Глава 22. Мэдди
Я справилась.
Я постояла за себя.
Мученицы Мэдди больше нет. Я выступила против Джейдена Хосслера. Отказалась от него. Порвала отношения с Итаном. И даже отправила Кэти сообщение, заверив, что я не против, если она будет встречаться с моим бывшим парнем. Я заняла активную позицию в своей жизни.
Так почему же тогда чувствовала что угодно, кроме облегчения?
Я всегда думала, что умение постоять за себя окрыляет. Превращает во взрослую бабочку с разноцветными крылышками, выпорхнувшую из кокона. На деле же я чувствовала себя отвратительно из-за того, что отказала Джейдену в тот день, когда он спешил в клинику, дабы сделать тест на отцовство. Ощущала себя настолько опустошенной, что, войдя в студию на следующее утро, практически слышала, как гремят мои кости внутри тела. До Нью-Йоркской Недели моды оставались считаные недели. Август перетек в сентябрь, и мой эскиз был завершен и утвержден Свеном. Сегодня мы должны были приступить к пошиву платья. Предполагалось, что модель уже направляется в офис. Свен сказал, что принял близко к сердцу наше обсуждение эскиза. И в итоге не только не внес ни единой правки, но и предложил использовать для показа платья обычную девушку. Под «обычной» он по-прежнему подразумевал девятнадцатилетнюю, до нелепости красивую модель с идеальной кожей и шелковистыми волосами. Но в отличие от большинства манекенщиц, она носила шестой размер. Будучи невероятно худой для остального мира, в модельном бизнесе она выходила за рамки стандартов.
Все, что мне осталось сделать, это наблюдать за производством платья до конца, этап за этапом.
– А вот и наша офисная подстилка. Разбирайте билеты, господа. Каждый получит свой сеанс, – провозгласила Нина, когда я зашла в студию. Кроме нас, никого не было. Все остальные сотрудники Croquis любили опаздывать. Вчера Нина достигла небывалого уровня стервы. Такого, который обычно приберегают для корейских школьных драм и дневных мыльных опер. Когда я спустилась вниз, чтобы купить салат, к моим ногам из сумки высыпались презервативы. Она засунула их туда, пока я не видела.
– Заткнись, Нина, – устало сказала я, рухнув на свое место и включив ноутбук.
Осознав, что я действительно ответила ей, моя коллега повернула голову и скривилась от отвращения. Сегодня она надела черное платье от Стеллы МакКартни в паре с «Лабутенами».
– Так теперь у тебя появился рот? Я имею в виду, не только для того, чтобы отсасывать важным шишкам? Удивительно.
Удивительно? О чем это она?
– В самом деле. – Я закатила глаза, сытая по горло ее грубым поведением. – Это клише «дрянных девчонок» осталось еще в начале 2000-х. Сейчас 2020 год. Хватит. Перестань стыдить меня за мелкий промах. Это становится слишком утомительным.
– Тебе так повезло не иметь никаких принципов, – невозмутимо продолжала Нина. – Держу пари, я тоже смогла бы достичь твоей должности, если бы позволила нужным людям заполучить частичку моего тела.
Я захлопнула ноутбук.
– Нина, – предупредила я, наконец-то внимательно взглянув на нее. Она запихивала в картонную коробку свои фотографии с бойфрендом-лоббистом. Ее глаза покраснели. Она… о боже, она собирала вещи.
– Избавь меня от своей победной речи, ладно? Как тебе прекрасно известно, вчера меня уволили. Свен лично вручил мне уведомление. Сказал что-то о том, как Джейден Хосслер обратил внимание на руководство персонала. Очевидно, он прочитал его вчера целиком, пока ждал в клинике каких-то результатов – чего именно, он не сказал. Надеюсь, это был анализ на хламидиоз. И пусть он окажется положительным. В любом случае, Джейден с великой радостью сообщил Свену, что я явно издеваюсь над тобой. – Она фыркнула. Но я знала, что она говорит о тесте на отцовство. – Неважно, мне все равно. Моим первым выбором для стажировки был «Прада», вторым «Валентино». А эта компания стояла на пятом месте. – Она быстро вытерла слезу, скатившуюся по кончику ее носа.
Встав, я направилась к Нине. Она схватила одну из коробок и повернулась ко мне спиной. Я дернула ее за рукав.
– Посмотри на меня, – резко сказала я. Никакого присутствия Мученицы Мэдди. Я злилась и полностью это осознавала.
Она опустила взгляд, качая головой.
– Нина. – Мой голос стал резче. – Ты действительно издеваешься надо мной.
– Я просто шутила! – воскликнула она. Чушь.
– Почему ты так меня ненавидишь?
Она подняла голову и окинула меня хмурым взглядом.
– А почему не должна? Посмотри на себя. У тебя кошмарный вкус в одежде, но ты чувствуешь себя так комфортно в собственной шкуре. Ты самый отстойный человек, которого я когда-либо встречала, без обид. И все же, наверное, самый любимый сотрудник Свена. Мужчины, подобно Джейдену Хосслеру, бросаются на тебя, занимаются с тобой сексом в туалете и увольняют ради тебя других людей. Для нашего возраста ты слишком далеко ушла, а ведь даже не училась в хорошем колледже. Кажется, будто… Ты так легко управляешь своей жизнью. Не знаю. Для двадцатишестилетнего человека это кажется ненормальным. Такое ощущение, что тебе постоянно подворачиваются легкие пути.
– Тебе не приходило в голову, что моя жизнь не состоит сплошь из единорогов, сердечек и выпечки? – К своему удивлению, я уже открыто кричала на Нину. – Я крайне не уверена… ну, почти во всем. Я живу в крошечной квартирке с собакой, на которую у меня аллергия. Моя личная жизнь – сплошная катастрофа, а будучи подростком, я потеряла маму, и так и не смогла полностью оправиться от этого. Чтобы забраться так высоко, я практически не вела никакой социальной жизни в течение последних пяти лет и сосредоточилась на работе. Стажировка была роскошью, которую я не могла себе позволить, если не хотела остаться бездомной. Вот почему Свен быстро продвинул меня по службе ценой пятидесятичасовой рабочей недели. Трава всегда зеленее через фильтр чужих страниц в социальных сетях. Никто не управляет своей жизнью. Во всяком случае, полностью. Все мы притворяемся, будто знаем, что делаем. А те из нас, кто делает это с улыбкой на лице, просто выглядят так, словно им все нравится.
Нина фыркнула.
– Ну, да, наверное, но…
– Нина, по отношению ко мне ты всегда была мелочной, ревнивой, неконтролируемой сукой. И я больше не могу и не позволю никому так со мной обращаться. Хватит. Если честно, ты, вероятно, заслуживаешь увольнения. Тебе пришло в голову набить мою сумку презервативами, черт возьми. Но знаешь что? Я не хочу, чтобы твоя безработица оказалась на моей совести, поэтому дам тебе один шанс. Я поговорю со Свеном, чтобы он разрешил тебе сохранить должность. Думаю, он прислушается, учитывая, что я тот самый объект издевательств. Но ты должна пообещать мне, что больше никогда не позволишь зеленоглазому монстру завладеть твоим ртом и говорить мне ужасные вещи. Зависть напоминает испускание газов. Она есть в каждом из нас, и она воняет, поэтому лучше всего сдерживаться или выпускать ее, когда никто не видит и не слышит. Я доступно объяснила?
Нина шокированно уставилась на меня, смаргивая слезы.
– Нина, ответь мне.
– Да, – прошептала она, все еще завороженная тем, как я все перевернула на сто восемьдесят градусов. – Обещаю. Я… Мне жаль.
– Так и должно быть.
– Ты права.
Повисла пауза.
– Зачем тебе это? – она потерла переносицу, поморщившись. – Ты мне ничем не обязана. Тем не менее ты все еще добра ко мне, даже когда поносишь дерьмом.
– Ох, – беззаботно вздохнула я. – Я делаю это не ради тебя. А ради себя. Хорошие поступки помогают лучше спать по ночам. Дело не в том, что я не страдаю от тех же симптомов, что и ты – ревности, душевной боли, неуверенности в себе. В целом это побочные эффекты жизни. Но недавно я поняла одну простую истину. Знаешь это пространство между реальностью и нашими мечтами? Именно в нем и кроется жизнь.
* * *
В конце концов, я не смогла этого сделать.
Уйти от Джейдена, не прояснив ситуацию, хотя знала, что мне будет больно вновь видеть его лицо. К тому же необходимо вернуть ему обручальное кольцо стоимостью в триллион долларов.
Хуже всего то, что это даже не было осознанным решением. Я не пошла по привычному пути: не позвонила или не написала ему, чтобы назначить время и место. Знаете, как поступил бы любой здравомыслящий человек. А просто отправилась к Джейдену после работы.
И надеялась – ладно, молилась, – что у меня будет несколько минут, дабы прийти в себя в его квартире (перевод: преодолеть нервный срыв и умыть лицо). Шансы играли в мою пользу. Мне известно расписание Джейдена, и оно включало посещение его родителей после работы, чтобы справиться о состоянии отца.
Швейцар в его доме, пожилой джентльмен по имени Брюс, знал меня в лицо и проводил внутрь. Думаю, в этом и заключалась положительная сторона того, чтобы быть самым отстойным человеком во вселенной, как меня окрестила Нина. Я не напоминала того, кто мог бы обчистить квартиру миллиардера.
– В последнее время мы с вами редко виделись. Мистер Хосслер стал немного грустным с тех пор, как вы перестали приходить. – Брюс повел меня к лифту. Я все еще хранила ключ от квартиры Джейдена со времен нашей первой попытки. Он так и не попросил его вернуть, а у меня не было настроения выходить с ним на связь. Я толкнула входную дверь, как раз когда на мой телефон пришло сообщение.
Свен: Плохие новости. Модель для свадебного платья мечты так и не появилась. Уехала на съемки.
Мэдди: Черт! Мы можем перенести на другой день?
Свен: У нас нет времени. Следует приступить завтра, если хотим все успеть. Разве у тебя не шестой размер?
Мэдди: Да. А еще я вдвое ниже ее.
Свен: Пришли мне свои мерки. Я подгоню их соответствующим образом, когда примадонна наконец-то соизволит приехать к нам на примерку.
Я написала свои параметры и нажала кнопку «Отправить». В течение следующего часа я устроила себе экскурсию по квартире Джейдена, запоминая каждую деталь, зная, что это мой последний визит. На этот раз по-настоящему. Азалий, как я и предполагала, нигде не видно. Ни в спальне, ни в ванной, ни в гостиной, ни на кухне. Наконец, я рухнула на его диван, уставилась в потолок и вздохнула. Не помню точного момента, когда заснула, но, открыв глаза и взглянув на телефон, увидела, что уже почти час ночи. А затем услышала, как Джейден возится с замком, и села прямо, распутывая волосы, прилипшие к засохшей слюне на моих щеках.
Я услышала, как его ключи упали на пол, следом раздался стон, а затем женщина, раздраженно пыхтя, подобрала их для него. Женщина.
На меня нахлынуло дежавю того дня, когда Джейден вошел в свою квартиру с незнакомкой. Я вскочила на ноги, готовясь к схватке. Не то чтобы она необходима. Мы больше не вместе. И вообще никогда по-настоящему не встречались. И все же я не могла не думать о нем как о своем мужчине.
– Стой прямо, – пробормотала женщина. Джейден икнул. Он пьян. Дверь распахнулась. И он ввалился внутрь в наполовину расстегнутой черной рубашке, его поддерживала стройная женщина, которая вцепилась в его плечо, дабы удержать в вертикальном положении.
– Быстро же тебе удалось меня забыть, – выпалила я, сжимая пальцы в кулак. Каждый мой мускул дрожал от гнева. – Снова.
Он поднял голову одновременно с женщиной. Они оба уставились на меня.
Кэти.
Это Кэти.
Боже, какая же я идиотка. Сейчас самое время положить обручальное кольцо на стол и бежать, будто от этого зависит моя жизнь. Тем не менее я словно приросла к полу.
– Ты здесь, – заметил он, не проявляя никаких эмоций.
– Ты… пьян, – парировала я, глядя на Кэти с извиняющимся, как я надеялась, выражением лица.
Она улыбнулась, прислонив Джейдена к двери, чтобы подойти и слегка обнять меня.
– Привет. Не волнуйся. Между нами нет никакой неловкости. Мой брат почувствовал себя немного хуже после работы и решил пойти выпить с друзьями. Я заглянула в бар, где они собирались, прежде чем отправиться домой, и застала его в таком виде. Подумала, что ему нужно хорошенько выспаться, прежде чем наступит похмелье.
– Здравая мысль, – кивнула я.
– Я оставлю вас двоих.
Кэти ушла, и остались только мы с Джейденом. Во всяком случае, с очень пьяной его версией. Я пребывала в ярости от того, что вселенная привела ко мне Хосслера в таком состоянии. Он едва был в сознании, когда я так много хотела сказать ему в тот момент, который должен был стать последним в нашей истории.
Я сняла кольцо с пальца. Это так странно. На протяжении тех недель, что мы притворялись парочкой, я старалась снимать его на работе, но мне нравилось демонстрировать его практически в любое другое время. Пока я ездила в метро, встречалась с друзьями и гуляла с Дейзи. Я видела, как люди рассматривали помолвочное кольцо, пока я держалась за поручень в поезде, или ловила такси, или листала страницу на электронной книге в ожидании своего времени у парикмахера. Я видела, как шестеренки в их голове приходили в движение. Как придумывались истории для этого впечатляющего кольца. Я любила эту часть больше всего. Догадки. И поняла, что моя свадебная одержимость связана еще и с моментом знакомства. Историей влюбленности. Мне хотелось усадить каждого из прохожих и рассказать им о Джейдене. О том, какой он смешной и великолепный. О том, как сильно он любит свою семью, как искренне заботится о племяннице.
– Я решила зайти и вернуть тебе это, – сказала я, протягивая ему кольцо.
Джейден проигнорировал мой жест, часто моргая, пытаясь сфокусироваться на моем лице.
– Оставь себе.
– Джейден…
– Продай его. Подари. Ты его заслужила.
Я покачала головой, мое сердце болезненно сжалось.
– Это слишком.
– Я все равно не приму его. – Пошатываясь, он прошел в гостиную, приземлился на диван и включил телевизор. Канал ESPN – его выбор по умолчанию. – Не могу даже смотреть на него.
Джейден выглядел таким измотанным, и я подумала, что спорить с ним об этом менее благородно, чем оставить кольцо себе.
– Послушай. – Я села рядом с ним, чувствуя, что он уплывает от меня, и мне захотелось бросить ему якорь. – Насчет Нины. Я ценю то, что ты пытаешься сделать, правда, но, пожалуйста, скажи Свену, чтобы он вернул ей работу. Она нуждается в ней, и я не хочу сама обсуждать это с ним.
– В чем она действительно нуждается, так в уроке хороших манер, – пробормотал Джейден, по-мальчишески хмурясь, глядя на телевизор. – И, возможно, в папочке, который оплатит все эти ее брендовые шмотки. Я заглянул на ее страницу в социальных сетях. Это снова порыв Мученицы Мэдди? Потому что я не потерплю подобного дерьма от твоего имени.
– Мы достигли взаимопонимания. – Я неосознанно надела кольцо обратно на палец, игнорируя заряд тепла, пробежавший в этот момент по коже.
– Это сделает тебя счастливой? – он повернул голову в мою сторону. Уязвимость в его выражении лица почти сломила меня. Я кивнула. – Хорошо. Она может сохранить свое место. Я поговорю со Свеном.
– Спасибо.
– Но еще я дам ему дружеский совет сделать тебя ее начальницей. Кажется справедливым, учитывая обстоятельства.
Я не стала спорить.
– Как твой отец? – осторожно спросила я. Невозможно оставить его в таком состоянии – пьяного, измученного и погрязшего в пучине страданий.
Джейден пожал плечами. Верно. Глупый вопрос.
– Просто хочу, чтобы ты знал, – я буду рядом с тобой и твоей семьей, несмотря ни на что. Как друг.
– Я не хочу быть твоим другом. – Джейден выдержал мой взгляд, протрезвев на долю секунды. – Я хочу быть для тебя всем. Хотя даже этого недостаточно. Так что спасибо, но нет.
«Он пьян, – кричал мне разум, а сердце рвалось к Джейдену. – Пьян в доску. В стельку. Напился до беспамятства. Он это не всерьез».
Я притянула его в неловкие объятия, целуя в шею, вдыхая аромат Джейден, разбавленный алкоголем.
– Ты просишь слишком многого. – Я грустно улыбнулась, прижавшись губами к коже за его ухом.
Я чувствовала его слова внутри своего тела, когда он ответил:
– Да, намного больше, чем заслуживаю.