Глава 17
ГЛАВА 17
— Знаете, я просто хотел ещё раз упомянуть, — предложил Кролик. — Возможно, мы могли бы попросить Грозовое племя о помощи, когда встретимся на Совете?
Однозвёзд позвал своего глашатая в логово, намереваясь обсудить приготовления к этой ночи. Вместо этого его шерсть зашевелилась, когда Кролик стал настаивать на разговоре о проблемах в племени. В туннелях между племенем Ветра и Грозовым племенем, завелись горностаи. Пытаясь изгнать их, Сумеричница пропала, а Ветерок был ранен; его переполняло горе, кажется, его мать погибла.
Ранее Кролик предлагал попросить Грозовое племя помочь избавиться от горностаев, но Однозвёзд отказался. И вот теперь он снова поднял эту идею. Однозвёзд должен был признаться себе, что Кролик исполняет свой долг, но в животе у него бурлила ярость при мысли о том, что ему придётся вернуться к своему слову, данному много сезонов назад, и признаться Грозовому племени, что племя Ветра не может справиться в одиночку.
Это обещание было дано Огнезвёзду, но предводитель отдал свою последнюю жизнь в Великой битве, когда коты Сумрачного леса прорвались в мир живых и попытались уничтожить племена. Лес всё ещё был потрясен гибелью стольких воинов. Выжившие же с трудом прощали соплеменников, перешедших на сторону Сумрачного леса. Эти воины не понимали намерений духов до тех пор, пока не стало слишком поздно, но многие выжившие всё ещё воспринимали их действия как предательство.
— Это первый Совет после Великой битвы, — укоризненно мяукнул он. — И впервые мы встретим Ежевичную Звезду как предводителя Грозового племени. Будут более важные вещи для обсуждения, чем наши трудности с горностаями.
Несмотря на отказ Однозвёзда, Кролик продолжал уговаривать его. — Если уж на то пошло, — заметил он, — больше воинов — больше прогнанных горностаев, разве не так?
— Мне казалось, я ясно выразился, — прорычал Однозвёзд. — Это проблема племени Ветра, и Грозового племени не касается.
Кролик недовольно моргнул. — Я знаю, что ты выбрал меня глашатаем, чтобы доказать свою правоту, — прорычал он. — Что коты, которые тренировались в Сумрачном лесу перед Великой битвой, заслуживают доверия и могут быть приняты обратно в племя. Но я помню, как сильно ты восхищался Хмуроликой и полагался на неё, и как часто прислушивался к её советам.
Однозвёзд почувствовал, как темнота окутывает его при воспоминании о Хмуролике, его верной глашатаи, не говоря уже о матери Грача. Он старался не думать о Великой битве, но смерть Хмуролики всё ещё преследовала его. Он уважал Кролика, но не мог полагаться на него так, как полагался на Хмуролику.
Он оскалил зубы. — Если бы у тебя была хоть доля мудрости Хмуролики, конечно, я бы тебя послушал. Но у тебя её нет!
Кролик вздрогнул от его гнева, но не ничего не ответил, и Однозвёзд понял, что зашёл слишком далеко.
— Тебе придётся заслужить моё доверие, — продолжал он, — как и каждому глашатаю, до и после Великой битвы. А теперь прими это: я дал тебе окончательный ответ по поводу горностаев.
Кролик выглядел разочарованным, но не пытался спорить дальше. — Кого ты хочешь взять с собой на Совет? — спросил он покорно.
— Нам нужны наши самые сильные воины, — задумчиво мяукнул Однозвёзд. — Остальные племена должны видеть, что мы хорошо восстановились после Великой битвы. Ты, конечно, пойдёшь, — продолжал он, обращаясь к своему глашатаю, — и Пустельга, и Грач. И я думаю — да, я думаю, мы возьмем Ветерка. Он...
— Ветерка? — Кролик прервался, его глаза расширились от удивления. — Однозвёзд, ты уверен? Он готов?
— Готов он или нет, он должен быть там, — ответил Однозвёзд. — Иначе это будет выглядеть так, будто я стыжусь его, прячу его, потому что он встал на сторону Сумрачного леса. Ветерок идёт с нами.
Кролик пожал плечами, но больше не спорил.
— Хохлатка, — продолжал Однозвёзд, называя ещё одну союзницу Сумрачного леса, — Верескоглазка, Осока и Утёсница. И два ученика тоже могут прийти. О, и Проныра. Этого должно быть достаточно.
Кролик нахмурился. — Ты действительно хочешь наградить этим Проныру? — спросил он. — После того, как он обвинил Ветерка во время бдения по Сумеричнице? Он хотел заставить нас поверить, что Ветерок убил свою мать!
Раздражение потревожило каждый волосок на шкуре Однозвёзда. Ему надоело, что Кролик его допрашивает, хотя часть его разума признавала, что это — важная часть обязанностей глашатая.
«Вообще—то он прав насчёт Проныры, — признался он себе. — Он сильный воин, но смутьян. Но я покажусь слабым, если отступлю сейчас».
— Да, Проныру, — ответил он. — Теперь иди и собери их.
Чернозвёзд открыл Совет, перечислив имена всех котов, погибших в Великой битве. Казалось, список растянулся на несколько сезонов, пока не были почтены все коты.
Когда всё закончилось, Однозвёзд поднялся на лапы. — Спасибо, Чернозвёзд, — начал он. — Боюсь, что я должен продолжить этот Совет, поделившись с племенами печальными новостями. Сумеричница погибла.
Собравшиеся на поляне с ужасом посмотрели на Однозвёзда. Однозвёзд почувствовал привкус гордости от того, что его воительница явно вызывает уважение у всех племён.
— Как это произошло? — спросила Невидимая Звезда, её голос был полон беспокойства.
— Она так хорошо сражалась в Великой битве, — добавил Чернозвёзд. — Трудно потерять её сейчас, после того как она пережила это.
Однозвёзд не хотел объяснять, но понимал, что скрыть беду, с которой столкнулось племя Ветра, невозможно.
— В туннелях между племенем Ветра и Грозовым племенем поселились горностаи, — мяукнул он. — Сумеричница...
Ежевичная Звезда прервал его прежде, чем Однозвёзд смог продолжить. — И, конечно, вам не пришло в голову предупредить Грозовое племя о горностаях.
— Я понял, что Грозовое племя уже знает о них, — ответил Однозвёзд. — На самом деле я прекрасно знаю, что вы знали, потому что ваши воины поймали моих, выходящих из туннелей на вашей территории. Надеюсь, вы с ними справились?
— Мы справляемся очень хорошо, — в голосе Ежевичной Звезды прозвучал намек на рычание, а шерсть на его плечах начала подниматься. — Мы удвоили патрули в этом месте, и...
— Ежевичная Звезда, сейчас не время, — ответила Невидимая Звезда; её голос был тихим, но наполненным авторитетом предводителя. — Однозвёзд говорил.
Однозвёзд не мог не наслаждаться обескураженным видом предводителя Грозового племени. — Как я уже сказал, — продолжал он, — в туннелях живут горностаи, и Сумеричница была в составе патруля, который пытался их прогнать. Она так и не вернулась домой.
Доложив, Однозвёзд собрался отойти, чтобы другой предводитель мог говорить. Но в тот же момент Проныра, стоявший внизу на поляне, поднялся на лапы. — Да, спроси у Ветерка, почему она не вернулась! — прорычал он.
Однозвёзд пришёл в ярость. Он понял, что Кролик был прав. После его диких обвинений во время бдения накануне вечером он поступил по—мышиному, выбрав Проныру для участия в Совете. Теперь он расплачивался за это.
— Проныра, держи язык за зубами! — воскликнул Кролик с места, где он сидел на корнях Большого дуба вместе с другими глашатаями.
— С чего бы это? — Проныра повернулся к нему. — Мы все знаем, что Ветерок был с Сумеричницей в туннелях, когда напали горностаи. Почему только ему удалось выбраться живым?
Несколько мгновений Однозвёзд не знал, что делать. Он боялся, что если прикажет Проныре вести себя тихо, то воин может не послушаться. Кроме того, было уже слишком поздно. Самые тайные дела племени Ветра становились известны остальным племенам.
«Подожди, пока мы вернемся в лагерь, Проныра, — подумал он. — Ты будешь ходить в рассветный патруль целую луну».
Пока он колебался, перешёптываясь, коты всех остальных племён повернулись и посмотрели на Ветерка. Сидя на Большом Дубе, Однозвёзд не мог услышать, что они говорят, но он видел, что это было что-то явно не доброе. Грозовое племя переговаривалось активнее всех, но Ежевичная Звезда не предпринимал никаких попыток остановить их.
В конце концов Ветерок вскочил на лапы и, к ужасу Однозвёзда, бросился прямо на Долголапа из Грозового племени.
«Нет! Ветерок, ты не должен нарушать перемирие!»
К его облегчению, Ветерок остановился перед воином, оскалив зубы в яростном оскале. — Если у кого-то есть ко мне вопросы, он должен сказать мне это лично! А не перешёптываться как трусливые мыши!
— Ветерок, прекрати сейчас же! — приказал Однозвёзд, но Ветерок либо не услышал его, либо предпочёл проигнорировать.
Спор с Долголапом продолжался, соплеменник Долголапа Ягодка присоединился к спору, обвиняя Ветерка и других воинов племени Ветра в слежке. На это раз Грачу пришлось встать между враждующими воинами, чтобы предотвратить стычку. Однозвёзд стоял на своей ветке, потрясённый, не зная, что ему делать.
Наконец Воробей, целитель Грозового племени, заговорил. — Была слежка или нет, но зачем Сумеричница и Ветерок вообще пошли в туннели?
Однозвёзд испустил вздох облегчения. Наконец—то какой—то кот задал разумный вопрос, вместо того чтобы бросаться обвинениями. — Я могу ответить, — мяукнул он. — Это всё из—за горностаев. И потому что у Пустельги было видение. Пустельга, расскажи им об этом.
Молодой целитель поднялся на лапы, нервно оглядываясь по сторонам: все повернулись к нему. — Я видел большую волну воды, — ответил он. — Она выплеснулась из туннелей и затопила племя Ветра. Очевидно, это было предупреждение.
На поляне воцарилась тишина, коты обменивались озадаченными или встревоженными взглядами. Во внезапно наступившей тишине Ежевичная Звезда подобрался к концу своей ветки и устремил на Однозвёзд свой янтарный взгляд. — Не собирается ли племя Ветра поделиться с нами видением? — потребовал он. — Это видение было не просто предупреждением для вас. Оно касается и Грозового племени, потому что некоторые туннели ведут на нашу территорию. Почему нам никто не сказал об этом?
С огромным усилием Однозвёзд сохранил своё быстро иссякающее терпение. — Это было видение для племени Ветра, чтобы предупредить моё племя. Неужели Грозовому племени так необходимо совать свой нос в чужие дела?
— Я не пытаюсь вмешиваться, — Ежевичная Звезда тоже явно старался сохранять спокойствие. — Но мы должны работать вместе, чтобы устранить угрозу, пока кто-нибудь не пострадал.
«И вот мы спорим опять, — уныло подумал Однозвёзд, пока Ежевичная Звезда продолжал настаивать на том, что их племена должны сотрудничать. Он начал задумываться о том, что Кролик был прав, и ему следует быть готовым к тому, что племя Ветра будет в союзе с Грозовым племенем. Это был бы способ почтить память Огнезвёзда и создать хорошие отношения с новым предводителем.
— Это всяко было бы лучше, чем эти постоянные препирательства».
Но прежде чем он успел заговорить, Львинолап закончил спорить с Ветерком.
«Благо их перепалка не переросла в драку», — с благодарностью подумал Однозвёзд. Оставшиеся коты были так встревожены, что другие предводители быстро сделали свои объявления, и Совет подошёл к концу.
Для Однозвёзда Совет ещё не закончился. Все трудности племени Ветра стали известны другим племенам: проблема с горностаями, вопрос о преданности Ветерка, видение Пустельги.
«Похоже, в нашем племени царит полный хаос, — подумал Однозвёзд. — Но это совсем не так... не так ли?»
Он готовился спрыгнуть вниз, когда понял, что Ежевичная Звезда всё ещё стоит на ветке рядом с ним, наблюдая за ним склонив голову и сочувствующим взглядом в глазах.
— Что? — прорычал Однозвёзд.
— Грач и Ветерок, похоже, испытывают трудности, — мяукнул Ежевичная Звезда.
Однозвёзд почувствовал, как шерсть на его плече начала подниматься, хотя тон предводителя Грозового племени был дружеским. Вспомнив, как два кота смотрели друг на друга в разгар спора, Однозвёзд вынужден был согласиться. — Вряд ли они первые отец и сын, которые ссорятся, — заметил он.
Ежевичная Звезда издал небольшой смешок. — Да, воспитание котят учит смирению, — пробормотал он. — Иногда это показывает тебе те части себя, о которых ты и не подозревал, верно, Однозвёзд?
— Конечно, это так, — Однозвёзд заставлял свой голос оставаться спокойным, даже когда отвечал на простой вопрос. Он никогда не испытывал трудностей с Верескоглазкой; они всегда были не только друзьями, но и родственниками. Так что же именно имел в виду Ежевичная Звезда?
В глубине живота Однозвёзда зародилось беспокойство.
Мог ли Ежевичная Звезда знать о Дымушке и Темныше?
Это было маловероятно, но не невозможно, понял Однозвёзд. Несколько воинов племени Ветра знали его секрет, и слухи могли распространиться, особенно во время Великого путешествия, когда племена были так близко друг к другу. Что, если замечание Ежевичной Звезды было его способом сказать Однозвёзду, что он знает, что имеет над ним власть? И что бы это значило, если бы у предводителя другого племени был его секрет?
«Какой же я был дурак, когда думал, что Ежевичная Звезда будет таким же, как Огнезвёзд! Хмуролика была права: нельзя доверять другим племенам! Надо было слушать её, а не этого наивного Кролика. У него столько же мозгов, сколько у котёнка в детской».
— Знаешь, Однозвёзд, — продолжил Ежевичная Звезда, — если у тебя проблемы, Грозовое племя готово помочь.
Паника билась в груди Однозвёзда, затрудняя дыхание, не говоря уже о том, чтобы складывать слова в предложения. — У племени Ветра всё под контролем, — наконец смог он выдавить из себя. — Нам не нужно, чтобы Грозовое племя совало свои лапы в наши дела!
Ежевичный Звезда был удивлён резким отказом Однозвёзда. — Если ты так считаешь, — мяукнул он, склонив голову в знак согласия. — Если передумаешь, ты знаешь, где нас найти.
Он спрыгнул с дуба и помчался через поляну, чтобы исчезнуть в кустах.
Однозвёзд медленно последовал за ним. Он не думал о Дымушке и Темныше уже много лун... но вдруг он не смог думать ни о чём другом.
***
Пламя обвилось вокруг Однозвёзда. Хотя он почти ничего не видел, он каким—то образом знал, что вернулся на старую территорию. Огонь бушевал на болоте, обжигая его подушечки и опаляя усы, если он подходил слишком близко.
— Дымушка! Темныш! — отчаянно звал он, но тут же его голос срывался, дым обжигал его лёгкие. Однозвёзд продолжал искать выход, буря разрасталась, пока из пламени не вынырнула белая фигура и не налетела на него, сбив с лап. Перед ним стоял рослый Темныш, его мощное тело было полностью белым, за исключением чёрных пятен вокруг глаз и чёрного хвоста. Его массивные лапы прижали Однозвёзда.
— Что происходит? — вздохнул Однозвёзд. — Темныш, ты в порядке?
Губы Темныша раздвинулись в неприятной ухмылке, он поднял лапу с выпущенными когтями. — Ты думал, что тебе всё сошло с лап? — спросил он и занёс лапу для удара по горлу Однозвёзда.
Однозвёзд проснулся, задыхаясь, он лежал в своём гнезде, пока сон постепенно терял свою хватку. Затем он услышал шум за пределами своего логова: вопли ужаса; визги боли.
Когда он выскочил наружу, на него прыгнула белая фигура, пытаясь свалить его с лап.
«Темныш — здесь? — недоуменно спросил себя Однозвёзд. — Неужели я всё ещё сплю?»
Внезапно в его памяти всплыло пророчество Камнесказа: «Ты узнаешь что это, когда оно начнёт охоту на тебя».
Может ли это быть сбывшееся пророчество?
Пытаясь сразиться с нападавшим на него существом, Однозвёзд огляделся вокруг и увидел целую толпу Темнышей, сражающихся с его воинами.
«Как такое возможно? — спросил он себя. — Ведь должен быть один Темныш».
Затем последние клочья его сна рассеялись, и он понял, что эти существа — горностаи; его смутили их белые тела и черные хвосты.
«О нет! Они нападают на лагерь!»