Столкновение
Драко и Гермиона молча сидели за кухонным столом. Они провели целый день вместе и не так уж много сделали. Несколько часов назад они наведались в небольшую маггловскую бакалею. Гермиона также настояла на том, чтобы прикупить Драко кое-что из одежды. Он собирался зайти домой следующим утром и забрать свои вещи, но до этого он не мог постоянно ходить в смокинге. Сейчас на Драко были простые штаны цвета хаки и обычная футболка.
На ужин Гермиона приготовила спагетти. Хотя ни у кого из них не было ни малейшего аппетита; день был настолько странным, что просто поесть казалось чем-то ненормальным. К её безграничному удовольствию Драко даже вызвался помыть посуду. Это было так необычно — быть замужем за Драко Малфоем и заставлять его делать что-то по дому! Если бы кто-то сказал ей об этом год назад, она бы громко рассмеялась прямо в лицо этому человеку.
Наконец, в девять тридцать вечера, Гермиона нарушила молчание:
— Пойду почищу зубы.
Драко открыл было рот, но просто кивнул. Он сам купил пасту, во время их забега по магазинам. Он поднялся на ноги:
— Я с тобой.
Ванная комната была прямо напротив спальни Гермионы. Драко прошел за своей женой, посмотрел, как она использует зубную нить, и последовал её примеру.
— Не помню, когда последний раз чистил зубы в одной ванной ещё с кем-то, — проронил он, выбрасывая использованную нить в мусорку.
— Должно быть в Хогвартсе, — кивнула Гермиона. — Помню, как Парвати и Лаванда вечно дрались за мою пасту. Невероятная глупость, если честно.
— У пасты волшебников вкус несколько резковат, — Драко слегка передернул плечами. — Ты бы тоже не захотела ей пользоваться, если бы почитала список ингредиентов. Представить себе не можешь, как часто я портил тюбик Гойла так, что потом его зубы покрывались мехом. Немного поколдовать, и класс зельеварения покатывается со смеху.
— Интересно... — проронила Гермиона.
Она взяла тюбик "Crest" и выдавила немного пасты на щётку. Гермиона передала его Драко, и тот вновь повторил её действия. Некоторое время они просто молча приводили себя в порядок.
— Что же, найду для тебя подушку и бельё, — сказала Гермиона, вытирая лицо.
Драко кивнул: сон на диване был одним из условий их тайной свадьбы. Единственная причина, по которой они так поспешно поженились, — безопасность. Отец не рискнул бы разлучать их в этом случае. Но Драко не собирался извлекать из своего положения никакой выгоды. Он хотел подарить Гермионе идеальную свадьбу, о которой она всегда мечтала, и то, что они были уже женаты, не означало, что он откажется от этой идеи. Если не обращать внимание на свидетельство о браке, они всё ещё, по факту, были лишь помолвлены.
Гермиона разожгла огонь в камине и застелила диван, сделав его настолько удобным, насколько это вообще было возможно. Мармеладка милым калачиком свернулась у подушки.
— Сейчас вернусь, подоткну одеялко, — Гермиона подмигнула Драко и удалилась в свою спальню.
Драко сбросил обувь и натянул пижаму, купленную сегодня: тёмно-серые штаны в черную клетку и иссиня-черный верх. Гермиона вернулась, облаченная в пижаму цвета слоновой кости.
— Спокойной ночи, — она несколько застенчиво поцеловала Драко в лоб.
Драко не знал, что заставило его сделать это, но он заставил ее сесть рядом и крепко обнял её.
— Спокойной ночи, — он чмокнул ее в нос. — Почитаешь мне сказку? — нерешительно спросил он.
Время было еще довольно раннее.
— Ну ладно, — улыбнулась Гермиона и подошла к книжной полке, когда Драко с неохотой выпустил ее из объятий.
— Вот эту, — она присела обратно к Драко. — История о Красной Шапочке, родители читали мне ее в детстве.
Она прочла сказку полностью и закрыла книгу. Драко задумался.
— Гермиона? — он чувствовал себя все более и более неловко с каждой минутой его женатой жизни.
— Да?
— Я тут подумал... Возможно, сейчас не время говорить об этом, но... Ты хочешь детей?
Гермиона, слегка порозовев, кивнула.
— Я тоже, — он мягко улыбнулся. — Я хотел сказать это ещё утром. Думаю, тебе будет приятно это знать. Я очень хочу быть отцом твоих детей и хотел бы, чтобы ты стала матерью моих. Я никогда не чувствовал ничего подобного.
Гермиона критически оглядела его:
— А ты повзрослел за последние месяцы.
— Вернее, за последние несколько часов, — мягко поправил он. — Знаешь, только этим утром я вспомнил, что сегодня уже первое апреля. Я чуть было не совершил главную ошибку в своей жизни. Я жалею...
— О чём? — Гермиона одними глазами просила его продолжать.
— Я жалею, что называл тебя грязнокровкой. Я жалею, что был таким идиотом в Рождество. Я жалею, что так боюсь своего отца. Я жалею, что не сказал о том, что люблю тебя раньше...
— Я знаю, — просто ответила она.
— Ты не думала, что если бы Антуана все еще мерзла где-нибудь в снегах тундры, у нас бы уже был медовый месяц? — спросил Драко, не встречаясь с Гермионой взглядом.
— Ты хотел сделать мне сюрприз... Куда бы мы поехали?
— Во Флоренцию, — грустно ответил Драко.
— Италия? Звучит изумительно!
Некоторое время царила тишина. Наконец, Гермиона нарушила молчание:
— Доброй ночи, Драко.
— Не возражаешь, если я тебя поцелую? — робко поинтересовался Драко.
— Конечно нет.
Он притянул её ближе к себе и коснулся губ своими. О, как он скучал! По губам его истинной возлюбленной... Его жены. С огромной неохотой Гермиона отстранилась и ушла к себе.
* * *
Драко задремал. Мармеладка свернулась калачиком рядом с ним и мило мурлыкала. Драко снились его мечты о будущем. Больше над ним не будут незримо властвовать эфемерные песочные часы. Теперь он был в безопасности. Он был... женат.
— Вот ты где, Драко, — мягкий, вкрадчивый голос прорвался сквозь пелену дремоты и разбудил Драко.
Он недоуменно огляделся, надеясь, что этот голос ему лишь приснился. В кресле перед камином освещенный лишь отсветами медленного, ровного огня с непреклонным видом сидел Люциус Малфой.
— Отец, — протянул Драко, заметив его присутствие.
— Вынужден признать, ты очень разочаровал меня, — угрожающе медленно отозвался Люциус. — Ты хоть представляешь, как ты опозорил меня сегодня?
— Не думаю, что ты хотел спросить именно это, — Драко чувствовал, как в его сердце одновременно закипели гнев и страх.
— Скажи мне, Драко, почему ты сбежал? — вопрос был таким простым, но ответить на него было невероятно сложно.
— Я сбежал, — Драко намеренно сделал паузу, — потому что понял нечто жизненно важное.
Люциус прищурился:
— И что же это?
— Я люблю Гермиону, — Драко поразился собственной смелости. Сознаться отцу — отцу! — в любви к кому бы то ни было, а тем более к такой «неподходящей» девушке, было весьма рискованно.
— Понятно... А она разделяет твою... симпатию? — Люциус говорил так тихо, что его голос был практически похож на урчание.
— Да, отец, — Драко изо всех сил старался нацепить коронную малфоевскую маску безразличия, унаследованную от человека, сидевшего перед ним.
— И ты уверен, что это именно то, что тебе нужно? Жить с... маглорожденной?
Драко прекрасно понимал, что в последнее слово вкладывался несколько иной смысл.
— Я сделал свой выбор, — Драко ждал, когда отцовский гнев наконец обрушится на него в полной мере, однако Люциус молчал. — Могу я задать тебе один вопрос, отец? — спросил он, зная, что очень рискует, но отчаянно надеясь на чудо.
— Слушаю.
— Ты любишь маму?
Они никогда не обсуждали чувства между родителями, и Драко до боли в сердце необходимо было знать, что его отец способен любить.
— Я знаю, к чему ты клонишь, Драко. Но это не то же самое.
— Почему же?
— У нас с твоей матерью были схожие родословные, схожее воспитание. Не имело значение, любим ли мы друг друга. Нам было суждено быть вместе.
— Любишь ли ты меня?
Сердце Драко тяжело билось в груди, пока он ждал ответа. За всю свою жизнь он ни разу не посмел задать этот вопрос.
— Да, Драко, люблю, — его голос был пугающе ровным.
— И я тебя, отец, — осторожно ответил Драко. — Я очень надеюсь, что ты сможешь понять мое решение... А возможно даже когда-нибудь и примешь его.
— Полагаю, ты не забыл о Брачном Контракте Малфоев?— Нет, отец, не забыл.
— Поскольку ты, очевидно, уже сделал свой выбор, ты... женишься на ней?
Сердце Драко резко провалилось куда-то в желудок. А точно ли новость о тайной свадьбе удержит отца от разрушения его, Драко, жизни?
— На самом деле... — договорить он так и не смог, а потому лишь молча поднял руку так, чтобы кольцо сверкнуло в отблеске огня.
Люциус шумно выдохнул:
— Ты уже женат?
— Прости меня, отец. Я не верил, что ты позволил бы нам пожениться, если бы я повременил со свадьбой.
— Понимаю.
Впервые Драко показалось, что он задел чувства отца.
— Отец... Ты злишься?
— Честно говоря, я думал, что буду злиться гораздо сильнее. Но ты мой единственный сын, Драко. Поступай, как знаешь.
— Значит..? — он не знал, как лучше спросить.
Драко готовил себя к совершенно другому исходу, а потому совершенно не знал, что теперь говорить.
— Значит, ты не отречешься от меня?
Люциус громко рассмеялся:
— Что? Ты думал, я выставлю тебя за порог вместе с вещичками? Заберу деньги? Драко, ты драматизируешь! Что я буду с ними делать?
Драко был в замешательстве:
— Серьезно? Никакого наказания? Даже анафеме не предашь? Ничего?
— Ты уже не ребенок. Мне больно говорить это, но мир меняется. Вероятно, мне не следовало так активно навязывать тебе Антуану. Вся эта затея была чрезвычайно запутанной. Если ты так сильно любишь эту девушку, вина за ваши страдания частично лежит и на мне. Раз я мог принять ее как собственную дочь тогда, в ноябре, я смогу принять ее и теперь. А потому, Драко, ты можешь спокойно возвращаться домой. Не стоит еще больше усугублять себе жизнь, сидя в этой дыре, которую магглы называют квартирой.
— Спасибо, отец, — второй раз за эти сутки у Драко защипало в глазах. — Доброй ночи.
— Доброй ночи, Драко.
Люциус бесшумно растворился в воздухе. Было три часа утра.
* * *
Уже в семь сон Драко снова потревожили. На этот раз гость зашел тривиально через дверь. Это был Гарри Поттер.
— Малфой, — тихо позвал он, заметив фигуру на диване.
— Поттер, — отозвался Драко, желая поскорее проснуться.
— На, почитай, — Гарри швырнул ему новый выпуск «Ежедневного Пророка».
На первой странице была большая статья... Собственно о нем, Драко. Заголовок гласил: «Драко Малфой бросил невесту у алтаря». Он вскользь проглядел статью и отложил газету.
— Ну? — спросил Гарри.
— Я, пожалуй, пойду разбужу Гермиону, — медленно отозвался Драко, чувствуя, что ее присутствие не помешало бы.
— Нет уж, я сам схожу, — отрезал Гарри, сверля Малфоя глазами.
— Знаешь, мне не очень нравится, что ты будешь лицезреть ее в кровати. Так что я сам справлюсь, — возразил Драко.
— Забавно, что наши мысли сходятся.
— Тогда просто постучимся.
— Отлично!
Парни спустились вниз, пересекли кухню, подошли к двери спальни Гермионы и тихо постучали.
— Что такое? — глухо раздалось из-за двери.
— У нас гости, — ответил Драко.
— У нас? — тут же насторожился Гарри.
— Да, у нас.
Гермиона вышла из комнаты в домашнем халате и прошла мимо парней на кухню.
— Доброе утро, Гарри, Драко. Кофе?
— Я сделаю, — отозвался Драко.
Присутствие Гарри сильно влияло на него: Драко необходимо было обозначить свою территорию. О, как классно будет сообщить этому придурку, что он женился на его лучшей подруге!
— Нет-нет, я сама.
Ну что же, пусть так. В конце концов, она хотя бы знала, как пользоваться этой кофемашиной.
— Гермиона, — мягко вмешался Гарри, — я принес свежий выпуск "Пророка". Думаю, тебе следует его прочесть.
— Может, ты сам прочтешь? Вслух? — попросила Гермиона, наливая воду в резервуар.
— Хорошо, — согласился Гарри и начал читать: — «Драко Малфой бросил невесту у алтаря. В ноябре все мы были потрясены новостью о поспешной помолвке Драко Малфоя и мисс Гермионы Грейнджер, магглорожденной волшебницы, лучшей ученицы, близкой подруги Гарри Поттера и ярой противницы Того-Кого-Нельзя-Называть. Сразу после Рождества мы были шокированы еще больше, узнав, что свадьбу отменили. Была найдена мисс Антуана Белловер, чистокровная волшебница, названная в честь дедушки по материнской линии (подробнее читайте на странице 7). Скрываясь от всего волшебного мира, Малфой и Белловер проводили время друг с другом, будучи страстно влюбленными. Бесконечно переключаясь с одной невесты на другую, Малфой бегал от Белловер к Грейнджер и обратно. Сейчас, по всей видимости, он снова с Грейнджер. Вчера, первого апреля Драко Малфой оставил мисс Белловер у алтаря. Все присутствовавшие были крайне поражены произошедшим. Первое, что сказала мисс Белловер в своем интервью: «Я рада, что все закончилось!» Хотя мы и не знаем точно, что она подразумевала под этим, мы видим, что мистер Малфой ведет себя крайне странно. Однако пока нашим репортерам не удалось поговорить с ним». Ну?
— Что «ну»? — усмехнулся Драко.
— Что это такое? — выпалил Поттер.
— Гарри, — нерешительно начала Гермиона, — мы с Драко любим друг друга.
— Правда? — пискнул Гарри, бледнея.
Гермиона кивнула:
— Правда.
— Так вы снова вместе? — спросил он, а затем нахмурился: — А тебе, — он повернулся к Драко, — все ещё нужно жениться!
Драко усмехнулся:
— Вообще-то, уже нет, — он не мог устоять.
— Не нужно? Почему? Нашел какой-то пункт в Контракте?
Губы Драко искривились в ухмылке. Как бы получше ему сообщить? Как посильнее огорошить Поттера новостью об их с Гермионой свадьбе? Он глянул на нее, как бы прося разрешения немного поиздеваться над своей жертвой. К его удивлению, улыбка Гермионы была точь-в-точь как его, словно она и сама хотела немного попытать друга этой новостью. Он приобнял Гермиону и поцеловал ее. Поттер тем временем смотрел на них, как на сумасшедших.
— Ты скажешь, или я? — наконец спросил Драко.
— Давай ты, — ответила Гермиона, стараясь ухмыляться не слишком широко.
— Поттер, позволь мне представить Гермиону.
— Прости что? Мне казалось, мы уже...
— Давай я перефразирую. Эта девушка, что стоит рядом со мной, не Гермиона Грейнджер. Перед тобой миссис Гермиона Малфой.
Медленно на лице Гарри проступило осознание.
— Когда вы..?
— Примерно через полчаса после того, как я покинул первую свадьбу.
— Дамблдор поженил нас, — добавила Гермиона, еще плотнее прижимаясь к Драко.
— Гермиона Малфой, — пробормотал Гарри, откидываясь на стуле. — Рон уписается кипятком!