мы признались друг другу. а потом он позволил другой девочке ставить засосы.
«Иногда предательство занимает всего одну минуту. И остаётся в голове — на месяцы.»
Это началось максимально странно.
Я просто сидела дома. И тут — звонок.
Матвей.
— Соня, ты мне нравишься.
Я чуть телефон не выронила.
— Окей...
— Это взаимно?
— Нет.
Я сама охренела от этого "нет", но сказала как есть.
А потом — вечер. Гуляем компанией.
И вдруг мои друзья приводят к нам в хлам пьяного Матвея.
Он почти не разговаривал. Просто сидел и смотрел на меня. Постоянно.
Я ушла домой, но осадок остался. Странный.
Потом — переписка.
Через пару дней пошли бухать. И вот тогда всё как будто щёлкнуло.
Было весело. Очень. Настолько, что мы начали пить каждый день.
Смеялись, тусили, обнимались, лежали друг на друге. Было по кайфу.
Я смотрела на него — и поняла, что он мне реально нравится.
А по нему это было видно. Без слов.
В какой-то момент стоим, ждём подругу у аптеки.
— Я тебе нравлюсь? — спрашиваю.
— Да, — отвечает.
— Взаимно.
— Ну, давай пососемся?
— Я не целуюсь без отношений.
— Да похуй.
Вот тебе и вся романтика.
Но мне было не похуй.
На следующий день — новая гулянка.
Мы отошли с девчонками, а когда вернулись, я увидела,
как он сидит, а какая-то девушка из компании ставит ему засосы.
Он смотрит на неё и говорит:
— Ставь ещё.
У меня в голове просто всё оборвалось.
Я развернулась и ушла.
Слов нет. Только тишина и злость.
А на следующий день он начал оправдываться:
— Это не она, это был мальчик.
Но я всё видела.
И пьяный ты или нет — это не оправдание.
Я заблокировала его везде. Он писал моей подруге, извинялся, звонил.
А я приходила в компанию, здоровалась со всеми,
только не с ним.
А он сидел, смотрел на меня. Грустно. Молча.
В глазах было "прости", которое не прозвучало.
Потом я однажды сидела на кухне и пересматривала фотки.
И мне стало обидно. За нас.
Поняла, что и я не святая.
И захотелось вернуть хотя бы общение.
Когда ехала на отдых — всё-таки написала.
Мы помирились.
Остались друзьями. Сейчас — просто кенты.
Он встречается с моей знакомой.
А мне уже абсолютно похуй.
Тогда это была просто недельная интрига с хуёвым концом,
а сейчас — один из тех людей, с кем можно посмеяться.
И не вспоминать лишнего.