A California Love Story [P.M.]

Ночь опустилась на город, как плотная бархатная занавесь. Она не обещала покоя — только новое дыхание опасности. Хелена сидела в машине на переулке, взгляд устремлён на тёмную арку склада, где, по оперативной информации, должен был состояться тайный сбор верхушки мафии. Внутри – Пэйтон.

Она чувствовала, как что-то не так. Не просто тревожность — животное предчувствие, острое и цепкое, как зубы на горле. Всё складывалось слишком идеально: наводка пришла слишком легко, маршрут — открыт, камеры в районе вдруг «вышли из строя». Ловушка. Но Пэйтон настаивал, что должен пойти. Он доверял своим людям. А Хелена знала: среди его людей давно зреет предательство.

Сигнал в наушнике был коротким — один щелчок. Пэйтон вошёл. Склад — старое кирпичное здание на окраине, когда-то принадлежавшее фабрике по упаковке кофе. Теперь — арена, где вершатся грязные сделки.

Прошло тринадцать минут. Затем — вспышка. Хлопок. Ещё один. Выстрелы.

Хелена сорвалась с места, выскочила из машины, не раздумывая. Пистолет — в руке, глаза — в поиске теней. На бегу она перепрыгнула через ржавую сетку. Крики внутри. Мужские голоса. Паника. Звук стрельбы и приглушённый женский визг.

Она ворвалась через служебный вход. Скользнула вдоль стены. Воздух пропитан порохом. Её шаги бесшумны. Сердце — грохочет.

В дальнем углу — движение. Фигура падает. Вторая, тяжело дыша, уползает за ящики.

— Пэйтон? — её голос срывается на шёпот.

Из-за контейнера появляется его силуэт. Лицо — бледное, на левой стороне пиджака расползается алая кровь. Он держится за бок, шаги тяжёлые.

— Назад… — хрипит он. — Там снайпер. Хелен, это была ловушка.

— А я говорила, идиот, — она бросается к нему, обхватывает его под плечи. — Кто?

— Хадсон мёртв. Но кто-то из своих слил точку. Или Джейден...

Она стискивает зубы. Мысли мчатся. Это может быть началом конца. Либо началом чего-то совсем другого.

Квартира Хелены — теперь их временное убежище. Она вычистила следы, перепрыгивала по улицам, вела через подземную парковку. Он терял сознание дважды.

Теперь он лежал на её диване, без рубашки, окровавленный, но живой. Она обработала рану, наложила швы — всё, чему научилась в академии и на улицах. Его кожа была горячей, дыхание рваным.

— Ты с ума сошла, — прохрипел он, — привела меня сюда?

— А куда ещё? В участок? К тем, кто может быть в этом замешан?

Пэйтон усмехнулся, но в уголке губ выступила кровь.

— Ты всё больше похожа на меня.

— Видимо, это не комплимент, — она поправила повязку. — Кто именно стрелял?

— Думаю, кто-то из людей Мэрино. Или изнутри. Вижу лица, но не знаю, кому теперь верить. Все хотят кусок.

Хелена села рядом, руки всё ещё дрожали. Слишком близко. Слишком глубоко. Она уже не играла в офицера. Она спасала мужчину, в которого не хотела влюбляться. Но уже поздно.

— Почему ты пошёл туда, если знал, что риск огромный?

— Потому что война не выиграется без риска. А если проиграю — я хочу знать, кто меня убил.

— Умрёшь — мне не будет кого арестовывать.

Он посмотрел на неё — впервые без маски. В глазах — не дерзость, не привычное высокомерие. Боль. И тишина.

— Я не хотел, чтобы ты оказалась в этом. Не хотел, чтобы они охотились и за тобой тоже.

— Слишком поздно.

Он протянул руку. Касание — лёгкое, почти нечаянно. Пальцы коснулись её щеки.

— Если бы я был другим человеком… — прошептал он. — Я бы хотел тебя навсегда.

Сердце Хелены дрогнуло. Слишком честно. Слишком ранимо.

— Тогда будь другим. Хотя бы со мной.

Он усмехнулся.

— Я слишком испорчен. Ты не заслуживаешь такого.

— А ты заслуживаешь меня?

Тишина. Долгая. Он закрыл глаза. Сон, или побег от ответа.

На следующее утро Хелена проснулась первой. Он ещё спал, тяжело дыша, тело усталое. Но живое. Она смотрела на него, и внутри всё переворачивалось. Это уже не просто враг, не просто цель. Это — её выбор.

Телефон мигал. Сообщение от Джейдена:

«Ты была в районе склада. Камеры это видели. Зайди ко мне. Сейчас.»

Она застыла. Джейден знал. Или догадывался. Возможно, проверял её.

Она ушла на цыпочках, оставив на подушке записку:

«Я вернусь. Никому не открывай. Даже мне. Если не скажу слово: “ворон”.»

Кабинет Джейдена пах кофе. Много кофе. Обычно так было, конда он находился в гневе. Хосслер не поднял взгляд, когда она вошла.

— Где ты была?

— Работала.

— У тебя нет задания на ночную операцию. Я проверил.

— Вы сами учили: если хочешь поймать зверя — охоться, когда он не ждёт.

Он поднял глаза. В них — холод.

— Ты была на том складе. Камеры пишут тени. Ты — как раз та тень, которую я узнаю даже в аду.

Хелена молчала.

— Кто тебе сказал, что там будет встреча?

— Информатор. Неизвестный. Я проверяла. Но там уже всё было в огне.

Он подался вперёд.

— Пэйтон был там?

— Я не успела увидеть. Только тела. Слишком много крови.

— Ты помогаешь ему?

— Я всё ещё работаю на вас.

— Пока что.

Он бросил на стол папку. Внутри — фотографии. Склад. Тела. Один из снимков: силуэт мужчины, похожего на Пэйтона, опирается на женщину. Угол обзора — далекий, размытый. Но угадать можно многое.

— Пока что я держу это при себе. Но если ты врёшь — ты уйдёшь не только из полиции. Ты уйдёшь навсегда.

Когда Хелена вернулась домой — Пэйтона не было. Записка на тумбочке:

«Ворон услышал, и улетел. Не ищи меня. Пока ты — правда, а я — ложь, мы будем в разных мирах. Но я вернусь. Если ты всё ещё будешь на моей стороне.»

Она опустилась на пол. Одиночество сдавило грудь. Но она знала: это не конец.

Это выбор. Между правдой, которая может быть грязной, и ложью, которая умеет быть честной. Между долгом и сердцем.

И в этот раз — она не была уверена, что выберет долг.