Часть 4 После встречи
Оставшись одна, Моника глубоко вдохнула и выдохнула. Руки всё ещё были напряжены, словно в невидимом боевом стойле, хотя разум уверял её, что встреча прошла безукоризненно. Всё по протоколу. Всё чётко. Всё правильно. И всё же... не так.
Она медленно закрыла планшет и отложила его в сторону. Ей нужно было собраться. Завтра — главное событие. Завтра все взгляды будут устремлены на сцену, на гостей, на организаторов. На неё. И на Артура Ле Крера, который каким-то образом сумел за один разговор изменить её внутренний настрой.
Телефон завибрировал на столе. Сообщение от ассистента:
"Моника, подтверждён список французских гостей от месье Ле Крера. Отправила вам на почту."
Она кивнула сама себе и принялась за работу, погружаясь в привычную рутину: сверка списков, корректировка посадочных мест, уточнение меню. Это спасало. Рутинные действия отгоняли лишние мысли.
К вечеру Моника чувствовала, как усталость начинает давить на плечи, но останавливаться было нельзя. Она распечатала обновлённые планы рассадки, отправила инструкции подрядчикам и написала Дэну, чтобы он подготовил короткую сводку по музыкальной программе.
Когда часы пробили девять вечера, она наконец позволила себе выключить экран и облокотиться на спинку кресла. Тихая пустота офиса была почти уютной. В таком молчании мысли звучали громче, и именно в этой тишине Моника впервые признала самой себе: встреча с Артуром задела её сильнее, чем она готова была признать.
Не влюблённость. Не симпатия. Скорее, осознание: этот человек — возможная переменная в её строго выверенной жизни.
Она поднялась, накинула пальто, бросила быстрый взгляд на ночной город за окном — и направилась к выходу.
В особняке Биллучи царила та же усталая тишина. Сад был окутан ночной дымкой, словно мир сам готовился к завтрашнему дню, который должен был стать особенным.
В своей комнате Моника долго не могла уснуть. В голове перекатывались кусочки их разговора, оттенки интонаций, тонкие взгляды между словами. Она пыталась убедить себя, что это всего лишь профессиональное взаимодействие.
Но где-то глубоко внутри она уже знала: завтра всё может измениться.
И вопрос был не в том, изменится ли.
А в том — будет ли она к этому готова.
Утро встретило Монику серым рассветом. За окнами особняка лениво плескался дождь — тонкий, мелкий, как шелестящая вуаль. Она поднялась рано, ещё затемно, чувствуя в теле ту самую пружинную собранность, которую обычно испытывала перед важными событиями. Всё должно быть идеально. Никаких случайностей.
На кухне её уже ждал аккуратно сервированный завтрак: тосты, кофе, немного фруктов. Она рассеянно сделала пару глотков, но еда казалась безвкусной. Мысли снова и снова возвращались к Артуру Ле Клеру. Как он будет сегодня себя вести? Станет ли придерживаться чётко очерченных рамок делового партнёрства — или попытается шагнуть за них?
Моника поставила чашку на блюдце с лёгким звоном. Пальцы её были холодными, несмотря на тепло кухни. Она поймала себя на том, что сжимает ручку чашки слишком сильно, и заставила себя расслабиться. Нельзя позволять эмоциям взять верх. Не сегодня.