раздражающий голос ... «Друзья? Вы не мои друзья!» О, ну что этот глупый голос может знать? Конечно они были ее друзьями ... она была расслаблена, ей было так хорошо ... они просто должны быть ее друзьями ...
Опустив голову, она начала рассматривать содержимое мыслеслива.
Примерно десять минут спустя, она выпрямилась, в ее голове все еще был туман, не дававший ей возможности поразмыслить над тем, что она увидела в молочно-белом сосуде. Ее муж... мертвый друг... нож... кровь... одна рана на груди.... Что-то здесь казалось неправильным, но прежде чем она смогла ухватиться за эту мысль, сознание снова поплыло. Тихий голос сказал ей подумать об увиденном, сказал, что она должна сопротивляться... но почему? Это так хорошо, ни о чем не думать ...
- Думаешь Винсент хорошо позаботился о девчонке Уизли?
- Конечно. Я дал ему определенные инструкции - на нее наложили Обливейт, и она вернулась в свою комнату отдыха.
Гермиона почувствовала, как от завладевшей ею расслабленности, уголки рта ползут вверх... а потом тихий голосок в голове стал звучать все громче и громче... требуя, чтобы его выслушали... в ее голове против желания билось:
«Думаешь Винсент хорошо позаботился о девчонке Уизли?
Девчонка Уизли ... Обливейт...»
Голос больше не был тихим, напротив, он очень громко звучал в голове, заставляя прийти в себя... опасность, ее подруга... «О, Боже! Джинни! »
- Нет! – Гермиона, с ощущением, словно ее окатили ледяной водой, вскочила со стула. Инстинктивно она выхватила палочку и повернулась, чтобы увидеть направленные на нее палочки Малфоя и Гойла. Когда образы из мыслеслива вторглись в разум, рука девушки задрожала. «Люциус, конечно же, был Снейпом, но кто играл Рона? Может, какой-то невезучий маггл?»
Лицо Гойла выражало чистый страх.
- Она сломала его... она поборола твое Империо, Драко...
- Я вижу, - Драко осторожно глянул на девушку. – Теперь успокойся, Грендж...
- Снейп!
Лицо Драко искривила сердитая гримаса, которую он тут же постарался превратить в маску сожаления.
- Мне жаль, Гермиона ... я знаю, ты не понимала, что он был во всем замешан; ты считала, что раньше мы тебя обманывали. Но теперь ты знаешь, не так ли? Ты же видела его в мыслесливе. Видела то, что он сделал.
Гермиона опасно сузила глаза. Гойл напрягся, и это заставило девушку замереть и задуматься. Она могла одолеть одного из них, пусть и с небольшим усилием, но сражаться против двоих сразу будет очень тяжело. Может ей стоит немного схитрить... позволив отразиться на лице замешательству, она, запинаясь произнесла.
- Я...я видела. Но почему... и вообще, с какой стати мне вам верить? Что, если...
- Гермиона, мне так жаль. Мне не хотелось показывать тебе такое, но ты не верила нашим предупреждениям. Мы не собирались показывать до самого последнего момента, это так больно - увидеть своего друга в таком состоянии, - Гермиона из всех сил старалась, чтобы маска на ее лице не дрогнула. Так Драко не знал, что она была там с Гарри, когда нашли Рона... Какой идиотизм. Она знала, что раны были другими. Струйки крови на теле, следы от лезвия, рассекшего кожу... это все сильно отличалось от той единственной раны, что она увидела в мыслесливе. Очень отличалось. - Я знаю, ты доверяла Снейпу, и у тебя нет никаких реальных причин доверять мне, но это не уловка. Он ... Снейп ...это он возглавил отряд, напавший на Уизли. Я знаю, как много Уизли значил для тебя...
Из-за шума крови в ушах Гермиона больше не слышала слов. Девушка с трудом сдержала гневный вскрик... «Ты знаешь, что он значил для меня? Ты ублюдок! Ты проклятый гребаный ублюдочный ... убийца... Ты заплатишь. Ты заплатишь» .
Она, быстрая словно молния, вскинула палочку и, собрав весь гнев, всю ярость, наполнявшую сердце и текущую по венам, прошипела:
- Круцио!
Гермиона почувствовала захлестнувшую тело волну силы, добравшуюся до ее сосредоточия магии, заставлявшую кровь петь... она ощутила, как она течет по ее палочке...
... а потом она почувствовала, что ее палочка мертва ...
... ничего не случилось.
Сила была поглощена или изменена ... мысленно выругавшись, она припомнила беседы с Минервой и Северусом о невозможности наложить темное проклятие палочкой с волосом единорога внутри. Какой глупой надо быть, чтобы забыть об этом! Как глупо...
- Экспеллиармус!
От удара из нее выбило дух, а палочка выпала из руки. Девушка, отлетев, сильно ударилась о каменную стену и сползла по ней вниз, опускаясь на колени. Кровь закипела... на глаза набежала красная пелена, и Гермиона, прежде чем Драко успел отреагировать, с диким рычанием бросилась на парня. Гойл, в замешательстве раскрыв рот, стоял рядом... ни один из них не ожидал физического нападения
Когда ногти впились Драко в щеку и из царапин начала сочится кровь, девушка почувствовала дикое удовлетворение, схватив парня за запястье, Гермиона с силой заломила ему руку. От неожиданности Драко ослабил захват, и его палочка покатилась по полу. Гермиона крепко выругалась – она планировала вырвать палочку у Малфоя, а не заставить уронить ее! Слабак и дурак, он должно быть, так удивился ее атаке, что разжал руку. Зарычав, девушка пинком отправила его палочку в дальний угол комнаты, а потом, найдя глазами свою, лежащую в десяти шагах от них, бросилась туда.
Реакция Драко оказалась быстрей всего на волосок. Он кинулся на нее сзади, обхватывая руками за ноги, вынуждая упасть и сильно удариться о пол.
- Гойл! - рявкнул Драко, и, ухватившись за лодыжку, потянул Гермиону назад, прочь от палочки. Девушка, изогнувшись, ударила слизеринца ногой, попав пяткой по левому плечу, отчего тот скривился от боли. Он схватил девушку за обе лодыжки, сильно впившись в них пальцами.
Боковым зрением Гермиона увидела, как побледнел Гойл.
- Драко! Что с тобой, прекрати! Сдерживай его, управляй им, приятель!
- Я ... я не могу ... - его холодные глаза теперь пылали бешенством. Гермиона знала, что в парне бушует Зов. – Я не хочу им управлять. Я кое-что заслужил за все это... - глаза Драко сузились, и Гермиона почувствовала, что ободрала спину о камень, когда он потащил ее к себе по полу. Мантии от трения о камень задралась и, когда Драко уставился на девушку, та почувствовала волну страха... она была в меньшинстве, без оружия и очень близка к тому, чтобы оказаться раздетой, по крайней мере, частично. Гойл, протянув руку, ухватил Драко и отдернул того назад.
- Черт возьми, Драко, это безумие! Ты себя не контролируешь! Этого не было в планах! Я знал, что ты связан с Зовом сильнее меня, но, ради Бога, возьми себя в руки! - пока он говорил, Гермиона воспользовалась возможностью и ударила блондина по лицу, хоть из-за неудобного положения удар и пришелся вскользь, своей цели она достигла. Парень отпустил ее ноги и схватился руками за голову, дав девушке возможность отодвинуться назад и встать на ноги. Гермиона схватила палочку, спасаться бегством – самая последняя вещь, о которой она сейчас думала ... красная пелена, затуманившая глаза, была слишком густой... месть... кровь...

«Он заплатит. Я заставлю его заплатить...»

За спиной послышался крик.
- К черту план! Какое еще Обливейт? – и тут ее сбили на пол, отчего Гермиона сильно ударилась головой о камень... она перевернулась, нанесла удар ногой и улыбнулась, услышав болезненный стон. Прежде чем она смогла использовать в своих интересах полученное преимущество, чья-то пара рук впилась ей в бедра и силой заставила опустить ноги. Опаляющий жар ... метка крови ...А потом ...
- Прекрати, Драко! Это же не какой-то там набег на магглов... - Гойл снова схватил Малфоя за руку и оттянул его назад. Когда он взглянул на девушку, его рот удивленно открылся. - О, Мерлин ... о, Мерлин ... уходим, Драко, нужно уходить... она отмечена! Снейп ее отметил!
Гермиона смотрела, как гнев и жажда крови на лице Драко сменились чистым ужасом, и этот вид помог ей усмирить растущий в крови Зов. Юноша отскочил назад, подальше от нее. Гермиона поднялась на ноги и забрала палочку у Драко, который не отводил от нее взгляда даже тогда, когда метнулся к своей палочке, лежащей в углу. В неестественно тихой комнате было хорошо слышно его прерывистое и тяжелое дыхание. Она услышала, как слизеринец, срывающимся тихим и испуганным голосом произнес:
- О Боже... Нет... Снейп... отметил ее... но она же грязнокровка!
- Пойдем, Драко, я же говорил тебе не трогать Грейнджер! Нам нужно убираться отсюда!
Дверь с грохотом распахнулась.
- Слишком поздно, - в обманчиво мягком тоне сквозил лед.
Гермиона крепко сжала палочку в руке.
- Ступефай, - холодно произнесла она, Северус одновременно с нею наложил свое проклятие. Гойл оказался связан знакомыми черными веревками, а Драко от ее заклятия без сознания рухнул на пол.
Адреналин больше не поступал в кровь, и девушке пришлось отступить назад, чтобы упереться плечом о стену. Ее ноги дрожали, и Гермиона спустилась по стенке на пол, не обращая внимания на задравшуюся мантию, цеплявшуюся за грубые камни.
Северус моментально оказался возле нее. Когда девушка подняла глаза, то подумала, что ему, наверное, пришлось второпях покинуть комнаты – и действительно, рубашка под плащом оказалась застегнутой не до конца. Единственный звуком в комнате был скулеж Гойла. Северус присел рядом, от этого движения его рубашка распахнулась. И Гермиона задрожала, заметив рукоять ножа, выглядывающую у него из-под пояса брюк.
- Ты ранена? – теперь голос был стальным. Через связь девушка почувствовала гнев и возмущение, смешанные с толикой страха и чего-то еще, что она не смогла определить.
Она быстро покачала головой.
- Нет... не совсем... он не причинил... по крайней мере, они этого не хотели. Они опять собирались обмануть меня ... мыслеслив, твои волосы... они хотели заставить меня поверить в то, что Рона убил ты... но потом его охватил Зов...они наложили Ступефай на нас с Джинни... Гойл вел себя разумно, и я смогла выбить у Драко палочку, но...- заметив на лице Северуса непонимающее выражение, она остановилась. Девушка и сама понимала, что несет бессмыслицу, поэтому она, сжав губы, тряхнула головой. – Я рада, что ты пришел.
- Похоже, до моего прихода ты уверенно держала ситуацию под контролем, - Северус быстро снял плащ и укутал в него девушку, на нем осталась наполовину застегнутая рубашка. Снейп нежно провел пальцем по скуле девушки, но внезапно его глаза потемнели, и он замер. - Кровь. Так они все-таки ранили тебя, - мгновение Гермиона выглядела непонимающей, пока не вспомнила удар головой о пол, когда Драко набросился на нее.
- Я думала ... разве ты не почувствовал через метку? - она кивнула на свое правое бедро, рука Северуса, как и его взгляд, медленно спустились вниз. Метка до сих пор опаляла кожу жгучим жаром, и этот жар неуклонно начал усиливаться, когда муж впился глазами в ее ногу. - Северус? Что с тобой... - она замолчала, когда поняла, что тот не двигается и не отводит глаз от метки. Сейчас Гермиона ощущала, как от него исходят волны палящей ярости. – Что... - она тоже посмотрела вниз, следуя за его пристальным взглядом, внимательно разглядывая отметину. «О, Боже...» Фиолетовые пятна... в форме пальцев... на ее бедре. Синяки всегда появлялись у нее быстро. Девушка подняла голову и, встретившись со Снейпом взглядом, задрожала от незамутненного гнева, пылающего в черных глубинах его глаз.
- Кто это сделал? Кто из них дотрагивался до тебя?
«Кто из них дотрагивался до тебя...», - девушка точно знала, что Северус хочет услышать, и сглотнула, не в состоянии ответить. Но когда ее глаза метнулись в сторону Драко, он знал ответ. Северус встал, и Гермиона чуть отодвинулась, заметив опасное выражение, которое принял его взгляд. Повернувшись лицом к Драко, все еще валявшемуся без сознания в углу комнаты, он достал палочку и прошипел:
- Энервейт.
Освобожденный от последствий заклинания, Малфой несколько раз моргнул, прежде чем вспомнил, где он находится, и в какой ситуации оказался.
Увидев, что Северус медленно и неторопливо направился к нему, Драко в отчаянии начал отползать назад.
- Экспеллиармус!
Палочка Драко, о которой он полностью забыл, вылетела из ладони блондина, а сам он оказался отброшенным к стене. Гермиона видела, как напряглись мускулы на спине Северуса, видела неумолимость его движений и поняла – возмездие свершится быстро....

«Когда эмоции слишком сильны, его трудно контролировать».

Выбросив вперед руку, Северус, словно атакующая змея, схватил Драко за горло и, приподняв над полом, швырнул на одну из парт. Дерево скрипнуло под весом мальчика, а сам он не мог отвести глаз от Северуса... пока тот не потянулся к поясу и не вытащил из прикрепленных там ножен кинжал. Длинное серебряное лезвие хищно вспыхнуло в свете ламп, и глаза Драко расширились. Они стали еще шире, когда Северус поднес лезвие к своей груди и прочертил тонкую кровоточащую линию поперек грудной клетки, не отводя при этом пристального взгляда от лежащего на столе юноши. О, Боже... прямо под шрамом, находящимся там... шрамом от проведенного Ритуала Крови, появившемся после убийства его отца... а потом Снейп заговорил, Гермиона еще не слышал от него такого холодного и жестокого голоса.
- Прими кровь как плату.
- Нет, пожалуйста! Пожалуйста! Нет! - закричал блондин. Гермиона начало подташнивать, она знала начало ритуала, слишком хорошо знала ... «прими кровь как плату» . Зов ... Обряды Крови ... Северус медленно занес нож, и крики Драко превратились в бессвязные рыдания и мольбы о милосердии. Сцена была настолько ирреальна, что Гермионе казалось, будто она смотрит замедленное кино.

«Когда слова произнесены, то пути назад нет» .

Крик Гойла вернул ее в реальность. Когда же она, наконец, осознала возможные последствия действий Северуса, из ее горла вырвался такой же крик.
- Нет! Нет, Северус! Они посадят тебя в Азкабан! Не делай этого!
Северус, услышав ее вскрик, на секунду замер, не глядя на девушку. Он тяжело дышал, и его глаза потемнели еще больше, когда он взглянул на парня перед собой. Снейп вздрагивал всем телом, стараясь совладать с Зовом, и Гермиона сжала кулачки, молясь, чтобы муж сумел собраться и справиться с искушением. В комнате продолжали звучать крики и стоны Драко, его нос и глаза были мокрыми. «О, Боже ... слишком поздно ... Северус уже начал ритуал ... Зов слишком силен» . Девушка чувствовала, как тот бушует в Северусе, не поддаваясь никакому контролю...

«Ему очень трудно сопротивляться. Чрезвычайно трудно. Можно только ранить соперника, не отнимая у него жизнь... Но... для этого нужно быть очень сильным».

- Пожалуйста, Северус!! – в отчаянии зарыдала Гермиона. Лихорадочно стараясь придумать, что можно сказать, чтобы утихомирить его жажду крови, она выкрикнула:
- Не оставляй меня! Ты не можешь бросить меня одну! – Снейп вздрогнул, услышав это, и Гермиона почувствовала волну надежды. - Какой рукой ты до нее дотрагивался? Какой рукой ты касался моей метки? – чуть шевеля губами, холодно прошипел Северус. Драко только продолжал просить пощады, и Снейп усилил хватку на его горле. – Какой рукой? – проорал он.
- Л-левой...- Драко запнулся, слезы страха и боли мешали ему сделать нормальный вдох.
- Кровь взывает к крови. Кровь требует ответа, - Северус, отпустив шею Малфоя и перехватив его левое запястье, высоко занес нож. Когда зельевар стремительно опустил руку вниз, так быстро, что невозможно было за ним уследить, крик Драко и Гермионы слился в один. Гермиона зажмурилась, услышав, как нож пронзает плоть и кость, а потом с приглушенным «хрусть» пробивает деревянный стол. Крики Драко изменились, теперь он орал от ужасной боли, уставившись на рукоять ножа, пригвоздившего его руку к столу.
Северус пронзил ладонь мальчишки с такой силой, что рукоять до сих пор слегка вибрировала, а острие холодного серебристого лезвия, теперь запятнанного кровью, по меньшей мере, на два дюйма торчало из стола. Гермиона дрожала, ее затошнило, и она с трудом сдержала рвоту. Разум отчаянно пытался вычислить, с какой силой нужно было вонзить кинжал, чтобы пробить сухожилия, кость и двухдюймовую доску. «О, Боже...»
Махнув палочкой в сторону Гойла, Северус освободил того от пут. Гойл, казалось, примерз к полу, когда Снейп, повернувшись спиной к вопящему блондину, с беспокойством на лице, быстро направился к Гермионе. Он нежно коснулся щеки девушки, а она пораженно смотрела на его шею... запятнанную капельками брызнувшей крови Малфоя. Потом ее глаза опустились к длинной кровоточащей линии на груди, практически параллельной тонкому белому шраму. Девушку яростно затрясло от осознания того, что только что чуть не случилось, и того, что все-таки произошло...а он, обнимая ее, утешал, шепча слова нежности. Удивительно, но Гермиона действительно начала успокаиваться, прижавшись к нему.
От всего произошедшего у нее кружилась голова: реальность случившегося, крики парня, все еще пришпиленного к столу, ей показалось, что комната начала вращаться - это Снейп подхватил девушку на руки и понес к дверям. Перед тем как выйти в коридор, он повернулся к Гойлу:
- Помоги своему другу. Люциус скоро будет здесь, - слизеринец молча кивнул.
Быстро наложив на них обоих заклинания Незаметности, Снейп зашагал по коридорам. Он нес ее нежно и аккуратно... пока несся в подземелья, на ходу дотрагиваясь губами до волос девушки.
«Мерлин, как такое может уживаться в одном человеке? Как один и тот же мужчина может иметь две прямо противоположные стороны характера? Его нож прошел прямо сквозь Драко. О, Боже...». Ее разум пытался проанализировать поведение этого загадочного человека.... старался сопоставить то, как нежно он держит ее... с образом его лица, холодного и жестокого, полного ярости, когда он пронзил церемониальным кинжалом руку юноши вместе с двухдюймовой столешницей. «Руку, которой Драко дотронулся до нее...»

«На самом деле, Тьма никогда не покидает тебя ... она всегда часть тебя ... Зову можно сопротивляться, но не вечно».