4 Глава
Прошла ночь. Бесконечная ночь, разрывающая голову от пугающих мыслей. Темнота, облепившая ветки деревьев за окном комнаты, пробиралась под кожу Эсми, пыталась утопить дышащий жар.
Эсми серьёзно повезло, что родителей не было дома. Иначе, она бы дрожала не только от страха и непонимания, но ещё и от стресса. Все эти расспросы были для неё, как тяжкий груз, как комок нервов, затаившийся в душе.
И когда карие глаза застали рассвет, облегчение приятно смогло пропитать кожу. Иногда Эсми забывала моргать, даже не хотела этого делать. Она считала, что секундное движение глазами могло дать зелёный свет Теням на улице пробраться в дом.
«И что бы они сделали?», – затрещали слова на нервных окончаниях.
Сейчас – сидя за школьной партой – Эсми размышляла над этим вопросом.
Возможно, они бы просто забрали её в бездну боли и ужаса, стянули кожу и добрались до того самого свечения. Забрали его, а дальше освятили гнилые, червивые внутренности, чтобы, наконец, сделать полноценный вдох. А может, это бы их и убило.
За мыслями что-то громко позвало Эсми, но она даже не смела двинуться.
Звук стал громче и ближе.
– Эсми Миллер! – взревели рядом с ухом Эсми, и ей пришлось вернуться в реальность.
Она заторможено подняла голову: перед ней, злобно дыша, стояла учительница биологии. Миссис Лендер сжала пухлые пальцы на бёдрах, пытаясь сделать вид грозной женщины. Её лохматые брови недовольно сошлись на переносице.
– Повторите вопрос, который я спрашивала у Вас уже, кажется, четыре раза, – ядовито прошипела она.
Эсми смотрела прямо ей в глаза. В тёмную радужку.
Почему-то грудь наполнилась беспокойством, но не за себя.
– А что, если они захотят наведаться к ней... – тихо спросила у себя Эсми, чем ещё больше разозлила миссис Лестер.
Женщина насупилась, угол её наклона увеличился, и мог произойти взрыв, если бы Рик не решился ответить за подругу.
Миссис Лестер выслушала довольно-таки развёрнутый ответ и быстро кивнула.
– Вам очень повезло, что с вами учится такой способный ученик, Миллер, но я крайне недовольна Вашим поведением.
Когда женщина отошла обратно к своему старому столу, на углах которого отсутствовали части светлого материала, Рик шикнул Эсми. Его рука вопросительно указала на учительницу.
Эсми просто покачала головой, не желая отвечать, и начала активно переписывать всю информацию с доски, которой оказалось не так-то и много.
Стервятники всё ещё атаковали мозг. Глупые, даже абсурдные мысли лезли внутрь черепа, пробивая кости. Они купались в крови и подгоняли Эсми к неконтролируемой тревоге.
В спину упёрлась ручка, и Эсми пришлось повернуться. Лопатки прожгло током от прикосновения.
– Ты уже слышала о вечеринке? – Розали приветливо улыбнулась и игриво заиграла бровями.
– Вечеринке? – спросила Эсми, пытаясь вспомнить хоть что-то не связанное со вчерашними событиями.
– Эй, ну, ты чего? Зануда Грей сегодня устраивает вечеринку в честь приближающегося праздника, – Розали накрутила локон и так волнистых волос на ручку. – Наверное, думает, что его позор прошлой недели можно искупить шумной вечеринкой в гараже.
Эсми сдвинула брови.
– Пойдём?
– Ли... – протянула Миллер, уже понимая, чем может закончиться весёлая ночка.
Раскрывать своего сумасшествия ей уж точно не хотелось.
– Ну, пожа-алуйста, – Хейл сложила ладони в молящем жесте и протянула последнее слово.
Эсми понимала, если она откажет, то не сможет потом разобраться с кучей вопросов. А рассказывать друзьям о событиях вчерашней встречи с Марией ей уж точно не хотелось.
Она уже десятки раз задавалась одним и тем же вопросом.
«Почему встреча с бабушкой не может пройти, как встреча с бабушкой?»
Эсми хотелось кричать, когда она снова и снова слышала о тех самых людях, которые должны помочь, спасти от чего-то. Но никто ей не смог помочь. Даже того давно забытого человека с такими же, по словам Марии, силами не было рядом.
– Эсми?
Тёплая рука Розали приятно погладила плечо девушки.
– Да, конечно, Ли. Я пойду. Не могу же я тебя бросить, – заключила Эсми и поморщилась от резкого писка подруги.
В классе было достаточно шумно. Ученики даже не задумывались о сдающих нервах миссис Лендер. Что поделаешь, а слухи о вечеринке уже разошлись по всей школе.
Бедный Грей, наверное, и не думал, что глупое предложение обретёт такую популярность.
Гул продлился не долго. Лязг от удара мела по столу заставил всех уставиться на женщину. Она приказала всем замолчать сию секунду. Её глаза пробежались по подросткам и остановились на Розали, которая до сих пор была полна радости от согласия подруги.
Хейл нервно сглотнула и открыла рот, чтобы извиниться, но заметила, как злобные глаза миссис Лендер на несколько секунд захлестнуло беспокойство. Спутанный резким присутствием испуг.
– Миллер, как ты себя чувствуешь?
Рик оторвал скучающий взгляд от учебника биологии и окинул быстрым взглядом Эсми. Он чуть ли не вскочил с места. Его рука начала копошиться в рюкзаке в поисках салфеток.
– Эсми, у тебя кровь, – прозвучал его взволнованный голос.
Эсми мотнула головой, сразу же проверив кисти на наличие символов или сферы. Ей повезло. Ничего не было.
Несколько крупных капель крови плюхнулось на внутреннюю сторону левой ладони. Эсми тут же закрыла нос.
– Чёрт, – она спокойно встала с места. – Прошу прощения, мне нужно выйти.
Женщина даже не успела отреагировать, как дверь уже тихо хлопнула, пропуская Эсми в тихий школьный коридор. И тут разум совсем поплыл. Эсми показалось, что ноги облепил еле видимый дым, а реальность начала стираться с каждым её шагом.
Она быстро шла к школьному туалету. Не с первого раза, но Эсми всё же удалось открыть злосчастную дверцу.
Внутри было пусто.
Покрасневшие от уже разбушевавшегося жара руки вцепились в раковину. Кровь, до этого медленно стекающая вниз по лицу, полилась, как из-под крана. Слабость тут же заполнила тело. Она тихо усыпляла разум.
Прошло около минуты, когда Эсми с трудом, но всё же смогла остановить кровь. Руки пытались смыть весь этот алый ужас с блестящей белой раковины.
– Да что со мной не так? – осипшим голосом поинтересовалась девушка, смотря на своё бледное отражение через зеркало.
Дыхание резко перекрылось. Просто оборвалось. Прямо сзади, в расстоянии пару ничтожных сантиметров, стояла Тень. Прислужница Тьмы повернула очертание головы, покрытое капюшоном, в сторону Эсми и мерцнуло глазами, которых до этого не было видно в темноте. Единственное, что смогла почувствовать Эсми от столь близкого присутствия существа – заглушающая тишина.
Поток стервятников в голове застыл в нашествии губящей тишины Тени. Эсми почувствовала противный писк. Не услышала, а именно почувствовала каждой клеточкой пылающего тела.
Волны лёгкой боли смешались с наслаждением и пропитали кровь. Эсми с трудом посмотрела на свои испуганные глаза в отражении. Радужка выпустила потоки чёрных сгустков по всему глазному яблоку. Даже белок скрылся за темнотой, боясь познать волны страха и подчинения.
Тень резко шевельнулась, пытаясь что-то донести до Эсми, но девушка оценила этот момент, как угрозу и зажмурилась.
Её крик видимо не был слышен снаружи. Он забился в грудной клетке, как испуганная человеком птица. Крик пытался пробить путь к горлу, но не мог. Просто бешено метался под тяжестью рёбер и дрожал. Его затянуло острыми ветвями мёртвых надежд на свободу.
Полупрозрачная сфера обвила руки Эсми, пока хозяйка не решила устранить врага. И как только сфера перебросилась на существо, всё стало на место: воздух очистился от запаха промокшей смерти, глаза приобрели привычный карий цвет, а Тень растворилась в полу. Только вот теперь зеркало над раковиной украшали крупные трещины. И как только Эсми смогла вдохнуть полной грудью, в уборную вбежала Розали с водой и полотенцем.
Она долго пыталась ввести код от шкафчика, который пальцы не хотели вспоминать, пока Эсми пыталась разобраться со своими внутренними демонами, стоя посреди школьного туалета.
– Боже мой, Эсми, что с тобой случилось? – обеспокоенное лицо светловолосой девушки приобрело ещё более испуганный вид.
Полотенце тут же опустилось под тёплую струю воды.
Ли поднесла ткань к лицу Эсми. Нос, губы и подбородок Миллер были обрисованы разводами крови, как старый грязный холст. Её руки с засохшей жидкостью алого оттенка тряслись, а волосы стояли дыбом.
– Ты вся дрожишь, – Розали пыталась говорить уверенно и успокаивающе, но не могла удерживать собственную дрожь под тяжестью боязливых цепей разума.
Эсми смотрела на подругу так, будто не верила, что теперь находится в помещении не одна.
– Вот так, – заключила Хейл, когда вытерла большую часть красных следов, и положила полотенце на край раковины.
Бутылка с водой попала в руки Эсми.
И тут она сдалась. Больше не было сил терпеть.
Слёзы покатились из карих глаз, которые несколько мгновений назад заполоняла чернота. Такая тягучая и непоколебимая. Она будто так и кричала: «Я намного сильней. И я смогу тебя заполучить».
Плечи резко поднимались и опускались. Эсми захлёбывалась в собственных эмоциях, она медленно села на пол, облокотившись о поверхность руками.
Холод обвил пальцы. Ногти тут же нашли сколькую поверхность и противно скрипнули по ней. Уже в течение двух месяцев Эсми пыталась подавить глупые эмоции и чувства. Ведь это всё не могло быть правдой. Она столько раз пыталась уверить себя, что ей кажется, но когда появились Тени, всё стало ещё труднее.
Эсми даже пыталась позвонить во «Дворец» и сообщить о своём состоянии, попросить помощи, просто, чтобы остаться под присмотром профессионалов. А потом её озарило: она будет одна в серой комнате, жар с удовольствием разорвёт руки, а тёмные существа съедят с потрохами.
– Я больше так не могу, Ли. Я так устала, – сквозь рыдания, пыталась донести свою боль Эсми. Её голос был на удивление, очень тихим. – Почему именно я? Почему Ричард нормально это переносил, а мне хочется сжечь себя, чтобы только всё закончилось?
Розали сжимала Эсми в объятиях и с жуткой тревогой пыталась найти нужные слова. Всего несколько мгновений назад она думала, что из-за стресса у подруги снова поднялось давление и пошла кровь из носа, но сейчас... ужас вцепился в горло и не желал отпускать такую сладкую жертву.
– Мне очень жаль, Эсми. Мне безумно жаль, – Розали знала, что Эсми больше всего в этом мире не переносит жалость, но ничего другого сказать сейчас не могла.
Эсми только сильнее прижалась к розовому худи подруги и зарылась лицом в горячую шею.
– Я пыталась поговорить с бабушкой, но она не переставала говорить свой бред! – воскликнула Миллер. – Один и тот же. Постоянно. Из раза в раз.
Ли взяла в руки лицо Эсми и аккуратно вытерла слёзы. Сердце сжималось от такого беспомощного вида близкого человека. Ей самой хотелось разрыдаться на этом холодном полу уборной, который уже напитался кровью и страхом.
– А потом появились они, и я не понимаю, кому мне верить. Это может быть правдой, и я не... я не могу... не могу, – плач перешёл в заикания.
Эсми пыталась выровнять дыхание. Жар под кожей потихоньку снижался, понимая хозяйку.
Розали заставила её сделать несколько глотков прохладной воды и вытерла мокрое лицо Эсми чистой частью полотенца. Карие глаза напротив были настолько красными и опухшими, что Хейл казалось, будто капилляры просто-напросто все полопаются.
Эсми приложила прохладную бутылку ко лбу и прикрыла глаза. Дыхание настроилось на нужный темп, и сознание постепенно начало проясняться, как и вся ситуация.
– Так, да, – тихим ободряющим голоском прошептала Розали. – Всё хорошо, Эсми. Смотри на меня. Здесь только мы вдвоём. Сейчас ты умоешься, и я позвоню твоим родителям. Хорошо?
Эсми схватилась за тонкую руку подруги.
– Нет, только не им. Пожалуйста, не поступай так со мной, – пробурчала Эсми и подтянулась к крану, цвет которого уже казался розоватым.
– Ладно, тогда я вызову такси, и отправлю тебя домой, – Розали придержала волосы Эсми, когда та ополоснула покрасневшее лицо.
Эсми хотела возразить, что сама вызовет такси, но резкая боль настигла виски. Ей пришлось зажмуриться и сжать виски.
– Ты сильно устала. Тебе необходим отдых. Не переживай, я договорюсь с директором, тем более есть учитель, который видел... – Розали помедлила. – Твоё состояние. Она подтвердит.
Невесомые поглаживания по сгорбившейся спине Эсми давали ей определённую дозу спокойствия за сегодняшнее утро.
Она не могла сопротивляться, не с таким состоянием. Ведь, Эсми не знала, что может случиться, если она примет решение остаться в школе. Мог кто-то пострадать.
В этот раз сфера могла отлететь не в зеркало, а в человека. И никто не знал, что тогда могло случиться.
– Да, хорошо.
Сложив полотенце и бутылку с божественной жидкостью, как думала Эсми, в рюкзак Миллер, Розали открыла дверь. Она вывела подругу в школьный двор – на их удачу он пустовал – и начала быстро тыкать по телефону.
Пока они ждали машину, Эсми опёрлась о дерево и глубоко дышала. Воспоминание о загадочном парне пришло с новой волной головной боли.
Розали нервно следила за дорогой, высматривая автомобиль. Она краем глаза заметила, как Эсми скатилась по коре дерева и сразу же приблизилась.
– Ли, мне нужно к бабушке. Срочно, – с трудом держа открытыми глаза, сказала Эсми.
Розали недоверчиво прищурилась и легонько встряхнула Миллер, чтобы привести в сознание.
– Ты уверена?
– Да, – еле слышный шёпот сорвался с сухих губ Эсми.
– Хорошо. Тогда сегодня, перед вечеринкой мы заедем за тобой и отвезём к мисс Брадберри.
Эсми нехотя отмахнулась рукой. Она не хотела, чтобы друзья волновались, а тем более расспрашивали. Очень уж хорошо она знала Рика.
– Это не обсуждается. Ты не пойдёшь туда одна. Мы будем рядом, милая, – Розали аккуратно обняла подругу и помогла дойти до дороги.
– Вы опоздаете к зануде Грею.
– Плевать, – даже не почувствовав попытку Эсми её подбодрить твёрдо отчеканила девушка.
Такси не пришлось долго ждать.
Розали усадила Эсми в салон и повторила водителю адрес. Как только послышался шум мотора, она показала телефон, чтобы Миллер была на связи и помахала рукой, на которой ещё были видны кровавые потёки. На что Эсми слабо улыбнулась и прижалась лбом к чистому окну.
Как же ей хотелось переместиться в комнату и упасть на кровать. Плевать, что белоснежное постельное бельё бы испачкалось в крови, которая снова пошла под конец поездки.
Пожилой мужчина поинтересовался, нужна ли Эсми помочь. Она отрицательно дёрнула головой и вышла из машины. Поблагодарив водителя, на шатающихся ногах добрела до входной двери.
Рюкзак вместе с телефон грохнулись на ковёр в светлой комнате Эсми. Девушка прижала к носу уже красное полотенце и рухнула на мягкий матрас.
– Пожалуйста, пусть это закончится.
Сразу же после этих заветных четырёх слов кровь перестала медленно вытекать из носа.
У Эсми не было сил умываться или переодеваться. Морфей настиг её мгновенно. Веки закрылись, и она провалилась в сон, тянущий за собой в кровавые воспоминания.
***
Как только за окном начал выступать пятнами сумрак послышался продолжительный гудок. Рик весело барабанил по рулю пальцами, прикручивая музыку тише. Розали, сидящая на соседнем сидении с кофе, нервно теребила локон волос.
В доме Миллеров же сохранялось удивительное спокойствие. Будто день назад не было ссоры насчёт сигареты, не было приступа Эсми.
Мелисса готовила ужин, виляя бёдрами под тихий звук джаза, доносящегося из гостиной.
Эсми проснулась за полчаса до прихода матери. Она быстро приняла ледяной душ, чтобы смыть с себя безжалостные воспоминания жара и тревоги. На глаза тогда снова навернулись слёзы, но под струёй воды, все капли становились одним потоком воды. Не важно, откуда они лились: из глаз или из лейки.
Мокрые волосы было принято заправить в пучок, а окровавленные простыни закинуть в стирку. Кровь очень даже легко оттерлась от пола возле лестницы и входа в комнату.
Мелисса удивлённо поприветствовала дочь, заметя, как та решила ближе к вечеру сделать уборку. Она не знала, что случилось с дочерью. Обычно директор звонил Джону, но сегодня звонка не последовала ни одному из родителей.
Эсми выбрала нужное время, чтобы не столкнуться с кучей вопросов.
Когда Мелисса готовила, остальной мир исчезал. Этим и решила воспользоваться младшая Миллер.
– Мам, помнишь, я писала тебе про вечеринку Грея? – спросила непринуждённо Эсми, понимая, что мать может купиться на лёгкий вопрос.
– Эм, не совсем, – легко ответила Мелисса, не решаясь отвлекаться от готовки индейки.
Она хотела взять в руки телефон и проверить, но мысль улетела со следующими словами дочери.
– Ты отпустила меня.
– Ты же будешь там не одна?
– Нет, конечно, – уже надевая куртку, сказала Эсми. – Рик и Ли будут со мной. Слышала гудок? Это они приехали.
Мелисса замерла, думая отпускать дочь или нет. С одной стороны, они недавно поругались, и отношения ещё сильнее портить не хотелось, тем более, она разрешила. С другой же, это было опасно, смотря на нынешнее состояние дочери и её резкие перепады здоровья.
И всё же она решила отпустить дочь проветриться.
Если бы она только знала, насколько глубоко было наплевать Эсми на вечеринку незнакомого парня. Эсми хотела поговорить с бабушкой и, наконец, всё выяснить. Во всём разобраться.
– Конечно, иди, милая.
Эсми содрогнулась. Она слышала два раза за сегодня это обращение.
«Милая» ассоциировалось с Марией. Напрямую. А от этого становилось ещё хуже.
– Спасибо, мам, – Эсми остановилась рядом с открытой дверью. – Люблю тебя.
Она так быстро это крикнула, что Мелисса сначала не уловила смысл фразы. А потом поднос с аккуратно нарзанной картошкой полетел на пол.
Как же давно этих слов не было слышно от дочери. И сердце сжималось, напоминая, в чём обвинила она Эсми день назад.
Эсми же быстро шагала к синей машине Рика. Тот опустил окно и весело замахал.
– Привет, больная, – с саркастичной ноткой бросил он. – Как ты?
Конечно же, никто не рассказал Рику о настоящем самочувствии Эсми. Он только получил сообщение о лёгком недомогании и всё.
Эсми любила своего друга, но заставлять переживать этот ужас ещё одного близкого человека, она уж точно не хотела.
– Рик! – воскликнула Розали, ударив парня в плечо. – Это не шутки.
Рик удивлённо посмотрел на обычно слишком возбуждённую какими-то новостями Розали и не узнал её. Она притаилась, смотрела в стаканчик с кофе и молчала.
Эсми погладила её по плечу, карие глаза показали, что беспокоиться уже не о чем.
И о, Всевольный, как же она хотела в это верить сама.
– Ну что, дамы, в путь? – спросил Рик, хотя уже нажал на газ.
В салоне машины сохранялась тишина, исходящая от людей, которую иногда перебивал певец с сильным голосом.
Эсми сжала в руках латте, которое ей купила Розали и начала следить за городом.
Маленькие дети, играющие в парке, энергично махали проезжающим машинам, ведя в своём собственном мире игру. Листья с небольшой силой отрывались от веточек и падали на ещё влажную землю. Слабый ветерок передразнивал кроны деревьев. Погода следила за своими помощниками, блаженно прикрыв огромные, пожухшие глаза.
– Эсми, а зачем тебе снова нужно во «Дворец»? – поинтересовался Рик, всё ещё отвивая ритм песни.
Эсми подумала над ответом несколько секунд.
– Бабушке стало плохо, и мне разрешили посетить её ещё один раз на этой неделе. Я сама удивилась, Рик, – пытаясь соблюдать спокойствие, ответила Эсми и отпила глоток кофе.
Жидкость приятно обволокла горло.
Розали обернулась на Эсми и улыбнулась уголком губ.
– Кстати, оказалось, что Грей всё-таки выдумал вечеринку, но всё зашло так далеко, что бедолаге теперь придётся как-то умещать сто с лишним человек в своём гараже, – пытаясь перевести тему, сказала Розали.
– Их только сто? – подметила Эсми.
Рик отвлёкся от «Дворца» и уставился на свою девушку.
– Он просто не хотел снова почувствовать воду из унитаза на своём лице, – усмехнулся он и фыркнул, вспоминая тех забияк, что обычно прилипали к Грею.
– Они просто идиоты, – сжимая стаканчик, проворчала Розали.
– Их надо поставить на место, указать кто главнее, – Рик вырулил к неприятному зданию.
– Это не так просто, Рик, – подметила Эсми, и мурашки пробежались по рукам из-за вида «Дворца».
Все трое вошли внутрь совершенно спокойно, они обменялись несколькими словами насчёт сада. Рик даже заметил, что, смотря на такой сад, в голову не лезет то, чем является это место, и кто в нём находится.
Эсми шла первая и старалась не разглядывать местность, чтобы случайно снова не заметить странного мужчину, застывшего под светом фонаря или злобную Тень, впускающая расслабляющий яд в вены.
Внутри здания как всегда было тускло и серо. Воздух будто выжигал слово «опасность» на лёгких Эсми, но крепкая ладонь Розали помогала чувствовать себя защищённой. Матильда сразу же узнала Эсми, вспомнив недавний звонок. Ещё тогда Эсми показалось странным, что она сильно не расспрашивала, и почти сразу же согласилась на очередную встречу с Марией. Даже сейчас врач без вопросов попросила Эсми пройти за ней на второй этаж.
Розали и Рик остались сидеть внизу и ждать подругу. Хейл даже обняла Эсми, пожелав удачи, при этом посмотрев так, будто отпускает её на битву с самым страшным существом в мире
«Удача забыла обо мне за эти два месяца, Ли», – мысли пронеслись перед карими глазами.
Матильда указала на дверь и с улыбкой пожелала удачи и... выслушать тех людей.
Эсми уставилась на врача, но та уже скрылась за стеной, поспешно потерев шею кончиками пальцев. Тревога начала пробираться в грудную клетку. Дышать стало труднее.
Обветренная рука надавила на блестящую в свете люстры ручку двери, и взору представилась интересная картина: внутри сидела Мария и спокойно разговаривала с... Эриком Хэммиком. Мужчина стоял спиной к Эсми и иногда кивал.
Никки повернул голову в сторону открывшейся двери и победно ухмыльнулся. Рука снова заболела, из-за чего парень почувствовал интерес и адреналин внутри.
– Игра началась, принцесса.