Туман.

Мы шли дальше, разглядывая холодные пейзажи Тихого леса. Света плакала, накренив голову вперед, а Алана пыталась ее успокоить.

- Слушайте, - Алиса замерла, Глеб и Семен влетели в нее. – Жека, помнишь, ты говорил про подсказки в этих комнатах?

Все повернулись на плетущегося сзади смущенного Женю, тот лишь слабо кивнул.

- Нам нужно вернуться, - пробубнила Алиса и поплелась меж удивленными нами.

- Ты чего это? - взмыл Глеб.

- Это ебучие координаты! Уравнение через которое можно вычислить координаты! Вы его видели на стенах этого помещения. Это было уравнение с 4ю неизвестными можно раздробить на 2 уравнения, и получатся решения.

- А с чего ты взяла, что сможешь их решить? – спросила Инга. – Там куча корней, дробей и другого...

- Я решу, - уверенно процедила Алиса, и мы отправились туда, откуда пришли.

- Ты че уникум? – выплюнул Глеб.

- Моя мать была физиком ядерщиком, - пробубнила Алиса. - У меня склонности к точным, блять, наукам.

Бункер у реки распахнул перед нами бездонную пасть, у Жени оказался фонарь, он подсветил огромное уравнение во всю стену.

- Карандаш, маркер, ручка, - протянула руку Алиса.

- Сейчас, - пробубнила Инга, достав из рюкзака ручку Марины.

- Ты что ее своровала? – фыркнула Света.

- Да, - пожала плечами Инга и подала ручку Алисе.

Алиса принялась что-то чертить на стенах, это было что-то непонятное, все цифры в моей голове мешались в одну большую черную кляксу. Алиса бубнила что-то под нос, ручка неприятно скрипела по стенам, мне захотелось подышать свежим воздухом. Я оказался не одним таким: Женя и Дима тоже вышли на улицу.

- Выглядишь дерьмово, - бросил Дима, поглядев исподлобья на меня.

- Ты тоже не принцесса, - буркнул я и сел к нему.

- Я не хотел вас предавать, - промычал Женя, Дима повернулся к нему со своей любимой лисьей гримасой.

- Неважно, что ты хотел или нет, важно то, что ты сделал, - проговорил сухо Дима.

- Я просто испугался, - оправдывался Женя. – Я испугался смерти.

- Мы все умрем, - вылетело из моего рта.

- Значит, ты видел что-то типа будущего? – полюбопытствовала Инга, присаживаясь к нам.

- Да, - кивнул он. – Я видел, что в меня полетел топор, видел, что умер. Мне стало страшно.

- Значит, ты должен был отгородить Веника от удара? – заключил Дима.

- Да, - пробубнил Женя. – Я должен был спасти его, но я был уверен, что топор вонзиться в меня, поэтому пригнулся.

- Вы с Веником хорошо общались, - напомнила Инга.

- Да, - согласился Женя. – Моя мама, однажды, сшила мне на детский праздник костюм супер героя, сказала, что я им когда-нибудь буду, а через несколько дней скончалась от рака.

- Моя мать тоже раком болела, - подмигнул Дима. – Только вот умерла эта тварь от СПИДа.

- Правда? – выронила Инга.

- Ага, - буркнул Дима. – Мне моя мамка говорила, что я стану моральным уродом, и я им стал. Понимаешь, к чему я клоню?

Женя кивнул, послышались тяжелые стуки обо что-то. Мы быстро метнулись к убежищу, на коленях сидела Алиса и билась головой об размалёванную стену. Семен остановил акт самоуничтожения рукой, сказав:

- Иди спать.

Алиса надулась, словно маленькая девочка и тихо прошипела:

- Мне нельзя.

- Почему? – спросил Семен.

- Потому, - прошептала та и принялась чертить уравнения на стене и исправлять прошлые ошибки.

Я поспешил вынырнуть из душной каморки, спать совершенно не хотелось, темные клубки тумана двигались ко мне. На небе не сияло ни единой звездочки, лишь синяя пелена. Я сказал, что могу последить за лагерем, Авик отдал мне топор, я игрался с ним пальцами, метал его в сырую землю, наблюдал за узорами тумана и тихо скучал по солнцу. По прекрасному светилу, скользящему по голубому небу, по его обжигающим лучам. Я вспомнил, как мы с друзьями плавали в речке, укрываясь от него, было жарко, девочки в купальниках, которые им явно малы, садились на плечи мальчиков и начинали драться. Они были красивыми. Я бы отдал многое, чтобы понежится в теплой постели с грудастой девчонкой, которую я обжимал перед игрой.

Рыжая макушка показалась из темной дыры, Алиса обхватила голову и принялась тяжело вдыхать и выдыхать. Я настороженно встал с места, перебрасывая топор из руки в руку, туман стеной приближался к Алисе, из него показалась чья-то костлявая рука, схватила Алису за волосы, выставив топор ей под горло, и утащил во тьму. Я повернулся к лагерю, мы специально оставляли дверь открытой, чтобы если что мы могли выбежать, но ситуация переменилась. Я дернул камень, прислонив его к входу, и побежал за Алисой. Я видел ее силуэт, видел испуганные карие глаза, полные слез. Через секунду ее фигура скрылась за туманом, я долго вертелся на месте, пытаясь различить хоть какой-нибудь звук, но ничего не слышал, даже завывания ветра. Поэтому этот лес и назвали Тихим. Но непонятный ворох в лесу пробудил меня, я понесся в лес, выстраивая в голове путь в лагерь. Я поскользнулся на кочке и развалился с топором в руках на холодной земле, что впилось в бок, но мне было все равно, я побежал дальше, когда понял, что зацепилось мне в бок. Это была рука. Алиса лежала под огромным булыжником, руки были связаны, во рту гнездилась какая-то тряпка. Я принялся развязывать ей руки, как только я ее освободил по моей щеке прошлась с силой чья-то рука. Я откинулся назад, это была Алиса:

- Чертов псих! Теперь и мне голову отрубишь?! – кричала она.

- Что? – не понял я.

- Ты... Урод! Ты что делаешь!? – она тряслась, то ли от страха, то ли от гнева.

- Я спас тебя, дура! – взмыл я. – Это ты что делаешь?! – я провел рукой по щеке, на пальцах застыла кровь.

- Ты уволок меня сюда! – рявкнула она.

- Я? Это кто-то из тумана тебя утащил! – препирался я. – Я наоборот тебе жизнь спас, чокнутая!

- Ты взял топор и пригрозил мне! Ты не помнишь? – прорычала злобно та. – Шиза на выезде!

- Я тебе точно не угрожал! – крикнул я. – Зачем мне это?

- А зачем тебе было отрубать голову девчонке из фиолетовых? – прошипела та, подходя ближе.

- Какой девчонке? Ты о чем? – я замотал головой, не в силах даже представить сказанное ею.

- О той скульптуре на реке! – она подошла ближе, прожигая меня взглядом.

- Что? Ты идиотка!? – взмыл я в недоумении. – Ты что с ума сошла!?

- А ты не помнишь? – лицо ее разгладилось, но голос стал более жестким: - Если ты не помнишь, это не значит, что этого не было! Это случилось в первую ночь, мы встретились с Ильей, когда лунатили, этот идиот завел нас к реке. Я поймала ту девчонку, - она зажалась, глаза ее впились в траву, но она взглянула с ненавистью на меня и прошипела: - А ты отрубил ей голову.

- Ты реально сумасшедшая курица! – крикнул я и пошел прочь, мне было наплевать на то, что она хотела мне сказать, я устал от ее бредней.

На рассвете она обиженно шмыгнула в лагерь, намеренно задев меня острым плечом. Я не стал обращать на нее внимание, уставившись на зеленую равнину. Туман рассеялся по изумрудным холмам, трава блистала, а над головой нависли свинцовые тучи. Начался легкий дождик, он приятно ласкал мое лицо, хоть и был холодным.

Первым из укрытия вышел потный Жека, он удивился, что я так спокойно сижу под дождем, и отдал мне свою куртку, сказав:

- Мне снова приснилось, что я умру.

Мне нечего было ответить, я лишь пожал плечами, так мы оба и сидели под дождем, рассматривая высокие холмы.

- Это всего лишь сон, - проговорил спокойно я.

- Нет, я знаю, - пробубнил он.

- Алисе тоже какая-то дичь снится, - плюнул я.

- Что за дичь? – спросил Женя.

- Да так, - мне было лень объяснять.

- Ты боишься смерти? – наивно спросил Женя, сложив брови домиком.

- Нет, - хмыкнул я. – Мы все умрем.  

- Это ужасно умереть здесь, забыть всех своих любимых, - помахал головой он.

- Какая разница? Живем мы вместе, а вот умираем поодиночке, - холодно уронил я.

- К чему ты клонишь? – не понимал Женя.

- Ну, в чем разница, умрешь ты на руках своих любимых или в этой игре, ты все равно умрешь, - пожал плечами я.

- Тогда, зачем ты здесь? – промямлил Женя.

- Я просто поспорил, - бросил я.

- А я захотел из-за тупых дебилов из моей школы, черт, - пробубнил он. – И умру я из-за них...

- Хватит, - процедил я. – Мысли материальны.

Он опустил желтую голову и начал теребить какой-то браслет.

- Что это? – спросил я.

- Это мне моя сестра дала, помогает успокоиться, - брякнул он. – Хочешь? У меня таких много.

- Я думаю...

Но он уже потянулся за браслетом в карман, оттуда вытянулась оранжевая змейка с розовыми вставками.

- Вы все думаете, я слабак? – пролепетал он, подав мне цветастого червя.

Я пожал плечами.

Вскоре проснулись другие ребята, они долго зевали и растягивались, пока Леша не предложил идти с булкой во рту. Алиса не смогла решить уравнение, поэтому просто переписала его на тетрадь и пыталась решить по дороге.

Все смеялись и веселились, легкая атмосфера царила вокруг. Видимо, дождь смыл часть обид ребят, но не наши с Алисой. Мы шли хмуро, стараясь не обращать друг на друга внимания.

Женя отлучился к реке, мы сказали, чтобы он просто шел прямо, тогда он бы нагнал нас.

Авик с Семеном и Лешей разговаривали о детстве.

- В детстве я был совсем другим, - проговорил Авик. – Я был очень стеснительным.

- Да ладно? Ты? - бросила Инга.

- Я даже боялся отпроситься у воспитательниц в туалет, поэтому писался лет до 5, - хмыкнул Авик.

- Оу, это так мило, - вспыхнула Света, да и вообще все девочки.

- Вот пидр, - пихнул меня в бок Глеб. – Знает, как девчонок подцепить.

Я ничего не ответил, лишь лениво кивнул.

- Ты че? В последнее время нихуя не ешь, не спишь, - буркнул он.

- Все нормально, - отмахнулся я.

Глеб еще что-то сказал, но я не расслышал, а переспрашивать не хотелось.

Всем захотелось есть, мы присели на лесной опушке, все принялись есть, но не я.

- Я поссать, - бросил я.

После дела, я присел у дерева, пытаясь отдышаться. Что-то странное вселилось в меня после разговора с Алисой.

Послышался треск, из тумана вышел Женя, шатаясь будто пьяный. Чуть выше его живота зияла кровавая дыра, я пустился к нему, он свалился мне на руки. Я потерял дар речи. Он схватился за ворот моей футболки и прошипел:

- Монстр близко! Нужно спасаться! – изо рта его выливалась алая кровь.

- Женя, - пробубнил я. – Жень.

- Я умру...сон... - глаза его закатывались.

- Ребят! – крикнул я. – Жень, Женя, пожалуйста...

- Умирать не страшно, - промямлил он.

Он смотрел на меня, прорезая глубокими карими глазами. По футболке расходились пятна крови, на его лице остались они, он весь был в крови. Его взгляд был безмятежен, он ушел. Один.

Я плакал, сжимая его окровавленную руку.

- Что случилось? – раздавались возгласы вокруг, но я не слышал.

Дима присел на корточки ко мне.

- Рома, Ром, - процедил он. – Скажи, что случилось, Ром.

- Он не должен был сейчас умирать... Он ведь говорил...

- Рома, - проговорил Дима четче.

Я его не слушал, лишь поднялся с земли, что-то еще показалось из леса.

Илья.

Серые глаза с желтыми прожилками. Топор в моих руках. Кровь. Много крови. И мои руки в крови.

Я вспомнил.

Вспомнил.