Глава 24: Коринн
Короля, видимо, не удовлетворили сегодняшние развлечения, поскольку он внезапно приказал устроить поединки. Пары для спарринга подобрали так, чтобы разжечь напряжение перед вторым испытанием. Начали с сильно выпившего Кая и крепкого Брэкстона, но даже алкоголь не притупил реакции Силовика. Несмотря на неуклюжесть, он легко побеждает и очаровывает дам, наблюдающих за каждым его движением. Пробираясь через толпу, я замечаю, как на арену выходят последняя пара: телекинетик Блэр и Пэйдин.
Она ведь работает с Сопротивлением. Чума, почти уверена, что это все подстроено, чтобы она проникла во дворец. А если ей всегда суждено было участвовать в Испытаниях? Я вспоминаю, как она столкнулась с принцем и спасла его от Глушителя. Они были на одной стороне. Теперь всё становится на свои места.
Пэйдин Грэй — живое воплощение лжи, как мой брат и Ленни.
Её удары накатываются на Блэр с яростью. Они могли бы использовать свои силы, и всё завершилось бы мгновенно. Пэйдин бы вылетела раньше, чем я доберусь до неё, ведь она всего лишь Примитивная, экстрасенс без...
Моё сердце пропускает удар.
Без настоящей силы.
Я почти смеюсь от недоверия. Какой же я была дурой, как и все остальные вокруг.
Она — Обычная. У неё нет никаких способностей.
Она не только солдат врага, но и играет важную роль в их планах, судя по тому, сколько раз она упоминалась в письмах моего дорогого брата. Её следующая цель очевидна — принц Китт. Она хочет проникнуть в его голову, но зачем, я пока не поняла. Зная, что скоро всё закончится, можно предположить, что Сопротивление готовит нечто грандиозное, гораздо большее, чем случайная бомба на балу. Заявление. И это станет возможно лишь потому, что Пэйдин даст им желаемое.
Он так поглощён зрелищем, что даже не замечает моего присутствия. Она, похоже, заворожила его, как и всех остальных. Пользуясь шумом аплодисментов, я приближаюсь к нему, опираясь рукой на его плечо и привстав на цыпочки, чтобы дотянуться до его уха.
Китт напрягается от моего прикосновения, но не оборачивается:
— Лоус, я думал, ты покинула меня.
— Ещё нет, Ваше Высочество, — шепчу я.
Я должна ему сказать. Обязана предупредить, иначе Обычные соберут силы, и все рухнет. Я могу не поддерживать короля, но если власть будет захвачена силой, это подтвердит, что лидера можно создать или навязать. Народ его не выбирает. И хотя народ — единственное, что имеет значение, две стороны противостоят друг другу, не давая жителям Илии права голоса.
— Ты пришла, чтобы закончить прерванный танец? — шепчет Китт с улыбкой.
— Нет, но мне нужно...
Чей-то взгляд впивается в меня через толпу. Ленни.
Он едва заметно качает головой. В его глазах — страх и мольба. Он Гипер и наверняка слышит, что я собираюсь сказать. Если я открою рот сейчас, он станет свидетелем моего предательства.
— Мне нужно поговорить с тобой. Можем уйти в более уединённое место?
Принц слегка поворачивает голову, чтобы встретиться со мной глазами, в его взгляде мелькает тревога:
— Конечно. Всё в порядке, Коринн?
— Да. Можем просто уйти на минутку?
Он кивает, и я позволяю ему идти впереди, когда мы направляемся к деревьям в саду. Если кто-то станет нас искать, все будет выглядеть так, будто Гвардеец уводит принца с празднества на небольшой перерыв. Вскоре мы оказываемся достаточно далеко от шума боя, и я, наконец, говорю:
— Ваше Высочество, творится что-то странное.
— Должно быть, это серьёзно, раз ты перешла на формальности, Лоус.
— Это связано с...
— Твоим братом. Он жив, верно? — Слова, которые я хотела произнести, застревают в горле. — Я видел его, когда ты оставила меня на танцполе. Вы так похожи, Коринн. Как я мог не заметить? — продолжает он со вздохом. — Не волнуйся, я ничего не скажу брату. Силовик никогда не узнает, что один человек всё же ускользнул от него. По крайней мере, не от меня.
— Ты и правда ничего не скажешь?
— Не скажу.
— Почему?
— Потому что это секрет, который я готов сохранить. Один из немногих, что у нас есть, — Китт подходит ближе. — Я понимаю, насколько это важно для тебя, и не скажу ни слова.
— Сколько же у нас секретов, принц? — Его улыбка выдаёт его: он пьян. Слава богам, возможно, завтра он ничего не вспомнит.
— Три.
— И какие же?
Он делает шаг:
— Фонтан и танец, который так меня заворожил, — ещё шаг, и я отступаю. — Твой мёртвый брат, вернувшийся к жизни как раз вовремя, чтобы увидеть тебя в этом потрясающем платье, которым тебе так нравится меня мучить, — последний шаг, и моя спина упирается в шершавую кору дерева. Его пальцы поднимают мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза, в которых пляшут огоньки — отражение его истинной силы. — И самый опасный из всех...
— Ты не думаешь ясно, Китт. Ты выпил слишком много вина.
— Я никогда не думаю ясно, когда ты рядом, Коринн. Обвиняй вино сколько хочешь, но алкоголь лишь обнажает правду.
Он прав. В этот момент кажется, что для лжи не осталось места. Я уверена, что он не обманет, как все остальные в моей жизни. Мой голос дрожит в такт сердцу, не зная, что выбрать: сбежать или остаться, чтобы услышать его ответ.
— Какой же наш самый страшный секрет, мой принц?
Этот титул, впервые сказанный вслух, притягивает его ещё ближе. Его глаза сияют, и, несмотря на ночной холод, вокруг нас становится тепло.
— Скажи это снова, Коринн, — его голос вибрирует на моей коже.
Я улыбаюсь:
— Это приказ?
— Лишь просьба, — выдыхает он.
Китт находится всего в нескольких дюймах от меня, и я шепчу:
— Мой принц, — смотрю прямо в его глаза, позволяя себе потеряться в этом взгляде и впервые сдаваясь ему. — Скажи мне, каков наш секрет.
Ответ прост: он склоняется, и наши губы сливаются.
Наши силы вспыхивают одновременно: нас обвивают прежде сдерживаемые пламя и молния. Не проходит и секунды, как небо взрывается, и c него обрушивается дождь, стуча по моей коже. Мы промокаем до нитки, но сейчас это неважно.
— Наш секрет — это мы, Коринн, — говорит он, целуя меня в челюсть. — И я сохраню его даже ценой своей жизни.
— А я клялась защищать тебя ценой своей, принц.
Он нежно убирает прядь волос с моего лица, позволяя дождю струиться по моим щекам.
— Я связываю себя c тобой обещанием.
В ответ я целую его, мои ладони обнимают его шею, а его руки — мою талию. Ещё одна молния разрывает ночное небо, словно отражая все мои чувства. Буря — знак окончания борьбы между разумом и сердцем.
Наследный принц дал мне клятву. Будущий король Илии связал себя... со мной.