Со слов мертвецов

Записываю эти слова на диктофон, на бегу. Надеюсь, заряда аккумулятора в моём смартфоне хватит, чтобы я успел рассказать всё, что со мной случилось. В надежде, что моя история сможет кому-либо помочь, предостеречь людей от моих ошибок.

Моя история могла бы быть самой обыкновенной. О том, как парень из одного города хотел переехать в другой город в поисках лучшей жизни. Обычная ситуация для многих. Подобных было и будет огромное количество, миллионы, никакой мистики, никакой боли и разочарований. Увы, но моя история не такая, хотя начиналась как самая обыкновенная.

Меня звали Майкл Винтмар третий. Звучит довольно пафосно, но эта цифра говорит лишь о том, что до меня было ещё два таких же неудачника, как и я. Ничего значимого не добившихся, и всю свою жизнь, безвылазно, проживших в небольшом городке Хок Рок в штате Небраска. Не обращайте внимания на то, что я пишу о себе в прошедшем времени, по ходу моего рассказа вы всё поймёте.

Ровно две недели назад, как только мне исполнилось двадцать шесть лет, я проснулся с сильным чувством того, что надо что-то менять в своей жизни, причем кардинально. Я был довольно хорошим, если не сказать отличным, столяром. С детства любил работать с деревом. Запах своей мастерской не променял бы ни на какой другой. И вот я решил найти работу по специальности, но в более перспективном для себя городе. Мои родители умерли три года назад, с девушкой расстался полгода назад. Лучший друг Джеф, с которым дружили с самого детства, уехал отсюда ещё в прошлом году в Бостон, поступил в институт. Так что в Хок Роке меня ничего не держало. Свой взгляд я устремил в Калифорнию по ряду причин. Не самый длинный ряд причин, деньги и океан. Моих навыков должно было с запасом хватить на то, чтобы устроится на одну из многочисленных строек, или даже открыть свою мастерскую. С этими мыслями я собрал все свои сбережения и деньги, доставшиеся мне от родителей, вышло ни много ни мало тридцать штук. Затем, ради портфолио, пришлось пару дней побегать по всем своим заказчикам с фотоаппаратом, запечатлеть свои работы. Я был готов, как никогда, к подъёму по социальной лестнице. Прямых автобусных рейсов до Калифорнии из Хок Рока не было, так что пришлось взять билет до городка Кингс Уотер, штат Юта, а оттуда уже прямым рейсом до мечты.

Утром двадцатого июня 2021 года, ровно в семь часов утра я сидел в автобусе до Кингс Уотера, и ждал отправления. Предстояло проехать семьсот семьдесят шесть миль, это двенадцать с половиной часов пути. Я запасся водой и сэндвичами, не забыл и свои любимые книги, несколько из них, так как не хотел сильно перегружаться. Зачитанную до дыр с самого детства «Моя семья и другие звери» Джеральда Даррела, сборник произведений Говарда Лавкрафта, и повесть Роберта Ирвина Говарда «Голуби из преисподней». С такими попутчиками время в пути прошло незаметно. Мы останавливались всего один раз, когда пробили колесо на границе с Колорадо. Приехали с опозданием минут на пятнадцать. На улице уже было темно, когда я вылез из автобуса, часы показывали без пяти десять. Надо было где-то переждать ночь, и с утра, в восемь часов уехать отсюда к большой воде. Рюкзак был довольно тяжёлый, так что проводить много времени в поисках гостиницы я не хотел. Спросить ни у кого я не успел, так что пришлось как-то действовать своими силами. Я решил проверить доску объявлений у автовокзала, может, что удалось бы найти. В каком-нибудь клоповнике я останавливаться не хотел, так как при себе была крупная сумма денег и документы. А в сомнительных местах лишиться всего этого можно было очень легко.

- Привет, ищешь жильё? – спросил меня женский голос из-за спины.

Я даже вздрогнул от неожиданности. Это была девушка лет двадцати, с красивыми тонкими чертами лица, черными волосами, короткой стрижкой и огромными карими глазами, ростом чуть ниже меня. Одета была в обтягивающие джинсы, белую водолазку и кожаную куртку. Она определённо была в моём вкусе и располагала к общению.

- Привет, да, заранее не озаботился. Ты не знаешь где тут ближайшая гостиница? - ответил я с нескрываемой симпатией.

- Меня зовут Ева. Я живу тут недалеко, всего десять минут на машине. Вон моя стоит, - она показала на полумёртвый пикап, стоящий у боковой стены здания вокзала, - запрыгивай. В такое время ты тут ничего годного не найдёшь, одни притоны и клоповники.

Перспектива переночевать дома у такой шикарной девушки мне нравилась. Но выглядело всё немного подозрительно. Тем не менее, я решил принять предложение, на свой страх и риск.

- Приятно познакомиться, меня зовут Майкл. Вот как раз клоповники не входили в мои сегодняшние планы, хотелось бы проснуться в добром здравии и с тем же количеством вещей с каким засыпал.

Я решил подстраховаться и зашёл на вокзал, якобы за покупкой билета, хотя билет у меня был уже куплен. Подошёл к кассиру, задал кучу ненужных вопросов, чтобы меня запомнили. Походил перед единственной камерой наблюдения, в надежде, что она работает. Я смотрел огромное количество фильмов про всяких маньяков и серийных убийц и решил, что если потенциальная убийца увидит, что меня заметили другие люди, она передумает меня убивать. Я ждал, что когда выйду из вокзала её, и её машины уже не будет. Но я ошибся, она ждала меня на улице, и даже подъехала ближе к входу. С этого момента я чувствовал себя в безопасности. Если бы я только знал, что меня ждёт, я бы лучше пошёл пешком до Калифорнии, чем сел в эту машину.

- Тебе лучше поменять свой билет на более позднюю дату. Уверена, ты захочешь задержаться в наших краях чуть подольше, - и с этими словами положила свою правую руку мне на ногу, - куда направляешься? Попробую догадаться, в Калифорнию?

- Да, хочу поближе к большой воде, надоело жить в лесной глуши. Хотелось бы, в идеале, открыть свою столярную мастерскую где-нибудь поближе к побережью.

- Надеюсь у тебя всё получится. Я буду молиться за тебя, - сказала она, и свернула на узкую лесную дорогу.

Меня удивили её слова о молитве, она совсем не выглядела набожной девушкой. К тому же, когда она была за рулём, я мог видеть у неё очень странные татуировки на руках. Нечто среднее между кельтским орнаментом и детскими рисунками на тему «люди и животные». Переплетения растительных узоров с грубо нарисованными танцующими человечками и животными в странных позах. И они явно не относились ни к одной из известных мне религий. Пока я был погружён в мысли о татуировках, мы уже заехали куда-то глубоко в лес. Было ощущение, что я вернулся домой.

- Вот мы и на месте, выгружаемся, только старайся не шуметь, мои соседи отличаются очень чутким слухом.

С первого взгляда было понятно, что это какое-то странное поселение. Маленькие дома, с соломенными крышами, где-то пять на пять метров, построенные из грубо обтёсанных брёвен. Никаких электрических проводов, почтовых ящиков и иных признаков цивилизации. Больше я ничего не увидел, на улице было темно, словно мы находились в пещере, а не под открытым летним небом. Она открыла незапертую дверь в дом, и мы вошли внутрь. Похоже, это очень безопасное место, если даже одиноко живущая молодая девушка не закрывает дверь на ключ. Я посмотрел на дверь, там не было никакого замка или ещё каких средств запирания двери. Мы вошли внутрь, она зажгла керосиновую лампу, немного осветив дом изнутри. Вся мебель была грубо сколочена из каких-то палок и брёвен. Мне, как столяру, было очень больно на это смотреть.

- Вот моё скромное жилище, располагайся со всем комфортом. Не обращай внимания на мебель, здесь каждый должен сделать мебель себе сам. Завтра с утра проведу тебе экскурсию по нашему поселению. Я уверена, тебе у нас понравится. Возможно даже, ты захочешь провести здесь день- другой. А сейчас мы немного перекусим, если ты не против еды. Я чертовски голодна, не ела с утра. Принеси дров с улицы, разожжём печь, станет теплее, и сможем пожарить яичницу.

Она ушла в подвал, как я понял, она там хранила продукты. Я в это время сходил за дровами, закинул их в печь и зажёг. Ева вынесла из подвала хлеб, колбасу, яйца и сыр. В тот момент я тоже был голоден, за весь день съел два сэндвича. Так что решил обойтись без лишних вопросов, чтобы меня не выкинули на улицу посреди ночи, да ещё и голодным. Внутри не было никакой электроники или бытовой техники. У меня было ощущение, будто по пути сюда я не заметил, как мы въехали в машину времени, и попали в раннее средневековье.

- Тебе не помочь с готовкой? – спросил я в надежде, что помощь ей не понадобиться. Я терпеть не мог готовить.

- Да, конечно, можешь пожарить нам яичницу, сковороду и масло найдёшь в тех корзинах, - она показала мне на висящие под потолком корзины внушительных размеров.

В одной была посуда, во второй продукты питания, не требующие хранения в холоде. Я взял сковороду, бутылку масла, пару вилок и приступил к готовке. Ева стояла рядом и резала хлеб с колбасой. В какой-то момент я нечаянно задел её плечом, и она довольно сильно порезала себе большой палец на левой руке. Она ни сказала ни слова, ни вскрикнула и не заплакала.

- Чёрт! Извини, я не хотел, просто не привык работать при таком тусклом свете и в тесноте, мне очень жаль. Я сейчас достану аптечку и перевяжу тебе палец, - сказал я.

Схватил свой рюкзак и стал в нём ковыряться. Я всегда брал с собой в поездки свою походную аптечку, которой ни разу не пользовался. Я был весьма сомнительным туристом, рюкзак складывать толком не умел.

- Не нужно аптечки, и так всё пройдёт, - она замотала рану каким-то куском тряпки, и продолжила нарезать сэндвичи.

Вот это самоконтроль, ей на вид было не больше двадцати, а вела она себя как Джон Рэмбо. Если бы она тогда вскрыла патрон, высыпала порох на рану и подожгла, я бы не удивился.

Мы закончили готовить наши кулинарные изыски и сели за стол. Она предложила мне вина, сказав, что они сами его делают. Я не мог отказаться от такого предложения, так как считал, что круто разбираюсь в винах, поскольку был подписан на все ютуб каналы о вине, какие нашёл. Но это вино действительно оказалось великолепным, насыщенное, яркое, красное вино. Я никогда такого не пробовал, так что с удовольствием выпил всё, что мне налили. Она выпила всего пару глотков.

- Благодарю за еду, где мне можно расположиться на ночь? – сказал я, доев последний кусок яичницы.

- У меня всего одна кровать, та, что позади тебя.

Это явно был намёк на интим. Я не привык к такому, тем более от красивых девушек, так как никогда не отличался ни спортивной фигурой, ни привлекательной внешностью. Не буду вдаваться в подробности, но в ту ночь у меня был секс. Возможно, лучший в моей жизни, и в прошлой, и в будущей. Если она хотела таким способом заставить меня задержаться у себя, то у неё получилось. Мысленно я уже переехал к ней навсегда, состарился вместе с ней и умер.

Спал я действительно по-царски, свежий воздух и полное отсутствие насекомых сделали своё дело.

- Просыпайся, время завтракать и идти на экскурсию. Покажу тебе нашу скромную, дружную общину.

С этими словами она сорвала с меня одеяло, и раздвинула занавески, чтобы меня ослепило солнечным светом. Поставила на стол две чашки с чаем и пару сэндвичей с сыром. Я заметил, что у неё на пальце нет и следа от вчерашнего пореза. Хотя я был уверен, что порез был очень серьёзный.

- Сколько сейчас времени? – ответил я, зевая во весь рот.

- Десять часов. Кажется, ты опоздал на свой автобус до мечты.

- Да ничего страшного, я и так собирался немного задержаться, - сказал я, запивая последний кусок сэндвича последним глотком чая.

- У меня к тебе только одна просьба. Если тебя во время нашей прогулки кто-то спросит, целовались ли мы, или ещё что, говори нет. Поверь, это очень важно как для меня, так и для тебя.

Я свалил это на какие-то местные предрассудки, обед безбрачия, целомудрия, или что-то в таком духе. Так что ответил, что буду врать со всей силой, на какую способен. Тогда она сильно рассмеялась.

- Да, ложь, именно этим ты мне сильно поможешь.

Она переоделась в платье чёрно-красного цвета, которое явно сильно контрастировало с окружением. Мы оба закончили наш завтрак вышли из дома.

- Мы живём тут довольно давно. Нас тут шестьдесят шесть человек, все дома построили мы сами. Едим и пьём только то, что сами выращиваем. Там, - она показала в сторону леса, - за этими деревьями у нас свои поля и ферма.

- У вас какая-то религиозная секта? Свидетели чего-то там? – спросил я с улыбкой.

- Нет, никакой религии. Можешь считать нашу общину клубом по интересам. Тех, кто хочет быть подальше от суеты городов.

- А меня вот наоборот тянет к суете. Хотя и вас я могу понять, иногда и ко мне приходят такие мысли. Но дальше мыслей я не заходил.

- Подожди меня здесь пару минут, мне необходимо отойти.

С этими словами она удалилась в один из домов. Все дома были совершенно одинаковыми, как сделанные под копирку. Одноэтажные, бревенчатые с соломенной крышей, с большими окнами и ставнями. По периметру поселения шёл чисто символический забор из кое-как сплетённых между собой прутьев. Пока я осматривался, ко мне подошёл какой-то мужик лет пятидесяти. Одетый в одежду тех же цветов, что и Ева. Скорее всего, это были цвета их сообщества, или какого-нибудь флага. То, как он начал разговор со мной, мягко говоря, удивило меня.

- Привет. С Евой встречаетесь? Целовались уже? – спросил он меня и ехидно подмигнул.

- Нет, не целовались. Она просто пустила меня переночевать.

- Это ваши дела, кто я такой чтобы в них лезть? - сказал он и быстрым шагом удалился туда, откуда пришёл.

Крайне странная встреча. Интересно, тут все такие, или он такой тут один с парой лишних хромосом? Я быстро о нём забыл и продолжил рассматривать деревеньку. Но всё, что можно рассматривать, быстро закончилось. Недолго я стоял в одиночестве. Из соседнего дома вышла женщина и начала разговор с вопроса. Никогда не догадаетесь с какого!

- Уже целовался с Евой? Она у нас красавица. Доброе утро, молодой человек.

Она явно перепутала поочерёдность предложений. Я ответил, что не целовался, она просто пустила меня переночевать. Она ухмыльнулась, что-то пробормотала и ушла обратно в дом. Народ тут, походу, совсем одичал, что на уме, то и на языке, как говорится. Я простоял тут меньше десяти минут, а уже два человека спросили меня о том, целовался ли я с Евой. Возможно это какая-то проверка у них в деревне, или еще какая суеверная ерунда. Не зря же Ева предупреждала меня о таких вопросах. В следующие десять минут ко мне подошли ещё человек пять, и каждый спросил про поцелуй. Его даже задавали те, от кого я никак не ожидал, маленькая девочка лет пяти, и мальчик примерно того же возраста. Тут явно происходит что-то странное, надо будет Еву спросить, что конкретно. Кроме того все были одеты в красно-чёрные цвета. Как только она вышла из дома и подошла ко мне, я спросил её.

- Ты мне говорила отвечать отрицательно на вопрос о поцелуе с тобой, но не сказала, что придётся это делать так часто. И почему все ходят в одних цветах?

- Они видят нового человека в общине, к тому же они знают, что ты ночевал у меня. Слухи в столь тесных сообществах распространяются со скоростью света. А на твой вопрос о цветах, ты обязательно получишь ответ, чуть позже.

- Звучит разумно, - ответил я. Хотя думал совсем другое, разумного здесь было немного. Почему всех так интересует вопрос, целовались ли мы? И тут явно никто не ограничен рамками морали и нравственности.

- Мне нужно зайти ещё в одно место, молоко я забрала, теперь нужно за мясом зайти. Вчера забивали пару коров и свиней в честь грядущего праздника.

- Что за праздник? Если это не секрет, и я могу знать о нём, и произносить его название без страха быть убитым молнией.

- Ничего опасного для твоей жизни, - смеясь, сказала она, - сегодня день летнего солнцестояния.

- Вы не собираетесь запихнуть меня в гигантскую соломенную куклу и сжечь вместе с ней? Если это так, то, если потороплюсь, я могу ещё успеть на вечерний автобус.

- Можешь не волноваться, мы не убиваем людей. Живём совершенно мирной жизнью, нам никто не мешает, и мы никому не мешаем. А вот и дом мясника, я отойду на пару минут.

Мы остановились метрах в двадцати от одиноко стоящего дома, и она пошла в его сторону. Я оглянулся по сторонам, никого не было, значит, никто не будет задавать мне глупых вопросов. Я ошибся, сразу же, как Ева скрылась в дверях, ко мне стали подходить по одному люди всё с тем же вопросом. Либо смеясь, либо обижаясь, услышав мой ответ. Всего человек десять. Это явно какой-то розыгрыш. Наверняка вся деревня напичкана скрытыми видеокамерами, и надо мной сейчас смеётся куча людей в интернете. К сожалению это оказалось не так.

Минут через пятнадцать Ева вышла из дома с ещё одной корзинкой. Значит, она была там не просто так.

- А вот и мясо, сегодня будет отличный обед. Через час обеденное время, надо успеть приготовить. Ты, если хочешь, можешь походить тут ещё, убедиться что все мы живём мирной жизнью и снять с нас все свои подозрения, - и зашагала быстрым шагом в сторону своего дома.

- Да, если можно, я ещё немного похожу тут, ознакомлюсь с вашим бытом и поотвечаю на тупой вопрос местных жителей, - я улыбнулся и побрёл вдоль забора.

На самом деле я просто не хотел готовить. У неё и без меня неплохо получается. А я пока обойду тут всё, в надежде найти что-то интересное. Я обошёл по периметру всё поселение, но каких-либо достопримечательностей не заметил. Зато я успел ещё раз тридцать ответить на тот самый вопрос. В какой-то момент, как только я видел приближающегося человека, я кричал ему, что не целовался с Евой, человек разворачивался и уходил. Это же работало и на тех, кто выходил из домов. Такое ощущение, что каждый житель поселения сегодня проснулся лишь ради того, чтобы задать мне этот вопрос. К концу моего похода я говорил курицам и собакам, проходящим мимо меня, что ни с кем не целовался. Чтобы уж точно никто из живых существ не остался без ответов.

Я шёл неспешно, так что приблизительно через час я вернулся к её дому. Она раскладывала на столе приготовленное мясо с хлебом и вином. Только вино уже было обычное, из сетевого супермаркета, долларов пять за бутылку.

- Как прогулка? Увидел что-то интересное? – спросила она меня, как только я переступил порог.

- Интересного ничего не нашёл, но зато теперь абсолютно все жители уверены на сто процентов, что между нами ничего не было.

- Ты даже не представляешь, как ты мне этим помог, да и не только мне, возможно, всему миру, - она рассмеялась, и жестом пригласила меня за стол.

Мы прекрасно пообедали. Даже весьма посредственное вино не смогло испортить идеально прожаренную говядину и свежий хлеб. Так же на столе были морепродукты, красная икра, всевозможные овощи и экзотические фрукты.

- Богато живёте, если судить по обеденному столу. Вы тут осетров выращиваете? И экзотические фрукты? – передай мою благодарность вашим фермерам.

- Это наш праздничный обед, мы не каждый день так едим, можешь мне поверить. Можно сказать, этот обед лично для тебя.

Я не придал значения её словам, хотя надо было, ведь от них явно веяло чем-то таким, что не сулило мне ничего хорошего.

- Прими мою благодарность, давно я так вкусно не ел.

- И ты прими мою благодарность, и благодарность всех нас. Мы тут очень рады гостям. К сожалению, гости тут не часто появляются, из-за нашей уединённости среди леса. До ближайшего города около пятидесяти километров.

После сытного обеда и обмены любезностями не грех и отдохнуть немного. Я помог убрать со стола, расположился у окна и стал читать одну из захваченных с собой книг. Ева ушла помогать в подготовке к грядущему празднику.

Я около часа почитал книгу, потом решил поискать, что почитать у неё в доме. Найти книжные полки не составило труда, там была всего одна, с пятью книгами. Четыре книги на латыни, и одна рукопись на неизвестном мне языке. В латыни я был не силён, так что воспользовался приложением на телефоне, так как интернета тут не было. Собственно как и сотовой связи. Четыре книги, название которых я успел перевести: «Часть себя, на часть его», «Древние культы», «Всё», и «После смерти». Все они были книгами по оккультизму. Две первые за авторством некоего доктора Людвига Ритсона, на двух остальных имя автора было содрано с книги. Собственно, я не сильно этому удивился, где культ, там и оккультизм. Как доберусь до интернета, нужно будет поподробнее узнать об этих книгах. Пока я листал книгу «Один из незримых», и смотрел на не самые приятные гравюры с изображением каких-то чудищ и танцующих среди деревьев людей, вернулась Ева.

- Кстати, я с утра хотел тебя спросить об одной вещи. Вчера ты сильно порезала палец, а утром от пореза не осталось и следа. Как такое возможно? У меня порезы несколько дней заживают, а о том, чтобы не оставалось даже следов и речи не идёт, - сказал я.

- Это один из многих плюсов проживания здесь, кое-кто заинтересован в том, чтобы мы жили долго и счастливо. Это место - своего рода симбиоз тех, кто здесь живёт сейчас и того, кто здесь жил задолго до нас. Когда-нибудь ты всё узнаешь, в своё время. Или ты уже всё узнал, если умеешь читать на латыни. У нас мирное сообщество, если тебе угодно можешь называть нас культом. Мы никого не убиваем, за более чем двести лет существования этого места, здесь никто не умирал. Для этого нам иногда, точнее раз в год, в день летнего солнцестояния, нужен такой человек как ты

Этот разговор мне переставал нравиться всё больше и больше. Это явно был какой-то культ. Но мне в любом случае хотелось узнать немного подробнее. Если они тут занимаются чем-то противозаконным, то я сообщу о них, когда доберусь до города. Но надо сделать это как можно быстрее, так как на улице уже стало темнеть. А бродить по ночному лесу в окружении членов культа - не лучшая перспектива.

- Звучит как раз как бредни члена культа. Кто-то, кто жил задолго до нас, нам нужен один человек раз в год, бла бла бла. Я же с самого начала говорил, что тут что-то нечисто. Если честно, у меня возникло желание поскорее отсюда свалить. А то я не знаю, чего и ждать от вашего гостеприимства.

- Тебя никто не держит, ты сделал всё, что от тебя требовалось. Можешь прямо сейчас покинуть мой дом и уйти. Сюда ведёт одна дорога, ты точно не заблудишься. Так же есть вариант номер два, ты можешь задержаться минут на тридцать, и я расскажу тебе нашу историю. Думаю, я могу тебе её рассказать. Хотя есть ещё вариант номер три, он же дополнение к первому варианту. Ты можешь собрать свои вещи и уйти прямо сейчас, а я дам с собой этот листок бумаги, - она достала из письменного стола аккуратно сложенный листок бумаги, - из него узнаешь всё, что тебе нужно. У тебя будет около часа на его прочтение, пока он не исчезнет.

- Уже начало темнеть, так что я, пожалуй, выберу третий вариант. А четвёртого варианта нет? Например, ты подвозишь меня до вокзала и в процессе рассказываешь мне свою историю.

- Я бы с удовольствием, но праздник не может пройти без главы культа.

Услышав это, я решил побыстрее оттуда убраться. Я взял листок у неё из руки, взял свой рюкзак, и вышел из дома. Вдоль дороги, ведущей в лес, по обе стороны стояли люди. Все в черных балахонах, с красным низом до колен и красными рукавами. Когда я проходил между ними, они все благодарили меня. Причём выглядело это всё довольно искренне, как будто я для них сделал что-то невероятное, какой-то подвиг. Через пять минут они все скрылись из виду. Никто за мной не гнался с огромными ножами и факелами в руках, так что я быстро успокоился и продолжил свой путь. Когда мы сюда ехали, мы свернули с асфальтовой дороги примерно километров за пятнадцать до деревни. Я отошёл меньше чем на километр от сборища сумасшедших, как услышал шум недалеко от меня. Я присмотрелся и увидел лису, идущую параллельно со мной и смотрящую, не отрываясь, на меня. Я никогда не был большим знатоком повадок лис, так что не придал этому никакого значения. Идти предстояло не мало, и я решил скоротать время за чтивом той бумажки, которую мне дала Ева, не отвлекаясь на ерунду.

Чернила она выбрала какие-то светлые, совершенно не контрастировавшие с белым цветом бумаги. Света заходящего солнца не хватало, и мне пришлось воспользоваться почти разряженным смартфоном в качестве фонарика, чтобы рассмотреть написанное. Идти нужно было прямо, так что заблудиться я бы не смог при всём желании, и я мог сосредоточить всё своё внимание на записке. Я достал её из кармана джинсов, аккуратно развернул и приготовился читать. Тут я вспомнил её слова об исчезновении листка бумаги спустя час. Я решил на всякий случай записать текст из листка, и всё, что со мной случилось на диктофон, чем сразу и занялся. Шум шагов стал заметно громче, я посмотрел и увидел, что вместо лисицы, там шёл волк, и так же пристально смотрел на меня. Эта здоровенная тварь определённо представляла для меня опасность, надо быть настороже. Я поднял страшного вида дубину, лежавшую на обочине дороги, закинул её на плечо, и начал читать.

Начало текста меня, мягко говоря, сильно удивило, а к концу я был действительно напуган, как никогда до этого.

«Привет, Майкл. Если ты держишь в руках этот листок бумаги, то ты, скорее всего мёртв. Причём помер ты, надо сказать, очень мучительной смертью. Шучу. Если читаешь, то ты покинул нашу общину, и мирно шагаешь в сторону цивилизации в свете луны. Я приплыла на этот континент из далёкой страны более трёхсот лет назад. В моей стране я была главной жрицей храма многоликой Кахорлеки, богини плоти и правды. Она давала нашему городу прекрасные урожаи, отличный улов, и быстрое восстановление от ран, ты это заметил. Несколько раз в году мы приносили в жертву животных и птиц. И один раз в год, всего один раз, за все блага, что она нам давала, мы приносили в жертву одного человека, не силой, а по его собственному желанию. В соседнем городе в это время построили католическую церковь, и спустя десять лет меня обвинили в ереси. К нам в храм пришли вооружённые люди с крестами и начали всех убивать, выжить удалось только мне одной. Мне пришлось бежать на первом попавшемся корабле, заплатив много золота. Во время плавания вокруг меня умирали люди, много людей, от неизвестных болезней. Моя богиня не оставляла меня ни на мгновение, и все болезни обошли меня стороной. Измученные лихорадкой люди это видели, стали задавать много вопросов. Кто-то стал обвинять меня в колдовстве, а кто-то просил присоединиться ко мне. В итоге к концу поездки выжили только те, кто поклялся служить Кахорлеки, шестьдесят пять человек. Мы ушли далеко от берега, и от других людей, и основали это поселение. Мы построили алтарь в честь многоликой Кахорлеки, и стали жить, получая всё, что нам требуется. Спустя три века, здесь живут те же люди, которые приплыли со мной на том корабле. Но потребность в жертвоприношениях раз в год осталась, изменилась лишь одна вещь. Мы поняли, что они не обязательно должны быть добровольными. Теперь немного подробнее о ритуале жертвоприношения. Я уверена ты очень хочешь это знать. Всё очень просто, думаю, ты уже частично разобрался во всём. Многоликая Кахорлеки – богиня не только плоти, но и правды. В конце дня жертвоприношения она забирает к себе плоть того, кто больше всех лгал в этот день. Мы все благодарны тебе за твою жертву, Майкл Винтмар третий».

И тут я понял, что тот волк, шёл рядом со мной не просто так. Я посмотрел в его сторону, но это был уже не волк. Это была огромная кошка, смотрящая на меня горящими, голодными глазами, с черным телом, и красными лапами.

Конец записи.