Хранительница Времени

Без тайны человек не может жить,
Познать стремится он все тайны света.
И чтоб в природе самым главным быть,
Он свою душу обменять готов на это.

Виолетта ускорила шаг, но Северус был быстрее, хоть и не прилагал для этого сил, а все из-за роста. Все ученики и учителя с интересом проводили взглядами двоих, а затем вернулись к речи директора, не придав ситуации значения. И лишь одна пара сузившихся глаз еще долго наблюдала за дверью, через которую вышли Вайлет и Снейп.

Как только они вышли из зала, Северус настиг Виолетту и резко дернул ту назад за капюшон мантии. Четким движением Снейп за горло прижал Вайлет к стене и слегка приподнял с пола. Виолетта пожалела о том, что так сломя голову выбежала из Большого зала, не обдумав хорошенько свои действия. Но все тому виной ее неважное самочувствие после стольких происшествий и потрясений.

— Ах, ты маленькая тварь! – процедил Северус, слегка морщась и смотря прямо в глаза Виолетты. – Дрянная девчонка! Столько времени водила меня за нос.

— Я не понимаю о чем вы, – прокряхтела Вайлет, сделав перепуганное лицо. Из зала доносился шум разговоров, возгласов и аплодисментов. – Мне внезапно стало плохо, я поэтому вышла из зала.

Снейп лишь усмехнулся.

— Не строй из себя дуру. Я прекрасно знаю кто ты. Директор даже не отрицал моей правоты. Было весьма опрометчиво оставлять книгу в закрытой секции библиотеки. Даже при том, что она заколдована и скрыта от большинства глаз, – Северус снова попытался проникнуть в разум Виолетты, однако та успешно отбивалась, даже с приставленной к виску палочкой. В такие моменты холодный разум — единственное, что спасает тебя от смерти.

— Раз знаешь, так не забывай перед кем ты. – пригрозила та хриплым голосом и Северуса отбросило к противоположной стене. Явно шокированный таким поворотом событий, тот не сразу поднялся. А вот Виолетта, уже привыкшая к таким нападениям, встала и достала палочку из кармана. Другой рукой она вытащила из другого кармана механические часы и взглянула на время. Ухмыльнувшись, та положила их обратно, – Думаю, пары минут нам хватит.

Северус в спешке подобрал свою палочку. В глазах его читался страх, однако с лица не исчезло надменное выражение.

— Ты невнимательно читал книжку, Северус. Или ты думаешь, что мне отчасти 50 лет и я ни на что не способна? Мне по пять раз как 50. – Она улыбнулась, а сама припомнила случай в поезде. Еле заметно сморщила носик. – Чего ты хочешь? – спросила Вайлет и стала медленно, но верно подходить ближе к Снейпу. А ведь так и не скажешь, что такая хрупкая и милая белокурая девушка с такими невинными глазами оказалась человеком, который с лёгкостью может победить многих магов.

— Чтобы ты вернула Лили к жизни, – проговорил тот еле слышно.

Виолетта, поджав губы, шокировано уставилась и с силой сжала палочку. Брови ее нахмурились. Она не знала, что на это ответить.

— Поздновато ты, – прерывающимся голосом сказала Вайлет, – уже ничего не вернешь.

— Да что ты такое говоришь? – Снейп оскалился. – Вы ведь можете перемещаться в прошлое.

— Кто тебе такое сказал?

— Это было написано в книге.

— Черта с два это было написано в книге! – взревела Виолетта. Глаза ее было широко раскрыты.

— Не веришь? Так у тебя ведь точно такая же. – Северус, все ещё сидящий на полу, ехидно улыбнулся.

Виолетта остолбенела и вмиг побледнела. Вырванные страницы, недосказанные фразы ее наставницы, невозможность найти книгу и отказ в осмотре архива. Неужели ей все это время врали?

Виолетта выпрямилась и с вызовом глянула на Северуса.

— Почему ты так уверен, что в книге действительно написана правда? – она сузила глаза. Северус замялся. Вайлет, все поняв, улыбнулась и покачала головой. – Тебе кто-то сказал.

Северус хотел было что-то сказать в оправдание, но Виолетта продолжила свой поток мыслей:

— Здесь ты сильно промахнулся, дорогой мой. Я регулярно бываю в библиотеке и каждый раз проверяю ее снизу доверху, в надежде найти копию. И книги никогда не было здесь. – Виолетта вновь сузила глаза, брови ее были нахмурены.

— Не боишься, что я расскажу о твоих неожиданных визитах Альбусу Дамблдору или кому-то другому? – тот усмехнулся, стараясь держаться. Он, опираясь о стену, тихонько поднимался.

— И что вы мне сделаете? – насмешливо произнесла Виолетта и развернулась, больше не желая продолжать этот разговор.

— Так ты, видимо, не боишься заболеть? – с усмешкой спросил Северус, точно зная, что попал в точку.

Виолетта остановилась. Брови ее были вскинуты. На лице ее читалось удивление. Сделав взгляд полный безразличия, Виолетта развернулась и улыбнулась:

— Как видишь, мне это не грозит. – Она задумалась, а затем продолжила. – А теперь давай проясним некоторые моменты. Хочешь знать больше? Организуй встречу, в чем проблема? Не обязательно бегать за мной по всему замку, а затем душить. Я, знаешь ли, и обидеться могу. На этот раз я тебе прощаю твой необдуманный и вспыльчивый поступок. До встречи, Северус. – сказала та, ставя характерную точку в их разговоре. Она круто развернулась и направилась в Большой зал.

Пир был в самом разгаре. Столы только чудом не ломались от такого обилия блюд. Новые знакомые Виолетты уже почти доедали свои порции.

— Тебе уже лучше? – спросил обеспокоенно Гарри.

— Да, лучше. Просто столько всего навалилось за сегодня... – неуверенно произнесла Виолетта и потерла лоб тыльной стороной руки.

— Может всё-таки стоило остаться в Больничном крыле? – тревожно произнесла Гермиона и подвинулась, чтобы та смогла сесть.

— Нет, нет, не стоит.

Гермиона лишь промолчала и продолжила есть вареный картофель и курочку.

— Когда мы закончим есть, я, Рон и Гермиона пойдем поздравлять Хагрида с новой должностью, – начал Гарри, – Хочешь пойдем вместе, заодно познакомишься?

— Нет, спасибо. Пожалуй, не буду вас тормозить, я ведь только пришла. А вам я вижу, не терпится к нему отправиться, – она натянуто улыбнулась. Гарри улыбнулся и кивнул.

Вайлет неимоверно проголодалась. Все сегодняшние события сильно потрепали ее нервы, поэтому теперь она с остервенением, но сохраняя приличие, откусывала кусочки еды.

Гарри, Рон и Гермиона отправились поздравлять Рубеуса с радостной новостью. Тот смахивал на помидор и с смятением рассматривал свои огромные ручищи.

Когда все наелись до отвала и пир закончился, все ученики встали и проследовали за старостами. Вскоре к Виолетте подошла и троица. Уставшие, но зато сытые гриффиндорцы поднимались по мраморной лестнице, затем свернули в один коридор, другой, поднялись по сотне ступенек и очутились наконец у своей башни. Полная Дама в розовом платье спросила пароль.

— Входите, входите, – раздался из-за спин голос Перси. – Новый пароль — «Фортуна Майор»!

Переступив порог, Виолетта резко остановилась и губы ее медленно расплылись в нежной улыбке. И снова эта, уже успевшая стать родной, гостиная Гриффиндора. Как приятно было возвращаться в красно-желтую комнату, где хранилось столько воспоминаний. Будто бы сейчас Виолетта видит как сидя в кресле у камина она читает, разговаривает с друзьями, как за столом делает уроки, как здесь проводили ее день рождения. Виолетта была очень взволнована и воодушевлена, в потому слегка приподнялась на носочки.

Девочки попрощались с Гарри и Роном. Гермиона проводила Виолетту в комнату. Бурные разговоры тут же сменились тишиной, после того как в комнату вошли Виолетта и Гермиона. Парвати Патил — смуглянка с черными длинными волосами, и Лаванда Браун — румяная девушка с золотистыми волосами, о которых Виолетта узнала еще в поезде, уставились на девочек. Гермиона немного замялась, а Виолетта тихонько произнесла:

— Добрый вечер?.. – Лаванда и Парвати не сразу, но расслалибились и помахали руками. Виолетта познакомилась с девочками, в том числе с Келлой и Фэй. Затем все начали говорить о своем.

— Теперь ты будешь жить здесь, – сказала Гермиона и села на кровать. Чемоданы уже доставили. – Располагайся.

— Спасибо большое, – рассеяно произнесла Вайлет и принялась раскладывать вещи. Она подготовила сумку к завтрашнему дню и форму. А затем вымученно упала на кровать.

Гермиона, которая все это время тоже разбирала вещи, время от времени кидая взгляды на Виолетту, сделала то же самое. Перекинувшись парой фраз, они решили что пора ложится спать. Быстро доделав все свои дела и пожелав девочкам спокойной ночи, они легли. Остальные тоже решили последовать их примеру.

Виолетта дождалась, когда наконец утихнут бесконечные перешёптывания между Парвати и Лавандой и все уснут, и вышла из Гриффиндорской башни. Она быстренько спустилась по лестнице и прошла в кабинет МакГонагалл, в котором на этот раз должно было проходить собрание, ведь в этот раз слушателей должно быть больше.

— И как вы собирайтесь мне это объяснять? – спросила Виолетта, присаживаясь на стул рядом с Альбусом и смотря тому прямо в глаза.  Затем Вайлет перевела взор на потупившего взгляд Снейпа и слегка вздрогнувшую МакГонагалл. Не сказать, что Виолетта была разгневана настолько, чтобы проклясть всех в этой комнате, но по крайней мере злится, она даже имела право.

— Мы с профессором МакГонагалл приносим свои глубочайшие и самые искренние извинения, – тихо, слегка скрипучим голосом произнес Дамблдор. – Наша вина, что мы не смогли должным образом огородить вашу таинственность от ненужных личностей. – Он выразительно глянул на Северуса.

Виолетта выжидающе выгнула бровь.

— Это все правда. Я обратился к Дамблдору и МакГонагалл лишь после того, как все узнал. Мне нужно было подтверждение того, что сказанные слова правда. – произнес Северус.

Минерва смиренно сидела за столом и попивала светлый чай.

— Кто тебе все рассказал? – вопросила Виолетта.

— Этого тебе знать не обязательно. – брезгливо кинул Северус и хотел было отвернуться словно обиженный ребенок, но вдруг почувствовал чьи-то холодные пальцы на своем горле. Кислород больше не поступал в легкие. Снейп стал жадно хватать воздух ртом и походил на рыбу, выброшенную на берег. Виолетта прожигала его взглядом. Альбус и Минерва в недоумении смотрели то на Виолетту, то на Северуса.

— Мисс Вайлет, прекратите, пожалуйста. У нас нет запасного учителя Зельеварения. – с опаской проговорил Альбус.

Виолетта перевела взгляд на директора. Северус вдохнул кислород и осел на стул, стараясь отдышаться.

— Мы не знали, что делать с Северусом. – сказала Минерва, наблюдая за огнем в камине, – Потому уже собирались связаться с вами, как нам пришло оповещение о том, что вы и сами скоро отправитесь в Хогвартс.

— Хотели узнать, стирать ли ему память, ведь это может принести вам некоторые неудобства. – добавил Альбус.

— А вот об этом мы не договаривались, – встрепенулся Снейп.

Вайлет усмехнулась.

— Это ни к чему. Письмо из Главного Департамента мне не приходило, а значит, это было запланировано. Рассказать ему о Хранителях мог лишь сам представитель. Осталось лишь понять кто, правильно, Северус? – Виолетта ласково улыбнулась и глянула на него. Тот лишь скривил губы и отвернулся к камину.

— Я не помню имя и лицо. – Он прервался. – Не припомню даже во что он был одет.

Виолетта задумалась. Альбус и Минерва перекинулись с Северусом парой фраз и он благополучно покинул комнату. Все облегчённо выдохнули.

— Нам даже в голову не приходит, кто бы это мог быть, – призналась Минерва. Ее пустой взгляд смотрел куда-то вниз и она слегка качала головой, как бы подтверждая свои слова. – Все Хранители, о которых нас оповещали, вряд ли могли так поступить. Их голова была забита более важными вещами.

Альбус прокашлялся.

— А ведь Северус говорил про книгу. Однако, она уже много лет утеряна и не находится в нашей библиотеке. Ты об этом прекрасно осведомлена, – подтвердил Дамблдор.

— Я знаю, позже разберусь с этим. Но с этого момента следите за ним внимательнее, пожалуйста. – задумчиво пробубнила Виолетта, стукая пальцами по дубовому столу.

Затем Вайлет, наконец, рассказала о своем задании. Альбус задумчиво рассматривал чаинки на дне кружки и облизывал ложку с малиновым вареньем. Минерва все также безучастно смотрела в пол, размышляя о своём. Однако, когда услышала сами задания, поперхнулась чаем, но затем быстро взяла себя в руки.

Директор и учитель Трансфигурации пожелали хранительнице удачи и спокойного сна. Вайлет как всегда быстро упорхнула из кабинета, оставляя Альбуса и Минерву наедине для разговора о сегодняшнем дне.

***

На следующий день Виолетта встретила Драко Малфоя. Уже вчера из рассказов и разговоров учеников, Вайлет узнала кто это и о том, что вчера произошло в поезде пока она спала.

Она увидела его, войдя в Большой зал. Драко оказался высоким, худым парнем, с острыми чертами лица, бледной кожей и светлыми прилизанными волосами. Внешностью он никак не мог отталкивать окружающих. Вполне себе приятный, аристократичный парень. Однако, со временем, начинаешь примечать и высокомерие в его движениях, и надменность в голосе, и странную, будто насмешливую, манеру растягивать слова. А усмешка на его губах не предвещала ничего хорошего.

Малфой что-то увлеченно рассказывал своим сокурсникам. Завидев Гарри, тот изобразил обморок и вся компания разразилась хохотом.

— Не обращай внимания на этого идиота, – шепнула Гермиона на ухо Гарри. – Просто не обращай и все...

— Эй, Поттер! – взвизгнула девчонка, похожая мопса. – Поттер! Оглянись! Сзади тебя дементоры! У-у-у!

Драко перевёл взгляд на Виолетту.

— А это ещё кто? – он усмехнулся. – Твоя новая подружка-грязнокровка? Теперь у вас целая команда! – компания снова захохотала.

Виолетта, сделав слегка обиженное и грустное лицо, проследовала за троицей и села за стол Гриффиндора.

— Сара, ты не принимай эти слова близко к сердцу. – сказал Рон, заметив поникшее лицо Виолетты. – Малфой всегда такой. Грубый. – затем перевёл взгляд на друга. – Гарри, да и тебе не помешает. Просто пропускай мимо ушей.

Гермиона закивала, как бы подтверждая все сказанные Роном слова.

— Вот, возьмите расписание уроков для третьекурсников. – Джордж, до этого разговаривавший с братом-близнецом, протянул несколько кусков пергамента каждому поочереди. Затем повернулся к Поттеру. – Что с тобой, Гарри? Да и у тебя, Сара, лицо какое-то кислое.

— Это все Малфой, – сквозь зубы сказал Рон и кивнул на соседний стол, за которым сидели слизеринцы.

Джордж взглянул на Драко, который в очередной раз притворно закатил глаза будто в припадке.

— Гнусный тип, – сказал он спокойно. – Вчера, когда в вагон вошли дементоры, он так не петушился. Вбежал к нам в купе, весь трясся от страха. Помнишь, Фред? – произнес Джордж, повернувшись к брату и стараясь не засмеяться, вспоминая вчерашнее зрелище.

— Чуть в штаны не наложил. – Фред бросил на Драко полный презрения взгляд. Виолетта улыбнулась, вновь посмотрев на стол слизеринцев.

— Честно говоря, – начал Джордж, – я и сам испугался этих красавцев.

— Смотришь на них, и как будто все внутренности у тебя заморозило, – подхватил Фред.

— Но ведь никто в обморок не упал, – тихо пробормотал Гарри.

— Не бери в голову. – подключилась Виолетта и ободряюще взяла его за плечо. – Я ведь тоже упала в обморок.

— Сара верно говорит. Просто не думай об этом. – подтвердил Джордж. – Отцу однажды пришлось поехать в Азкабан. Помнишь, Фред? Он говорит, что страшнее места на земле нет. Несколько дней не мог прийти в себя. Говорил, дементоры высасывают из живого человека все крохи тепла и радости. Большинство узников по-настоящему сходят с ума.

— Ага. Не парься. Мы еще увидим, как Малфой запляшет, когда начнется матч, – сказал Фред, разминая кисти и пальцы рук. – Первый матч сезона — Гриффиндор против Слизерина. Мы их порвем.

Все налегли на еду и Виолетта в том числе. А Гермиона углубилась в расписание уроков.

— Прекрасно! Сегодня у нас несколько новых предметов, – радостно сообщила та.

— По-моему, Гермиона, они что-то напутали с твоим расписанием. – Рон заглянул ей через плечо. Виолетта, которой тоже стало любопытно, повернулась в сторону Рона и Гермионы. – У тебя по десять уроков в день. Столько даже в учебное время не умещается!

— Я справлюсь. Мы все обсудили с профессором МакГонагалл. – фыркнула Грейнджер и отодвинула пергамент от зорких глаз Уизли.

— Нет, ты только посмотри, – рассмеялся Рон, высматривая расписание. – Сегодня утром в девять часов у тебя Прорицание, а дальше, тоже в девять, Изучение маглов. – Пока Гермиона отвлеклась, Рон пододвинул к себе листочек и принялся вновь его рассматривать. – Чуть ниже нумерология и тоже в девять. Несомненно, ты у нас самая умная. – согласился Рон и расчетливо закивал головой. – Но не до такой же степени, чтобы присутствовать на трех уроках одновременно.

— Не говори глупостей, – сказала Гермиона и снова отобрала пергамент у друга, на этот раз спрятав листок в кармане сумки. – Разумеется, я не буду в одно и то же время сразу на трех уроках.

— Ну, а как же тогда... – начал было Уизли.

— Передай мне, пожалуйста, джем, – прервала его Гермиона.

— Но...

— Скажи, Рон, почему тебя так волнует мое расписание? – громче, чем обычно, произнесла Гермиона. Потом опомнившись, присмирела и более спокойным тоном продолжила, – Я ведь тебе уже объяснила, что мы все обсудили с профессором МакГонагалл.

Виолетта улыбнулась своим мыслям и вернулась к еде. Близнецы весело на нее посмотрели и переглянулись.

— Сара, а ты чего молчишь? Расскажи что-нибудь о себе.

Как раз в эту минуту в Большой зал вошел Хагрид. На нем была кротовая шуба, в огромной ручище он держал за хвост дохлого хорька и рассеянно им помахивал.

— Привет! – помедлил он у стола гриффиндорцев. Хагрид оглядел всех, задержал взгляд на Вайлет и едва заметно кивнул. Виолетта, закрыв ненадолго глаза, чуть-чуть наклонила вниз голову. – Вы мои первые в жизни ученики. Сразу после обеда. Я сегодня, это, как его... С пяти утра на ногах... Готовлюсь к уроку... Волнуюсь, конечно... Учитель!.. Нет, честно...

Большой зал быстро пустел, ученики спешили на первый урок. Рон посмотрел в расписание.

— Надо спешить. Прорицание на самом верху Северной башни. Нам туда идти минут десять, не меньше. – торопливо произнёс Уизли.

Виолетта, Гарри, Рон и Гермиона быстро позавтракали, попрощались со всеми и поспешили на урок. Малфой, когда они проходили мимо, уже в который раз изобразил обморок и все захохотали. Виолетта поджала губы. Разве им не надоела эта однотипная шутка?

Путь к Северной башне долгий. А троица на третьем году обучения пока что не знала о всех закоулках и секретах замка. Потому Виолетте, которая знала наизусть каждую лазейку, приходилось лишь смиренно идти за ними следом.

— Наверное, есть более короткий путь, – задыхаясь, проговорил Рон на площадке восьмого этажа.

— Наверное, нам сюда, – махнула рукой Гермиона в сторону коридора, идущего вправо.

— Вряд ли, – возразил Рон. – Он ведет к Южной башне. Видишь, из этого окна видна часть озера.

Все остановились. Рон и Гермиона принялись думать и дискуссировать, куда же все таки дальше идти. Виолетта взглянула на Гарри, который с любопытством рассматривал висящее на стене полотно с лугом. Справа появился толстенький серый пятнистый пони, мирно пощипывающий траву. Следом за ним вышел упитанный коротышка, бряцая рыцарскими доспехами. Как можно было понять по торчащей из его снаряжения траве — он только что упал со своего пони.

— Эй! – закричал он, завидев ребят. – Как смеете вы, подлые людишки, вторгаться в мои владения? Пришли поглазеть, как я упал? Прочь отсюда, негодяи! Бешеные псы!

Виолетта вскинула брови. Все с изумлением глядели, как крошечный рыцарь, обнажив меч, стал яростно им потрясать. Но меч был слишком велик, рыцарь замахнулся, не рассчитав силы, потерял равновесие и пал ничком на траву.

— Вы не сильно ушиблись? – осторожно спросил Гарри, подойдя ближе к картине.

— Пошел отсюда, подлый трус! Жалкий проходимец!

Рыцарь поднялся на ноги, схватил рукоять меча, дернул, но меч глубоко ушел в землю и, как он ни тянул, не поддавался. Рыцарь опять плюхнулся на траву, поднял личник и оттер с лица пот.

— Извините, – аккуратно начала Виолетта, – Мы ищем Северную башню. Может, вы знаете, как туда пройти?

— Так вы сбились с пути?! – Гнев рыцаря вмиг исчез. Он вскочил на ноги, клацнув доспехами. – Следуйте за мной, друзья! Мы достигнем цели или геройски погибнем в схватке с врагом!

Еще раз безуспешно дернул меч, попытался влезть на пони. Вновь не получилось, но это не остудило его пыл.

— Тогда пешком, сэры и прекрасная леди! За мной!

И он помчался, бряцая доспехами, к левому краю полотна, и выскочил из рамы. Виолетта и троица сорвалась с места, следуя за удаляющимся лязгом. Иногда рыцарь появлялся, вбежав в очередную картину, и опять исчезал. Слышался только шум его доспехов.

— Крепите дух пред тяжким испытанием! – крикнул на высокой ноте рыцарь, объявившись среди растревоженных дам в кринолинах. Полотно с дамами висело на стене в самом начале узкой винтовой лестницы.

Шумно отдуваясь, все четверо потопали вверх по крутой спирали ступенек и наконец услыхали над головой многочисленные голоса.

— Прощайте, друзья! – крикнул рыцарь, ныряя головой в картину со зловещего вида монахами. – Прощайте, мои соратники! Если когда-нибудь вам понадобится благородное сердце и стальные мускулы, кликните сэра Кэдогана!

— Кликнем, – сказал Рон, едва рыцарь пропал из виду. – Когда понадобится сумасшедший.

Еще несколько ступеней, и они очутились на тесной площадке, где столпился весь класс. К классу не вела ни одна дверь. Рон толкнул Гарри и кивнул головой наверх. Заметив это, Виолетта тоже подняла взгляд вверх. Там была круглая дверца люка с бронзовой табличкой, которая гласила: «Сивилла Трелони, профессор прорицания».

— Как же мы туда попадем? – растерянно произнес Гарри и заозирался, пытаясь найти хоть что-то напоминающее лестницу.

И точно в ответ на его вопрос и поиски, дверца люка внезапно открылась и прямо к ногам ребят опустилась серебристая веревочная лестница. Класс в изумлении притих.

— Только после тебя, Гарри, – улыбнулся Рон.

И Гарри полез первый. За ним полез Рон, затем уже вскарабкалась Виолетта, а потом и все остальные. Вайлет уже бывала в этом классе не раз, потому он ее не удивлял. Комната была погружена в красноватый полумрак из-за задернутых штор. В помещении было около двадцати круглых маленьких столиков, окруженных бархатистыми и пестрыми пуфиками и креслами. Горели многочисленные лампы. Горел камин, на огне которого закипал большой медный чайник. Круглые стены опоясаны полками. Чего только на них не стояло: запыленные птичьи перья, огарки свечей, пухлые колоды потрепанных карт, бесчисленные магические кристаллы и полчища чайных чашек.

Виолетта невольно закашляла. В комнате стояла духота и дурманящий аромат, что явно ее не порадовало. В прошлые разы такого не было, ведь теперь учитель поменялся.

Рука Виолетты дернулась к ключице. Она всегда любила смотреть на гадающих людей. И теперь она был заинтересована Сивиллой. Вайлет не терпелось посмотреть на нее в действии Настолько же она сильна в гаданиях, как и ее предки?

— Где она? – спросил Рон.

Откуда-то из полумрака раздался приглушенный, почти неземной голос:

— Добро пожаловать. Как приятно видеть вас наконец в вашем физическом облике.

Наконец, профессор вышла из полумрака. Сивилла Трелони была очень худа, толстые стекла очков многократно увеличивали и без того огромные глаза. На плечи была накинута газовая шаль в серебряных блестках. С тонкой шеи ее свисали бесчисленные цепочки и ожерелья, пальцы и запястья украшены перстнями и браслетами.

— Садитесь, деточки, садитесь. – Профессор услужливо приглашала учеников, будто те были важными гостями. Виолетту она немного настораживала, однако она не стала делать поспешных выводов. У каждого волшебника свои причуды, а у прорицателей их в 2 раза больше.

Толкаясь, ученики стали рассаживаться. Гарри, Рон и Гермиона сели вокруг одного стола.

— Можно с вами? – вопросила Вайлет и слегка вытянула руку, показывая на их стол.

— Да, конечно, – Гермиона подвинулась, чтобы Виолетта могла поставить пуф.

— Приветствую вас на уроке прорицания. – Сивилла села в широкое кресло возле камина. – Меня зовут профессор Трелони. Скорее всего, вы до сих пор еще меня не видели. Я редко покидаю свою башню. Суета и суматоха школьной жизни затуманивают мое внутреннее око.

Виолетта сдержала улыбку. Такое заявление явно ее рассмешило. Сивилла Трелони легким движением плеч поправила шаль и продолжила:

— Так, значит, вы избрали прорицание, самое трудное из всех магических искусств. Должна вас с самого начала предупредить: я не смогу научить многому тех, кто не обладает врожденной способностью ясновидения. Книги помогают только до определенных пределов...

Рон и Гарри весело взглянули на Гермиону, которую казалось переполняло негодование. А Трелони тем временем продолжала:

— Многие ведьмы и колдуны, как бы талантливы ни были в своей области, скажем, к примеру, внезапных исчезновений, не способны рассеять туман, застилающий будущее. – Профессор переводила взгляд с одного возбужденного лица на другое. – Этот дар дается немногим. Вот вы, – неожиданно обратилась она к Невиллу, который чуть не свалился с пуфа, – не могли бы вы сказать, как себя чувствует ваша бабушка? Здорова?

Все перевели взгляды на перепугавшегося Долгопупса.

— Надеюсь, – дрожащим голосом произнес Невилл, задумываясь.

— Я бы на вашем месте не была столь уверена, – сказала профессор Трелони, и пламя камина заиграло на ее длинных изумрудных серьгах.

Невилл прерывисто вздохнул. А профессор невозмутимо продолжала:

— В этом году мы будем изучать основополагающие методы прорицания. Первый семестр посвятим гаданию по чаинкам. Во втором семестре займемся хиромантией. Между прочим, моя крошка, – Трелони метнула взгляд на Парвати, – вам следует опасаться рыжеволосых.

Патил бросила испуганный взгляд на Рона, который сидел прямо за ней, и отодвинула свое кресло в сторону.

— В летнем семестре перейдем к магическим кристаллам, если к тому времени закончим с предсказаниями по языкам пламени. К сожалению, в феврале занятий из-за вспышки сильнейшего гриппа не будет. У меня самой совсем пропадет голос. А на Пасху один из нас навеки нас покинет...

Виолетта округлила глаза. Класс напряженно притих, а профессор Трелони продолжала, ничего не замечая:

— Вы, деточка, не могли бы... – обратилась она к Лаванде, сидевшей к ней ближе всех. Та в страхе съежилась, – дать мне самый большой серебряный чайник?

Гриффиндорка с облегчением выдохнула, встала с кресла, взяла с полки огромный чайник и поставила его на стол перед профессором.

— Спасибо, милая. Да, между прочим, то, чего вы больше всего опасаетесь, случится в пятницу шестнадцатого октября.

Девушку пробрала дрожь. Виолетта выстроила брови домиком, отчего лицо ее приняло напуганные вид. А она щедра на предсказания! Но вот правдивы они или нет, остается пока вопросом. Вайлет уже относилась к ней как к очередной шарлатанке, однако незнакомое ей доселе предчувствие не отпускало ее. Ведь маленький шанс того, что она говорит правду, все же был.

— А теперь я попрошу вас разбиться на пары, взять с полки чашку и подойти ко мне. Я вам налью чай, вы сядете и будете пить, покуда на дне не останется гуща. Левой рукой поболтайте ее круговым движением, затем переверните чашку на блюдце, подождите, пока жидкость стечет, и передайте чашку напарнику. Оставшиеся на стенках чашки чаинки кое-что ему скажут. Растолковать увиденное поможет учебник «Как рассеять туман над будущим», страницы четвертая и пятая. А я буду ходить между столами и помогать вам. Мой мальчик! – воскликнула Трелони, схватив за руку Невилла, который встал с пуфа и потянулся за чашкой. – Пожалуйста, после того как разобьете первую чашку, возьмите вторую из голубого сервиза. Розовый мне жалко. Это мой любимый.

И не успел Невилл взять в руки чашку с блюдцем, как раздался звук разбившегося фарфора. Профессор бросилась к нему с щеткой и совком для мусора.

— Возьмите голубую. Очень вас прошу. Большое спасибо.

Гермиона и Виолетта оказались в паре. Они быстренько сходили за чаем и выпили его.

— Если честно, я не очень верю в предсказания. – сказала Гермиона.

— Почему? – спросила Виолетта. – Я вот верю. Правда, наш профессор не очень внушает мне доверие.

— Согласна, – Грейнджер глянула на снующую между столов Трелони, – Она похожа на помешанную фанатичку-обманщицу. Не уверена, что ты знаешь, но у нас, маглов, полно таких людей.

— Спасибо, я знаю. Мои родители любят маглов, поэтому я многое знаю из вашего мира. – Вайлет улыбнулась, а Грейнджер в ответ тоже искренне улыбнулась.

Затем они вернулись к работе. Поболтали чашки, как сказала профессор Трелони, опрокинули на блюдце и обменялись ими. Затем открыли учебники на указанной странице, но Виолетта почти туда не смотрела.

— Вот, – Гермиона тыкнула пальцем в книгу. – Погляди, что у меня.

— У тебя, кажется, глаз. Значит, будь осторожна и не делай поспешных выводов. – Гермиона удивленно глянула на новую подругу. Та также удивленно произнесла, – Что? В нашей семье практиковалось гадание много лет. Я кое-что умею.

— Деточка, ты, видно, давно не практиковалась. – Сивилла появилась будто из ниоткуда. – Здесь же совершенно очевидно, что это лодочка. Скоро вам придется сделать тяжелый выбор. – обратилась она к Гермионе, которая лишь слегка закатила глаза. А затем повернулась к Виолетте. – Милочка, ты только не расстраивайся, но мне кажется, что у тебя нет никакого таланта. В тебе нет ока предвиденья.

Глаза Виолетты расширились. Здрасьте, приехали. Как так-то?

— Ладно, как скажете, – только и сказала Вайлет и вернулась к чаинкам, а Трелони обратилась к смеющимся Гарри и Рону и начала разговаривать уже с ними.

— Я ведь говорила, – наклонившись к подруге, шепотом произнесла Гермиона и вернулась к чаинкам Виолетты. Пару минут она их не моргая рассматривала, будто гипнотизировала. А затем подвинула блюдце Виолетте. – У меня не получается. Я не могу понять, что здесь нарисовано. Это карамысло какое-то?

Виолетта улыбнулась. Она хотела пододвинуть к себе блюдце, но как только Вайлет дотронулась до прохладного фарфора, она потеряла сознание.