Ситта
- Воткни в него вон ту длинную железку.
- С превеликим удовольствием, Нил, но я не уверен, что это сильно нам поможет.
Ещё неделю назад я и подумать не мог о таком диалоге с моим участием, но обстоятельства сложились именно так, и никак иначе. Я, определённо, нахожусь там, где должен находиться.
Ещё недавно я был директором своего магазина по продаже стройматериалов, а сейчас кручу в руках кремневый пистолет, которому пять сотен лет. Никогда не знаешь, как повернётся к тебе жизнь, и что самое главное, как жизнь повернёт тебя. Но обо всём по порядку.
Меня зовут Майкл Найлз, через два дня мне должно было исполниться сорок три года. Моя история началась в пятницу, девятнадцатого февраля 2021 года в Зелингтоне, небольшом городке на западе США. В тот день я возвращался домой, как обычно, и к девяти часам должен был быть уже дома. Я не люблю автомобили, так что пользовался общественным транспортом. Зашёл в ближайший к дому магазинчик, и, как и обещал дочери, купил ей клубничное мороженое. Наш дом находился на Оук Стрит, крайней улице в городе, у самого леса. Уже на подходе к дому я стал замечать странности: не работали уличные фонари вблизи моего дома. Я мог что-то видеть только благодаря яркому лунному свету. Подойдя к дому, я будто увидел жилище, в котором никто давно не жил, темнота была во всём доме. Дом не подавал никаких признаков жизни, и смотрел на меня своими черными, пустыми глазницами. В тот момент я уже начал немного нервничать, понимая, что отсутствие электричества - это не общая проблема по городу или району, так как у всех соседей свет горел. Дверь во двор была закрыта изнутри, я быстро открыл ее и зашагал к дому. Постучал в дверь, но никто не открыл, и из дома не доносилось ни звука. Пока я стоял у двери и доставал ключи из внутреннего кармана, я вдруг увидел, что электрические провода, тянущиеся в дом от столба, были оборваны и безвольно лежали на снегу. Очевидно, что это было сделано не жильцами дома, а кем-то извне. Страх заполнял меня, и становился плотнее, о простом переживании тут уже не шло речи. Я открыл дверь и зашёл внутрь. Меня поразили тишина и темнота, встретившие меня, я будто оказался в вакууме, чёрном и безжизненном. Я включил фонарик на смартфоне, и пошёл дальше. Я пытался докричаться до своей семьи, мой голос звучал особенно громко на фоне полной, мёртвой, тишины дома. Тут мне пришла мысль - а вдруг это сюрприз мне на день рождения, и семья выйдет мне на встречу с праздничным тортом? Но день рождения у меня только через два дня, и эта мысль мгновенно исчезла в окружающей меня черноте. Никогда я не видел свой дом таким. Ни собака, ни кошка не встретили меня, как они это обычно делали. Почему это произошло, я понял спустя всего пару минут. Помню, я тогда уже очень громко звал свою жену и дочь, кричал, как мог, на что только был способен. Кричал так громко, что меня услышали соседи, и стали в ответ, из своих окон, кричать мне, спрашивая, что случилось и не нужна ли мне помощь. Я чувствовал, как будто ледяной ужас затягивает меня миллиметр за миллиметром, и противиться этому я не мог, а в конце этот самый ужас ждал меня лично. Безрезультатно обследовав весь первый этаж, я побежал к лестнице на второй, где находилась наша с женой спальня и детская комната. У лестницы я почувствовал резкий запах, этот запах мне никогда не забыть. Это был резкий, железистый запах крови, он давил на меня со всех сторон, давил, не давая дышать. Этот запах мне был давно знаком с детства. С того самого момента, как мы с друзьями в первый и последний раз пролезли на территорию скотобойни, чтобы сыграть там в прятки. Давно это было, но один раз ощутив этот запах, вы уже никогда не будете способны его забыть. К тому моменту страх во мне перерос в ужас, всепоглощающий, липкий, граничащий с безумием. Могу поклясться, я ощущал его своей кожей. Я приближался к чему-то, к чему я точно не хотел приближаться. Я хотел бежать оттуда со всех ног, но та самая пресловутая сеть тянула меня туда, без единого шанса на сопротивление. До меня донёсся странный звук, будто кто-то с остервенением царапал деревянную поверхность. Звук доносился со второго этажа, я посмотрел на лестницу, и увидел в лунном свете, как с неё стекает нечто тёмное и густое. Я забежал на второй этаж за несколько секунд. Это были одновременно и самые быстрые шаги в моей жизни, и самые трудные. Наверху, прямо у лестницы, я увидел обезглавленное тело Харпера Уилкинса, старого друга моего отца. Он подрабатывал столяром, и сегодня вечером обещал переделать нам лестницу на второй этаж. Забегая, я случайно ударил ногой его ящик с инструментами, стоявший на верхней ступени, и те с шумом рассыпались по полу. Чуть дальше в коридоре я увидел нашу кошку Сьюзи, она царапалась в дверь спальни, и, судя по глубине выцарапанных борозд, она делала это довольно долго. Ничто не наводило меня на мысли о том, что в спальне меня будет ждать что-то хорошее, и что у моей сегодняшней истории будет хороший конец. Дверь в нашу спальню была закрыта изнутри, я отошёл к противоположной стене, и ногой вышиб замок. Дверь со страшным грохотом открылась, ударившись о стену. Я вбежал в комнату, кошка проследовала за мной. То, что я увидел внутри, изменило меня раз и навсегда. Я попытался включить свет в комнате, забыв про оборванные электрические провода. Пока я стоял и щёлкал выключателем, глаза постепенно привыкали к слабому освещению комнаты. Передо мной стала вырисовываться невообразимо страшная картина. В комнате было чертовски холодно, окно было настежь распахнуто. Моя жена Бриджит с дочерью Люси сидели рядом, на кровати, прислонившись спиной к стене. На их шеях были страшные рваные раны, будто их терзал дикий зверь. Но внутри комнаты я не видел ни капли крови, в отличие от лестницы. Головы были повёрнуты в сторону входной двери, глаза открыты. Кто-то определённо хотел произвести неизгладимое впечатление на входящих в эту комнату, оставив их в такой позе. И у него это определённо получилось, на все сто процентов, на какой-то момент я потерял контроль над телом и разумом, и просто упал на колени. Ужас заполнил меня полностью, каждую молекулу моего тела, и затем затвердел, словно адская эпоксидная смола. Сьюзи запрыгнула на колени к моей дочери и свернулась клубком. Я смотрел на всё это, и не мог издать ни звука, я пытался думать, что это просто сон, закрывал глаза и открывал вновь. Я до сих пор не понимаю, как в тот момент сумел сохранить остатки разума. Из шокового состояния меня вывела сирена, и проблесковые маячки, подъехавших к дому полицейских машин. Вероятно, их вызвал кто-то из соседей. Я рефлекторно подошёл к окну. Метрах в двадцати от окна лежал обгоревший труп нашей собаки, голова была неестественно повёрнута в обратную сторону. Мне её семь лет назад, ещё щенком подарил муж сестры, в то время он занимался разведением немецких овчарок. Я при всём желании не смог бы так далеко зашвырнуть тридцатикилограммовую собаку. За забором стояли три полицейские машины, и около десяти человек суетились у машин, на моём участке, и у входной двери. Через минуту я уже сидел в одной из машин, а мой дом заполнили полицейские. По всему дому бегали лучи от карманных фонариков, словно десяток миниатюрных, заблудившихся маяков.
- Мистер Наилз, вы понимаете, что происходит? Способны ответить на пару моих вопросов? – спросил меня полицейский, сидящий на водительском сидении.
- Вы должны понимать, что в таких делах главное – это скорость, - продолжал он.
Я хотел рассказать ему всё, что он хотел услышать, но у меня получалось какое-то невнятное, нечленораздельное мычание. Меня отвезли в местное полицейское отделение и усадили за стол в кабинет следователя. В помещение вошёл человек в строгом деловом костюме, явно сшитым на заказ. На вид ему было не более тридцати лет. Слегка вытянутое лицо, зализанные назад волосы, тонкие черты лица, аккуратная бородка и маникюр. Сразу было понятно, что это был не полицейский. Ни разу не видел столь ухоженно выглядящего полицейского.
- Меня зовут агент Нил Ходжинс, я из ФБР. Мистер Найлз, мне нужна ваша помощь в поимке убийцы вашей семьи. Есть некоторые обстоятельства, которые позволяют мне говорить, скажем так, о странной природе преступления, - сказал человек, ставя передо мной чашку быстрорастворимого кофе и пачку сигарет «Блэк энд Голд».
- Убийцу? Вы хотите сказать, что всё это сделал один человек? – произнёс я, пытаясь зажечь сигарету.
- Можно и так сказать, хотя у меня есть причины говорить о том, что это был и не человек вовсе. Я хотел бы во всём этом разобраться. Боюсь, преступления сами по себе не остановятся, и могут погибнуть ещё много людей, - сказал агент.
Если честно, в тот момент я был такого же мнения. Преступник явно не покидал комнату, где было совершено преступление, так как дверь была закрыта изнутри. И никаких следов перед домом я не увидел. Не улетел же он из комнаты? Выброшенный труп собаки тоже наводил на странные выводы, уж слишком далеко от окна она лежала. Какой же силы должен был быть тот, кто её бросил?
- Да, я обратил внимание на некоторые вещи, скажем так, странные вещи. Я не верю, что человек мог такое сделать. Нет, я не говорю что люди не способны на излишнюю жестокость, на это они как раз очень даже способны, но не оставлять следов, и швырять тридцатикилограммовых собак на двадцать метров они точно не могут. Если можно, я бы очень хотел отдохнуть до завтра, боюсь, в данный момент я не способен логически мыслить. Мне необходимо побыть одному. Уверен, вы сможете меня понять.
- Мы вас не задерживаем, так что можете отдохнуть, собраться с мыслями. Вот вам моя визитка, звоните в любое время дня и ночи. И, по возможности, не покидайте город, - сказал он, протянул мне визитку, и вышел из кабинета.
Ночь я провёл в единственной гостинице в городе, «У Пенни». Та ещё помойка, и кухня соответствующая, но вариантов у меня всё равно не было. Уснуть я так и не смог. Как только я закрывал глаза, сразу же передо мной вставала мои жена с дочерью. Их мёртвые, широко раскрытые, просящие меня о помощи глаза, смотрели на меня каждый раз, как я закрывал свои. Ночь прошла за выкуриванием нескольких пачек сигарет, и питьём десятка чашек дешёвого кофе. Такое количество никотина и кофеина помогли мне прийти в себя, хотя бы на некоторое время. Я прекрасно понимал, что ту пустоту, которая вчера вечером образовалась во мне, мне ничем и никогда не заполнить. И, скорее всего, мне придётся прилагать немалые усилия для того, чтобы просыпаться каждый день и не пустить себе пулю в голову. Месть, не любовь, а именно месть, будет двигать мной с сегодняшнего дня и до самого конца.
Я решил позвонить тому агенту, который высказал мне свои подозрения, о нечеловеческом происхождении убийцы. Это определённо должен быть шаг в правильном направлении, он определённо знает гораздо больше, чем я. Представляться мне не пришлось, он сказал, что ждал моего звонка, и что нам нужно встретиться и всё обсудить. Мы договорились встретиться в забегаловке «PayForEat», на углу Уиллоу и Грин Фэктори, утром там почти никого не бывает, и нам никто не помешает.
Я прибыл в назначенное время, он уже ждал меня на месте.
- Доброе утро. Можете называть меня просто Нил, мистер Найлз, - сказал агент, пододвигая, лежащую на столе папку с документами ко мне, - я попрошу вас ознакомиться с документами в этой папке. Можете не торопиться, просмотреть документы вечером. Само собой, любое разглашение информации из этой папки категорически запрещено. Эта информация только для вас, эксклюзив так сказать. Многие журналисты продали бы свою душу и души своих матерей за эту информацию, но, я уверен, у многих из них нет души. Папка у вас в руках, так как мне нужен свежий взгляд, к тому же вы, однозначно, заинтересованный в положительном исходе дела человек.
- Майкл, зовите меня Майкл, мистер Найлз звучит слишком официально.
Мы заказали себе кофе с сандвичами и фирменной яичницей.
- Что в этой папке, если вкратце?
- Если вкратце, то убийство вашей семьи далеко не первый подобный случай в нашем штате, все подробности лежат перед вами на столе. Мне очень хотелось бы эту серию прекратить, поймать, или уничтожить убийцу. Сейчас я близок к этому как никогда, впервые за семь месяцев, именно столько происходят убийства. Семь месяцев назад я работал над другим делом. В городке под названием Вудстаун стали находить обескровленные тела местных жителей. Кто-то перерезал им шеи, и сливал всю кровь, тела выкидывал в местном лесу, вообще не стараясь как-то скрыть следы своих преступлений. Всего на тот момент было пять жертв, возрастом от двенадцати до пятидесяти шести лет. Улик было более чем достаточно, для того чтобы быстро выйти на убийцу. Им оказался местный 78-летний библиотекарь, Джон Кайтон. Никто в целом городе не мог сказать о нём ничего плохого, милый старик, работавший в библиотеке более сорока лет. Но все улики указывали на него, в том числе показания свидетелей, образцы ДНК на трупах, и отпечатки пальцев. Старик ходил только с помощью трости, но сомнений у меня не было, это точно был он. Мы решили брать его вечером у него дома, в одном из старых домов, построенных на холме на окраине города. Подозреваемому было почти восемьдесят лет, и, по моему мнению, он не представлял для нас никакой угрозы. Я не верил, что он мог оказать хоть какое сопротивление при задержании, и я взял с собой всего пару агентов, о чем впоследствии сильно пожалел. Мы подъехали к его дому около одиннадцати часов вечера, в надежде, что он будет уже спать, и арест застанет его врасплох. Тогда мы решили не звонить в дверь, чтобы не предупреждать его о своём появлении, выбили стекло и открыли дверь изнутри. Войдя в дом, нам не пришлось разделяться, сразу было понятно, куда нам надо было идти. Со второго этажа доносились какие-то заунывные, дикие песнопения. Лестница на второй этаж располагалась очень странно, в таком месте, где ей было не место, диагонально, посреди гостиной. Но это было не самое странное. Самое странное было то, что это был одноэтажный дом.
К этому моменту рассказа мы уже допили и доели всё, что заказали, так что пришлось повторить заказ.
- Да, в этом деле нас ждало немало странностей, - продолжил он, - в тот момент мы не придали расположению этой лестницы никакого значения, всё свалили на больную фантазию архитектора. Мы забежали на второй этаж. Дверь была не закрыта, из-за неё исходил странный, слабый зелёно-оранжевый свет. Я открыл дверь, и зашёл внутрь первым. То, что предстало передо мной, повергло меня в кратковременный ступор, ну, или в состояние очень сильного удивления. В центре комнаты стоял Джон Кайтон, совершенно без одежды, тот самый 78-летний старик, только он совсем не выглядел как старик, у него было тело тридцатилетнего, но лицо я бы ни с кем не спутал. Пол был полностью покрыт несколькими сантиметрами крови, но мои шаги не производили никаких колебаний на поверхности. Я отчетливо слышал скрип досок прогибающихся под моими ногами, но кровь никуда не уходила, что-то держало её там, на полу. В центре комнаты в этой огромной луже крови стоял своего рода алтарь, весь обставленный толстыми черными свечами. В центре алтаря находилась явно очень древняя книга, скорее даже не книга, а, судя по толщине, какой-то древний журнал, от неё и исходил этот свет. Я приказал подозреваемому поднять руки, а своим напарникам приказал произвести арест и зачитать ему его права. Он стал кричать нам, что мы уже опоздали, и что кто-то уже идёт сюда, чтобы править нами. Обычный бред любого оккультиста и сектанта в мире, кто-то придёт, даст ему огромную силу, а нас сделает рабами, или вообще уничтожит. Но то, что произошло далее, доказало мне, что в данном конкретном случае это был не бред, далеко не бред. И этот человек зашёл очень далеко, можно даже сказать, что он дошёл до конца. У подозреваемого в руках ничего не было в тот момент, но длилось это не долго. Как только мои напарники сделали шаг по направлению к нему, он наклонился, опустил руку в кровь, и достал оттуда нож, довольно большой нож. Мы втроём направили на него пистолеты, и я приказал ему бросить нож. Он посмотрел на нас, поднял руки, и засмеялся во всю глотку каким-то сумасшедшим смехом.
- Не этого вам нужно сейчас бояться, не этого, - с этими словами он показал на нож, порезал себе ладонь, и затем, бросил его на пол.
- И в тот самый момент, как нож коснулся поверхности крови, из неё вылетела некая тварь. Вылетела с просто огромной скоростью, как вспышка от фотоаппарата, или выстрел из пистолета. Я не успел ничего понять, или, тем более, рассмотреть, или выстрелить в неё. Просто огромный всплеск крови, и выбитая дверь, ведущая к лестнице на первый этаж. И три обезглавленных тела, лежащих передо мной, два моих агента, и наш подозреваемый. Стоял бы я ближе к ним, или между ними и дверью, там, без всяких сомнений, лежало бы четыре трупа. Совершенно очевидно, что мы не успели вовремя, и он завершил свой ритуал. Я хотел взять с алтаря книгу, но как только я протянул к ней руки, она вспыхнула ярким зелёным пламенем, и в мгновение превратилась в кучку пепла. Я обратил внимание на то, что места среза на шеях убитых, были чем-то очень сильно прижжены. Я спустился вниз, и вышел из дома к машине. Входная дверь лежала метрах в десяти от дома, кто-то очень быстро выбежал, или вылетел из дома. Я вызвал подкрепление и отошёл от дома подальше, чтобы рассмотреть второй этаж, который мы не заметили сначала, но увидел только крышу первого этажа. Кстати, когда нагрянула кавалерия, и мы все зашли в дом, лестницы на второй этаж уже не было. Тогда пришлось немного переделать свою историю, чтобы меня, как минимум, не приняли за сумасшедшего. С тех самых пор в штате происходят жестокие убийства целых семей в их домах. В убийствах нет никакого порядка, они происходят в совершенно случайных местах, предугадать, где произойдёт следующее невозможно. Убийства происходят по одному алгоритму, перерезают электрические провода и проникают в дом через дверь или окно. Убивают всех, от младенцев до стариков. Выживают только кошки, не могу понять почему, их он никогда не трогает. Убийства совершаются с необыкновенной жестокостью и силой. На жертвах всегда глубокие резаные и рваные раны. Свидетелей нет, не было до вашего случая, возможно, когда вы приехали в дом, он был ещё там. Вернее был свидетель, но пользы от него не много. В одном случае выжила собака, я думаю, это потому, что на ней был серебряный значок с именем. Я более чем уверен, что существо боится серебра, и, судя по всему света, даже искусственного, зачем ещё ему обрезать электрические провода. Мой глок 17 заряжен серебряными пулями. Я бы хотел в бронежилет, вместо бронепластин поставить серебряные пластины, однако, если в меня выстрелят, то прострелят насквозь, и я буду довольно глупо выглядеть в глазах коллег. Надеюсь, пуль будет достаточно.
- Значит, мою семью эта тварь выбрала совершенно случайно? Не по какому-то конкретному признаку, или следуя очередному ритуалу?
- Точно не отвечу, но пока, как по мне, все признаки указывают на случайность этих убийств. Если и есть принцип выбора жертв, то он пока мне неясен. Может, вы что-то сможете понять, все документы на столе перед вами. Хорошенько изучите их, завтра я вам наберу, в районе восьми вечера.
С этими словами он встал из-за стола, и поспешно ушёл из кафе. Я допил свой кофе, оплатил счёт, и поехал обратно в гостиницу. Добравшись до своего временного прибежища, я сел за стол и стал разбирать папку с документами. Если считать мою семью, то всего на счету этой твари двадцать семь убийств, были полностью вырезаны восемь семей. По чьей-то злой воле были лишены жизни двенадцать женщин, восемь мужчин, и семь детей. Почти все тела были обескровлены, с рваными, обугленными, ранами на шеях. Только пять человек были обезглавлены, и лежали в огромной лужи крови. Все домашние животные, кроме кошек, были полностью обугленными. На некоторых фотографиях с мест преступления были обгоревшие трупы животных на деревянном полу или на ковре, но вокруг не были и следа возгорания. Их словно сожгли, держа над землёй, и затем бросили на пол. Люди и животные умирали страшной смертью. Каждому на моём месте было бы очевидно, что это нужно остановить, во что бы то ни стало. Около шести часов я просидел в номере, обложившись фотографиями жертв и информацией по убийствам.
Вечером я решил съездить к себе домой, и вызвал такси. Дом уже не выглядел как раньше, не вызывал ни единой положительной эмоции. Заставить себя войти в дом так и не смог. Простоял перед домом около часа, каждую секунду переживая тот проклятый вечер. Постоянно задавая себе вопрос, почему именно моя семья, и вспоминая последние слова, сказанные мне ими родными перед отъездом на работу. Было ощущение, будто тела моих родных до сих пор так и сидят в нашей спальне. Страшные рваные раны, и широко открытые глаза, смотрящие на меня. Стоя там, я поклялся, что убью эту тварь самым жестоким и медленным способом. Эта была довольно странная и страшная терапия, но она придала мне сил и решимости действовать. Было уже темно, у меня оставалось всего около двадцати часов работы с документами, терять время было нельзя. Добравшись до гостиницы, я заварил себе огромный чайник кофе, и всё своё внимание направил на документы. Я в сотый раз перечитывал и просматривал документы, казалось, скоро на бумаге начнут появляться царапины от моих взглядов. К пяти утра стала вырисовываться некая связь между жертвами, на первый взгляд не заметная. Я вспомнил, что агент Нил говорил звонить мне в любое время дня и ночи, и я набрал его номер. По голосу было понятно, что он тоже не спал.
- Простите за столь ранний звонок, мне кажется, я нащупал некую связь между жертвами. Не могли бы вы поглубже копнуть семейные древа каждой семьи?
- Что именно вы хотите о них знать?
- Были ли у всех жертв предки с ближнего востока.
- Сделаю всё, что в моих силах. Как и говорил, позвоню вам в районе восьми вечера. Вам пока лучше поспать, если будете падать от усталости, толку от вас не будет.
Я решил прислушаться к его совету, так как не спал более двух суток, организм уже не выдерживал нагрузки. Проснулся я от громкого стука в дверь. Старые, заляпанные, гостиничные часы на стене в моём номере показывали восемь вечера. За дверью стоял агент Нил.
- Как вы догадались? Среди убитых был всего один человек с арабской фамилией.
- Один человек с арабской фамилией, у троих родители были с ближнего востока. К тому же дедушка моей жены был из Египта, в ней текла арабская кровь, как и в моей дочери. Решил от этого отталкиваться, возможно, мне просто повезло, и я сосредоточился на нужных вещах.
- Вы были абсолютно правы, из двадцати семи жертв, в двадцати двух текла арабская кровь. Получается, что наш монстр предпочитает пить только такую кровь, другим он просто отрубает голову. Остальных пять человек мы можем считать случайными жертвами, оказавшимся не в то время не в том месте. Пока это наша главная и единственная версия.
- Тогда какие наши дальнейшие действия? Вычислить всех, в ком течем арабская кровь в целом штате? Кое-что мы, конечно же, узнали, но, боюсь, толку от этой информации не так много, как нам хотелось бы. Мы знаем только то, что ритуал, вызвавший это существо, имеет арабские корни. Не густо.
- Не густо, это верно, но это уже что-то, можно попробовать узнать, кого вызывают посредством такого ритуала. Какого-нибудь джинна, или ещё какое существо из арабского фольклора. У меня есть доступ к такой информации, о которой вы и в самых страшных снах не могли себе представить. В базе ФБР может быть полезная для нас информация. Думаете, это первое ритуальное убийство? Да их происходят сотни каждый месяц по всей стране. Но только у этих убийств такие последствия, обычно всё заканчивалось арестом или устранением членов культа или секты, не имеет значения, как они себя называют. Увидимся через пару часов в «PayForEat», а я свяжусь с людьми, которые могут быть полезны.
Два часа я решил потратить на интернет, рылся в нём в попытке найти нужные мне ответы. Первый же запрос «арабская мифология» меня затянул на все два часа, я и не заметил, как прошло время. Особенно интересно об этом читать, когда знаешь, что всё это может быть более чем реально. От изучения пантеона божеств и мифологических существ меня оторвал звон будильника, через пятнадцать минут я должен быть на месте встречи. Я быстро надел куртку, ботинки, вызвал такси, и вышел из номера. Через тринадцать минут я был на месте, агент Нил уже ждал меня там.
- Я взял на себя смелость заказать то же, что и в прошлый раз. Мне, определённо, есть, что вам рассказать по нашему делу, - сказал он, наливая мне кофе.
- Добрый вечер, у меня тоже есть одна версия. Если обратить внимание на обгоревшие трупы домашних животных, и следы ожогов на шеях людей, я бы сказал, что это Ифрит. Но объяснить обескровливание людей я никак не могу, информации, о том, что ифриты пьют кровь, я не нашёл.
- А вы молодец, мистер Найлз, вернее, Майкл, у меня та же информация. Но мне не пришлось ничего делать, и никому звонить, чтобы её узнать. Как только я вышел из вашего номера, я даже не успел дойти до машины, мне позвонили. Звонивший представился членом некой организации, судя по названию, арабской, точного названия я точно не запомнил, что-то вроде «питта», или «митта». Он сказал, что обладает полезной для моего расследования информацией. Сказал, что я и сам уже, наверное, догадываюсь, о сверхъестественной природе преступлений. Что их организация занимается исправлением подобных ошибок, ловят и изучают, или, если не удаётся поймать, уничтожают существ, представляющих опасность для людей по всему миру. Так что мы гоняемся за ифритом, не за обычным ифритом, он претерпел некоторые изменения в результате ритуала. Его не впервые призывают, каждый раз он становится сильнее, ещё один призыв - и убить его будет крайне сложно, ещё два - невозможно. Звонивший предложил встретиться у них сегодня вечером и всё обсудить, сказал, что у них есть варианты, как решить возникшую проблему. Сегодня вечером в Кэтсвилле, небольшом городке в центре штата, в паре часов езды от Зелингтона. Заеду за вами в шесть вечера, выписывайтесь из гостиницы, едем к ним на несколько дней.
- Звучит, мягко говоря, неправдоподобно. Но учитывая все предыдущие события, я могу поверить во что угодно, особенно если это «что угодно» поможет мне отомстить за мою семью. К шести вечера буду готов. До встречи.
- Из вас получился бы неплохой агент, мистер Найлз. До встречи.
Я решил пройтись до гостиницы пешком, проветрить и освежить голову. Прогулка у меня заняла около получаса. Добравшись до места, я принял душ и заказал в номер пиццу. Время до отъезда я решил посвятить изучению ифритов, и всего, что с ними связано. Ифрит – могущественный демон арабской и мусульманской мифологии, крылатое существо, огромной силы и хитрости. Проклятые Аллахом, сильнейшие из джиннов, они считаются душами умерших насильственной смертью. Верховного ифрита зовут Малик Тереш, он властитель всех джиннов. Абсолютно никакой информации о том, как их убить. Создавалось впечатление, что все статьи об ифритах писали сами ифриты, они сильные, большие, и хитрые. Не уверен, что от моих посиделок в интернете будет хоть какой-нибудь толк. До поездки оставалось менее часа. Выписавшись из гостиницы, я зашёл в соседний магазин, купил сигарет и кофе на вынос, и стал ждать пока за мной заедут. Ровно в шесть машина агента Нила стояла у гостиницы. Весь путь до Кэтсвилла прошёл за обменом теориями заговоров. Меня интересовало, что за организация занимается истреблением сверхъестественного, и с какими существами они уже имели дело. Агента интересовало, как некая арабская организация сумела организовать базу на территории США. Общий вопрос был один, как мы сможем поймать такую быструю и смертоносную тварь, с которой столкнулись.
За разговорами два с половиной часа пролетели быстро. Мы подъезжали к одноэтажному зданию, в нескольких десятках километров от Кэтсвилла. С виду дом никак не напоминал базу секретной организации, за такой дом я бы не заплатил и тысячи долларов. Приземистое здание возрастом лет семидесяти, за зданием явно никто не следил. Дом потерял всякие цвета, лишь местами можно было заметить синие, почти выцветшие, пятна. В целом это было довольно печальное зрелище, местами отсутствовали доски в стенах, крыша так же была далеко не в лучшем виде, окна наглухо заколочены. По всему было видно, что организация не из богатых. Как только мы к нему подъехали, из дома вышел человек, ничем не напоминавший араба, белокожий американец, немногим старше меня. Среднего роста, около ста восьмидесяти сантиметров, узкие плечи, выправка военного человека. Волевое лицо с резкими чертами выдавало в нём человека, который точно не пасует перед трудностями. По всему было видно, что всякие шутки ему чужды.
- Вы пунктуальны, мистер Ходжинс, - произнес он с явным восточным акцентом, - вас, мистер Найлз, мы также рады видеть, соболезнуем вашей утрате, - обратился он ко мне.
Не дав мне ответить, он продолжил:
- Меня зовут Амир, рад вас приветствовать в нашем скромном, временном жилище. Я уверен, объединив усилия, мы сможем поставить точку в этой истории. Пожалуйста, идите за мной.
Внутри дом оказался совершенно пустым, разделенным на два помещения, одна половина здания была превращена в гараж для грузовика, который стоял внутри. На грузовике красовался логотип компании «Мэд деливери». Запоминающаяся картинка с человеком бьющим по коробке, которая куда-то летит с большим ускорением. Человек, пинающий ваш груз, не должен сильно повышать количество клиентов компании. Помню, мы с женой пользовались услугами этой компании, когда мы съезжались, выбрал её за их чувство юмора. Вход во вторую половину дома был закрыт, и на двери висел замок, что там находилось, я видеть не мог. Дверь в грузовик была открыта, изнутри исходил яркий свет и звук работающего принтера.
- Сегодня всё вовремя, удивительно, - сказал Амир, и жестом пригласил нас за собой внутрь грузовика.
Мы расположились за столом, горячий чай с сэндвичами уже ждал нас.
- Двадцать листов информации, по десять каждому из вас. Пока идёт распечатка, я вкратце расскажу о нас, и что мы будем делать. Как я уже говорил, я член организации «Ситта», что означает цифру «Шесть» на арабском языке. Была основана в Багдаде в одиннадцатом веке по приказу Султана Мелик-Шаха первого шестью избранными мамлюками, как ответ на участившиеся случаи применения тёмных оккультных практик. Они должны были заниматься изучением всего сверхъестественного на территории ближнего востока и северной Африки. Находить и наказывать практикующих тёмные ритуалы, и исправлять сделанное ими. Похоже, в то время у некоторых людей было больше времени для оккультных практик, раз потребовались такие усилия. Как бы то ни было, с тех пор организация сильно разрослась, и у нас есть филиалы во многих странах мира. В Америке у нас работают шесть человек, все заняты в разных штатах, с вами буду работать я.
К этому моменту принтер закончил печатать, он взял листы, разделил их на две части, и раздал каждому.
- Ознакомьтесь с данной информацией. Здесь всё, что мы знаем о нашем демоне, описание ритуала его призыва, его слабые места и возможные варианты убийства.
- Возможные? То есть вы не уверены, как его можно убить наверняка? – поинтересовался я.
- Этот демон отличается от ему подобных, кто-то модифицировал ритуал призыва, объединив два ритуала в один. Никто в мире не знает точно, с чем мы имеем дело. Вся информация, которой мы располагаем, у вас в руках.
Эти десять листов были самым интересным чтивом за всю мою жизнь. Я как будто читал сказку, но осознавая, что всё, что там написано, совершенно реально. Если вкратце, то там было написано о том, что некая группа людей, занимающаяся оккультными практиками, решила создать высшего демона. В самом начале был призван ифрит, затем в такое же заклинание призыва ифрита добавляют ещё одно, призванный демон исчезает и появляется вновь, в улучшенной версии. И так, каждый раз добавляя дополнительно новое заклинание, можно создать симбиоз всех известных нам демонов. После призыва должно пройти какое-то время, чтобы демон смог полностью освоить свою новую форму, и выдержать следующий призыв. Частота призыва минимум раз в год, так что ещё около четырёх месяцев демон будет убивать на территории США. До США демон был призван на юге Франции, до Франции в ЮАР, до ЮАР в России на дальнем востоке. Они меняют не просто города для новых призывов, а страны и континенты, чтобы никто не мог связать все эти преступления. Было уже три призыва, сколько всего будет призывов еще, никто не знает. По окончании они, скорее всего, хотят добавить в ритуал заклинание подчинения, и подчинить демона своей воле. Демон будет огромной силы, объединив в себе силу многих существ, и в организации боятся, что подчинить его своей воле будет невозможно ни одному человеку. Учитывая тот факт, что в последней серии убийств у жертв не было крови, скорее всего во время третьего призыва ему добавили сущность вампира. Получается, чем больше крови он выпьет, тем сильнее он станет, и надо его остановить как можно быстрее.
- Мистер Амир, вы сказали, что тут есть информация о слабостях и вариантах его убийства. А ничего подобного тут не увидел, - спросил я, после прочтения.
- Можно просто Амир, мы в одной команде. Так и есть, о слабых местах мы ничего не знаем. Возможно, добавляя сильные стороны существ демону, они добавляют и слабые стороны, такие как боязнь солнечного света вампиров. То, что демон не трогает кошек, говорит о том, что в одном из ритуалов ему добавили сущность, которая отчасти является кошкой, или вынуждена избегать кошек. Мы можем только гадать, и надеяться, что демонолог, начавший всё это, не сумел убрать все слабости. В противном случае завтра мы всё умрём.
- Умрём? Это определённо не входило в мои планы на ближайшее будущее. Только если моя смерть позволит мне отомстить за семью.
- Умрём? – агент Нил прервал молчание, - поддерживаю мнение мистера Найлза на первые пятьдесят процентов, свою смерть я хотел бы убрать из уравнения, по возможности, - он достал обойму из своего пистолета, продемонстрировав всем присутствующим патроны с серебряными пулями, и широко улыбнулся, - хотелось бы, чтобы эти игрушки сыграли свою роль.
- Завтра мы попробуем провести ритуал призыва демона, пока он не набрал силы. От вас, агент Нил, потребуется одна услуга. Во время убийства семьи Норсен в Вантауне три месяца назад наш демон оставил кусок кожи на перстне главы семейства. Похоже, он сопротивлялся, и поцарапал его. Для ритуала нам нужен этот перстень. Полагаю, для вас не составит труда его достать? – сказал Амир, доставая из старого на вид сундука какие-то свитки, коробочки и баночки.
- Хорошо, никаких проблем, через несколько часов оно будет у вас, - ответил агент Нил, вращая в руках свой жетон, - этот кусок металла открывает если не все, то многие двери.
С этими словами он достал мобильный телефон, набрал номер, и пошёл к машине, разговаривая с кем-то повелительным тоном.
- А для вас, мистер Найлз, уготовлена роль, с которой может справиться только человек, сильно заинтересованный в результате ритуала. Просто слушайте меня, и делайте всё в точности, как я скажу.
- В чем именно будет заключаться ритуал? Нам же не понадобится убивать людей или животных?
- Ритуал будет проходить одновременно в двух местах, тут и в Багдаде. Это должно удвоить наши шансы на призыв. В распоряжении нашей организации есть, чем удивить нашего крылатого друга. Скажем так, во время проведения ритуала вы с вашим другом из ФБР будете вооружены. Достаньте два чемоданчика из дальнего угла, кожаные, со странными золотыми надписями на арабском языке.
Даже если бы он послал меня за чемоданами пешком на двадцатый этаж, я бы пошёл, ни сказав, ни слова, очень уж хотел знать что внутри. Найти их не составило проблем, это были два коричневых чемодана в европейском стиле, сделаны очень качественно, с серебряной фурнитурой, и золотыми надписями на арабском языке. Чемоданы были очень лёгкие, будто внутри не было даже внутренней обшивки.
- Выбирайте себе один чемодан, мистер Наилз. От вашего выбора зависит если не всё, то многое. Второй отдадим агенту Нилу.
Звучало крайне загадочно, и я, недолго думая, выбрал один чемодан.
- Откройте его.
Внутри был кремневый пистолет, в идеальной сохранности. Ствол был выполнен в технике дамасской стали, рукоять из чёрного дерева, отделана золотом и драгоценными камнями. Так же в чемодане были приспособления для зарядки пистолета, ёмкость для пороха, и десять серебряных пуль в отдельных выемках. Всё выглядело так, как будто им ни разу не пользовались.
- У вас не будет права на ошибку, мистер Найлз, боюсь, перезарядить вы его не успеете. Подержите его в руках, привыкните к весу, габаритам.
- Пистолет выглядит так, как будто я буду первым, кто из него выстрелит. Прекрасная работа, мастерская, просто ювелирная. Он явно не предназначался для простого смертного.
- Определённо это работа мастера высочайшего уровня. Я могу сказать вам точно, кто его сделал и когда. Мастер из Каира, Кадир аль-Надим, личный оружейник османского султана Селима первого, восьмое февраля 1518 года. Пули отлиты имамом из Багдада, пули серебряные, в них заключены самые сильные из демонов, изгнанных им, по одному в каждой пуле. Любое повреждение такой пулей мгновенно вызовет сильнейшую одержимость демоном. Через несколько минут демон покинет тело одержимого, и вернётся в ад, вместе с душой жертвы. Поверьте, я никому не пожелаю такой участи. Пули не будут работать на праведных людей, которым нет места в аду. И да, ваша рука первой спустит курок, пистолет ждал завтрашнего дня более пятисот лет. Можете мне поверить, он не подведёт.
Пистолет прекрасно сидел в руке, как влитой. Он подходил мне, как мой единственный итальянский костюм, который я заказал, когда мы были в Риме с женой и дочерью. Но всего один выстрел, я никогда не стрелял ни из какого оружия, как-то не приходилось. Я, можно сказать, огнестрельный девственник. Доверять такое ответственное дело такому, как я - весьма сомнительное решение.
- Вы не знаете, кто именно стоит за всем этим? Конкретного человека, который начал ритуал, - спросил я Амира.
- У нас есть предположения, в мире не так много человек, способных на подобное. Во время первого крестового похода из Иерусалима были украдены магические свитки и книги. Всего около восьмисот свитков и пятидесяти книг. Древние алхимические и оккультные трактаты. Мы думаем, что опираясь на информацию из этих книг и свитков, было создано заклинание объединения, с которым мы имеем дело. Но, даже имея все книги мира, простому человеку не удастся такого, для этого нужен очень сильный, потомственный демонолог.
- Где гарантии, что после убийства демона этот человек не вызовет следующего?
- Такие заклинания стоят части жизненных сил, и души для демонолога, и требуют длительной подготовки. Мы уверены, что заклинание готовилось не менее десяти лет. Свитки, на которых записывают такие сильные заклинания, очень древние, их не так много осталось в мире, и все они одноразовые. Скорее всего, вторая попытка будет ему стоить жизни. Мы думаем, кем бы он ни был, он пошёл ва-банк. Либо он заканчивает заклинание удачно, и обретает власть над самым сильным демоном в мире, либо умирает и лишается души.
- Понял, но, как мне кажется, надо бы, на всякий случай, его найти и пристрелить. Кстати, про «пристрелить». Может отдать пистолет агенту Нилу? У него несравненно больше опыта в обращении с огнестрельным оружием, – сказал я.
- Не волнуйтесь, всё будет так, как должно быть. Мы лишь должны сделать всё, что в наших силах. В задней части грузовика стоят кровати и раковина, можете умыться и хорошо выспаться. А сейчас прошу меня извинить, мне нужно подготовить всё для завтрашнего ритуала.
С этими словами Амир взял сундучок, в который уложил на вид очень старые свитки, склянки и мешочки, и удалился во вторую часть дома. Думаю, не стоит объяснять, что это был мой первый ритуал призыва демона. Я немного волновался, и решил последовать совету Амира пойти отдохнуть. Даже если не удастся поспать, то хоть немного побуду в горизонтальном положении. Половина грузовика была превращена в дом на колёсах. Там было четыре кровати, компьютер, умывальник, и туалет с кухней, я расположился с полным комфортом. Но уснуть, и даже просто закрыть глаза на пару минут, я не смог. Как только я закрывал глаза, я погружался во тьму во всех смыслах, на меня начинали смотреть глаза моей семьи, любимые и безжизненные. От безысходности я стал водить глазами по книжным полкам рядом с кроватями в попытках найти что-нибудь почитать. Книги с арабской вязью я сразу же отметал по вполне понятным причинам. Там было около дюжины книг написанных на понятном мне английском. Пять книг чьи-то мемуары, «Проклятия и сглазы, том первый», «Сила одного человека», «Боги, не оставляющие теней», «Культ Незримого», «Во власти тумана», «Семь культов северной Америки» и «Вязание крючком». Времени на то, чтобы освоить вязание крючком у меня не было, так что я выбирал между книгами «Сила одного человека» и «Культ Незримого». Тогда я подумал, что название первой книги звучало как очередной тренинг повышения самооценки, так что я остановился на второй. Книга за авторством доктора Людвига Ритсона представляла собой исследование некоего древнего культа Незримого. Первую главу книги я бы описал словами из бессмертного произведения Шекспира, «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам». Нашим мудрецам, и мне не снилось, а доктору Людвигу Ритсону снилось. Согласно первой главе, это один из древнейших культов в мире, первые упоминания о нём датируются десятью тысячами лет до нашей эры. В Месопотамии найдены глиняные таблички, где упоминается некое божество, Незримый. И, судя по всему, он существует в первоначальном виде и по сей день. Кровавые, очень странные ритуалы и человеческие жертвоприношения были основой культа. Если переживу завтрашний день, обязательно дочитаю книгу до конца. Вторая глава называется «В обмен на кровь». Кто такой Незримый, и ради чего мы убиваем людей, узнаете после рекламой паузы. Паузы под названием «Призыв и убийство охрененно сильного демона». В одной из главных ролей человек с однозарядным пистолетом, который никогда в жизни не стрелял.
Звук приближающегося автомобиля отвлёк меня от этих позитивных мыслей. Я вышел из грузовика, Амир подошёл к машине вместе со мной.
- Готов поставить на кон свой значок, что вы не успели по мне соскучиться, - сказал агент Нил, выходя из своей машины, - вот твоё кольцо, Амир, тебе помочь донести его до жерла вулкана? Или справишься сам?
- Хорошая шутка, агент Нил, просто замечательная, - ответил Амир с явным восточным акцентом, беря пластиковый пакетик с кольцом, - сейчас же позвоню самому главному в мире арабу, попрошу добавить её в утреннюю молитву.
Оказалось, что я ошибался на его счёт, он даст фору любому в том, что касается чувства юмора. Было действительно смешно, в тот момент мы все смеялись несколько минут, как в последний раз. Жаль, что это действительно могло быть в последний раз.
- Час ночи, нам всем лучше хорошенько выспаться, просыпаемся с восходом солнца. Надеюсь, сегодня ночью эта тварь никого не убьёт. А завтра мы с ней покончим, раз и навсегда.
В итоге никто из нас не спал всю ночь. Я лежал в грузовике и в перерывах между просмотром фотографий дочери и жены, сохранившихся в телефоне, пытался продолжить читать «Культ Незримого». Так же смотрел видео в интернете на тему «Стрельба из кремневого пистолета», а то я даже не знал, как его заряжать. Агент Нил сказал, что поспит в своей машине, но всю ночь сидел за ноутбуком. Амир сказал, что поспит снаружи, и всю ночь чередовал чтение молитв с заточкой своего меча, странной формы, с раздвоенным остриём, как язык змеи. Он сказал, что это зульфикар, оружие его предков, в нём содержится сила аята, одного из стихов Корана. Тем временем из-за горизонта показалось солнце. И из закрытой комнаты раздалось громкое кукареканье. Возможно, это был наш будильник, с таким точно не проспишь.
- Нам пора, друзья мои, надеюсь, вы готовы к битве, так же как я. Будьте сильнейшей версией самих себя, – сказал Амир, и жестом пригласил нас в закрытую часть дома, - дайте мне пару минут, отгоню грузовик подальше от дома, никогда не знаешь, что может произойти во время ритуала.
Войдя внутрь, я увидел помещение размерами примерно восемь на шесть метров. Стены и потолок были окрашены в черный цвет, а пол в белый. На полу красной краской был нарисован квадрат, заполненный огромным количеством всяких закорючек и символов разных цветов. С одной из сторон квадрата стояла клетка с петухом внутри. В центре, и на каждой грани квадрата стояла большая свеча.
- Мистер Нил, возьмите ваш чемоданчик, это будет ваше единственное оружие на сегодня. Ваш пистолет можете оставить в машине, толку от него не будет, - обратился Амир к агенту, показывая на тот чемоданчик, который я не выбрал вчера.
Агент Нил подошёл к чемоданчику, открыл его. Я в это время открыл свой и занялся зарядкой пистолета. Ему в качестве оружия достался кинжал, выглядящий, как кусок зелёного камня, похожего на нефрит, вставленный в рог. Не выглядел он чем-то настолько крепким, чтобы нанести повреждения даже куску сливочного масла, не то что демону. Выглядел он очень хрупким. Но я понимал, что этот кинжал не мог быть тем, чем кажется.
- Возьмите кинжал в руку, и не расставайтесь с ним до конца ритуала. В нужный момент вы поймёте, почему он лучше вашего пистолета. Ему больше десяти тысяч лет, и он достаточно повидал демонов на своём веку. Только сильные духом и телом люди могли подчинить себе силу кинжала. Уверен, вы из таких людей.
- Эта штуковина не выглядит как предмет, которому я могу доверить свою жизнь. Я последую вашему совету, буду держать его при себе. Но с пистолетом я не хотел бы расставаться, к тому же я потратил немалые деньги на патроны с серебряными пулями.
Я в это время закончил зарядку, поместив кусок ткани в ствол пистолета, дабы предотвратить выпадение пули, если ствол будет направлен вниз. На зарядку была потрачена всего одна пуля, девять оставалось лежать в чемоданчике. Я взял все оставшиеся пули и положил их в нагрудный карман. Раз уж от успеха нашего сегодняшнего мероприятия зависят наши жизни, и выстрелить ещё раз я точно не смогу, так как зарядка дело долгое, то хоть смогу бросить горсть пуль, они довольно увесистые. К тому моменту солнце почти полностью показалось из-за горизонта.
- Солнце почти полностью показалось, пора начинать, присаживайтесь по правую и левую руку от меня, - сказал Амир, и сел на колени напротив единственного в помещении окна, - и делайте всё в точности, как я скажу.
Я сел по правую руку от него, агент с другой стороны. Амир поклонился в сторону солнца, коснувшись пола лбом, стал зажигать свечи, и что-то бормотать на непонятном языке. Зажёг все свечи, достал баночку, и выплеснул на свечу, которая находилась возле петуха какую-то красную жидкость, похожую на кровь. Тут случилось то, что сильно меня удивило, и чего я никак не мог ожидать. Как только кровь затушила свечу, петух замер, и внутри него стал разгораться огонь. Не прошло и пяти секунд, как яркое, зелёное пламя, вырвалось изнутри птицы и полностью сожгло её, оставив в клетке лишь кучку пепла. Я смотрел на всё это, и уже был готов выстрелить в самого Амира, если только он попытается выплеснуть что-то на мою свечу. Но следующую баночку он выплеснул на центр квадрата, под центральную свечу. Я пристально на него смотрел, и заметил, что он как будто старел каждый раз, как выплёскивал жидкость из баночек. У него точно становилось больше седых волос и морщин. И тут я вспомнил, как он говорил мне, что подобные ритуалы дорого обходятся тем, кто их совершает, они платят годами своей жизни.
- Возьмите склянки, и вылейте их в центр квадрата, не затушите свечу, - он дал нам по одной маленькой баночке.
Мы послушно вылили их в центр квадрата. После этого он выплеснул последнюю склянку на центральную свечу, чем затушил её. Сразу же после этого из всех трещин и отверстий в полу стала просачиваться кровь. Я хотел привстать, чтобы не испачкаться в ней, но Амир, не переставая что-то бормотать, жестом показал, чтобы я не вставал. Кровь к тому моменту залила весь пол, покрыв его слоем в три или даже четыре сантиметра. Я это точно знал, так как плинтуса я уже не видел, он был полностью скрыт под её поверхностью. Но я не чувствовал, что кровь пропитывает мою одежду и что я промок, она будто и не касалась меня вообще. Я видел исходящие волны от тех мест, откуда она проникала в комнату, но погрузить в неё руки не мог. Мы все будто сидели на натяжном потолке красного цвета. Как только я обратил на это внимание, кровь перестала поступать, и мы продолжили сидеть на идеально ровной, кроваво-красной поверхности. Железистый запах крови, заполнивший всю комнату, уже был почти нестерпим. Чувство тошноты, казалось, вытесняет из меня все остальные чувства. Какие там всемогущие демоны? В том момент меня почти победило чувство тошноты.
Амир достал из-за пазухи какой-то свиток, зажёг его от своей свечи и бросил в сторону клетки, в которой ещё недавно была живая птица. Свиток упал на поверхность крови, и последние языки пламени доели кусок древнего пергамента без остатка. Затем он достал кольцо, привезённое агентом Нилом, и бросил его в клетку. Под клеткой, сопровождаемые страшным треском, стали появляться трещины. Из появившихся трещин, внутрь комнаты стал проникать яркий, едкий зелёный свет. Появление каждого нового пучка света, сопровождалось странным звуком, нечто среднее между звуком трескающегося камня, звуком рвущейся толстой ткани, и криком какого-то неведомого животного. Трещин быстро становилось больше, и они становились всё толще. Через полминуты куски пола под клеткой стали проваливаться куда-то вниз, освобождая ещё больше света. Кусков пола провалилось достаточно для того, чтобы клетка провалилась сквозь землю. Как только клетка исчезла, пол стал проваливаться дальше, по направлению к центру квадрата, и в наши стороны.
- Не смотрите вниз, иначе вас затянет туда, закройте глаза, - сказал Амир.
Я посмотрел на агента Нила, он сразу же закрыл глаза. К тому моменту, границы провала почти дошли до наших свечей. Я тогда решил, что закрывать глаза не буду, буду смотреть вверх. Но осознав, что на то, чтобы взглянуть вниз мне хватит доли секунды, и это может быть мне неподвластно, я закрыл глаза. Умирать раньше времени не хотелось. Если бы я провалился в эту зелёную бездну, что бы меня там ждало, кроме неё? Несмотря ни на что, я захотел увидеть, что в этой бездне, и захотел снять на смартфон, не открывая глаз. Нащупав свой смартфон, я его включил, нажал на кнопку быстрого доступа к фотоаппарату, направил на пол, и сделал несколько фотографий. Звук, исходящий от провала становился всё оглушительнее и нестерпимее.
- Не время для селфи, мистер Найлз, приготовьте ваш пистолет, у нас около минуты, - прозвучал голос Амира, - можете открыть глаза.
Вдруг звук полностью прекратился, и в доме воцарилась мёртвая тишина. Я открыл глаза, из дыры в полу уже не исходило никакого света, внизу была непроглядная тьма. Кровь со всей комнаты стекала в эту бездну. Нил нервно крутил в руках свой кинжал, изнутри которого исходил яркий красный свет, и свет становился всё ярче и ярче. В тот момент было очевидно, что это не простой кусок нефрита.
- Рукоять сильно жжет мне руку, - громко произнёс агент Нил.
- Боль – это плата за использование кинжала. Поверьте мне, это ничтожная цена, - ответил ему Амир.
Последние ручейки крови стекали внутрь дыры, пока последняя её капля не исчезла в кромешной темноте. С исчезновением последней капли мы услышали дикий рёв, исходящий, казалось, из самых глубин земли, или ада. Звук с огромной скоростью приближался к нам. Амир встал на ноги, отошёл от края дыры, достал правой рукой свой меч, а левой нажал кнопку на стене позади себя, которую до этого я не замечал. Стена, с единственным окном, выходившим на восток, к восходящему солнцу, с грохотом упала в сторону улицы. Мы с агентом тоже встали, и отошли на пару метров от края. Я сжал рукоять своего пистолета, и замер в ожидании появления демона.
- Солнечный свет будет на нашей стороне, - выкрикнул Амир, и обратил свой меч в центр комнаты.
Приближающийся рёв поглотил все остальные звуки, и в тот момент, когда должен был ворваться в комнату, превратился в звук пушечного выстрела. Меня немного сдвинуло сильнейшей звуковой волной, будто в паре метров от меня выстрелила гаубица, пришлось на мгновение закрыть глаза. Открыв глаза, я увидел, что дыра в полу исчезла, и там вновь был пол, а на высоте полуметра в воздухе висел наш враг. Наконец я смог увидеть того, кто лишил меня семьи, и из-за кого я оказался тут. Это была человекоподобная тварь, ростом около двух с половиной метров, довольно худощавого телосложения. На конечностях и на отдельных участках туловища, сквозь тёмно-красную кожу, было видно жёлтый свет, как от огня. На пальцах рук и ног, были чёрные, длинные когти. Голова представляла собой, нечто среднее между головой человека и головой летучей мыши. Короткий нос с огромными ноздрями, огромные остроконечные уши и маленькие, горящие огнём, с вертикальными, кошачьими зрачками, глаза. Не было и намёка на крылья. От демона исходила аура смерти, разрушения и страха, я чувствовал как она давит на меня, на каждый миллиметр моего тела. Абсолютно всё в этом существе было нацелено только на убийство, в данный конкретный момент - на убийство нас троих.
С момента его появления прошло менее пяти секунд. Амир сделал выпад мечом, и глубоко воткнул раздвоенное остриё зульфикара в левую ногу демона. В ответ демон, с огромной скоростью, нанёс удар правой рукой, снизу вверх, по руке Амира, отсёк её в районе локтя, и нанёс страшную, рваную рану груди. Кровь брызнула на стену и потолок комнаты. Было видно, с каким трудом агент Нил держал свой кинжал, рукоять обжигала ему ладонь всё сильнее. Гримаса сильной боли была на его лице. Он подскочил к демону и резким диагональным ударом хотел порезать его в области груди. Во время взмаха, кинжал в его руке стал размером с хороший меч, около метра длиной, из острия которого исходил длинный ярко-красный луч света. Удар причинил значительно больший ущерб, чем тот, на который рассчитывал агент. Удар со звуком пролетающего мимо истребителя разрезал крышу, стену дома, и машину Нила, которая была припаркована у северной стены здания. Демон лишился левого уха и левой руки по самое плечо. После удара кинжал вновь стал прежним, и агент выпустил его из руки, на руке не было ни следа ожогов. Взвыв от боли, тварь налетела на агента, повалила на пол и стала наносить удары оставшейся рукой. Агент достал свой пистолет и стал стрелять в грудь монстру. В этот момент я выстрелил, целился в центр спины, пуля попала в тело, в пяти сантиметрах от левого бока. Демон на мгновение замер, и вдруг, правой рукой вырвал из себя кусок плоти, с пулей, которая в нём застряла, и бросил на пол. И той же рукой, наотмашь, ударил меня. Удар был такой силы, что я отлетел на три метра и ударился о стену в метре от пола. Я не потерял сознание, и видел, как демон продолжает бить агента Нила. Амир в это время закончил перетягивать руку, и лежал у стены, положив на грудь какой-то свиток, который полностью пропитался его кровью. Я чувствовал, что у меня были сломаны рёбра и с правой и с левой стороны, любое движение причиняло мне страшную боль. Очевидно левая ключица так же была сломана, но образы моей семьи, всплывающие перед глазами, придали мне сил преодолеть боль и добежать до демона. Пока я пробегал какие-то жалкие три метра, я правой рукой нащупал в кармане оставшиеся девять пуль и взял их в руку. Добежав, я со всей силой ударил демона кулаком с зажатыми в нём пулями в то место, откуда он вырвал выпущенную мной пулю. Кулак проник внутрь почти полностью, я выпустил из руки все пули, и попытался пропихнуть их как можно глубже в тело. Демон перестал бить агента, медленно распрямился и замер без движений. Повернулся в мою сторону, и резко занёс правую руку для удара. Но ударять не стал, видно было, что что-то, или кто-то, мешал ему сделать это. Он посмотрел на свою руку, и его лицо разрезала гримаса злости. Затем стал что-то говорить на непонятном мне языке. Потом ещё на одном и ещё на одном. Спустя тридцать секунд он уже одновременно говорил многими голосами, и каждый пытался перекричать всех остальных. Скорее всего, их было девять, по количеству пуль.
- Воткни в него вон ту длинную железяку, - прошептал агент, одной рукой держась за грудь, а второй показывая на лежащий на земле меч Амира.
- С превеликим удовольствием, Нил, но я не уверен, что это сильно нам поможет, - ответил я.
Я подошёл к Амиру, взял его меч и вернулся обратно к демону. Замахнулся что было сил, и воткнул ему в грудь меч, пронзив насквозь. Но это, как ни странно, его не убило, он лишь опустился на колени.
- Отойдите, мистер Найлз, лучше вам отойти от него, - произнёс Амир, лёжа, повернув голову в мою сторону.
Агент Нил был сильно потрёпан, но, похоже, что бронежилет сильно уменьшил ущерб. Он встал на карачки, подполз к демону, пару раз ткнул его своим складным ножом, и пополз к Амиру. Я тоже решил послушать совета и отошёл к стене. К тому моменту силы почти покинули меня, и я сполз на пол по стене.
Демон упал на пол, его тело начало страшно трястись, конечности изгибались под разными углами, при этом издавая треск ломающихся костей. Всё это время он не переставал разговаривать десятью разными голосами. Затем он стал подниматься в воздух, дёргаясь в конвульсиях. Огонь внутри него разгорался, как в недавно покинувшем нас петухе. Можно было насчитать десять ярких источников внутри тела. Всё сильнее и сильнее, местами прорываясь сквозь кожу.
- Нам лучше покинуть здание, если не хотите составить кампанию нашему другу, - прошептал Амир, кое-как, опёршись на ножны от своего меча, поднялся на ноги и пошёл к выходу. Я подхватил его, и агента Нила, под руку, и из последних сил, помог им выбраться наружу.
Мы сидели метрах в десяти от дома, прислонившись спинами к колёсам грузовика, и смотрели на дом. Из дома доносились звуки ломающихся костей, и исходил, уже довольно яркий, почти слепящий, свет. К звуку ломающихся костей добавился звук трескающегося пола и земли под домом. Земля трескалась и распадалась на части очень быстро. Свет, исходящий от дома, сменился светом из-под земли, который в одно мгновение поглотил его полностью. Из столпа света раздавались душераздирающие, нечеловеческие крики боли. Столп света был такой силы, что даже в свете солнца было видно, как он уходит вверх так высоко, насколько хватало взгляда. Затем свет стало затягивать внутрь образовавшейся на том месте, где минуту до этого был дом, воронки. В одно мгновение крики стихли, и свет исчез под землёй. На дне дымящейся воронки диаметром метров десять и глубиной пару метров, лежал зульфикар. Весь снег в радиусе пяти метров от воронки растаял без следа. Судя по всему, на этом всё. Мы победили.
- Очень жаль, что петух не видит наш триумф, - отхаркивая кровь и смеясь, сказал агент Нил, - и машину жалко, мне за неё отчитываться, а я не знаю чем объяснить её текущее состояние.
- Мистер Найлз, не хотели бы стать частью нашей организации? Очевидно, что с сегодняшнего дня мне понадобится правая рука. Потенциал у вас определённо есть. Работа у нас обещает быть куда интереснее, чем ваш магазин стройматериалов, да и платят очень хорошо, - спросил меня Амир.
- В этой истории мы можем ставить точку? – произнёс я, глядя куда-то вверх.
- Определённо, здесь всё. Но, я уверен, это далеко не последняя наша история.
Мы все сели в грузовик и поехали в ближайшую больницу. Благо она была менее чем в десяти километрах от нас. Агент Нил был за рулём, хотя давалось ему это с огромным трудом. Мы довольно быстро добрались до больницы. Вопросы врача о том, что у нас случилось, и как нами были получены такие травмы, поставили нас в тупик, спас нас значок ФБР агента Нила. Пока мы все лежали в больнице, я успел обдумать предложение Амира. Жить прежней жизнью я точно уже не смог бы, так что решил принять предложение. Продам свой магазин и свой дом, сожгу все мосты. Свою семью я спасти не сумел, но у меня будет возможность спасать других людей. И такая возможность представилась мне довольно скоро...