Глава 8
Лиса вводит меня в какую-то комнату и зажигает свет. У стен от пола до потолка высятся стеллажи, набитые книгами в твердых переплетах, – похоже, они старинные.
– Это библиотека.
– Ого! – говорю я, не скрывая зависти. – Если бы это был мой дом, я бы здесь буквально жила.
Лиса смеется:
– Готова поспорить, что Розэ сюда никогда не заходит. Во всяком случае, не для того, чтобы читать.
То, что она как будто очень хорошо знает привычки и вкусы Розэ и прекрасно ориентируется в ее доме, тревожит и пугает меня. Даже желудок в узел завязывается. Что же такое между ними было? Остались ли в прошлом их отношения или продолжаются до сих пор? Если Розэ нравилась Лисе, то как ей могла понравиться я? Ведь трудно найти двух девушек, менее похожих друг на друга! С трудом сглотнув, я поворачиваюсь к своей спутнице.
– Ты, похоже, с ней близко знакома? – Задаю этот вопрос равнодушным тоном, хотя внутри все замирает. – А судя по тому, что происходило в гостиной, у Розэ на тебя есть виды. Вас что-то связывает?
Лиса выставляет вперед ладони, словно хочет, чтобы мой вопрос вернулся ко мне рикошетом.
– Эй, с чего ты вообще все это взяла?
– Ну просто ты водишь меня по ее дому, как по своему собственному. А она с удовольствием оторвала бы мне голову за то, что я пришла с тобой. Не хочу быть третьей лишней.
Лиса берет мои руки в свои и смотрит мне прямо в глаза:
– Ты не можешь быть лишней, клянусь.
Я отвечаю ей внимательным взглядом. Такого объяснения мне недостаточно. «Что-то» между ней и Розэ есть точно. Или когда-то было. Я вопросительно приподнимаю бровь.
– Ну ладно. Раньше мы с ней время от времени встречались, – сдается Лиса. – Я была тогда мистер Крутая Пловец. Этими свиданиями я не горжусь и не хотела бы повторения.
Я киваю. За честность я ей благодарна, но представлять себе, как они целуются, мягко говоря, не очень приятно. Не скоро мне удастся выбросить эту картинку из головы. Передергиваю плечами.
– Замерзла? – спрашивает Лиса. – Если хочешь, надень мой джемпер.
– Нет, спасибо, мне и так нормально.
– А как насчет тебя и меня? У нас тоже все нормально?
Секунду помолчав, я отвечаю:
– Да. Порядок.
Лиса выключает в библиотеке свет и выводит меня в длинный коридор.
– Может, партию в пиво-понг?
– Я раньше никогда не играла. Но готова попробовать, хотя пиво терпеть не могу, – признаюсь я, чувствуя, как ослабевает напряжение, возникшее из-за столкновения с Розэ.
– Я тебя научу, – говорит Лиса. – Могу даже пить вместо тебя.
– Было бы классно.
Мы возвращаемся в эпицентр праздника. Игра уже началась. Насколько я понимаю, суть в том, что люди по очереди бросают маленькие белые мячики в красные пластиковые стаканы с пивом, составленные треугольником на другом конце стола. Если попал – противник опустошает стакан. И так до тех пор, пока все не будет выпито.
Вряд ли из меня получится хороший игрок, но, раз уж Лиса согласилась поглощать пиво, предназначенное мне, я с удовольствием попробую. Ребята кидают мячики и пьют. Пьют и кидают мячики. Наконец против победившей команды выходим мы с Лисой. Она показывает мне, как нужно бросать:
– Вот так, легонько. Шарик должен лететь по дуге. Здесь важна точность, а не сила броска. Ну давай, попробуй.
Я кидаю. Мячик чертит в воздухе белую кривую и решительно плюхается в стакан.
– Молодец! Дай пять! – говорит Лиса в ответ на мой изумленный взгляд.
Парень на другом конце стола выпивает пиво и тоже делает бросок. Мимо.
– Давай опять ты, – подталкивает меня моя напарница.
Мой второй мяч попадает в цель. И третий, и четвертый, и пятый… Я ни разу не промахиваюсь, а наши противники, наоборот, постоянно мажут. Дело ясное: под конец игры они накачаются пивом до предела, а Лиса будет как стеклышко.
– Во дает! Зверь! И откуда эта девчонка только взялась?! – кричит Лиса после моего последнего броска.
Не могу сдержать улыбку. Мои отношения со спортом до сих пор складывались так плохо, что я всерьез считала своего отца бездарным тренером. Теперь я нашла то, в чем сильна. Это пиво-понг! Жаль, нельзя похвастаться перед папой таким спортивным достижением. Думаю, ему приятно было бы узнать, что я после стольких лет наконец освоила какую-то игру и даже приобрела статус звезды.
Айрин, наблюдавшая за моим восхождением на олимп, вызвалась сыграть с нами следующую партию.
– Берегись! – поддразнивает она меня через стол. – У нашей команды тоже есть козырь в рукаве. Открывать кеги с пивом она, может, и не умеет, но бросать в пиво мячи мастер!
С этими словами моя подруга ободряюще хлопает Сыльги по спине. Она делает бросок, а когда шарик погружается в один из наших стаканов, обнимает Айрин и начинает прыгать. Такой бурный восторг кажется ей излишним. Она снимает руки напарницы со своей шеи, делает шаг назад и просто стукается с ней костяшками.
– Получите! – вопит Сыльги. – Пей, Дженни!
– Я выпью, как и обещала, – говорит Лиса и поднимает стакан.
Она выручает меня таким образом весь вечер – с тех пор как я сказала, что ненавижу запах пива.
Прицеливаюсь и опять делаю бросок, достойный чемпиона, – впрочем, я теперь и есть настоящий профи. Сегодня мне везет необычайно! Кажется, не смогу промахнуться, даже если постараюсь. А вот от Сыльги удача отвернулась после первого попадания. Она глотает пиво, берет мяч и бросает, но тот ударяется о край стакана, отскакивает на пол и закатывается под диван. Сыльги становится на четвереньки, чтобы его достать.
– Хей! – досадует Айрин, обращаясь к её заднице, которая едва не вылезает из штанов. – Ты же говорила, что играешь хорошо!
– Я действительно играю хорошо, – парирует Сыльги и подтянув джинсы, передает шарик мне, – но Дженнт лучше.
Снова моя очередь. Я поражаю мишени одну за другой, противники чаще мажут, чем попадают. Я бы даже пожалела их, если бы мне не было так весело. Похоже, мне нравятся вечеринки старшеклассников. Хотя нет, погодите: я уверена, что они мне нравятся!
Вскоре мы побеждаем. Опять. Сыльги пожимает руку Лисы, а мне в знак мира показывает пальцами букву «V». После этого делает последний глоток и смахивает с губ пену. От выпитого пива у неё явно прибавилось храбрости: она поворачивается к Айрин и, широко улыбаясь, спрашивает:
– Потанцуем?
Она хмурит брови и смотрит так, будто готова её убить:
– С какого перепугу ты вообразила, что я стану с тобой танцевать?
Я посылаю ей многозначительный взгляд. Она закатывает глаза. «Танцуй», – говорю я, беззвучно шевеля губами.
– Ладно, – вздыхает Айрин. – Видно, без этого никак.
Физиономия Сыльги снова сияет. Она хватает мою подругу за руку и, петляя среди многочисленных гостей, ведет на импровизированный танцпол. Может, мы с Айрин сейчас думаем об одном и том же? О том, что школьные вечеринки – это весело и зря мы все эти годы на них не ходили.
Пока я любуюсь Сыльги, бешено скачущей вокруг Айрин, которая стоит как скала, у меня возникает чувство, что за мной тоже кто-то наблюдает. За углом я замечаю Розэ: она шепчется с какими-то девчонками. Я смутно помню их лица по начальной школе. Опять начинаю бояться, что меня раскусили. Но вдруг им просто интересно, кто я и откуда взялась? Или не одна только Розэ считает Лиса своей собственностью и недовольна тем, что она проводит время с незнакомкой не из их круга? А может, я напрасно забиваю себе голову? Трудно сказать.
– Мне кажется или на нас смотрят? – спрашиваю я у Лисы и очень осторожно киваю в сторону Розэ и компании.
– Они не на нас смотрят, а на тебя. – И сама не сводит с меня глаз.
Мои щеки вспыхивают.
– Именно так я представляла себе дискотеки в средних классах, на которые не ходила.
Сходство в самом деле есть: я болтаю с самой симпатичной девушкой в классе, а Розэ вынашивает план мести. Хочет напакостить мне, пока я с ней танцую. Например, облить меня свиной кровью, как в ужастике «Кэрри»
Лиса непринужденно усмехается. Взгляды девиц её как будто совсем не беспокоит, и я тоже стараюсь расслабиться.
– Ну нет. В средних классах было немного по-другому. Тогда все девочки стояли у одной стены, а все пацаны – у другой, и никто ни к кому не прикасался.
Я медленно отпиваю из стакана с розовой жидкостью и пристально смотрю на Лису:
– Ой, уж ты-то наверняка со многими девчонками перетанцевала. Например, с Розэ и ее подружками.
– Может быть, но танцем это назвать трудно. Скорее, мы просто терлись друг о друга.
– Фу! – восклицаю я. – Даже представлять себе не хочу, как это выглядело.
Лиса слишком хороша для этих безмозглых кукол, и мне противно думать о том, что какая-то из них к ней терлась.
– А по-моему, нельзя лишать себя таких развлечений, – отвечает Лиса и ставит мой стакан на стол. – Идем, восполним пробелы в твоем домашнем образовании.
Она выводит меня на танцпол, кружит за руку и притягивает к себе почти вплотную. Тут же забыв и про Розэ, и про ее козни, я кладу ладони ей на плечи. Она обнимает меня за талию и начинает покачивать бедрами. Я повторяю её движения. Мы смеемся.
– Вот что ты пропустила!
– Ужас! – говорю я, хотя на самом деле не очень-то ужасаюсь: танцевать по-настоящему – наверняка круто, но стоять так близко к Лалисе Манобан – еще круче.
– Это мое движение всегда имело успех, – негодует она. – А тебе не нравится?
– Я думала, в танцах нужно больше кружиться, – замечаю я.
Ну и ну! Я с ней заигрываю! Чудеса все-таки существуют. Лиса медленно и плавно разворачивает меня на триста шестьдесят градусов. Очень может быть, что при этом я выгляжу грациозно. Потом она снова прижимает меня к себе. Мое сердце так и скачет в груди, и её сердце тоже – я это чувствую. Все вокруг прыгают, а мы медленно переминаемся с ноги на ногу, и мне плевать, что у нас глупый старомодный вид. Еще никогда в жизни я ни с кем и ни с чем так не срасталась. Разве только с музыкой. Ни Розэ, ни ее друзей как будто больше не существует.
Лиса смотрит на меня, на мои губы. Боже мой! Сейчас она меня поцелует. Она наклоняется. Я делаю вдох. Закрываю глаза. Жду. И… Сыльги заключает нас обоих в свои объятия.
– Это лучший вечер моей жизни! – От девушки разит пивом, она вся вспотела и кажется совершенно счастливым. Указывая на Айрин, она орет: – Она меня поцеловала!
Я отыскиваю взглядом свою подругу. Та энергично трясет головой и при этом накручивает прядь волос на палец. Она всегда так делает, когда врет. Может быть, ее «нет» означает «да»?
– Еще раз такое скажешь – убью! – ревет Айрин.
Сыльги, улыбаясь, подбегает к ней. Она глядит на неё так грозно, будто сейчас ударит. Но она опять принимается за свой сумасшедший танец, и она начинает смеяться. Пару куплетов стоит и смотрит на её идиотские прыжки, а потом танцует с ней. Вид у Сыльги такой, словно она попал в рай.
Когда я поворачиваюсь, Лиса снова наклоняется ко мне. И целует. Этого поцелуя я ждала всю жизнь. Хочется в мельчайших подробностях запомнить эти секунды, чтобы хранить в памяти всегда.
Нет, самую последнюю секунду я запоминать не хочу. Губы Лисы отрываются от моих, и прямо у меня над ухом раздается голос Розэ.
– Кажется, я знаю, где тебя видела, – говорит она, многозначительно усмехаясь. – Ты, случайно, не училась в первом классе у мисс Эзлингер?
Да, мы обе там учились. Розэ наверняка поняла, что я и есть Кровопийца. Но признавать это я не собираюсь. Не дождется. Я расскажу Лисе про свою ПК тогда, когда буду готова, а не тогда, когда этого пожелает Пак Розэ. Я мотаю головой, но ничего не говорю, потому что боюсь голосом выдать охвативший меня страх.
– Хм! – произносит она, впиваясь в меня взглядом. – Забавно. Ты просто копия той бедняжки, которая заболела и больше в школу не вернулась. Болезнь у нее была какая-то странная: она не могла выходить на солнце. Забыла, как называется. Мы еще звали ту девочку Кровопийцей.
Лиса смотрит на Розэ круглыми глазами, потом поворачивается ко мне и смеется:
– Так вот почему, когда мы танцевали, ты глядела на мою шею как на вкусный стейк! Думала, я тебя завожу, а ты просто хотела заморить червячка!
– А что я могла с собой поделать, если ты такая притягательная? Особенно для нас, вампиров, – отвечаю я шуткой на шутку.
Шея у неё действительно хороша. И пахнет, по-моему, неотразимо – поджаренным миндалем и еще чем-то неуловимо привлекательным. Я бы ее и вправду с удовольствием куснула. А Розэ пускай поглядит.
Розэ открывает рот, чтобы еще что-то сказать, но замечает, что Лиса обнимает меня за плечи, а моя ладонь уютно устроилась в заднем кармане её джинсов. Тогда она разворачивается и уходит без единого слова. Кажется, пар валит у нее из ушей.
– Что это значит? – спрашивает Лиса.
Я пожимаю плечами:
– Твоя бывшая девушка какая-то странная.
– Никогда она не была моей девушкой! – протестует Лиса, но потом видит мою улыбку и прибавляет: – Смеешься надо мной, да?
– Ну если только чуть-чуть, – хихикаю я.
Она снова ко мне наклоняется, я перестаю дышать, закрываю глаза и жду. Ничего. Губы Лисы, вместо того чтобы дотронуться до моих губ, касаются уха.
– Хочешь, сбежим куда-нибудь? – шепчет она.
Я открываю глаза, улыбаюсь и киваю. Как будто я могу сказать «нет»! Я бы даже на Луну прямо сейчас согласилась полететь, если бы Лиса меня позвала. Мы уходим с этой вечеринки, чтобы устроить свою собственную.