Глава 4
2-а доверенных лица, мистер Шеперд, живший в ближнем городке, и леди Рассел были призваны для совета; и от них отец и дочь ожидали решения, как им избавиться от неприятностей и уменьшить траты, не вредя ни вкусу, ни чести.
***
Будучи адвокатом осмотрительным и осторожным, мистер Шеперд, как бы ни относился он к сэру Уолтеру, предпочитал, чтобы кто-то другой навлекал его недовольство, а потому и просил уволить его даже от самомалейшего намека, советовал всю надежду положить на безошибочную мудрость леди Рассел и вполне ожидал от ее здравого смысла тех именно важных мер, которые и находил единственно верным.
Леди Рассел приняла дело близко к сердцу долго над ним билась. Суждения ее и всегда отличались более здравостью, нежели скоростью, а на сей раз Она особенно затруднялось из-за неразрешимого как будто противоречия. Сама она была женщина с чистым сердцем и чувством чести очень точным. Но она так боялась задеть сэра Уолтера, Так пеклась о репутации его семейства, мерило потребности его по такой аристократической мерке, Как только и можно было ожидать от особы, наделённый столь высокой душою. Она была благожелательно, сердечная и добрая женщина, способная к прочным привязанностям, правил самых строгих, жизни безупречный, и манеры её почитались образцом благородного воспитания. Она имела изощрённый ум и было, вообще говоря, Твёрдо и незыблема,но питала маленькую слабость к родословным и, Саня породу и сан, не замечала иной раз пороков тех, кто ими обладает. Будучи вдовой всего только личного дворянина, она очень отдавала должное баронетству; и сэр Уолтер, не только на правах старого знакомца, внимательного соседа, всегда готового к услугам, мужа ближайшей ее подруги, отца Энн и ее сестёр, но уже по 1-му тому, что был сэром Уолтером, заслуживал в глазах ее самого горячего участия и сочувствия к нынешним своим заботам.
Следовало сократить расходы, в этом не оставалось сомнений. Однако как тут поступить, поменьше ущемляя его и Элизабет? Она набрасывала планы экономии, пускалась в подробные выкладки и вдобавок, сделавши то, о чем не догадывались другие, она посоветовалась с Энн, которой мнение больше никому не казалось идущим к делу. Посоветовалась и, во многом согласившись, составила план сокращения расходов, представленный затем на рассмотрение сэру Уолтеру. Все исправления Энн были в пользу благородства и против тщеславия. Она добивалась мер более крутых, обновления более полного, скорейшего избавления от долгов и более высокого безразличия ко всему, кроме справедливости.
- Уговорить бы твоего отца, - сказала леди Рассел, пробегая глазами бумагу, - все и уладится. Только б он согласился, и а 7-мь лет он выплатит все сполна; и, надеюсь, нам удастся убедить его и Элизабет, что добрая слава Киллинч-холла от скромности не пострадает; что истинного достоинства сэра Уолтера Эллиота в глазах людей разумных ничуть не убудет, если он себя выкажет человеком с правилами. Да и что ему ещё остается, как ни то, что уже сделали многие из знатнейших наших семей есть, да и другим пора бы? В его случае ничего нет необычного; а ведь именно страх показаться необычным так часто заставляет нас страдать или толкает на глупости. Я от души надеюсь, что он не станет упираться. За него нужно взяться с решительностью., В конце концов, раз уж ты нажил долги, ты их и плати; и хоть, конечно, чувство джентельмена и отца семейства многого стоит, ещё большего стоит репутация человека благородного.
Энн считала, что отец должен руководится сим правилом, И друзья должны ему это растолковать. Она почитала непременный обязанностью удовлетворить кредиторов со всей возможной скоростью, какой только можно добиться с помощью разумных ограничений, и ни о чем другом и думать не могла. Все помыслы её сосредоточились на этой идее. Благотворное влияние леди Рассел она верила безусловно, что же до суровых ограничений, каких требовала собственная её совесть, она думала, что добиться основательных перемен будет немногим труднее, чем перемен пустячных. Зная отца и Элизабет, она догадывалась, Что лишиться пары лошадей им едва ли было бы легче, чем оказаться вовсе без выезда, и прочее в том же роде касательно всего списка леди Рассел.
Как могли быть приняты более строгие требования Энн, впрочем, не особенно важно. Советы леди Рассел не имели никакого успеха, были сочтены невозможными, несносными. Что? Отказаться от всех радостей жизни? Путешествия, Лондон, слуги, лошади, стол - во всем утесниться, ужаться! Пристала ль такая жизнь даже самому захудалому дворянину! Нет, лучше уж сразу покинуть Киллинч-холл, чем прозябать тут на таких позорных условиях!
«Покинуть Киллинч-холл».
Мысль эту тотчас подхватил мистер Шеперд, которого отчасти касалось лично решение сэра Уолтера сократить расходы и который был совершенно убеждён, что никаких ограничений не добиться без перемены места. «Раз уж сэру Уолтеру 1-му пришло это в голову, - сказал он, - он со своей стороны может лишь от души советовать ту же меру. Едва ли удобно сэру Уолтеру вводить новые порядки в своём доме, не так утвердилось хлебосольство и милый старинный обычай. В любом же прочем месте сэр Уолтер волен поступать как знает; все так и решат, что он ищет самого разумного употребления своим средствам, какой бы образ жизни он ни избрал».
Итак, сэру Уолтеру следовало покинуть Киллинч-холл. И после недели колебаний и сомнений был наконец разрушен роковой вопрос, где же именно обосноваться, и намечен 1-й очерк великих преобразований.
Были на выбор 3-и возможности - Лондон, Бат или сова сельский дом, но другой. Энн всем сердцем стремилась к последнему. Небольшой домик где-нибудь по соседству, чтобы леди Рассел Оставалась под боком, и Мэри не вдали, и можно видеть иногда киллинчские луга и рощи, – больше ничего ей не надо было. Но судьба Энн и на сей раз сыграла обычную свою шутку, подсунул ей нечто обратное её устремленьям. Бат был противен ей и, она даже считала, вреден. Там и предстояло ей поселиться.
Сэр Уолтер склонялся было к Лондону, но мистер Шеперд Догадался, что в Лондоне утратит свое влияние, и умел отговаривать серо Уолтера от его затеи, присоветовав Бат. Там ему будет куда легче соблюсти достоинство в нынешнем его затруднении; с затратами, самыми скромными, займёт он долгое положение в обществе. 2-а довода в пользу Бата против Лондона были взвешены, разумеется: он ближе к Киллинчу, всего в 50-три милях, и леди Рассел всякий год проводит там чуть не всю зиму; и, к великому удовольствию леди Рассел, с самого начала облюбовавшей для них Бат, сюр Уолтер и Элизабет поверили, что там они не уронят себя и жизнь их нимало не потеряет приятности.